Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Глава 37


Жанр:
Опубликован:
09.09.2017 — 27.09.2017
 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 
 
 

Глава 37


Глава 37.

-... и возвращаемся к нашей основной теме, — изображение симпатичной русоволосой журналистки в светлом костюме сменилось записью, на которой с высоты был виден остров, который он не сразу узнал — все же между теплым раем и тем, что он видел сейчас, хватало различий. Три крупных подпалины в джунглях, здоровенный участок вырубленного леса, камнепад и разрушенные руины на одном из склонов горы, словно выгрызенный участок у одного из берегов, опаленный другой берег, где песок буквально спекся до состояния стекла уродовали прекрасный вид, который аква-арена представляла зрителям всего сутки назад. — Расследование происшедшего в финале турнира при Мастерских Е-ранга продолжается. Согласно последним данным, ответственность за срыв турнира, предположительно, несет запрещенная в Империи Захард организация FUG, однако на данный момент никаких официальных заявлений, подтверждающих причастность данной организации к этому событию, не было сделано. Однако, из независимых источников стало известно, что принцессы Андросси Захард и Марии Захард, в тот момент находившихся в центре развития событий, в данный момент безопасности...

Да. Они — в безопасности.

А вот остальным так не повезло.

Вздохнув, Агеро отвел взгляд от экрана телевизора в фойе госпиталя, и, откинувшись на пластиковую спинку стула, прикрыл глаза. Опять промахнулся. Опять просчитался. Опять не справился. А столько гонору было... Что он там говорил? Обещал чудеса, обещал спасти и вытащить всех... а на деле — чуть не угробил.

На Юто, который — или которая — оказалась Хва Рьюн, он не обратил особого внимания, даже когда узнал, что "Юто" время от времени зависала в команде Бларода. Просто подумал, что за Чунхва и Раком следили, тем более, что порой люди Хачулинга докладывали о присутствии Беньямино Кассано рядом с этой командой... а в результате — чуть не сорвался план. Из-за этой одноглазой стервы Цеффье сунулась куда не надо, и сейчас обе, что провожатая, что ученая, находятся в этом самом госпитале — как и другие его союзники, находившиеся на том же острове. Ванг-Нан, которому повезло выжить после того, как офицер пробил его тело насквозь. Баам, чудом переживший падение с высоты, после которого еще как-то имплантировал себе Шип и сразился с Каракой, оставшись в живых лишь по воле все-таки выступившего в открытую Ха Джин-Сунга. Ло По Биа Рен, которого чуть не выпотрошил его противник...

И — Тейлор, чуть не вскипятившая себе мозги.

Когда Тейлор потеряла сознание еще по дороге к суспендолету, Агеро испытал самый настоящий ужас. После того страха, что исходил от нее еще до боя, после того, какие побочные эффекты оказались у протокола "Прямое управление", у него были все причины бояться худшего — и сомнения не развеялись ни на борту суспендолета, ни здесь, в Менае, где в этом госпитале их уже ждала наготове бригада медиков. Если бы не это, если бы не помощь Ангел, вовремя распознавшей, что случилось с Тейлор, если бы не его собственное вмешательство, когда он все-таки задействовал свою силу на Тейлор, приказывая ей остановить действие этого протокола... она могла бы умереть.

Просто потому, что он просчитался.

Просто потому, что кому-то потребовалось быть героем, исправляя его ошибки.

— Эй, — оклик со стороны вместе со вспышкой эмоций и виднеющимся отражением в одном из оконных стекол заставил его протянуть руку — чтобы в следующую секунду принять стаканчик с растворимым кофе. — От того, что ты сидишь тут, твоим людям легче не станет.

— Зато мне станет легче, когда я получу информацию об изменениях их состояния, — возразил Агеро, кидая взгляд на собеседника, устраивающегося рядом. — Уж не думал, что ты придешь сюда, Кента.

— Мария за тебя беспокоится, — хмыкнул тот, отпивая из своего стакана и переводя безучастный взгляд на телевизор. — С самого прибытия ты не покидал госпиталь. Конечно, лидер должен заботиться о своих подчиненных... но они не ограничиваются теми, кто сейчас находится здесь. И уж тем более ты не сможешь быть толковым лидером, если перегоришь.

— Я справлюсь, — собственный голос прозвучал ровно. Привычная ложь практически не потребовала усилий.

— Тот тип из твоих людей, Ли Су, говорил, что ты уже не первые, и не вторые сутки на ногах, — только и покачал головой Кента. Да ладно? — И не смотри так. Я же сказал, Мария за тебя беспокоится. Стоило только ей услышать это, как она чуть не сорвалась сюда, вытаскивать тебя.

— Спасибо, что остановил ее, — искренне поблагодарил светловолосый парень. Учитывая, кому принадлежит этот курорт, и учитывая, что к Марии сейчас из-за событий турнира приковано пристальное внимание... показываться на людях сейчас опасно и для нее, и для всех них. — Как я понимаю, вы скоро улетаете?

— Да... Мы задержимся на некоторое время, пока не кончится блокада "Архимеда" из-за этого расследования, но не дольше — в конце концов, не стоит разрушать легенду, что мы успели выбраться с арены, когда FUG вмешалось в ход турнира, и избежали серьезных проблем, — покачал головой мужчина, отрывая взгляд от корреспондентки на экране, которая все еще говорила о замеченных со стороны нарушениях на турнире. — Кстати, о FUG... я хотел спросить у тебя кое-что, Кун. Твоя подчиненная на арене сказала кое-что об опасности, угрожающей незаконным.

— И была абсолютно права, — невесело усмехнулся тот. Судя по тому, что он услышал из репортажей, пока сидел тут в ожидании новостей, операция "Погром" в самом разгаре — пожалуй, не будь ситуация столь тяжелой, он бы не удержался от мстительного ликования. — Не беспокойся, тебя не заметили, и даже замеченным незаконным, как минимум, в ближайшие несколько месяцев ничего не угрожает...

... но потом это изменится.

Агеро не обманывался — глупо было думать, что они смогут уничтожить FUG. Да, благодаря расследованию Берри и ее подчиненных удалось накрыть здоровенный кусок этой организации, да, они вышли на многих — но далеко не на всех. FUG просто получит очень и очень болезненный удар, который дискредитирует их на фоне того, как эти ублюдки топорщили перья, заставит их оттянуть силы и на какое-то время заняться зализыванием ран и восстановлением утраченного. Но это не значило, что они сдадутся и забудут о своей мечте. Учитывая, что Тейлор спасена, и тела Арлен Грейс не будет найдено, FUG продолжит искать своего Кандидата, начнут поиски сбежавшей Барнс или же примутся за более обстоятельную вербовку Баама.

Да, они победили. Да, они выиграли время — несколько месяцев, год или даже несколько лет. Но время имеет свойство истекать, и потом за них возьмутся снова, а учитывая, что они уже один раз победили, ставки только возрастут.

— ... в любом случае, я тебя не выдам, — сообразив, что пауза затягивается, продолжил Кун. Конечно, было бы заманчиво отдать FUG другого незаконного, к которому лично он ничего не испытывает — но учитывая отношение его визави к подобной вербовке и то, что он уловил во время их первой встречи, он рискует нажить себе врага... не говоря уже о том, что Мария не бросит своего товарища, и подвергнет себя опасности, пытаясь помочь ему. Нет, не вариант. — Как я уже говорил, я не выдал ни одного незаконного. Другое дело — что ваша братия сама любит лезть на рожон и подставляться.

— Смею надеяться, что я куда осторожней, — усмешка "Морского Дракона" была невеселой. — Пожалуй... да. Этим ты закроешь долг.

О, точно — он же обещал своему визави одолжение, за то, что тот придержит офицера. Агеро лишь покачал головой, пытаясь как-то подавить усмешку. Не думал он, что сей долг столь низко оценят... впрочем, он успел понять, что за человек Кента, как успел понять и то, чего он хочет. Как и легендарные сказочные драконы, о которых рассказывала ему Тейлор, ее бывший враг был очень и очень жаден — и не стал бы ограничиваться одной-единственной услугой, которую он мог бы стребовать с Агеро, отложи он обещанное одолжение на потом. А вот использовать это для улучшения отношений, плюс, оставив в своем окружении Марию, чтобы после, случись что, обращаться практически за дружеской помощью... да, это куда умнее. Впрочем, это играет и в пользу самого Агеро — в конце концов, в подобных деловых отношениях игра ведется отнюдь не в одни ворота.

— Премного благодарен, — одними уголками губ улыбнулся адепт света. — Надеюсь, мы как-нибудь еще поработаем вместе... жаль лишь, что это будет нескоро.

— Нескоро? — повернулся к нему было отвернувшийся удильщик. — Мария и Ран что-то говорили о том, что вы уже получили лицензии для перехода в D-класс.

— Не все мы, — собственный голос звучал глухо. Рак, команда Бларода, который с самого отборочного этапа ходит в состоянии странной задумчивости... да уж, похоже, от этого одноглазого будет сложно отделаться. — К тому же, у меня куча других дел, которые нужно уладить. Во время турнира куда-то пропала Элия, некоторым из моих людей потребуется реабилитация после травм...

— Я видел, в каком состоянии их доставляли на борт, — покачал головой незаконный. — Все так серьезно?

Серьезно ли?

— Одну дрянь я бы и сам прибил... то, что она выжила, дает лишь возможность выбить из нее все, что она знает, — жестко произнес Агеро, вспоминая только Рьюн, которую Риффлезо толком не старался беречь, Цеффье, которой тоже досталось, Баама, о столкновении которого с Каракой не хотелось даже думать... — Еще одной придется восстанавливаться, как минимум, несколько недель. Пока она не встанет на ноги — нельзя будет проводить операцию тому парню, нашему пилоту, ибо без ее помощи или хотя бы консультаций он может просто умереть на операционном столе. Офицер Биа — не моя забота... но один мой друг чудом сегодня выжил, когда его сначала чуть не сбросили с высоты, а потом из него чуть не вытряс душу Убийца. Другая же...

— Букашка? — в голосе Кенты прозвучали заинтересованные нотки. Похоже, Тейлор нескоро отделается от этого прозвища с его стороны... — Я помню, вы притащили ее на борт без сознания.

— Еще немного — и мы могли бы притащить только мертвое тело, — обессиленно выдохнул парень. Стоит только вспомнить... — Откат. Микроинсульт. Еще немного — и был бы полноценный инсульт.

... еще немного — и было бы поздно...

— Откат? — от голоса мужчины он лишь поморщился. Действительно, было глупо ожидать невмешательства в свои дела от незаконного, которого стремится получить свою выгоду... — Помнится, букашка успешно изображала Энрю, без каких-либо видимых последствий... Это что она такое делала, чтобы получить откат?

Потребовалось несколько раз вздохнуть и выдохнуть, чтобы справиться с собственными эмоциями. Нет, со стороны Кенты, конечно, логично задать подобный вопрос... вот только сейчас Агеро меньше всего хотел посвящать кого-то в происходящее, а больше всего хотел обеспечить собеседника головной болью.

— Много... глупостей, — лишь покачал головой Кун. Нет, стоит сдержаться в этот раз... все разногласия можно отложить до следующей встрече — сейчас у него просто нет сил ездить кому-либо по мозгам. — Как и всегда.

— В своем репертуаре, да? — только и усмехнулся "Морской Дракон". Да уж, точнее и не скажешь... — Вот почему ты караулишь тут... Какие-то новости есть?

— Она ненадолго приходила в сознание еще на борту суспендолета, но именно что ненадолго, — собственный голос дрогнул. — Сейчас ей занимаются, но... нет, никаких новостей еще нет.

— Тогда нечего тебе тут сидеть, — категорично произнес удильщик. Что? — Давай, возвращайся к остальным. Мария места себе не находит.

Мария... Он лишь вздохнул, вернувшись мыслями к ней. Встреча с Марией действительно была ему как бальзам на сердце, невзирая на все сложности и опасные ситуации — но дальше Агеро понятия не имел, что ему делать. Он знал лишь одно: отпускать Марию он больше не хочет, но и остаться с ней он не может. Пока что — не может. А вот дальше...

— Я... скоро приду, — кое-как выдавил он.

— Не "скоро", а "сейчас", — надавил голосом Кента. Да он совсем обнаглел? — Хватит, вставай и идем. Никому из твоих людей не станет легче, если ты останешься здесь сегодня.

Но...

... нет. Пожалуй, он все-таки прав. Удержав рвущиеся с языка возражения, Агеро лишь кивнул, прежде чем подняться на ноги.

Ему действительно нужен перерыв — сейчас, в таком состоянии, он просто бесполезен.

... вот только реальность, похоже, была против того, чтобы предоставить ему хоть немного отдыха.

— Черепашка! — знакомый вопль обрушился ему на уши, стоило только подняться на второй этаж пансионата, куда их заселил Хачулинг — и где в рекреации собрались люди, с которыми ему сейчас меньше всего хотелось общаться. Хатсу, начавший буравить его взглядом, остановившие свой разговор Андросси и Мария, хмурая Анак, меривший комнату шагами Ли Су, мрачный Бларод с обеспокоенно крутящимся рядом Кватро... и, разумеется, Рак, который просто не умеет сдерживаться и предпочитает брать быка за рога.

А результат — очередная головная боль...

— Белая черепашка, как они? — тем временем взволнованно продолжил Кроко, разве что немного сбавив тон из-за шикнувшего на него Бларода. — Черная черепашка, темная черепашка, черепашка-карри...

— С ними... все будет в порядке, — выдавленная через силу улыбка, вопреки собственным опасениям, оказалась достаточно достоверной — по крайней мере, подтверждением тому послужили облегченный вздох Андросси, кивок Хатсу и вымученная улыбка Бларода. — Самые серезные травмы были у Ванг-Нана, но его способность уже нивелировала часть ущерба... медики прогнозируют, что он должен скоро очнуться. Баама оставили просто для наблюдения. Состояние офицера Биа и обеих заложниц тяжелое, но не критическое... все будет хорошо.

— Эй, ты не сказал всего! — приблизившись, аллигатор буквально прищелкнул челюстью. — Что с черной черепашкой?

— Просто не рассчитала силы... с ней все будет хорошо, — проигнорировав недоверчивый взгляд Хатсу, отозвался светловолосый парень. — Давайте поговорим обо всем утром, ладно?

— ... да, ты еле на ногах стоишь, — неожиданно поддержала его Мария. Что? Он лишь недоуменно перевел взгляд на вставшую на ноги девушку. А ведь ему казалось, что она куда сильнее хочет задать ему вопросы... впрочем, мягкость и доброта наверняка помогли ей сдержаться. — Пойдем, я покажу тебе твою комнату. Тебя же не было с нами, когда нас заселили сюда...

... да уж, нехорошо вышло...

Крылатому Древу этот курорт принадлежал им целиком и полностью, начиная от земли, на которой был построен, и заканчивая чуть ли не каждым заведением здесь, в том числе — и сетью гостинец и пансионатов, в одном из которых их и заселили. С одной стороны, это было даже удобно, в конце концов, они все были в одном месте и можно было быстро собрать их в случае чего — но с другой же... скажем так, для самого Агеро с его нелюбовью к лишнему шуму и с учетом особенностей его силы, было сложно находиться здесь. Радовало лишь, что это ненадолго. Интуиция подсказывала, что, как минимум, в ближайшие несколько дней он будет появляться в номере только затем, чтобы переночевать, ну, и оповещать товарищей о тех или иных новостях, и то только тогда, когда он будет валиться с ног от усталости — к примеру, как сейчас. Нет, все-таки Кента прав: нужно поспать хоть несколько часов...

— Может, поешь сначала? — зашедшая следом за ним в номер Мария кивнула на комод, где стоял поднос с несколькими закрытыми пластиковыми контейнерами. Хм? Она и об этом позаботилась? — И только не говори, что ты поел, пока караулил в госпитале. Я тебя знаю.

— Порой мне кажется, что ничего за эти годы не изменилось, — невесело усмехнулся Агеро, тем временем присаживаясь на стуле рядом с комодом. А ведь девять лет назад Мария так же таскала еду ему в комнату, когда он из-за тренировок или сбора информации так и не успевал поесть... — Спасибо.

— Кое-что действительно не изменилось... в отличие от многого другого, — слабо улыбнулась Мария, садясь на другой стул. Так, кажется, он начинает понимать... — Знаешь, я никогда бы не подумала, что ты свяжешься с Крылатым Древом.

Ох. Вот к чему все шло, да?

— У них было то, что нужно мне... да и я в какой-то мере пригодился, — отставив открытый было контейнер с рисом и свининой, парень достал из кармана серебристую фибулу, чтобы подкинуть ее на ладони. — Одно крыло... для участника, и, тем более, участника Е-ранга — это куда больше, чем можно рассчитывать.

— D-ранга... ты говорил, помнишь? — девушка напротив лишь покачала головой — но, несмотря на этот жест, ни осуждения, ни какого-либо отторжения он не почувствовал... что было странным. Конечно, он не думал, что Мария воспримет его решение в штыки, но такое принятие тоже было более чем необычным. В чем дело? — Знаешь... хотя нет — зная тебя, это уже не выглядит столь необычным. В конце концов, ты всегда... был несколько... неразборчив в средствах, когда стремился достигнуть своих целей...

Ах, вот она о чем! В конце концов, Мария знала, что произошло с ветвью Агнис, как знала и о том, что он пожертвовал ими — и не могла не провести параллели. А учитывая, что они так и не успели толком объясниться на "Архимеде"...

— Да, было дело, — напряженно улыбнулся он, подбирая слова для ответа. И вот что тут можно сказать, а? Впрочем... — Эй, Мария... ты ненавидишь меня?

— Что?! — родственница вздрогнула. Интересная реакция. — Конечно, нет! Ты стал моим первым другом, ты многое сделал для меня... в конце концов, я даже принцессой Захард стала благодаря тебе...

— Вот именно, — этих слов хватило для осознания. Появление Марии на "Архимеде", ее реакции, эти слова — все сложилось в единую картину. — Ты стала принцессой Захард. И ты ненавидишь это, не так ли?

— ... ты всегда был проницательным, — понизила голос его собеседница. Значит, все-таки он все правильно понял... — Да, я ненавижу это. Старейшины, которые никак не унимаются, сравнивая меня с Элией и напоминая о тебе, поклонники, бесконечные требования, долг... я все это ненавижу. Зачем, Агеро? Почему ты сделал это со мной? Почему я должна была стать принцессой Захард?!

Если поначалу она начинала говорить тихо — то под конец ее прорвало, и в итоге Мария сорвалась на крик, вскочив на ноги, а от сквозящего в ее голосе отчаяния и застарелой боли ему чуть ли не в первый раз в жизни стало совестно. Вот оно как, да? А он гадал, что же упустил...

Прав был Рак. Тогда он совершил ошибку — и гордиться тем, что он сделал ради Марии, было попросту глупо.

— ... я думал, что ты будешь счастлива, — от этих слов девушка напротив вздрогнула — и оставалось лишь продолжить, не давая ей вставить и слова. — Тогда, девять лет назад... я понял, что если ничего не изменить, тебя не ждет ничего хорошего — либо изгнание, либо прозябание в самом низу иерархии нашей семьи. Ты достойна большего... тогда я думал, что если ты станешь принцессой Захард, покоришь Башню, будешь рядом с Королем, тогда ты сможешь быть счастлива.

— Ты ошибся, — глухо произнесла скаут. Верно, ошибся... — Это что угодно, но никак не счастье.

— Теперь я это понимаю, — невесело усмехнулся адепт света, отводя взгляд. — Но тогда... тогда это казалось мне правильным решением. Мне не стоило этого делать. Прости... если сможешь.

— Как будто это что-то исправит! — горько рассмеялась принцесса Захард. Да уж... он даже и не помнит ни единого случая, когда кто-то отказывался от звания принцессы Захард — ну, кроме Репеллисты Захард, но она отказалась только от покорения Башни, но не от титула. — Я... я не ненавижу тебя, Агеро, и тебе не за что извинятся. Я просто... просто я хотела узнать, почему ты сделал это.

А вот теперь он чувствует фальшь. Не отчетливо — наоборот, еле заметно... но чувствует.

И закрывать глаза на это он не будет.

— И ты узнала, — собственный голос звучал вкрадчиво — и нет ничего удивительного в том, что собеседница напряглась. — Вот только... я тоже хочу узнать кое-что, Мария. Я не имею права лезть в тебе душу после всего, что натворил — но я не могу больше оставаться в неведении. Я понял, что ты несчастна... но что ты будешь делать дальше?

— Вернусь к прохождению испытаний и покорению Башни, разумеется, — то, что ответная улыбка была вымучена, было ясно даже без его способностей — в отличии от буквально навалившегося на плечи ощущения безысходности. — В конце концов, как принцесса Захард, я должна покорять Башню...

— Но ты не хочешь.

— А у меня есть выбор?

— Выбор есть всегда, — с этими словами Агеро поднялся со стула. В конце концов... кажется, у него появилась идея. — Мария... скажи мне, чего ты хочешь сама. Плевать на старейшин, плевать на семью, плевать на долг. Чего хочешь ты?

— А ты не понял? — невесело усмехнулась в ответ девушка. — Я... я хочу быть свободной, Агеро. Я хочу не оглядываться на чужое мнение. Хочу путешествовать. Хочу, в конце концов, сама определиться, чего я хочу от этой жизни, а не следовать чужим указаниям... но у меня нет выбора.

— Выбор есть всегда, — повторился парень, делая шаг вперед. — Просто сделай его, а я позабочусь обо всем остальном. Одно твое слово — и я освобожу тебя.

— Это... — собеседница замялась, будучи не в силах подобрать слова. — Это невозможно.

— Значит, мне снова придется сделать невозможное, — упрямо произнес адепт света. — Просто прими решение, Мария. Ты готова оставить пост титул принцессы Захард, чтобы быть свободной?

— ... да, — голос скаута был еле слышно — но, тем не менее, ответ был получен. — Если есть... хоть один шанс... я хочу освободиться от всего этого.

— Шанс есть... его не может не быть, — уверенно кивнул он в ответ, приобнимая собеседницу за плечи. — Просто подожди немного. Я найду возможность разрешить эту ситуацию, нагоню тебя, и больше никогда не отпущу.

— Сначала... нагони еще, — ответный смешок звучал глухо. — Даже когда вы перейдете на тридцать пятый этаж, между нами будет пять этажей разницы... не говоря уже о том, что я не смогу остановить восхождение нашей команды. То, что я так сорвалась на этот турнир... вряд ли многие поверят, что я хотела просто присмотреться к Андросси, и эту ошибку мне еще припомнят. Учитывая же, что еще и ты переходить в D-ранг, от меня потребуют ускорить восхождение, чтобы избежать нашей с тобой встречи.

Да уж... Это действительно может стать проблемой, особенно учитывая то, что его людям придется задержаться тут минимум на год. Реабилитация Цеффье после травм, проверки для нее, Рагуил и Джая, тренировки для отставшего Рака — все это займет время, а учитывая доклады Рана, за этот год Мария вполне сможет подняться на два-три этажа, даже если не закусит удила и не будет выжимать из себя все соки. Пожалуй, придется все-таки возобновить работу с Раном, чтобы получать достоверные отчеты о ее продвижении...

И — пытаться догнать их.

Впрочем, кажется, он даже знает, как.

Быстрое и рискованное восхождение — практически то, что он обещал Тейлор на втором этаже, путь наверх без остановок. Одно затяжное многоступенчатое испытание, растянутое на несколько этажей — и всего лишь на несколько месяцев. Так называемый "Адский Экспресс", стартующий с тридцать шестого этажа, был магнитом как для отчаявшихся, так и для нетерпеливых новичков в D-ранге вроде него самого, и сама попытка сесть на борт была опасной... но приз того стоил. Если суметь сесть на этот поезд и продержаться до конца поездки — разница в этажах существенно сократится, если и вовсе не исчезнет. Это того стоит, как бы сложно это ни было. Постоянные сражения на борту Адского Экспресса? Ограниченное количество билетов? Высокая конкуренция с куда более опытными участниками?

Это будет сложно — факт.

Но это ему нужно.

В конце концов, никто не отменял ту угрозу, которую принесли с собой Тейлор и Барнс — и с оной надо было что-то делать, либо найти путь уничтожения спутником, либо же как-то отправить оных за пределы Башни. Для первого нужны были серьезные исследования, притом, что проблемой спутников всерьез занималось всего двое человек, а для второго — либо связи с Гоонг Банг в частности и Мастерскими в целом, которые, по слухам, знают пути за пределы Башни, либо же...

... либо продолжать восхождение. Подниматься наверх, невзирая ни на что, пройти дальше сто тридцать четвертого этажа — вперед, к мифической вершине Башни, в место, где исполняются все желания. Сделать то, что не удавалось доселе никому — ни Захарду, ни другим незаконным. Немыслимо и невероятно, не так ли? Но даже если это невозможно — не значит, что у них получится остановиться, в конце концов, вряд ли они найдут пути наружу отсюда, с тридцатого этажа. И это даже если забыть о желании самого Агеро воссоединиться с Марией...

Нет. На Адский Экспресс он точно сядет. А дальше — будь что будет.

— Не волнуйся, все будет хорошо, — произнес Агеро...

... и на этот раз он был абсолютно уверен в сказанном.

В конце концов, если не веришь, что чудо возможно, оно никогда не случится. И для создания чудес надо самому поверить в них.


* * *

Вид ночного потолка над головой успокаивал. Темно-синяя, практически черная в это время суток, из-за эффектов шинсу гладь, в которой сияли лампы с самого появления на втором этаже казалось невероятно красивым, а учитывая, что когда-то мисс Эмма сказала, что это лишь подобие неба... Баам порой представлял, как прекрасны настоящие небеса, скрытые за десятками потолков этажей, и это было одной из причин, почему он, отдыхая, любил проводить время на крышах, смотря в потолок этажа и мечтая о настоящих небесах. Это помогало расслабляться, отдыхало и отвлекало даже от его нитей...

... когда у него еще были нити. А сейчас они сменились звездами, что никогда не оставляли его — и пусть теперь он "видел" на куда большем расстоянии, но он не мог понять, кому принадлежит та или иная звезда, как, например, скрывающаяся за лифтовой надстройкой на крыше отеля, где их разместило Крылатое Древо — или другая, абсолютно беззвучно двигающаяся от технической лестницы. По уму, стоило бы проверить их... вот только, во-первых, сейчас их охраняло Крылатое Древо, и можно было не ожидать атаки, а во-вторых, сил на это попросту не было.

Как, впрочем, и на что-либо еще.

— Мало того, что ты пропустил ужин, ты еще и из палаты сбежал, — знакомый голос окончательно развеял все подозрения, и Баам обернулся, приветственно кивая черноволосому парню, который, подойдя, уселся рядом с ним на крышу, все еще не остывшую после жаркого дня. — За тебя волновались.

— Мне жаль, мистер Дан, — фальшивые сожаления легко скатились с языка. В конце концов, от него именно это и ожидали услышать, верно? — Просто... не смог больше там сидеть. Слишком мало места. Слишком закрыто.

... после кратера с Шипом, откуда он не смог выбраться сам, это было просто невыносимо.

— Мог, хотя бы, известить охрану, да и в столовую не помешало сходить, — покачал головой мистер Дан, прежде чем бросить взгляд на картонную коробку, стоящую рядом. — Впрочем, я смотрю, ты нашел, что поесть... перченая курица? Мне казалось, ты не особо любишь острое...

— Офицер Муле принес, — покачал головой Баам, вспоминая визит низкорослого офицера, который с пониманием отнесся к нежеланию спускаться к остальным. А уж то, что он говорил...

— Муле Лав? — впрочем, его собеседник не желал сворачивать разговор — напротив, соскользнул на более неудобную тему. — Что ему было от тебя нужно?

— Поблагодарить... оказалось, у него какие-то личные счеты к мистеру Караке — и, узнав, что я оторвал ему руку, он захотел поговорить со мной, — невесело усмехнулся шатен, прокручивая в памяти тот разговор. — Он даже предложил обучать меня... а я не знал, что ему сказать.

... в конце концов, не так уж и часто ему доводилось иметь дело с благодарностями. И если мистер Кун благодарил его за хорошо проделанную работу, а мистер Хачулинг — за помощь в исследованиях, то мистер Муле... нет, благодарность за увечье человека определенно была излишней. Хуже было бы только в том случае, если бы его поблагодарили за чью-то смерть...

Что однажды может и случиться.

В конце концов, он уже встал на этот путь, впервые осознанно убив кого-то.

— Баам... черт, даже и не знаю, что сказать, — в голосе брюнета звучало... отчаяние? С чего бы это? — Знаешь, я не Кун, чтобы видеть людей насквозь... и вообще плохо разбираюсь в людях... но я не слепой. Что стряслось?

— Я... я не знаю, как сказать, — выдохнув это, он закрыл лицо руками, несколько раз вздохнув и выдохнув, чтобы успокоиться. Все произошедшее неделю назад... он даже не мог сказать, что было больнее другого. Впрочем... — Мистер Дан... скажите мне, что вы хотите найти на вершине Башни?

— Уже ничего, — ответ, сказанный равнодушным голосом, заставил его замереть. Что?! — Честно говоря... раньше я хотел силы. Знаешь, я ведь с самого детства был слабаком, который только и мог, что убегать — и, войдя в Башню, я понял, что это мой шанс. И знаешь, что самое забавное? Я стал скаутом. Я мог принести пользу команде только за счет быстрых ног — и даже они отняли у меня последнее. Когда несколько лет назад моя предыдущая команда столкнулась на испытаниях с превосходящим противником... я только и мог, что бежать. И я сбежал, пока их всех убивали. В тот день я понял, что никогда не смогу стать достаточно сильным, что моя мечта никогда не осуществится. И я отрекся от нее. Тогда я решил, что мне не нужна сила, и прекратил восхождение — пока не встретил вас.

... а в результате от их команды осталось всего трое человек. Мистер Хорьянг и мистер Алексей погибли, мисс Эмма ушла, как и мистер Майкл, нить которого оборвалась прошлой ночью на "Архимеде"... Осталось только трое из них.

И никто из них не остался прежним.

— ... ясно, — собственный голос звучал глухо. — Значит... мы похожи больше, чем то казалось.

— Баам? — настороженно произнес собеседник. — О чем ты? Ты...

— Я... тоже лишился своей мечты.

Ответа не последовало — и, наверное, это стало последней каплей. Если бы мистер Дан сказал хоть что-то, задал бы хоть один вопрос или хотя бы шевельнулся, Баам бы по привычке сдержался и промолчал. Но сейчас у него не было сил держаться — и он продолжал говорить.

— Я... я вошел в Башню по следам одного человека, — слова давались тяжело. — Первый и лучший друг, учитель, первая любовь... Рейчел была для меня всем — и, когда она пропала, все, чего я хотел, найти ее и вернуть. И когда я пошел за ней, когда я вошел в Башню, мне дали выбор: я могу отступить и прожить жизнь, в которой не будет бед и забот, или же я могу попытаться пройти по пути, полному крови и страданий ради призрачного шанса встретить Рейчел, но взамен я потеряю все, что у меня есть. На тот момент... у меня не было ничего. У меня не было друзей и дома, не было иной мечты, кроме как вернуть ее, все, что у меня было — одежда на мне, тесак Рейчел и моя жизнь. Это показалось мне достаточной ценой, чтобы однажды встретиться с ней...

— ... как я понимаю, ты встретил ее, — негромко выдохнул скаут, положив ему ладонь на плечо. — И, как я понимаю, все пошло к черту. С ней что-то случилось?

— Если бы я знал, что с ней случилось за эти годы! — невесело рассмеялся проводник. — Мы с Рейчел... с момента встречи здесь, на тридцатом этаже, мы виделись трижды. Впервые — когда я поднялся на борт "Архимеда", и ее назначили сопровождающей для команд участников FUG. Второй раз — на круизной вечеринке, когда она согласилась сбежать с "Архимеда" и пойти со мной... а в третий раз мы увиделись на острове, во время турнира, когда она заявила, что мисс Эмма исчезла, и что Шип завершат с применением моей души. Она просто застегнула мне на шее ограничитель... и столкнула вниз. Она вновь предала меня, мистер Дан. Еще восемь лет назад она предала меня, уйдя и оставив меня одного — а тогда предала снова... оставив меня умирать там.

Какое-то время они молчали. Баам не знал, о чем думал мистер Дан, но у него самого в голове не было ни единой мысли.

Их место занимали воспоминания.

— Кажется, я сошел с ума, там, в темноте, у подножья Шипа, — слова лились нескончаемым потоком, а вместе с ними выплескивалось и напряжение, копившееся с того самого дня, когда мисс Рьюн раскрыла ему местоположение Рейчел. — Я еле мог двигаться от боли, я не мог использовать шинсу, я не мог открыть ни один из выходов... а наверху кто-то начал умирать, и я не мог понять, кто именно. Все, о чем я мог думать — это о том, что где-то там умирают мои друзья, и что теперь у меня есть куда больше, чем у одинокого ребенка, который все свое имущество носил на себе. Мои друзья, мои товарищи, дело, над которым мы работали... я понимал, что если я продолжу там лежать, в темноте и без сил, я потеряю все — и в то же время я уже потерял все. Тогда, восемь лет назад, заключая сделку, я ошибся. Рейчел... она была всем для меня. И я ее потерял уже тогда, гоняясь лишь за своими воспоминаниями — и, продолжая гоняться за ними, я чуть не потерял все остальное. Я... чуть не потерял... всех вас...

Баам не знал, кто именно наградил его прозвищем "Мираж", но теперь в нем звучала горькая ирония. Все эти годы, с самого своего входа в Башню, он, как странник в пустыне, который гоняется за миражом, пытался найти Рейчел — и как странник в пустыне, что отдаляется от своего маршрута и тратит впустую запасы воды, он чуть не потерял все. Просто потому, что не смог понять разницу между миражом и реальностью, просто потому, что он не смог вовремя понять, что же на самом деле произошло восемь лет назад.

Рейчел предала его уже тогда.

Она сама перечеркнула их дружбу, решив сбежать. Решив, что ее мечта стоит всего остального, что у нее было — в том числе и самого Баама. Это уже было предательством: она ради каких-то там звезд решила оставить его одного в той темноте, оставить вновь сходить с ума от одиночества. Просто он тогда предпочел не заметить этого, вот и вся разница... хотя нет, разница еще и в том, что в тот раз Рейчел не пыталась его убить.

— Все нормально, — успокаивающий голос собеседника вырвал его из полутранса. — Все закончилось хорошо, Баам. Мы живы, и никто из нас не умер.

Да, никто из них не умер...

Вместо этого в нем умерло что-то. Надломилось. Исчезло.

В тот день умерла его мечта. И Баам понятия не имел, что делать дальше.

— И я рад этому, — одними губами улыбнулся он. Вот только... — Знаете, мистер Дан, когда я был совсем ребенком, Рейчел рассказывала мне одну историю. О человеке, который строил башню, стремясь достичь звезд. Он не останавливался, как бы тяжело ему ни было, не слушал чужих насмешек, не отвлекался ни на что, растерял всех своих друзей — но в итоге все-таки построил свою башню, и остался один на ее вершине, наедине со звездами. Когда я впервые услышал эту историю, я спросил Рейчел, не было ли одиноко тому человеку... а в ответ она сказала, что у него были звезды. Наверное, мне стоило насторожиться уже тогда, не так ли? Ведь это значило, что она была готова пожертвовать всем и всеми ради своей мечты...

— ... в том числе и тобой, — подхватил бегун, горестно вздохнув. — Эх, Баам... знаешь, будь я чуть более циничен, я бы сказал, что надо чем-то жертвовать ради своей мечты — но я не тот человек, который может давать подобные советы. Я скажу тебе вот что: каждый из нас выбирает сам. Жертвовать всем ради мечты или спасать то, что у тебя есть, быть человеком или монстром... Каждый решает сам.

Решает сам, да? Тогда...

— Тогда я, боюсь, уже решил, — невесело рассмеялся Баам. Стоит только вспомнить все разговоры с мистером Хатсу... — Я уже монстр. Тогда, на острове, когда я выбрался из ловушки, что Рейчел устроила для меня... я наткнулся на одну из избранных, связанных с FUG. Мисс Рон Мэй... я неплохо знал ее. Она была не таким уж и плохим человеком, и вся ее беда в том, что она оказалась не в том месте не в то время, была похожа на Рейчел — и сказала то, что я больше всего на свете боялся услышать от Рейчел. И тогда я не выдержал. Я убил ее... просто потому, что увидел на ее месте Рейчел. Просто потому, что она показалась мне слишком похожей на нее. Поступок, достойный чудовища, не находите?

Какое-то время мистер Дан молчал, тогда как Баам замер, ожидая вердикта. В конце концов... да. У мистера Дана есть все основания считать его монстром. Начиная с обстоятельств их первой встречи, когда Баам фактически угрожал ему, и заканчивая тем, что из-за его ошибки вообще пришлось формировать эту команду и подставлять мистера Дана под удар мисс Эммы — он вел себя именно как монстр, которым боялся стать. А от монстров лучше держаться подальше, не так ли?

— Харе заливать, — насмешливый голос мистера Дана заставил его замереть и перевести взгляд на говорившего. — Монстры, чудовища... Баам, вот что я скажу тебе. Монстром был ублюдок, убивший мою команду. Монстром была Барнс, убившая Алексея и чуть не убившаяся меня. А ты? Ты просто запутавшийся идиот. Если уж говорить о монстрах... Монстр не стал бы задавать таких вопросов. Я понимаю, что тебе тяжело будет слышать то, что я скажу тебе, но... в общем, пока ты задаешься вопросом, не стал ли ты монстром, ты являешься человеком. Ни один по-настоящему хороший человек не считает себя хорошим, ни один по-настоящему плохой человек ни считает себя плохим — так и монстр просто не может понять, что он монстр. Это причинит тебе боль, но... лучше сомневайся в себе, Баам. Пока ты сомневаешься — ты можешь понять, человек ты или монстр.

— Но... я же... — слова не рвались с языка. Он же не имеет в виду...

— Просто у тебя был плохой день... по-настоящему плохой день, — слова, звучащие на пустынной крыше, буквально ввинчивались ему в уши. — Немудрено по-настоящему сойти с ума, потеряв все, ради чего ты жил... но тут, опять же, каждый выбирает сам. Я не говорю, что ты поступил правильно — но ты смог это понять, и это главное. Ты не обезумел, Баам, не стал окончательно монстром, но смог остаться человеком. Ты сделал свой выбор.

... он серьезно?

— И я тоже сделал выбор, — вопреки ожиданиям, мистер Дан продолжил говорить. — Знаешь, Баам... я ведь тоже сошел с ума. Когда бессильно метался по бункеру, раз за разом проносясь по луже крови Алексея, когда не мог выбраться, не попав под портал Барнс, когда она меня чуть не убила — я сошел с ума от отчаяния... и самое забавное тут то, что я наконец-то получил силу. Силу, которую так желал, и которой мне так не хватало. Силу, похожую на силу Барнс... но с ней я наконец-то смог хоть что-то сделать. Я наконец-то был по-настоящему полезен, наконец-то смог хоть кого-то спасти — и в этом весь нюанс. Знаешь, что я решил? Я буду использовать эту силу, чтобы подняться наверх, чтобы помочь моим друзьям и чтобы спасать тех, кого я могу спасти. Это — моя новая цель, а моя новая мечта — подняться так высоко, как только я смогу, и не расстаться ни с кем из тех, кто мне стал дорог. Вот и все. И, Баам... У тебя тоже есть выбор.

— Выбор? — эхом повторил тот.

— Ага, он самый, — расслаблено произнес собеседник. — Если ты устал, если тебе больно и больше нет сил — ты можешь остаться тут, утонув в воспоминаниях и сожалениях, как чуть не утонул я. Или же ты можешь продолжать двигаться вперед. На одном упрямстве, стиснув зубы и пытаясь преодолеть воспоминания о том ужасе. Может быть, ты найдешь новую мечту, может быть, тебе это не удастся — но, по крайней мере, на страх и воспоминания у тебя точно времени не будет. Выбор только за тобой.

Невеселая усмешка сама выползла на лицо, стоило только вспомнить совершенно другой разговор про выбор, когда он отказался выбирать. Захотел все и сразу, чего уж там... а в результате — чуть не потерял все и сразу.

Ничего. Больше он не совершит такой ошибки.

Больше он не будет жить в наваждениях и гоняться за миражами в пустыне. Больше он не будет сомневаться и понапрасну надеяться. Он сделал свой выбор — и теперь больше не будет выбирать между своей мечтой и всеми, кто ему дорог.


* * *

Перекатившись по плоской крыше лифтовой надстройки, Андросси лишь прикрыла глаза, стараясь унять бунтующие эмоции и ничем себя не выдать.

Ее трясло от злости.

Наверное, этого можно было бы избежать, отбрось она всю нерешительность и выйдя на крышу первой, опередив этого нахала — Дан, вроде бы? Аргх! Если бы он был чуть помедленней, если бы она пораньше отделалась от Марии, прилипшей к ней с расспросами об Агеро... да, тогда бы не пришлось спешно прыгать на крышу от взглядов обоих говоривших, не пришлось бы прятаться тут — и, тем более, не пришлось бы вслушиваться в прозвучавший разговор.

Андросси еще с декаду назад поняла, что о Бааме она знает слишком мало. От Элии, которую они с Хатсу и Ли Су тогда заставили рассказать все, Андросси за несколько часов порой весьма и весьма подробных объяснений узнала куда больше о Бааме, чем из разговоров с ним и наблюдений за мальчишкой, когда-то оказавшем ей услугу на поле боя. Обучение у Ренегата семьи Кун и членство в Крылатом Древе, постоянные выезды, о которых сам Баам отзывался как о "подработках", шпионаж за связанными с FUG участниками — даже то, что Баам является незаконным...

Тогда Андросси поняла, что совсем ничего не знает об этом парне, который называл себя ее другом.

И теперь понимала — почему.

Баам, улыбчивый, вежливый и доброжелательный, изначально знал, на что идет. Как и она сама, он изначально смирился с ценой, которую придется уплатить за свою мечту — вот только в его случае единственной жертвой должен был стать он сам. Баам изначально был смертником... и из этого проистекает все остальное. Его отстраненность, избыточна вежливость — словно он не хотел подпускать никого к себе слишком близко — и умалчивание слишком многого, склонность к риску... Все это имело под собой одно простое основание. Баам готовился умереть за свою мечту — и теперь, выжив и лишившись этой мечты, просто не знал, что ему делать среди живых.

Девушка лишь скрипнула зубами, еще раз прокручивая в голове услышанное и сопоставляя это с увиденным во время финала турнира. Ошейник ограничителя? "Упал неудачно"? Да она еще тогда не поверила в эту чушь — и правильно сделала! И правильно тогда она не хотела отпускать Баама на поиски остальных! Стоило только подумать, что он схватился с Каракой... да он просто чудом жив остался! Зачем он вообще туда сунулся? Искал смерти, что ли?

Но если это так...

Андросси лишь сглотнула, прокрутив в голове эту мысль.

Она привыкла к тому, что вокруг нее умирают люди. Когда она была лишь бродяжкой, еще до удочерения, когда сводные сестры убивали друг друга, чтобы устранить конкуренток, когда она сама шла по трупам сестер, когда она безжалостно убивала всех, кто встает у нее на пути — для нее это было естественным. Люди умирали, и с этим ничего нельзя было поделать. Вот только... порой умирали не только ее враги и те, на кого ей было плевать. Порой умирали и нужные ей люди — союзники, товарищи... как, например, Алексей и Чунхва. Она не была близка ни с кем из этих двоих, но они были более чем полезны в тот или иной момент.

А теперь их не было.

Как чуть не стало Баама.

Этого допускать не хотелось. Баам в ее личном списке "не трогать, пригодятся" стоял куда выше как тех двоих, так и прочих уже мертвых союзников. Паренек, который когда-то подсобил ей на поле боя, был более чем полезен... более того, он был практически другом — настолько, насколько кто-то вроде нее вообще может иметь тех, кому доверяет. А Бааму она доверяла: несколько наивный и невинный, как ей казалось, парень умел хранить секреты, так что наедине с ним можно было порой облегчить то, что у нее осталось от души, и просто поболтать о пустяках, снимая напряжение и расслабляясь. Как ни крути, он был полезен со всех сторон: его способности делали его практически идеальным шпионом и ассасином, особенно если его натаскать когда-нибудь, а поддержание контакта с ним давало выход и на Куна, который был не менее полезен.

Но все не ограничивалось одной лишь полезностью.

Андросси понимала, что в какой-то мере любуется Баамом во время их редких встреч. Его наивность и невинность, которые, как ей казалось, не смогла стереть Башня, были чем-то необычным, чего у нее самой, казалось, никогда не было. Жизнь на улицах вообще не способствует наивности, а воспитание в удочерившей ее семье стерло последние остатки оной, безжалостно разбив порядком потускневшее к тому времени стекло когда-то розовых очков — и именно поэтому Баам был для нее чем-то необычным. Сначала он показался ей хорошим домашним ребенком, которого не особо мотала жизнь и у которого не было особых целей и устремлений, вот только чем дольше, тем сильнее менялся этот образ, и тем больше было ее недоумение. Она довольно скоро узнала, в каких условиях Баам жил до восхождения, и это, по мнению самой Андросси, было больше похоже на какую-то тюрьму, что не должно способствовать наивности. Впрочем, оной не должна была способствовать ни та бойня, которую пережил Баам, ни "смерть" Тейлор, которой ее приятель — пока что можно остановиться и на этом термине — так восхищался, ни то, что на самом деле происходило с ним все эти годы... но, тем не менее, Баам оставался собой, и Андросси нравилось наблюдать за тем человеком, которым он был. Словно не от мира сего. Чистым среди этой грязи. Словно светящегося факелом во мраке бесконечной ночи. Наверное, именно по этой причине ушлый Кун и возился с Тейлор...

Просто потому, что они с Куном оба такие же, хотят того же, и мразей вроде них в какой-то степени искренне восхищаются теми, кто чище и лучше них.

Просто потому, что люди вроде Баама нашли силы остаться собой там, где когда-то сломались люди вроде самой Андросси.

Баам был для Андросси напоминанием, своеобразным индикатором того, насколько далеко она зашла и насколько приблизилась к запретной черте, за которой ее чудовищность станет очевидной не только для нее самой, но и для всех, кто ее окружает. Эту черту пересекать не хотелось — в конце концов, Андросси была красивой девушкой, и ей не нравилось, когда к ней относятся как к какому-то монстру. Это было одной из важнейших причин, почему она раз за разом возвращалась к Бааму, и каждый раз, когда не видела в его взгляде ужаса или отвращения, она уходила с легким сердцем. Если такой человек, как Баам, все еще может принимать ее — то для нее не все было потеряно, еще был шанс какое-то время жить среди людей и притворяться человеком. Вот только этот индикатор, в лучшем случае, чуть не сломался неделю назад, а в худшем — все-таки сломался...

Черт! О чем она вообще думает? Какие, к черту, индикаторы и проверки, когда Баам чуть не умер?

Она чуть не потеряла его. Чуть не потеряла единственного человека, на которого ориентируется. Чуть не потеряла одного из немногих людей, кто ей дорог. И, судя по всему услышанному — еще может потерять, если Баам продолжит в том же духе. Если надломившийся парень продолжит рисковать и искать смерти, он действительно может умереть, и вряд ли в следующий раз к нему успеют прийти на помощь, когда он вновь окажется в безвыходной ситуации.

А этого допускать она не хочет.

И не допустит.

Собравшись с мыслями, Андросси вновь перекатилась по крыше надстройки, переворачиваясь на живот, и осторожно выглянула с края крыши, окидывая взглядом два силуэта на фоне ночного города: все еще сидящего Баама... и Дана, который поднялся на ноги и смотрел в ее сторону. Черт! Заметил! Андросси лишь скорчила зверское лицо, проводя пальцем по шее.

"Одно слово — и ты труп."

В ответ темноволосый скаут только приподнял бровь, прежде чем указать глазами на Баама.

"Думаешь, он ничего не заметил?"

От осознания девушке захотелось застонать. Че-о-орт... Элия же говорила о сенсорных способностях Баама! И пусть Баам говорил, что оные ослабли, но... ее присутствие точно засекли! Как глупо спалилась... Андросси лишь вздохнула — и нахмурилась, когда Дан улыбнулся, в очередной раз указав глазами на Баама.

"Позаботься о нем."

А она что собиралась сделать, а?

Какое-то время девушка так и лежала на крыше, смотря на сидящего чуть ниже парня — но, стоило только третьему присутствующему уйти, как она спрыгнула вниз и подошла к нему. Черт... и вот с чего вообще начать разговор, а?

— Говорят, что подслушивать нехорошо, — голос Баама, услышавшего ее шаги, звучал глухо — и Андросси остановилась, лишь смотря взглядом на сидящего напротив парня и словно по-новому узнавая его черты. Чуть встрепанные вьющиеся темно-каштановые волосы, бледная кожа, худощавое телосложение... Единственным внешним отличием был красный Шип, который появился сегодня и парил над плечом Баама, до сих пор не желая исчезать — и только когда Баам повернулся, наличие отличий стало куда более очевидным.

У Баама никогда не было такого безжизненного выражения лица.

У Баама никогда не было такого мертвого и пустого взгляда.

— ... кто бы говорил, — через силу выдавила Андросси. — Знаешь, Элия нам всем многое рассказала... в том числе и с чего все началось.

— А я и не говорю, что я хороший человек, — одними губам улыбнулся ее собеседник, прежде чем отвернуться обратно. — Не думал, что вам будет интересно, мисс Андросси.

Вот черт... и как бы оправдаться, а?

— Я думала поговорить с тобой... вот только этот тип меня опередил, — неуверенно рассмеялась девушка, так и не решаясь дальше двигаться вперед, к собеседнику. — Думаю, извиняться бессмысленно?

— Скорее уж, мне стоит извиниться, — демонстративно-равнодушно пожал плечами парень. Извиниться? За что? — Вы все оказались там по моей вине... думаю, если бы я поступил умнее, этого можно было бы избежать.

Он еще и извиняется! Андросси лишь прикусила губу, чтобы придержать готовые сорваться с языка слова. Баам еще и винит себя за то, что произошло? Он и так оказался надломлен, и так лишился мечты, и так чуть не умер — а теперь еще и вина...

Это просто раздавит его.

Только неделю назад, буквально выбив ответы из Элии, Андросси поняла, что на самом деле испытывал Баам все эти годы. Вина за случившееся восемь лет назад, страх ошибиться и потерять кого-нибудь, постоянное давление — это может сломать любого. Сидящий напротив парень добровольно взвалил на себя груз будущего, прибавив оный к грузу прошлого — и все это, обрушиваясь в настоящем, могло заставить спотыкаться на пути даже сильнейших из людей, одним из которых и был Баам. Вполне закономерно, что случившееся не прошло даром для него...

Но так не может продолжаться вечно. Она просто не может позволить ему сдаться. А потому остается лишь один вопрос — что делать дальше. Впрочем...

... ответ у нее уже был.

Андросси прекрасно понимала, что она эгоистична. На первом месте у нее всегда были собственные амбиции и цели, она признавала это и потому даже приняла прозвище "демоница", когда-то брошенное в запале одной из сводных сестер. Она делала лишь то, что хотела, и получала то, что хотела, а сейчас она больше всего хотела одного — чтобы Баам вернулся, стал прежним собой, стал тем человеком, на которого можно ориентироваться и светом которого можно восхищаться, пусть и издали. А значит, ей остается лишь позаботиться об этом... благо, препятствий на этом пути не должно быть.

Ей не помешает никто. Ни товарищи, у которых после исчезновения Элии хватает и своих проблем. Ни Анак, которая не вылезает из госпиталя. Ни даже воспоминания Баама о той дряни, за которой он гонялся и которую он порой вспоминал во время их редких встреч — судя по тому, что услышала Андросси, Баам уже разочаровался в этой своей Рейчел, и то, что он на эмоциях убил похожую на нее девушку, говорит о том, что при личной встрече Баам если и сможет сдержаться, то лишь чудом. А ведь то, как он верно шел по ее следу... Недаром говорят, что если людям суждено быть вместе — они найдут шанс воссоединиться, и то, что эта Рейчел или как ее там, профукала свой шанс, говорит о том, что она просто не должна разевать свою пасть на Баама. А ей, Андросси, не помешает никто... и она воспользуется этим, чтобы Баам вновь стал тем человеком, к которому она привыкла и которого не хочет разменивать на сломанную и пустую его оболочку. Она вернет его, что бы для того ни потребовалось — и будет рядом, просто чтобы удостовериться, что никто больше не попытался сломать то, что ей дорого.

И начинать нужно уже сейчас.

— Как я понимаю, словесных извинений от тебя не дождешься... ладно, решим этот вопрос иначе! — выдохнув, Андросси подошла к собеседнику, недоуменно вскинувшему на нее взгляд и протянув руку. — Идем. Будешь расплачиваться за мои потерянные нервные клетки.

— А? — лишь ошарашено моргнул Баам, глядя на протянутую ему руку. — Стесняюсь спросить... как?

Бровь девушки нервно дернулась. Что он там себе надумал?

— Во-первых, сводишь меня в кафе, потом посмотрим какой-нибудь фильм, а затем я опустошу твой кошелек во время прогулки по магазинам, — отогнав лезущие в голову мысли, она лишь помотала головой — и, заметив шокированный взгляд золотистых глаз, добавила. — И нет, это не свидание! И даже не думай убежать — хуже будет, если поймаю! Теперь не только ты тут можешь телепортироваться, учти это!

— Хорошо, учту, — нашел силы улыбнуться в ответ парень. — Мисс Андросси, а...

Так. Об этом тоже нужно позаботиться.

— Баам, не зли меня, — надавила голосом девушка. Нет уж, хватит с нее этого дерьма! — Ты хоть знаешь, как меня достала твоя излишняя вежливость? Все, никаких "мисс"! Называй меня Андросси!

— Но...

— Баам. Не. Зли. Меня.

— Хорошо, — обессилено выдохнул ее собеседник, наконец-то хватаясь за протянутую руку.

Андросси Захард знала, что была чудовищем, каким чуть не стал стоящий напротив парень... и не понимала, в упор не понимала того, почему он смог остановиться и сдержаться. Откуда он взял силы, чтобы остаться собой, чтобы остаться человеком и продолжить двигаться вперед, что вдохновило его идти тем путем — она не могла понять этого... но, глядя на него, ей хотелось это узнать. Может быть, она тоже однажды сможет оказаться достаточно сильна, чтобы не отказываться от чего-то важного на пути наверх, может быть, ей хватит сил пройти тем же путем...

Она обязательно узнает. А пока что — нужно помочь Бааму и побыть с ним рядом, не испытывая предела его сил и не позволяя ему пасть.

Так же, как когда-то пала она.


* * *

Как-то так сложилось, что она привыкла слушать нотации, особенно когда говоривший упрекал ее в неоправданном риске и глупости — но так уж сложилось, что чаще всего подобные нотации она привыкла выслушивать наяву, а не здесь, в островке солнечного света и ветра с океана, пахнущего солью и водорослями. Арахна вообще не баловала ее нотациями, но когда она входила в раж... ладно, стоило признать: раз уж даже спутница отчитывает ее, она крупно облажалась.

— Ладно-ладно, я поняла! — примирительно произнесла Тейлор, ответив на тираду собеседницы смущенной улыбкой. — Мне действительно не стоило этого делать... правда вот, в свою защиту я могу сказать, что у меня не было особого выбора.

[Сомнение.]

Кхм... ей показалось, или взгляд Арахны стал особенно пристальным, чуть ли не буравящим?

— Ладно, и что я должна была, по-твоему, сделать? — устало выдохнула девушка, откинувшись на спинку скамейки. — Дождаться офицеров? Учитывая, что они были заняты боем — не вариант. Или уповать на то, что Бааму повезет, а потом, вместе с ним, пытаться успеть спасти Цеффье? Напомню, этот ублюдок торопил события, и мы могли бы обнаружить лишь хладный труп...

Ответ собеседницы заставил ее передернуть плечами.

[Недопонимание. Отсутствие сомнений в плане действий Тейлор. Сомнение в ее уровне интеллекта. Сомнение в понимании текущей ситуации Тейлор.]

... ладно. Дурой Арахна ее уже называла — а вот про то, что она утратила связь с реальностью, еще не говорила. Пожалуй, это действительно было слишком.

— Ну... все равно все прошло не по плану, — лишь покачала головой кейп. Да уж... проще сказать, что тогда вообще пошло по плану. — Я постараюсь больше так не делать... но знаешь что, Арахна? Спасибо тебе. Я не думала, что ты поможешь мне в активации протокола "Прямое управление"

[Признание ошибочности данного решения. Незавершенность данного протокола. Травмирующие побочные эффекты при длительном действии текущей версии данного протокола. Опасение за состояние Тейлор. Признание важности жизнеспособности и критического восприятия Тейлор. Запрет на активацию текущей версии данного протокола.]

На этот раз Арахна даже скопировала ее жест, скрестив руки на груди. Эх... ну ладно, чего-то подобного Тейлор и ожидала — в конце концов, с учетом того, что стоит на кону, и плотной работы с Арахной, нет ничего удивительного в том, что та трясется за ее жизнь...

Впрочем, этот вопрос нужно и прояснить.

— Я понимаю... и спасибо за беспокойство, Арахна, — улыбка сама выползла на лицо. — Но ведь все же обошлось, верно? Ты сама продиагностировала мое состояние, последствия не критичны, а если бы я пострадала больше — у нас уже готовы протоколы "Зеркало" и "Сосуд". К тому же, теперь, когда Агеро рядом, в случае моей смерти ты могла бы сменить носителя...

Стоящая напротив Арахна лишь прищурилась, прежде чем ответить.

[Неприемлемо. Высокая эффективность работы с Тейлор. Использование концепции "дружба" в отношении Тейлор. Нежелание смены носителя. Недопустимость гибели Тейлор.]

Кхм. А вот это... было неожиданно. Нет, Арахна и раньше задавала вопрос, являются ли они друзьями, но сейчас, после всех ее выходок, услышать такое... впрочем, а кто она такая, чтобы судить? Судя по тем воспоминаниям, что показала ей Арахна — для нее вообще впервые такое общение, и немудрено, что она зацепилась за это... и со стороны самой Тейлор действительно было по-свински заставлять ее волноваться.

— Прости, мне не стоило так говорить... впредь постараюсь так не делать, — извиняюще улыбнулась она, вставая со скамейки. — И извини, что не могу тебе ничего пообещать.

[Подтверждение. Использование концепции сожаления.]

И именно с отзвуком этих слов Тейлор вернулась в реальность.

Какое-то время она лежала, смотря в светлый потолок и вслушиваясь в писк аппаратуры, прежде чем сесть и оглядеться. Помещение, где она проснулась, было больше всего похоже на больничную палату... впрочем, учитывая, в каких обстоятельствах и где она потеряла сознание, в этом не было ничего удивительного, как и в наличии разнообразных датчиков рядом. Куда большей неожиданностью было присутствие Йихва, сейчас дремлющей на стуле рядом с ее кроватью — впрочем, ее присутствие вселяло надежду, что все закончилось хорошо и ее действительно спасли; если бы все сорвалось и она вернулась в FUG, вряд ли бы у ее постели дежурила представительница семьи Йеон, а не охрана. И это спокойствие было ей необходимо: в конце концов, Тейлор не так уж и часто оказывалась в госпитале без сознания, и если в первый раз она пришла в себя в психиатрическом отделении после обретения способностей, то второй был на базе FUG после ее похищения. Тенденция, мягко говоря, настораживала — и Тейлор была рада, что это не становится традицией.

Потребовалось несколько раз вздохнуть и выдохнуть, прежде чем она успокоилась и перевела взгляд на окно, за которым медленно светлел потолок. Совсем как восемь лет назад, когда на втором этаже она просыпалась еще до "рассвета" и точно так же ждала, когда пробудятся остальные, наблюдая за неспешно светлеющим потолком и лампами, которые начинали светить все ярче и ярче. На какое-то мгновение ей даже показалось, что ничего не изменилось, и что теперь все будет хорошо...

Впрочем, а почему бы и нет?

Она спаслась. Она на свободе. Для полного счастья нужно только узнать, все ли ее друзья живы и удостовериться, что в Крылатом Древе все не так плохо, как было в FUG. А для этого нужно только подождать еще немного, прежде чем остальные проснутся...

... хотя, судя по раздавшемуся за спиной шороху, этого долго ждать не придется.

Повернув голову, Тейлор взглянула на рывком выпрямившуюся на стуле Йихва — и от вида того, как расцветает ошеломление на лице девушки, по ее собственному лицу расползалась улыбка. В конце концов, пусть они и проработали бок о бок два года, и даже являются подругами, собственная неприязнь к пирокинетикам, как и привычка по мелочи действовать не нервы Йихва, никуда не делись... жаль лишь, что сейчас для этого нет времени.

Ничего. Она еще все наверстает. В конце концов, теперь вряд ли ей потребуется так сдерживаться.

— Доброе утро, — собственный голос звучал хрипловато. — Как спалось?

Ответа не последовало — а в следующий миг Тейлор охнула, когда буквально метнувшаяся вперед Йихва обняла ее так, что, казалось, она услышала хруст ребер. Черт... раздавит ведь...

— Не пугай нас так больше, хорошо? — негромко выдохнула собеседница, прежде чем разорвать объятия. Эм-м-м... ей соврать, или огорчить ее? — Ты... как ты, Тейлор? Нам говорили...

— Но-но, ты от меня так просто не отделаешься, — лишь криво усмехнулась та. — Не волнуйся, Йихва. Все хорошо.

— Это решать не тебе, — от вида предвкушающей улыбки, выползшей на лицо собеседницы, ей стало не по себе. Ой... кажется, кто-то решил отыграться за все потрепанные нервы разом... — Подожди, я сейчас позову кого-нибудь!

... а вот теперь ей стало действительно страшно.

И, как оказалось — она имела все основания бояться.

Стоило только Йихва оповестить медиков, что Тейлор очнулась, как все закрутилось, и уже через несколько часов той хотелось взвыть. В голос. Конечно, умом она понимала, что микроинсульт и возможные повреждения мозга — это более чем серьезно, но все обследования и проверки выводили ее из себя, а память о времени, проведенном сначала в клинике еще дома, а потом и в лазарете на базе FUG, здорово все осложняла. Приходилось серьезно сдерживаться, чтобы не срываться на людей, просто выполняющих свою работу — но за несколько дней, наполненных обследованиями и наблюдением со стороны медицинского персонала, Тейлор поняла, что она готова лезть на стену, лишь бы ее вытащили отсюда.

Что, впрочем, и произошло... пусть даже и несколько не так, как она ожидала.

Хотя бы начиная с того, что в ее палату с пакетом одежды завалилась девушка, которую Тейлор меньше всего рассчитывала увидеть в день выписки.

Как-то так сложилось, что она привыкла к самым странным знакомствам и альянсам, а особенно к сотрудничеству с теми, с кем она вообще должна быть по разные стороны баррикад. Сначала были Анак и Андросси, у которых, как у представительниц семьи Захард, было все причины желать уничтожения незаконной, и которые сами почему-то тянулись к ней. Потом была Цеффье, завербованная сотрудница Мастерских, затем пришел черед вербовки Джая, который до того был лояльным полевым оперативником FUG, после — Йихва, дочери семьи Йеон, затем — Элии, с которой они быстро нашли общий язык... На фоне этого Мария смотрелась не так уж и дико — если, конечно, забыть, что всего лишь меньше недели назад она с экранов телевизоров пусть и завуалированно, но призывала участников Е-ранга расправиться с самой Тейлор и ее командой, а двое суток спустя они уже сражались на одной стороне. Темп развития событий удивлял, впрочем, не меньше, чем готовность Марии помочь ей собраться.

— Говорю же, мне не нужна помощь... — устало выдохнула она, поправляя блузку. — В конце концов, я максимум могу страдать перепадами настроения. Паралич меня не разбил, мобильности я не лишилась...

— Если бы ты лишилась, не знаю, как бы я успокаивала Агеро, — лишь осуждающе покачала головой собеседница, оперевшись спиной на стену у двери. Кхм... — И не смотри так, словно у него не было причин для волнения.

— Я ничего не говорю... в конце концов, это действительно было глупостью с моей стороны, — удрученно вздохнув, Тейлор повернулась к стоящей у двери девушке. — Ты, наверное, зла на меня? За то, что он так рисковал из-за меня?

— Ты что, Агеро не знаешь? — Мария одарила ее скептическим взглядом. Хм? — Он... список тех, кто ему по-настоящему дорог, крайне ограничен — но стоит только попасть в этот список, и он сделает все, что угодно, чтобы обезопасить тебя.

— Не одну меня, — возразила брюнетка. Стоит только вспомнить, как Агеро говорил о Марии еще на втором этаже... — Я удивлена, что он вообще позволил тебе прийти сюда в одиночку.

— Он вместе с еще одним вашим товарищем... Раком... ждет внизу, в холле, — покачала головой светловолосая девушка. Что? — И не смотри так. Мне пришлось постараться, чтобы получить этот шанс переговорить с тобой.

Ах, вот оно что... Тейлор лишь вздохнула, усаживаясь обратно на кровать. Впрочем, чего она еще ожидала? Стоит только вспомнить Андросси, которая не упускала шанса вытянуть из нее информацию, и Рьюн, для которой подобные "девичьи разговоры" и "помощь" были предлогом переговорить на важные темы, и Йихва... Да уж, это было логично.

— Не слишком ли ты торопишься? — только и произнесла она, протягивая руку за расческой и начиная распутывать волосы. Тяжеловато ухаживать за такой длиной... м-да, а восемь лет назад она бы и не подумала, что однажды по своей воле задумается над стрижкой. — Что-то случилось?

— С "Архимеда" сняли блокаду, которую вводили в связи с расследованием, и теперь нам с Кентой и Раном придется возвращаться, чтобы не вызывать лишних подозрений у моей родни, — устало вздохнув, Кун приблизилась. Хм? — Давай помогу. Больно смотреть на твои потуги.

— ... спасибо, — пришлось прилагать усилия, чтобы придержать язык за зубами. Потуги, ну надо же! Вздохнув, Эбер протянула расческу в требовательно вытянутую руку и развернулась, чтобы в следующую секунду ощутить, как прогибается матрас у нее за спиной. М-да... Хоть и хотелось бы избежать этого разговора, но не выйдет — у ее собеседницы есть все причины торопиться, и в таком состоянии она может на многое пойти, чтобы заполучить интересующие ее ответы. — О чем ты хотела поговорить?

— Об Агеро, — прямолинейно произнесла принцесса Захард. Ну... пожалуй, этого стоило ожидать. — Знаешь... первоначально я решила спуститься сюда, чтобы заполучить ответы на свои вопросы — но когда оказалось, что участники от FUG, и ты в том числе, будут присутствовать на турнире, я действительно испугалась за него. Я думала, ты хочешь убить его...

— Никогда, — ответ прозвучал резче, чем нужно — и нужно было смягчить впечатление. — Агеро — мой первый друг за долгое время, и первый человек, которому я доверилась по-настоящему...

— Он рассказывал, — в ответ донесся негромкий смешок. Что? То есть... — Мы... столкнулись во время полуфинала. Он попытался пройти через врата, которые я охраняла... и так вышло, что мы продолжили путь вместе. Он рассказал, кто скрывается под маской Кандидата, рассказал о вашей дружбе, о сделке, которую вы заключили восемь лет назад, о том, что он все эти годы хотел вытащить тебя из лап FUG... Ты дорога ему, не так ли?

— Не более, чем ты, — возразила незаконная, подметив, что расческа в ее волосах дрогнула. — Он... и о тебе тоже рассказывал, когда мы были на втором этаже. Он говорил, что ты казалась ему чем-то чудесным, говорил, на что он пошел ради тебя... да и из сторонних источников я слышала о вас.

— Опять эти слухи... — в голосе скаута звучали невеселые нотки. Слухи? — Стоило мне только стать принцессой Захард — и на меня вывалился ушат грязи... многие родственники дали волю своим языкам, говоря о том, почему Агеро сделал это для меня. Кто-то даже говорил, что мы были любовниками... несмотря на то, что мы были практически детьми. Впрочем, кажется, это его судьба, не находишь? Я недолго пробыла здесь вместе с ним, да и информации о том, что произошло с ним за эти годы, собрала не так уж и много — но слухов услышала достаточно. То, что у него есть фетиш на незаконных, то, что сначала он спал с тобой, а после твоей, кхм, смерти — с Эммой Барнс...

Мельком Тейлор порадовалась, что сидит, и сидит спиной к собеседнице — а значит не может ни пошатнуться, ни выдать эмоции выражением лица или взглядом. Что? Кто... кому, черт возьми, пришла в голову эта ересь? Нет, она прекрасно знала — еще по Уинслоу — что слухи могут зародиться на пустом месте и быть попросту нелепыми... но это? Это же просто бред! И Эмма? Если Агеро действительно знал, что она из себя представляет, то просто не притронулся бы к ней! Конечно, Эмма красива... у нее и фигура хорошая, и лицо симпатичное...

Черт. Какая-то чушь в голову лезет.

— Если тебя это утешит — мы просто друзья, и не более того... я даже удивлена, что мы вообще успели сдружиться за тот месяц, учитывая, что и других хлопот хватало, — собственный голос звучал глухо. — Не беспокойся. Я была не в настолько отчаянном положении, чтобы бросаться в койку к первому встречному потому, что он хранил в секрете информацию обо мне. Между нами ничего не было.

— А могло бы? — негромко произнесла ее собеседница. Что? — Если бы у вас было больше времени? Если бы не было висевшей над тобой угрозы разоблачения? Если бы все не было столь отчаянно? Скажи честно — могло бы?

Тейлор открыла рот для ответа... и закрыла.

Просто потому, что она не знала, что ответить.

Так уж сложилось, что за всю ее жизнь она ни разу не состояла в каких-либо отношениях. Сначала была слишком мала, чтобы вообще заглядываться на противоположный пол, потом ее социальная жизнь и вовсе исчезла благодаря Эмме — а затем была Башня, и если в первый месяц она просто не дала себе расслабиться для того, чтобы засматриваться на того же Алексея, который вполне подходил под ее стандарты красоты, то потом у нее не было ни единого шанса. Во время пребывания в FUG отношения оказались слишком уж большим риском для здоровья и психики. Учитывая же, что любые связи — что дружеские, что иные — не только способствовали бы формированию еще одного заложника или источника информации, не только дали бы ей пригреть под боком предателя, но и еще крепче привязали бы ее к FUG... Если Джая с Ангел она просто не нашла сил прогнать, то появлению каких-либо иных связей Тейлор противилась со всех сил. Дошло даже до того, что она однажды обратилась к Рьюн за советом — пусть провожатая всегда была той еще стервой, но если она хотела, она могла быть неплохим психологом, а потому в очередной беседе в памятной чайной города Нобори разложила все по полочкам. Досталось и страхам Тейлор, когда провожатая вытащила на поверхность нежелание быть снова преданной, и ее "типу" парней, который Рьюн увязала с психологической потребностью в защищенности и поддержке — и результат не заставил себя ждать: смотреть на противоположный пол было куда легче, даже на могучих физически парней, на которых Тейлор раньше порой заглядывалась.

Абсолютным табу, конечно, отношения не были. Даже в те годы в FUG — наверное, ей бы никто и слова не сказал, соблюдай она приличия, разве что гипотетическому парню бы настучали по голове на предмет держать язык за зубами и не терять берега. Расслабиться можно было и во время ожидания в F-ранге, но тогда Тейлор предпочла с головой уйти в обучение и работу с Арахной, а в Е-ранге уже стало не до того — команда ее сначала дико боялась, а потом не менее дико жалела, а за пределами команды... скажем так, впутывать кого-либо в свои дела не хотелось, да и учитывая темп восхождения, идеей это было откровенно глупой. Теперь на это тоже времени не будет...

Но если бы все изменилось? Если бы тогда было больше времени? Если бы тогда она не оказалась разлучена с Агеро? Если бы тогда позволила себе расслабиться? Конечно, Агеро не был ее типом... но он, безусловно, был красив. И надежен — что есть, то есть. Учитывая ее ситуацию, учитывая бушующие гормоны и потребность в защищенности и поддержке...

Да. Сложись все иначе, она вполне могла бы влюбиться в него.

— Могло бы... — наконец произнесла Тейлор — и тут же спохватилось. — В смысле... я могла бы в него влюбиться. Но это еще ничего не решает. В конце концов... мы, конечно, друзья...но на черта ему нужна фабрика проблем еще и в личной жизни? Не говоря уже и о том, что существует достаточно куда более симпатичных девушек...

— Ты сбиваешься, — смех Марии звучал невесело. Кхм... — Знаешь, я не ожидала, что Кандидат в Убийцы окажется таким человеком... но я рада.

Что?

— Ты... — начала было она — но не закончила.

Просто потому, что в следующий момент ее собеседница подалась вперед, сжимая пальцы у нее на плечах, которые тут же вспыхнули болью.

— Я верю тебе, — голос светловолосой девушки звучал мягко. — Конечно, я не так хорошо разбираюсь в людях, как Агеро... но я верю ему суждению. И я верю тебе. Не знаю, что происходит между вами двоими... но если вы будете счастливы, я не буду влезать. Я скажу тебе лишь одно, Тейлор Эбер. Разобьешь Агеро сердце — и я разобью тебе череп.

Вот как, да?

Невеселая усмешка сама выползла на лицо.

— Тогда можешь начинать прямо сейчас, — прямолинейно произнесла брюнетка, ощущая, как дрогнула девушка у нее за спиной. — У тебя есть все шансы.

— Что ты... несешь? — голос собеседницы дрогнул. — Ты...

— У нас с Агеро ничего не может быть, — твердо продолжила Эбер, пользуясь замешательством ее визави. — Даже если я все-таки не сдержусь, или даже если с его стороны будет что-то. Он тебе вряд ли говорил это... но он прекрасно знает, что однажды мне придется уйти, чтобы выполнить свой долг — и я уйду, что бы я ни чувствовала по отношению к тем, кого оставляю, и как бы меня ни просили остаться. Даже если это будет больно, даже если это разобьет мне сердце, мне придется уйти... и я не хочу, чтобы кто-то из дорогих мне людей страдал из-за этого. Я постараюсь, чтобы наши с Агеро отношения не ушли за пределы дружеских... в конце концов, я хочу, чтобы он был счастлив, и я не хочу заставлять его разрываться между мной, тобой и его мечтой.

— ... это может стать проблемой, — с этими словами Кун разжала хватку на ее плечах. Ну наконец-то... н-да, не догадывалась она, что та Мария, о которой она столько слышала, настолько... если это можно так назвать, обеспокоена счастьем Агеро. — Умеешь ты озадачить... и ведь не получится разрешить эту проблему быстро. Вряд ли вы вскоре вернетесь к испытаниям, верно?

— Да... и, боюсь, мы нескоро нагоним вас, — лишь вздохнула незаконная. — У нас... поднакопилось дел.

— Тогда решим этот вопрос, когда встретимся в следующий раз, — за спиной раздался невеселый смешок — а затем принцесса Захард приподняла ее волосы... закручивая их в узел. Хм? У нее что-то выйдет с такой длиной волос? — Сложновато... Слушай, как ты относишься к шпилькам?

— Нормально, — отозвалась сбитая таким вопросом с толку удильщица. Такая смена темы... к чему она. — Что-то не так?

— Да нет, просто кстати оказалась посылка, которую Агеро просил передать тебе, узнав, что я хочу помочь тебе собраться, — задумчиво отозвалась Мария, вставляя что-то в ее волосы. — Ну вот, вроде бы держится...

Любопытство не дало ей сидеть нормально, и Тейлор вывела из невидимого режима светоч, быстро переводя одну из граней в зеркальный режим и всматриваясь в собственное отражение. Как и говорили медики, последствия микроинсульта ее лицо не затронули, и сейчас оное отличалось лишь непривычным одновременным отсутствием очков и макияжа — вот только с волосами было куда больше отличий. Лицо обрамляла всего пара чуть вьющихся прядей, тогда как остальные были убраны в достаточно массивный узел — впрочем, учитывая густоту ее волос и их длину, все волосы в узел убрать не удалось, и Мария как-то закрутила его на манер высокого хвоста, выводя волосы прямо через узел, как через резинку, и позволив оставшимся локонам спадать на спину, судя по ощущениям — где-то до лопаток. Но даже такой массивный узел держался с трудом, и поэтому ей пришлось закрепить его шпилькой...

... знакомой такой шпилькой из красноватого дерева с грубо вырезанным изображением цветка.

Шпилькой, которую она в последний раз видела пять лет назад.

У человека, которому до сих пор хотела однажды открутить голову.

— Откуда это? — порывисто выдохнула она. Мария сказала, что Агеро передал это... но откуда у него эта вещь?

— В смысле? — недоуменно произнесла Мария. — Агеро передал тебе это, вместе со шпилькой — сказал, это поднимет тебе настроение... там еще информационный чип был...

— Дай мне его, пожалуйста, — пришлось прилагать усилия, чтобы не потребовать этот чип в более ультимативной форме — и чтобы не вырвать его из протянутой руки собеседницы, вставляя в светоч. Так, один архив, текстовый файл... Она мгновенно открыла оный — и замерла, вчитываясь в строки.

"Мне жаль, что я не заметил раньше, что происходит. Думаю, ты еще на двадцатом этаже поняла, что я многого не знал... и я не стану извиняться за это. Не думаю, что ты простишь. Не после того, что мы с тобой сделали.

Я могу лишь позаботиться о том, чтобы ты больше не боялась потерять тех, кто тебе дорог. Угроза твоим заложникам устранена — Хан-Сунг завязал на себя отдачу этого приказа... и он больше никогда не сможет его отдать. Доказательство прилагается. Извини уж, что не голова — Хан-Сунг досадил слишком многим, и Мирцеа будет не прочь лично увидеть доказательство его смерти, узнав о его ошибке.

Боюсь, я больше ничем не могу тебе помочь, ученица. Но я хочу, чтобы ты знала — с нашего последнего разговора для меня ничего не изменилось. С того дня, когда мы встретились, я хотел, чтобы ты была счастлива. Пусть и по сугубо эгоистичным причинам, но я хотел этого. Я хотел, чтобы ты исправила то, что мы не смогли сделать. Я хотел, чтобы ты стала Богиней, которая исполнит наши мечты.

Учитель.

P.S.: как-то глупо это получилось. В общем, я отказываюсь от своей мечты. У всего есть цена — и уплатить такую цену за свою мечту я не готов. Поэтому лучше ты исполни свою мечту, и будь счастлива. Документы новой личности находятся в архиве; с его открытием программа заменит подпись твоих часов, и Арлен Грейс канет в небытие. Легенда создана, и тебе не о чем беспокоиться. Теперь ты свободна."

Какое-то время Тейлор сидела, оцепенев и будучи не в силах оторвать взгляд от этих строк. Джин-Сунг... какого хрена он сделал?! Нет, она не возражала против смерти Юу Хан-Сунга, в конце концов, она искренне ненавидела того ублюдка, и помощь отбрасывать не планировала, но... Происходящее просто не укладывалось у нее в голове! Мало того, что Джин-Сунг не выдал ее два года назад, когда она сорвалась и показала свое истинное отношение к FUG, так он еще убил того желтоглазого ублюдка и помог ей сбежать...

Похоже, не один Джин-Сунг не заметил того, что происходит, вплоть до последнего момента. И, похоже, он оказался не таким ублюдком, как она подумала при первой встрече. Конечно, можно утешить себя тем, что это очередной план FUG, решивших спрятать ее из-за каких-то внутренних распрей, и продолжать так же подозревать его — но учитывая, что этот чип и "вещественное доказательство" передал Агеро, и что посылка была наверняка проверена, версия не выдерживает критики.

А значит, это правда.

Значит, Джин-Сунг все-таки был на ее стороне.

— Все нормально? — голос Марии вырвал ее из полутранса. — От кого это?

— От одного... не такого уж и плохого человека, — улыбнулась через силу Тейлор, закрывая файл и кидая беглый взгляд в зеркало. Эта прическа... вместе с "вещественным доказательством" напоминала ей Юу Хан-Сунга — и поэтому она не медля вытянула шпильку из волос, позволяя тем тяжелой волной упасть на спину. Конечно, так она меньше была похожа на Арлен Грейс, да и сходство с ее предыдущим образом было слабым — но видеть напоминание о том ублюдке в зеркале было больше того, что она была готова вытерпеть сейчас. Кивнув своим мыслям, она развернулась к собеседнице...

... и придержала рвущиеся с языка слова.

В конце концов, Мария много не знает... и не стоит ее еще глубже впутывать в их дела.

— Спасибо за помощь... но не думаю, что мне это идет, — вместо этого произнесла Тейлор. — Прости. Может, пойдем? Сил уже нет тут сидеть... да и, думаю, нас уже заждались.

Какое-то время Мария буравила ее подозрительным взглядом, и Тейлор уже не знала, что делать, если она задаст вопросы — а потому утвердительный кивок от нее вызвал волну просто неописуемого облегчения. В конце концов, она и так уже втравила в свои дела слишком много хороших людей, и некоторым из них лучше просто дать возможность остаться в стороне и жить своей жизнью...

Собственно, с тем же облегчением Тейлор покидала и госпиталь. Конечно, она была рада в кои-то веки лечиться в нормальных условиях, а не на диване какой-нибудь съемной комнаты под непрекращающееся ворчание Цеффье и вспышки гнева Ангел, да и возможность отдохнуть несколько дней после навалившихся проблем была просто неоценима... но куда больше ей хотелось встретиться с друзьями, чтобы узнать, все ли у них хорошо — и поэтому она не сдержала улыбки, увидев в вестибюле две знакомые фигуры.

— Черепашка! — Рак с этими словами рванул вперед, и пришлось укреплять тело шинсу, чтобы это ящер не сбил ее с ног, с налету попытавшись обнять. — Ты как? Эти черепашки не пускали нас к тебе!

— Не пускали потому, что у кого-то глотка луженая, всех пациентов распугал бы, — лениво произнес Агеро, подходя следом. — Кстати, Тейлор... ты ничего не хочешь сказать?

Эм-м-м...

— Знаю, безмерно виновата, постараюсь больше так не делать! — поспешно выпалила та, смотря, как парень напротив лишь обреченно закатывает глаза. Черт, даже как-то совестно стало... — Мне... действительно жаль...

— Просто помни, что ты в моей команде, и подчиняешься моим приказам, — неохотно произнес парень, подходя еще ближе... и обнимая их с Раком. Черт, дружеский жест, после разговора с Марией, выглядит нихрена не дружеским! — Давайте, уходим. Нас заждались.

Верно... В конце концов, она и так заставила слишком долго ждать людей — того же Агеро, к команде которого обещала присоединиться восемь лет назад. И в том, что это обещание удалось сдержать, нет никакой ее заслуги...

... по крайней мере, она может лишь приложить усилия, чтобы подобное больше не повторялось.


* * *

— ... это было... неожиданно, — лишь произнес Лав, когда дверь палаты за посетительницей захлопнулась. — Не думал, что увижу такую реакцию...

— Да я и сам охренел, — негромко хмыкнул Рен, заваливаясь обратно на больничную койку. Да уж, учитывая, что наговорила пришедшая его навестить Анак "Захард"... — Вот наглая девочка, а? Так отчитывать офицера...

— По крайней мере, теперь не один я знаю, что ты безответственный кретин, не умеющий соизмерять собственные силы, — мстительно произнес низкорослый офицер, подмечая, как у его собеседника нервно дернулась бровь. — Но вот то, что ты можешь умереть только от ее руки...

— Не спрашивай, — в голосе лежащего на кровати собеседника мелькнули угрожающие нотки. — Просто не спрашивай. Ума не приложу, что взбрело ей в голову. Черт... она вообще знает, как это звучит со стороны?

Оставалось лишь покачать головой в ответ на эти слова. Просто потому, что если он произнесет хоть что-то, то раненый Рен, наплевав на свои травмы, попытается его убить — и будет иметь на то полное право. В конце концов, не каждому приятно, когда его уроки касаются его же самого...

... и, в конце концов, похоже, не только Лав променял черно-белый дуализм дальтоника на тот калейдоскоп цветов, который представляет из себя жизнь.

Честное слово, он сомневался практически до последнего момента. Практически вся его решимость кончилась в тот момент, когда он вместе со своими подопечными и Реном загрузился на борт суспендолета, взявшего курс на двадцать восьмой этаж — чтобы окончательно исчезнуть, когда наглый мальчишка с характерной внешностью семьи Кун несколькими хлесткими фразами снес тот фундамент, который Лав старательно укладывал последние два года, разнося и так еле держащуюся парадигму его мира.

Мира, в котором справедливость была лишь иллюзией.

Мира, в котором невозможно было понять, где друг, а где враг.

Мира, который оказался куда сложнее, чем виделось Лаву.

— По крайней мере, она практически тебя простила, — невпопад заметил Лав, отводя взгляд и смотря за окно, где невысокая фигурка девочки приближалась к компании из четырех участников. — Ты не рад?

— Просто не знаю, что с этим делать, — голос Рена звучал ворчливо. — Работать с Крылатым Древом, конечно, теперь будет проще, учитывая, что одна из участников, за которыми они присматривают, больше не жаждет столь рьяно моей крови... черт, да что же такое в лесу сдохло? А я ведь всего лишь поговорил с ней, спросил совета да вернул кулон ее матери...

Что? Он лишь перевел взгляд на собеседника, безжизненно смотрящего в потолок. Он сам понял, что сделал?

— Ну ты и придурок, — эти слова вырвались сами собой... и, судя по тому, как встрепенулся Рен, пытаться сменить тему было уже поздно. Вот черт...

— Объясни, — голос севшего на постели офицера королевских карательных войск звучал глухо. — Что ты имел в виду?

— Она знает, что ты убил ее мать... но, зная тебя, она может думать, что с твоей стороны не было ничего личного, — нехотя произнес бывший администратор испытаний. Ох, как же это объяснить? — Со смерти Анак Захард прошло уже достаточно много времени... а у тебя был шанс если не объясниться, то хотя бы поговорить с ней по-человечески. К тому же ты вернул кулон ее матери. Догадываешься, как это со стороны выглядит? Я бы на ее месте в лучшем случае подумал, что ты раскаиваешься и пытаешься отдать все долги — а в худшем раскаиваешься, пытаешься отдать все долги и собираешься умереть. В ее возрасте, в подобных обстоятельствах... лично меня бы это покоробило.

Какое-то время его собеседник молчал... а после закрыл руками лицо и глухо выругался. Хм?

— Ну я и придурок, — эхом повторил тот. — Знал же о том пари, и своими глазами видел реакцию?

— Реакцию? — недоуменно произнес Муле.

— Да... было дело, — было видно, что Биа не хочет это вспоминать. — На втором этаже, еще до моего внедрения, Анак поспорила с, хех, твоим объектом мести, увидев у нее невесть как попавший к ней Черный Март. Собственно, они обе поставили на кон свои мечи, и в результате Зеленый Апрель чуть не сменил владелицу. Не знаю, почему Эбер отказалась от клинка и вернула его прежней хозяйке — но этого хватило, чтобы Анак буквально хвостом за ней ходила, хоть и обещала отобрать Черный Март, когда испытания закончатся. Вот только не успела: Эбер отдала этот клинок на сохранение другому участнику, о чем узнала и Анак — а меньше чем через час она узнала, что Эбер мертва. А ведь еще и мать Анак отдала ей Зеленый Апрель, хотя, будь у нее этот клинок, она вполне бы могла защититься в тот день, перебив всю нашу группу...

В таком случае, он понимает, что произошло. Похоже, девочка невольно спроецировала на убийцу своей матери чувства по отношению к двум другим людям, которых она потеряла — и, едва не потеряв и его, сорвалась. Самообман как он есть... Покачав головой, Лав перевел взгляд обратно, к площадке у госпиталя, где низкорослая фигура Анак Захард приблизилась к своим товарищам. Что-то недовольно ответила аллигатору, пусть и не в полную силу, но ударила высокую темноволосую девушку, передернула плечами в ответ на возмущенный возглас светловолосого парня, недовольно покосилась на светловолосую девушку, стоящую за его спиной...

По крайней мере, она была жива. По крайней мере она не наделала тех же ошибок, что и Лав, и никого больше не потеряла. И это уже было хорошо.

— Эй, Лав, — он лишь покосился на собеседника, усевшегося поудобнее на кровати — и поморщившегося, прислоняя руку к животу. Да уж, не стоит ему бередить ранение... — Слушай, я вот о чем хотел тебя спросить. Ты как? После того, как этот мальчишка буквально проехался по тебе месяц назад, ты был не в себе...

— Я был не в себе с того момента, когда по мне проехалась Арлен... вернее, Тейлор, — невесело усмехнулся тот. Стоит только вспомнить... — Да и ты сам не молчал, помнишь? Задавал вопросы, рассыпал намеки, усердно поливал те зерна сомнения, что она всадила во время того испытания...

— И уже не раз извинился за это, — помрачнел анима. Да, не стоило напоминать об этом... — Но все-таки... в конце концов, ты многого лишился, когда мы втянули тебя в это. Потребуется достаточно времени, чтобы тот шторм дерьма, который разразился два года назад, утих — и ты лишился комфортного места, позволяющего переждать это. Что будешь делать дальше?

А что ему делать?

— ... нужен вонсулса, у нас нет вонсулса, пригодится, подходит... — с нескрываемым наслаждением оный вонсулса припомнил слова своего собеседника — и, смотря, как вытянулось лицо того, добил. — Мне сделали предложение о работе... буду инструктором, пока все не уляжется. Евразия Берри обещала, что буду работать под ее началом. Это всяко лучше, чем работать на кого-то из семьи Кун, верно?

— Заткнись, просто заткнись, — глухо произнес его собеседник. Даже жаль его стало... — Черт, стоит только подумать, сколько мне хлопот светит с ним... у-у-у, не хочу! И ведь припахал же меня к обучению аж трех участников-анима, пока я восстанавливаюсь... благо, хоть теперь можно не разрываться между его поручениями и работой!

... что?

— Ты уходишь из королевских карательных войск? Мне казалось, что ты цепляешься за место там, — теперь уже Лав отвернулся от окна, открыто смотря на своего напарника. — Или что-то изменилось?

— А ты как думаешь? — лишь выдохнул тот, махнув рукой в сторону окна. — В конце концов, Эбер жива... а значит, рано или поздно меня прихватят — незаконные не тот народ, чтобы тихо сидеть и плыть по течению. Когда вскроется, что она выжила, мне конец — а значит, надо уходить, пока еще есть шанс. Сейчас такая сумятица из-за FUG... до меня еще какое-то время никому не будет дело, и самое время залечь на дно и не отсвечивать. Если повезет, начальство посчитает, что я мертв, и вообще искать не будет. А Хачулинг... эх, похоже, мне пришло время расплачиваться за свои грехи...

Ну да... В конце концов, за что-то же ему выпало работать с выходцем из семьи Кун?

— Ладно, поправляйся, — наконец вздохнул Лав, кидая последний взгляд за окно, где компания избранных садилась в кар, прежде чем спрыгнуть с подоконника и направиться к двери. — Я пойду.

— Эй, Лав... — оклик Рена застал его уже на пороге. Хм? — Слушай, я понимаю, что поступил с тобой по-свински, втравив тебя во все это, и меня ничто не оправдывает... но прежде, чем ты уйдешь... ты так и не ответил на тот вопрос. Ты как?

А что он может ответить?

Как он чувствует себя, узнав, что совершил столько ошибок?

Как он чувствует себя теперь, когда смог хоть как-то отомстить FUG за смерть родителей?

Как он чувствует себя сейчас, когда один-единственный участник совершил то, что не удалось ему, офицеру, и оторвал убийце его родителей руку?

Однозначного ответа у Муле Лава не было. И все же...

— Я сделал свой выбор, — негромко произнес он, прежде чем обернуться и улыбнуться собеседнику. — Все ответы, которые я так хотел услышать, вся истина, за которой я так гнался... Теперь я знаю это, и этого с лихвой хватило, чтобы сделать выбор, офицер Биа. Не скажу, что я так уж многое понял, но, как сказала одна не в меру языкастая девчонка, я немного реалистичней взглянул на мир, и мне даже отчасти понравилось то, что я увидел. Это определенно было не зря, и я намерен продолжать в том же духе... а первое, что я сделаю — поблагодарю одного ребенка, который сделал то, что не удалось мне, и посмеюсь над неудачником, который потерял руку там, где я сохранил свою.

— ... неплохой выбор, — ответ Рена раздался лишь спустя несколько секунд, когда тот переварил услышанное. — Ну... думаю, мы еще увидимся?

— Непременно, — улыбнулся напоследок Лав, прежде чем выйти из палаты своего напарника и друга.

Впервые за два года, прошедших с ухода со второго этажа, у него на душе было легко.


* * *

— Значит, ты не участвовал в этом турнире, — голос собеседника через часы после долгой паузы прозвучал неожиданно, и смотревший в окно парень вздрогнул, провожая взглядом отъезжающий кар внизу, в который совсем недавно села знакомая ему девушка. — Честно говоря, я рад. Уже неделю не прекращаются репортажи о произошедшем там... хотя я удивлен, что ты избежал этого, учитывая, что там была вся остальная твоя команда.

— Следишь за мной? — лишь хмыкнул он, переводя взгляд на сферу часов.

— После того, как ты сбежал? — голос собеседника звучал скептически. — Сбежал с этой командой, о которой я предоставил тебе всю необходимую информацию? Да, следил. В конце концов, я волнуюсь за тебя — и, как я понял, не без причин. Когда мне доложили, что ты поступил в один из госпиталей на тридцатом этаже в критическом состоянии с тяжелым отравлением, я не знал, что и думать.

— Может, что я подсел на наркотики? — не удержавшись, съехидничал парень. — Сам знаешь, как это бывает...

— И одновременно с этим заполучил колотое ранение в грудную клетку? — от недовольства, прозвучавшего в ответе, он вздрогнул. Ч-черт, и это узнал! — Ты чуть не умер, сын.

— Ну, не умер же? — легкомысленно отозвался тот — чтобы услышать утробное рычание в трубке. Вот черт, раздраконил! — Прости, пап. Я понимаю, что ты волновался... но со мной все хорошо. Я справился.

— Я предпочел бы, чтобы ты вообще не попадал в такие ситуации, — устало произнес отец. Ох... даже стыдно как-то стало... — Принц... это действительно было необходимо? Твой побег с командой Кандидата, такое быстрое восхождение... не пойми неправильно, я горд за тебя, но это слишком утомительно. Да еще и это ранение...

— Да, пап, это было необходимо, — не менее устало произнес Принц, поводя плечами и пытаясь отогнать воспоминания о той ночи, когда он лежал на холодном песке с копьем в груди, захлебываясь собственной кровью, и считал последние оставшиеся ему мгновения, будучи способен лишь либо сократить их, предельно замедлив собственное восприятие времени, либо ускорить оное и продлить агонию. Этот ужас... это было невыносимо — но это было достаточной расплатой за помощь Шаше, и ему хотелось верить, что именно благодаря этому все прошло по ее плану, и никто из его друзей не умер. — Прости, что заставил тебя поволноваться... но я не мог иначе. Все мои поступки шли от моего сердца. Я не говорю, что я не ошибался... я просто жил так, как хотел. Я ни о чем не жалею, и ты постарайся не расстраиваться, хорошо?

— Если бы ты умер... я не знаю, что бы я делал, — ответ раздался только спустя несколько секунд. — Скажи мне, сын: зачем все это было нужно?

Зачем нужно?

На какое-то мгновение Принцу захотелось высказать все, что копилось годами, и все, что он загонял подальше, вместо этого заполняя мысли планами, восхождением и мечтами о чем-то больше. На какое-то мгновение он захотел честно рассказать отцу все, что он думал о его помощи, о том, что это привело к предательству Кима и чуть не убило самого Принца — но не смог.

Просто потому, что отец и впрямь любил его, и не заслуживал выслушивать такое в ответ.

Просто потому, что если в следующий раз ему меньше повезет и он все-таки умрет, отцу останется лишь жить с этой правдой, которая никому не нужна и только сделает ему больно.

— Я... два года назад я встретил людей, на которых хотел быть похожим, — ответ хоть и давался тяжело — но был не менее правдив и куда более удобен. — Неудачника из числа твоих клиентов, который не сдавался даже не смотря на то, что все было против него. Авантюристку, которая, несмотря на все стереотипы о ее расе, забиралась наверх за счет своих навыков и усердия. И — героя. Героя, который сражался даже тогда, когда все было безнадежно, который желал спасти всех, но получал в ответ лишь ненависть, который находил силы двигаться вперед, даже если заранее был обречен... Я был ослеплен ими, они стали теми, кто вдохновил меня двигаться вперед. И тогда я решил, что буду героем так же, как они.

— ... легенды говорят, что герои умирают, — голос отца звучал глухо. Ну... как бы и возразить на это нечего... — И ты чуть не умер.

— Да, было такое дело, — оставалось лишь согласиться с этим утверждением, чтобы услышать лишь невнятное бульканье от часов. Проняло, да? Принца и самого проняло... — Честно говоря, я больше не хочу этого повторять. Это было больно, это было страшно... сам не знаю, как я нашел тогда силы не молить о помощи и спасении, а продолжать делать свое дело. Моя храбрость продлилась на пять минут дольше, вот и все, что дала мне моя мечта. Но знаешь что, пап? Я понял, что быть героем не имеет смысла. Я порой вел себя как последний эгоист, причинил боль своим друзьям и заставил плакать одну девушку — но когда я пришел в себя, вернувшиеся ко мне друзья назвали меня героем только потому, что мне хватило силы воли в тот миг вести себя достойно. Мне хватило мгновения, чтобы стать героем... и с меня хватит. Лучше уж я постараюсь потратить всю оставшуюся жизнь, чтобы стать достойным человеком. Надеюсь, у меня получится.

Какое-то время отец молчал, и Принц не знал, что думать. Конечно, отец — избранный, вот только он так и не получил разрешения на переход в Е-ранг, и не сможет ему тут ничем помешать... лично. Не лично же? У него вполне достаточно знакомых, деловых партнеров и благодарных клиентов — без иронии! — которые вполне могут прислушаться к нему и сделать пару одолжений, которые вполне могут затруднить восхождение Принцу.

— Кажется, я упустил кое-что в твоем воспитании... но я рад, что ты сам это понял, — он не сдержал улыбки, поняв, что именно сказал отец. — Я... не буду мешать тебе. Но пообещай мне быть осторожным, хорошо?

— Обещаю, — парень лишь невесело усмехнулся, солгав отцу. В самом деле, он еще не дошел до D-класса, но чуть не умер... а что будет дальше? Нет... лучше не волновать отца, тем более, раз уж он все-таки намерен следовать за своей мечтой. — Не волнуйся, пап, все будет хорошо. Я научился новым приемам, обзавелся хорошими и верными друзьями, понял кое-что важное... Со мной все будет хорошо, я обещаю.

Именно на этих словах дверь палаты прошелестела, открываясь — и, заметив отражение в оконном стекле, парень улыбнулся, но на этот раз — совершенно искренне. Теперь ему и самому верилось, что все будет хорошо...

— ... ладно, береги себя, — наконец произнес его собеседник. — И не заставляй меня больше волноваться.

— Не буду, обещаю, — еще раз солгал Принц, прежде чем отключить соединение и повернуться к двери, окидывая взглядом девушку, так и не решающуюся пройти внутрь. — Прости, что заставил ждать.

— Тебе... не за что извиняться, — голос его собеседницы звучал глухо. — Наоборот, мне стоит просить прощения...

— Ты и так достаточно просила прощения у Руки Арлен, Шаша, — лишь усмехнулся он, замечая, как вздрогнула та. Похоже, ей этот месяц дался тяжело... и, похоже, он проспал слишком многое. Удрученно вздохнув, Принц лишь улыбнулся, протягивая руку замершей у порога девушке. — Давай, проходи и садись. Я потерял слишком много времени, валяясь тут... не расскажешь, что я упустил?

— ... обязательно, — несмело улыбнулась Шаша, проходя в комнату.

И протягивая ему руку в ответ.


* * *

На своем веку Леро Ро повидал немало мастерских адептов света — особенно тех, кто сами занимались начинкой своих светочей, не доверяя ремонтным мастерским, и разваливающийся грузовик, брошенный на лесной тропе у подножия гор, был не самой худшей мастерской из всех, что он видел. Да, грузовик выглядел полуживым, и модель была устаревшей — но располагающаяся внутри него лаборатория была добротной, и было видно, что ее старательно поддерживают в рабочем состоянии, начиная от стационарного терминала и заканчивая верстаками, на которых лежали полуразобранные мины.

— Вполне неплохо для "путешественников", — наконец произнес он, оборачиваясь к своему собеседнику. — Было непросто создать подобное в ваших условиях, не так ли?

— Нунг хорошо постарался, обустраивая ее, — слабо улыбнулся сидящий в инвалидном кресле парень, с ясно читаемой ностальгией смотря на грузовик. — Я лишь доставал деньги на переоснащение и порой воровал технику, вот и все. Именно он создал эту лабораторию... и он сделал ее нашим домом. Мы почти четыре года колесили в этой развалине по нашему родному этажу, веселились, били морды зазнавшимся ублюдкам... а он перечеркнул все это. Офицер Ро, что заставляет людей предавать?

И вот что ему ответить на это, а?

— ... когда как, — лишь пожал плечами в ответ Леро, отводя взгляд от испытывающе смотрящего на него мальчишки. — Порой виной тому накопившиеся эмоции — ненависть, зависть, презрение... Мы можем не заметить, как меняется человек, видеть лишь его образ, видеть самое светлое, что связано с ним, и не замечать, что он чувствует. Но куда чаще встречается предательство другого типа — когда человек решает, что есть что-то важнее, чем все, что есть у него, и он бросается вперед, как альпинист, который избавляется от лишнего груза, карабкаясь в гору. Так или иначе, люди предают, когда появляется нечто, что перевешивает то, что они предают. Мечты, долг, друзья... Каждый из нас в жизни сталкивается с моментом, когда мы кладем на одну чашу весов то, что у нас есть, тогда как на второй лежит то, чего мы хотим.

— И что перевешивает? — взгляд Бао стал пристальным.

— То, что мы захотим, — негромко отозвался мужчина, через силу смотря на своего помощника. — Только мы сами решаем, насколько тяжел груз, лежащий на той или иной чаше, и насколько ценно то или иное. Предавать или быть верным — вопрос выбора, который каждый делает сам.

— И Нунг, значит, тоже выбрал, — негромко произнес парень, наконец отводя взгляд и вновь оглядывая заброшенный грузовик. — Видно, Эмили показалась ему важнее всего... наверное, я должен злиться, что она была важнее меня, но как-то не получается. Смешно, не правда ли? Я лишь в недоумении — в конце концов, Нунг не только меня предал.

Хм?

— А кого еще? — повернулся к нему офицер.

— Себя, — ультимативно ответил "путешественник". Вот как, да? — Нунг, он... Мы встретились с ним шесть лет назад — и когда он узнал, что со мной сделали и почему, он загорелся идеей помочь другим "путешественникам", чтобы подобного больше не случилось. Именно поэтому мы мотались по нашему этажу, именно поэтому вытягивали из задниц разного размера наших товарищей по несчастью... Он был слишком добр, чтобы позволить кому-то так же страдать, как страдал я — но перечеркнул все это ради Эмили, был готов убить кого-то ради нее. Наверное, она действительно ему важна, раз он отказался от столь многого ради нее... знаете, в других обстоятельствах я бы даже порадовался, что он нашел кого-то, кто настолько важен для него — в конце концов, Нунг всегда был одиночкой, и меня тяготило, что я был его единственным другом. Но сейчас? Я не знаю, что мне делать. Нунг, которого я знал, мертв.

Да уж... Похоже, информация о том, что паралюди после триггеров превращаются в эмоциональные развалины, все-таки подтвердилась. Леро Ро лишь покачал головой, окидывая взглядом собеседника — и его состояние было прекрасно понятно: если бы Квант точно так же предал его, Леро сам бы находился в такой рассеянности. Вот только не один Бао не знал, что делать: Леро сам не знал, что делать со своим помощником. Перспективный мальчишка с неплохими задатками и безусловно полезной способностью был слишком полезным кадром, чтобы его отпускать в вольное плавание, не говоря уже о том, что он являлся парачеловеком, которых отпускать вообще категорически не рекомендовалось — но, с другой стороны, он и так уже достаточно пострадал, как физически, так и эмоционально, и остатки совести не позволяли Леро еще сильнее втягивать его в происходящее. Куда паршивей было то, что Нунгу действительно было некуда идти: его травма сама по себе была достаточно серьезна, а имплантированный наспех дьявол мог пойти вразнос — о чем речь, даже операцию ему до сих пор не стали проводить, и не станут, пока не оправится от травм занимавшаяся имплантацией ученая...

Логичным было бы предложить этому ребенку остаться. Вот только причин, почему он должен это сделать, и почему он должен быть верным Крылатому Древу, Леро Ро найти не мог.

— И что ты будешь делать дальше? — вместо этого спросил он.

— Честно? — сидящий в инвалидном кресле парень лишь покосился на него. — Понятия не имею. Я, конечно, благодарен вам, офицер Ро, что вы вытащили меня с "Архимеда", пообещали поставить на ноги и даже позволили съездить сюда... но я не знаю, что мне делать. Даже не так — нет смысла что-то делать. Все, для чего я жил последние шесть лет, обратилось в пепел. Мой друг мертв, я сам не знаю, сколько проживу... и я уже раздал все долги. Не вижу смысла преследовать Нунга и разрушать его жизнь, не вижу смысла продолжать, как прежде, надирать задницы ублюдкам всех мастей — даже забиваться в какую-то дыру не имеет смысла. Впрочем... у вас же есть какие-то планы? Иначе бы вы и не спрашивали, верно?

Невеселая улыбка сама скользнула на лицо. Действительно, умный мальчишка...

— Есть кое-что... не хочу пока что говорить, чтобы не сглазить, но твоя помощь может пригодиться, — вздохнул Леро, отводя взгляд от собеседника. — Твой дар, твои навыки... они неплохи даже по меркам участника D-класса, и поэтому я бы советовал тебе ожидать, что рано или поздно тебе предложат работу. Все, как у нас водится — неплохая оплата, обучение, соцпакет, медицинская помощь при необходимости... ну и еще достаточно путешествий по работе.

— Достаточно... путешествий? — парень, кажется, правильно понял, что скрывалось за этими словами. — Но я же... не...

— Не избранный? Но ты смог проникнуть на борт "Архимеда" — а у наших специалистов навыки повыше будут, — пожал плечами мужчина, пытаясь подавить усмешку от вида вытянувшегося лица подопечного. — Конечно, это алиби не будет идеальным, и постоянное восхождение тебе не светит — но периодически ты сможешь работать в зонах испытаний, когда Крылатому Древу что-то там понадобится... и в то же время, может, ты найдешь, ради чего стоит продолжать жить.

— ... продолжать жить, да? — задумчиво произнес "путешественник", переводя взгляд на грузовик — в котором именно в тот момент что-то щелкнуло. Хм? — А знаете... это звучит. К тому же... у меня еще будет шанс увидеться с Нунгом?

Что?

— Ты уверен, что хочешь этого? — негромко отозвался офицер. Стоит только вспомнить, в каком состоянии он вытащил своего помощника с "Архимеда"... — В конце концов... мне казалось, что ты для себя все выяснил.

— Кроме того, что делать дальше, — в голосе его собеседника прозвучали металлические нотки. — И, надеюсь, та встреча мне поможет. Я хочу узнать, почему именно Нунг решился на подобное...

... и, походу, если мальчишке не понравится ответ, он просто убьет своего бывшего друга.

Леро Ро не в первый раз видел подобное. Даже если не говорить о восхождении — уже во время работы в Аду Эванкхелла чуть ли не каждый год он видел, как участники, вроде бы сдружившиеся в ходе распределительного теста, идут друг на друга, и хорошо, если без какой-то личной подоплеки. Но если один друг разочаровывался в другом, если один предавал доверие другого, все было куда поганей — и куда более кроваво. Вот и сейчас он видел, что Бао врал, говоря, что друг для него мертв, и что он не знает, что делать дальше. С таким выражением лица его ученики обычно шли искать ответы — и когда находили оные, они срывались.

Он видел достаточно подобного дерьма. И ему хватило.

— Тогда я поднатаскаю тебя, — собственный голос звучал глухо — но недоуменный взгляд сидящего в инвалидном кресле парня помог взять себя в руки. В конце концов, он и так слишком много показывал свои эмоции... — Не думаешь же ты, что с твоими текущими навыками ты далеко зайдешь? Не спорю, они хороши даже по меркам узкоспециализированных адептов света D-ранга... но и тебе придется столкнуться не с простыми участниками. Если не хочешь чтобы каждая операция заканчивалась для тебя так же, тебе придется поработать над собой.

— Я и не отказываюсь, — ответом была лишь усмешка собеседника. — Спасибо за предложение, офицер Ро. Я не разочарую вас.

Не разочарует? Ну-ну. Не разочарует его этот ребенок лишь в одном случае — если останется в здравом уме после встречи со своим бывшим другом... над чем еще надо поработать. Впрочем, на это время у него еще есть.

И он это время не упустит.


* * *

Ему всегда было легче работать, начиная с вечера и заканчивая ночью, пока окружающие веселились или ложились спать — столь необходимая тишина и отсутствие лишних раздражающих факторов, к примеру, цирка на выезде в виде его текущей команды. Даже раньше это имело значение — но в последнее время, после обретения его способностей, ночь стала временем, когда он может работать без головной боли, не отвлекаясь на какофонию чужих эмоций и порывов.

К примеру — наконец встретиться с Хачулингом, который всю эту неделю улаживал другие проблемы.

— ... вот уж недаром говорят, что лучший и единственный план, выдерживающий столкновение с реальностью — импровизация, — хмуро буркнул себе под нос родственник, наконец выслушав Агеро. — Повезло, что никто из наших особо серьезно не пострадал...

— Да, лишь чудом не было невосполнимых потерь, — покачал головой Агеро, бросив настороженный взгляд на собеседника. — Ты сам-то как? После встречи с Каракой...

— Он не успел толком разойтись, а я быстро восстанавливаюсь, — криво усмехнулся Хачулинг, откидываясь на спинку своего кресла. — Скорее уж, пострадала моя гордость... подумать только, мой ученик у меня на глазах назвал своим учителем другого человека!

— Звучит, будто ты ревнуешь, — поддел собеседника младший из родственников, усаживаясь на подоконник — и, насладившись ответным взглядом, полным чистейшей и искренней ненависти, продолжил. — Честно говоря, у меня в голове не укладывается, что он все-таки выступил на нашей стороне.

— Знаешь, вот от тебя я не ожидал это услышать, — недовольно отозвался старший. Ну... учитывая, что ему все же пришлось открыть, от кого он получил информационный чип, чтобы проверить содержимое информации на оном... — Учитывая, что ты ушел живым после встречи с "дьяволом-убийцей из семьи Ха"... я даже не знаю, начинать мне бояться твоей силы, или радоваться, что Ха Джин-Сунг так размяк.

— Скорее второе, — оставалось лишь пожать плечами, прежде чем обернуться, бросая взгляд за окно. — Он сказал, что мы похожи больше, чем кажется...

— Так, вот только без резни мне тут! — ответ собеседника был только наполовину шутлив — Агеро буквально кожей ощущал чужую опаску. — И вообще... поаккуратней, хорошо? Ох, кажется, испортил я тебя...

— Не рассчитывай, это не твоя заслуга... ты лучше уж от Баама держись подальше, — предупреждающе произнес адепт света. — Ему сейчас и так нелегко, не нужно еще больше расшатывать ему психику.

— А что я? Моя вина, что ли? — оскорбленно произнес скаут. Да ну? — Уж не знаю, с чего он так себя накрутил... но я тут точно не при чем. Подожди немного, поиски психотерапевта в процессе.

— Сейчас им занимается Андросси... и, судя по тому, что я видел — достаточно успешно, — лишь покачал головой в ответ участник. Да уж... Андросси на что стерва-стервой, но добиваться своего умеет — и у Баама нет никаких шансов закрыться в себе в ее обществе. Можно было бы даже поблагодарить ее, не означай это признать себя ее должником. Кстати... — Меня другое волнует. Хачулинг, ты говорил, что попытаешься найти след Элии...

Судя по всему — нашел. От Хачулинга понеслась такая волна вины, что Агеро недоуменно повернулся к нему, отвлекаясь от вида за окном. Чтобы Хачулинг, да в чем-то винил себя? Похоже, дело и впрямь серьезное...

... и остается лишь надеяться, что Элия жива.

— Об этом... — было видно, что офицер не хочет говорить на эту тему — но под пристальным взглядом он лишь удрученно вздохнул, прежде чем продолжить. — Да, я напал на ее след. Номер ее часов был зарегистрирован при переходе на тридцать первый этаж, при стандартной проверке допуска. Как раз в день экзамена, ровно за пять минут до объявления изоляции на "Архимеде".

— Постой, я не понимаю, — лишь помотал головой Агеро. Элия покинула этаж? В самый разгар событий? — Больше ничего не удалось узнать?

— Мне пришлось заплатить за эту информацию... и предупреждаю, она тебя не обрадует, — Хачулинг лишь отвел взгляд, старательно смотря в сторону. — Я смог узнать идентификаторы почти всех остальных часов, находившихся на борту того суспендолета. У двух из них был стандартный допуск Мастерских, идентификатор еще на одних был перебит какой-то программой... но номера оставшихся двоих тебе не понравятся. Одни из них принадлежат участнице, имеющей право перехода на тридцать пятый этаж... тебе она знакома только по отчетам Рена. Лиен, адепт света из команды Риффлезо, связанной с FUG.

Черт, это хреново. Если Элия вместе с ними — она либо похищена, либо... он даже думать не хочет.

— А второй? — собственный голос звучат глухо.

— Вторые часы принадлежат нашей общей знакомой, — голос же собеседника, напротив, донесся словно издалека. — Эмме Барнс.

Черт возьми...

Агеро лишь обессиленно выдохнул, ощущая, как складывается мозаика. Элия ведь не раз и не два хоть в шутку, но говорила, что ей пригодится незаконный, и с тем же предлогом пыталась капать на мозги Бааму, за что сам Агеро ее нещадно гонял — и в то же время Хачулинг отрядил ее присматривать за Эммой, по возможности сдружиться с той и быть готовой в любой момент нанести удар. Вот только он не учел, что Элия всегда в первую очередь следовала своим целям... а еще была вопиюще непрофессиональна. Она была с ними ради процесса, ради адреналина, ради веселья, о котором столько распиналась в их встречу на двадцатом этаже — и ему стоило бы запомнить, что люди вроде нее легко предают, стоит им только заскучать или же найти кого повеселее, как они сами говорят...

... и, похоже, она нашла, как отомстить ему за то предательство. Предать в ответ, когда он забудет думать об этом, когда он перестанет искать подвох — да еще и предать так, чтобы дорогие ему люди оказались под угрозой, а рыжая дрянь, которую он жаждет удавить своими руками, избежала возмездия? Это была действительно великолепная месть, и будь на его месте кто-то другой, Агеро лишь поаплодировал бы сестре. Но сейчас?

Сейчас он просто не знал, что делать.

— Большому кораблю — большие в трюме крысы... — лишь произнес он присказку сестры, устало потерев виски. Черт, Элия... что она вообще задумала? Учитывая, что она знала об операции "Эвридика", учитывая, что она знала о планах атаки на объекты FUG... это было просто глупо, а Элия никогда так не глупила, чтобы осознанно выбирать проигрывающую сторону. — Да уж... красиво она нас сделала. Я даже со своим даром не понял, что она готовит что-то.

— Да и мне опыт не помог, — мрачно произнес старший родственник. А что тут еще можно сказать? Похоже, Элия в совершенстве научилась лгать, чтобы обмануть даже офицера... ну, она не первая, и вряд ли последняя, кто смог сделать это. — Не знаю, что и делать. Она знала, конечно, не слишком много — но вполне достаточно, и сейчас вся эта информация уже должна быть в распоряжении FUG. И самое паршивое то, что Элию достать в ближайшее время не выйдет. Твоя сестрица не дура, понимает, что с нашей стороны логичней всего будет ее ликвидировать, пока она не рассказала все, что знает — а потому она заляжет на дно. Поиски, конечно, начнут... но сейчас из-за этой катавасии с FUG у нас маловато людей. Вряд ли мы ее скоро найдем.

— Я бы подозревал подвох, если бы мы ее так скоро нашли, — недовольно произнес младший. С Элии бы сталось... нет, сейчас он не хочет об этом думать. — Хачулинг... как я понимаю, дальше нас с тобой эта информация еще не ушла?

— Я объявлю остальным на совещании через неделю, — покачал головой тот, устало потирая виски. Да уж... дерьмо, кажется, уже взяло курс на вентилятор. — Кстати, поздравляю, братишка! Твоя стажировка завершена. Гордись — ты первый член Крылатого Древа, который получил крыло еще до получения офицерского звания.

— Как я понимаю, скоро будут еще двое — просто чтобы заявить на них свои права, на всякий случай, — слабо улыбнулся адепт света. После всего произошедшего... да, лучше уж перестраховаться и прикрыть уязвимости со всех направлений. — И, как я понимаю, остальное может подождать до общего сбора?

— Иди уже... как будто я не понял, кого ты высматриваешь за окном, — хмыкнул скаут, покосившись на самого Агеро. Кхм... — Все равно ты сейчас не сможешь сосредоточиться ни на чем другом, верно?

— Предпочту не проверять, — оставалось лишь слабо улыбнуться, поднимаясь с подоконника, прежде чем направиться к двери. — Спасибо за помощь... брат.

— Ой, ты наконец-то признал это?

— ... заткнись. Просто заткнись.

Тейлор он нашел там же, где видел из окна — в саду, окружающем пансионат, и, заметив ее, замедлил шаг, украдкой разглядывая ее и подмечая изменения. Белая блузка и светлая юбка, найденные в ее вещах при поиске маячков и прочих сюрпризов, резко диссонировали что с ее образом со второго этажа, что с обликом Арлен Грейс — сильнее всего ее выдавали длинные волосы, знатно отросшие за несколько лет, но, учитывая не слишком яркую и приметную внешность Тейлор, вряд ли случайный человек свяжет ее теперь с пропавшей восемь лет назад незаконной. Вот только...

Удрученный вздох сдержать не удалось.

Агеро прекрасно понимал, что сейчас ничего не закончилось. Да, FUG получили знатную оплеуху, и какое-то время будут заняты своими делами. Да, Крылатое Древо показало себя во всей красе, а за выступление против "признанного" зла они получат своеобразные преференции — какое-то время на их дела будут закрывать глаза, как говорится, победителей не садят. Но... у всего есть предел — и возвращение в мир живых "погибшей" восемь лет назад незаконной просто не оставят без внимания, а если кто-то додумается сопоставить многозадачность Тейлор с тем, что Арлен Грейс показала на турнире, за них возьмутся всерьез. Джин-Сунг с его подарком оказался прав — Тейлор просто нельзя продолжать восхождение под своим именем и с лицом, которое могут так просто узнать, а значит, скоро этот образ опять исчезнет, сменившись еще каким-нибудь.

Но это будет потом. Не сейчас.

— ... Кун? — вырвал его из мыслей негромкий голос Тейлор — и он мотнул головой, переводя взгляд на девушку, сидящую на лавочке вдоль одной из дорожек и крутящую в пальцах переданное Джин-Сунгом "вещественное доказательство". Черт... Это был один из тех немногих случаев, когда Агеро не знал, что он должен чувствовать. С одной стороны, он должен радоваться, что тот сукин сын сдох, но с другой же... ладно, его злило, что Тейлор тоже это радует. Восемь лет назад она, наверное, была бы в ужасе оттого, что кого-то убили ради нее, а сейчас же даже без его способности можно читать на лице девушки тихую радость. Да уж, многое изменилось за эти несколько лет...

— Прости, задумался, — лишь произнес он, подходя вплотную. — Не спится?

— Да... я слишком долго провалялась в больнице — сон просто не идет, — повернувшись к нему, смущенно улыбнулась Тейлор. Если уж вспомнить, почему она там оказалась... — Честно говоря, я даже немного боюсь засыпать...

Хм?

— Что-то случилось? — нахмурился Агеро, перебирая в памяти события длинного дня. Вот Мария заявила, что хочет помочь Тейлор собраться и быстро раскололась, что хочет переговорить перед своим отлетом, вот они встретились с Анак и вместе покинули территорию госпиталя, вот добрались до пансионата, притом, он сразу рванул по знакомым, которыми здесь уже успел обзавестись, собирая информацию... нет, все-таки он мог что-то упустить.

— Арахна... мы с ней договорились, и она максимально снизила расходы шинсу, — негромко отозвалась сидящая напротив девушка. Что? Это еще зачем? — Ей пришлось использовать слишком много сил, чтобы нормально действовать в месте, где так долго хранился Шип и воздействовать на других спутников, так что еще несколько дней она пробудет в режиме экономии энергии, накапливая запас шинсу взамен растраченного. Она сейчас урезала все по максимуму, ослабила мою силу... не стала деактивировать лишь затем, чтобы я не осталась совсем уж беззащитной. Так минимизировала все свое проявление... я даже не могу с ней общаться во время сна, и вместо этого вижу нормальные сны. Знал бы ты, как я отвыкла от них за восемь лет! Но... хуже всего то, что я не могу понять, реальность это или сон. Все это слишком хорошо, чтобы быть явью...

— А мне, наоборот, кажется, словно я от кошмара очнулся, — ободряюще улыбнулся парень, садясь рядом. Вот оно, значит, в чем было дело... да, порой ему тоже бывало трудно поверить в реальность происходящего — но теперь все закончилось. — Все будет хорошо.

— Да... и спасибо тебе за это, — повернулась к нему собеседница, убирая от лица слишком длинные пряди. — Это было настоящее чудо. Спасибо тебе... Кун.

— Звучит так, будто ты в меня не верила, — не упустил тот шанса поддеть сидящую рядом девушку. И, раз уж зашла речь... — Кстати, помнится мне, на Сефии ты называла меня по имени.

— ... не знала, как ты к этому отнесешься, — он буквально кожей ощутил смущение, исходящее от подруги. М-да... В такие моменты можно легко поверить, что за эти восемь лет все-таки ничего не изменилось. — В конце концов, восемь лет назад ты...

— Просил называть себя по фамилии? — хмыкнул Кун, откидываясь на спинку скамейки. — За восемь лет многое изменилось...

В следующий миг они пожалел, о чем сказал — обволакивающее чувство смущения, буквально исходящее от собеседницы, заметно разбавилось ощущением страха и неловкости, словно она хотела оказаться где угодно, но не здесь. Черт... и он сказал, что многое изменилось? Кажется, будто он снова топчется по минному полю, которое представляют из себя эмоции собеседницы, и не может предугадать, где и когда рванет. И ведь не спросишь же!

Впрочем, а почему бы и нет? Как показывает горький опыт, многие бы проблемы можно было разрешить простым разговором, проведенным вовремя — и сейчас как раз подходящий момент.

— Ты же не собираешься уйти? — наконец произнес он, заметив, как собеседница пытается встать со скамейки. Ничего себе, какая острая реакция! — Тейлор... все в порядке?

— Конечно, — ответ повернувшейся к нему Эбер отдавал ложью. Да ну? — Просто... хочу немного посидеть тут. Не хочу возвращаться в свой номер. Я последние два года только и делала, что отсиживалась в своей комнате или мастерской практически все время, кроме тренировок и испытаний... не хочется так быстро запирать себя в четырех стенах.

Ладно. Немного правды тут есть. Но — далеко не вся правда. Агеро лишь прищурился, наблюдая, как Тейлор старательно отводит взгляд. Что-то определенно случилось, и он не намерен упускать это из виду. В конце концов, он прекрасно знает, что эта дурная девчонка склонна отталкивать людей, не позволяя им лезть в ее дела — и недаром он восемь лет назад включил в условия сделки пункт, что она не сможет покинуть его команду без объяснений. Это должно было придержать ее, дать ему время...

... которое сейчас как раз так есть. И его вполне можно использовать, чтобы выяснить правду и подстраховаться.

— Идем, — поднялся на ноги он — и, заметив недоуменный взгляд собеседницы, продолжил. — Давай, раз уж не хочешь возвращаться в номер — пройдемся немного, а я покажу тебе город. Моя команда отдыхала тут какое-то время два года назад, так что я тут все неплохо знаю. Думаю, у тебя не было возможности толком осмотреться, когда ты в прошлый раз была на этом этаже?

— В первый свой визит сюда я похищала Цеффье, во второй — готовилась дать деру, — натянуто улыбнулась проводник. Ну, хоть какая-то реакция... — Да, ты прав.

— Я всегда прав, — несколько покривил душой адепт света. — Давай, идем. Заодно и проветримся перед сном — самое то, если у тебя много неизрасходованной дурной энергии...

Ответом была лишь усмешка собеседницы. Ну, с тем, что энергия именно что дурная, она не спорит... а вот с остальным, наверное, ему придется поспорить. Ну ничего — он справится.

На крайний случай, у него есть весьма и весьма мощный аргумент в виде своего дара.

Пусть даже этот аргумент и не хочется применять.


* * *

Город Меная был красив. Раскинувшийся на берегу моря и утопающий в зелени, Тейлор он напоминал фотографии со средиземноморских курортов, куда когда-то, еще в детстве, ездила семья Эммы, а потом бывшая подруга целый вечер разбирала фотографии в ее компании. Это место не было похоже ни на замерзающее море на седьмом этаже, с которого на поселение избранных накатывали холодные ветра, ни на футуристичные парящие города семьи Йеон на двадцать третьем — просто уютный город с белыми зданиями, сейчас выглядящими невероятно живописно в свете фонарей, тогда как тени от деревьев создавали буквально клубящиеся облака на тротуаре. Такая атмосфера словно помогала расслабиться, и Тейлор не сразу заметила, как разговорилась, отвечая на вопросы Агеро. То, как она познакомилась с Ангел и Джаем, то, как изменились за эти восемь лет их товарищи — обо всем этом они говорили на пустых улицах города...

... или не совсем пустых?

Тейлор лишь недоуменно взглянула на Агеро, когда тот замедлил шаг — а проследив взгляд друга, замедлила шаг и она, смотря на стоящего у припаркованного кара незнакомой модели высокого мужчину в белом костюме и накинутом на плечи белом же плаще, который, в свою очередь, с каким-то непонятным интересом смотрел в их сторону. Случайный прохожий? Нет, интерес слишком явный. Может, какой-то знакомый Агеро?

Впрочем, ответ на этот вопрос она получила, когда они достаточно приблизились к стоящему мужчине.

— Доброй ночи, офицер Бидоу, — вежливо — невероятно вежливо для него! — произнес Агеро, кивая собеседнику. Бидоу? Если офицер — значит, и член Исследовательской Ассоциации, о которой ее особо предупреждала Рьюн? — Не думал встретить вас тут... в конце концов, я слышал, что после турнира на "Архимеде" была введено особое положение в связи с расследованием, и блокада была снята только сегодня.

— Все может надоесть, юный Кун... в конце концов, изоляция в течение недели, когда вокруг происходит столько интересного — слишком большое испытание для моего любопытства, — добродушно хмыкнул его собеседник. Теперь, когда они оказались достаточно близко, можно было рассмотреть и бледное лицо со словно точеными чертами, и аккуратно подстриженные светло-каштановые волосы, и тонкую оправу очков, что тоже о многом говорит... — Говорят, что отряды Крылатого Древа громят ряд баз и объектов FUG. Говорят, что Ха Юри Захард как-то смогла достать информацию о местонахождении этих объектов, и стравила Крылатое Древо с FUG. Говорят, что одного из Убийц, Караку, видели на этом этаже с отсутствующей по локоть рукой... и, говорят, восходящая звезда FUG, Кандидат в Убийцы Арлен Грейс пропала без вести — на арене испытаний, где ее видели в последний раз, нашли только ее визор. Столько интересного, не находишь, юный Кун? Знаешь, я даже немного завидую тебе. Наблюдать за происходящим с борта "Архимеда" — одно дело, но совершенно другое — быть в центре событий, пусть даже для этого и пришлось покинуть турнир.

Чем дольше мужчина говорил, тем больше Тейлор становилось не по себе. Конечно, Агеро знает этого человека... но такое ощущение, что за каждой его фразой скрывается с десяток намеков, и солидная их часть является не особо завуалированными угрозами.

— Да, это действительно досадно... но, к сожалению, чем-то приходится жертвовать, — стоящий рядом парень чуть напрягся — но, тем не менее, это было заметно. — Жаль, что так вышло. В конце концов, вы передавали мне приглашение на турнир...

— А он оказался практически сорван... да уж, это плевок в лицо организаторам, — от взгляда светло-карих глаз мужчины прошелся мороз по коже. — Вопиющее нарушение правил турнира участниками, связанными с FUG, вмешательство офицеров из Коммерческой Гильдии, присутствие офицеров FUG, ряд диверсий на борту "Архимеда", вышедшие из строя патрульные, кража части патрульных, находящихся в консервации, разгром одного из секторов, сбой системы безопасности в изоляторах, который привел к побегу нарушителей...

Ой. Кажется, теперь она понимает, что к чему. В конце концов, даже она знала, что Исследовательская Ассоциация тесно связана с Мастерскими — и если этот Бидоу и впрямь работает на Мастерские, то он настроен отнюдь не дружественно, после всего случившегося, и имеет право предъявлять претензии.

— Действительно... страшное оскорбление, — голос Куна звучал глухо. — Как я понимаю, виновники уже найдены?

— Королевские карательные войска задались и этим вопросом тоже... но все виновники, которых они нашли — сбой в автоматике да халатность моей ученицы, поддержавшей офицеров FUG, — удрученно вздохнул Бидоу, прежде чем перевести взгляд на саму Тейлор... стоп, ученицы? Та Рейчел, сопровождавшая их группу и оказавшаяся той самой девушкой, которую искал Баам — и есть его ученица? — Впрочем... я рад, что хоть кто-то получил свое. В конце концов, Орфей освободил свою Эвридику, не так ли, юный Кун?

Что?!

Она еле сдержала судорожный вздох. Эти имена... легенда с Земли... откуда кому-то в Башне ее знать? Ладно — названия пяти крупнейших кораблей Мастерских, к созданию которых, по слуху, приложил руку По Бидоу Густанг...

Стоп.

Тейлор замерла, ошарашенная пришедшей ей в голову мыслью. Если это так... если она права... Пожалуй, несколько лет назад она бы сказала, что таких совпадений просто не бывает — но в ее жизни бывает все, каким бы невероятным это ни было, и встреча с одним из глав великих семей не так уж и невероятна, с ее-то дрянной удачей. Не вызывает досады даже собственное состояние, ни парализованная рука, ни молчащая Арахна: даже будь она в форме, она бы ничего не смогла противопоставить противнику такого уровня, пожелай он ее убить.

— Это не... Тейлор? — прервавшись на полуслове, Агеро положил ей руку на плечо. Верно, его способности... — Что случилось?

— Ничего страшного, — демонстративно-спокойно произнесла она. В конце концов, если ее захотят убить, от страха никакой пользы не будет — а если удастся разойтись миром, то и бояться не имеет смысла... — Просто... не ожидала услышать тут эту легенду, учитывая, откуда она родом. Мне казалось, в Башне неизвестна мифология земель за ее пределами.

Этих слов Агеро хватило, чтобы понять — и совершенно другими глазами взглянуть на их собеседника. Значит, он не знал? Впрочем, это не так уж и удивительно — вряд ли Агеро стал бы так просто разговаривать с главой семьи Бидоу.

— А я-то думал, что в FUG учат знать своего врага в лицо... — иронично хмыкнул их визави, отходя от кара и поправляя оправу очков. — Особенно — такого врага, как главы великих семей.

— Увы, любая система образования имеет свои недостатки, господин По Бидоу Густанг, — нервно улыбнулась Тейлор. — Либо теория, либо практика, либо практически нулевой результат в обоих направлениях. В сжатые сроки трудно многого достичь, особенно обучаясь с нуля.

— Вы... — кажется, Агеро никак не мог уложить в голове масштаб проблемы — но таким бледным Тейлор не видела его восемь лет, с самой битвы за корону, когда напарник осознал, кем является Анак. — Вы... почему?

— Кто знает? — лишь пожал плечами Густанг. — Наверное, хотел посмотреть, сошел с ума Мирцеа или просто обнаглел, решив использовать это имя... не знаю, так просто и не понять. Знаешь ли ты, дитя, о настоящей Арлен Грейс, в честь которой он и назвал тебя?

— Знаю... но далеко не все, — напряженно отозвалась девушка, ощущая иронию момента. А ведь сегодня, в день выписки, Мария привезла ей из ее вещей ту самую белую блузку и светлую юбку, которую несколько лет назад Рьюн презентовала ей для встречи с Мирцеа... — Лишь то, что Арлен Грейс и еще один человек вошли в Башню вместе с вами, вместе с вами добрались до вершины освоенной части Башни... и о том, что послужило причиной исчезновения настоящей Арлен Грейс.

— Тогда ты понимаешь, дитя, каких размеров на тебе нарисована мишень, — слова мужчины откровением не стали. В конце концов, еще со встречи с Мирцеа, Тейлор прекрасно понимала, что некой Арлен Грейс рано или поздно заинтересуются не только как Кандидатом — и что она может не пережить этого интереса. — То, что ты решила смыть ее — уже хорошо... но раз тела Кандидата обнаружено не было, тебя будут искать.

А когда найдут...

Невеселую ухмылку подавить не удалось.

Тейлор не страдала самообманом — и прекрасно понимала, что она не заменима. Даже семь лет назад, когда Мирцеа утвердил ее в качестве Кандидата, ее вполне могли заменить Эммой, случись что — а теперь FUG известно и о Бааме, и еще остается шанс, что Кента рано или поздно себя обнаружит. И, в таких обстоятельствах, есть лишь два варианта, как с ней могут поступить: во-первых, FUG может продолжать гнуть свою линию, если информация о ее предательстве не ушла дальше Риффлезо, а перед остальными можно и оправдаться, а во-вторых — раз уж она так сильно засветилась и рано или поздно ее прихватят только из-за имени, ее могут постараться заменить Эммой или Баамом, на которого тоже можно найти рычаги воздействия, а до тех пор будут использовать в качестве фактора отвлечения и рано или поздно сольют. Однако, увы и ах, уверена в результате она быть не может; решение Мирцеа она узнает только тогда, когда будет слишком поздно. И поэтому ей остается лишь одно — продолжать идти своим путем, пока не столкнется с последствиями, так сказать, "бурной молодости".

— Значит, мне остается лишь попытаться приготовиться к этой встрече... и при случае поблагодарить Мирцеа за обучение, — одними губами улыбнулась Эбер. Кажется, все обойдется без смертей этой ночью...

— Да, с обучением он не прогадал... впрочем, и с воспитанием тоже, — следующая фраза главы семьи Бидоу заставила ее растеряться. Воспитанием? — По крайней мере, теперь молодежь в FUG умеет извиняться за свои... похождения.

С этими словами в воздухе перед Густангом, словно переведенное из невидимого режима — хотя, почему словно? — сформировалось копье. Черное, вокруг которого клубился темный дымок распространяющегося от него шинсу... оно было совершенно незнакомо Тейлор — кроме формы. Предельно простое древко без украшений, ромбовидный наконечник и флаг на другом конце древка... Она видела его лишь несколько раз восемь лет назад и два раза неделю назад, но, тем не менее, это копье было ей прекрасно знакомо.

Копье Рака.

И, учитывая, что Арахна так и не смогла подобрать спутника Чунхва, использованного ею для убийства Риффлезо, Тейлор догадывалась, что теперь представляет из себя копье.

— Великолепное оружие, не так ли? — голос их визави доносился словно издалека. — Основа — красный суспендий, качество не очень высокое... но наполнение все искупает. Души, пошедшие на создание этого активируемого оружия, обладают достаточным количеством шинсу, чтобы даже в пассивном увеличить прочность оружия — но куда интересней активный режим, одно из свойств которого позволяет останавливать потоки шинсу цели при контакте копья с ней... или даже при контакте с ее тенью. Не самое универсальное или удобное свойство — но способно раскрыться в нечто большее при грамотном применении. Особенно это оружие примечательно тем, что является одним из немногих активируемых оружий-копий, что хранятся не в арсенала Куна Эдвана, главы семьи Кун...

Черт побери.

Еще тогда, на аква-арене, Тейлор знала, что рискует многим, используя спутника Чунхва для такой мелкой цели — тогда ей казалось, что в случае неудачи она навсегда утеряет его, и тогда, неважно, будет жив Риффлезо или умрет, ей придется искать спутника по всей Башне. Но все оказалось куда хуже: она не просто потеряла спутника, оный попал в руки главе семьи Бидоу, который так же является ученым Мастерских и главой Исследовательской Ассоциации. И она может только предполагать, что тот сделал — и какие могут быть у того последствия.

— Вы... вы знаете, что вы наделали? — шокировано выдохнула она. — Одна из душ, пошедших для создания этого копья...

— Спутник, как вы их называете, — от следующих слов собеседника кровь буквально застыла в жилах. Он... знает? Откуда?! — Существо, схожее по ряду параметров с дьяволами, но не являющееся одним из них. Многомерное, пошедшее совершенно иным путем развития... в чем-то прекрасное и в чем-то ущербное. Было интересно изучить его...

Изучить. Черт возьми, изучить. Ему хватило недели, чтобы изучить спутника и сделать из него активируемое оружие! И то, что он так открыто говорит это... чего он добивается?

— ... впрочем, поработать бы с носителем было куда интересней, — тем временем Густанг смерил их задумчивым взглядом. Вот он к чему! И ведь если захочет их захватить... они не смогут ему просто ничего противопоставить! — Конечно, работа с... эпицентром распространения спутников была бы более плодотворной.

... нет. Зря она понадеялась, что обойдется без смертей.

— Если надумаете, мисс Эбер — думаю, некая София Амае сможет показать вам путь, — услышав это, Тейлор застыла. Что?! То есть... — Персонал мастерской "Желудь" будет предупрежден, с кем связаться, когда они услышат, что некая погибшая незаконная все еще ходит среди живых.

— ... прошу прощения, но я вынуждена отказать, — кое-как выдавила Тейлор. Конечно, перспективы сотрудничества с По Бидоу Густангом, который по всем статьям обходит Цеффье, просто невероятны... вот только ни черта это не будет сотрудничеством. В конце концов, он же преследует свой интерес, верно? — Я не намерена выпускать джина из бутылки.

— Наоборот — намереваетесь загнать джина обратно, — улыбка их визави была нормальной — но сейчас, в таких обстоятельствах, она казалась попросту издевательской. — Не мне судить чужие намерения... но для того, чтобы загнать джина в бутылку, надо его еще поймать — и не его след, а самого джина, который далеко не здесь. Для этого еще нужно найти путь, не так ли?

Путь? То есть...

От этой догадки пересохло в горле.

Еще на втором этаже Черный Март говорила, что Гоонг Банг, по слухам, известны пути за пределы Башни — но Тейлор уже практически забыла думать о тех словах. В конце концов, она старалась трезво оценивать свои шансы, и понимала, что даже если те слухи окажутся правдой, она нескоро сможет выйти на контакт с Кузнецами и уж тем более убедить их показать ей путь наружу. Это было просто, понятно и логично... куда понятней, нежели путь, практически стелящийся ей под ноги.

И — буквально умоляющий ступить по нему.

Все казалось очень просто. Всего лишь принять предложение, сделать то, на что она давно была уже подсознательно готова — забрать спутников, оставить всех своих друзей и вернуться домой. Всего лишь принять предложение о сотрудничестве, тем самым покупая себе путь наружу. Всего лишь протянуть руку...

... чего она не сделала.

Это была не ее заслуга, и не ее трусость. От нее вообще ничего не зависело — просто в тот же момент ей на плечо легла рука Агеро, а еще через секунду он ответил за нее.

— Прошу прощения, но мы вынуждены отказаться.

Только через несколько секунд до Тейлор дошло, что именно она услышала. Что? Отказаться? Но...

— Наверное, это слишком нагло с нашей стороны — но на данный момент я не уверен в разумности этого решения, — тем временем продолжал говорить Агеро. Что... что он вообще несет?! — Мы не знаем ничего об этом исследовании и опасности участия в оном, и, боюсь, вы не можете предоставить никаких гарантий безопасности ни Тейлор, ни остальным участникам...

... а еще он прямым текстом ничего не обещал. И даже если бы пообещал — никто бы не заставил его соблюдать условия сделки.

Эта мысль остудила, как ведро ледяной воды на голову, и Тейлор вздохнула — чтобы в следующую секунду понять, что она еле дышала, ошарашенная услышанным. Уф... да, верно сказал Агеро. Никаких гарантий, одни риски. Если уж она хочет освободиться из Башни — она должна сделать это наверняка, а не верить расплывчатым обещаниям.

— Боюсь, на данный момент я не могу согласиться с этим, господин По Бидоу Густанг, — подхватила она вслед за другом. В конце концов, что бы она там ни думала — глупо хамить в лицо и категорически отказывать кому-то, способному убить их с Агеро одной атакой. — Весьма лестно, что вы сочли меня достойной такого предложения... но я не могу принять столь важное решение так быстро. Не сейчас, и не в подобных обстоятельствах. Сожалею.

Какое-то время мужчина напротив молчал... и только потом Тейлор заметила, что он улыбается. Чуть заметно, одними уголками губ — но все же. Неужели... он рассчитывал именно на такую реакцию?

— И это естественно, — наконец произнес он... прежде чем перевести копье в невидимый режим и засунуть руки в карманы. — Как бы то ни было — мое предложение еще в силе, и, надеюсь, вы примете его когда-нибудь... а пока что вы продолжите восхождение, не так ли, мисс Эбер, юный Кун?

— Непременно, — сухо произнес парень, не убирая ладонь с плеча Тейлор.


* * *

Стоило только двери палаты захлопнуться за допрашивающим ее офицером, как сидящая на кровати девушка опустила голову. Для камер это наверняка смотрелось жестом отчаяния, и сжавшие одеяло пальцы только завершали картину — но у Рьюн была совершенно другая причина демонстрировать подобные проявления слабости.

Она не могла удержать улыбку, лезущую на лицо.

Да, это было тяжело. Это было изнурительно. Это даже было невероятно больно — она не испытывала такой боли и восемь лет назад, когда пожертвовала половиной лица для начала своей игры. Но это недаром было лишь началом: неделю назад ей пришлось пожертвовать куда больше. Униженный проигрышем Риффлезо, будучи вне себя от ярости после столкновения с Тейлор, отыгрался на Рьюн по полной — раны заживут еще не скоро, а шрамы от них еще не факт, что удастся свести. Что там она думала восемь лет назад? Что симпатичной внешностью можно пожертвовать ради ее мечты? Можно-то можно... вот только легче ей от этого не становится. Пожалуй, такими темпами, когда она достигнет своей цели, от нее останется лишь огрызок человека, не более того...

Но это того стоило. И это самое главное.

Она достигла всех своих целей. Осколок Шипа Энрю попал в руки того, кому и должен принадлежать. Ключ, столь нужный им, находится буквально в шаговой доступности. Раскол FUG стал делом нескольких дней, не более того. Ее Бог получил то, что хотел — а сама Рьюн получила нечто, куда более важное. Она собрала в своих руках нити нужных ей путей, и осталось лишь дернуть, чтобы люди, которым суждено пройти этими путями, начали свой путь.

Ее Бог, получив очередную прибавку к силе, вместе с тем сможет найти баланс между необходимой жестокостью и мягкостью, которая позволит самой Рьюн остаться в живых и манипулировать им.

Принц Квартала Красных Фонарей, еще несколько дней назад лежавший в палате этажом выше, исполнит свою роль.

Своенравная принцесса, сравнивающая себя с туфельками на витрине, станет опорой и поддержкой ее Богу.

Запутавшийся в собственном прошлом дурак еще не раз и не два станет щитом, который в рисковые моменты спасет жизнь ее глупому Богу.

Обманщица и лицедейка, цепляющаяся за свою жизнь не слабее Барнс, найдет иную точку опоры — и с должной помощью сможет все перевернуть, как и другие представители ее семьи.

Заблудившаяся снежная фея выпьет до дна чашу собственных страданий, и ее боль станет последним зерном, которая перевесит чашу весов решения ее Бога.

Герой, считающий себя чудовищем, доведет ее Бога до точки истока, после чего уйдет с доски.

И, наконец, изношенный и пробитый доспех, не раз и не два принимавший на себя удары, что были предназначены другому, станет темницей для того, что может обрушить все ее планы — и исчезнет, не мешая Рьюн двигаться к ее мечте.

Осталось совсем немного. Еще несколько допросов, которые она легко пройдет — как ни крути, с ее даром не пройти подобное было бы просто немыслимой глупостью. Несколько проверок на лояльность, которые она пройдет так же, как Ангел с Цеффье и Джаем — в конце концов, провожатые достаточно редки, чтобы ими разбрасываться, а учитывая грядущее заступничество ее глупого Бога, ее не тронут. Несколько месяцев реабилитации — это время даст ей время на сбор информации и корректировку путей, буде то понадобится. Еще немного возни с этими проблематичными детьми — они нужны ей для тех или иных шагов на путях, и стоит присмотреться к ним, чтобы исключить случайности. Еще немного...

Ничего. Ждать она умеет.

Тем более, большую часть работы она уже выполнила.

Ее Бог наконец-то встал на предназначенный ему путь, и тернистость этой дороги уже коснулась его, изменив так, как нужно самой Рьюн. Меньше сомнений, меньше нерешительности — и вместе с тем уязвимость, о которой позаботится Андросси Захард, прикрывая слабые места небезразличного ей человека, но в то же время оставляя их открытыми для Рьюн. Конечно, влиять на него будет не так уж и просто, в конце концов, у него априори не было особых причин для слепого доверия ей, но ей хватит и того, что есть.

Единственная проблема состояла в том, что за счет своей способности ее шевеления и мотивы может понять этот Кун — но и его можно нейтрализовать. В конце концов, благодаря его засветке месяц назад, у Куна Агеро Агниса хватит и своих проблем, не говоря уже о том, что еще одной из оных проблем стала Тейлор, которую удалось спихнуть ему. Надломившаяся незаконная, которая дорога этому мальчишке, займет его на какое-то время... а дальше в полной мере раскроется заложенная Рьюн ловушка. Давняя симпатия вместе с подавляемым буйством гормонов у Тейлор практически сольются с запечатлением на спасшего ее, и в этом плане наличие у этого Куна способности, схожей с эмпатией, только сыграет на руку Рьюн. В конце концов, у эмпатов есть одна существенная слабость — и этой слабостью является их уязвимость к чужим эмоциям, когда эмпаты буквально отражают отношение их собеседника. Отвечают на презрение — презрением, на доверие — доверием... и есть шанс, что когда результат проявления "эмпатического зеркала" наложится на собственные эмоции и страхи этого мальчишки, этих двоих просто замкнет друг на друге. Учитывая все их проблемы, учитывая легкую нестабильность обоих, эта ловушка даже в худшем случае займет их на какое-то время, выиграв оное для Рьюн и буквально развязывая ей руки.

Как и планировалось.

Сидящая на кровати девушка еще ниже наклонила голову, буквально съеживаясь, чтобы скрыть упавшими на лицо волосами предвкушающий оскал. Ох, кто бы знал, что она получила со всей этой заварушки! Ведь недаром говорят, что во время столкновения армий единственным победителем оказывается ворона, сидящая на дереве и после боя набивающая желудок свежим мясом — так и она, Рьюн, с минимальным участием получила максимум выгоды. Нужно только протянуть руку, чтобы взять все...

Нет, еще рано.

Впрочем, она может и подождать.

Теперь пройдена и вторая точка невозврата. Дальше останется лишь корректировать путь, который теперь будет буквально стелиться им под ноги. Все, как любит Рьюн — минимум воздействий, минимум усилий, окружающие делают за нее ее работу, в то время как сама Рьюн остается в стороне и получает все, чего захочет, стоит только немного подождать.

А ждать она умеет.

В конце концов, она уже практически победила.

 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх