Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Вотъ Вамъ молотъ 29


Опубликован:
26.03.2017 — 26.03.2017
 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
 
 

Лейтенант Артур Бедфорд с некоторым удивлением переспросил собеседника:

— Вы предлагаете мне купить этот сарай, но при этом мне же даёте деньги на его покупку? Мне кажется, вы обратились не по адресу.

— Мистер Берфорд, я простой американский промышленник и привык говорить прямо. Вы, покупая этот сарай, действительно покупаете старый сарай. Который стоит ни пенсом дороже тех ста фунтов, которые за него просят. Он и этого не стоит — и не будет стоить до тех пор, пока мне не потребуется расширить производство. Если потребуется. Но если я получу из Австралии то, что мне нужно для расширения, я буду готов заплатить за сарай — а точнее, за место, которое этот сарай занимает — много больше, чем его нынешняя стоимость. Поэтому вы можете считать, что вы берёте сто фунтов не в подарок, а как плату за работу. Несложную работу. Чем вы рискуете?

— Репутацией?

— Помилуйте! Человек, провернувший столь удачную сделку с недвижимостью, везде будет достоин лишь уважения! Что же до мелких деталей, то, сами понимаете, и я, и вы, и… другие участники будут крайне заинтересованы в том, чтобы они остались между нами. Вы согласны с этим?

— Да, пожалуй вы и правы…

— Я приглашаю нотариуса?

После подписания необходимых бумаг, Артур взял предложенную ручку и задумался. Но собеседник, усмехнувшись, помог с содержанием письма:

"Дорогой отец, мне удалось — по совету друзей — обзавестись интересной недвижимостью. Небольшая лодочная мастерская, предлагаемая по цене дров — я хотел использовать её для постройки катера. Однако теперь я в раздумьях: директор соседнего завода некий м-р Милнер уговаривает меня продать мастерскую ему. Проблема в том, что Милнер не готов выкупить ее сразу: ему мастерская будет нужна лишь в случае, если он приобретет какое-то рудное месторождение. Когда же это случится, и случится ли вообще — он и сам не уверен. Поскольку при удаче своего начинания он готов выложить двадцать тысяч фунтов, то возможно мне имеет смысл и подождать. Однако если у него ничего не получится, то катер я получу минимум на год позже возможного, да и то, если сарай к тому времени не развалится.

Так как вы, отец, в жизни повидали больше моего и умеете оценивать реальность различных планов, то прошу дать совет: стоит ли мне ждать или не тешить себя напрасно тщетными иллюзиями?

Надеюсь на получение ответа до Рождества, чтобы в случае разочарования успеть отремонтировать мастерскую до весны".

— Вы думаете, этого достаточно?

— Более чем. Запечатайте, и передайте письмо мне. Почтой все же лучше его не пересылать, а мистер Милнер уже через неделю отправляется в путешествие и скорее всего сможет передать его лично, из рук в руки. Кстати, в воскресенье в Ньюмаркете состоится демонстрация нового автомобиля, я вас приглашаю. Зрелище, мне кажется, вам очень понравится…

На самом деле никто, конечно, именно мои интересы защищать не собирался, просто Игнатьев подписал с американцами "Договор о взаимной защите инвестиций". Точнее, дополнительное соглашение к Русско-Американскому договору, существующему еще со времен Александра-Освободителя. Только прежний касался лишь российских инвестиций в Америке (и, конечно же, американских в России), а нынешняя, расширенная версия гласила, что "стороны будут совместно защищать инвестиции друг друга и в третьих странах". А защищать было чего…

Я "сдал" Роджерсу (всего-то за пятнадцать процентов, правда после долгой торговли) нигерийское месторождение нефти "Южная Дельта" — когда Фёдорову готовил очередной отчет по "новый кувейтам", места нескольких крупнейших месторождений запомнил. Тех, которые были привязаны к каким-то легко опознаваемым географическим ориентирам. И эта "дельта" — на самом берегу залива — хотя до кувейтских месторождений не дотягивала, но, с натяжкой, соответствовала описанному образу "Кувейта". В том числе и тем, что находилась в британских владениях. Англия в связи с разгромом Японии в войне финансово просела очень сильно — оказалось, что общая сумма выданных Японии "военных займов" сильно превысила сто миллионов фунтов (что было больше годового бюджета России), и усиленно изыскивала средства. А Генри готовился к тому, чтобы помочь британцам…

Игнатьев же изыскивал источники пополнения бюджета России. И находил!

С моих предприятий в бюджет уходило в виде "налога на зарплату" по сто двадцать тысяч рублей в месяц. А, скажем, Путиловский завод должен был платить по семь — там народу было меньше. Должен был платить — но не платил, потому что завод был собственностью казны. Казенным он стал еще за три года до войны, но — в отличие от "предыдущей истории", в связи с отречением царя французам продать его не успели. Что меня очень радовало: я и сам к нему присматривался. Пока — безуспешно, но это только пока.

Самым большим достижением именно моей промышленности стал пуск автозавода в США: Вилли Форд полностью оправдал ожидания. На заводе в Честере он наладил выпуск автомобиля уже своей собственной конструкции — "сельскохозяйственного" пикапа. Видимо все же эпоха диктует свои нормы "промышленного дизайна", и моим "инвалидкам" и "мини" существенно их изменить не удалось: пикап мне напомнил машины годов так двадцатых — по крайней мере на картинках я примерно такое и видел. Прямоугольный капот, большие крылья с торчащими фарами, колеса на спицах. И это чудо резво бегало с полутонной груза, приводимое в движение "улучшенным" двухцилиндровым мотором мощностью в шестнадцать лошадок. Размерность цилиндров была "газовская", мотор прекрасно работал и на пятидесятом бензине — самая "фермерская" машина. Правда, фермеры — при цене в восемьсот пятьдесят долларов — в драку за техникой не лезли, но все двести выпускаемых ежедневно машин успешно находили владельцев, так как удобство "механического транспортного средства" очень быстро оценили мелкие торговцы. И — европейский военные: Германия подписала контракт на десять тысяч автомобилей этих машин, получивших название "Mule".

Мне машинка приносила пятьсот долларов прибыли: всю машину без мотора, фар и шин Вилли собирал за полторы сотни долларов, а мотор теперь обходился в семьдесят рублей. И вот уже четвёртый год повторить его зарубежным конкурентам не удавалось. И причина была очень простой: те, кто хотел повторить, особыми деньгами не располагали — а потому не могли понять, почему копии так быстро разваливаются (причём — в буквальном смысле).

Чугун-то тепло проводит не очень хорошо, так что если делать отливки толще, то мотор мгновенно перегревается и клинит. А если отливать такие же, как и меня, то цилиндры почти так же мгновенно лопаются. Лантановый чугун чуть ли не втрое прочнее обычного, но чтобы его приготовить, нужно знать хитрую технологию…

Более или менее приличный мотор сделали немцы — Вилли Майбах. С водяным охлаждением — но его мотор получился почти втрое тяжелее "газовского". И вдвое длиннее — при той же мощности. Мне этот мотор (и изготовленный на его базе автомобиль) обошелся почти в три миллиона рублей — пришлось срочно давить конкурента. Меньше всего хотелось иметь под боком "моторизованную Германию" — и на европейский рынок была запущена машина "Пассат". Тот же "УАЗ-469", только "с кожаным салоном" — по цене в семнадцать тысяч марок (на пятьсот марок дешевле майбаховского "Мерседеса"). Прибыли с этих "тюнингованных колхозников" практически не было: отделка салона кожей и карельской березой была ручная, дорогая, да и никелирование всего, что торчало, в копеечку обходилось — но "Мерседес" с этим чудом техники конкурировать не мог ни по цене, ни по "комфорту". Да и делалось их всего под сотню в год — однако пришлось немецким рынком озаботиться всерьёз и ставить завод по производству автомобилей уже в Германии. По "американской модели": мотор, электрика и колеса поставлялись из России (что гарантировало нужную мне цену) — но завод обошёлся дорого.

Впрочем, он того стоил — первая версия "Жука", выпущенная на рынок по три тысячи марок, немецких конкурентов выбила окончательно. А ещё — существенно придавила "русских" нефтяников с фамилиями Ротшильд и Нобель: на машинах стояли моторы, разработанные под шестьдесят шестой бензин. Тот, что они делали в России, в лучшем случае имел октановое число в районе шестидесяти двух, а в основном — от пятидесяти до пятидесяти четырех. Для моих тракторов годился, а вот на экспорт в Германию — нет. Так что в Европу бензин шёл только с моих заводов.

Кризис помогает развитию промышленности, но только у тех, кто в курсе грядущих событий. Нефтяные компании с конца позапрошлого года стали разоряться десятками — а я (по возможности, конечно) их скупал. И в результате почти треть бакинских скважин оказалась в моей собственности. До войны прибыли с них не было вообще, добываемая нефть попросту продавалась на заводы тех же Нобелей и Ротшильдов по себестоимости — а иногда и вообще в убыток (хотя и небольшой — скважины нефти давали очень мало). А после знаменитого пожара больше половины участков удалось купить вообще почти задаром, и эта собственность пока просто болталась балластом. И только получив кучу денег и мощную поддержку в правительстве я решил переломить ситуацию.

Сделать это было несложно: по новым законам учреждение новой промышленной или добывающей компании (или расширение существующей) было делом простейшим: всего лишь требовалось заплатить небольшую пошлину (российским теперь уже гражданам — сто рублей) и сдать в Промышленный комитет что-то вроде "устава предприятия". Разве что лесодобыча требовала более сложных действий: старый Лесной устав оставался в силе, а новый закон обязывал рубщиков заниматься насаждением леса на месте вырубок и вдобавок оплачивать ежегодные инспекции, это дело проверяющие.

Так что я быстренько учредил с десяток нефтедобывающих и нефтеперерабатывающих компаний — и дело закипело. Поначалу — в обычных перегонных кубах, напоминающих пресловутые "чеченские самовары". Когда есть своя нефть, то и это уже становилось делом прибыльным — но у меня цели были более обширные. "Завод имени Якова Рудакова" в Царицыне наладил именно серийный выпуск танкеров класса "река-море". Ну, в общем, способные без риска плавать в Баку — и везти оттуда нефть до Царицына. Вообще-то царицынская нефтепереработка (и значительно большая по объемам перевалка нефтепродуктов) была мною ранее не охвачена — чтобы не засвечивать будущие интересы раньше времени. Но тут удачно разорилась компания Шибаева — и нефтяные резервуары на полтора миллиона пудов я успел перекупить до того, как Нобель выступил со своей офертой. Конечно, двадцать четыре тысячи тонн — это немного, но для начала сойдёт. Такого запаса как раз хватит для местного гидрокрекингового завода на период между навигациями.

А основной завод, работающий теперь на германский рынок, был построен рядом с Саратовом. И из Саратова ежедневно в Германию уходило по полному эшелону бензина — пока что пятьсот тонн в сутки для Германии было достаточно. Розничной продажей там занималась моя же компания, так что делиться прибылью не приходилось. А то, что на бензозаправках продавался не только бензин и масло, но и керосин — причем по "очень конкурентной" цене, Нобелям этот рынок изрядно подорвало. Правда, был в Европе еще рынок французский — но на нём я пока только разворачивался. А британский — по договоренности с Роджерсом — я вообще не трогал.

Нефтяной не трогал. Но в прочие влезал через все дыры.

В сентябре тысяча девятьсот четвертого года в городе Гулль заработала автомобильная фабрика под названием (ну кто бы сомневался!) "Роллс-Ройс". Возглавили ее (очень удивившись моему предложению) бывший торговец скобяными изделиями Джон Роллс и начинающий адвокат Джеральд Ройс — не нашёл я других британцев с подходящими фамилиями. Первой выпущенной машиной стал, конечно же, "Сильвер Гост" — четырехместный кабриолет с газовским шестицилиндровым мотором. Немножко "доработанном", конечно — под семьдесят второй бензин, но машина получилась весьма достойной. В смысле — шустрой: на широко разрекламированной демонстрации машины Джеральд на мерной миле превзошел рекорд известного местного автоспортсмена Чарльза Роллса, превысив скоростной рубеж в сто миль. Самое забавное, что Роллс (который спортсмен) оказался и первым покупателем этой машины — которая, несмотря на цену в тысячу фунтов, расходилась очень неплохо.

Но автозавод был лишь производственным отделением корпорации (зарегистрированной в том же Гулле), имевшей полное название "British Iron Works and Machinery". Солидная такая компания — ни одного металлургического завода не имеющая, но дело это наживное…

Фредерик Милнер — тоже адвокат и исполнительный директор этой странной компании — сразу после начала продаж "лучших британских автомобилей" отправился со мной в очень долгое путешествие. На демонстрации он не был — готовился к этому путешествию, главным образом в Лондоне, заказывая костюмы у лучших портных. Потому что от него все же требовалась представительность, а не очень удачливый адвокат из Гулля богатством гардероба поразить не мог — хотя аристократические манеры у него были поставлены весьма профессионально.

Путешествие и в самом деле было длительным: два дня до Петербурга на моей яхте, затем — две недели на поезде, потом — почти пять тысяч миль на "Диане" — и все для того, чтобы в Австралии, надув щёки, пообщаться с местными властями. Я его сопровождал в качестве "инженера". А в качестве просто инженеров ехали еще с дюжину британцев — для которых я был всего лишь "иностранным специалистом, знакомым с Австралией": о том, что компания была моей личной собственностью, знал только исполнительный директор.

Первый визит был нанесен в Брисбен — время поджимало, если я верно помнил то, что узнал "об австралийской истории" в прошлом появлении. И оказалось, что спешил я не зря. Сэр Герберт Чермсайд действительно уже подготовился к собственной отставке. В принципе, я бы на его месте тоже поступил бы подобным образом: в Квинсленде экономический кризис все еще не закончился, денег у местного правительства не было — и в результате (как и следовало ожидать) все власть имущие переругались и губернатору пришлось даже парламент разогнать для хоть какого-то урегулирования возникшего кризиса — но уже политического.

Нас губернатор принял с нескрываемым отвращением, и только после того, как Милнер нагло (то есть подталкиваемый моими пинками) завалился в губернаторский дворец и потребовал от секретаря "передать губернатору, что мы приехали с решением всех его проблем". Конечно, Милнер был тщательно проинструктирован в плане тезисов своего выступления, но я, увидев взгляд сэра Герберта, "перехватил инициативу":

— Извините, губернатор, что нарушаю субординацию, но в Америке, где я занимался созданием автомобильной промышленности, люди ценят и свое, и в особенности чужое время — а у вас его, я вижу, совсем нет. Так что сразу перехожу к делу: наша компания желает вложить очень много денег в экономику Квинсленда, и, мне кажется, это очень поможет решить кучу ваших проблем.

12
 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх