Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Эльфийская ночь


Опубликован:
13.07.2011 — 17.11.2014
Аннотация:
В декабре 2014 вышла в "Яузе" под названием "Капитан. Наследник империи". Здесь по договору с издательством оставляю только начало.

http://www.ozon.ru/context/detail/id/30984204/
http://www.labirint.ru/books/467287/
http://read.ru/id/3955632/
http://www.litres.ru/viktor-dubchek/kapitan-naslednik-imperii/
...

WebMoney: R517330921114
Яндекс.Деньги: 410011421499163
 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
 
 

Дорогой товарищ читатель!

В начале декабря эта в высшей степени замечательная книга выходит под названием "Капитан. Наследник империи" в издательстве "Яуза". Полный вариант, с корректурой-редактурой-лигатурой... одним словом, покупайте наших слонов.

Эльфийская ночь

Часть I. Волшебный стрелок

Глава 1. Вивальди

На высокой террасе императорского дворца стояли старая женщина и молодой мужчина.

— Прости, что так и не смогла родить тебе сына, — сказала старая женщина.

— Родишь, — ответил молодой мужчина.

— Ты так уверен...

— Мы всё исправим. У нас впереди вечность.

Она медленно покачала головой.

— Не вечность... когда-нибудь тебе это надоест.

Молодой мужчина вскинул голову — иссиня-чёрные пряди волос возмущённо взметнулись у лица. Старая женщина привычно властным жестом не позволила ему возразить.

— Когда-нибудь, — сказала она. — Не сейчас. Но когда-нибудь всему приходит конец.

— Нет, — тихо и твёрдо ответил он.

Старая женщина отвернулась, пряча улыбку. Тонкие морщины собрались возле глаз. Солнце гасло за рекой.

— Мне недолго осталось, — сказала она.

— Я знаю.

— Когда я уйду — Варта падёт.

— Мы всё исправим.

— А если и в этот раз... не получится?

— Карг на мне.

Старая женщина покачала головой:

— Когда ты шагнёшь... туда, всё исчезнет.

— Я запомнил боль, — сказал молодой мужчина.

Её лицо чуть исказилось, как будто перенесённое страдание было одним на двоих. Но в голосе молодого мужчины не прозвучало ни отголоска той боли, ни сожаления, и морщины старой женщины снова разгладились.

Нет, подумал он, накрывая своей ладонью её почти невесомые пальцы на парапете балюстрады. Как бы ты ни старался, некоторые морщины останутся навсегда. Не всё можно исправить.

Здесь — не всё.

— Там... будь осторожен. Я не хочу, чтобы ты снова страдал, — негромко сказала старая женщина.

— Ты забудешь меня, — ответил молодой мужчина, зная, что она поймёт.

— Не забуду. Здесь — не забуду.

— Там — даже не узнаешь.

Она негромко рассмеялась.

— Да... тебе придётся постараться. Я была норовистой лошадкой.

— Один раз мне это уже удалось, — улыбнулся молодой мужчина, обнимая старую женщину за плечи.

Она позволила себе быть слабой, но лишь на несколько мгновений — редкая роскошь для императрицы. Тут же снова встала твёрдо, поправила диадему с крупным багровым камнем.

— Там у тебя не будет власти, армии, денег.

— Там будешь ты.

— Ты станешь никем, — жёстко сказала старая женщина.

— Там будешь ты, — мягко ответил молодой мужчина.

Она прикусила нижнюю губу, и он чуть не рассмеялся от этого до боли знакомого и родного жеста.

— Я и так никто, — сказал молодой мужчина, — без тебя — никто.

— Принц-консорт — это не так уж мало.

Он гордо встряхнул головой. Меж чёрных прядей стало заметно заострённое ухо.

— Наверное, я так никогда и не пойму, почему для вас так важны эти титулы.

— Мой милый варвар, — с нежной улыбкой произнесла старая женщина.

— Иногда для спасения цивилизации необходимо оставаться варваром, — серьёзно ответил молодой мужчина.

— Я не хочу тебя отпускать.

— Мы увидимся. Очень скоро.

— Это буду ещё не я.

— Я помогу тебе стать тобой.

Они замолчали.

— Ты мог бы найти себе эльфийку... — неловко сказала старая женщина.

— Мне всегда будешь нужна только ты, — с мягкой улыбкой ответил молодой мужчина.

Она привстала на цыпочки и поочерёдно поцеловала его высокие скулы. Он благодарно зажмурился, отзываясь на прикосновение сухих губ. Склонился к ней и вернул ласку.

Затем молодой мужчина поцеловал старую женщину в губы — как принято у людей.

— Пора, — сказал он, открывая глаза, — Дурта ждёт.

— Столько лет... ты по-прежнему зовёшь его так, — сказала она, не находя иных слов. Тонкая жилка беспомощно натянулась в горле.

— Пора, — повторил он, отпуская её плечи.

Старая женщина молча смотрела на молодого мужчину. Он коротко поклонился, поправил перевязь клинка и повернулся к дверям. Он шагал не оглядываясь, не пытаясь хоть как-то оттянуть неизбежное расставание, и старая императрица была благодарна ему за эту прощальную жестокость.

Когда-нибудь всему приходит конец.

Далеко, почти на пределе слышимости раздавался гортанный гул армейских труб.

Последних труб последней армии последней империи людей.

Вот так, капитан: пришёл и тебе конец. Не верится, а?

Он осторожно поёрзал спиной: всё тело зудело от многодневной грязи и пота, невыносимо хотелось помыться. Просто постоять под душем, чередуя горячую и ледяную воду, пока кожа не перестанет чувствовать разницу... да, насчёт ледяной-то тут как раз полный порядок.

Он чуть привстал из-за поваленного дерева и бросил оценивающий взгляд на грязный ручей. Если б удалось перемахнуть, а там чуток по лесу и в карьеры... Нет, без шансов: от моста до излучины было-то всего ничего, метров двести. Русло наверняка присижено, для снайперов расстояние ерундовое. Не проскочить... а деваться всё равно некуда: со стороны посёлков доносился всё более отчётливый пёсий лай и голоса загонщиков.

Хорошо хоть, собачки им тут не слишком помогут — стылая осенняя земля до самых карьеров была безнадёжно загажена промышленными стоками. Погавкают собачки, да и охолонут. Придётся ребяткам самим поработать. Постепенно, впрочем, и доработают.

Были б патроны... загонщики-то тебе не чета. Этих лесных клоунов передавил бы, как котят слепых, вышел бы ближе к излучине, потом в трубу, да и к карьерам. До промзоны никому тебя не взять, а там-то и подавно.

Если, конечно, не поднимут воинские части в оцепление.

А части они не поднимут — побоятся. Это тебе не полицаи, не спецназ вэвэ, который ты третьи сутки водишь за нос по этому пятачку. Срочникам оружие выдавать — побоятся, факт. Не те нынче срочнички.

Он представил, как короткими скупыми очередями срезает преследователей — одного за другим, постоянно меняя позицию. Представил без особенного удовольствия, — на удовольствие сил уже не оставалось, — лишь по многолетней привычке визуализировать поединок, навязывать реальности боя своё представление о ней.

К сожалению, реальность иногда сопротивляется.

Он со вздохом отстегнул магазин автомата, большим пальцем огладил тускло блеснувшую верхнюю гильзу.

Увы, бэка не прибавилось — в позаимствованной у гаишников 'сучке' оставалось всего четыре патрона. 'Макаров' — на таких дистанциях несерьёзно, даже в 'зелёнке'.

Вдалеке стрекотал вертолёт, и звук, похоже, приближался.

Он поднял взгляд. 'Зелёнка' зеленью тоже не особенно-то радовала.

Попробовать, что ли, всё-таки через ручей?.. Всё лучше, чем стреляться последней пулей, как в дурном дамском романе. А и сдаваться никак нельзя.

Он ещё раз почесал спину, оттолкнулся от земли и, аккуратно переступая замызганными кроссовками, осторожно двинулся по сырой осенней земле, забирая к северу, в ельник — ближе к излучине. Чем чёрт не шутит.

Капитан успел пройти метров пятьдесят, когда длинная очередь прошлась у него над головой, срезая ветки, засыпая вялыми иголками и древесной трухой. Он на рефлексах ушёл в сторону, перекатился по земле и вскинул автомат.

Первые выстрелы в лесу всегда ложатся выше, даже у бывалых людей. А эти-то... не чета тебе, а, капитан? Сейчас пару рожков — сплясали бы, а как же.

В просвете мелькнул камуфляж — городской. Это кто ж у нас тут умный-то такой... Придерживая дыхание, капитан вытянул спусковой крючок.

Звук выстрела слился с криком боли. С той стороны тут же прогрохотало несколько автоматных очередей — таких же неопасных для него, как первая. По ветвям защёлкали пули.

— Ты там, сука! — закричали с той стороны.

Судя по сопению и осторожному топоту, загонщики обходили место, где он только что был. Очевидно, та первая очередь была наугад — ответным выстрелом он выдал своё местоположение. Это не имело особого значения: несколько минут ничего не решили бы. Капитан неслышно усмехнулся, закрыл глаза и прислушался.

Трое... нет, всё-таки четверо. Двое обходят слева, ещё один ближе к излучине — правильно, если там снайпер или временный блок... Четвёртый оттаскивает к посёлкам раненого.

Нет, уже 'двухсотого'.

Капитан раскрыл глаза и быстро улыбнулся. Вечно жить ты и не собирался, верно? Главное — чтоб размен был в твою пользу. Эта группа, очевидно, оторвалась от остальных загонщиков. Можно попробовать успеть разжиться трофейным бэка.

Снова выстрелы. Снова далеко.

— Что, отвоевался, сука? — заорал тот же голос. — Здесь тебе не Чечня! Выходи сам, слово офицера даю!

Что ж ты так нервничаешь, 'офицер' хренов. А ты нервничаешь, дружок, нервничаешь. Вот очередь-то какая длинная, да и голос больно напряжённый. Это тебе не пенсов по Москве гонять, а?

Капитан вскинулся из-за пригорка, мгновенной короткой очередью срезая второго загонщика. Тут же перекатился в сторону и замер, с удовлетворением слушая, как грузное тело оседает на землю. 'Двухсотый'.

В автомате остался один патрон.

Несомненно, загонщики это понимают. На рожон они не полезут — в лесу дистанция огневого столкновения может неприятно удивить, а бывалый противник, — даже с единственным выстрелом, — и подавно. Будут постепенно выдавливать к ручью. Спешить им... в принципе, вечерело, но особых иллюзий на эту тему капитан не питал — не настолько быстро-то и вечерело.

Он неслышно прошёл ещё несколько шагов в сторону, опустился на одно колено и замер. Третий загонщик забирал вправо. Вряд ли он ожидает, что преследуемый останется прямо у него на пути.

Голосистый молчал. Видимо, это он и оказался вторым подстреленным.

Капитан сдерживал дыхание и старался смотреть не прямо перед собой, а выше, на ветви орешника. Вот оно... ветка дёрнулась. Нет, дружок, не умеешь ты по 'зелёнке'-то ходить.

Ещё ветка.

Противник застыл на месте, очевидно, пытаясь что-то рассмотреть из кустарника.

Ну давай, дружок, не тяни. Кто ж так прячется.

Ветка дёрнулась.

Капитан чуть наклонил голову и выстрелил, надеясь, что лёгкая пуля калибра 5,45 не завязнет в тонких ветках.

Не завязла. Послышался сдавленный вскрик, ветки всколыхнулись резко и окончательно, затем всё стихло.

Теперь забрать оружие, подумал капитан, откладывая бесполезный автомат. В этот же миг за его спиной громыхнула очередь.

Он мгновенно дёрнулся по траве, перекатился, выхватывая 'макаров', и высадил подряд пять пуль, целясь на звук.

Ему повезло. Загонщику — не особенно.

По земле, зажимая руками развороченный бок и кусая губы, чтобы не кричать, катался молодой чернявый парень в грязном городском 'комке'.

Печень, мимолётно подумал капитан, не жилец.

Он подошёл поближе, не отводя, впрочем, ствол. Ногой отбросил автомат, — ого, нормальная 'стопяточка', богато живёте, — присел и обыскал парня. Стараясь не запачкаться кровью, забрал нож, пару магазинов, из бокового кармана плоскую фляжку и упаковку галет. Есть хотелось страшно, за последние двое суток в животе не побывало ничего, кроме росы.

Кровь, хлеставшая из раны, понемногу утихла. Парень всхлипнул, закатил глаза и затих.

Капитан проглотил почти не разжёванную последнюю галету. Подхватил за ремень автомат, привычно закинул за спину: позже проверим, сейчас надо уходить. Встал, машинально отряхнул колени. Прикидывая возможность прорваться с двумя трофейными рожками, повернулся к излучине — и остолбенел: прямо в живот ему уставился ствол ещё одного автомата.

Оружие с виду небрежно, однако вполне уверенно лежало в руках крепкого седеющего мужика, тоже в городском камуфляже внутренних войск. Вэвэшник, чуть подогнув ноги, стоял под разлапистой елью, в её густой тени. Он как будто бы даже не целился и вообще выглядел совершенно спокойным. Это убеждало лучше всяких... в общем, убедило.

Капитан вздохнул. Бессонница, голод, страшное нервное напряжение последних дней... чёрт — последних лет.

Ладно, чего теперь-то. Повинуясь короткому кивку ствола, он опустил на землю трофейную 'стопятку', левой рукой выкинул пистолет.

— Руки над головой, встал на колени, — сказал мужик.

— Кто ты есть? — скупо поинтересовался капитан, подчиняясь приказу.

— Майор Рябышев. Даже не думай, я тебе не пацан.

— Доводилось?

Майор усмехнулся.

— Всяко бывало. Ещё за речкой.

— И до сих пор майор?

— 'Честно служи...'

— Не западло тебе своих гонять?

— Ты мне не свой, — спокойно сказал Рябышев, — ты пёс бешеный. Вчера двоих, сегодня четверо. Нравится убивать?

— Нет, — честно ответил капитан, думая, что майор более разговорчив, чем следует. Рябышев всё-таки немного волновался. Самую чуть.

Это льстило — с одной стороны. С другой — давало шанс.

Рябышев явно гордился тем, что взял его. Загнал, прижал к воде, поставил на колени. Майор упивался этим кратким моментом торжества, растягивал его, поэтому не торопился ни вызывать подмогу, ни укладывать капитана мордой в сырую землю — как, несомненно, поступил бы с противником сам капитан. Майор хотел видеть его лицо, желая в полной мере насладиться победой.

Эйфория Рябышева давала шанс. Крошечный, но шанс.

— Ты хоть знаешь, за что меня? — спросил капитан, подпуская в голос трагизма и нащупывая пальцами ног опору. — Знаешь, что там было-то, в Чечне?

— Кругом Чечня, — безразлично сказал Рябышев, чуть заметно подрагивая стволом автомата, — не ты первый.

— Не я, — согласился капитан, — а следующий кто?

Майор презрительно рассмеялся.

— Разговоры говоришь... ты думаешь, я тебя взял, чтоб отдать, этим отдать? — он кивнул в сторону посёлков. — Дур-рак ты, капитан...

— Неужто отпустишь? — прищурился капитан, прикидывая дистанцию ножевого броска.

— Здесь оставлю, — совершенно спокойно произнёс майор, и капитан с досадой понял, что лёгкая эйфория Рябышева вызвана вовсе не удачным завершением погони.

Майор собирался убить его. Застрелить в упор, лицом к лицу. Потому и не стал тратить время на полноценное задержание: это просто не имело смысла.

Вот так: пришёл и тебе конец.

— Что, майор, вот так застрелишь — безоружного? — деланно удивился капитан.

— Да, — сказал Рябышев.

— Письмо жене хоть передашь?

— Нет, — сказал Рябышев и вскинул автомат.

Успеть капитан, конечно, не мог. Но и сдаваться... сдаваться — стыдно.

Резко проседая и падая вправо, он оттолкнулся левой ступнёй, быстро подвернул руку и выхватил с пояса нож. Чётко понимая, что на таком расстоянии майор уже не промахнётся, всем телом ударился о землю и в последнем отчаянном усилии метнул оружие в Рябышева.

Выстрелов так и не прозвучало, но ведь 'свою' пулю ты всяко не услышишь. По всему — сейчас он должен был быть уже мёртв.

Капитан поднял голову.

Рябышев стоял на коленях, как совсем недавно стоял он сам, и окровавленными руками держался за горло. Автомат беспомощно скатывался с плеча майора на землю.

123 ... 567
 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх