Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться


Страница произведения
Убрать выделение изменений

Гроза Ядранского моря. Глава пятнадцатая


Опубликован:
26.12.2017
Изменен:
Аннотация:
Возвращение в Венецию. Вопросы, ответы и планы. Глава пятнадцатая полностью, прода от 24.10.2018 г.
 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 
 
 

Гроза Ядранского моря. Глава пятнадцатая



Глава тринадцатая.

пятнадцатая. Венеция, признания и предложения

В кильватерной колонне первым шёл "Днипро", "Дон"был вторым, за ним захваченная в Аль-Искандерии каторга, потом "Звезда" Как и "Ласточка", было запланировано, эскадра Леры подошла к Венеции ближе к обеду, хотя "Белая чайка" шла чайка", вырвавшись далеко впереди, вперёд, прибыла в город ещё вечером предыдущего дня. Поэтому их ждали, и когда корабли, не доходя до Кастелло, встали на якорь, к ним устремились больше десятка грузовых лодок. Там были не только лодки банков домов Чануто, Морозини и Винетти (Лера решила не вносить все деньги в один банк), но в пределах видимости и лодка для траурной церемонии. В эту лодку погрузили гроб с головного корабля. Колона шла довольно быстро, и телом сенатора Джузеппе Винетти, туда же сел его сын со своей невестой — девушкой по имени Румани, что это при том, что поставили не все паруса, можно было бы двигаться ещё быстрее, но безымянная галера, не позволяла отряду адмирала Бегич развить большую скорость, ход этой каторге обеспечивали вёсла, так как у неё его невеста, которую он нашёл во время боя была повреждена мачта. Это случилось, потому что галеры в Аль-Искандерии захватывать не планировали, их хотели сжечь, чтоб заблокировать выход из порта, но корабли, которые использовали для рейда в Египет были и так перегружены, куда же было деть освобождённых невольников гребцов? Не топить же их в море? Вот и пришлось увести три каторги, на которых кроме призовых команд (надо сказать — весьма малочисленных), разместили освобождённых невольников (довольно большое количество!). Большинство освобождённых в Аль-Искандерии (как мужчины с галер, так и девушки из гаремов) остались своей службы на Крите, в городе уже знали. Знали, что эта красивая девушка из довольно знатного и богатого рода из далёкой горной страны за Евксинским понтом. На лодке, пришедшей за Фабио и телом его отца, приплыли младшие сёстры Фабио, громко плачущие Федерика и Теофила, но столь показательное выражение горя не мешало им настороженно смотреть на Румани. Они-то до "Рагузы" добрались без труда, а тех, кто выразил желание как можно быстрее вот вернуться домой, удалось разместить той же лодкой им не удалось. Места девушкам в возвращающейся лодке не хватило (а может, они не захотели в ней плыть обратно), и Лера пригласила их в адмиральский салон, подождать, пока за ними придёт гондола, возвращаться в город в грузовых лодках банка Винетти девушки тоже не захотели. Вообще-то, приглашение погостить на одной каторге, освобождённых разместили этом, явно не торговом, судне они не приняли бы, но ведь предложила им задержаться девушка, и была она тут не одна, девушек тут было много и, похоже, они на этом корабле не были гостями, скорее — хозяйками. Задержаться сёстры Винетти решились ещё и потому, что на борт этого корабля поднялась Франческа Паоло в сопровождении Адриано Чануто, а их Федерика и Теофила знали хорошо. Адриано церемонно поприветствовал Леру: поклонившись, поцеловал ей руку. А Франческа просто с ней обнялась и делала это довольно долго, а потом она обнималась с Линь и Винь. Когда объятия закончились, Лера стала её знакомить с остальными девушками своего "гарема". Затем все прошли в адмиральский салон и сёстры Винетти оценили как богатство его убранства, так и вкус тех, кто тут наводил порядок, а оценив, выразили своё восхищение. Теофила заметила, что такой красоты нет даже во дворце дожа, мол, там убранство богаче, но не так гармонично. А Федерика высказала предположение, что подобное можно увидеть только на этой галере, на других кораблях тоже. Правда, вышло тесновато, но получилось аж пять гребных команд, освобождённым рабам Лера в императорском дворце, что только там над этим работают настоящие мастера своего дела — самые выдающиеся художники и скульпторы. Дениз, которой была приятна похвала, ведь это она в основном занималась оборудованием и украшением салона, сказала, мол, что не претендует на звание мастера подобных работ, а просто повторила то, что обычно сделано в гаремах высокопоставленных османов. Тут вмешалась, до этого скромно молчавшая, Айсу, заявившая, что она не знает, как там в гаремах восточных вельмож (хотя она один такой гарем видела, но не стала это вспоминать), а в императорском дворце не так красиво и уютно, как здесь, в "гареме" адмирала Бегича. Лера, услышав об императорском дворце, многозначительно посмотрела на Валерия, тот ответил ей не менее красноречивым взглядом. Но этого переглядывания никто не заметил, так как внимание к себе привлекла Федерика, испуганно воскликнувшая:

— Здесь, в гареме адмирала Бегича? Это гарем?! Здесь гарем?!

Этот возглас вызвал всеобщий смех. Испуганные сёстры Винетти, с ужасом смотревшие на чернобородого Валерия (Арслан почему-то страха у них не вызывал), уж очень забавно выглядели. Федерика так посмотрела на Адриано Чануто, сидевшего рядом с Франческой Паоло (окружающей обстановке сходства с гаремом восточного владыки добавляло отсутствие мебели — все сидели на пушистых коврах, расстеленных вокруг низкого столика), словно просила его вызволить из этого такого уютного, но страшного места. Теофила отнеслась к известию, что это гарем, более спокойно, она, как старшая и более рассудительная, понимала, что ей и сестре мало что может угрожать на этом корабле, стоящем напротив набережной Склавони, всё-таки это уже в городе. Да и присутствие молодого Чануто и уже хорошо известной лекарки Паоло успокаивало. Наконец, отсмеявшиеся подруги Леры стали наперебой объяснять, почему их девичий коллектив называют гаремом:

— Нас много и мы девушки, все мы при адмирале, а это вызывает определённые ассоциации: если хотите как можно быстрее попасть на родину, при адмирале столько девушек — то придётся потрудиться — будете грести, причём, чем интенсивнее тем быстрее доберётесь домой. На эту, пока ещё безымянную каторгу загрузили только различные припасы, которые по мере надобности перегружали на другие корабли, тот груз, это точно гарем. А то, что Морозини попросил доставить в Венецию, равномерно разместили на "Ласточке" и "Звезде".адмирал — сама девушка, во внимание уже не принимается. Понятно?

— Валерия Бегич — адмирал, — пояснил Адриано, Франческа подтвердила, что это именно так: раньше Лера была капитаном, а потом стала адмиралом.

"Гарем" Леры не увеличился, хотя... чтоб разместить на "Днипре" всех девушек, взятых с собой пришлось освободить все каюты, в том числе и капитанскую. Освобождённые из гаремов девушки, а тут были далматинки, гречанки и итальянки, не захотели уходить с "Днипра", видно, когда они вместе и рядом с Лерой, то чувствовали себя в безопасности. Лера пообещала доставить этих девушек в родные края. Арслан и Кара, — Но как и остальные офицеры, перебрались на палубу, где ночевали абордажные команды. Впрочем, ночевали там не все, Арслан, взяв одеяло, спал на палубе. Конечно, же так? Говорят, что адмирал — это мужчина и его зовут Валерий Бегич, — никак не могла поверить в ранее сказанное Федерика. Валерий встал, незаметно подмигнув Лере, поклонился и сказал:

— Валерий Бегич — это я, но я совсем удобно, да не адмирал, я всего лишь старший помощник на "Рагузе", флагманском корабле эскадры адмирала Бегича. Я дядя Леры и лежать жёстко, хоть я и называю себя князем, но что делать, если почти до рассвета, а иногда и встречая рассвет, он находился на кормовом балкончике корабля, не один, а вместе с Лерой. Потом, под присмотром верного Кара, старался урвать несколько часов сна, где-нибудь в укромном уголке — на бухте каната, или в другом подобном месте. Команда смотрела на турецкого принца незлобно посмеиваясь, он никому не мешал (работы было мало, могу наследовать титул князя, так как ветер был попутным, хоть и слабым), к тому же отношение Леры к этому парню не были ни для кого секретом, тем более, что всё делаемое (уже всеми любимой адмиралом) всегда приносило удачу.являюсь прямым наследником. Лера, после гибели всей нашей семьи, единственная кто имеет право на титул княгини.

Лера и Арслан привычно расположились на кормовом балкончике, любуясь закатом и ожидая наступления темноты, всё таки целоваться, — Так вы кто? — поинтересовался Чануто, его заинтересовало: если этот человек только старший помощник капитана, то почему он здесь? И почему он носит такое имя? Валерий пояснил более подробно:

— Я двоюродный дядя Леры, вы, наверное, слышали её историю, мне повезло меньше — я попал в плен. Нет, я не сдался, я сражался как лев, меня смогли захватить только тогда, когда за тобой наблюдает столько глаз, не я совсем удобно. Кара уже не ходил за Арсланом, но гарем Леры, да и некоторые девушки пассажиры, подсматривали, при этом завистливо вздыхая (только девушки пассажиры, а не из гарема Леры). Но на этот раз относительное уединение адмирала и принца лишился сил. Счастливому случаю было нарушено, на балкончике появилась вторая парочка — Румани и Фабио. Если молодой Винетти смущённо молчал, то Румани, гядя на Леру, с вызовом заявила:

— Мы тоже хотим полюбоваться закатом!

— Любуйтесь, вам никто не запрещает этого делать, а я буду только рада, — с улыбкой ответила угодно, чтобы Лера меня нашла и увидев удивлённый взгляд Румани (видно, та не ожидала, что не встретит сопротивление со стороны Леры вторжению на её территорию, а на кормовой балкон в это время старались не выходить), пояснила: — теперь не только за нами подглядывать будут, но и за вами: за тобой, Румани и сеньором Винетти, если вас это не смущает — целуйтесь.освободила.

Если Арслан удивился, Лера только улыбнулась, Румани растеряно замерла, то Фабио покраснел. Хотя уже было довольно темно, Лера это увидела и продолжая улыбаться, — Да, я же не могла не спасти своего дядю от уготованной ему незавидной участи, — серьёзно сказала венецианцу:

— А вы Лера, изо всех сил скрывая улыбку и чуть заметно подмигнув Валерию. Впрочем, это перемигивание не укрылось от внимания одного из руководителей тайной службы при совете десяти, Адриано столь же серьёзно, как думали, сеньор Винетти? Это корабль, и Лера, непонятно что имея в отличие от крепости, даже маленькой, здесь нет укромных уголков, всё на виду, если собрались целоваться, а вы с Румани именно для этого сюда пробрались, так будьте готовы, что об этом завтра будут знать все.сказал:

— Что ж, это в высшей степени разумно, и ошибка сеньоры Федерики тому подтверждение.

— О чём? — немного невпопад спросил Винетти и показывая, Валерий Бегич согласно кивнул, а остальные пропустили мимо ушей это непонятное высказывание, хотя некоторые понимающе переглянулись. Это были Арслан, Зухра, Линь, Винь и, как ни странно, Айсу. Тем более что Чануто начал рассказывать, как выполнено то, что поручила Лера Франческе:

— Поскольку у сеньоры Паоло нет опыта в подобных делах, я взял на себя смелость выполнить вашу просьбу, сеньора Бегич. Надеюсь, вы, Лера, останетесь довольны моим выбором, посмотрите, вон на тот дом. Он ничем не уступает палаццо на Гранд канале, ни размерами, ни убранством. А предметы меблировки мы приобретали вместе с сеньорой Франческой, сам знает ответ я на свой же вопрос, добавил, такое ответственное дело не решился. Нет, ковры мы не покупали, но это же неблагородно Чануто повернулся к Дениз, задавшей вопрос об этих обязательных предметах обихода обеспечивающих уют, та удовлетворённо кивнула, сказав, что ковры надо уметь выбирать, абы какие не подойдут. Чануто, улыбнувшись, кивнул в ответ, после чего продолжил, обращаясь к Лере: подглядывать? И Этот особняк, пока ещё безымянный каса, расположен так, как вы хотели — на самом краю Кастелло, можно вот так под этими нескромными взорами?..сказать — от стоящего на якоре корабля до набережной — рукой подать. Вы, сеньора Лера, можете прямо сейчас туда отправиться. Все необходимые документы для вступления во владение домом мы можем оформить позже, если хотите, можем и сейчас, я их захватил с собой.

— Думаю, стоит назвать его "каса Бегич", — предложила Франческа. Лера хотела возразить, но, оставшись в меньшинстве, сдалась. Ещё выпили кофе и ещё немного поговорили о всякой всячине, о которой говорят в таких случаях, а вообще-то — ни о чём. Время за этой содержательной беседой пролетело быстро, и начало смеркаться. Гондола за сёстрами Чануто так и не ответила, пришла, Лера пригласила их погостить на "Рагузе" до утра, а там она потянулась губами к губам обнимавшего её Арслана поедет осматривать своё новое жилище и для них перестало существовать всё окружающее их. Фабио удивился, но ненадолго, к его губам прильнули губы Румани. Обе пары, забыв обо всём, целовались довольно долго, но всё когда-нибудь заканчивается, а хорошее намного быстрее, чем хотелось бы.доставит девушек на берег. Захотела остаться в гостях у Леры и Франческа, Адриано (Федерика и Теофила с ним ехать не захотели) ничего другого не оставалось, как откланяться и отправиться в город, его-то не пригласили остаться на "Рагузе".

— Смотрите! Раз уж вы опоздали увидеть закат, смотрите сейчас! — сказала Лера, обнявшимся Румани В этот вечер Лера и Фабио (а её обнимал Арслан). Две пары застыли, глядя на поднимающуюся луну, даже не на неё, а на дорожку, протянувшуюся от владычицы ночи к кормовому балкончику корабля. Румани, восхищённо выцдохнула:

— Как красиво! Я никогда раньше такого не видела!

Арслан и Фабио промолчали, они лунную дорожку уже видели, не любовались закатом, да, в Венеции закаты тоже красивы, но тогда ни у кого совсем не то, что в море, к тому же на "Рагузе" были гости, и хозяйке как-то неудобно оставить их одних, не уделить им внимания. Вот Лера и просидела до поздней ночи, беседуя с Франческой, Федерикой и Теофилой, девушек интересовало буквально всё, и они, открыв рты, слушали о приключениях адмирала Бегич. Слушали не только гостьи из них в объятиях Венеции, тут же сидела Айсу, с горящими глазами ловившая каждое слово Леры. Валерий Бегич, на правах родственника, тоже присутствовал, изредка дополняя рассказ Леры красочными подробностями, довольно удачно дополняя, что делало рассказ очень увлекательным. Посиделки закончились далеко за полночь, все отправились спать, а Лера вышла на балкон, тянувшийся вдоль кормы. Она хотела просто подумать, а не было красивой девушки. полюбоваться ночной Венецией, хотя и ночью этим городом можно любоваться. И днём Венеция (особенно со стороны набережной Склавони) красива, но при полной луне освещённая фонарями набережная приобретает особый шарм. Облокотившаяся на перила Лера, улыбаясь, услышав, что на балкон ещё кто-то вышел, не оборачиваясь, поинтересовалась:

— Ты что-то хочешь, Айсу?

— А как вы поняли, что это я? — тихо спросила девушка, ответив вопросом на вопрос. Лера пожала плечами:

— Ты на меня весь вечер смотрела так, будто хочешь о чём-то спросить, потом пошла за мной, я слышала твои шаги. Потом стояла тут за дверью, я твоё взволнованное дыхание слышала, так что же ты хочешь мне сказать?

— Я хочу остаться с вами, очень хочу! С вами и со всеми остальными, с вашими подругами, хочу так же!.. Вы мне это сами предлагали, а потом... — сумбурно высказалась Айсу, но потом у неё задрожали губы, выступили слёзы и она замолчала. Лера внимательно на неё посмотрела и как можно мягче, пытаясь подобрать нужные слова, сказала:

Да, Ты сказала — с подругами, а они мне больше, чем подруги, они мои сёстры! Пусть не видела, конечно, наблюдать как кто-то целуется — интересно, кровные, но это быстро надоедает, вот вы и не дожидаясь восхода луны шли спать. К тому же, у вас в горах такого важно, важно другое, что они готовы ради меня на очень многое, не увидишь.потому, что они считают меня старшей, хотя по возрасту я самая младшая. А потому что я ради них тоже готова на многое! Понимаешь, что это значит? Ты видела: мы — одна семья, а в хорошей семье нет секретов, мы ничего не скрываем друг от друга. Может, я не очень хорошо объяснила, но, думаю, ты должна понять, что я хотела тебе сказать.

— В наших горах очень красивые рассветы и закаты! — возразила Румани и добавила, — в наших горах, горах Ичкерии очень красиво! Моя страна — это зелёные долины, быстрые реки с чистой, прозрачной водой, которая не только может утолить жажду, но и исцелить многие болезни! А над долинами высятся каменные исполины, увенчанные снежными шапками, белыми, но в то же время искрящимися на солнце как драгоценные камни! Нет ничего прекраснее наших гор! Нет ничего прекраснее моей родной Ичкерии!

— Согласна, рассветы и закаты в горах очень красивы, но на море они просто великолепны! — не стала возражать Лера, но пояснила, почему она осталась при своём мнении, — но, как видишь, на море есть не только они, но и ещё кое-что, чего нет в горах. Если бы я умела рисовать, то только бы и рисовала эту красоту! А горы... у нас тоже есть горы, пусть не такие большие как в твоей стране, но тоже величественные! К тому же у нас есть море! тёплое и ласковое море, по красоте с ним Айсу ничего не сравнится! Моя страна сказала, только кивнула. Когда она ушла, около Леры, словно ниоткуда, возник Валерий. Этой своей способностью Далмация вот так бесшумно появляться он, Кара и нет прекрасней страны на свете!

— У нас тоже есть море, — немного обиделась Румани, но при их товарищи постоянно удивляли Леру. При этом голос девушки дрогнул, внезапном появлении Валерия девушка вздрогнула, а она сама стала немного грустной, видно с морем у неё были связаны не очень хорошие воспоминания. Лера кивнула, она знала, тот, показывая, что родина Румани далеко от моря (не так уж и далеко, он слышал весь разговор, тихо произнёс:

— Немного запутанно, но от моря она отделена могучим горным хребтом), и оттуда девушку увезли по морю, вольнолюбивую девушку, как и остальные представители её народа, фактически увезли убедительно, я имею в рабство. Румани загрустила, видно вспомнив дом, да и луна поднялась высоко, лунная дорожка погасла, а с ней исчезло ночное волшебство и все отправились спать.виду твоё высказывание. Думаю, девочка сделала соответствующие выводы, если нет, то обязательно сделает, какие? Утром — увидим.

Утром, как всегда была тренировка под руководством Во время обычной утреней тренировки (хотя корабль стоял, можно сказать, в городе, Лера не стала менять обычный распорядок) Кара, который сделал Румани замечание. Сказав, успевший переговорить с Валерием, поставил Айсу в пару с Лерой. Та ожидала от Айсу, что девушка невнимательна та, как и пропустила несколько ударов. Получила замечание в прошлый раз, будет изображать неумелого человека, неуклюже делающего показываемые ему гимнастические и Лера за отсутствие активности, она другие упражнения. Но в этот раз всё было по-другому — рыжая девушка, почти девочка, решительно пошла в атаку! Если сначала Айсу только имитировала удары, показывая своё умение, то потом перестала это делать. Лера, уже давно не новичок в боевых искусствах, даже не пыталась атаковать, а только ставила блоки и уворачивалась. Этот поединок привлёк общее внимание, Леру, отодвинув в сторону, заменила Линь. Теперь не только силы, но и умения оказались равны и эти две маленькие хрупкие девочки привлекли всеобщее внимание. Двое зрителей, Северин Качка и Платон Васин (один — запорожский казак, другой — донской, командиры второй и третьей абордажных команд), в один голос произнесли, один сказал: — Боевой гопак! Другой: — Бойцовый пляс! Горанчич удивлённо посмотрел на Скетушского, тот пояснил, ничего при этом не объяснив:

— Это такие танцы у запорожских и донских казаков. Только почему их назвали боевым и бойцовым?

Действительно, если экономная, но при этом рваная манера Линь двигаться при ведении поединков была в паре знакома, то размашистые с Румани и старалась не высокими подскоками движения Айсу напоминали какой-то очень наседать энергичный и необычный танец. Внимательно наблюдавшая за этим поединком Винь пояснила:

— Многие танцы содержат элементы боевых искусств. Там, где определённым слоям населения власть имущие запрещают носить оружие, появляется искусство драться голыми руками или подручными средствами. А как развивать подобные навыки? Ведь те, кто запрещает носить оружие, совсем не дураки и быстро поймут — что к чему. А если кто-то просто танцует, то в чём его можно обвинить? Ну, подпрыгивает высоко, машет руками и ногами, что тут такого?

— Холопская придумка, нет ничего надёжней честной стали корабэли, оружия настоящего воина! — положив руку на сонную подругу. Лера уже была привычна к такому ритму, к тому же ей хватало нескольких часов, чтоб выспаться. А вот Румани выглядела уставшей, Кара, от которого эфес своей сабли, презрительно скривился Скетушский. Качка и Васин ничего не могло укрыться, чуть заметно усмехнувшись, сказал, что для этих двоих сегодняшняя тренировка окончена, но он надеется, что завтра они будут сказали, лишь заулыбались в лучшей форме. Лера, воспользовавшись разрешением Кара, утащила подругу на кормовой балкон. Фабио, наблюдавший за Румани, хотел за ними последовать, но его удержал Арслан, который понял, о чём Лера хочет поговорить со своей подругой. Первой начала Румани, возмущённо заговорившая:

— О чём ты хотела со мной поговорить? Если собираешься в чём-то упрекнуть, то это бесполезно! Я люблю Фабио, а он любит меня! Да, ты можешь возразить, что бывшая наложница из гарема не пара блестящему офицеру усы, и он может отвернуться от меня, но Фабио знает обо всём, что со мной было! Он сказал, что его это совсем не смущает и без меня он не мыслит жизни и сделает всё, чтоб я эта улыбка была счастлива! Он обещал, что всё сделает для этого!

красноречивей любых слов. А Винь укоризненно покачала головой:

Румани, я не собираюсь тебя ни в чём упрекать Не все могут открыто учиться владеть саблей или другим оружием воина, вот и как твоя подруга, я буду приходится учиться защищать свою жизнь только рада, если ты найдёшь своё счастье. Но как твоя подруга, я хочу тебе кое-что рассказать. Ты знаешь руками. А тот, кто такой Фабио Винетти? Он один из старших офицеров флота республики, но он, как ты заметила, не командует кораблём, а занимается штабной работой. Как ты думаешь, почему? Фабио — сын Джузеппе Винетти, сенатора республики, не просто сенатора, а члена совета десяти и главы одного из великих домов Венеции. Не думаю, что твой Фабио сможет пойти против воли своего отца, а тот вряд ли одобрит такой выбор своего сына. Понимаешь, люди их круга редко когда заключают браки по любви, обычно, это делается по расчёту: для приумножения капитала семьи овладел искусством такого боя, может противостоять вооружённому воину или повышения своего статуса, то есть берут в жёны девушку с титулом, ради этого самого титула, — высказав своё мнение Лера, глядя на растерявшуюся подругу, замолчала. У Румани выступили на глазах слёзы, но она упрямо сжала губы, собираясь что-то сказать, но Лера её опередила: — Ты хочешь сказать, что Фабио сделает всё, чтоб вы были вместе? Скорее всего так и будет, но не всё зависит от него, Джузеппе не позволит своему сыну взять тебя в жёны, в лучшем случае ты будешь любовницей-содержанкой, да и то, только до тех пор, пока отец не подыщет Фабио невесту. В худшем случае, от тебя избавятся... нет, не прогонят. Ты просто исчезнешь. Если старый Винетти решит освободить своего сына от обязательств перед тобой — тебя убьют, и если за это возьмутся серьёзно, то я не смогу тебя защитить. Да, у меня уже есть в Венеции определённый вес, но я не настолько влиятельна, чтоб спорить с главой великого семейства.даже нескольким.

Но Да, умеете вы драться руками, ногами и всем тем, что под рукой окажется... видели, как это у вас получается, — хмыкнул Горанчич, и, покачав головой, сказал: — Только эта ваша наука, пожалуй, посложнее будет, чем научиться саблей махать. Видим же мне делать? — растерянно спросила Румани. Лера ответила так:

— Думать надо, думать! Мне в первую очередь! А то я что-то расслабилась. Приданое я тебе дам, но для брака по расчёту — этого будет мало, хотя... может и достаточно. Нет, всё же мало, тут надо зайти с другой стороны. Румани, а давай мы тебя княжной сделаем? А?

— Княжной из гарема? Гарема не султана, а бейлербея? Кто в такое поверит? Кто поверит, что княжна... — начала возражать Румани, Лера махнула рукой, отметая эти возражения:

— В гарем не по своей воле попадают, в жизни всякое случается, а от шуток судьбы никто не застрахован. В гарем может и принцесса попасть, вот мы и сделаем вид, что ты княжна.ваши тренировки, уж очень они... гм.

Но это же Любая наука тяжело даётся, — согласно кивнула Винь, на её лице не правда! В нашем роду не было князей! Мы бедные люди! Я не хочу обманывать Фабио!

— Так, тяжёлый случай, — покачала головой Лера и предложила, — давай зайдём с другой стороны. У тебя в роду князей не было, но род твой знатен? В горах не знатных нет, так и скажем: твой род знатен, отражалось никаких эмоций, хотя она внимательно следила за поединком своей сестры и беден. Ладно, землю вы сами обрабатываете, крепостных, а рабов рыжей девочки. С тем более, у же бесстрастным выражением Винь добавила: — Мужчины, научившись правильно держать саблю, уже думают, что научились ею владеть, они полагаются на силу, а сила — не главное, многие из вас нет. А тебя не захватили в плен, сильней меня или каким-то другим образом похитили, а твои родственники сами продали, чтоб хоть как-то остальным детям, и сестры, но никто не только им, выжить. Об этом рассказывать не будем, — Лера ещё раз покачала головой. Вздохнув, продолжила: — Да, действительно — тяжёлый случай. Но мы в таком ключе о земле ничего говорить не будем, разве что — будто невзначай, сообщим — твой знатный род владеет землями. Вот на этом и заострим внимание, мол, ты знатная, но очень скромная, остальное твой Фабио додумает сам. Ах, он не твой? Ещё не твой... дааа... действительно тяжёлый случай, ладно, я сама с ним поговорю. Никуда он не денется.сумеет нас победить, какое бы оружие ни выбрал.

Фабио стоял ближе к корме у высокого борта и сквозь прорезь пушечного порта смотрел на море, обычно, после своих утренних тренировок Румани подходила к нему. Конечно, день Горанчич не ночь, всё на виду, тем более на верхней палубе, целоваться не совсем удобно, вернее нашёл, что сказать в ответ совсем неудобно. Но можно взяться за руки и так стоять! Стоять с любимой девушкой! Думая о Румани Фабио не заметил, как к нему подошла другая девушка и пристроилась рядом у прорези в борту. Фабио увидев — кто к нему подошёл, вздрогнул. Хотя эта девушка, с некоторого времени к нему относилась хорошо, но это Винь была грозный адмирал, которая вполне может запретить одной из своих подчиненных общаться с человеком, вызвавшим её неудовольствие, а такое вполне может быть, после того как Румани уговорила его пойти на кормовой балкон. Вполне возможно, Бегич рассердилась, но той, кого называет своей подругой, этого не показала, а сейчас выскажет своё неудовольствие ему, Фабио Винетти! Выскажет сыну сенатора Венеции как одному из своих подчинённых! Девушка заговорила и худшие опасения влюблённого юноши, вроде, как стали оправдываться:

— Я хотела бы поговорить с вами, сеньор Винетти, о моей подруге, Румани, не буду называть имя её рода, оно слишком известно в тех краях, где права, она живёт. Не удивляйтесь. Румани не простая селянка, она младшая дочь... впрочем, не будем об этом, я хотела бы узнать, сеньор Винетти, насколько серьёзны ваши отношения?

— Наши отношения — это только наши отношения и я не намерен их обсуждать с посторонними! — отвечая на вопрос, Фабио гордо расправил плечи, показывая, что он не собирается перед кем-либо отчитываться, пусть это будет адмирал её сестра, да и княжна из одного из скадарских княжеств. Всё таки он сын сенатора, главы торгового дома, единственный его наследник, а такие люди равны по знатности горным князьям, а по богатству, многих из них превосходят. Лера, улыбнулась и примирительно выставив ладони вперёд, спокойно, даже доверительно сказала:

— Видите ли, сеньор Винетти, Румани мне не чужая, она моя подруга, близкая подруга. Мне не хочется, чтоб она снова страдала, на долю этой хрупкой остальные девушки и так выпало слишком много испытаний, больше я этого "гарема" Леры уже могли дать фору любому абордажнику, как бы силён он ни был. В этот момент Линь, проведя какой-то приём, опрокинула Айсу, но в последний момент, подхватив, не допущу и если я увижу, что вы хотите дала той упасть на доски палубы. С той же бесстрастностью, как её обидеть, я вас убью.сестра, Линь прокомментировала поединок:

— Очень хорошо — есть все данные стать хорошим бойцом. Реакция великолепна, а вот с растяжкой надо ещё поработать, да и с координацией движений. Стиль ведения боя тоже очень интересный, надо будет внимательно его изучить.

Эээ... как убьёте? На сегодня довольно, растерялся Винетти и, вспомнив то, прекратил занятия Кара. Он, Валерий, Булут и Гючлю выглядели довольными, хоть и скрывали это. Лера, хорошо уже изучившая мужчин, видела их чуть заметные улыбки и решила при первой же возможности выяснить у Валерия, что случилось ему так понравилось. И не только это, были и другие вопросы, но всё как-то не удавалось их задать. Да и поговорить с Адольфо и Алонзо Изеринни, поинтересовался, — вызовете меня Айсу надо бы, девочка, показав своё умение, явно намекала на дуэль?

— Нет, Фабио, вызывать вас разговор. Такая возможность Лере представилась только через три дня, когда она сама и её "гарем" перебрались в дом на дуэль набережной Склавони. Раньше у Леры это никак не буду, — получалось, хотя сам переезд и обустройство взяли на себя её подруги. Сама же Лера взяла юношу за руку вместе с Зухрой занималась решением финансовых и доверительно сообщила, — я прикажу Мумбо, или Мужонга тихо вас придушить организационных вопросов, связанных как с её эскадрой, так и выкинуть за борт. А в Венеции скажу, что вы были очень не осторожны с нею самой. Наконец Лера решила уделить время отложенными делами, а именно поговорить с Валерием и вас волной смыло, или что-то другое придумаю.Айсу.

Лера замолчала, выжидательно глядя на молодого Винетти, тот тоже молчал, не зная, что сказать. В этот момент к ним подошла обеспокоенная Румани, почувствовавшая что-то не ладное. Лера, продолжающая ласково улыбаться, взяла свою подругу за руку и вложила маленькую девичью ладошку и в ладонь юноши. Румани и Фабио растерянно смотрели на Леру, а та торжественно произнесла:

— Я не против, я очень даже за! Надеюсь, вы пригласите меня на свадьбу? А если ещё и подругой невесты, то я буду счастлива! Так как, пригласите?

Румани и Фабио переглянулись и одновременно кивнули.

Когда хлопоты с переселением "гарема" адмирала Бегича в большой дом (уже не один, было куплено ещё два соседних здания) на набережной были закончены, а все проблемы, требующие безотлагательного выполнения, были решены и выпала свободная минутка, даже не минутка, а целый день, Лера, попросив принести ей кофе, устроилась на крыше дома. Здесь, как и во многих других домах города, была устроена специальная небольшая площадка для отдыха, кто-то из горожан отдыхал на такой площадке, любуясь окрестностями днём, а звёздами ночью, а кто-то просто сушил бельё. Лера поднялась же решила, что здесь можно спокойно поговорить, не опасаясь чужих ушей и не вызывая подозрений: ну решили люди отдохнуть и выпить по чашечке кофе, да ещё у всех на капитанский мостик, куда её срочно вызвал Пидкова, виду, ну кто может подумать, что они секретничают? Действительно, почему бы не дожидаясь вопроса — к чему такая срочность, он хмуро сказал:

— С "Ласточки" передали — нас догоняют, посидеть на свежем воздухе, любуясь городом, "Рагузой" и это довольно большая эскадра. Похоже — нам "Белой чайкой", стоящими на рейде перед набережной, тем более что погода была хорошей. Лера приказала вынести на эту высоко расположенную веранду кресла и столик. Устроившись в одном из кресел, она не уйти, галера, захваченная спеша пила кофе, глядя на Валерия, расположившегося в Аль-Искандерии, другом кресле и безмятежно разглядывающего соседние крыши. Наконец Лера, продолжая начатый на "Рагузе" разговор, поинтересовалась:

— Валерий, почему ты меня при других называешь княгиней?

— А как же иначе? Ты единственная, кто спасся из княжеского рода Бегичей, я не даст этого сделать. Перегрузить с неё груз в счёт, ты ведь прямая наследница титула и снять людей, земель княжества, поэтому — княгиня, а не княжна, — отвлекаясь от своего занятия, пояснил Валерий. Лера возразила:

— Но ведь такого княжества нет! Княжеского рода Бегичей ведь тоже нет и никогда не успеем.было!

— А кто знает, что такого княжества и рода им правившего нет? Арберия — маленькая страна, но малоизученная — горы ведь, княжеств там множество, больших и маленьких. Если в существовании княжества ещё как-то можно было усомниться, то княгиня Бегич — вот она, передо мной! И пусть кто-то попробует возразить, что такой княгини нет, живо голову оторвём! — усмехаясь, закончил пояснять Валерий.

Петро несколько сгущает краски, скоро Отхоной, там сможем укрыться и посмотреть Но... начала Лера, Валерий решительно пресёк попытку возразить:

— И никаких "но", ваше сиятельство! А княжество... если есть княгиня, то почему бы ей не заиметь княжество? Кто сможет этому помешать? Кто посмеет усомниться в законности прав княгини Бегич на её владения? Даже если найдётся такой смельчак, то это будет последнее, на что он осмелится! Только так и не иначе! У княгини обязательно должно быть княжество!

Лера, немного ошарашенная напором Валерия, всё же смогла его остановить и задать давно интересовавшие её вопросы:

— Ну хорошо, я буду княгиней, может, даже не безземельной, а с владениями, но тебе-то от этого какая польза? Тебе и твоим товарищам? Не буду отрицать — ты сам и твои знания очень мне помогают, но я не могу понять мотивов оказания такой действенной, а главное — бескорыстной помощи. Вряд ли это за эскадра, — сказал Горанчич. Лера ничего не ответила, да и причина того, что можно сказать — с "Днипра", догоняющую эскадру ещё не ты называешься князем Бегич, ты же сам везде утверждаешь, что твоё происхождение даже на титул даёт лишь формальное право, так зачем тебе это? И каково твоё настоящее имя? Почему ты его скрываешь? Ведь то имя, которым ты сразу назвался, имеет к тебе такое же отношение, как и нынешнее. А эта клятва крови на мече? Кара говорит, что для вашего народа нет выше клятвы, зачем ты мне её дал? Или это было видно. Горанчич не по-настоящему? И к какому народу вы принадлежите? Какому богу поклоняетесь? Или богам? Когда ты появился, ты был правоверным последователем пророка Мухаммеда, уверена — ты молился в мечети так же истово, как сейчас в церкви, сейчас ты не пропускаешь ни одну мессу и, как мне кажется, порядок их проведения и другие тонкости богослужения ты знаешь не хуже священника! Так кто же ты? И какие у тебя цели?

— Очень много вопросов, на некоторые я ответить не могу. На другие отвечу, надеюсь, этого будет достаточно, чтоб удовлетворить твоё любопытство и завоевать окончательное доверие, — улыбнувшись, кивнул Валерий. При этом, как показалось Лере, улыбка его была искренняя и очень тёплая. С той же улыбкой Валерий продолжил: — Начнём с имён, ты права, Берк такое же выдуманное имя, как и нынешнее Валерий, одно ничуть не хуже другого. Таких имён у меня много, я не говорю — было, я говорю — есть. Какому Богу поклоняюсь? Один мудрец сказал: "Вера — это огонь, религии — цветные стёклышки в светильнике вокруг него. Неважно, через какое стёклышко вы смотрите, главное — видите ли вы тот огонь". Я согласен с таким утверждением и уверен, Бог — един, молиться ему можно где угодно: в мечети, в церкви, на капище твоих чернокожих друзей, но молитва должна быть искренней и тогда Бог её услышит. Если же лукавить, то ни пышность храма, ни одежд служащих там, ни богатые дары не помогут, Бог видит всё! — последние слова Валерий произнёс с жаром, очень удивившим Леру. Переведя дыхание и успокоившись, Валерий продолжил: — Теперь о клятве кровью на мече — это высшая клятва и давший её становится тенью того, кому её дал. Смерть не освобождает от этой клятвы, если умирает тот, кому её принесли, то должен умереть и тот, кто клятву давал, как не сумевший её выполнить. Такую клятву Кара дал Арслану, а я тебе, поскольку вы... не будем об этом, но надеюсь, я ответил почему. Не совсем понятно? Ещё один мудрец сказал — если не можешь что-то победить или ему противостоять, а очень надо, то возглавь это, а кто возглавляет как не султан? Он решает — что и как, но решение ему советники подсказывают. А кто становится первым советником султана? Вот я как раз об этом. Но это не всё — любимую жену султана надо оберегать и она не может быть простолюдинкой, хотя бы — княжной, а ещё лучше княгиней. Арслан тебя любит и от тебя не откажется ни при каких условиях, даже если это будет стоить ему трона. Что? Арслан не имеет прав на трон? Это турки, как сказать, всё меняется и права могут появиться совершенно неожиданно. А ты стала помехой достижения этой цели, а помехи надо устранять, вот я передал на "Чайку", и устраняю так, чтоб шли это удовлетворило всех, в первую очередь Арслана. Если умрёшь ты, не знаю, захочет ли дальше жить Арслан, а нам этого не надо! Мы должны это предотвратить любой ценой! Кто мы? Ты уже спрашивала, повторю — об этом ещё рано говорить, но обещаю — придёт время — ты узнаешь всё!

Лера задумалась, пытаясь осмыслить только что услышанное. Валерий понял молчание девушки как приглашение к Отхоною дальнейшим действиям, поэтому предложил:

— Кажется, самое время позвать Айсу, бедная девочка совсем извелась и сразу входили уже не то что созрела для разговора, даже перезрела. Звать?

Задумавшаяся Лера рассеянно кивнула, и Валерий отправился звать Айсу. Они появились на террасе через несколько минут, видно, Айсу была где-то недалеко, ожидая, что её пригласят для разговора. Валерий предложил девушке то кресло, где только что сидел, а сам встал за спиной Леры. Поскольку на эту террасу на крыше вынесли не только кресла, но и всё необходимое для приготовления кофе, Лера этим и занялась. Делала она это не спеша, украдкой поглядывая на Айсу. А та молчала, видно, не решаясь начать разговор первой. Наконец Лера сделала кофе, предложила по чашечке Айсу и Валерию, после чего взяла себе. Лера сделала глоток и, чуть прикрыв глаза, наблюдала за Айсу, та маялась, искоса поглядывая на Валерия, видно не решаясь начать разговор при нём, наконец, не выдержав молчания, выпалила:

— Лера я хочу в бухту, остальные пойдут следом.ваш гарем!

— В мой гарем? — удивилась Лера (сделала вид, что удивилась) и, с некоторой укоризной, пояснила: — Это не гарем, ты же знаешь — так в шутку называют моих подруг. Моих подруг, которые мне ближе сестёр, я тебе об этом уже говорила. Если что нас и связывает, то это дружба, настоящая дружба. Любая из девушек моего "гарема" свободна и может уйти, куда захочет и когда захочет. Я не буду её удерживать, наоборот, я ей помогу устроиться там, куда она собралась уйти. Ты же видела Румани, она... да что я буду тебе рассказывать, ты и так уже всё знаешь, ведь у нас секретов нет, так что ты должна была слышать, что о ней говорят. Видишь, от тебя мы ничего не скрываем, а вот о тебе мало что известно, этого недостаточно, чтоб тебя мы считали своей.

Лера снова промолчала, только согласно кивнула — Дмитар Горанчич был опытным капитаном, знал Лера, закончив говорить, поднесла к губам чашечку с остывающим кофе, Айсу, которая к своей чашечке и умел намного больше, чем молодая девчонка волею случай ставшая его командиром. Промолчал и казачий атаман Пидкова, великолепный боец и бывалый морской волк, только ходил он на быстроходных "чайках", (малых судах или больших лодках), опыта вождения больших кораблей у него не было, притронулась, начала говорить:

— Меня зовут Айсидора, так меня назвал один человек, а мама не возразила, поэтому он полностью полагался на я думаю, что именно это моё имя, хотя так меня назвали всего один раз, и я ненавижу это имя. Мама всегда звала меня Айси! — девушка начала говорить, спокойно, но при упоминании своего помощника. Через пять часов турецкие галеры стало видно полного имени начала волноваться. Успокоившись, Айсу продолжила тем же ровным голосом, каким начала рассказывать: — Мы с мамой жили в небольшом домике в большом саду, возле какого-то дворца. У меня была нянечка, она жила с нами, а ещё были две служанки, которые приходили и с "Днипра", идущие за ним корабли уходили, в саду были ещё какие-то люди, я их из окна видела. Редко их видела, а к нам в дом они не закрывали обзор, заходили. Когда мы с мамой гуляли к нам никто не подходил, мне казалось, что когда мы выходим гулять, все эти люди прячутся. Однажды мама сказала, что нам надо сходить в гости. Я так поняла, что это кто-то очень важный, потому что мама оделась в красивое платье и меня одела, а ещё причесала и вставила в волосы гребень с блестящими камушками. Потом мы пошли во дворец, там кого-то ждали в большом зале, там было много людей, они разговаривали друг с другом, но с мамой никто не говорил. Из разговоров этих людей, одетых в очень пышные одежды, я поняла, что все ждут выхода императора. Императора Фердинанда, так они говорили. Когда вышли трубачи и начали дуть в свои медные трубы (надо сказать, что звук был ужасный!), все выстроились в две шеренги. Все старались как эскадра Леры уже шла "уступом", подготовившись скрыться от преследовавшей эскадры можно ближе встать к тем дверям, откуда должен был выйти император, при этом толкались, хотя распорядитель церемонии и его помощники каждому указывали место, куда встать. Мы с мамой оказались в бухте Отхоноя. Первой в бухту вошла "Белая чайка", но шедший за ней "Днипро" самом конце этого сделать строя приглашённых, мама и не смог старалась, в отличие от остальных, встать так, чтоб оказаться на виду у императора. Когда вышел император Фердинанд, высокий, красивый, все начали кланяться, а он шёл, не останавливаясь, небрежно кивая, иногда роняя несколько фраз. Но около нас с мамой остановился, я поклонилась, немного присев так, как меня учила мама. Мама тоже так присела и замерла, а император взял меня за подбородок и, посмотрев в лицо, сказал: подняли цепи перегораживающие вход в порт. Подняли Так вот ты какая Айсидора. Ненавижу это имя! Ненавижу императора! — почти перед самым форштевнем галеры, едва успевшей сбавить ход. Остальные корабли, последовав примеру "Днипра", тоже тормозили (там вовсю заливались боцманские дудки выкрикнула Айсу и гребцы налегали на вёсла, гася скорость). Корабли эскадры адмирала Бегич, спешно разворачивались, вёсла замолчала, губы её задрожали, лицо исказила злобная гримаса, а в глазах полыхнула ненависть, это было очень заметно, но так неожиданно. Лера и Валерий многозначительно переглянулись, после чего мужчина спросил:

— Высокий и красивый мужчина, но тебе очень не понравился, почему?

— Он приказал отравить мою маму! — прошипела Айсу, сжимая кулаки. Лера и Валерий снова вспенили воду, но время было потеряно. Что дало возможность преследователям значительно сократить расстояние.переглянулись, и от Валерия последовал новый вопрос:

— Откуда ты это знаешь? Тебе об этом кто-то рассказал?

Айсу насупилась, при этом её начала бить мелкая дрожь, Лера поднялась с места, обняла девушку и, успокаивая её, стала гладить по рыжим волосам, при этом тихонько говоря:

— Не бойся, тут тебя никто не тронет, я этого не позволю.

Они что? С ума сошли? Так боятся турок, что совсем разум потеряли? — закричал Пидкова, Её не тронут, но как бы она сама кого не тронула, наделав при этом добавив ещё несколько слов, которые заставили Леру покраснеть. Покраснели и сопровождавшие девушку Линь и Винь, они хоть ещё и не знали как следует язык большинства команды "Днипра", но того, что поняли, оказалось вполне достаточно.глупостей, — тихо произнёс Валерий. Он, когда Айсу немного успокоилась, попросил продолжить рассказ.

Сигнальщик! Команда остальным кораблям — строй фронт! — Через три дня, после того визита к императору, я проснулась ночью от того, что мне стало страшно, очень страшно! Я выбежала из комнаты и побежала к маме, споткнувшись о свою нянечку, она почему-то легла спать под дверью моей комнаты. Я об неё сильно споткнулась, но она не проснулась, а я чуть не упала, на чём-то поскользнувшись. Но я не стала останавливаться, а побежала к маме, там были какие-то люди, которых я раньше не видела, они не хотели меня пускать в мамину комнату, но я всё равно туда вошла! Мама лежала на кровати и не спала, её глаза были открыты, она смотрела куда-то вверх. Я бросилась к ней и схватила её за руки, они были тёплыми, но мама не дышала, а лицо её было очень бледным, даже с какой-то синевой! Один из тех людей, которые меня не пускали, сказал, что мама умерла и если я не хочу тоже умереть, то немедленно должна пойти с ними. Я кричала, вернее, хотела закричать, что не хочу, что останусь с мамой, но меня схватили, зажали рот и потащили, потом долго везли в закрытой карете, несколько дней везли, останавливаясь в лесу или там, где никого не было. Привезли меня в тот дом, о котором я уже рассказывала. Те люди, что меня везли, сказали, что там я буду теперь закричал Горанчич, видя, жить, потому что ни Лера, ни Пидкова меня хотят убить, как убили мою маму. Это мне сказала и строгая женщина, а ещё она как-то обмолвилась и не знают один раз, что делать. Им Дмитар пояснил своё решение так: — Мы маму отравили по приказу императора, а меня успели спасти друзья, что за друзья, я так и не сможем уйти от турок на вёслах, убрав паруса, мы потеряли ход. А такой строй позволит задействовать кормовые пушки всех кораблей.поняла.

Да, будем драться, Как одеты были эти друзья, что тебя спасли? хмуро сказал Пидкова и снова заставил покраснеть девушек. Выразив свои чувства капитан "Днипра", уже спокойно добавил: — Коли суждено погибнуть, так сделаем это весело, жаль поинтересовался Валерий, когда Айсу сделала паузу в своём рассказе. Но девушка не могла что-либо сказать об этих людях, помнила только то, что они были одеты в серые одежды, похожие одна на другую. Они всё время менялись, в карете постоянно был только один. Валерий недоверчиво хмыкнул, ведь по словам Айсу, её везли несколько дней, почему же она не смогла как следует рассмотреть своих похитителей? Лера заступилась за Айсу, сказав: — Много ли может запомнить маленькая испуганная девочка? — После чего, поинтересовалась: — Сколько Айсу тогда было лет? Оказалось — всего того, пять. На вопрос Валерия, почему она знает, что у нас в трюмах, утопим ведь! Да и вас, атаман жалко... вам и другим девушкам жить, да жить.пять, девушка ответила:

— Мой день рождения был за неделю до этого, на торте, что мне принесли, было пять свечей.

— Сколько же тебе сейчас? — спросил Валерий, Айсу ответила, что недавно исполнилось пятнадцать. Кивнув, мужчина продолжил расспрашивать:

— Ты говорила, что драться не умеешь, но как оказалось, делаешь это очень неплохо. О чём ты ещё умолчала? Яды, фехтование?

— Да, с ядами и их применением я знакома, кроме того, умею определять, есть ли они в предлагаемых напитках или еде. Не все яды, но большинство. Кроме того, о чём я уже рассказывала, меня учили драться ножами, метать их. Ещё меня учили танцам, разным, не только европейским.

Лера кивнула, со слов Линь она знала, что Айсу великолепно управляется сразу с двумя ножами и отлично их метает, когда же ей показали метательные звёздочки, девушка пришла в восторг и очень быстро научилась ими пользоваться. А вот фехтовать чем-то размером больше кинжала девочка не умеет. Это только кажется, что если умеешь фехтовать ножом, то саблей или шпагой тоже получится, но это совсем не так. В общем, эта девочка умела делать очень многое на очень приличном уровне. Выслушав Айсу, Лера поинтересовалась у Валерия:

— Ну, что ты об этом думаешь? Ты говорил, что её к чему-то специально готовили, но мне даже в голову не приходит — к чему? Её учили десять лет, делали это очень интенсивно, она многое знает и умеет, но всё это как-то не стыкуется с твоими словами о кинжале, который хотят только один раз использовать. Так что ты скажешь?

Вместо ответа, Валерий посмотрел на Айсу, продолжавшей, словно ища поддержки, прижиматься к Лере, и задал уже ранее прозвучавший вопрос:

— Скажи мне, пожалуйста, почему ты уверена, что именно император приказал отравить твою маму?

Девушка, не задумываясь, ответила:

— А кто же ещё мог приказать такое сделать? Кто?!

— Ты говорила, что те люди, которые тебя потом увезли, сразу не хотели тебя пускать к маме, но ты всё же прорвалась в её комнату. Пятилетнюю девочку не смогли остановить трое сильных мужчин... даже четверо. Не кажется ли это странным? Ну и потом нянечка, о которую ты споткнулась, выбегая из своей комнаты, почему она легла под дверь? Разве она там всегда спала? Нет? Так почему в этот раз поступила именно так? Ещё могу предположить, что споткнувшись, ты её сильно ударила, если бы она была жива, то хоть какая-то реакция была бы. Почему думаю, что эта женщина уже была мертва? А скажи-ка, Айсу, обувь тебе меняли, перед тем как посадить в карету?

— Да, а вы откуда это знаете? — ответила девушка вопросом и обиженно добавила: — У меня были такие красивые туфельки, мне их мама на день рождения подарила! А они их забрали! Сняли, когда меня несли! Потом другие дали, некрасивые, большие и неудобные!

— Женщина останется женщиной, даже если она маленькая, как бы не спешила, а обувь наденет. А ребёнок старается не расставаться с любимой вещью, не удивлюсь, что она спала в этих туфельках, — хмыкнул Валерий. После чего поинтересовался куда-то в сторону, повторив заданный ему Лерой вопрос: — Что скажете?

— Ты был прав, девочку готовили к чему-то очень серьёзному, а к чему? Не трудно догадаться к чему, ей настойчиво внушали, что её маму приказал отравить не кто иной, как император, хотя для императора — это слишком мелко. Нет, он, конечно, может приказать отравить, но это будет проделано более элегантно. К тому же, девочка, твою маму не отравили, а задушили и, похоже, это сделали те люди, что потом тебя увезли. Они же зарезали твою нянечку, ты в кровь вступила, могла их карету испачкать. К тому же кровь — это улика, а улики всегда уничтожают. Вот и твои, Айсу, красивые туфельки не выбросили, а сделали так, чтоб они пропали без следа, — произнёс неизвестно откуда появившийся Гючлю, был он не один, его сопровождал Булут, Лера, гневно сдвинув брови, поинтересовалась:

— Подслушивали, и давно?

— Да нет, вот мимо проходили, услышали голоса и решили зайти на кофе, — хохотнул Булут, видя, что Лера начинает закипать, стал оправдываться: — Гуляли мы тут недалеко, услышали знакомые голоса и решили заглянуть, пожелать хорошего дня.

— Гуляли тут?! По крышам? — громко прошипела девушка, Гючлю тихо произнёс:

— Остыньте, ваше высочество, похоже, вы вляпались в высокую политику, а это более чем смертельно опасно.

— Я адмирал! У меня эскадра, абордажные команды, и я не боюсь каких-то...

— Остыньте, — повторил Гючлю, голос он не повысил, но это было так сказано, что Лера замолчала и растерянно посмотрела на Валерия, тот только развёл руками. Гючлю продолжил: — Вам не помогут ни пушки, ни абордажные команды, ни многочисленная охрана, как бы надёжна она ни была, однажды вы просто не проснётесь. Надо спокойно подумать, как выпутаться из сложившегося положения, наилучшим выходом было бы, если эта девочка исчезнет, потому что спрятать её будет очень трудно, почти невозможно.

— Нет! Никогда! Ни за что! — почти выкрикнула Лера, прижимая Айсу к себе, растерянно глядя на Валерия, попросила: — Придумай что-нибудь! Не верю, что ты этого не можешь!

Валерий снова развёл руками и указал на Гючлю, тот кивнул и тем же ровным голосом продолжил:

— Этого следовало ожидать, а думать будем вместе, я сказал — почти невозможно, вот и используем это почти.

— Откуда вы знаете, что мою маму задушили? — спросила насупившаяся Айсу, Гючлю ответил:

— Я не знаю точно, это моя догадка. По всем признакам, а ты их точно описала, её именно задушили. А если судить по той поспешности, с какой тебя увезли, они очень торопились, похоже, что-то пошло не так, нарушив планы этих людей. Да и то, что именно так убили твою нянечку, тоже говорит о спешке и нарушение их планов. Может, тебя хотели просто похитить, не знаю и догадок строить не хочу, тем более — это дело прошлое. Да, прошлое, но это прошлое может больно зацепить, вот поэтому надо от него как можно быстрее избавиться. Сейчас надо решать — что дальше делать, быстро решать, завтра уже может быть поздно. Тем более что тобой, девочка, заинтересовались братья из ордена святого Игнатия, а это очень серьёзно!

Валерий вопросительно посмотрел на Булута, а этот человек, который никогда не переставал балагурить, став очень серьёзным, сказал:

— После того как я написал отчёт и передал в командорство региона, мне назначили встречу, не знаю, касается ли это... — Булут кивнул в сторону Айсу и продолжил: — Но принять меры необходимо. Хорошо спрятать её уже не получится, остаётся один выход — надо сделать так, чтоб Айсу исчезла, вернее, Айсидора исчезла, чтоб никому в голову не пришло её здесь искать. Чтоб никто не смог даже подумать, что Айсу может быть той девушкой.

Булут многозначительно замолчал, Айсу испуганно прижалась к снова обнявшей её Лере. Лера всем своим видом показала, что она будет защищать эту рыжую девочку, она чувствовала необъяснимую симпатию к Айсу, может, потому что та напоминала ей Злату, хотя совсем на неё не была похожа. Было видно, что и Айсу испытывает подобные чувства к Лере. Булут, глядя на девушек, чуть усмехнулся:

— Это не то, что вы подумали. Мы не будем Айсу прятать, наоборот — всем её покажем, но это будет другая девушка с тем же именем.

— Но ты же сам говорил, что... — начала Лера, её перебил Гючлю:

— Булут прав, если надо что-то спрятать, то надо это положить так, чтоб все его видели, тогда никому не придёт в голову, что именно это они ищут. Ведь то, что хотят спрятать, не выставляют на всеобщее обозрение, понятно?

— Не совсем, — ответила Лера. Она уже поняла, что у товарищей Валерия есть какой-то план, только не могла понять — в чём же он заключается? Гючлю продолжил пояснения:

— Надо эту девочку выдать за кого-то известного, но не очень известного до сих пор.

— Что-то я не поняла, как это — за известного неизвестного, — приподняла бровь Лера. Она поняла, что вопрос с Айсу не собираются решать радикальным способом и стала выяснять — что же хотят предложить Гючлю и Булут. Гючлю стал объяснять:

— К примеру — Айсу сама по себе никому неизвестна, но является представительницей известного рода и вынуждена до сих пор где-то скрываться, нет, лучше даже так — попавшей в какую-то беду, скажем, в плен и спасённой волей счастливого случая. И вот теперь Айсу незачем скрываться и она старается наверстать упущенное, положенное ей по статусу. Начинает посещать балы, приёмы, сама принимать гостей, в общем — старается быть на виду. Теперь понятно?

— Да, кивнула, — Лера и задумчиво произнесла: — Только вот за кого нам выдать Айсу? Это должен быть кто-то очень знатный, не меньше чем княжеского рода. Тогда её будут подозревать в чём угодно, но только не в том, что Айсу — эта та девочка, что... Постойте-ка, княжеского рода!

Лера замолчала, обдумывая и оценивая пришедшую ей в голову мысль, мужчины многозначительно переглянулись, а Валерий тихонько кашлянул, привлекая к себе внимание. Лера посмотрела на него и, чуть отстранившись от Айсу, которую продолжала обнимать, спросила у той:

— Айсу, хочешь быть моей сестрой? Вообще-то у меня есть родные сёстры, но они не Бегич и теперь как бы не совсем сёстры, а ты будешь...

— Бегич, — продолжил за Леру улыбающийся Валерий. Гючлю, одобрительно кивнув, внёс поправку в предложение Леры:

— Айсу не похожа на Леру, вряд ли кто поверит, что они родные сёстры, хотя в жизни всякое бывает. А вот если Айсу будет кузиной Леры, вопросов ни у кого не возникнет. Если знатные девушки дружны и утверждают — что они сёстры, то так оно и есть. Если у княгини Валерии Бегич, есть двоюродный дядя, то почему бы не быть двоюродной сестре? Будет у Леры двоюродная сестра, но не дочь уже имеющегося дяди, Валерий, ты не обижайся, но Айсу на тебя совсем не похожа. Мне кажется, что это замечательный выход из создавшегося положения!

— Замечательный выход, — согласился Валерий и с серьёзным видом продолжил, вызвав смешки мужчин и хихиканье девушек: — Да, пусть будет племянницей. Молод я ещё, чтоб иметь такую взрослую и красивую дочь, а вот быть дядей — в самый раз. Договорились, буду тебе, княжна Айсу, любящим дядей, отгоняющим от тебя ухажёров.

— Имя вам, княжна Бегич, надо бы сменить. Какое выбрать? Тут решать вам, но позвольте, ваше высочество дать вам совет: Айсидора — не совсем обычное, вернее, совсем необычное имя для жителей Арберии. Это имя лучше забыть, тем более что вам оно не нравится и может вызвать ненужные нам ассоциации. Имя Айси, которым вас называла матушка, вообще уникальное и подобное совпадение, может послужить причиной возникновения подозрений, поэтому — его тоже забудем, так как и имя Доменика, это имя даже рассматривать не будем. А вот Айсу, довольно распространённое имя на востоке, в том числе и в Арберии, оно не вызовет никаких подозрений, к тому же вас уже знают под этим именем. А Бегичи — именно арберийский княжеский род, поэтому предлагаю это имя оставить, — произнёс, обращаясь к Айсу, Гючлю. При этом несколько раз церемонно поклонился, показывая тем самым на изменившийся статус девушки, он и Лере говорил "вы", если это происходило в присутствии кого-то. Ещё раз церемонно поклонившись, Гючлю произнёс, обращаясь к Лере и Айсу: — Для меня и моего товарища большая честь беседовать с вами, ваши высочества!

Лера величественно наклонила голову, хоть и хихикнула при этом, а вот Айсу удивила, она только чуть кивнула и сделала это как королева, принимающая одного из своих подданных, но, не удержавшись, тоже хихикнула и показала язык Валерию, который вполголоса заметил:

— М-да, кровь она себя проявит, как это не скрывай, особенно голубая.

— И всё же, поясните мне, даже не мне, а Айсу, почему император Фердинанд не приказывал отравить её маму, — попросила Лера. Ответил Гючлю:

— Начнём с того, что матушка Айсу не была отравлена, как ей это всё время рассказывали, указывая на императора как на того, кто отдал такой приказ. Если подумать — то зачем ему это надо, ведь Айсу и её матушка и так были в полной его власти. Он мог их просто отправить в ссылку или, как вариант, в темницу. Из рассказа Айсу я сделал вывод, что её матушку задушили, предварительно или после того зарезав нянечку, как нежелательного свидетеля. Это всё говорит о том, что заговор, вернее, похищение Айсу готовилось давно, но что-то нарушило планы заговорщиков-похититетелей и они вынуждены были торопиться.

— Если они торопились, то почему потом держали в таком оригинальном заточении Айсу аж десять лет? Почему сразу не использовали? — поинтересовалась Лера, посмотрев на Айсу, притихшую и ловившую каждое слово Гючлю. Тот пожал плечами:

— Я только могу предполагать. Как можно использовать пятилетнюю девочку? Только как заложницу или предмет шантажа. А если тот, кого собираются шантажировать, не дорожит этим предметом? Другое дело, подсунуть повзрослевшую девушку, это вызовет хоть какой-то интерес, захочется на неё хотя бы посмотреть. А если эта девушка соответственно подготовлена, вы же, княгиня, слышали — чему обучали Айсу, кроме владения ножами и умения обращаться с ядами, то захочется познакомиться с ней поближе. А девушка-то не просто хорошо воспитана и образована, но соответствующим образом ещё и подготовлена. Обучена что-то сделать такое, чего от неё никак не ожидают, а ещё и морально к этому готова, и даже сама очень хочет это сделать! У Айсу целенаправленно вызывали ненависть к императору Священной Римской Империи германской нации, он же курфюрст Баварский Фердинад Второй. Уже больше десяти лет назад он высказывал своё одобрение идеям реформации, а сейчас является её горячим сторонником. Вот, ваши высочества, делайте выводы сами — кому, что выгодно.

Побледневшая Лера снова обняла Айсу и тихо той сказала:

— Ну и вляпались мы с тобой, сестрица. Но я тебя не брошу и в обиду не дам! — посмотрев на Гючлю, спросила: — А вы откуда это всё знаете? Вроде как это не входит в сферу ваших интересов, вы же против великой Порты хотите что-то предпринять.

— Вы, ваше высочество, ошибаетесь, против Порты мы ничего не собираемся предпринимать, так, кое-что немного подправить и только. Не отрицаю, основной наш интерес касается именно Османской империи, но она же не существует отдельно от других стран, в той или иной мере происходящее там касается и её. И чтоб какая-нибудь досадная случайность не нарушила наши планы, приходится быть в курсе всех событий.

— Гючлю, Булут упоминал, что его пригласили на встречу с представителями ордена святого Игнатия, а это же... — испуганно произнесла Лера. Гючлю кивнул, а затем указал на Булута:

— Да, это именно они, а брат Бенито имеет честь состоять в этом ордене. У него было особое задание во владениях Османской империи.

— А вы? — тихо поинтересовалась Лера, Гючлю пожал плечами:

— Я не имею такой чести, у меня несколько другие задачи и имя, к ним прилагающееся, тоже есть.

— Но мне лучше его не знать, я обо всём узнаю в своё время, так? — поинтересовалась Лера и, показав на молчащего Валерия, спросила у Гючлю: — А он? Если, конечно, это не секрет, который тоже мне знать не следует.

— А он, потому Валерий Бегич, что до этого нигде не был засвечен. Под другим именем его знали очень далеко отсюда, к тому же он настолько изменился, что его вряд ли узнают, если кто-нибудь из тех, кто его знал раньше, увидит.

— Хорошо, не буду больше ни о чём спрашивать, — кивнула Лера и тут же поинтересовалась: — Вы можете ответить на один вопрос, не имеющий к вам отношения? Почему Айсу учили драться таким необычным стилем?

— Я могу только высказать свою догадку, но она вполне может оказаться правдой. Как вы знаете, ваше высочество, в Европе нет школ рукопашного боя без оружия. Драться руками — считается недостойным дворянина, вспомните, как отозвался об этом Скетушский. Настоящий воин использует шпагу или саблю, хотя в кабацких драках они машут кулаками, надо сказать, очень увлечённо, но довольно бестолково. Поэтому для Айсу нашли учителя, довольно хорошего, даже отличного, там, где так драться умеют. Для чего её такому учили? От безоружной девушки никто ничего подобного не ожидает, а она может уложить мужчину, и не одного, гораздо более сильного, чем она. К тому же этот стиль могут узнать, как узнал Скетушский, а это как бы след, ведущий куда? Туда, где нет влияния ордена святого Игнатия, скорее, наоборот, братьев из общества Иисуса там очень не любят. То есть никто и не подумает, что в этом хоть как-то замешаны братья из ордена. Где-то так. Если вопросов больше нет, то, наверное, следует разойтись, а то наш длительная беседа может кого-нибудь заинтересовать, и он попытается выяснить — о чём мы тут так долго говорили?

— Скажем, вы нам сказки рассказывали, страшные сказки, — улыбнулась Лера, но эта улыбка была какая-то кривая. Гючлю очередной раз развёл руками, мол, какие знаю, такие и рассказываю, после чего они с Булутом удалились, не исчезли, чего Лера и Айсу ожидали, а неторопливо спустились по лестнице. Валерий, проводив их взглядом, сказал, что тоже пойдёт, так как надо ответить на письмо, что принесли из канцелярии дожа. Лера, которая всю деловую переписку, и не только её, поручила Валерию и Зухре, поинтересовалась, что там. Оказывается, это было приглашение к дожу на приём, в честь какого-то местного праздника. Отказаться никак нельзя было. Лера сказала:

— Хорошо, я туда пойду, вернее, пойдём. Будут княгиня и княжна Бегич, в сопровождении своего дяди, девочек тоже возьмём.

Булут пришел в указанное место, оказавшееся маленьким ресторанчиком, на десяток минут раньше назначенного срока, но его уже там ждали. За столиком, вынесенном на улицу, сидел мужчина, одетый как житель Венеции среднего достатка, он и подал условный знак. Булут, не торопясь, прошёл к этому столику, поинтересовался — свободно ли, после чего присоединился к этому человеку, не спеша потягивающему вино. Булут заказал то же самое, после чего поднял на своего соседа по столику глаза, тот сказал:

— Приветствую тебя, брат Бенито.

Булут не ответил, только вопросительно поднял бровь, ожидая, что его собеседник представится, тот, покачав головой, тихо сказал:

— Моё имя тебе неизвестно, и его не стоит называть.

— Однако же ты, брат, знаешь моё, — так же тихо ответил Булут. Человек, чуть склонив голову, произнёс ещё тише:

— Я назвал твоё, чтоб ты убедился, что пришёл на встречу именно со мной, брат.

— Я выполнил предыдущее задание и поспешил вернуться, как было мне приказано. По прибытию в Венецию я об этом незамедлительно доложил, — сообщил, чуть шевеля губами, Булут. С равнодушным видом подняв бокал и полюбовавшись цветом вина, после чего немного отпив, добавил: — Так чем теперь я могу быть полезен ордену?

Сидящий напротив него ответил:

— То, что ты прибыл сюда с отрядом княгини Бегич (тут Булут улыбнулся — задумка Гючлю удалась как нельзя лучше, если даже в ордене Леру считают княгиней) — большая удача. Для отряда Бегич есть задание, и ты должен поспособствовать, чтоб княгиня взялась за его выполнение. В выполнении этого задания заинтересован непосредственно святой престол, если этому посодействует орден, то пошатнувшийся авторитет общества Иисуса в глазах Папы будет восстановлен! Кроме этого, нас интересует всё, что ты знаешь о рыжей сестре княгини. Когда и как она появилась, и вообще, сестра ли она княгине?

— Хоть я прибыл в Венецию на флагманском корабле адмирала Бегич, но никакого влияния на неё или кого-то из приближённых к ней не имею, я простой матрос. Если орден заинтересован в том, чтоб Бегич что-то сделала, то следует выйти на неё непосредственно, она добрая католичка и не откажется послужить престолу святого Петра. Что же касается сестры княгини, девушки по имени Айсу, а это её настоящее имя, то, как мне удалось узнать, она была захвачена в плен, когда по приказу бейлербея Арберии было разгромлено княжество Бегич. Почти все представители этого рода, в том числе женщины и дети, погибли. Айсу пощадили, увидев, насколько она красива. Её вывезли в Аль-Искандерию, чтоб там продать, ведь там за девушку с такой внешностью можно взять наибольшую цену. Княгиня Бегич, она же адмирал, под началом которой отряд кораблей, узнав, что её родственники находятся в Аль-Искандерии, провела туда рейд и вызволила их, это мне доподлинно известно, я присоединился к людям Бегич именно там. В моём отчёте об этом и о том, почему мне надо было срочно уходить оттуда, подробно описано.

— Не прибедняйся, брат Бенито, тебя неоднократно видели в обществе княгини Бегич и её дяди, да и с её рыжей сестрой ты несколько раз разговаривал. В командорстве региона надеются на тебя, ты должен показать себя не хуже, чем раньше. В командорстве, ознакомившись с твоим отчётом, признали твою работу в Османской империи более чем удовлетворительной, а сведения, тобой собранные, весьма важными. Без награды ты не останешься.

— К вящей славе господней, — ответил Булут, осенив себя крестом, после чего добавил: — Не ради наград, ради укрепления веры!

В большом кабинете во дворце дожей собрался совет десяти, почти в полном составе, не хватало только Джузеппе Винетти, отсутствующего по весьма уважительной причине. Бартоломео Орсиенто кивнул Алонзо Орнари, главе казначейства, чтоб тот продолжал свой доклад, и глава перешёл к последнему пункту:

— Каперский процент, внесенный в казначейство адмиралом Бегич, составляет миллион сто тысяч двести тридцать два дуката...

— Вы, сеньор Орнари, уверены, что эта ушлая девица ничего не утаила? — перебив главного казначея, чуть скривившись, спросил сенатор Фэрато. Тем же скрипучим голосом, что выдавало его крайнее раздражение, он предположил: — Уж слишком большая сумма, больше чем капитал некоторых великих домов, а это только чуть больше двадцати процентов от того, что эта девица награбила! Надо бы организовать тщательную проверку, не утаила ли чего эта особа.

— Это уже сделано самым что ни на есть тщательным образом, сеньор Фэрато, — поднялся Винсенте Чануто, чуть насмешливо посмотрев на сенатора, продолжил: — Всё проверено до последнего сольдо, или вы думаете, что моя служба спит и ничего не делает? Все ценности, не только деньги, захваченные адмиралом Бегич, учтены и со всего взят полагающийся процент! Деньги положены в банки домов Чануто, Морозини и Винетти, причём в последний — больше половины всей добычи адмирала Бегич, что утроило капитал этого банка. Сеньора Бегич не просто положила деньги в этот банк, она стала его совладелицей, не младшим партнёром, а равноправным, если не старшим! Сами понимаете, ей нет смысла что-либо утаивать, поскольку наши фискальные службы теперь работают и на неё.

— Я имел в виду, сеньор Чануто, не это, она, по примеру остальных пиратов, могла часть награбленного где-то спрятать. Закопать где-нибудь, а потом откопать и...

— Положить в свой банк, — усмехаясь, перебил сенатора руководитель тайной службы. Фэрато неодобрительно поджал губы, а Чануто, качая головой, укоризненно произнёс: — Вы излишне подозрительны, сеньор Фэрато, обладатель подобного капитала не будет закапывать его в землю. Это, как вы заметили, удел обычных пиратов, а сеньора Бегич — адмирал и уважаемый гражданин нашей республики, попрошу вас это учесть. Её капитал вводит сеньору Бегич в число патрициев. Если она решит, что вы её как-то оскорбили, то может вызвать вас на дуэль, результат которой может быть далеко не в вашу пользу.

— Вы её защищаете? — возмутился Фэрато, Чануто, улыбнувшись, едко ответил:

— Никоим образом, сеньор Фэрато, я стараюсь удержать вас от фатальной ошибки. Сеньора Бегич не только адмирал и княгиня, она теперь ещё и совладелец крупного банка, обладающая состоянием, которое превышает ваше. А что касается вашего вопроса — закапывала ли она что-то в землю, отвечу — нет! Мне это доподлинно известно, откуда? Неужели вы думаете, что на эскадре сеньоры Бегич не было моих людей? Да, я допустил ошибку, когда оставил без должного присмотра её корабль, но тогда мне казалось, не имеет смысла внедрять своего агента на такое маленькое судно, тем более что команда там уже была и они друг друга хорошо знали. Когда же у сеньоры Бегич появились и другие корабли, я исправил свою ошибку и многое из того, что происходило, если не всё, знаю. Поэтому могу вас, сеньоры, заверить, из захваченной добычи ничего утаено не было. Правда, определяя то, с чего брать процент каперских выплат, княгиня Валерия Бегич, князь Валерий Бегич, её дядя, и сеньора Зухра Аль-Багдади, казначей отряда, яростно торговались за каждый цехин, да что там за цехин, за каждый сольдо!

— Я при этом присутствовал, вернее, этим и занимался, — с укоризной посмотрел на Чануто Орнари, видимо решив, что руководитель тайной службы намеревается присвоить себе заслуги главы казначейства, ведь именно это ведомство занимается финансовыми вопросами, а едино разовый доход более чем миллион цехинов весьма значимое достижение. Глянув на Чануто, не собиравшегося присваивать себе чужие заслуги, Орнари успокоился и высказал своё мнение: — Сеньора и сеньор Бегич проявили удивительную твёрдость в этом вопросе. Они отстаивали каждый сольдо, но делали это настолько грамотно, что у меня закралась мысль — они занимаются коммерцией давно или хорошо изучали подобные вопросы, это можно сказать и об их помощнице, сеньоре — Зухре Аль-Багдади. Я бы не возражал, если бы эта сеньора, очень толковая и много знающая, работала в моём ведомстве.

Чануто не стал больше ничего говорить, промолчали и остальные сенаторы, а что говорить — если и всё и так ясно. Со своего места поднялся Орсиенто и подвёл итог:

— Если вопросов больше нет, то разрешите на этом и закончить.

Сенаторы, входящие в совет десяти, покинули кабинет, а Чануто задержался, Орсиенто, задумчиво постучав пальцами по столу, спросил:

— Друг мой, вы послали приглашение сеньоре Бегич? Да? И что она ответила?

— Ответила, что обязательно придёт, с сестрой, дядей и подругами.

— Когда она здесь первый раз появилась, то дяди у неё не было, да и сестры тоже. Откуда они могли взяться? — дож республики недоуменно посмотрел на начальника тайной службы, тот стал объяснять, рассказав, что Лера их вызволила из плена, совершив для этого налёт на столицу Египта. Дож, покивав, сказал, что родственники княгини Бегич очень удачно попали в плен, спасая их, она и о себе не забыла, значительно увеличив своё состояние. Чануто ответил, что и остальные её операции приносили ей немалую выгоду, и не только ей, Отхоной ведь тоже она захватила, да и отстоять помогла.

— Вот надо сделать, чтоб так было и впредь. Эта Бегич, несмотря на свою молодость, удачливый и талантливый командир, очень не хотелось бы, друг мой Винсенте, чтоб она стала нашим, даже не врагом, недоброжелателем! — высказался Орсиенто. Чануто, почтительно склонив голову, но улыбнувшись при этом, сказал:

— Не думаю, что это может произойти — она умная девушка, к тому же у неё очень грамотные советники: её дядя и эта турчанка — Аль-Багдади. Они положили деньги в наши банки, а это значит — им не выгодно с нами ссорится. Меня не смущает даже то, что вокруг княгини, она уже приняла этот титул и к ней все так обращаются, крутятся братья из ордена святого Игнатия. Одного мои люди узнали, это некто Бенито. Кто там ещё — выясним в ближайшее время.

Дож, выслушав начальника тайной службы, озабоченно произнёс:

— Мне это очень не нравится, что кардинал Росинелли, а он, как вы знаете, друг мой, является главой венецианского командорства ордена, хотя и не афиширует это, выразил желание присутствовать на приёме после богослужения в честь обретения Венецией мощей святого Марка, я не мог отказать. А на этот приём мы пригласили и княгиню Бегич, и на богослужении она тоже будет присутствовать. Если там Росинелли переговорить с ней будет затруднительно, то помешать этому на приёме никак не получится.

— Я уже думал об этом, — сказал Чануто. Дож вопросительно поднял бровь, а начальник тайной службы рассказал, что он решил предпринять: — Помешать этой встрече мы не можем, но почему бы нам не подготовить к ней Бегич? Соответственно настроить? Бегич будет не одна, к ней и её подругам, а их не так много в этот раз, присоединится сеньора Паоло, а с ней будет мой сын. Конечно, воспрепятствовать этой встрече он не сможет, но не думаю, что его попытаются удалить от сеньоры Паоло, а она от сеньоры Бегич не отойдёт. Мы будем в курсе всего, что предложит Росинелли, и если что, постараемся оказать противодействие. Это в том случае, если что-то будет замышляться против республики, если нет... возможно, даже поможем.

— Хорошо, так и поступим, — кивнул Орсиенто и как-то двусмысленно добавил: — Я на вас, Винсенте, очень надеюсь, очень.

 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 183)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 231)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 75)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 167)
Вампиры (Произведений: 244)
Демоны (Произведений: 266)
Драконы (Произведений: 166)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 126)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 74)
Городские истории (Произведений: 308)
Исторические фантазии (Произведений: 97)
Постапокалиптика (Произведений: 105)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 131)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх