Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Правила игры (полный текст книги)


Опубликован:
16.09.2011 — 24.06.2013
Читателей:
2
Аннотация:
Книга издана Можно купить здесь: КУПИТЬ Игра - это неотъемлемая часть жизни. Игры бывают разные, и даже войны - это всего лишь разновидность игры. Вот и наш герой стал пешкой в чьей-то игре. Проблема лишь в том, что правила ему выдать забыли. Зато вместо игрового реквизита выдали бесконтрольную силу, способную в мгновение ока уничтожить весь мир, а то и не один. Осталось лишь выжить и покорить собственную силу. На данный момент это окончательная версия первой книги. Бумажный вариант несколько отличается от версии, выложенной на СИ, но существенных отличий по сюжету нет. Пока издательство не требовало от меня удалить текст с СИ, поэтому старая версия пока доступна для чтения.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава
 
 

Останавливаться нельзя. Нужно идти. Идти во что бы то ни стало. Идти, двигаться вперед или назад, влево или вправо не важно. Главное не останавливаться. Продолжать движение. Даже если не будет сил и возможности идти, то ползти. Если не сможет он, то не сможет никто.

Всё вокруг окрашено в различные оттенки серого. Серая земля тянется во все стороны без конца и края, словно гигантская бетонная площадка для старта межконтинентальной ракеты. Над головой серое небо, которое словно стальное полотно матово поблескивает серым солнцем. На земле периодически встречался серый хворост, который он собирает. Это даже не хворост, а мелкие веточки и кусочки соломы. Вот он нагнулся, и очередная веточка полетела в сани, которые он тянет за собой. Там, в этих огромных санях, уже накопилось столько топлива, что хватит для обогрева целой страны, но на себя он не потратит ни одной веточки. Собрать весь хворост. Собрать, и отправить на большой, просто гигантский костер. Вот его главная задача. А для этого нужно идти. Стоит остановиться и хворост, накопленный с таким трудом, начнет разлетаться под порывами дикого, яростного ветра эмоций.

Серая хмарь окутывает его полностью, мягко обволакивает, словно приглашая погрузиться в нее, забыть обо всём, остановиться и передохнуть. Она отвлекает от основной цели, навевает смутные образы. Словно ласковая любовница, хмарь ласкает обожженную кожу лица и рук, залечивает душевные раны. Она дарит мгновения тепла и спокойствия. Он благодарен ей, но он не останавливается. Идет, не поддаваясь соблазнам и провокации.

Вот уже неделю он бредет по этой пустоши, где всё так обыденно и однообразно. Ни есть, ни пить не хочется. Здесь никогда ничего не хочется. Есть только одно желание. Желание покинуть эту долину отчаянья. Он может уйти в любой момент. Уйти и оказаться в своем гостиничном номере, где так уютно, так тепло, так хорошо. Там его накормят и напоят. Там, к нему вечером придет симпатичная ласковая девушка и согреет своим теплом его постель. Там всё, о чём может мечтать сарм, уставший от долгого пути. Он может уйти в любой момент, но он этого не делает, ведь у него есть цель, которая превыше всего. Цель, ради которой можно пожертвовать сотнями и тысячами жизней. Цель, ради которой будут гореть города и села. Цель, которая в итоге принесет радость и спокойствие всему Сармонтазару. Так стоит ли ради ТАКОЙ цели отвлекаться на сиюминутные радости жизни? А уж собственную жизнь ему было нисколько не жалко положить на алтарь своей цели. И он продолжает идти. Хворост под ногами попадается всё реже и реже. Сил всё меньше и меньше, но он идет.

На мгновение в тумане образовывается прореха и там, вдали, на самом краю горизонта, он видит серые контуры далекого леса. Он радостно вздыхает и начинает тянуть сани с хворостом быстрее. Конец первого этапа на пути к цели так близок. Потом можно будет отдохнуть и снова отправляться в путь.

Вновь дорогу преграждает густая серая хмарь, но теперь она бессильна. Он уже видел свой дальнейший путь и теперь его ничто не остановит. Очередной порыв ветра эмоций сносит с саней пару веточек. Он ругается про себя и идет вслед за улетевшим хворостом. Нельзя потерять ни единого прутика, иначе костер может быть недостаточно велик. На пути вновь встречается пара соломинок. Он радуется им как бедняк золотым монетам. Он бережно поднимает серые соломинки с серой земли и так же бережно отправляет в сани. Вот он нашел улетевший ранее хворост. Аккуратно уложив последние веточки он продолжает свой путь.

Лес уже близко. Ему предстоит еще очень долгий путь но, в лесу уныния уже не будет ветров эмоций, которые сдувают с таким трудом собранный хворост.

И вот наконец его путь преграждает высокая стена серых деревьев. Впереди вьется лесная дорога. Она почти ничем не отличается от сотен таких же дорог в Сармонтазаре. Вымощенная ровным серым камнем она пролегает между гигантских стволов деревьев. Кора деревьев толстая и грубая, имеет необыкновенную текстуру, словно это вовсе не деревья, а узкие пики скал. На деревьях нет ни листьев, ни иголок. Сложно сказать к какой породе отнести эти деревья, но знать такие мелочи ему не нужно. Нужно идти и собирать хворост. В лесу действительно нет ветра. Здесь гораздо теплее и уютнее. Здесь даже можно остановиться и отдохнуть, не боясь, что хворост разлетится в разные стороны. Но он не останавливается. Он чувствует, что что-то не так.

В воздухе застыло звенящее чувство опасности. Опасность смотрит со всех сторон. Кажется, что в густом сплетении ветвей спрятались миллионы злобных глазок. Но сколько он не приглядывается ничего не видно.

Лес сгущается и начинает темнеть. Он продолжает собирать хворост, но с каждым шагом становится всё темнее и темнее. Тяжелые сани не желают двигаться по каменной дороге с той же легкостью, как по серой земле. С каждой брошенной веточкой становится всё тяжелее и тяжелее тащить сани. В какой-то момент его окружает кромешная тьма, а тяжелые сани стали как вкопанные. Он что-то негромко бурчит себе под нос и зажигает небольшой, размером с греческий орех, магический огонек.

Желтенький огонек, словно маленькое солнышко взлетает над санями. Тьма боится этого маленького солнечного огонька. Она убегает, прячется за деревьями, скрывается в глубине леса. Тьма умелый охотник, готовый вечность ожидать свою жертву. Рано или поздно огонек погаснет и тогда... тогда наступит полная власть тьмы. И куда бы не пошла жертва, с какой бы скоростью она не двигалась, но от тьмы ей не уйти.

Пока горит огонек, он дарит свет, радость и спокойствие. А еще огонек привносит цвет в этот убогий серый мир уныния. Пусть это только желтый цвет, но он же самый радостный, солнечный, добрый и теплый комочек счастья. Дорога окрашивается ярким теплым янтарем. Хворост в санях приобретает благородный медовый оттенок. Деревья от такого освещения становятся еще больше похожими на пики скал. И только путник остается серым.

Поддерживать огонек очень и очень трудно. Здесь у него нет того безмерного запаса манны, которым он может пользоваться в Сармонтазаре. Здесь чужой мир, который не подчиняется привычным законам.

Путник осматривает свои сани и горестно вздыхает. Полозья саней совсем расщепились на каменной дороге. Дальнейший путь может и не состояться, но он не отчаивается. Он знал куда идет и знал на что рассчитывать, поэтому он заранее заготовил колеса. Всего пятнадцать минут работы и сани... нет, теперь уже телега, снова на ходу.

Путник вновь начинает тащить свой, казалось бы никому не нужный, груз. Идти по подсвеченной желтым огоньком дороге получается быстрее и веселее. Телега поскрипывая и грохоча катится следом.

Огонек высвечивает очередное препятствие на пути. Всю дорогу от дерева до дерева перегораживает огромная паутина. Он останавливается и всматривается в толстые шелковые жгуты. Да, такую паутину не мог сплести маленький паучок. Паутина выглядит новой, словно только сплетенной. Она рассчитана явно не на насекомых. Вот только проблема в том, что здесь никогда не было никого живого, как, впрочем, и мертвого. На кого же была поставлена эта паутина?

— Похоже, меня заметили, — бормочет он себе под нос. — А раз так, то ни к чему теперь таиться.

Из складок своей одежды он достает простой охотничий нож с невероятно остро заточенным лезвием. Он прекрасно знает, что вдоль волокна паутина крепче стали, и при этом она такая липкая, что сможет выдержать в сотни раз превосходящий по весу груз. А еще он знает, что прочность волокна паутины в поперечнике хотя и велика, но, тем ни менее, поддастся хорошо заточенному ножу. От липкости же его прекрасно защитит заклинание воздушных перчаток.

Он начинает аккуратно срезать паутину. Волокна поддаются с огромным трудом, но работа продвигается. Случайно край паутины прилипает к подолу его шубы.

— Липкая, зараза, — ругается путник.

Он не пытается оторвать прилипшую паутину. Он прекрасно знает, что это бесполезно. Чем больше сопротивляться, тем глубже завязнешь. Проще пожертвовать кусочком шубы, чем потом остаться здесь, будучи плотно оплетенным паутиной. Он двумя быстрыми движениями ножа отрезает кусочек своей одежды, к которой прилипла паутина, и продолжает работу по удалению препятствия с дороги.

Наконец работа закончена и путник продолжает свое движение. Он уже совсем близко. Еще чуть-чуть и дело будет сделано. Начинает светлеть. Лес начинает редеть. Он гасит магический огонек.

Да, теперь легче — не нужно тратить силы на поддержание жизни этого маленького солнышка. Силы осталось так мало, и её нужно беречь, ведь неизвестно какие еще препятствия встретятся на пути. Но вместе с тем, как же тяжело в этой серости. Мы, привыкшие к цветам и ярким краскам, к свету, к теплу и уюту просто не можем жить без этого. Даже на северном полюсе, среди бескрайних снегов. Там, где холод и пронизывающий ветер норма жизни. Там, где нет ничего кроме льда и снега. Там, где даже пещера злобного людоеда кажется вполне уютным гнездышком. Даже там есть прекрасное голубое небо, есть невероятно красивое северное сияние. А снег? Он ведь такой разный: белый, искрящийся, сверкающий в морозный полдень; чуть розоватый в лучах закатного солнца; глубоко синий ночью при свете луны; почти прозрачный, волшебный в рассветных лучах. Да, даже там среди мертвой ледяной пустыни есть ЖИЗНЬ. А здесь нет ничего. И от этого так тяжело так грустно.

Путник с силой помотал головой, как это делает собака, струшивающая с себя капельки дождевой воды. Полегчало.

— Похоже, что лес уныния преодолеть не так просто даже для меня, — вслух думает путник.

Путник проделывает последние шаги по мертвому лесу и движется к огромной стене, которая вырастает на его пути. Серая... а как же иначе? Стена тянется влево и вправо до самого горизонта и дальше. Обходить бессмысленно. Ввысь тоже не перелезть. Будь в небе облака, стена непременно бы их проткнула, но облаков нет, а стена есть. Стена абсолютно гладкая, как яичная скорлупа. Нет ни единого выступа, словно она является единым монолитом. А может так оно и есть?

Путник вздыхает. Вот и понадобились остатки магической силы. Он концентрируется, делает несколько пассов руками и в сторону стены понеслась мощнейшая ударная волна. Волна, сметающая всё на своем пути, способная пробить даже стены Ассарея. Шелест поднятой волной пыли. Удар. Грохот и... ничего не происходит. Стена по-прежнему стоит на своем месте, а в ней не образовалось даже тонюсенькой трещинки.

— Неееееееееет — кричит путник.

Неужели всё зря? Он потратил столько сил и времени, столько терпел и работал, и всё это зря? В бессилии он подходит к стене и начинает со злостью стучать в неё кулаками, разбивая костяшки пальцев в кровь. У него больше нет манны, а соответственно нет и магических сил. Осталась только физическая сила тела, но этого явно недостаточно для преодоления порога. В отчаянии он продолжает стучать по стене.

— Почему? — спрашивает он себя. — Почему порог так высок? Что я сделал не так? Где же истинный путь?

— Он здесь, — слышится ответ из-за стены.

— Что? — поражается путник. — Ты меня слышишь? Кто ты? Как мне пройти?

А в ответ тишина. Лишь шелест ветра, разметающего пыль по серой земле.

— Ну, вот... Кажется, я сошел с ума! — безрадостно улыбается путник.

Он устал. Он садится, упираясь спиной в стену и смотрит на телегу, которую всё это время тащил за собой. На телеге громоздится огромная гора хвороста. Если он сейчас уйдет, то придется начинать всё заново. И потому он не решается уйти. Он ждет. Он не знает, что может произойти. Он знает, что здесь никогда ничего не происходит, но всё равно ждет.

За стеной слышится какой-то скрип, скрежет, визг давно не смазываемых механизмов. Стена позади путника начинает двигаться. Он опрометью подскакивает и с недоумением смотрит на стену, точнее теперь уже на ворота в этой стене. Оказывается всё это время он стучал в громадные ворота, которые просто не замечал. Ворота были столь велики, что казалось будто это и не ворота вовсе. Назвать ЭТО воротами смог бы только... да никто бы не назвал воротами такую большую дыру в стене. Это... Это же ого го! Путник замер в нерешительности перед этими исполинскими створками в неизвестность.

— И долго мы так будем стоять? — Спросил его кто-то.

Путник вновь впрягся в свою телегу и пошел через ворота. Как только он прошел стена за ним вновь сомкнулась.

Что-то изменилось. Путник прислушался к себе. Да, изменилось. Он почувствовал, что теперь не сможет уйти. Ни сейчас, ни через час, никогда. Он оказался заперт в этом сером мире. Очень медленно в нем стал зарождаться страх. Страх. Такой мерзкий, такой липкий, такой колючий. Страх!

Он знал о страхе всё и потому не видел в нем ничего плохого. В конце концов страх — это мощный защитный механизм сознания, которое одолевают сомнения, незнание и непонимание. Страх есть у всех. У кого-то он проявляется в большей степени, а у кого-то в меньшей. Если бы кто-либо заявил ему, что никогда не испытывает страха, то он бы только посмеялся над ним и тут же доказал бы обратное. Он твердо знал, что страху подвержены абсолютно все без исключения живые существа. Даже мертвые иногда подвержены этому всепоглощающему чувству. Не нужно бояться страха. Нужно бояться его отсутствия.

Путник осмотрелся. Позади него всё та же бескрайняя стена, а впереди, на уступе бездонного обрыва, словно на краю земли, сидит эльф и греется перед костром. Желтые, оранжевые, красные языки пламени весело скачут по хворосту, поедая его и превращая в золу и пепел. Трепещущий свет костра мягко стелется во всех направлениях, окрашивая всё живыми цветами. Эльф одет в дорогие красивые одежды, которые так же как и всё вокруг обрели цвет от света костра. Эти одежды достойны самого короля. Да, что там короля? Императора!

Эльф очень и очень стар. Длинные седые волосы спадают ему на плечи неряшливыми прядями. Старческое морщинистое лицо выражает абсолютное спокойствие. Руки, так же как и лицо, изъеденные глубокими морщинами, дрожат над костром. Он никогда не видел старых эльфов. Все прекрасно знают, что эта раса никогда не стареет, но перед ним сидит живое доказательство обратного.

Он вместе с телегой подходит к самому костру. Эльф жестом предлагает ему садиться напротив.

— Приветствую тебя, страж, — произносит путник, присаживаясь прямо на серую землю.

— Приветствую тебя, путник, — в тон ему отвечает страж.

— Я привез хворост.

— Вижу. Спасибо тебе. Теперь этого хвороста мне хватит на многие сотни лет. Последний путник здесь был очень давно. У меня почти не осталось хвороста. — с этими словами он берет несколько веточек из маленькой кучки хвороста, что лежит справа от него, и бросает их в костер. Огонь жадно заглатывает новую порцию пищи и разгорается с новой силой. Он довольно трещит и плюется маленькими искорками.

— Ты не понял меня, страж, — поясняет ему путник, — этот хворост рассчитан на один единственный раз.

— Ха-ха-ха, — раздается на удивление молодой смех стража. Он поднимает свой взор и на лице путника отражается тень ужаса. У старого эльфа нет глазных яблок. На их месте плещется бездонная тьма. Тьма выползает из-за приоткрытых век и струится по воздуху, словно густой черный дым. — Смертный, ты смеешь указывать МНЕ как тратить МОЙ хворост?

123 ... 1415161718 ... 353637
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх