Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Огонь, вода, и... сюрпризов два


Автор:
Статус:
Закончен
Опубликован:
31.10.2013 — 31.10.2013
Аннотация:
Небольшой рассказ о первом полете начинающего пилота и астронавта, новичка в деле космических грузоперевозок, с первого рейса попавшего в переплет. А ждет его встреча с людьми по ту сторону закона и с существами по ту сторону реальности.
 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 
 
 

Огонь, вода, и... сюрпризов два



Огонь, вода, и... сюрпризов два



*


Если бы Андрей знал, как пройдет его первое задание в космосе, он бы не в жизнь на него не согласился. Вполне ожидаемых неприятностей и так хватало с лихвой. Но что б еще и такое... Но Андрей не был волшебником, и предсказывать не умел. И интуицией он особо не отличался. А потому согласился.


*


Безуголов Андрей, получивший в классе прозвище "ВсеПутем", никогда не любил учиться усерднее, чем того требовала простая необходимость. То есть, он собирался окончить Космическую Академию с обычным, а не с красным, дипломом. Главным для него было получение гало-аттестата о высшем образовании, потому как дальше для него все решал блат. Точнее, сестра его дяди — тетка Ангелина Петровна. Ведь именно через нее в компании дяди проходили все заказы на частные космические перевозки. Заказы серьезные и хорошо оплачиваемые. Естественно, что для их выполнения компания нанимала не абы кого.

— Знаешь, Андрюша, молодёжь в последнее время совсем распустилась, — жаловалась Ангелина Петровна при каждом визите Андрея в ее шикарный офис. Он покорно выслушивал все жалобы — благо они проходили под дорогой коньяк и хорошую закуску. — Как приходят ко мне на собеседование, так вроде все отличные парни. И выглядят достойно, и резюме серьезное. А как доходит до дела... — Грузная дама тяжело вздохнула — казалась, он раздулась вдвое, словно жаба. — Представляешь, что недавно выкинул один из пилотов? Нет, ты даже представить такого не можешь. Он взял с собой в полет распутную девку! — Женщина вздрогнула от отвращения, чуть не выплеснув из бокала коньяк.— Нет, ко всякой домашней живности, вроде котов и этих скользких многоногих кальмариусов я давно привыкла. Хотя Устав нашей компании строго настрого запрещает брать в полет любую живность, я уже закрываю на это глаза. — Ангелина Петровна снова вздохнула и потянулась за новой сливовой конфетой. — Но распутная девка! Как представлю, что они могли вытворять в пилотской кабине... — Она положила конфету в рот и в порыве чувств прикрыла его толстыми пальцами. — Ужас. Слов нет. Просто нет слов.

И Андрей привычно кивал в ответ, хотя ничего особо удивительного в этом не видел. Он понимал — каждый хочет урвать от жизни кусок пожирнее. И желательно — как можно раньше.

— А ты, Андрюша, совсем не такой, — искренне веря, заявила Ангелина Петровна. — Серьезный, трудолюбивый, принципиальный. Такой как ты не станет... — И он снова кивал, соглашаясь, хотя совершенно не был уверен ни по одному из вышеперечисленных комплиментов.

И его молчание принесло свои плоды

— Вот закончишь ты Академию, и я возьму тебя к нам на работу, — заявила в одно из таких посещений эта большая, во всех смыслах, начальница. — Официально мы без опыта работы мы никого не берем. Но для тебя, родственничек, — она подмигнула, — я сделаю исключение.

Он тут же рассыпался в ответных любезностях типа "вы так щедры", "право же, не стоит", "я навеки ваш должник", поцеловал на прощанье ее пухлую ручку, усеянную драгоценными кольцами, и мысленно поблагодарил Фортуну за такого покровителя. Конечно — здорово получить все, и при этом особо не напрягаться.

И Ангелина Петровна сдержала слово.

Через месяц после окончания Академии она предложила ему работу, а вместе с тем и его первое задание. Вернее, целых три задания. Исключительно на его, Андрея, выбор.

— Что насчет этого? — спросил он с надеждой, ткнув в экран монитора после недолгого изучения. Сумма за выполнение задания внушала уважение.

— Это задание на перевозку ганийского нитроураноскопита, — заявила она. И видя непонимающее выражение своего протеже, пояснила:

— Ганийский нитроураноскопит, в обиходе "гнус", это мелкокристаллический порошок, образующийся в корнях болотных деревьев на одной из дальних планет Галактики. Название ее я тебе не скажу — коммерческая тайна, понимаешь ли. — Она кокетливо улыбнулась, хотя эта улыбка быстро затерялась на ее большом лице. — Кое-кто кое-где может делать из него дорогое лекарство, достаточно популярное на многих межпланетных рынках. Но тут, как впрочем, и везде, есть две проблемы, Андрюша. Первая — производить лекарство нужно в другом месте. Точнее — в другой солнечной системе. Вот почему здесь нужен космический транспорт. А вторая — гнус портится при подпространственных перелетах. Поэтому его нужно доставлять обычным, дедовским способом — через стандартный космос.

Дельце начинало вырисовываться.

— Долго лететь? — стал уточнять Андрей, чувствуя, что интересуется исключительно для проформы — кругленькая сумма давно решила дело.

— На наших кораблях — две земные недели, — оптимистично заявила большая начальница. — От сих до сих. — Она указала лазерной указкой в экран монитора, где высветилась карта Галактики. — Принять здесь и отдать там. И все.

Что ж, две недели в космосе это немало. Но за такую награду — приемлемо.

— За такую оплату я готов взяться за это, — уверенно заявил Андрей то, что думал, стараясь сдержать пробуждающуюся сладкую дрожь. Скоро он будет богатым. И — тогда прощайте, кафешки и тесный общественный транспорт, и здравствуйте, рестораны и дорогие квартиры.

— Награда соответствует усилиям, — многозначительно заявила начальница. — Я уже упоминала, что препарат из этого вещества ужасно дорог. А потому вполне допустимо, что возможно смогут найтись охочие... отобрать его у тебя. Вот потому-то и сумма за выполнение этого задания весьма высока.

Пираты? Андрей задумался. Вот она, вездесущая ложка дегтя.

— Но вы, как я понимаю, постарались защитить свои капиталовложения? — вопросил он, имея ввиду не столько груз и корабль, сколько пилота. То есть — себя, любимого.

— Конечно же, — уверенно заявила Ангелина Петровна и, откинувшись в широком кресле, принялась деловито перечислять, загибая пальцы, похожие на сосиски:

— На корабле стоит новая система дальних сенсоров "Искатель 217". Плюс мы оснастили корабль новейшей системой защиты ближнего боя "Дельта Щит 2115". Пушки, ракеты, лазеры, и такое всякое, — вещала она со своего кожаного трона. — И на последок мы поставили в переходной шлюз новый швейцарский замок от "Клемм и сыновья" — тоже, смею заметить, вещичка не из дешёвых. Плюс еще с десяток новшеств, по мелочи.

Это, конечно, обнадеживало.

"Деньги — риск. Риск — деньги". — Мысли Андрея метались от одного к другому, словно маятник в древних прадедушкиных часах. Рисковать он не любил. А выбор не прост.

Видя колебания наперсника, родственница решила подсластить пилюлю.

— В условиях контракта сказано, что команда грузового корабля должна состоять минимум из двух пилотов. Но если ты уверен, что справишься сам... — Она выразительно поглядела на юного пилота: давай мол, мальчик — все в твоих руках.

— Один пилот? — озадачился Андрей. Да — двойной риск. Но и двойная оплата. И если первое, встреча с пиратами, находилось под большим вопросом, то второе вырисовывалось куда как реальнее. Куда как.

Андрей все еще колебался. Но его мучения продолжались недолго — подмазанная приличным гонораром пилюля страха отчаянно проваливалась в никуда.

— Мне это подходит, — заявил он уверенно.

— Вот и славненько, — ангельским голосом заявила родственница. — Только, — она снова многозначительно улыбнулась, — ты же понимаешь, что... пойти на нарушение инструкций... и отправить тебя в полет одного... я могу, гм, только за соответствующую мзду. — Шефиня широко улыбнулась, показывая, в чем уловка.

"Вот оно как?" — мысленно протянул Андрей. — "Хотя, если честно, чему тут удивляться? Ведь не просто так же существует поговорка: "Хорош тот бухгалтер, который умеет откладывать выручку в бюстгальтер". А судя по роскоши офиса родственницы, ее закрома никогда не знали слова "недостаток".

— Согласен, — заявил Андрей куда уверенней. — Но у меня пока нет денег.

— Договоримся о проценте с твоей оплаты. Идет?

— Идет, — твердо заявил он и наконец-то позволил себе расслабиться. Вот все и отлично. Все путем. Жизнь наладилась сама собой. Как всегда.

— Вот и славно, — поддержала его начальница. — Держись меня и все у тебя в этой жизни так же пойдет легко и просто.

И он снова растекся в ответных любезностях.

В назначенное время челнок космопорта перенес его к кораблю.

"Тройная перегрузка" оказалась пятидесятиметровым грузовиком, уже немного потрепанным, но еще довольно приличным снаружи. И недурственным изнутри, как успел убедиться Андрей, проведя с техниками беглый осмотр старых и новых систем корабля. Часть старых, как объяснил главный техник, устаревших систем, они заменили новыми, более современными, а рядом припаяли, или еще припаивали все то, о чем говорила тетя. В детали замены и нововведений Андрей вникать не стал, справедливо полагая, что обновленная автоматика корабля сама разберется со всеми абгрейдами. Ведь ему, по сути, платили лишь за надзор за этой самой автоматикой.

— Будете ждать окончания работ и тестовой проверки? — осведомился у него главтех.

— Вот еще, — фыркнул он и горделиво выпрямился. Приглядывать за сборкой и спайкой он отнюдь не желал, а Контракт на этом не настаивал. — От большого труда сдохла рыбка из пруда, — процитировал он свою любимую поговорку. Техники одобрительно заржали и вновь принялись за работу.

Подписав наперед все отчеты, и распрощавшись, Андрей деловито прошел в капитанскую рубку и с достоинством опустился в кресло пилота. Для полноты ощущения не хватало бокала коньяка, но, увы — употреблять алкоголь в полете сурово запрещалось.

"А жаль", — тоскливо подумал Андрей. Но перед его глазами тут же замаячили приятные нолики гонорара и огорчение как рукой сняло. Тем более что ему никто не помешает принести алкоголь во второй полет — зная, что он человек "Большой А", его багаж никто не досматривал.

Насвистывая "водка, водка, огуречик — вот и спился человечек", он обошел все пространство доверенного ему корабля. Нет, условия на корабле оказались довольно сносными. Да, комнаты пилотов, как он успел убедиться, просмотрев их в первую очередь, не отличались особой роскошью. Часть каюты, предоставленной в его распоряжение, являлась кабинетом, где стоял широкий стол с разнообразной аппаратурой и несколько стульев, а вторая часть — спальней, с широкой мягкой кроватью и несколькими шкафами. Но он на большее и не рассчитывал.

— Хорошо отдохнуть сложно, но можно, — подытожил Андрей. И верно — лучше какой-никакой, но отдых, чем даже самый лучший, но труд.

Больше его порадовал холодильник. Повседневный рацион из саморазогревающихся пакетов из кухни оказался самым стандартным, а вот содержание холодильника представляло собой рай для холостяка: сыр, колбасы, буженина. М-м-м — пальчики оближешь.

Через час техники отрапортовали о готовности и, пожелав ему удачного полета, покинули "Тройную перегрузку". Насладившись триумфом момента, Андрей связался с центром управления, получил добро на старт и, переключив корабль на автопилот, приготовился к тоскливой двухнедельной командировке.


*


Неприятности начались как раз к середине полета, когда на экранах корабля вдруг появилась какая-то, судя по показаниям, небольшая ржавая космическая калоша, и голос с передатчика нагло потребовал остановиться и сдать груз без боя.

"Пираты" — Андрей смачно выругался. — "Все-таки моя Фортуна хочет попытаться наставить мне рога. Хотя с такими абгрейдами мне и сам черт не брат. Стопудово — все будет путем".

Понятное дело, что на угрозу он не повелся.

— Не мешай движению, муфлон, — совсем не по-деловому ответил нахалу молодой пилот. — Я тебе что, лох из Внешних Колец? Иди лучше призраков на астероидах пугать.

— Что, язык жмет, фраерок? — разошелся хриплый голос с той стороны. — Или думаешь, раз на крутой фирменной тачке, то нам тебя не взять?

— Именно так я и думаю, — не стал отпираться Андрей. — Не только не догнать, а и на бластерный выстрел не приблизиться.

— Думай сколько влезет, — ответил нахал и дал совет: — Даю предупредительный выстрел для особо тормознутых. Надеюсь, ты поймешь, что мы тут не шутим.

— Давай-давай, шмаляй, — согласился юноша. — И увидишь, как твой снаряд превратится в пар задолго до того, как приблизится к цели.

— Кто много хвалится, тот первым покидает карточный стол, — издевательски произнес пират и отключился. Зато радары новой системы дальних сенсоров "Искатель 217" тут же зафиксировали всплеск энергии и обнаружение опасной цели, идущей наперерез кораблю. На одном из экранов замелькали угрожающие цифры и буквы: "180 секунд до столкновения", 175,170... Андрей ждал ответной реакции от систем своего корабля. Но ничего не происходило — система дальнего боя молчала. А цифры все уменьшались — 135,130... И с каждой уменьшающейся цифрой уменьшалась и уверенность Андрея, что все пойдет, как нужно. 105,100,95... Вот уже должна была подключится система защиты ближнего боя, хваленая "Дельта Щит 2115". Но молчала и она.

"Что происходит?" — терялся в догадках юный пилот, чувствуя, как в душе его закипает паника -такого варианта событий он и представить себе не мог. — А может... Раз оборонная система не реагирует на объект, может, его на самом деле и нет? Может, мне все это кажется? А может, я просто сплю, и никаких пиратов нет и в помине?" — подумалось ему ненароком.

Но нет — сверхтонкое оборудование радара засекло быстро приближающийся объект, а значит, оборонная система должна дать адекватный отпор. Должна. Но не давала. Цифры из желтых стали малиново-красными. 20,15,10...

"Ща как долбанет", — подумал Андрей и огляделся, надеясь за что-то схватиться.

Но не успел.

Раздался удар. Корабль тряхнуло. Затылок Андрея рванулся на сближение с ближайшей стеной...

Когда Андрей открыл глаза, то понял, что все не просто плохо, а хуже некуда. Пираты уже ворвались в корабль и стоят над его беспомощным телом, решая, что им делась с неугодным и острым на язык пилотом. Но вот странность — юноша пригляделся к пришельцам повнимательнее — на обычных пиратов они были нисколько не похожи. Черт — да они вообще не были похожи ни на что похожее.

"Может, где-то произошла утечка газа?" — подумал Андрей и вновь оглядел стоявших рядом. Над ним склонились два бородатых дедка весьма малого росточка.

"А может, в корпусе пробоина и у меня от удушья начались глюки?" — Он пригляделся к дедкам повнимательнее. Один из них был в подобии фрака, а второй крестьянской рубахе. У первого волосы длинные, прямые, почти до пояса, а у второго — короткие, вьющиеся, торчащие во все стороны. И у обоих — приличных размеров бороды. У первого — черная, окладистая, у второго — темно-русая и вразлет.

"Да это точно — глюки. Пиратами эти двое однозначно быть не могут. Старые и бородатые ладно, а вот трезвые и не матерящиеся? Да и одежда? Нет, это точно галлюцинация", — решительно определился поверженный пилот, а потому заявил без всякого стесненья:

— Привет, глюки! Я Андрей. А вы кто?

Глюк во фраке покосился на Андрея как-то недобро.

— Это ты к кому обращаешься, мил-человек? — деловито поинтересовался у Андрея бородач.

— Слышь, Дормидонт, — обратился к нему глюк-дедок, одетый попроще. — Так он что же, нас все это время зрел?

— Не может быть, Кузьма, — резонно отозвался тот, кого назвали Дормидонтом, — чтобы люди нас видели. Этот, поди ж ты, цельную седмицу на нас вниманья не обращал. А ты — зреть!

— А нынче, как я понимаю, он узрел. Вон, гляди — глазками поочередно на каждого из нас зыркает. Значится, не может не видеть, — со всей ответственностью заявил глюк Кузьма.

— Хм, — не нашелся что ответить первый глюк.

— Ой, горюшко-то какое, — тут же захныкал второй. — И что же нам теперича делать-то?

-Чо делать, чо делать? — Первый дедок озадаченно почесал окладистую бородку. — Думаю, знакомиться теперича надобно. Он же этому дому давно не чужой. Хоть и временный, а хозяин. А стало быть, и нам не посторонний.

Андрей наконец перестал переводить глаза с одного "глюка" на другой и громко и затейливо выругался.

Дедки посмотрели на него с укоризной.

— Полноте вам, Андрей Игоревич, — пожурил его прилично одетый. — Мы вот к вам, со всей душой, а вы нас...

Мозги Андрея закипели, как земля под пламенем космолета.

— Кто это — "вы"?

— Дормидонт Архипович я, — добрейшим голосом отозвался тот, что во фраке и с бородой-лопатой. — А это вот — Кузьма. — Второй старичок, в крестьянской рубахе да бородой вразлет чопорно поклонился. — Просто Кузьма. А кто мы есть? Так домовые мы, — охотно пояснил дедок.

— Домовых не бывает, — уверенно заявил Андрей, вспоминая прописные истины. — Их никто никогда не видел.

Дормидонт Архипович покровительственно усмехнулся.

— Дык, ядра планеты тоже до сих пор никто не видал. Но это не значит, что его нет, — со знанием дела заявил домовой.

Довод показался Андрею разумным. Слишком разумным.

— Раз вы домовые, то про ядра планет вам знать не положено, — уверенно заявил Андрей.

Дормидонт Архипович весело хмыкнул. Кузьма по-простецки хихикнул.

— А что же нам знать положено? — вопросил Дормидонт Архипович, силясь упрятать улыбку в бороду.

Андрей нахмурился, вспоминая.

— Ну... как за домом смотреть, за двором там, за лошадями... — Большего он, как ни старался, вспомнить не мог.

Кузьма снова хихикнул. Дормидонт Архипович, сжалившись, пояснил:

— Про это мы знаем, но и от нового не открещиваемся. Где мы, Андрюша, а где те самые лошади?

Юноша постарался сесть, но его затылок тут же напомнил о себе ноющей болью.

— Тогда как же я вас до сих пор не видал? — спросил он последнее, что пришло в голову. Домовой быстро глянул на кровавое пятно на белоснежной стене, на затылок Андрея, а затем на Кузьму. Тот пожал плечами.

— Сие вопрос не к нам, Андрюша. Однако одна версия у нас на уме имеется. Затылком ты знатно ударился, Андрюша. Может потому нас и видеть стал. Но, может статься быть, оно и не от энтого. Как знать?

"От этого, от этого", — Пилот приободрился от удачной мысли. — "Упал, ударился головой — вот тебе и все. Ну да — шел, упал, очнулся — глюк". Но с визитерами этой мыслью он не поделился.

Андрей осторожно покачал головой и медленно встал на ноги. Да уж с утра пираты мерещатся, к обеду домовые чудятся. Нормальный мир, в котором он только-только начал с комфортом обустраиваться, в один день пошатнулся. Да еще как!

"Пираты!" — Вспомнив о них, незадачливый пилот только охнул. — "А может мне все это снится?" — с надеждой спросил он у всезнающей Вселенной.

Вселенная не ответила. Зато снова ожил передатчик.

— Повторяю, — прохрипел в динамике насмешливый голос. — Сопротивление бесполезно. Тормози двигатели и готовь корабль к приему гостей. Прилетим, груз заберем, корабль распотрошим, а тебе, клоп языкастый, морду набьем да язык вырвем. Конец связи, — закончил вещать корсар и отключился.

Нечего и говорить, что после этого сообщения в командной рубке "Тройной перегрузки" воцарилась паника.

— Ой, какие лихие гости! — зарыдал Кузьма, после того, как главарь пиратов снова высказал свои циничные требования. — От таких тут не станет ни покою, ни порядку. И откель же такие выискиваются?

— Охальники! Как есть, охальники, — подтвердил Дормидонт Архипович, теребя бороду.

— Лихие, ой лихие! — продолжал вздыхать Кузьма. — Придем, хозяина замордуем, избу, то бишь космолет, разобьем, а добро изымем. Лихие, ой лихие! — снова простонал дед-полурослик. — А ведь как хорошо-то было! Тихонько, спокойненько. Рейс туды, рейс сюды. И вот на тебе! Приперлися!

— Че буш делать, Андрюша? — серьезно полюбопытствовал у него Дормидонт Архипович.

— Я? — Он отвлекся от мрачных картин, нарисованных ему пиратом, и от растерянности почесал в затылке. Причем тут он? Найти неприятеля должна была автоматика. Справиться с ним должна была она же. А его работа, согласно Контракту — следить за всем за этим и для разнообразия тыкать пальцем по копкам. И не больше. А тут...

— Я... ничего, — озадаченно отозвался Андрей, рассеяно скользя взглядом с одного монитора на другой. Судя по цифрам, выскакивающим на радаре, корабль пиратов стал стремительно приближаться.

— Энто как энто — ничо? — удивился домовой Дормидонт. — Добро-то твое?

— Не мое — Компании, — тут же открестился пилот.

— А изба? То бишь, космолет? — не унимался старшой домовой.

— Компании!

— А сам ты чей будешь?

Тут уж увильнуть было некуда.

— Тебя ж то, милок, мордовать собираются, — снисходительно напомнил ему домовой, взбираясь в кресло второго пилота и внимательно разглядывая циферки да буковки.

— Ой, горе-то какое! Горе горькое, — продолжал стенать Кузьма, впрочем, так же не забывая поглядывать на цифры дисплея, следя за приближающимся кораблем.

— Вот видишь! — Дормидонт Архипович вынул из кармашка фрака аккуратно сложенный платок и галантно высморкался. — Битым быть тебе и ограбленным, если этих охламонов в свой корабль допустишь. А кто такой пилот без груза? Это же пшик, никто. Меньше, чем никто. Да это все равно, что домовой без дома. Нонсенс. А потом еще и репутация, однако.

— Значит, ты думаешь, что лучше драться? — неуверенно и без всякого энтузиазма спросил Андрей.

— Не лучше — единственно мыслимо, — сурово ответил практичный домовой.

Вусмерть перепуганный Кузьма запричитал еще громче.

Звездолет пиратов начал торможение.

Андрей чувствовал себя паршивей некуда. В голове роились мысли одна странней другой, и что еще хуже — одна другой диаметрально противоположнее. Он то был уверен, что пираты это глюки, а домовые — нет. А иногда он был уверен, что глюки — домовые. А вот пираты, требующие выдачи груза — самые что ни на есть настоящие. А через минуту ему казалось, что и пираты, и дедуганы-полурослики — все настоящие. И никак иначе. А когда боль в висках нарастала, и размышлять становилось совершенно невозможно, ему хотелось верить, что ни пиратов, ни сказочных домовых у него на корабле нет и не было. Что он просто поскользнулся и упал, и видит странный, сюрреалистично-фантасмагоричный, сон.

Но сигнал о приближении враждебного звездолета не умолкал и Андрей решил сделать то, что ему казалось наиболее логичным и простым — он обратился к корабельному компьютеру.

— Компьютер, — как можно более решительно обратился он к своему электронному помощнику. — Новая система дальних сенсоров "Искатель 217" подключена? — спросил он для пробы.

— Подключена, — тут же ответил ему безликий голос.

— А новая системой защиты ближнего боя "Дельта Щит 2115" подключена?

— Подключена, — тут же последовал ответ.

"Что за черт", — изумился он, но на всякий случай спросил:

— А новый швейцарский замок от "Клемм и сыновья", что планировался для переходного шлюза, подключен?

— Подключен.

Андрей снова почесал затылок. Похоже, все, что было обещано, техники доставили и подключили. Тогда в чем же просчет? В чем же ошибка?

— Компьютер, — снова твердо обратился он к своему бесстрастному помощнику. — Проведи тестовую проверку системы "Искатель 217". — Это потребовало нескольких секунд.

— Проверка проведена. Сбоев нет. Данная система в рабочем состоянии.

— Отлично, — взбодрился пилот. — Теперь проведи тестовую проверку системы защиты ближнего боя "Дельта Щит 2115". — Снова потянулись томительные секунды.

"Вот сейчас, сейчас, — думал Андрей, мысленно потирая руки, — компьютер найдет ошибку, и тогда...

— Проверка проведена. Сбоев нет. Данная система в рабочем состоянии, — безучастно доложил электронный мозг.

— Да чо за нафиг! — взорвался Андрей. — Как данная система может быть в рабочем состоянии? Она же даже не пискнула, когда было нужно! Да она точняк не фурычит!

— Сбоев нет. Данная система в рабочем состоянии, — снова холодно ответила система.

Андрей бессильно сжал кулаки.

— Тест-проверка новый швейцарский замок от "Клемм и сыновья"! — задал он новую задачу, хотя ответ на нее он знал заранее.

— Проведена. Сбоев нет. Система в рабочем состоянии.

Вариантов было два — или техники что-то конкретно намудрили при сборке, либо сам компьютер не в адеквате. Сейчас проверить можно только второе.

— Компьютер. Отчет о происшедшем.

— Наш звездолет атакован ракетой системы космос-космос, Ю215/2, — забубнил тот монотонно. — Прямое попадание. Есть незначительные повреждения. Неисправности устраняются. Сброшен аварийный буй. Послана аварийная пикограмма спасательным командам и военным на Землю. Система со спасательной капсулой проверена в тестовом режиме. Сбоев нет. Система в рабочем состоянии...

Андрей вздохнул, и в который раз злобно выругался. Система работает нормально. Значит... А что это значит? А это значит то, что долбанные техники умудрились так присоединить новую систему ближней защиты, что повредили систему защиты дальнего боя. Мало того — они все присоединили так, что даже сам черт, то бишь, компьютер, не разберет, что у него включается и что работает.

Проклиная себя за свою лень, за то, что он не дождался проверки результатов установки новых систем, он ринулся в заветный коридор. Вот знакомый поворот. Вот и нужная панель. Андрей отвинтил белый квадрат и его взору предстала мешанина серых проводов, штекеров и клемм. Он вгляделся, силясь понять и разобраться, что к чему. Блин, проходили они это в академии, проходили. Он даже помнил когда. Но... Он так же помнил, что в тот момент его интересовала не это, а Светка Морозова с параллельного потока. Черт, черт, черт!

Андрей понял, что на этом поле брани он не воин — на его знания и умения сейчас надежды нет.

Вернувшись в командную рубку, пилот безвольно плюхнулся в кресло и взглянул на экран — пиратский корабль уже проводил маневр для стыковки. Ну ладно — будь что будет.

От грустных мыслей его отвлек странный запах. Необычный для корабля и такой... ароматный!

— Ватрушек не желаешь?

Андрей с перепугу аж подпрыгнул — он, если честно, уже и думать забыл о своих корабельных глюках. А они вот, напротив — вели себя спокойно. И даже как-то по-хозяйски. Вон, чашки достали, чаи гоняют, сидя на полу. С ватрушками. Бред? Да, конечно, бред.

— Андрей Игоревич, ватрушек свежевыпеченных желаешь, али как?

Ватрушек он не желал. А вот разобраться с призрачными дедками, дабы компенсировать свою беспомощность перед пиратами — очень даже желал.

— Так, глюки — харе балдеть и вон из моей головы!

Глюк Кузьма снова прыснул в кулак. Дормидонт Архипович недовольно покосился на Андрея.

— Ну почему ты считаешь нас этими, с позволенья сказать, глюками? — обиженно просипел бородатый дедок.

— Ну, во-первых, домовых не бывает. Во-вторых, домовые, насколько я понимаю, не живут в космических кораблях. Ну а в-третьих, — он победоносно указал на свою шишку, — вот откуда.

— Домовые они-то как раз таки бывают, — без обид возразил ему Дормидонт, аккуратно поставив чашку на пол. — Просто люди нас редко зрят. Еще реже, чем космических пиратов. Но это ж вовсе не значит, что нас не существует. Сам посуди...

Андрей понимающе хмыкнул. По статистике шанс встретить пиратов в космосе равен одной десятитысячной, а потому о встрече с ними редко кто задумывается. С новоявленными черными дырами, например, шанс встретиться еще меньше — один к десятимиллионной. Но ведь это не значит, что их не бывает. Или вот — все давно ищут смысл жизни. А найти не могут. Но это не значит, что его... нет.

— Что до второго твоего вопросу, Андрей, то тут твоя правда — домовые завсегда в домах селятся. Так оно было испокон веков. Только с тех пор, как весь народ в города потянулся, местов для всех стало не хватать. Вот я и решил поселиться в этой межзвездной колымаге. А что? Это как изба, только большая. Тут и печь, какая-никакая, но все же есть. И кухня. Люди есть почти завсегда. Да и в технике я разбираюсь малеха — у моего прежнего хозяина машина была.

— Какая? — мигом оживился Андрей. — Электорокар или на воздушной подушке?

— Не. Бензиновая тарахтелка. Раритет. Но работала справно.

Андрей серьезно призадумался. Так может быть реальной встреча человека и домового? Не бред ли это воспаленного сознания? Слышал где-то утверждение: если человек сомневается в своем рассудке, значит, он нормален. А он сомневается. Значит он... нормален?

— А тогда... чем вы тут занимаетесь? — спросил он уже не для проверки, а так, для обретения смысла, дабы уложить полученную информацию по правильным полочкам.

— Ну как? Хозяйствуем, — деловито и с какой-то неуловимой гордостью заявил Дормидонт Архипович. — Мы ж, как никак, домовые. То тут разболтавшуюся гаечку подтянем, то там.

— Ржавчину окаянную убират, — гордо похвастался Кузьма, беря с тарелки очередную ватрушку и макая ее в чай.

— Починим, ежели где искрит, — продолжил первый домовой.

— Али подтекает, — закивал второй бородач. — Как отыщем.

Андрей удивленно приподнял левую бровь. Мысли его лихорадочно заработали.

— А еще что вы, дедушки, можете?

Дормидонт Архипович и Кузьма задумчиво переглянулись.

— Да так, всего понемногу, — уклончиво заметил Дормидонт — Технику разную включать...

— И выключат, — вклинился Кузьма.

— Через переборки всяко-разно поглядывать...

— И проходить, — важно добавил Кузьма. — Мы ж, как никак, существа матер... матер... матерно-эротические, вот.

— Материально-энергетические, — поправил его старшой и вопросительно поглядел на Андрея. — Ты это все как — даром спрашиваешь али по делу?

— По делу, — ухмыльнулся Андрей. — Есть идея.


*


— Энто ж какая же? — Дормидонт Архипович отложил свою чашку и внимательно посмотрел на человека.

— Использовать вас, — простодушно заявил Андрей.

— Это ж как же? — изумился чернобородый. Лицо его сделалось чрезвычайно подозрительным. Кузьма же наоборот, выглядел на удивление заинтересованным.

— Ну, это, — Андрей понимал, что толком еще ничего не продумал. — Я хочу использовать ваши способности против их, пиратских, возможностей.

— А самому, что ли, невпотяг? Гайка слаба? — осуждающе-пренебрежительно проворчал старшой домовой — стало ясно, что эта идея ему не понравилась.

Андрею, естественно, эти слова не очень пришлись по душе, но он решительно взял себя в руки. Если ему удастся договориться с домовыми, это ж каких союзников он тогда обретет? Чем могут помочь эти материально-энергетические существа в этой ситуации, он, конечно, представлял себе весьма слабо. Но сама возможность такого союза вдохновляла невероятно.

И поэтому он начал весьма осторожно.

— Я понимаю, что вы знаете меня всего без году неделю. И вам нет дела до моих проблем. Черт подери — да я уверен, что вам вообще нет дела до людских проблем. Вон — я был неделю на звездолете, и о вас не быть в курсе ни сном ни духом. И это нормально, — тут же поправился он, видя сдвинувшиеся брови домовых. — Вы, домовые, живете в одной плоскости, а мы, люди, в другой. Вы сами по себе, насколько это возможно, а мы, люди, тоже.

Однако, — продолжил он после небольшой паузы, — так сложилось, что сейчас у меня с вами есть кое-что общее. И это общее — вот этот корабль. — Он обвел руками пространство рубки и выхода в коридор. — Эти пираты, как говорил Кузьма, люди лихие. Они хотят не только забрать груз, но и разграбить корабль. А это значит — забрать с него все ценное: от запасных топливных баков и дублирующих систем до последнего рабочего инструмента.

Теперь лица дедков выглядели несколько озадаченными.

— Что ждет такой корабль в будущем? — тут же принялся пояснять пилот. — А не будет у него никакого будущего. Малейший сбой в реакторе, малюсенький метеор — и все. Корабль загнется. — Андрей трагично пожал плечами. — А вы сами мне недавно заявили, что пилот без груза это все равно, что домовой без дома. Пшик, никто. Меньше, чем никто.

Домовые озабоченно переглянулись. Уж это-то они понимали.

— И потом, — Андрей был полон решимости довести дело до конца, и потому решил сыграть не только на логике, но и на чувствах. — Вы же сами тут недавно говорили, что я этому дому не чужой. Что я хоть и временный, а хозяин. — Бородачи обменялись быстрыми взглядами. — А стало быть, и вам я не посторонний. Тогда, раз я вам действительно не чужой, то.... помогите мне, дедушки домовые. Пожалуйста.

Дормидонт и Кузьма переглянулись в третий раз.

— Ну, энто, — Дормидонт Архипович медленно поднялся с пола, отряхнул прилипшие к бороде крошки и степенно кивнул головой. — Все верно говоришь, Андрей Игоревич: назвался другом — помогай в беде. А беда у нас, как ты верно соизволил заметить, общая. И я тебе, чем смогу, помогу. Потому как, известно, кто друга в беде покидает, тот сам в беду попадает.

Услышав это, Андрей облегченно улыбнулся, а Кузьма потешно зааплодировал.

— Ну а ты Кузьма? — обратился к нему пилот. — Что скажешь? Поможешь мне... нам?

Русобородый домовой почесал проплешину, хитровато улыбнулся, медленно встал, а потом изрек:

— Гроза, грозись, а мы друг за друга держись. Там где Дормидонт, Андрюша, там и я. Чем смогу — подмогну.

Андрей хотел было сказать что-то значительное, соответствующее такому событию, как объединение домового и человека, но тут корабль плавно толкнуло в борт — подлетевшие пираты произвели стыковку.

Троица сразу обеспокоилась, и оба домовых, как по команде, взглянули на человека, без споров передав ему бремя верховодства. Это было приятно — но налагало такую ответственность...

— Что делать-то бум, Андрей Игоревич? Супостат у ворот, — сообщил об очевидном домовой Дормидонт.

Андрей отчаянно зачесал затылок. Что делать. Что делать? Что делать???

Первое решение было самым простым.

— Вы можете заклинить внутренний замок переходного шлюза?

— Могём. А вот надо ли? — усомнился в его решении чернобородый. — Он же и так затворен.

— Закрыть-то он закрыт. Но, во-первых, его можно взломать. При соответствующем умении. А во-вторых, на электронику и технику я теперь положиться не могу. А мне нужно качественно, с гарантией, — взволнованно пояснил пилот. — Что б ни одна пиратская гнида не проскочила. Чтоб тылы свои обезопасить. Понимаешь?

Дормидонт нахмурился, но двигаться с места не спешил.

— То бишь, желаешь, чтобы наверняка? Что б... с концами? — еще раз уточнил деловитый домовой. — А может, не стоит? Может, придет час, и он нам еще понадобится? — не хотел соглашаться тот, и тут же все пояснил: — Ну не по нутру мне такое. Мы ж не нелюди, чтобы трощить свое, родное, хозяйское.

— Надо, Дормидонт, надо, — успокоил его Андрей. — А на случай бегства у нас есть аварийный люк.

— Ну, как знаешь, — заявил домовой, и... исчез.

Не успел юноша как следует удивиться, как снова ожил передатчик.

— Ну что, салага? Небось, уже в штаны наложил? — насмешливо осведомился все тот же нахальный прокуренный голос. — Молодец, что затормозил. За это я буду тебя убивать... не смертельно. Даю свое слово. Слово Грюма Черной Дыры! — На заднем фоне раздался приглушенный смех нескольких людей — очевидно, его абордажной команды. А затем Андрей увидал говорившего через камеру, расположенную над дверью шлюза. В ней появилось четыре фигуры, одетые в ярко-оранжевые комбинезоны, но лишь на скафандре одной из них, жилистой и широкоплечей, красовалось изображение черной дыры. Впрочем, уже через минуту пираты предусмотрительно разбили камеру. — Так что будь ты паинькой и дальше, и открой нам внутреннюю дверь шлюза. Глядишь, мы тебе пару лишних зубов и оставим... по доброте душевной. — И снова раздался гулкий смех пиратской ватаги, разделяющей чувство юмора своего капитана.

Но не успел Андрей придумать для ответа что-нибудь вразумительное, как в переговоры вмешался Кузьма. Старичок мигом подвинул пилотское кресло, бодро запрыгнул на него и заявил в микрофон:

— Эй ты, ворюга! Не бей в чужие ворота плетью, дабы не ударили в твои дубиною.

— Че ты делаешь? — испуганно прошипел Андрей. Но Кузьма даже бровью не повел.

Даже голос с той стороны отозвался не сразу.

— Это кто там еще? — отозвался Грюм с явным недоумением.

— Не твоего ума дело! — засмеялся домовой и подмигнул огорошенному человеку.

Пират снова умолк на некоторое время.

— Эй, парень! Кто у тебя там еще? — обратился он к пилоту. — Судя по сканерам, ты там совершенно один. Кто там с тобой? — Мужчина явно пребывал в недоумении. Андрей прямо таки представил себе его физиономию — красноглазую, щетинистую и перекошенную от удивления.

— Кто-кто? Твоя погибель! — отозвался Кузьма и горделиво подбоченился. — Лучше вертай в зад, откель пришел!

Такой ответ разозлил пиратского главаря не на шутку.

— Кто бы ты ни был, гаденыш, я сейчас приду и окручу тебе башку! — прорычал мужчина.

— Придешь сюды? А вот фигушки! — не согласился с ним домовой. — Замок-то мы запечатали. Да так крепко, что тебе и вовек не открыть! — залился Кузьма сухим старческим смехом.

— Живо проверить, — прорычал Грюм подручным.

— Проверяй— проверяй, лиходей, — насмехался над ним домовой, а потом к удивлению Андрея запел незатейливую песенку:

— Злая кошка громко лает,

Дом хозяйский охраняет:

Стой, тебя она не пустит!

Не послушаешь — укусит!

Андрей почувствовал, что голова у него пошла кругом. Будь на то его воля, он бы повел переговоры совершенно по-другому. Но теперь... Да и что он может? Остановить домового он не рискнул. Все ж таки, хоть он и выглядит, как человек, таковым не является. А потому — мало ли что. Вдруг — обидится? Или того хуже — разозлится? А иметь у себя пятую колонну он никак не желал.

— Зачем? Зачем ты его дразнишь? — только и спросил он у распоясавшегося существа.

— Сабля ранит голову, а слово — душу, — со знанием дела заявил Кузьма, оказавшийся знатоком народных поговорок.

Раздался хлопок, и рядом, словно из ниоткуда, появился Дормидонт.

— Ну как? — вопросил Кузьма приятеля. Тот показал в ответ большой палец.

— Так быстро? — удивился Андрей. Ему б самому, даже с инструментами, даже зная, как устроен этот сверхкрепкий замок, понадобилось бы куда больше времени. Полчаса как минимум.

— Так Дормидонт Архипович ранее обитался в доме, в каком жила семья потомственных, э, военных, э, техников, — старательно разъяснил Кузьма.

Андрей присвистнул. Это объясняло наличие у домового Дормидонта фрака и еще кое-какие мелочи. Например — более современный слог.

Но чернобородый домовой позволил себе не согласиться.

— Это тут не причем, Андрюша. Мы ж существа материально-энергетические. А потому, что замок на домовых дверях, что на шлюзовом переходнике, нам все едино.

Андрей не понял, но на всякий случай кивнул в ответ.

Переговорник вновь включился.

— Эй, гаденыши! А ну мигом исправьте все, как было! — Судя по голосу, Грюм был в ярости.

— Не дождешься, — пробурчал Дормидонт.

— Ага! Много добра в кувшине, да головой в него не пролезешь, — снова вклинился Кузьма.

Андрей покачал головой. Вот уж парочка — суровый и практичный Дормидонт и охочий до балагурства Кузьма. И как они подружились? А потом удивился и сам себе. Его звездолет атакуют пираты, а он что? А он пытается разобраться в сущности неких полумистических-полумагических сущностей, простите за каламбур. Реально — бредовая ситуация. А что у него, у Андрея, в башке? Крохи удивления. Капля недоверия. И нескончаемое желание продолжать эту сногсшибательную авантюру. А главное — вера, что все закончится хорошо. Или, как минимум, приемлемо. Что это? Его врожденный пофигизм или на него так влияет энергетика домовых? Странно. Очень странно.

— Думали, нас так просто взять? — ворвался в его мысли голос пирата. — Эй, парни! — крикнул он своим подручным. — Несите-ка сюда плазменный резак. Будем плавить. Сначала дверь, а потом бекон этого зарвавшегося наглеца, — добавил он уже для Андрея.

Юноша побледнел.

— Чо делать-то бум? — во второй раз полюбопытствовал у него Дормидонт. Кузьма же вперил в него хитрые глазенки.

Пришлось продолжить военный совет. И снова решенье предложил человек.

— А вы можете... закрыть шлюз с той, с их стороны?

Все взгляды в рубке устремились на Дормидонта Архиповича. Тот засмущался и замешкался с ответом.

— В принципе-то оно конечно, можно. Чо и как там делать, мне ведомо, в энтой системе тут и там все сходное. Но... — Тут домовой еще раз проявил свои принципы, — мы домовые этого звездолета, а то звездолет чужой. А в чужом доме нам хозяйничать не дозволено. Своего держись, а за чужим не рядись — так мы живем.

Надо было уломать принципиального домового. Но как?

— Да. Ты прав. Звездолетов, конечно, два, — согласился Андрей. — Но теперь у нашего звездолета и у того — один шлюзовой коридор. Так? Так. А стало быть, если у двух кораблей один коридор, то, э, звездолетов теперь не два, а как бы один, — принялся объяснять пилот домовому.

— Так не бывает, — не желал сдаваться тот.

— Разве? А если... если представить так — стояли себе две отдельные избы. И вот хозяин соединил их, э, общим коридором. Как тогда? — изгалялся пилот.

— Ну... — продолжал сопротивляться старичок, впрочем, уже не так уверенно.

— Домов-то да, по-прежнему осталось два. Но пространство? Пространство-то стало теперь одно! Одно на две избы. Дом он как? Вышел на крыльцо, за порог — и ты уже не дома. А если за порогом не крыльцо, а снова дом?

— Да, Дормидонт — Андрей дело говорит, — пришел тому на помощь Кузьма. Не по пониманию, а по творческому зуду. Андрею кивает, а сам нет-нет и поглядывает на микрофон — уж очень ему хочется продолжения.

Через пять минут общих уговоров чернобородый домовой сдался и снова исчез. А Андрей и Кузьма стали ожидать результатов его работы у передатчика.

Ух, как кричал главарь пиратов, когда узнал, что теперь проход в шлюз не открывается уже со стороны его корабля. Как он кричал, как ругался на своих людей — жуть. Уши в трубочку сворачивались.

Андрею это смелости, ясное дело, не прибавило. А вот Кузьма знай себе потешался.

— Лошадь ехала с рогами,

Плыл козел по мостовой,

Семимильными шагами

Червячок шел с бородой! — напевал он в микрофон.

— Кузьма, а ты с какого роду-племени? — полюбопытствовал Андрей, когда шаловливый домовой решил немного передохнуть.

— А из торговых мы, — охотно поделился веселый старичок. — В моем доме хозяйничало не одно поколение знатных торгашей. Они умели и знатно торговаться, и знатно отдыхать. От них и я малёхо всего-такого и поднабрался.

Наконец пираты все-таки совладали с собственной дверью и открыв ее, шустро пронесли в шлюзовую камеру огромный, как стало понятно из их переговоров, резак. Весело зашипевшее пламя с радостью вгрызлось в стальную переборку "Тройной перегрузки". Противостояние продолжалось.

— Ну и чо теперь? — И снова в лицо человека уперлись две пары вопрошающих глаз.

На этот раз Андрей застопорился на дольше. Но идея к нему все-таки пришла.

— Дормидонт Архипович. Можешь взглянуть, аппарат автономный, или от него кабель внутрь их корабля тянется?

Хлопок. Секунда. И снова хлопок — домовой материализовался в рубке.

— С кабелями, — доложил домовой. — Змеятся, аки аспиды. — Андрей призадумался.

— Кабели присоединены к их корабельной системе. Вот бы устроить несколько коротких замыканий! — мечтательно протянул он и с надеждой поглядел на домовых.

— А поможет?

— По идее — должно. Может, у них что-то конкретно перегорит.

Дормидонт в задумчивости стал гладить бороду.

— Энто дело посложнее будет, — заявил, с минуту подумав, он. — Система шлюзов у всех кораблев одинаковая, а вот изнутри у них все по-разному устроено. Я когда в энтот звездолет перебрался, так несколько седьмиц все обсматривал да обхаживал, пока обвыкал и разобрался, чо где стоит. А чужой корабель для меня — потемки.

— А для меня — тем более, — отозвался Андрей, вспоминая, как и с кем прогуливал половину уроков по "Общим принципам кораблестроения" в Академии. Да, подталкивать на "подвиги" он мастак. Выход был один — пришлось срочно садиться за комп и листать энциклопедии. Эх, лень-матушка...

На его удивление Дормидонт притащил и поставил рядом с ним второе кресло — похоже, он был не против провести ликбез. Зато Кузьма лихо сиганул куда-то вглубь звездолета, пообещав принести им "хлебу с медом".

— Мед, он ум кормит, — важно сообщил русобородый старичок перед тем, как убраться.

— Это я знаю, — отозвался пилот. — Но откуда у вас здесь мед? Он же не входит меню пилотов.

— Места надо знать, — многозначительно донеслось уже из пустоты.

Вскоре чертеж неприятельского звездолета высветились на главном мониторе, а за ним и его система электроснабжения. Как только Дормидонт углядел знакомые узлы и выучил их месторасположение, то тут же, не вставая с кресла, испарился.

— Кузьма, а ты глянь на шлюз, — отдал пилот приказание русобородому, мастерившему третий медовый бутерброд. -. Как там двери нашего шлюза? Еще держатся?

— Держатся, — гордо заявил домовой через минуту. — Только нагрелись весьма. А теперь опять стынут.

Вскоре появился и Дормидонт.

— Как прошло — не спрашиваю, — улыбнулся Андрей. — Понял, что все вышло на славу.

— Токмо это все не надолго, — покачал головой домовой. — Эта проблема им с блошиный укус. Ты чего добиваешься, Андрей Игоревич?

— Хочу показать им, что домогаться нас будет себе дороже. Может они бросят нас... за нерентабельностью.

— Сумливаюсь, сумливаюсь, — покачал головой старичок.

И верно — через пятнадцать минут устранив проблемы с электричеством и заменив сгоревшие предохранители, пираты снова принялись за свое. Двери шлюза вновь стали медленно, но уверенно нагреваться. А потому и обитатели "Тройной перегрузки" вернулись к обсуждению планов защиты. Новые предложение быстро просматривались и так же быстро отбрасывались: они из-за высокой сложности, другие за длительностью исполнения. В ожидании, пока их осенит блестящая идея, Дормидонт еще два раза устраивал диверсионные налеты на корабль Грюма Черной Дыры. Вреда пиратам его налеты наносили мало, но зато команда выигрывала время.

Нужную идею им подал, как ни странно, Кузьма. Хотя какая там идея? Так, набросок.

— Может нам их заморозить?

Вопрос повис в воздухе — никто из двоих не спешил его комментировать.

— Это как? — первым пришел в себя пилот.

— Ну, энто, не шибко смертельно, — немного стушевавшись, пояснил домовой. — Однако ж я припомнил, как в моем городе... ну, где я обитался, подчас в сочельник приходила такая стужа, что ни человек, ни тварь, ни даже машина какая работать не могли. Стыло все! — Домовой рубанул ладошкой воздух. — На мостовой корка льда на три пальца была. А кое-где и поболее. Вот я и пораскинул умом — а что ежели и мы и их заморозим? Дабы и этим лиходеям и их адской машине несподручно трудиться было? Тем паче, что морозу-то у нас за бортом предостаточно.

Вначале эта мысль показалась Андрею чудной. Подумаешь, холод? Кто в наш век технологий боится холода? Но картинка ледяных статуй навела его на новую мысль. Стремную, странную, но все же мысль. Мысль, которую следовало обсудить.

— Дормидонт, — привычно обратился Андрей к чернобородому домовому. — Я вот подумал... у нас ведь есть система пожаротушения. В ней, если я не ошибаюсь, какая-то водянистая смесь с химикатами.

— Не знаю, — отозвался домовой. — Я не уточнял. А при мне тут пожаров не имелось.

— Так-так-так, — протянул Андрей и заявил: — Я тут подумал — что, если залить ее в шлюзовой отсек? Всю, разом?

— И чего?

— Ну смотри. Часть ее попадет на горячий металл и вмиг станет паром. Стекла гермошлемов запотеют и в шлюзе станет невозможно работать.

— И чего это нам даст? — привычно засомневался Дормидонт. Кузьма в план не вникал. Он уныло сидел на полу, по-бабьи подпер щечку кулачком — скучал, значит.

— Им придется отключить резак, чтобы не работать вслепую, — уверенно заявил пилот. — Это даст нам еще как минимум четверть часа.

— Хм. — Домовому понравилась эта мысль. — А вот у меня есть такой вопрос — аппарат от этой химии, может спортится? Как думаешь, Андрей Игоревич?

Человек улыбнулся в ответ — а вот это ему в голову не приходило.

— Возможно, возможно. — Андрей продолжал думать дальше. Резак будет выключен. Работа прекратится, и помещение шлюза снова охладится до прежней, низкой температуры. Стало быть, жидкость для пожаротушений замерзнет и...

Андрей быстро пробежался по консоли компьютера, выводя на экран нужные данные. А потом делил, умножал и снова делил. В его душе всколыхнулись радостные всполохи надежды и чуть было снова не угасли. Мало жидкости. Очень мало.

— Дормидонт, — юноша едва не задохнувшись от волнения, — а ты мог бы проделать то же самое и с пиратским кораблем?

— Чо? Впрыснуть всю пожаротушащую жидкость в шлюз?

— Да.

— Так можно. А зачем?

— Сейчас поясню.

— А я? — Это наконец отозвался Кузьма. — Я тож хочу свою лепту в работу внести. Я, чай, не бездельник.

Юноша лукаво покосился на обидевшегося было домового.

— Есть у меня одно дело, — протянул он заговорщическим тоном. — Но я не знаю, согласишься ли ты? Осилишь ли?

Дедок быстро вскочил на коротенькие ножки.

— Че за дело? — тут же заинтересовался падкий до шалостей Кузьма. Было видно, что в этом деле его дважды просить не придется.

— Ну, слушай, — и Андрей перешел на шепот.

Удивлению команды Грюма не было предела, когда внезапно "небеса" разверзлись, и на них из распрыскивателей хлынули тугие струи серой пены. Раскаленная стена зашипела ошпаренной змеей, и тут же небольшое помещение перехода заволокло густым слоем пара.

— Что за хрень тут творится! — прорычал вконец озверевший пират. Его и так достали эти перебои с электроэнергией — из-за них он уже потерял туеву кучу времени. А теперь еще и это! Он протер забрало гермошлема. Это помогло, но не надолго — стекло снова покрылось мутным налетом. А тут еще как назло в наскоро собранном агрегате что-то щелкнуло, треснуло, заискрилось и аппарат сдох, плюнув напоследок жалким языком пламени. И как финальный аккорд во всем переходнике разом погас свет.

— Эй, парень! — заорал Грюм в микрофон так, что аж стены затряслись. — Это твоя работа? Знаю, что твоя. Не знаю как, но точно уверен, что твоя. Прекрати, слышишь? Немедленно прекрати!

Андрей собирался было ответить, но в разговор вновь вклинился Кузьма.

"Господи", — удивился пилот. — "И как он не уймется?"

— А-то чо? — раздался из динамиков насмешливый голос непоседливого домового.

— А-то я тебе и твоей банде кости через рот повытаскиваю! Вы у меня всю жизнь в носовой платок сморкаться будете! Топливо с кетчупом жрать будете до последних дней!...

На мгновенье ноги у Андрея подкосились от нахлынувшей на него дурноты. Сознание в панике заметалось от рисуемых картин. Ему сильно, до истерики, захотелось все бросить, отозвать домовых и от страха забиться в самый дальний корабельный угол. Но все же он с большим трудом заставил себя успокоиться. Успокоится, перестать нервничать, и дать всему идти по намеченному плану.

— Щас вы у меня дохихикаетесь до кровавых хиханек! — продолжал бушевать пират.

— Ох, ох, ох, — продолжал отрываться Кузьма. — По щедрости руки видно, какое сердце. Али я не прав?

Андрей отвлекся от переговоров и перенес свой взгляд на фиксатор температуры в шлюзовом отсеке. Температура стремительно падала. + 25... +15... + 5. А потом пошла в минус. -5... -15....

Юноша вытер лоб дрожащей рукой. Хотя какой в этом смысл? И лоб и рука — обе были мокрыми от пота.

— Дедушки! — громко, стараясь спрятать рвущуюся наружу дрожь, кликнул он домовых. — Гляньте-ка — у нас все получилось?

Через минуту в рубке с хлопком появился домовой Дормидонт и впервые за все время Андрей увидел, как у серьезного домовика весело блестят глаза.

— Ну, что там? — с тревогой спросил пилот, томясь в ожидании окончательно ответа.

Дормидонт Архимович затейливо улыбнулся.

— Все как мы и планировали, Андрей Игоревич. Пена в такой холодине полностью замерзла.

— А результат? — все еще не полностью веря в победу, переспросил пилот.

— А как результат все покрылось слоем льда.

— Все-все?

— Все. Абсолютно. И люди и ихняя машина. И даже стены.

— Надежно?

— Надежней некуда. Корка льда пальца в три толщиной.

— И им не вырваться? — додавливая последние сомнения, уточнил пилот.

— Да куды уж там! — заверил его домовой. — Все четверо, когда потух свет, ринулись прямо к выходу. Да только в кабелях позапутывались да на пол попадали. Как они сразу не поубивались — шут его знает. Но они друг другу помогать не стали, каждый сражался сам за себя. А когда пол стал ледяным, а пена замерзать.... Словом, наш Кузьма как всегда прав — гроза, грозись, а друг за друга держись. Мы так и живем. А пираты — нет.

— Кстати, а где Кузьма? — забеспокоился юноша, когда понял, что больше переживать ему не из-за чего.

— Как где? В шлюзовой камере, конечно же. Там теперь ледяная горка, ледяной каток и ледяные статуи. Когда он еще так потешится?

Андрей включил связь со шлюзовой камерой и не удивился, когда услышал такое:

— Хлоп-хлоп, тра-та-та,

Кошка выгнала кота,

Ножкою топнула,

Дверь за ним захлопнула!

Хлоп-хлоп, тра-та-та...

— И чо теперь? — привычно вопросил Дормидонт Архипович.

Андрей взглянул на прозрачный экран, на котором высились столбцы цифр, диаграммы и графики.

"Да", — подумал он. — "Все же учение это свет. Но мне, увы, куда милее полумрак". — А вслух сказал:

— Система жизнеобеспечения скафандров пиратов продержится еще как минимум сутки. К тому времени к нам должен подоспеть или военной корабль, или корабль компании.

— А ежели не успеет?

Андрей нахмурился, но затем тут же улыбнулся.

— А мы у Кузьмы спросим. Пусть он решает, почем для пиратов фунт лиха будет.





*





Ангелина Петровна связалась с Андреем в условленное время.

— Ну, где ты там, мой звездный юнга? — поинтересовалась она с экрана связи. — Уже на станции?

— Нет. Я в получасе лета до нее, — отрапортовал пилот. — Я опаздываю.

— Полчаса для космоса не срок, — усмехнулась большая начальница. — Тем более что у тебя уважительная причина. Форс-мажор.

Андрей кивнул, соглашаясь с ее словами.

— Хорошо еще, что первым прибыл патрульный корабль нашей компании, — не удержался, чтобы похвалиться, он. — Они особо не придирались с расспросами. Хотя чего придираться? И так все ясно. Правда, для освобождения моего корабля им пришлось потрудиться. Пока расфокусировали бластер, пока прогрели шлюз до нужной температуры...

— Знаю, знаю, — отмахнулась она. — Я читала отчеты. Ты хорошо поработал. И, конечно же, по возвращении тебя ждет премия: и за спасение груза, и за поимку пиратов. Хотя по большому счету мне стоило тебя наказать. — Она наигранно погрозила ему толстым пальцем. — Ты же знаешь, что по правилам компании при встрече с пиратами ты должен не пытаться строить из себя героя, а просто отдать груз, дабы спасти себя и корабль. Потеря груза — меньшее из всех бед. Он застрахован. Это стандартная процедура для таких сумм.

— Да я и не собирался строить из себя героя, — честно признался пилот звездолета. — Просто этот пират обещал не только похитить груз, а еще и испортить корабль. А в конце сказал, что и мне, хм, достанется. Поэтому у меня не было другого выбора.

— Вот как? — Похоже, это откровение ее удивило. — Что ж, — медленно проговорила она, — как они сами о себе любят говорить — жадность фраера сгубила, Андрюша.

Она ненадолго умолкла, видимо, о чем-то задумавшись. И Андрей, чувствуя хорошее расположение своей наставницы, спросил:

— Что ж это вы, тетя, так племянничка не любите? Первый же рейс, и на тебе — послали на встречу с пиратами.

Ангелина Петровна тяжело вздохнула.

— Да кто же думал, Андрюша? Ты же знаешь, что по статистике шанс встречи с пиратами равен одной десятитысячной. Ты ж понимаешь — кабы я б знала заранее, то ни за что бы...

Через несколько минут она отключилась и Андрей облегченно вздохнул. Верно — а чего париться-то? Звездолет до точки назначения он довел. Груз спас. Пиратов поймал. Начальство довольно. По возвращении в офис ждет солидная премия. Правда, его логика попыталась обратить внимание и связать воедино шанс на одну десятитысячную, случайный недосмотр техников и страховку. Но он не стал на этом заморачиваться.

Ведь все у него и так идет путем. Разве нет?











КОНЕЦ


 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх