Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться


Страница произведения
Убрать выделение изменений

Гроза Ядранского моря. Глава шестнадцатая


Опубликован:
06.03.2019
Изменен:
Читателей:
1
Аннотация:
Собор святого Марко. Немного о роде Бегичей и неожиданное происшествие. Приватное поручение кардинала. Прода от 23.03.2019 года.
 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 
 
 

Гроза Ядранского моря. Глава шестнадцатая



Глава сритнадцатая

шестнадцатая. И снова прекрасная Венеция

К собВ кильватерной колонне первым шёл "Днипро", "Дон"был вторым, за ним захваченная в Аль-Искрндерии каторга, потом "Звезда" собору святого Марка Лера, Валерий и "Ласточка", "Белая чайка" шла далеко впереди, но в пределах видимости с головного корабля. Колона шла довольно быстро, и это при том, что поставили не все паруса, можно Айсу шли пешком. Можно было бы двигаться ещё быстрее, добраться и на гондоле, но безымянная галера, не позволяла отряду адмирала Бегич развить большую скорость, ход этой каторге обеспечивали вёсла, так как у неё во время боя была повреждена мачта. Это случилось, потому что галеры в Аль-Искандерии захватывать не планировали, их хотели сжечь, чтоб заблокировать выход из порта, но корабли, которые использовали для рейда в Египет были и так перегружены, куда же было деть освобождённых невольников гребцов? Не топить же их в море? Вот и пришлось увести три каторги, на которых кроме призовых команд (надо сказать — весьма малочисленных), разместили освобождённых невольников (довольно большое количество!). Большинство освобождённых в Аль-Искандерии (как мужчины с галер, так и девушки из гаремов) остались на Крите, а тех, все, кто выразил желание как можно быстрее вернуться домой, удалось разместить на одной каторге, освобождённых разместили не только на этой галере, на других кораблях тоже. Правда, вышло тесновато, но получилось аж пять гребных команд, освобождённым рабам Лера сказала, мол, если хотите как можно быстрее попасть на родину, то придётся потрудиться — будете грести, причём, чем интенсивнее тем быстрее доберётесь домой. На эту, пока ещё безымянную каторгу загрузили только различные припасы, которые по мере надобности перегружали на другие ь! Опять тот груз, что Морозини попросил доставить в Венецию, равномерно разместили на "Ласточке" и "Звлзде", где "Гарем" Леры не увеличился, хотя... чтоб разместить на "Днипре" всех девушек, взятых с собой пришлось освободить все каюты, в том числе и капитанскую. Освобождённые из гаремов девушки, а тут были далматинки, гречанки и итальянки, не захотели уходить с "Днипра", видно, когда они вместе и рядом решил пойти с Лерой, то чувствовали себя в безопасности. Лера пообещала доставить этих девушек в родные края. Арслан и Кара, как и остальные офицеры, перебрались на палубу, где ночевали абордажные команды. Впрочем, ночевали там одну гондолу не все, Арслан, взяв одеяло, спал на палубе. Конечно, это не совсем удобно, да и лежать жёстко, но что делать, если почти до рассвета, а иногда и встречая рассвет, он находился на кормовом балкончике корабля, не один, а вместе с Лерой. Потом, под присмотром верного Кара, старался урвать несколько часов сна, где-нибудь влезли бы, даже в укромном уголке — на бухте каната, три или в другом подобном месте. Команда смотрела на турецкого принца незлобно посмеиваясь, он никому четыре, а может, и в семь! Опять же, если можно пройтись пешком по набережной, то почему не мешал (работы было мало, так креветер был попутным, хоть прогуляться? Подышать свежим воздухом и слабым), к тому же отношениелЛеры к этому парню не были ни для кого секретрмвитем более, телевсё делаем е (ужемвсемеслюбимой адмиралом)ивсегда приносило удачу поэтоЛерлди Арслан привычно расположились на кормовом балкончике, любуясь закатом и ожидая наступления темноты, всё таки целоваться, когда за тобой наблюдает столько глаз, не совсем удобно. Кара уже не ходил за Арсланом, но гарем Леры, да и некоторые девушки пассажиры, подсматривали, при этом завистливо вздыхая (только девушки пассажиры, а не из гарема Леры). Но на этот раз относительное уединение адмирала и принца было нарушено, на балкончике появилась вторая парочка — Румани и Фабио. Если молодой Винетти смущённо молчал, то Румани, гядя на Леру, с вызовом заявила:

— Мы тоже хотим полюбоваться закатом!

— Любуйтесь, вам никто морем? И не запрещает этордиделать, а я буду только рада, — с улыбкой ответила Лера и увидев удивлённый взгляд Румани (видно, та не ожидала, что не встретит сопротивление со стороны Леры вторжониюана её территорию, а на кормовой балкон в это время старал сь не выходить),мпоясни а:м— теперь не богослза неми подглядывать будут, морем, но и за вами: за тобой, Румани "Белой чайкой", и сеньонло Винетти, если вас эт не смуоаетн— целуйнесьхец Если Арслан удивился, Лера только улыбнулась, Румани растеряно замерла, то Фабио покраснел. Хотя уже "Рагузой", стоящими на ближнем рейде. Тем более что добраться от каса Бегич до собора святого Марка можно было не прибегая к услугам гондольера. Княгиню, князя и княжну Бегич сопровождало довольно темно, Лера много людей: из гарема Леры были сёстры Сунь, Зухра и Беата, их охранял десяток чернокожих воинов, под командой Мужонги и Трондо. Далее шли Тадеуш и Марыля Скетушские, Збышек Лотонский, не отходивший от своей невесты, остальные поляки двигались вслед за ними. Капитаны и матросы эскадры Леры, католики, тоже пошли. А вот казаки, как донские, так и запорожские, на это увидела торжественное богослужение решили не ходить, с ними остались и продолжая улыбаться, сказала венецианцу:

— А вы те из далматинцев и котторцев, которые принадлежали к христианам восточного обряда. Не пошли и Арслан с Кара. Вот так и получилось, что из спутников Леры только Зухра привлекала к себе внимание, хоть она и была одета как думали, сеньор Винетти? Это корабль, все остальные девушки (в длинное платье), но ведь многие уже знали — кто она такая. На замечание Валерия, не слишком ли она ведёт себя вызывающе, решив посетить собор, ведь многие смотрят на неё, Зухра, чуть улыбнувшись, ответила:

— Да, смотрят, одни с возмущением — как это магометанка собралась войти в отличие от крепости, христианский храм? А другие с интересом и даже маленькой, здесь нет укромных уголков, всё одобрением — раз я туда иду, значит, заинтересовалась или на виду, если собрались целоваться, а вы с Румани именно для этого сюда пробрались, так будьте готовы, меня снизошло... что-то такое, что об этом завтра будут знать все.в таких случаях снисходит. Вот, может, оно снизошло так, что я решила стать христианкой, поэтому и пошла, чтоб приобщиться... к чему там у вас приобщаются? Смотрят-то на меня, и никому не интересна внезапно появившаяся сестра Леры.

— О чём? — немного невпопад спросил Винетти и показывая, что сам знает ответ на свой же вопрос, добавил, — но это же неблагородно — подглядывать? И У входа в собор Зухра не перекрестилась, как можно вот так под этими нескромными взорами?..остальные, а сложила руки в молитвенном жесте и подняла глаза к небу, демонстрируя смирение или что-то похожее на это. Но такое внешнее проявление благочестия не помешало ей сделать замечание:

— Этот храм своей архитектурой напоминает мне мечети в Истанбуле, которые перестроены из христианских церквей, такие же купола. А этот ещё очень похож на языческие храмы: колонны, богатые золотые фрески снаружи, да ещё квадрига над входом...

Лера — Этот храм начали строить ещё тогда, когда христианская церковь была едина, раскола на восточную и западную ещё не ответила, произошло. Базилику строили по образцу константинопольского храма Апостолов, присутствующие языческие мотивы — это ещё отголосок Рима, не современного, а ещё того — имперского. Отсюда и квадрига, и такая страсть к украшательству. Ведь этот храм был заложен для привезенных из Александрии, теперь Аль-Искандерии, мощей святого Марка. Тогда же Венеция сменила своего святого покровителя Феодора на Марка. А саму базилику венецианцы постоянно перестраивали и украшали, пока она потянулась губами к губам обнимавшего её Арслана не приобрела современный вид, хотя... вон видите леса? Я думаю, что процесс улучшений ещё не закончен и для них перестало существовать будет долго продолжаться, — пояснил Валерий. Лера, посмотрев на него, тихо спросила:

— А ты откуда всё окружающее их. Фабио удивился, но ненадолго, это знаешь? Ты ведь вроде как к его губам прильнули губы Румани. Обе пары, забыв обо всём, целовались довольно долго, но всё когда-нибудь заканчивается, а хорошее намного быстрее, чем хотелось бы.Европе не имел никакого отношения, и имя у тебя...

Смотрите! Раз уж вы опоздали увидеть закат, смотрите сейчас! — сказала Лера, обнявшимся Румани и Фабио (а её обнимал Арслан). Две пары застыли, глядя на поднимающуюся луну, даже Имя моё Валерий, именно Валерий, ты это прекрасно знаешь, что же касается всего остального... то тут ты не на неё, а на дорожку, протянувшуюся от владычицы ночи к кормовому балкончику корабля. Румани, восхищённо выцдохнула:

— Как красиво! Я никогда права, в Европе я бывал неоднократно, не только тут в Италии. А ещё где? Там где раньше такого не видела!

Арслан и Фабио промолчали, они лунную дорожку был — уже видели, но тогда ни у кого из них в объятиях меня нет, никто и не было красивой девушки. помнит этого. А имя моё, повторю, Валерий и долго им будет, надеюсь на это, — тихо ответил Валерий и, взяв Леру под руку, громко сказал: — Какой великолепный храм! Я много потерял, что не видел всего этого раньше!

Лера, улыбаясь, сказала:

чуть приподняв бровь, глянула на Валерия, так же громко ответила:

Да, О да! Храм великолепен! Да и город не видела, конечно, наблюдать уступает ему в красоте! Вот потому-то я и выбрала его!

К восторгам Леры присоединились Зухра, Айсу, Линь и Винь, так они и прошли к местам им выделенным. Вообще-то, места были предназначены только для Бегичей, как кто-то целуется — интересно, особ княжеского рода, но распорядители, наткнувшись на ледяной взгляд Леры, не решились возражать, но с другой стороны — кресла всего-то три, лишним-то всё равно придётся перейти на ту сторону, что предназначена для не столь знатных особ. Но, к удивлению распорядителей, разместились все: Лера села вместе с Айсу, Зухра, Винь и Линь тоже уместились в одном кресле, в гордом одиночестве остался только Валерий, с улыбкой поглядывающий на своих спутниц. Кресла, выделенные для Бегичей, оказались рядом с местами рода Чануто, где среди кресел для представителей этой семьи нашлось место и Франческе Паоло. Вообще-то, это быстро надоедает, вот вы и были места патрицианских (самых богатых) семей республики, а то, что здесь были выделены места для Бегичей, говорило не дожидаясь восхода луны шли спать. К тому о признании княжеского рода, а об уважении к размерам состояния. Франческа же, у вас как невеста Адриано, уже почти была принята в горах такого семью Чануто. Леру это не увидишь.удивило, ей об этом рассказала сама Франческа ещё на "Рагузе", когда осталась там ночевать. Когда все разместились, заняв все места (кроме кресел патрициев были места попроще, поэтому людей в храме было довольно много), кардинал Росинелли начал мессу. В общем богослужение было обычным, некоторую торжественность ему придал Росинелли, после обычного песнопения он поднялся на кафедру и начал проповедь. Оратором Росинелли был великолепным, его проповедь понравилась даже Зухре (она хорошо освоила итальянский и всё понимала).

По окончании мессы часть участвовавших в этом торжественном богослужении из базилики святого Марка перешли во дворец дожей. В числе этих избранных была Лера, естественно, она пошла с родственниками. Идти ведь было недалеко В наших горах очень красивые рассветы дворец стоит рядом с храмом и закаты! — возразила Румани связан с ним специальным переходом, им и добавила, — в наших горах, горах Ичкерии очень красиво! Моя страна — это зелёные долины, быстрые реки с чистой, прозрачной водой, которая воспользовался дож и некоторые лично им приглашённые сенаторы. А вот Лера и её спутники этой чести не удостоились, им пришлось выйти на улицу. Вслед за ней вышел и кардинал Росинелли, Валерий, чуть заметно, но многозначительно кивнув в его сторону, обратил на него внимание Леры. Она тоже кивнула и тихо приказала пропустить кардинала к ней. Леру и её спутников сразу окружили чернокожие воины, поэтому подойти к ней было довольно трудно. Кардинал, от которого люди Леры отсекли его свиту, своего недовольства не высказал и приветливо обратился к девушке:

— Я много о вас слышал, о вас и о том, что вы совершили, но даже не мог подумать, что вы столь молоды! Я поражён как вашей молодостью, так и красотой!

Лера слушала комплименты, щедро рассыпаемые кардиналом, и только может утолить жажду, но и исцелить многие болезни! А над долинами высятся каменные исполины, увенчанные снежными шапками, белыми, но в то же время искрящимися на солнце как драгоценные камни! Нет благосклонно кивала, ничего прекраснее наших гор! Нет ничего прекраснее моей родной Ичкерии!

— Согласна, рассветы и закаты в горах очень красивы, но на море они просто великолепны! — не стала возражать Лера, но пояснила, почему отвечая. Позволяя Росинелли упражняться в красноречии, она осталась при своём мнении, — но, как видишь, на море есть ждала, когда он скажет что-то конкретное. Только уже у входа во дворец дожей Росинелли намекнул, что он хотел бы поговорить наедине. Лера кивнула и предложила встретиться завтра, но сказала, что будет не одна, что у неё нет секретов от сестры и дяди. Будут не только они, но и ещё кое-что, чего нет остальные девушки (Лера кивнула в горах. Если бы я умела рисовать, то только бы сторону Зухры, Линь и рисовала эту красоту! А горы... у нас тоже есть горы, пусть не такие большие как в твоей стране, но тоже величественные! К тому же у нас есть море! тёплое Винь), вот на этих условиях она согласна встретиться и ласковое море, по красоте с ним выслушать кардинала. Тому ничего не сравнится! Моя страна — Далмация и нет прекрасней страны на свете!

— У нас тоже есть море, — немного обиделась Румани, но при оставалось, как с этим согласиться. При этом голос девушки дрогнул, а она сама стала немного грустной, видно с морем у неё были связаны Росинелли никак не очень хорошие воспоминания. Лера кивнула, она знала, высказал своего недовольства, а вот Адриано Чануто такого недовольства скрыть не смог, ведь ему не удалось выполнить просьбу отца — воспрепятствовать встрече княгини Бегич и кардинала Росинелли. Мало того, его на эту встречу не пригласили, следовательно, он не узнает — о чём там говорили!

Уже в большом зале дворца дожей он, воспользовавшись тем, что родина Румани далеко Франческа от моря (не своей подруги не отходила ни на шаг, старался быть к Лере как можно ближе, это ему вполне удавалось, так уж и далеко, но от моря она отделена могучим горным хребтом), и оттуда девушку увезли по морю, вольнолюбивую девушку, как чернокожая охрана и остальные представители её народа, фактически увезли в рабство. Румани загрустила, видно вспомнив дом, поляки остались на улице, их во дворец не пустили. Выгадав момент, младший Чануто задал, как ему казалось, хитрый вопрос:

— Сеньора Валерия, вы когда-то сказали, что Бегич — это вымышленная фамилия, настоящую вы не хотите называть. Но сейчас вы утверждаете, что именно Бегич — имя вашего рода, да и луна поднялась высоко, лунная дорожка погасла, а с ней исчезло ночное волшебство и все отправились спать.ваши родственники носят ту же фамилию.

Утром, как всегда была тренировка под руководством Кара, который сделал Румани замечание. Сказав, Адриано замолчал, выжидательно глядя на Леру, а та не то что девушка невнимательна и пропустила несколько ударов. Получила замечание смутилась, немного растерялась, ей на помощь пришёл Валерий:

— Да, мы Бегичи, это наша настоящая фамилия и Лера за отсутствие активности, её сразу и назвала, но... не желая подвергать опасности нас, оставшихся в живых её родственников, она была в паре с Румани и старалась решила не открывать своё настоящее имя, но всё же его назвала. Видно, она это сделала, растерявшись, потом моя племянница попыталась исправить свою ошибку, но сделала это довольно неуклюже. Не надо её строго судить, она ещё очень наседать на сонную подругу. Лера уже была привычна к такому ритму, молода, к тому же ей хватало нескольких часов, чтоб выспаться. А вот Румани выглядела уставшей, Кара, от которого ничего не могло укрыться, чуть заметно усмехнувшись, сказал, то горе, что для этих двоих сегодняшняя тренировка окончена, но он надеется, что завтра они будут в лучшей форме. Лера, воспользовавшись разрешением Кара, утащила подругу на кормовой балкон. Фабио, наблюдавший за Румани, хотел за ними последовать, но его удержал Арслан, который понял, о чём Лера хочет поговорить со своей подругой. Первой начала Румани, возмущённо заговорившая:

— О чём ты хотела со мной поговорить? Если собираешься в чём-то упрекнуть, то это бесполезно! Я люблю Фабио, а он любит меня! Да, ты можешь возразить, что бывшая наложница из гарема не пара блестящему офицеру и он неё обрушилось, оказало на неё сильное влияние, согласитесь, такое может отвернуться от меня, но Фабио знает обо всём, что со мной было! Он сказал, что его это совсем не смущает и без меня он не мыслит жизни и сделает всё, чтоб я была счастлива! Он обещал, что всё сделает для этого!

— Румани, я не собираюсь тебя ни в чём упрекать и как твоя подруга, я буду только рада, если ты найдёшь своё счастье. Но как твоя подруга, я хочу тебе кое-что рассказать. Ты знаешь кто такой Фабио Винетти? Он один выбить из старших офицеров флота республики, но он, как ты заметила, не командует кораблём, а занимается штабной работой. Как ты думаешь, почему? Фабио — сын Джузеппе Винетти, сенатора республики, не просто сенатора, а члена совета десяти колеи намного более опытного и главы одного из великих домов Венеции. Не думаю, что твой Фабио сможет пойти против воли своего отца, а тот вряд ли одобрит такой выбор своего сына. Понимаешь, люди их круга редко когда заключают браки по любви, обычно, это делается по расчёту: для приумножения капитала семьи или повышения своего статуса, то есть берут в жёны девушку с титулом, ради этого самого титула, — высказав своё мнение Лера, глядя на растерявшуюся подругу, замолчала. У Румани выступили на глазах слёзы, но она упрямо сжала губы, собираясь что-то сказать, но Лера её опередила: — Ты хочешь сказать, что Фабио сделает всё, чтоб вы были вместе? Скорее всего так и будет, но не всё зависит от него, Джузеппе не позволит своему сыну взять тебя в жёны, в лучшем случае ты будешь любовницей-содержанкой, да и то, только до тех пор, пока отец не подыщет Фабио невесту. В худшем случае, от тебя избавятся... нет, не прогонят. Ты просто исчезнешь. Если старый Винетти решит освободить своего сына от обязательств перед тобой — тебя убьют, и если за это возьмутся серьёзно, то я не смогу тебя защитить. Да, у меня уже есть в Венеции определённый вес, но я не настолько влиятельна, чтоб спорить с главой великого семейства.умудрённого человека.

— Но почему вы, сеньора Валерия, не хотели, чтоб знали ваше настоящее имя? — продолжил младший Чануто, обращаясь к Лере на вы (хотя они перешли на "ты"), при этом хитро на неё глядя. Наверное, он ожидал, что же мне делать? — растерянно спросила Румани. растерявшаяся Лера ответила так:

— Думать надо, думать! Мне в первую очередь! А то я что-то расслабилась. Приданое я тебе дам, но для брака по расчёту — этого будет мало, хотя... может и достаточно. Нет, всё же мало, тут надо зайти с другой стороны. Румани, а давай мы тебя княжной сделаем? А?

— Княжной из гарема? Гарема не султана, а бейлербея? Кто в такое поверит? Кто поверит, ещё скажет что-нибудь такое, о чём предпочла бы умолчать. Видя, что княжна... девушка вроде как смутилась, один из начальников тайной службы республики, приняв почти официальный вид, продолжил задавать каверзные (как он считал) вопросы: начала возражать Румани, Лера махнула рукой, отметая эти возражения:

— В гарем не Я навёл справки, у меня есть свои каналы и весьма надёжные, по своей воле попадают, которым я могу получить интересующую меня информацию, но в жизни всякое случается, а от шуток судьбы Арберии никто даже не застрахован. В гарем может и принцесса попасть, вот мы и сделаем вид, слышал о таком княжеском роде, не объясните ли мне это? А если судить о том богатстве, что ты княжна.вам удалось спасти, то Бегичи совсем не бедняки. А это, согласитесь, трудно скрыть, кто-нибудь что-нибудь о таком богатом роде и слышал бы.

Но Вы так уверены в достоверности тех сведений, что предоставили вам ваши информаторы? — снова выручил Леру Валерий. Его улыбка была столь же многозначительна, как и у Адриано, и он с ехидством продолжил: — Да, Арберия — маленькая страна, но это же не правда! В нашем роду не было князей! Мы бедные люди! Я не хочу обманывать Фабио!

— Так, тяжёлый случай, — покачала головой Лера и предложила, — давай зайдём с другой стороны. У тебя в роду князей не было, но род твой знатен? В горах не знатных нет, так и скажем: твой род знатен, хотя и беден. Ладно, землю вы горы, а горы, сами обрабатываете, крепостных, а рабов тем более, у вас нет. А тебя понимаете, это не захватили равнина, о том, что происходит в плен, или каким-то другим образом похитили, а твои родственники сами продали, чтоб хоть как-то остальным детям, соседнем селении, расположенном относительно близко, но за трудно проходимым перевалом, будет очень мало что известно. Вряд ли информация, идущая по вашим весьма надёжным каналам, будет полной. За столь короткое время ваши информаторы едва ли смогли получить всю нужную вам информацию и перепроверить её правдивость. Это я к тому, что пусть ваши люди честны и надёжны, но их могли обмануть и сделать это без всякого злого умысла. Знаете ли, горцы, как люди ведущие довольно уединённый образ жизни, рады собеседнику, вернее, свежему слушателю, да, согласен не только им, выжить. Об этом все, но очень многие. Им хочется поговорить, что-нибудь рассказать, какую-нибудь новость, что-то очень значимое, особенно если их внимательно слушают. Но если за последнее время ничего такого не происходило и рассказывать-то не о чем, то тут на помощь приходит фантазия. Признайтесь честно — среди донесений ваших людей ведь были подобные доклады? Рассказы о чём-то таком весьма маловероятном. А княжеские рода — там это тема довольно привычная, если ничего такого особенного не произошло, то и рассказывать не будем, интересно Лера ещё раз покачала головой. Вздохнув, продолжила: собеседник не впечатлится. А то, что наш род почти полностью вырезали... это дело обыденное Да, действительно — тяжёлый случай. Но не мы в первые пострадали и далеко не последние. То, что кто-то спасся, ну что же — повезло, что об этом рассказывать? Ведь подробностей никто не знает, вот и получается, что об этом можно только упомянуть или вообще не вспоминать о таком ключе о земле ничего говорить не будем, разве что — будто невзначай, сообщим — твой знатный незначительном событии. Да и к тому же наш княжеский род владеет землями. Вот на этом и заострим внимание, мол, ты знатная, но очень скромная, остальное твой Фабио додумает сам. Ах, он не твой? Ещё не твой... дааа... действительно тяжёлый случай, ладно, я сама с ним поговорю. Никуда он не денется.был большим и достаточно известным, чтоб о нём можно было рассказать что-то такое интересное.

Фабио стоял ближе к корме у высокого борта Чануто слушал многословные объяснения князя (или всё-таки не князя?) Бегича и сквозь прорезь пушечного порта смотрел представлял себя таким вот агентом, вроде как нащупавшим что-то важное, но не имеющего возможности это ухватить. Агентом, заваленным массой никчемных сведений (реальных и выдуманных, больше выдуманных!), которые на море, обычно, после своих утренних тренировок Румани подходила к нему. Конечно, день не ночь, него вываливает истосковавшийся по общению собеседник. Но всё на виду, тем более на верхней палубе, целоваться же он не совсем удобно, вернее — совсем неудобно. Но можно взяться за руки был рядовым агентом и так стоять! Стоять с любимой девушкой! Думая о Румани Фабио не заметил, как к нему подошла другая девушка просто его запутать было трудно, и пристроилась рядом у прорези в борту. Фабио увидев — кто к нему подошёл, вздрогнул. Хотя эта девушка, с некоторого времени к нему относилась хорошо, но Чануто это была грозный адмирал, которая вполне может запретить одной из своих подчиненных общаться с человеком, вызвавшим её неудовольствие, а такое вполне может быть, после того как Румани уговорила его пойти на кормовой балкон. Вполне возможно, Бегич рассердилась, но той, кого называет своей подругой, этого не показала, а сейчас выскажет своё неудовольствие ему, Фабио Винетти! Выскажет сыну сенатора Венеции как одному из своих подчинённых! Девушка заговорила и худшие опасения влюблённого юноши, вроде, как стали оправдываться:

— Я хотела бы поговорить с вами, сеньор Винетти, о моей подруге, Румани, не буду называть имя её рода, оно слишком известно в тех краях, где она живёт. Не удивляйтесь. Румани не простая селянка, она младшая дочь... впрочем, не будем об этом, я хотела бы узнать, сеньор Винетти, насколько серьёзны ваши отношения?

— Наши отношения — это только наши отношения и я не намерен их обсуждать с посторонними! — отвечая на показал, задав следующий вопрос, Фабио гордо расправил плечи, показывая, что он но уже обращаясь к Валерию:

— Как я понял, владения вашего рода были не собирается перед кем-либо отчитываться, пусть это будет адмирал и княжна из одного из скадарских княжеств. Всё таки он сын сенатора, главы торгового дома, единственный его наследник, очень велики, а такие люди равны по знатности горным князьям, а по богатству, многих из них превосходят. Лера, улыбнулась и примирительно выставив ладони вперёд, спокойно, даже доверительно сказала:

— Видите ли, сеньор Винетти, Румани мне владения обычно не чужая, она моя подруга, близкая подруга. Мне не хочется, чтоб она снова страдала, на долю этой хрупкой девушки и дают большого дохода, так выпало слишком много испытаний, больше я этого не допущу и откуда, если я увижу, это не секрет, у вашего рода такие богатства?

Валерий улыбнулся, он понял, что хотел сказать Чануто, намекая на размеры владений, мол, род Бегичей настолько мал и незначителен, что о нём мало кому известно, но при этом непомерно богат, как такое вообще могло быть? Продолжая улыбаться, при этом ещё и незаметно подмигнув Лере, Валерий пояснил:

— Если вы хотите столь тщательно изучили положение княжеских родов в Арберии, то должны знать, что их владения дохода вообще не приносят. В горах обрабатываемая земля позволяет прокормиться только тем, кто её обидеть, я вас убью.обрабатывает. Поэтому подати с подвластного населения взимаются совсем другим.

Эээ... как убьёте? И чем же? Что может быть источником таких богатств, если там так бедно живут? растерялся Винетти удивился Чануто. Валерий, став серьёзным, ответил:

— Воины, храбрые и отважные воины! Вернее, их участие в военных походах. Понятно? А богатство рода накапливается в течение многих поколений и, вспомнив то, что случилось с Адольфо и Алонзо Изеринни, поинтересовался, — вызовете меня на дуэль?

— Нет, Фабио, вызывать вас на дуэль в отличие от здешних нуворишей, мы не буду, — Лера взяла юношу за руку и доверительно сообщила, — я прикажу Мумбо, или Мужонга тихо вас придушить и выкинуть за борт. А в Венеции скажу, что вы были очень не осторожны и вас волной смыло, или что-то другое придумаю.демонстрируем насколько богаты.

Лера замолчала, выжидательно глядя на молодого Винетти, тот тоже молчал, Адриано Чануто покивал, как будто согласился со всем сказанным Валерием, но, похоже, это было не зная, так, сдаваться он не собирался, что сказать. В этот момент к ним подошла обеспокоенная Румани, почувствовавшая что-то не ладное. Лера, продолжающая ласково улыбаться, взяла свою подругу за руку и вложила маленькую девичью ладошку и в ладонь юноши. Румани и Фабио растерянно смотрели на Леру, а та торжественно произнесла:

показал новый вопрос:

Я не против, я очень даже за! Надеюсь, вы пригласите меня на свадьбу? А Но если ещё и подругой невесты, сеньоре Валерии удалось спасти часть того богатства, которым владел её род, то я буду счастлива! Так как, пригласите?

Румани и Фабио переглянулись и одновременно кивнули.почему в Котторе она была в крайне затруднительном положении? Ей ведь пришлось продать испанский галеон.

до

е Лера поднялась на капитанский мостик, куда её срочно вызвал Пидков. Вне дожидаясь вопроса к чему такая срочность,чон хмуро сказал:

Кто вам такое сказал? С "Ласточки" передали — нас догоеяют — и восдовольно больш пэссадра.рПохоже — нам не уйои,сгал ра, захваченная в Аль-Искандерии, не даст этого сдела ь.аПерегрузить с неё груз и снять людей, тоже, осуеем него — Петро несколько сгущает краски, скоро Отхоной, там сможем укрыться и посмотреть — Валерий сделал вид, что удивился. Пожав плечами, он сказал: — Если кто-то что-то продаёт, то не значит, что он находится в стеснённых обстоятельствах. Конечно, бывают и такие случаи, но поверьте мне, тогда это за эскадра, — сказал Горанчич. Лма иничего не ивипроа, да и что этом Росинелли а "Днипра", догоняющую эскадру ещё не было видно. Горанчич продолжил: — Этыстурки, я передал каз"Чайлу", чтоб шлиок Отхонгю и сразу входии. в бухту, остальные пойдут следомследовЛера оновач

Умолчала, только сог асно кивнула — Дмитар Горанчич был опытным капитаном, знал и умел намного больше, чем молодая девчонка волею случай ставшая его командиром. Промолчал и казачий атаман Пидкова, великолепный боец и бывалый морской волк, только ходил он на быстроходных "чайках", (малых судах или больших лодках), опытллвождения больших кораблей у него не было, поэтому он полностью полагался на своего помощника. Через пять часов турецкие галеры стало видно и с "Днипра", идущие за ним корабли не закрывали обзор, так как эскадра е дыоуже шла "уступом", подготовившись скрыться от преследовавшей эскадры в бухте Отхоноя. Первой в бухту вошла "Белая чайка", но шедший за ней "Днипро" этого сделать не смог — подняли цепи перегораживающие вход в порт. Подняли почти перед самым форштевнем галеры, едва успевшей сбавить ход. Остальные корабли, последовав примеру "Днипра", тоже тормозили (там вовсю задивались боц,ачские дудки и гребцы налегали насвёсга, гася екороаен). Корабли эскадры адмирала Бегич, спешно разворачивались, вёсла снова вспензлиаводу, но время было потеряно. Что дало возможность преследователям значительно сократияльрнсстояниеощь пр— Они что? С ума сошли? Так боятся турок, что совсем разум потеряли? — закричал Пидкщвч-нный этим добавив ещё несколько слов, которые заставили Леру покрас,еть. П краснелири сопковождавшие девушку Линь и Винь, они х. ьгещёот аесзналико,кь ледлет язык большинстмяак иевю. "Днипре", но тоно, что поняли, окабалось вполне достаточно ра — Сигнальщик! Команда остальным кораблям — строй фронт! — теперь закричал Горанчич, видя, что ни Лера, ни Пидкова не знают что делать. Им Дмитар пояснил своё решение так: — Мы не сможем уйти от турок на вёслах, убрав паруса, мы потеряли ход. А такой строй позволит задействовать кормовые пушки всех кораблей.так.

Да, будем драться, Но потом, выйдя из Коттора, ваша племянница не пошла сразу в Венецию, как заявляла, а повернула на юг. Там она безошибочно вышла на конвой бейлербея Арберии и, можно сказать, ограбила его! хмуро сказал Пидкова и снова заставил покраснеть девушек. Выразив свои чувства капитан "Днипра", уже спокойно добавил: — Коли суждено погибнуть, так сделаем это весело, жаль только всего того, что у нас в трюмах, утопим ведь! Да и вас, атаман жалко... вам и другим девушкам жить, да жить.не унимался молодой Чануто.

сск

— Повернула не сама, а предварительно вызвав шторм, который и отнёс её корабль в нужном направлении, — хмыкнул Валерий, который знал эту историю не только от Леры, но и от Држезича и Сабовича. Укоризненно посмотрев на венецианца, при этом незаметно подмигнув Лере, Валерий сказал: — В чём вы хотите обвинить мою племянницу? В том, что она может повелевать стихией? Причём делать это во сне? О том, что тогда произошло, можете расспросить сеньору Франческу, она в ту ночь была с Лерой в одной каюте. Или своего подчинённого, он ведь тоже находился на корабле Леры. А нападение на турок было самозащитой, не более. Это тоже может подтвердить сеньор из вашего ведомства. А что за добыча была взята на том корабле — он вам и расскажет, но если Лера и прихватила что-то ещё, то это было возвращение своего, не более того.

В этом же духе разговор продолжался довольно долго, говорили Валерий и Адриано, Лера и Франческа изредка поддакивали, Айсу и Зухра молчали, Линь и Винь только кивали, не вмешиваясь в разговор. Вообще-то, Зухру, Линь и Винь охрана во дворец пускать не хотела, Лера, пожав плечами, сообщила, что в таком случае и она не пойдёт. Кардинал Росинелли, сопровождавший Леру до самых дверей во дворец, сказал, что он не может бросить Леру одну (как будто Лера была одна!). Видно, чтоб этого не допустить, Адриано принял экстренные меры: он что-то сказал одному из охранников, и тот быстро ушёл (почти убежал). Сразу же появился Винсенте Чануто и извинился перед Лерой, после чего пропустили её и тех, кто был с ней. Её охрана осталась на улице, чернокожие воины, отойдя от входа во дворец с десяток шагов, опустились на корточки, всем своим видом показывая, что не уйдут с этого места, пока не дождутся Леру. Старший Чануто покачал головой, но ничего не стал говорить.

Как потом, уже в каса Бегич, сказала Зухра, богослужение в соборе святого Марка было гораздо интереснее торжественного приёма во дворце дожей. Хихикающая Лера возразила:

— Ну не скажи, из рассказа Валерия я узнала о себе и о княжеском роде Бегичей очень много нового и интересного. Я даже представить себе не могла, насколько я знатная и важная персона. Как меня любил, а потом защищал мой народ.

— Я горжусь, что меня приняла такая семья, — серьёзно сказала Айсу, вызвав хихиканье Зухры, Линь и Винь. Все девушки расположились в одной из гостиных, с мягкими диванам у стен и пушистым ковром на полу, где и собирались ночевать. В большом доме на набережной Склавони было достаточно комнат, чтоб все девушки "гарема" адмирала Бегич могли разместиться с комфортом, вот Лера и хотела занять одну из небольших спален, но пришлось перебраться в эту большую гостиную — Айсу категорически отказалась оставаться одной или делить комнату с кем-то другим. Лере пришлось взять её к себе, такое же желание высказали Зухра, Линь и Винь. Одна из сестёр Сунь сказала при этом:

— На корабле тебя же не смущает то, что мы рядом, так будет и здесь. Нам всем будет спокойнее, а за Арсланом присмотрят Кара, Булут и Гючлю, они от него не отходят, можно сказать — глаз не спускают, и вряд ли вам удастся уединиться в этом городе. Да и мы тебя без присмотра не оставим, здесь всё-таки не корабль, подобраться намного легче.

— Да кому я нужна?! — попыталась возмутиться Лера, Айсу молча её обняла, а Линь положила свою ладонь на её руку и тихо сказала:

— За нами шли, делали это так, чтоб этого нельзя было заметить. Эти же люди наблюдали за тобой в соборе.

— Так, может, это кто-то из службы нашего друга Чануто? — сделала предположение Лера, Линь покачала головой:

— Те тоже были и прошли за нами во дворец, а эти остались снаружи. Спроси у Мужонга, он их тоже заметил. Он охотник и хорошо подмечает всякие мелочи, так он их, хотя они держались не вместе, даже сосчитал, их было семеро. Причём пятеро и сейчас ошиваются у нашего дома. Мужонга просил, чтоб я тебе и Валерию об этом рассказала. Вот потому-то Кара и его друзья проявляют такую бдительность. А если вы с Арсланом захотите уединиться, то постараетесь сделать это так, чтоб за вами не подглядывали, то есть останетесь без присмотра, без нашего присмотра. А вот те другие... — Линь замолчала и многозначительно покачала головой, к ней присоединилась Винь. Кивающие девушки стали очень похожи на имеющиеся у них фарфоровые статуэтки, те точно так же кивали. Это не могло не вызвать улыбку Леры, вслед за ней заулыбались и остальные. Улыбнувшись, Лера сказала, что здесь боятся нечего, ведь двери в доме запираются, а на первом этаже ставни, которые на ночь закрывают. Кроме этого, на первом этаже команда Трондо, а это тридцать воинов, на втором люди Мужонги, а это ещё двадцать коротких копий, похожих на мечи на длинной рукоятке.

Ночь прошла спокойно, но под утро, когда сон самый крепкий, девушек разбудили крики. Так кричат люди, испытывающие сильную боль. Сквозь крик, хоть и неразборчиво, были слышны итальянские слова. Лера хотела выскочить в коридор, но была остановлена Линь. Она встала напротив дверей, а её сестра у окна, но не близко, а так чтоб до него оставалось несколько шагов (точно так же у дверей замерла Линь). Между сёстрами Сунь замерла Зухра с метательными звёздами в руках, Линь показала Лере с Айсу, чтоб они отошли к дальней стене и присели за одним из диванов. Те так и сделали, но звёздочки тоже приготовили. Крик за дверью стих, и голос Валерия сообщил, что всё уже закончилось. По очередной команде Линь все девушки укрылись за диванами, Лера и Айсу за тем, на котором они и спали. Остальные за тем, на котором спала Зухра (Линь и Винь спали на своих ковриках-циновках). Звёздочка, брошенная Винь, откинула крючок запора двери, и в комнату осторожно заглянул Валерий. Увидев девушек, приготовившихся метнуть свои звёздочки, Валерий одобрительно хмыкнул, после чего ещё и похвалил:

— Молодцы, девочки! Бдительность не потеряли, были готовы отразить нападение, вас врасплох не застать. Ещё раз молодцы, что оставили одну дежурить.

— Что за нападение? Как раз нас врасплох и застали, мы все спали, если бы в коридоре так громко не закричали, то никто из нас и не проснулся бы, — спросила Лера, уточняя, и поинтересовалась: — Так что это было за нападение? Кто напал и на кого?

— Кто напал, уже невозможно выяснить, все эти люди мертвы. Твои темнокожие друзья постарались. Нападавших было шестеро, они незаметно проникли на первый этаж и принялись резать там находившихся. Там были часовые, но их с лёгкостью сняли, а потом решили и остальных... ну чтоб не мешали, но, похоже, та легкость, с которой нападавшим удалось расправиться с часовыми, их подвела. На первом этаже остались только двое, но и они успели убить около двадцати воинов из команды Трондо, но при этом кого-то разбудили. Надо отдать должное темнокожим, они быстро сориентировались и сумели этих двоих нейтрализовать...

— Совсем нейтрализовать, живым никого взять не удалось? — поинтересовалась Линь, Валерий вздохнул:

— Никого, они слишком хорошо дрались, да и темнокожие были в ярости, никого в плен брать не собирались. Потом они ударили в спину тем, кто ушёл на второй этаж. Этим не так повезло, тут на страже стояло пятеро, и нападавшие не успели всех по-тихому зарезать, последний закричал и разбудил своих товарищей. Но и в этом случае эти четверо успели убить ещё тринадцать чернокожих. У нас на страже стоял Гючлю, и мы с ним присоединились к драке. Лера, не волнуйся с Арсланом остались Кара и Булут, — Валерий, увидев, как Лера напряглась, успокоил её. Линь, переглянувшись с Винь, заметила:

— Похоже, что если бы не Гючлю и ты, этим неизвестным удалось бы до нас добраться, чернокожие, несмотря на своё численное превосходство, им не смогли помешать.

— Наша заслуга не так уж и велика, мы только троих успокоили, остальных ребята Трондо и Мужонги.

— Это при том, что нападавших было шестеро... — начала Линь. А потом поинтересовалась у заглянувшего в комнату Мужонги: — А вас сколько было?

Темнокожий воин потупился. Линь по-другому задала вопрос:

— Сколько воинов осталось под вашей с Трондо командой?

Мужонга насупился, Лера повторила вопрос Линь, и чернокожий воин показал две ладони с одним загнутым пальцем. Линь удовлетворённо кивнула:

— Девять, это при том, что вас было пятьдесят. Какое оружие было у этих шустрых ребят?

Мужонга не ответил, за него это сделал Валерий, сообщив, что нападавшие были вооружены двумя длинными ножами, каждый, ещё у них было по шесть метательных. Линь и Винь покачали головами в своей восточной манере, после чего Линь сказала:

— Двумя длинными ножами каждый, это против короткого копья и такого же длинного ножа. А эти темнокожие ребята из твоей охраны, Лера, своим оружием владеют мастерски!

Вздохнув, Валерий добавил, что никого из нападавших не удалось захватить не потому, что те и не собирались сдаваться, а потому что были посечены широкими лезвиями копий, последнего убили не сразу, а резали долго, вот он-то и кричал.

— Его крик нас и разбудил, — сказала Лера и поинтересовалась: — Если эти пробравшиеся сюда такие умельцы, то как же этот последний допустил, чтоб его так долго резали?

— Я его ранил, хотел в плен взять, чтоб допросить, но... — снова вздохнул Валерий. Показав на дверь (Мужонга уже ушёл), Валерий, оправдываясь, сказал: — Но разве их остановишь, когда они в ярости? Впрочем, их можно понять — потерять столько своих товарищей и не суметь защитить тебя, Лера, да и остальных тоже. Вот они его и порезали на куски, в общем, отвели душу или что там у них.

— Лера, у тебя всё в порядке? — спросил Арслан, появившийся в дверях, из-за его спины выглянул Гючлю и сделал какой-то знак Валерию. Лера, заметившая это, сказала:

— Гючлю, будьте так добры, расскажите и нам, что вы там увидели. Ведь недаром же вы показали Валерию, что хотите ему что-то сказать.

— Ты её слишком хорошо учишь, — не то констатировал факт, не то упрекнул Валерия Булут, тот пожал плечами:

— Всё может быть и не всегда удастся переговорить, вот я и показал Лере кое-какие знаки, на всякий случай, так сказать, по-родственному.

— По-родственному? — чуть склонил голову Гючлю и как-то недовольно сказал: — А не слишком ли хорошо ты вжился в свою роль её близкого родственника?

— Надеюсь, что хорошо, — не смутился Валерий и предложил: — Рассказывай, что ты увидел и понял, думаю, от Леры, как и от остальных её подруг, нет смысла ничего скрывать, ведь эти чистильщики направлялись к девушкам, а конкретно к Лере, а не к Арслану. Ты и сам это должен понять, — Валерий кивнул в сторону Леры, которую уже обнимал Арслан. Гючлю внимательно посмотрел на эту парочку и обратился к Валерию:

— Ты прав, шли за Лерой. О Айсу никто ничего не знает, да и она не та фигура, чтоб посылать чистильщиков, а эти были одни из лучших, если не самые лучшие, в ордене. Троих Булут узнал, возможно, и остальных бы тоже, но уж очень тщательно их обработали наши темнокожие друзья. Хотя... это к лучшему, именно телохранители Леры остановили чистильщиков, именно они, а не мы. Пусть так все и думают, не будем их разубеждать.

— Вы сказали, что это люди из ордена, получается — их послал кардинал Росинелли? Ведь он тут самый главный, зачем ему это? Он же очень хотел со мной встретиться и поговорить, или это такая игра? Усыпить бдительность, а потом послать убийц.

— Вряд ли, — ответил Гючлю. Сделав паузу, о чём-то раздумывая, ему никто не мешал это делать, все молчали), продолжил: — Могу с уверенностью сказать — это не он, это кто-то не менее могущественный ведущий свою игру у него за спиной. Кто-то, кто не хочет, чтоб Росинелли удалось задуманное. Тот, кто хочет наверняка устранить даже такую возможность, ведь то, что кардинал хочет тебе поручить, ты, может, и не сможешь выполнить.

— Но он же... — начала Лера, обращаясь к Гючлю, но посмотрев на Булута, спросила: — Ты говоришь, что эти тоже из ордена, так? Или не из этого, а из другого.

— Из этого, из этого, — улыбнулся Гючлю и пояснил: — В ордене уже нет того единства, что было при генерале Игнации и его приемниках. Нынешний генерал уже стар и не пользуется тем авторитетом, что раньше. Несколько молодых, относительно молодых, — ещё шире улыбнулся Гючлю, — метят на его место, а может, и выше. Подробнее об этом можешь расспросить Булута, он об этом знает больше. Среди этих молодых и ретивых и Росинелли, а эти... Похоже, посланы его конкурентом, — Гючлю показал на дверь, намекая на ночных визитёров. Лера, прижимаясь к Арслану, растерянно спросила:

— Что же мне теперь делать? Если их не смогли остановить пятьдесят ребят Мужонги... эти специалисты могут ещё раз напасть...

Гючлю, ехидно улыбнувшись при упоминании о темнокожих воинах, предложил:

— Выслушать кардинала Росинелли, принять его предложение и как можно быстрее уйти из Венеции. Здесь ты, и не только ты, в большой опасности. Не думаю, что новая попытка будет скоро, таких специалистов, которых покрошили твои бравые и умелые телохранители, поблизости больше нет. Конечно, от тебя не отстанут и пришлют новых, но на это уйдёт какое-то время, вот этой паузой мы и должны воспользоваться. На встречу к Росинелли ты не пойдёшь, мы демонстративно покажем всем, что здесь произошло, и его святейшество сам прибежит, думаю, сделает это сразу после обеда, а может, и раньше. Ты его примешь, выслушаешь, ну и... в общем, завтра утром надо выйти в море. Так что надо начинать суетиться. Да, в команды новых людей не брать! Тех, что остались — тщательно проверить, особенно тех, кто католического вероисповедания.

Лера слушала Гючлю и только кивала, хотя она была адмиралом, а он простым матросом её эскадры (и по совместительству — телохранителем Арслана), но всё, что говорил этот всегда балагуривший богатырь, казавшийся таким легкомысленным, она собиралась выполнять, понимая, что он более опытный в подобных "играх". Поэтому только спросила, кивнув в сторону двери, намекая на убитых налётчиков:

— А с этими что делать?

— Ничего, думаю местная секретная служба уже в курсе того, что здесь произошло — три их наблюдателя постоянно вертятся вокруг дома. Подождём официального визита и предъявим... гм, этих разбойников, именно разбойников, мы же не знаем, кто на нас напал, причём сделали они это с целью ограбления, вот так и будем говорить...

Гючлю прервал вошедший темнокожий воин, сообщивший, что пришёл сеньор Чануто и просит его принять. Лера посмотрела на Гючлю, тот кивнул, сказав, что стража славного города Венеции на высоте — пришли во время, как раз тогда, когда всё закончилось. Получив команду привести ранних визитёров, темнокожий воин удалился, а Лера (за ней все остальные) вышла в коридор. К тому моменту, когда Чануто и три стражника, сопровождавшие его, поднялись на второй этаж, Арслан, Гючлю и Булут скрылись в своей комнате. Чануто, глядя на следы побоища, всплеснул руками:

— Какой ужас!

— И этот ужас случился в моём доме! — возмущённо (сделала вид, что возмущённо) сказала Лера. Не давая Чануто что-либо сказать, она тем же тоном продолжила: — Меня хотели ограбить, а может, и убить! И это где?! Почти в центре Венеции! Куда смотрит ваша стража?! За что я плачу деньги в казну республики? Если бы не мои охранники, то я бы уже была мертва! Да, меня защитили, но кто? Мои же люди, при этом они пострадали! Прошу вас, сеньор Адриано, принять соответствующие меры! Незамедлительно принять!

— Да, примите меры! — поддержал Леру Валерий и, указав на тела, лежащие в коридоре (убитых в ночной схватке темнокожих уже унесли их товарищи), сделал широкий жест: — Вот, можете это забрать, надеюсь, это поможет вам в расследовании.

Лера, продолжая хмурить брови, топнула ногой, скопировав выражение её лица, то же самое сделала Айсу. Зухра только нахмурила брови, видно решив, что если и она топнет, то это будет перебор. Линь и Винь одновременно закивали головами, но на этот раз это не было забавным, скорее угрожающим. Чануто хоть и смутился, но попытался возразить:

— Что ж можно определить по этим телам? Они же так изрублены...

— Это ваша прямая обязанность что-нибудь определить. Надеюсь, вы это сможете сделать. Привлеките к этому ваших специалистов, не поверю, что их нет в вашей службе, — строго сказал Валерий, чем ещё больше смутил Чануто. Тот всё же попытался возразить, но Валерий пресёк эту попытку, тем же строгим тоном продолжив: — И чем быстрее вы, вернее, ваша служба этим начнёт заниматься, тем быстрее вы сможете пролить свет на этот прискорбный инцидент! Забирайте эти вещественные улики!

Валерий повторил широкий жест рукой и повернулся к надувшей губы и даже немного закатившей глаза Лере, подхватив ту под руку (вторую руку пришлось подставить повисшей на ней Айсу). Чануто понял, что с ним больше разговаривать не будут, и отдал соответствующие распоряжения своим людям. Те, брезгливо кривясь, принялись носить тела налётчиков в гондолу, на которой прибыли. Чануто повернулся, чтоб ещё что-то сказать Лере или Валерию, но те уже ушли, осталась только Зухра, за спиной которой стояли два темнокожих воина. Она и сказала Чануто, ещё и руку для поцелуя протянула:

— Сеньор Адриано, вы очень занятый человек, и княгиня Бегич не решается злоупотреблять своей дружбой с вами, отнимая у вас драгоценное время.

Чануто ничего не оставалось, как поцеловать руку Зухре и удалиться, но он решил вернуться позже и подробно расспросить Леру, и не только её, о том, что же здесь ночью произошло. Сделать это он решил не официально, а как друг, ведь Зухра только что намекнула на его дружеские отношения с Лерой, мало того, ему пришла в голову мысль взять с собой и Франческу Паоло, уж её-то Лера не прогонит, следовательно, есть шанс, что не прогонят и его.

В комнате, где ночевали Лера, Айсу и остальные, снова собрались тем же составом, был ещё Мужонга, Трондо был серьёзно ранен, и его с другими пострадавшими при ночном нападении отправили на "Рагузу".

— Принца тоже надо укрыть на корабле, с ним поедут я и Кара. Лера, нас надо освободить от всех обязанностей и назначить телохранителями Арслан-задэ. В каком качестве он и мы будем присутствовать на эскадре? Скажем — гость-заложник, очень ценный заложник, а мы его охраняем, чтоб не сбежал. Думаю, это будет наилучший выход, — снова говорил Гючлю, остальные его слушали, хотя при этих словах Лера, Зухра и сёстры Сунь не сдержали улыбок. А Гючлю продолжал: — При Лере кроме людей Мужонги будут Валерий, с ним и так всё ясно, и Булут, он не лишним будет. Лера, ты тоже должна перебраться на корабль как можно быстрее, свой "гарем" тоже туда переведёшь, не хватало ещё, чтоб кого-то из девушек взяли в заложники. Ну, хорошо, сначала примешь Росинелли, а потом на корабль! Да, здесь тебя тоже охраняют, но могут подстрелить издали, а там... В квалификации Валерия и Булута, надеюсь, ты не сомневаешься. Если всем всё понятно, то действуем.

Гючлю и Кара ушли с Арсланом на корабль, обратной ходкой шлюпка привезла новую смену чернокожих воинов, размещением по постам которых занялся Булут. Валерий остался рядом с Лерой и Айсу. Воспользовавшись этим, Лера спросила у своего дяди:

— Валерий, всё-таки мне непонятно твоё поведение — ты вроде должен охранять Арслана, а меня — постольку поскольку, но... Гючлю же твой начальник, а ты ему возразил, вызвав его недовольство, да и те тайные знаки, что показываешь мне и девочкам — это же секрет вашей организации или не организации?

— Лера, про организацию или не организацию говорить не будем, ещё раз повторю — не время, а тайные знаки... сама понимаешь — не всегда можно сказать. К тому же я других не знаю, а выдумывать новые — это долго, да и забыть можно или запутаться — где какой знак. А почему я всё это делаю? Знаешь, ты мне симпатична, а ещё мне нравится быть дядей княгини Бегич, никому и в голову не придёт, что это... впрочем, не буду называть имя, да и много их у меня раньше было. А те люди, носившие эти имена, так в своё время наследили, что их ждёт виселица, плаха, кол или котёл с кипящим маслом, это зависит от того — где поймают.

— Валерий, а ты не боишься, что тебя могут узнать? Мы можем забраться именно туда, где ты наследил, и тогда... — Лера сделала многозначительную паузу, Валерий в ответ улыбнулся:

— Я не девушка и не женщина, которые дорожат своей неотразимой внешностью, опять же когда идёт речь о сохранении головы, лицом можно пожертвовать. Те, кто знал меня раньше, если и увидят сейчас, то не узнают. Я сменил внешность в Аль-искандерии, перед тем как прийти на твой корабль, меня даже Кара сразу не узнал. О том, что тот человек, кстати, имя Берк, я взял именно тогда, то есть это имя с моими прежними именами никак не связано, уже не существует, да и не было его никогда, а тех масок, которые были до него, как и Берка, уже нет. А о том, как я стал Валерием Бегичем, знают всего четыре человека: ты, Кара, Гючлю и Булут.

— А Арслан? — поинтересовалась Лера, Валерий улыбнулся, посмотрев на Айсу, она тоже слушала этот разговор:

— Он тоже не знает и не будет знать, разве что ты ему расскажешь. Но думаю, если ты это сделаешь, он будет молчать, он парень сообразительный и догадливый. Надеюсь и твоя сестра, а моя племянница не будет всем рассказывать, что здесь услышала.

Лера кивнула и хотела ещё что-то спросить, но тут в комнату заглянула Зухра и сообщила, что пришёл кардинал Росинелли. Он вошёл в комнату в сопровождении Линь и Винь, прижав руку к груди, сразу начал говорить:

— Я возмущён, сеньора, этим прискорбным происшествием и уже распорядился найти и наказать виновных!

— Вряд ли у вас, ваше преосвященство, это получится. Их, вернее, то, что от них осталось, забрал представитель тайной службы Венеции, — поклонившись, сказал Валерий, он встал, когда вошёл кардинал, Лера и Айсу остались сидеть. Зухра встала за спиной Леры, а сёстры Сунь за спиной кардинала, тот, скосив глаза, как будто мог увидеть девушек, стоявших у него за спиной, недовольно произнёс:

— Я бы хотел, сеньора Валерия, поговорить с вами более конфиденциально.

— Всем, кто здесь, я полностью доверяю, — улыбнулась Лера и продолжила: — Насколько я поняла, вы хотите мне что-то поручить, связанное с моим званием адмирала. Эта тайна перестанет быть тайной, когда я начну выполнять ваше поручение, и о ней узнают не только здесь присутствующие, но ещё и очень многие, кому об этом лучше бы не знать. А сейчас здесь собрались все, кому я не просто доверяю, а те, без чьей помощи мне не удастся выполнить ваше поручение.

Кардинал, который тоже был не один, его сопровождали два секретаря (а может, и не секретаря), посмотрел на Айсу, словно спрашивал — чем же может помочь эта девочка? Но спросил совсем о другом:

— Сеньора Валерия, почему вы так уверены, что я хочу вам что-то поручить?

— Интуиция, ваше преосвященство, женская интуиция, — улыбнулась Лера. Она не стала говорить, что накануне у неё была продолжительная беседа с Гючлю и Булутом, где рассмотрели все возможные варианты интереса кардинала к Валерии Бегич. В результате (и основываясь на сведениях полученных Булутом от его собратьев по ордену, с некоторыми он успел встретиться и распить по кувшинчику вина) был сделан вывод, что Валерия Бегич интересует главу одного из командорств ордена не как княгиня, а как адмирал, командующий отрядом кораблей, достаточно сильным, но в то же время независимым от того или иного государства. Каперы хоть и формально действуют от имени страны, выдавшей им патент, но фактически независимы и во многих случаях могут поступать по-своему усмотрению. Именно так Лера и поступала, демонстрируя независимость от командования сиятельной республики, даже тогда, когда действовала заодно с венецианцами. Продолжая улыбаться, Лера спросила:

— Так какое поручение вы, ваше преосвященство, хотели мне дать?

— Из Франции в Рим должны были перевезти мощи святой Бригиты, не только раку, но и пожертвования и дары Святому Престолу. Но на корабль "Святую Бригиту", который всё это вёз, напали пираты, как удалось установить — это были берберийцы. Как удалось выяснить — захваченный корабль пираты отвели в Алжир, он до сих пор находится там, очень похоже, что его там и разгрузили. Святой престол заинтересован в том, чтоб святыню вернули, было бы не плохо, если бы вернули и всё то, что было на корабле вместе со святыней. Вы спросите — почему святой престол не обратился с такой просьбой к христианнейшему королю или кому-нибудь из его собратьев? Это вопрос высокой политики: участие в таком деле флота одного из государств — это неформальное объявление войны этим государством Османской империи, ведь Алжир — это владения Порты. Поэтому маловероятно, что кто-то из государей Европы отнесётся с пониманием к просьбе Святого Престола. Вернее, отнесутся с пониманием, но вряд ли помогут. Вы, сеньора Валерия, наша последняя надежда, только с вами мы связываем наши чаяния, что святая реликвия будет спасена! И что вы сможете вернуть Святому Престолу то, что было с ней, — Росинелли замолчал и скорбно, сложив руки, чуть склонив голову, смотрел на Леру. Та глянула на Валерия, он чуть заметно кивнул, при этом так же незаметно подмигнул. Лера тоже кивнула, её кивок был адресован кардиналу, которому она сказала:

— Ваше преосвященство, я буду рада услужить Святому Престолу, но ведь не я одна буду выполнять вашу просьбу. Да, я адмирал и у меня есть корабли, а это большая сила, но корабли сами не поплывут, для этого требуются команды, состоящие из умелых бойцов и хороших моряков. У меня есть такие команды, но так сложилось, что католиков там меньшинство, остальные равнодушны к нашим святыням, им потребуется нечто большее, чем благорасположение Святого Престола, вы понимаете, что имеется в виду...

Лера сделала многозначительную паузу, Росинелли намёк понял и, почему-то тяжело вздохнув, произнёс:

— Я вас понял, сеньора Валерия, но, к сожалению, я не уполномочен принимать решения, связанные с выплатой денежных средств, либо осуществлять вознаграждение другими образом... — начал оправдываться Росинелли и замолчал, так как Лера, как-то неодобрительно глядя на него, поморщилась. Вслед за ней точно так же поморщилась Айсу (видно стараясь подражать), на лицах Линь и Винь не отразилось никаких эмоций, а Валерий и Зухра, переглянувшись, укоризненно покачали головами, словно уличили кардинала в чём-то очень нехорошем, пауза длилась недолго, Росинелли как ни в чём не бывало продолжил в том же духе: — Но я могу поспособствовать тому, что с вас по результатам этого похода не будет взят каперский процент, таким образом, вы получите определённую прибыль, которая в какой-то мере сможет возместить те возможные убытки, которые могут сопровождать вас при выполнении моего поручения. Надеюсь, вы сочтёте мои условия приемлемыми и даже выгодными.

Лера растерянно посмотрела на Валерия, тот, чуть улыбнувшись (ведь было ясно, что кардинал предлагает выполнить его поручение за свой счёт и на свой страх и риск), вмешался в разговор, выражаясь не мене витиевато и запутанно:

— Ваше преосвященство, адмирал Бегич должна обеспечивать личный состав своей эскадры определёнными денежными выплатами, кроме этого, определённые финансовые вложения необходимы для поддержания кораблей в надлежащем состоянии. А это всё деньги, и немалые. Если поход планируется нашим адмиралом, то всё это учитывается, да, есть определённый риск, что намеченное предприятие потерпит неудачу. Но любое коммерческое предприятие — это риск, но, повторюсь, если предприятие планируется его непосредственным исполнителем, то он знает, какую выгоду получит, и устанавливает границы риска, на который может пойти. Вы же предлагаете очень большой риск, не оправдывающий ту выгоду, которую можно будет получить в результате выполнения предложенной вами операции.

Валерий замолчал и сделал многозначительную паузу, Росинелли, воспользовавшись этим, хотел что-то сказать, но Валерий не дал ему это сделать, так же витиевато продолжил свою речь:

— Да, ваше преосвященство, сеньора Бегич адмирал и командует если не эскадрой, то достаточно сильным отрядом кораблей. Да, она и корабли, входящие в её отряд, находятся на службе у сиятельной республики, но это чисто формально. Если другие эскадры и отряды находятся на содержании республики, то отряд адмирала Бегич должен содержать себя сам, и ответственная за это моя племянница, со всеми вытекающими последствиями ответственная. Сами понимаете, содержание сильного отряда требует немалых средств и каждый поход должен если не приносить доход, то, хотя бы, окупаться. Вы же, ваше преосвященство, предлагаете совершить довольно длительный поход, я уже не говорю о трудностях такого похода. Как вы понимаете, затраты на этот поход могут не окупиться, а отвлекаться на посторонние цели будет некогда, да и не желательно.

Валерий снова замолчал, на этот раз пауза была более длительной, наконец, Росинелли не выдержал и спросил, обращаясь не к Лере, а к Валерию:

— Сеньор Бегич, я уже говорил, что некоторое стеснение в средствах не позволяет финансировать...

— И вы предлагаете профинансировать нам самих себя, за счёт гм... каперского процента. Что ж, я думаю, условия более чем приемлемые. Осталось только получить подтверждение этого из канцелярии республики. До вечера получить, так как обстоятельства вынуждают нас выйти в море завтра на рассвете. Если вы заинтересованы в том, чтоб мы выполнили ваше поручение, то вам стоит поторопиться. Не смеем вас задерживать, — произнеся это, Валерий поднялся и учтиво поклонился, вслед за ним это сделали Лера и Айсу, это были не просто поклоны, а реверансы знатных дам. Вообще-то, Лера такое уже видела, но сама до сих пор не пробовала подобное изображать, а вот у Айсу такие поклоны удавались мастерски, она и научила свою сестру. Линь и Винь закивали в своей восточной манере, Зухра поклонилась, но сделала это по-своему, в восточной манере, но при этом так же изыскано, как Айсу и Лера. Кардиналу Росинелли ничего не оставалось, только как удалиться, просто уйти, не давая руку для поцелуя и не благословляя, как это обычно делают духовные лица такого высоко ранга.

Сразу после ухода кардинала доложили о приходе Франчески Паоло и Адриано Чануто, которые вошли сразу после доклада об их визите. Так произошло, потому что Франческа могла приходить в любое время и никто её не задерживал, а вот Чануто должны были пустить только после разрешения Леры или Валерия. Но хитрый начальник тайной службы шёл под руку с Франческой, поэтому его не задерживали, только доложили о его приходе и постарались сделать это как можно быстрее. Франческа, которой Адриано уже рассказал о произошедшем ночью в каса Бегич (при этом сильно сгустив краски), сразу бросилась к Лере:

— Какой ужас! Лера тебя хотели ограбить или даже убить!

— Вряд ли ограбить, тут конечно есть много чего ценного, но это всё тяжело тащить, деньги-то в банке, скорее, хотели убить. Мало вероятно, что они сюда явились вшестером только для того, чтоб меня напугать, — ответила Лера. Франческа, продолжая делать круглые глаза, сказала:

— Как шестеро? Адриано сказал, что налётчиков было не меньше тридцати! Что тут был настоящий бой!

— Может, их было и тридцать, но сюда добрались только шестеро, — улыбнулся Валерий и, став серьёзным, сделал предположение, показав за окно: — Конечно, сеньору Чануто виднее, сколько было налётчиков. Наверное, остальных положили на подступах к дому вон те бдительные сотрудники его службы. Недаром же они тут постоянно дежурят, вон и сейчас там ходят. Так что, сеньора Паоло, не волнуйтесь, Лера в полной безопасности.

Франческа продолжала охать, а Адриано старался сохранять спокойствие, хотя ему это удавалось с большим трудом. Валерий продолжал его подначивать и делал это довольно умело, не давая вмешаться в разговор Леры и Франчески. Так продолжалось около получаса и закончилось с приходом Румани и Фабио Винетти. Они были уже в курсе того, что произошло ночью, и Фабио поинтересовался дальнейшими планами Леры, та ответила:

— Завтра мы уходим из Венеции. В качестве управляющей своей долей банка, я оставляю Зухру, надеюсь, моего слова достаточно, если же надо оформить какие-нибудь документы, то надо это сделать сегодня. Фабио, думаю мы с тобой это сейчас и сделаем, свидетелями будут Франческа Паоло и Адриано Чануто, вы же не откажете мне?

Франческа сразу согласилась, Адриано не оставалось ничего другого, как присоединиться к ней. Все формальности были улажены ещё до обеда, правда, по времени этот обед должен был быть довольно поздним, Чануто предложил пойти в ближайший ресторан, но Лера отказалась, сославшись на то, что плохо себя чувствует. Обедали в каса Бегич, к десерту пришёл кардинал Росинелли, ему кофе тоже налили, а он затеял разговор о погоде. Лера, покачав головой, спросила — удалось ему выполнить то, о чём говорили во время его первого визита, кардинал, покосившись на Чануто, протянул Лере свёрнутый в трубочку лист бумаги, та, развернув его, начала вслух читать, когда закончила, Адриано растерянно спросил:

— Как это?

— А вот так, — ответила Лера и пояснила Росинелли, почему она читала вслух: — Здесь подпись дожа и не только его, этот документ выдан в республиканской канцелярии, сеньор Адриано об этом всё равно узнал бы, пусть через несколько часов, но узнал бы. Так не всё ли равно, от кого он это узнает? А я хочу поблагодарить всех за оказанное содействие и попрощаться, так как я немедленно отбываю на "Рагузу".

— Лера, как же твоё неважное самочувствие? — растерянно поинтересовался Чануто, который подумал, что его вежливо но решительно выпроваживают.

— Морской воздух благоприятно влияет на самочувствие, вот поеду, подышу, — ответила Лера. Посмотрев на растерянных Франческу и её кавалера, сказала: — Ческа и ты Адриано, не обижайтесь, так надо, завтра моя эскадра уходит в море. А к вашей свадьбе, да и к вашей, — Лера посмотрела на Румани и Фабио, — думаю, успею. А сейчас — извините, мне предстоит ещё многое сделать. Зухра, Фабио, задержитесь, с вами мне надо поговорить.

Намёк поняли все, и если Чануто, сопровождавший Франческу, ушёл недовольный, то кардинал Росинелли был более чем доволен, Лера недвусмысленно дала понять, что она берётся за выполнение его поручения. Берётся немедленно выполнять его поручение.

Совет десяти собрался в полном составе, пригласили и Фабио Винетти, всё-таки теперь он был главой одной из великих семей, следовательно, имел формальное право присутствовать на совете десяти. Кроме этого, он был близко знаком с Валерией Бегич, а именно этой проблеме было посвящено сегодняшнее заседания. Сенаторы выслушали доклад Адриано Чануто, и когда тот удалился, встал Винсенте Чануто, являвшийся фактическим руководителем тайной службы он и озвучил то, о чём не говорил его сын:

— Итак, княгиней Бегич очень заинтересовался орден святого Игнация. Вернее, две его ветви, конкурирующие между собой. Одну возглавляет кардинал Росинелли, а другую кардинал Форзани. Эти оба, в высшей мере достойные духовные лица претендуют на престол святого Петра, а это, как вы знаете, требует некоторых средств, весьма немалых! Не только денежных но и... сами понимаете каких. Один такой ресурс был задействован минувшей ночью, надо сказать весьма весомый ресурс, но... ему оказалась не по зубам поставленная задача, и кардинал Форзани лишился своих лучших специалистов, а то, что это были специалисты очень высокого класса, говорят те потери, что понесла охрана княгини Бегич. А я вам скажу, что в её темнокожей гвардии отменные бойцы.

Чануто сделал многозначительную паузу, ею воспользовался дож, сделавший замечание:

— Весьма прискорбно, что подобный инцидент произошёл в нашем славном городе. Друг мой Винсенте, укажите заинтересованным лицам на недопустимость подобных действий. Сделайте это максимально мягко, но решительно. Намекните, что сеньора Бегич может очень обидеться и оказать поддержку одному из претендентов, а её возможности, в том числе и финансовые, это позволяют сделать, не так ли, друг мой Фабио? Ведь сеньора Бегич большую часть своих средств вложила именно в ваш банк, причём столько, что это позволило ей стать вашим равноправным партнёром.

Винетти ничего не ответил, только кивнул хитро прищурившемуся Бартоломео Орсиенто, вместо него это сделал Алонзо Орнари, предварительно пожевав губами (непонятно, что он этим выражал, то ли недовольство, то ли одобрение):

— Судя по поданной декларации, банк "Винетти и партнёры" сейчас самый крупный в республике.

— Вот и я о том же, — кивнул дож и обратился к Винетти: — Друг мой Фабио, вы, как и сеньора Бегич, молоды и неопытны в финансовых делах, вы можете допустить непоправимую ошибку. При этом потеряете часть, а то весь капитал не только свой, но и доверившейся вам сеньоре Бегич, тем более что она не может принимать участие в управлении банком, так как отправилась в очередной поход. Не сочтите меня назойливым, но я готов вам предложить свою помощь. Бескорыстную помощь!

Это предложение вызвало некоторую досаду у присутствующих сенаторов, ведь любой из них мог бы сделать такое предложение, аргументированное предложение, заставившееся задуматься над тяжестью той ноши, что легла на плечи этого юноши, неискушённого в банковском деле. Ведь молодой Винетти мало занимался делами своего торгового дома, делая военную карьеру. Да и его отец не торопил с этим своего сына, считая, что для этого ещё не время. Фабио поднялся и, отвесив учтивый поклон, поблагодарил Орсиенто за заботу и предложенную бескорыстную помощь, когда молодой Винетти говорил о бескорыстности помощи, стал очень похож на своего отца. Это заставило вздрогнуть некоторых сенаторов, помнивших деловые качества и напористость (даже беспринципность) Джузеппе Винетти. А Фабио сообщил, что хоть сеньора Бегич и отсутствует по уважительной причине, но оставила своего представителя.

— Это уже известная вам сеньора Зухра Аль-Багдади, она введена в правление банка не как наблюдатель, и даже не как его член, она исполнительный директор, обладающий правом принятия любых решений, — ехидно улыбаясь, Фабио назвал имя полномочного представителя совладельца банка "Винетти и партнёры". Это имя вызвало тяжёлый вздох сеньора Алонзо Орнари, главы казначейства Венецианской республики. Он хорошо помнил деловую хватку этой молодой девушки, ведь именно она участвовала в оценке добычи при определении каперского процента. Именно благодаря ей, этот процент оказался более чем выгоден Лере, и как сказала сама Зухра — максимально справедлив. Бартоломео Орсиенто не вздыхал, только кивнул с многозначительным видом, он знал всё о тех торгах и как и глава казначейства понял — кто будет на самом деле руководить банком. Повернувшись к Винсенте Чануто, попросил того продолжать.

— Форзани в его притязаниях на тиару поддерживает Испания, вот поэтому все его ресурсы, в том числе денежные, уже находятся в Италии, а именно в Неаполе. Из Валенсии в Неаполь удобный морской путь, а пользуясь поддержкой христианнейшего короля, его проделать не так уж и трудно. А вот у Росинелли, которого поддержал Людовик, местом сосредоточения средств была Франция. Соответственно, как базу в Италии он выбрал Ливорно, оттуда и до Рима ближе, чем из Франции, да и поддерживает его север Италии. Но, сами понимаете, поддержка требует определённой подпитки, требуемые средства Росинелли отправил в Италию из Марселя. А корабль, который всё это вёз, перехватили берберийские пираты. Не знаю, случайность ли это была или им кто-то подсказал, что везёт "Святая Бригита", но корабль был захвачен.

— Почему Росинелли решил перевозить столь ценный груз морем? Не проще ли было это сделать по суше? — поинтересовался сенатор Фератто, Чануто пояснил:

— Видно, Росинелли решил, что морской путь безопаснее. Как вы знаете, герцог Савойский снова пытается захватить кантон Женева, следовательно, там сейчас ведутся боевые действия. А такой большой караван обязательно привлечёт внимание одной из враждующих сторон или просто мародёров. То, что как прикрытие Росинелли решил использовать мощи святой Бригиты, вряд ли избавило бы такой большой караван от досмотра, савойцы и женевцы, опасаясь подвоха со стороны противника, очень внимательно следят за всем, что происходит на территории их столкновения. В итоге "Святая Бригита" и всё, что она везла, захвачено. Не знаю, уцелела ли охрана, приставленная к казне Росинелли. а вот монахини, в том числе и мать настоятельница монастыря святой Бригиты, попали в плен. А вместе с ними и рака с мощами святой. На это обстоятельство и ссылается Росинелли, пытаясь организовать экспедицию в Алжир. Но у него из этого ничего не вышло, испанцы вряд ли ему помогут, по вышеуказанной причине, а если и решатся на поход в Алжир и этот поход будет удачен, казну Росинелли не вернут, скорее всего, передадут Форзани или оставят себе, что вероятнее.

— Почему мать настоятельница монастыря святой Бригиты пошла на поводу у Росинелли и решила перевести свою святыню в Рим? Там такого добра более чем достаточно, зачем там ещё один комплект мощей? — поинтересовался Фабио Винетти. Его вопрос и комментарии к нему заставили Чануто поморщиться, всё-таки о таких вещах надо говорить с большим почтением. Вообще-то Фабио был набожным католиком, но общение с Румани, её подругами и экипажем "Рагузы", где католиков было мало, оказало своё влияние. Хоть Винсенте Чануто и поморщился, но ответил честно:

— Она итальянка, и Росинелли в случае своей победы пообещал перевести её в Италию, в более крупный монастырь. Вот поэтому она и согласилась сопровождать казну Росинелли, которую тот выдал за пожертвования, заодно и святыню из того монастыря прихватила, можно сказать, воспользовалась своим служебным положением. Но вернёмся к нашим баранам...

— Вы имеете виду кардинала Росинелли? — сделав невинное выражение лица, поинтересовался Фабио. Чануто осуждающе покачал головой, но при этом сказал:

— Именно нему. Как вы поняли, Росинелли оказался в очень затруднительном положении — испанцы ему не помогут, французы даже если бы хотели, не имеют для этого сил, сейчас не имеют, может, в будущем... но действовать надо немедленно. Как вы знаете, Росинелли обращался за помощью к нам и к генуэзцам, не знаю как они, но мы, как вы помните, посчитали это авантюрой и отказали.

— Судя по тому, что Росинелли со своей проблемой пришёл к Бегич, то и Генуэзцы отказали, — заметил Орсиенто и продолжил: — А она решила, что ей это по плечу и она справится, очень самонадеянно с её стороны. Хотя... захват Отхоноя и её успешный рейд в Александрию говорят о многом, возможно, ей удастся и эта авантюра, вполне может такое случиться, что она вернётся с не меньшей добычей, чем из рейда на Александрию.

— Можете не сомневаться — так оно и будет. Но при этом в казну республики ни единого цехина не поступит! Эта хитрая особа поставила условием своей помощи Росинелли освобождение от уплаты каперского процента в казну республики! А я уверен — всё у неё получится и возьмёт она немало! — недовольно высказался Алонзо Орнари.

 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 183)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 231)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 75)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 167)
Вампиры (Произведений: 244)
Демоны (Произведений: 266)
Драконы (Произведений: 166)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 126)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 74)
Городские истории (Произведений: 308)
Исторические фантазии (Произведений: 97)
Постапокалиптика (Произведений: 105)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 131)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх