Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Тайна для Змея


Опубликован:
28.02.2015 — 28.02.2015
Читателей:
14
Аннотация:
Орочимару. Весьма противоречивая фигура. Герой или злодей? Гений или безумец? Преданный или предатель? Что измениться, если рядом с ним появиться человек, который будет ему верить. Всегда. Безоглядно. Что если рядом с ним будет человек, который всегда будет на его стороне? Способный понять и разделить его научный интересы и изыскания? Способный "сказать", что он не прав... В конце концов, за каждым успешным мужчиной всегда стоит женщина.
 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 
 
 

Тайна для Змея


Орочимару

Бессмертие... воистину, идея, способная затмить разум. Даже пересадка геномов не способна так встряхнуть наш застоявшийся мирок, как появление техники, обеспечивающей возможность обмануть Шинигами... Кажется, с возрастом у Учителя ум зашел за разум. Он испугался смерти. Куу... Странно. Ведь раньше Третий Хокаге бестрепетно смотрел ей в лицо, а теперь... Теперь он требует от меня разработать технику, дающую бессмертие тела. Кое-что у меня даже начало получаться. Нан-но-каизо сильно расширило возможности тела... Фуши Тенсей... Я ещё не опробовал это... но всё-таки, побочные эффекты слишком велики. Я не решусь представить это Учителю, чтобы не уронить его мнение обо мне. Надо искать что-то более... Но проблема в том, что даже как подступиться к этой задаче я пока что не представляю.

И я решил прибегнуть к средству, которое мне всегда помогало. Прогулка вокруг Конохагакуре. Шелест листвы, тихая музыка ветра... Всё это медленно успокаивает, даёт собраться с силами и мыслями, приводит меня в состояние, пригодное для дальнейшей работы.

— Куу!!!

Я не удержался. Что-то изменилось в мире. И это было недоброе изменение. Затихли птицы. Лесная мелкота притихла, либо брызнула в стороны. На грани чувствительности я ощутил присутствие давящей Силы. Знакомой, но в то же время — совершенно чуждой Силы. Стоп. Так описывали присутствие Шинигами те, кому повезло после этого выжить. А значит...

Я еще не закончил мысль, а ноги уже сами несли меня навстречу источнику изменения. Вот только... я опоздал. Проход в иные миры закрылся как раз тогда, когда я появился на поляне. И только лежащая навзничь девушка на залитой кровью траве говорила о том, что произошедшее мне не почудилось.

Стоп. Девушка? Возможно, она что-нибудь вспомнит. Да и то, что она побывала так близко от Шинигами... Мои исследования могут сильно продвинуться.

Незнакомка лежала на траве. Её черные волосы купались в её же крови, толчками вытекающей из пробитого горла. Жить ей осталось несколько секунд, не больше.

Все это я обдумываю, уже принявшись за реанимацию.

Странно... но все дзюцу срабатывали так, как будто смерть решила отойти в сторону и полюбоваться потугами незадачливого ирьенина. Безусловно, смертельные раны постепенно затягивались, а кровопотеря восполнялась словно сама собой. Шинигами отпускает её? Ку... Не знаю, кто ты, не знаю, кто тебя ранил, и как ты здесь оказалась... но я обязательно раскрою твои тайны.

Геля

Больно. Очень больно. Рядом горит перевернувшаяся машина. Перед глазами все плывет и на губах странный привкус... наверно, железо. Я на секунду прикрыла глаза. Только на одну секунду.

Когда же я снова смогла открыть глаза...

Меньше всего это место походило на нашу современную больницу. Полутёмное помещение с маленьким, очень узким окном — единственным источников света. Небеленые стены, низкий потолок... Ничего знакомого.

До чего же странно, что я могу мыслить связно. После той жуткой аварии меня должна терзать дикая боль, но её нет. Я попыталась пошевелиться, поднять руку и, к моему удивлению, это легко получилось. Закономерно — рука была в бинтах. Бинты были везде, где их удалось увидеть или нащупать, и на лице в том числе. Не приятно-то как. Впрочем, есть подозрение, что я очень легко отделалась.

— Ты уже пришла в себя? — повернула голову на голос и увидела высокого молодого мужчину дольно приятной наружности. Разглядеть его лицо подробнее было сложно, я не привыкла к такому слабому свету.

— Кто вы? — спросила я, точнее, хотела спросить, но с губ не сорвалось, ни звука.

— Похоже, всё, как я и опасался. — мужчина подошел по мне и осторожно коснулся горла тонкими прохладными пальцами. Мне показалось, что у него совершенно удивительные с необычным разрезом глаза — жёлтые, с вертикальным зрачком. Очень узкое бледное лицо, тонкие губы и длинные волосы.

— Твоё горло было сильно повреждено, и, похоже, восстановить связки не удалось. Можешь сесть?

Я задумалась, а потом попробовала. Это далось довольно легко, однако мужчине пришлось меня подержать. Я улыбнулась, хоть подозреваю, улыбка вышла так себе. Не то что бы мой спаситель слишком к себе располагал, скорее, наоборот, он немного пугал меня, но если я не могу поблагодарить его как следует, то хоть так.

— Ну, и что мне с тобой делать? — судя по всему, он был довольно растерян. — Никогда раньше не занимался благотворительностью.

Всё, что мне оставалось — пожать плечами. То, что я не могу говорить, существенно осложняло моё существование. Мужчина вышел, а я погрузилась в размышления о странностях.

Во-первых: язык. Говорил мой спаситель явно не на русском.

Во-вторых: одежда. Больше всего костюм мужчины напоминал симбиоз формы спецназа и восточного костюма. Да и на мне одето, что-то вроде халата... Кимоно! Осенило неожиданно. Точнее — юката. Мягкий домашний шелковый халат. Кто меня переодел?... Не самый важный вопрос в моей ситуации. Жива, и ладно

В-третьих: глаза в частности и лицо в целом. Ну не русский он, однозначно, лицо очень узкое, треугольное, но удивительно гармоничное. Не красавец, но, безусловно, очень интересный мужчина.

Я рассматривала стену пропуская пряди темных волос сквозь пальцы, тоже в бинтах. Время тянулось бесконечно и очень хотелось есть. Интересно, сколько я уже здесь? И действительно, почему он меня спас? И самое главное, кто он?

Сложно сказать, сколько времени прошло. Моими часами стало медленно темнеющее небо. Но в комнату, которую я самовольно считала моей, вошла молодая женщина с двумя светлыми хвостами и мой спаситель. Женщина явно недовольная, а у мужчины в руках еда.

— Орочимару, не понимаю, зачем тебе это, но...

— Ты уже говорила, Цунаде, — голос мужчины оказался довольно приятным на слух, странно, что я не обратила на это внимания в первый раз, но немного "шипящим", что только усиливало сходство со змеем. — Просто осмотри её.

Блондинка посмотрела на меня так, словно я её стразики украла, но села на край кровати и принялась снимать бинты. Честно говоря, у меня сердце замерло. Ну, какая девушка не будет волноваться, если есть шанс остаться изуродованной до конца жизни?

— Твою б энергию, да в мирное русло Орочимару, — вздохнула Цунаде, разглядывая меня. — Такой бы медик вышел!

— Я привык быть лучшим, а в области медицины мне тебя не переплюнуть. Доктор, пациент будет жить?

— Пациент, — Цунаде бросила на меня устало-недовольный взгляд, — Мало того что жить будет, так еще не одно мужское сердце разобьет.

Меня бросило в жар. Я с трудом боролась с желанием ощупать своё лицо и убедиться, что шрамов нет.

— Ну, что ты стоишь с подносом, как неприкаянный, — прикрикнула блондинка на Орочимару. Интересное имя, я такого точно не встречала, наверно слышала мельком, но где — не знаю.

— Принеси девушки зеркало!

Я была не права в отношении Цунаде. Она хорошая. Она точно понимает, что женщине нужно сейчас больше.

— Ты кажется, говорила, что пациентов кормить надо. — насмешка в голосе Орочимару мне была понятна. Да, вот такие мы женщины нелогичные и не постоянные: то кормить нас надо, то зеркальце важнее. Поставив еду на тумбочку возле кровати, он бесшумно вышел.

— В данном случае зеркало гораздо важнее еды.

Я быстро-быстро закивала, подтверждая слова блондинки. Увидеть собственное отражение мне было гораздо важнее еды.

— Ну, а теперь давай познакомимся.

Всё-таки не зря она мне не понравилась. И что-то мне их имена напоминают! Знать бы, что?

— Как тебя зовут?

Я честно попыталась ответить, хотя что-то подсказывало мне, что моё настоящее имя — Геля, здесь будет казаться очень экзотичным. Звуков закономерно не раздалось. Блондинка нахмурилась, явно пытаясь думать — эх, как бы волосы не потёмнели. Взгляд Цунаде стал неприятным, оценивающим, она словно шпиона ловила.

— Как тебя зовут?

Ну, если ей так интересно... повторяем с тем же эффектом. Кстати, только, сейчас, отметила: говорит Цунаде не то, что я слышу, артикуляция и фонетика не совпадают. Мистика, однако. Так что если предположить, что она пыталась читать по губам, то есть у меня подозрение — дохлый это номер. Прежде чем блондинка успела задать ещё один вопрос, появилось зеркало и Орочимару. Ну, очень вовремя! Под дверью, что ли стоял? Как только вожделенный кусочек стекла оказался в руках, я облегчённо выдохнула. В зеркале отражалась миловидная молодая девушка, чей возраст угадать не возможно. В родном городе мне давали от 16 до 30. Тёмные глаза, нездоровая бледность, хотя до Орочимару мне далеко. Тёмные волосы короче, чем были, но длиннее, чем могли бы стать после аварии. В общем, в зеркале отражалась любимая мною Я.

— И еще, Цунаде, — таким обманчиво мягким голосом и ласковой улыбкой мы с блондинкой заинтересовались вместе, уставившись на этого змея, как бандерлоги на Ка. — Тебе не кажется, что моя пациентка устала?

Не знаю как самой Цунаде, но мне от его улыбки слов интонации и взгляда тут же захотелось лечь по стойке смирно. Это чувство, наверно, испытывал каждый человек, когда его заставала воспитательница детского сада в разгар боя на подушках в такой скучный тихий час.

— А вы, милая девушка, не забудьте поесть, прежде чем снова лечь отдыхать.

Я послушно кивнула и улыбнулась. Не знаю где я, не знаю толком, что со мной, но всё гораздо лучше, чем могло бы быть. А вот чем за такую удачу придется расплачиваться?

Орочимару

Мне не свойственен гуманизм, благородство и мягкосердечие. Так, что причин, побудивших меня подобрать умирающую девушку, я не нахожу до сих пор. Надо сказать, состояние её было ужасно — в пору не выхаживать, а добить из милосердия. Я не могу представить себе технику, которая могла нанести столь серьёзные повреждения и ожоги. Часть её одежды буквально вплавилась в тело, пришлось вырезать. Разумеется, мои медицинские навыки далеки от талантов Цунаде, но старая "подруга" находилась где-то на миссии. Да и не факт, что она помогла бы. Наша команда уже давно не такая, как когда-то давно. Но это лирика.

Пациентка мне попалась живучая. Вмешательство врача её не убило, а спустя где-то неделю позволило уверенно пойти на поправку. Целительных свитков на неё пришлось угробить около двух десятков, как она будет оплачивать их — не представляю. Ну, зато, даже шрамов не осталось. Однако надежды найти новый секрет крови не оправдались. Уж слишком явно у неё на лице написано то, что она не местная. У моей "тайны" даже чакроканалы не развиты. И что с ней все-таки делать?

Геля

После еды меня неудержимо потянуло в сон, есть такое миленькое подозрение, что Орочимару подсунул туда снотворное. Выспалась я замечательно и когда проснулась, на краю кровати меня уже ждал комплект одежды, явно с плеча Цунаде. Все-таки на моем скромном третьем вещи рассчитанные на выдающийся шестой смотрелись мягко говоря странно. Дело, правда, можно было поправить иголкой с ниткой.

— Мдя....

А я ведь даже не услышала, как он вошёл! Нельзя же быть настолько бесшумным, ниндзя недоделанный!

— Не сказал бы, что тебе идет.

Умеет он сделать комплимент девушке. Вроде и ничего не сказал, но глаза ему выцарапать захотелось независимо от того, что он меня спас. Это редкий дар — вывести меня всего парой слов. Меня даже бывший жених называл бесчувственной дурой. Бывший жених... Господи, как же хорошо звучит! Так, золотце, похоже, тебя понесло, возвращайся в реальность...

— И как же всё-таки тебя зовут?

Я задумалась и пожала плечами. Прочитать моё имя по губам он не сможет, проверено Цунаде. По идее, мое имя умерло там, у горящей машины. Так почему бы не взять новое? Я хитро улыбнулась и указала пальцем сначала на него, а потом на себя. Самое забавное — раньше мне никогда не нравилась игра "Крокодил". Несколько секунд Орочимару гипнотизировал меня взглядом, а потом усмехнулся.

— Тайна, думаю, тебе пойдет это имя.

"Тайна". Я попробовала произнести имя, которое было дано мне только что. Осторожно, словно примеряя, как очень понравившуюся блузку, с легким сомнением — подойдет или нет? По-моему скромному мнению Тайна мне подходило. Я довольно кивнула и жестами изобразила насущную потребность в иголке нитках и ножницах.

— Мне дешевле купить тебе пару нарядов, чем объясняться с Цунаде на тему испорченных вещей.

Ну вот, мало того, что назвал плоской, как доска недавно, так еще и руки у меня не из того места растут! Убила бы!

— Хочешь искупаться? Пока я достану тебе нормальные вещи?

Господи, что за мужчина! Я его обожаю!

— Пойдём, покажу.

Как мало нужно девушке для счастья!

Ванна оказалась типично японской: сначала моешься, потом наслаждаешься горячей водой. Все-таки хорошо, что я съездила в тур по Японии, практически перед той самой аварией. Племянник, безумный любитель аниме, был счастлив, я ведь его тоже с собой брала.

Моё настроение стремительно ползло вверх. Как всегда бывало после получаса в теплой воде. В общем и целом я была до безумия счастлива, пока не поняла, что за мной нагло и беспардонно подглядывают. Перед глазами как красная пелена повисла. Вот только, вместо того чтобы устраивать безобразную истерику сдобренную хорошими воплями, я решила немного подготовиться. Есть у меня подозрение, что этот мелкий вуайерист уже всё увидел. Ну, он всё равно заплатит, кем бы он не был. Почему-то я была абсолютно уверена, что Орочимару до низкого подглядывания не опустится. Медленно поднялась из ванны и потянулась. Прошлась, откинув влажные волосы на плечо. Пусть захлебнется слюной, разглядывая мою бабочку вытатуированную там, где спина получает другое название. Взгляд уже зацепился за деревянную шайку (почти, как в русской бане) и специально приготовленное для выхода из ванны полотенце. К слову — нежилась я в открытой ванне, что-то типа маленького горячего источника, отделённого от всего от остального мира живой изгородью.

В которую шайка и полетела. В принципе, по всем законам физики и логики, я попасть в нарушителя моего спокойствия не должна была. Наверное, сработало то, что называют в литературе "роялем в кустах". Короче — я попала. От души! Со всей дури!

Орочимару

Я всегда знал, что Джирайя доиграется. Я предупреждал... на первых порах. Потом устал и мне это бесперспективное дело надоело. Ну, не понимает человек, не способен он своим извращенным мозгом понять, что его выходки переходят некую грань ( мои тоже, но я свой интерес проявляю в других областях). Итог закономерен: одного из лучших шиноби Конохи методично, кажется, даже без всякой злости, избивает очень красивая, экзотичная девушка в одном полотенце. Даже вмешиваться не хочется. Да я и не собирался, если бы не одно "но". Всё-таки похолодало к вечеру, а я слишком долго выхаживал Тайну, чтобы она по милости этого извращенца простудилась.

Тайна

— Такими темпами ты простудишься.

Я замерла с занесенной для удара ножкой и покосилась за спину. Орочимару. Ну как-то и не сомневалась. Ладно, этому белобрысому и так досталось. Чуть дёрнув плечом и пнув на последок лежавшего на земле типа, я потянулась и направилась к Орочимару. На плечи легла юката. Мне оставалось лишь улыбнуться. Не знаю кто он, но человек явно хороший.

— Ты в порядке Джирайя? — судя по насмешке в голосе Орочимару, это альбинос-извращенец только что дал моему спасителю нескончаемую тему для насмешек и шуток. Испорченное настроение стремительно поднималось.

— Я женюсь на ней!

ЧЕГО?!! Я резко крутанулась и злобно прищурилась. Если мы с этим... индивидом когда-нибудь сочетаемся узами брака, то я уже через полчаса буду безутешной (от осознания собственного счастья) вдовой!

— Судя по настроению твоей "невесты", — насмешка в голосе Орочимару лилась бальзамом на моё разгневанное сердце. — Меня скорее назначат четвертым Хокаге, чем тебе светит счастье в таком браке.

— Ты ещё не оставил эту идею? — посерьёзнел альбинос.

— Разумеется, нет, — голос моего спасителя тоже стал необычайно серьёзен. — К тому же, я всегда добиваюсь желаемого результата. Тайна!

Я вздрогнула и попыталась изобразить невинного и наивного зайку.

— Кажется, я сказал тебе идти в дом. Вдруг ты простудишься?

Я пожала плечами: "ну простужусь, с кем не бывает?".

— Или, — в голосе Орочимару слышался откровенный смех. — Ты ушиблась, пока занималась преподаванием хороших манер и не можешь идти?

Если бы взмах ресниц мог оторвать человека от земли — я бы уже летала. Более невинного создания, чем я в тот момент, мир не знал.

— Вот видишь, до чего ты девушку довел, Джирайя.

И я взлетела... в смысле, Орочимару так лихо подхватил меня на руки, что появилось ощущение полёта.

— Пошли, несчастный, так и быть — угощу тебя чаем!

Чего? — мысленно возмутилась я. Не заслужил этот блондинистый чая! Ему не чай нужен, а боевая раскраска, оставленная моими ногтями. Кстати, о ногтях... Я внимательно осмотрела руку и тяжко вздохнула: от маникюра ничего не осталось.

— А вот сейчас не понимаю, — признался Орочимару. — Не вижу причины вздыхать.

Ну, вот и как объяснить ему всю глубину случившейся трагедии буквально на пальцах, если её даже словами не передать? Ну не понимают мужчины, что такого в сломанном ногте...

Ладно. Потом у Цунаде попрошу пилочку и прочее — она-то поймет.

Приятное разнообразие: вместо комнаты, которая самовольно считается моей — небольшая гостиная, довольно уютная и милая, диванчик столик... Один минус — не обжитая.

— Тайна, если хочешь чаю, то тебе стоит переодеться и высушиться. Джирайя, если тебе мало досталось, то продолжай так же разглядывать её ножки.

Меня опустили на плетёные циновки — не персидский ковёр, но тоже ничего. Я скрылась в своей комнате. Действительно, не стоит щеголять полураздетой перед мужчинами. Во избежание недоразумений, так сказать.

Сев на кровать и заплетя волосы в косу, я задумалась. Хиханьки-хаханьки закончились. Каким бы хорошим мне не казался Орочимару, он сразу предупредил, что благотворительность не его конек. К тому же, за всё надо платить, а вот чем может расплатиться генетик-биохимик находясь неизвестно где, в неизвестно когда? Мне пары взглядов хватило, что бы понять: на мою драгоценную Землю, любимую родину и даже на Японию современности место, где я очутилась, тянет меньше всего. Вопросов у меня, как у любого ученого, миллиона три-четыре, если не в миллиарды. Ладно, все имеющиеся вопросы будем решать по мере поступления, а пока — чай.

Пока я отсутствовала, мужчины вели степенную и размеренную беседу. Если можно так назвать нечто на грани мордобоя. Несмотря на свою тотальную занятость, меня услышали и обернулись. Именно в этот момент, когда во взгляд Джирайи не вернулась легкая придурь альбиноса-извращенца, я поняла, что он опасен. На самом деле опасен. Опаснее только Орочимару с его не выразительным взглядом змеи. Подавив легкую дрожь в коленках, я села за стол. Чай, конечно, был обещан Джирайе, но... Мне тоже подали. Зеленый. В глиняной кружке — словно я снова оказалась в Японии.

О!

— Что? — дёрнулся Орочимару. Интересно, у меня на самом деле такая живая мимика или он читает мысли? Если это так, то я могу только посочувствовать. Копаться в мыслях женщины занятие неблагодарное. Кстати, возвращаясь к теме моего удивления напополам с радостью — чаинка всплыла. В Японии считается — это к счастью. Хозяин дома только покачал головой.

— Ладно. — усмехнулся Джирайя, — Отставляю тебя наедине с этой прекрасной барышей. Может она сможет заинтересовать тебя своими прелестями.

Я убью этого пошляка. Вот сейчас встану и доубиваю!

— Только, Орочимару, не забудь, что ты обещал навестить вместе с ней главу Яманако.

— Джирайя...

А может и не убью — его сейчас и без меня прихлопнут. Уж больно выразительно кое-кто шипит.

— ...Ты считаешь меня идиотом?

— Да я, вообще, уже ушел.

Как мне показалось, этот извращуга просто сбежал и, собственно, правильно сделал. Ну, а мы сидим. Пьем чай. Молча. Играем в гляделки. Не знаю, о чём думает Орочимару, но лично мне на данный момент времени безумно интересны его глаза. Не взгляд, а именно глаза. Жёлтые, с вертикальным зрачком. Интересная генетическая комбинация. Примем за основу Шкалу Бунака, там желтый цвет радужки относится к первому, темному типу, при этом в других классификациях радужки этот оттенок отсутствует по факту. Однако классическая жёлтая радужка всё равно не настолько насыщенного оттенка. Явно — генетическая аномалия, а если прибавить к этому вытянутую форму зрачка, то он — дискорик. Интересно, это у него врождённое или вследствие травмы. Жаль я плохо в офтальмологии разбираюсь. В медицинском нахваталась по верхам до того как со специализацией определилась. Мне мой преподаватель по медицине сказал, что лучшее, что я могу сделать для больных — это не быть их врачом.

— Ты первая, кто смотрит в мои глаза так долго.

Я чуть вздрогнула от мягкого голоса, и виновато улыбнулась. Хорошо, что не надо объяснять, что именно меня так заинтриговало. Да я мысленно уже его ДНК разбирать начала.

Интересно, как он видит мир?

Если у него тепловое зрение?

Видит ли он мир цветным как некоторые змеи или нет?

Как реагирует зрачок на свет?...

Я тряхнула головой. Меня определенно начало заносить. Нельзя же так явно разбирать на запчасти своего спасителя! Интересно, насколько развито это место? Всё-таки моя работа мне нравится. Хотелось бы продолжить исследования, но для этого нужны хорошие лаборатории. Интересно, пригодятся ли здесь мои изыскания?

Какие к черту изыскания?! — вздохнула я: флешка, скорее всего, безвозвратно утрачена — погибла в пожаре. На глаза навернулись слёзы. Маленькая флешка в золотистом корпусе на 36 гБ вмещала моё детище, которое могло принести миллионы... На деньги, если подумать, мне было, конечно, не плевать, но... Эта разработка могла спасти миллионы жизней. Впрочем... ради неё и умерло уже семь человек, включая, если подумать, и меня.

— Забавная ты девушка, то улыбаешься, то в твоих глазах мировая трагедия и слёзы. Впрочем, твоё поведение не самое интересное. Никогда не встречал таких как ты — очень экзотичная внешность.

Я пожала плечами: экзотичная внешность? Так это с какой стороны посмотреть.

— Ты шиноби?

КТО?! Я резко замотала головой отрицая. Словечко было мне смутно знакомо, но откуда? Наверное, от мелкого слышала. У него богатый странными фразочками лексикон. Кстати, мы похоже перешли к допросу. Ну да, ладно, главное, чтобы обошлось без паяльника.

— Не шиноби, и не крестьянка — слишком ухоженные руки, и кожа слишком бледная, но мягкая, ухоженная. Химэ?

Тоже знакомое словечко, но что-то мне подсказывает: ко мне это определение сложно относимо. Но отрицала я этот вариант с сомнением.

-Лекарка? На ирьенина не похожа... травница? Химик?

Здесь я уже с более сильным сомнением качала головой — не знаю, кто такой ирьенин, но если подумать, то многое можно запихнуть в понятие генетик-биохимик.

Орочимару встал резко и неожиданно для меня — вроде так мило беседовали, а тут... похоже, ему просто надоела игра в "угадайку".

— Завтра тебя навестит один мой знакомый по фамилии Яманако.

Выжидательный взгляд, словно это мне что-то должно сказать. Пожала плечами и кивнула. Ну, навестит, так навестит. Как я заметила, меня многие навещают. Причём, у меня постепенно зреет уверенность, что во мне подозревают какого-то шпиона. Такое впечатление, что я либо на военную базу попала, либо в большую закрытую исследовательскую лабораторию.

Губы Орочимару тронула легкая улыбка. Вот только мне она совсем не понравилась, такая улыбка и такой взгляд... Они мне были хорошо знакомы. Так я сама часто смотрела на своих аспирантов, уверенных, что их гениальные идеи перевернут мир.

Всю ночь я проворочалась не в силах уснуть. В голову лезли мысли о маме, мелком племяннике, неулыбчивом брате, гаде-женихе и угробленном труде многолетних исследований которые начал еще мой учитель. вспоминались и придумывались отрывки из недописанной докторской, Я наконец поняла что было не так в том куске ,к которому вот уже семь месяцев придирался профессор. с так и не полученной ученой степени мысли плавно свернули на собственные похороны. Сомнений в моей гибели не будет, после такого не выживают, как правило. Мама плакать будет, племяш едва переживший смерть своей мамы замкнется и опять не будет разговаривать. Брат... брат будет ругаться. Он у меня лингвист, запас ругательств настолько богатый, насколько богатым он может быть у человека защитившим докторскую степень по стилистике ненормативно-экспрессивной лексике языков романской группы. До чертиков захотелось домой. На родную кухню, где скатерть в красно-белую клетку и на столе всегда вазочка с маминым вареньем, плюшки или блинчики. От осознания того, что я потеряла ненависть к Артему стала сильнее, захотелось убить его собственными руками...В этот момент я была счастлива оттого, что потеряла голос, иначе бы своей истерикой перебудила всех и вся. Этой ночью я плакала. смотрела в потолок и позволяла слезам катится по щекам, а перед глазами вставали родные лица. завтра утром я буду сильной, буду улыбаться, буду играть в угодайки... буду жить, а сейчас...сейчас, можно и поплакать. ведь правда, можно?

Орочимару

Приглашенный менталист пришел утром. Конечно, это не глава клана Яманако, но всё-таки его старший сын, Иноичи. К счастью, Тайна уже проснулась, так что будить её не пришлось. Вот почему я не могу посмотреть на неё так же, как и на остальных, почему никак не могу представить её в качестве объекта исследования?

Иноичи колдовал долго. Я бы даже сказал, что для менталиста такого уровня — очень долго. Но, когда вышел из транса — сразу утащил меня подальше.

— Оро. У неё стоит мощная защита. Я так и не сумел докопаться до той части её памяти, в которой расположены события, предшествующие вашей встрече.

— Совсем не смог?

— Ну, что-то я видел, но это явно ложная, сконструированная память. Причем тот, кто её делал — даже не заботился о хотя бы минимальном правдоподобии.

— Вот даже как...

— Ну посуди сам: как может страна называться Великой, если в ней нет ни одного шиноби? Как может существовать город с населением большим, чем всё население страны Огня? Да и многое другое...

— Куу... Интересно. А её текущие интересы?

— Она действительно не понимает, куда попала и что происходит. Возможно — это действие той же закладки, которая обеспечила ей ложную память. Тайна — не её настоящее имя, но она почему-то считает, что предыдущее имя ей не подходит.

— Куу... Ещё интереснее. Ещё?

— Её почему-то очень заинтересовали твои глаза.

— Хе... Они почти всех интересуют. Вот только смотреть в них как она — мало кто может.

— Не в этом смысле заинтересовали.

— То есть?

— Она уже чуть ли не план исследования составила: откуда у тебя такие глаза взялись, и что ты ими видишь. Я в какой-то момент даже подумал, что случайно в твои мозги залез.

— Вот даже как... Значит, не медик, не боец — коллега-исследователь? Куу...

Тайна

А этот Яманако совсем не страшный. Просто попросил посидеть и посмотреть на него. Да, пожалуйста! Любой каприз за ваши деньги, как говорят в моей великой и могучей. Сидела. Смотрела. Машинально составляя план исследований. Объект генетического исследования: мужчина азиатского типа. Рост... ну, пусть 180... +/— 10 см для верности. Возраст — около 30. Радужка насыщенно жёлтого цвета. Зрачок вытянутый вертикальный. Предположительно — отклонения одного из трех генетических локусов открытых коллегами из Нидерландов... Меня, когда у них на семинаре была, таким пирогом угощали, яблочным... За что меня коллеги из лаборатории не любили, так это за привычку перескакивать с одного на другое. Вот только что кидала совершенно не нужный план исследований, а теперь вспоминаю рецепт яблочного пирога, который в Нидерландах Отто готовил. Чую, навыки домохозяйки мне пригодятся больше, чем навыки генетика.

— Исследователь?

Я подпрыгнула и закивала. Почему-то беззвучное появление Орочимару меня уже совершенно не пугало. Не знаю, как он докопался... Докопался...? Копался... Нет... ну ведь это не возможно — проникнуть в чью-то голову без каких-либо препаратов?! Или возможно? Я сунула голову за его плечо, разглядывая закрывавшуюся за Яманако дверь. Смотрим с вопросом на Орочимару.

— Много будешь знать — скоро состаришься. — фыркнул мужчина. — Так что тебя в моих глазах заинтересовало?

Ну, вот как ему объяснить? Написать? Вряд ли он читает на русском. Будем искать пути общения. Я схватила Орочимару за руку и потащила во двор. До сих пор не понимаю, зачем ему тренировочная площадка рядом с домом. Присев начала выводить пальцем на песке фигурку человека и цепочку ДНК, сопровождая рисунки подписями...

— Надо научить тебя писать, не понимаю твои каракули. Но подозреваю — они очень интересные.

Я нахмурилась. Да я не умею рисовать. Совсем не умею. Мелкий племяшек говорил, что по сравнению с моими каракулями некая Рукия — гений-авангардист. Я вообще в семье была белой вороной. Папа — художник, мама — актриса, старший брат — лингвист и, по совместительству, актер театра и кино, его супруга — театральный критик и я — генетик. Кошмар.

— Надеюсь, ты понимаешь, что иначе, чем каракули это не назовешь?

За такой голос как у него, Орочимару можно простить всё. А вот интонации подкачали. Будь в словах поменьше насмешки, было бы гораздо лучше.

— Хочешь посмотреть деревню?

Я закивала. Как мало мне надо для счастья. всегда любила гулять по новым местам и узнавать что-то новое.

— Заодно, я тебе кое-что расскажу.

Первый мой выход в деревню запомнился человеком, который бежал по стене. В прямом смысле — бежал, уверенно так, противореча всем законам физики и логики нормального адекватного человека. На какой-то момент показалось — у меня галлюцинации, и я себя ущипнула. Было больно, а человек к тому моменту забежал на крышу, как-то странно прыгнул и пропал. Я дернула за руку Орочимару, который с легким интересом наблюдал за мной.

— Увидела что-то интересное? — усмехнулся этот змей. Я кивнула, отошла к обочине дороги и начала рисовать.

-Тебя точно надо научить писать. Что это за закорючки?

Ну, хорошо, рисую я так себе, вроде уже упоминала сей достойный факт, но не разглядеть в рисунке домик и человечка идущего по стене?... Или его смутили начерченные рядом формулы? Я, конечно, многое подзабыла из курса школьной физики, но закон всемирного тяготения помню! Попробуем на пальцах...

— Что ты прицепилась к этой стене? — Орочимару устало потер висок. — Вот сейчас я начинаю жалеть, что не умею читать мысли... хотя бы твои.

И тут я расхохоталась. Беззвучно, но до слёз. Господи, спасибо тебе за то, что он не умеет читать мои мысли — в них столько хлама. Я пыталась остановить текущие от смеха слёзы и вдруг поняла, что рядом кто-то тоже смеётся, только очень тихо. Орочимару! Почему-то до сего момента я даже не представляла, что он может вообще смеяться и, в частности, что у него такой красивый смех. В дальнейшем прогулка проходила без подобных эксцессов: я брала на заметку самое интересное, но не пыталась разобраться в этом моментально. Ну, бегают люди по крышам, ну одеты странно, ну у девочки, что мимо прошла зрачка нет... В лабораторию её, как интересную генную аномалию! Так сказать, на соседний стол с Орочимару! Интересно, у них у всех генные отклонения есть? Или только у тех, что со странными глазами? В общем, большую часть экскурсии я витала в облаках. Жалко, не могу расспросить Орочимару обо всём, что мне интересно.

— Не стоит так расстраиваться, — я чуть вздрогнула и, посмотрев на своего спутника, чуть улыбнулась.

— Я придумаю, как нам решить проблему общения.

Я кивнула и улыбнулась шире. Иногда бывает уверенность, что человек сделает так, как сказал и я в Орочимару ни на секунду не сомневалась

Орочимару

Как, оказывается, легко удивить обычного человека... Хотя... Даже в скрытой деревне — шиноби, бегущий прямо по стене, зрелище далеко не рядовое.

Обычно шиноби предпочитают экономить чакру и чинно ходят по улицам... или прыгают по крышам. Но... Это же Майто Рю... У него в голове такие тараканы шастают мелкими стаями по две-три тысячи особей, что туда даже Яманако заглядывать опасаются... Вот интересно, его сын Гай унаследовал этих тараканов? Если да — получится полноценный Кеккей-Генкай, не хуже, чем у Абураме. Ку-ку-ку-ку...

Но вот с общением надо что-то делать. Интуиция вопиет, что в каракулях Тайны есть какой-то смысл. И этот смысл мог бы очень пригодиться в моих исследованиях... Но...

Проблема в том, что когда она пыталась сказать нам своё прежнее имя, то прочитать его по губам не удалось... Точнее — получались какие-то бессмысленные звукосочетания. И при этом — она прекрасно нас понимает... Похоже, кроме всего прочего — она погружена в какое-то постоянно действующее гендзюцу, и слышит не совсем то, что говорим мы. Куу...

Хотя... Кандзи. Они как будто созданы именно для нашего случая. Можно просто тыкать в предмет и рисовать иероглиф. А уж когда доберемся до более сложных понятий — будем думать... В общем, скучно мне в ближайшие год-полтора — не будет.

Тайна

Здравствуйте, дети! Начнём урок чистописания. Похоже, Орочимару всерьёз озаботился решением проблемы моего общения. Начали с самых общих понятий: "дом". И он хочет, что бы я это нарисовала? Нет, я конечно попробую. Но, прежде чем рисовать эти черточки и изгибы, пишу рядом с кандзи тоже слово, но на русском: мне кажется — он быстрее разберется в написании, чем я. Писать старалась печатными буквами, а не как пишу сама — "докторским ускоренным".

Нарисовала ему то, что он изобразил. Нет, я конечно понимаю, что он очень пытался скрыть смех... нет, скорее — хохот... даже не хохот... РЖАЧ!

Но далось ему это как-то не очень.

В общем, было нам развлечение. Я пробовала рисовать этот несчастный символ уже полтора часа, когда Орочимару (к слову, несчастный "дом" на русском он освоил минут за десять) вдруг заметил, что я неправильно, с его точки зрения, ручку держу и решил поучить меня эту кисточку держать. Взять её правильно, а не так, как мне удобно или привычно, тоже не сразу удалость, да и получилось по большому счету только тогда, когда Орочимару фактически сам сложил мне пальцы так как надо. Наверно, понять меня может только та, кого в детстве красивый студент на пианино играть учил. Вроде здорова, а голова кругом пошла.

Орочимару

Первый урок каллиграфии прошел вполне ожидаемо. Похоже, Тайна — из тех варваров, что используют звуковой алфавит... Нет, я готов признать, что в чём-то он удобнее, чем кандзи, и даже — чем катакана... Но не в том случае, когда нет возможности узнать, как звучит записанное слово. В общем — воспроизвести тот набор символов, который изобразила Тайна для меня труда не составило... Но вот представить, что они значат? Нет, в целом понятно — это, похоже, слово "Дом"... Но вот как это звучит на том языке, который понимает Тайна? И, тем более, что означают отдельные символы?

В общем, из глубокой задумчивости я вышел часа через полтора... И только тогда обратил внимание на то, как Тайна держит кисточку для туши... Нет, видно было, что писать она умеет... Но вот письменные принадлежности в её "великой стране без шиноби" — явно сильно отличаются от привычных мне... И я взялся ее поправлять.

Учитель в свое время рассказывал мне, как читать невербальные реакции... Так что, когда девушка вздрогнула при моём прикосновении — понять её неправильно шансов у меня просто не было... Впрочем... Когда она выйдет, наконец, в деревню, и пообщается с другими девушками, не исключая и куноичи, то вряд ли такая реакция сохранится. Репутация у меня сформировалась устойчивая, и, что греха таить, вполне оправданная.

Хм... Из размышлений разной степени приятности меня вырвала простая мысль. Ведь Иноичи очень интересовался специалистами, способными наложить столь подробную и устойчивую, но совершенно неправдоподобную ложную память... Возможно...

Если пригласить его в гости — он сможет вытащить из разума девушки как читаются эти символы?

Тайна

Иноичи. Улыбаемся и кланяемся — эту традицию мы уже знаем. Пьём зеленый чай, Орочимару о чём-то беседует с гостем, я пытаюсь освоить кандзи. По итогам их бесед я совершенно не удивилась скромной просьбе посидеть и подумать о том, как произносится слово "дом". Поверить в то, что существуют люди, способные проникнуть в твою голову, так же сложно, как допустить мысль о том, что люди могут свободно ходить по стене. Но — последних я уже видела.

Дом...

Большая пятикомнатная квартира. Гостиная с круглым столом, где накрыто к чаю. Вся семья в сборе. Бабушки, дедушки, папа и мама, тетушка с дядюшкой, и, конечно же, мы с братом и кузинами-близняшками.

Дом...

Библиотека. Возле школы. Там я нашла первый учебник по генетике: мне девять было, увлеклась картинками и непонятными словами. А дедушка всегда говорил, что книги не дочитанными бросать нельзя. Что бы прочитать книгу понадобилось семнадцать словарей и почти год. Потом я по ней готовилась к экзаменам на первом курсе. Тогда я уже знала, что такое индукция.

Дом...

Мой профессор. Мой учитель. У него в гостиной собирались лучшие из его учеников. Здесь пили кофе. Горький без молока и сахара, играли в преферанс, делились научными теориями, много курили, снова пили кофе и снова делились идеями. На обрывках листов впопыхах писались куски к курсовым и дипломам. А то и просто... Потом приходили еще профессора, корили учителя за то, что он нас балует и сами пили с нами кофе, курили, разбивали в пух и прах наивные теории, забрасывали каверзными вопросами.

Дом...

Тихо и отвратительно пахнет горем. Сегодня умерла Лиска — моя невестка. От неизлечимого врождённого заболевания. Брат не смотрит на меня и это хуже упреков. Я генетик-биохимик, я очень искала, но не смогла найти ничего, чтобы могло помочь этому рыжему солнцу.

-А мама совсем умерла? — тихо спрашивает мелкий и я заливаюсь слезами не находя слов.

Дом...

Квартира Антона. Диван, у окна — огромная "плазма", белый ковер. Почти стерильно, но мне нравилось. Книги. Много книг. Молодой подающий надежды генетик, такой же, как и я, только образование получал в другой стране и работал на другой исследовательский институт. И даже направление работ у нас одно. С ним легко и весело. Было. Когда-то. Еще до того как я приняла его предложение.

Дом...

Моя лаборатория, где впервые пахнет порохом. Мои ассистенты в луже крови и жених. Бывший. С холодным циничным взглядом и пистолетом в руках.

— Как жаль, что ты не хранишь данные в своем компьютере.

Не храню. Данные по лекарству у меня на флешке и у моего учителя — я лично отвезла их ему.

Горящая машина и адская боль, которая сводит с ума и срывает горло... и сквозь лобовое стекло краем угасающего сознания замечаю усмешку бывшего жениха, которого я когда-то любила...

Я пришла в себя от того, что меня трясли, и недоуменно вытерла слезы на щеках. Меня колотило так сильно, словно я в лихорадке и сильно температурю, впрочем, мне и казалось, что горю изнутри.

Иноичи что-то путано объяснял Орочимару про попытку докопаться до какой-то памяти, что — он аккуратно, что... смысл его слов от меня ускользал, да я и не стремилась в них вслушиваться и вдумываться. Мне надо взять себя в руки. Обед что ли приготовить? Раньше помогало. Здесь я ещё не пробовала ничего сварганить, но попробовать надо. Может, хоть трясти перестанет и боль пронзающая висок немного поутихнет?

Орочимару

Из сознания Тайны Иноичи просто вывалился. Его трясло. Кууу... Это что же должен был увидеть шиноби, чтобы его так проняло? А уж Тайна... Как говорится "краше в гроб кладут"... Это что же у неё за ассоциации с понятием "дом"?

— Иноичи-кун? Что ты там увидел?

— Ффух... Еле вырвался. Тот кто эту ложную память накладывал девочку не пожалел совершенно. Настоящий кошмар ей сконструировали: о том, как пыталась спасти жену брата, но не смогла... Я так и не понял, что это было... Но, совершенно однозначно, Тайна — ирьенин. Правда, какой-то странный. О чакре вообще понятия не имеет, о боевых техниках — тоже... Только лекарства... Это что же у них за медицина такая? Но именно в этой области — она большой специалист. Как бы тебя за пояс не заткнула. По крайней мере, так я понял из доставшегося обрывка её мыслей о профессии...

— Заткнёт — значит, заслужил. — огонёк любопытства, из-за которого меня считали бездушным маньяком, готовым препарировать всё в пределах досягаемости, разгорелся с неожиданной силой. — Но почему ты так решил?

— А что ещё подумать о человеке, который при слове "дом" вспоминает лабораторию?

— Кууу... — провожу двумя пальцами по шее. — Действительно, чем-то на меня похоже...

— Вот-вот... — Яманако упирается руками в пол. Видно, что сидеть ему всё ещё тяжеловато.

— Но всё-таки... То, что ты рассказал — это... Да, для неё — тяжело, но тебя-то что так выбило из колеи?

— Когда в сознании человека читаешь воспоминание о его собственной смерти... Это... это — неописуемо. Эмоциональный заряд такой, что меня едва не затянуло... туда... Да ещё так подробно, в деталях... Ужас. Бесконечный неописуемый ужас... Хорошо еще, что я сумел вырваться до того, как она стала вспоминать то, что за Гранью.

— За Гранью? Куу... как интересно... Даже если это действительно — ложная память...

— Да. Тот, кто накладывал её, по крайней мере неплохо знал обо всём этом.

— Надо разобраться... Обязательно...

— Нет уж. Меня на такое ты не подобьешь. Хоть и интересно...

Я задумчиво улыбаюсь... Интересно, на чём можно подловить наследника клана, чтобы вынудить его участвовать в эксперименте? Подумаю...

— И не надо так улыбаться. Всё равно — у тебя не выйдет.

— Посмотрим, Иноичи-кун, посмотрим...

— Ну, по крайней мере, пока не приду в себя — точно туда не полезу.

— Хорошо. — раз он так говорит, значит, скорее всего, любопытство уже одолевает его, и, рано или поздно, он сам придет с предложением поработать с этим участком памяти Тайны. И мой давний интерес к тому, что Там... Жажда знаний, которые я и не надеялся получить... Знания... Хм...

— Знаешь, Иноичи-кун... Кажется, мы лажанулись.

— Да ну?

— Ну да. Надо было не пытаться расшифровать именно эту надпись, а попросить её вспомнить о том, как её учили писать. Вряд ли там ты найдёшь что-то более тяжёлое, чем воспоминание о порке.

— Хорошо. Но только из уважения к тебе, Орочимару-кун.

Ага. Так я тебе и поверил. Вон как глазки-то загорелись...

Тайна

Мужчин надо кормить. Хорошо ещё — на кухне много чего есть. Даже если одного из них мне хочется стукнуть. Хотя ему тоже досталось. Пока они там будут обсуждать, что смогли выдрать из моей памяти (интересно — нашли что хотели?) я займусь обедом. Рис — здесь это святое, свежие овощи — прекрасно пойдут салатом с заправкой из рисового уксуса и специй, а самое главное — мясо с подливкой... Остренькой... Я такую обожаю. Готовка успокаивает — это как смешивание сложных химических составляющих: опыт, полное внимание и предельная концентрация!

В общем, очередным роялем в кустах стала деревянная лопаточка (которой я собиралась помешать подливку), опустившаяся на пальцы наглого воришки, что собирался утянуть самый вкусный кусочек. Почему-то я совершенно не удивилась от того, что этим наглецом оказался Джирайя.

— Не любишь ты меня, Тайна-тян!

Я покладисто кивнула: не люблю и кормить не буду. Нечего подглядывать за девушками в купальне.

— Что у тебя за шум, Тайна? — на пороге кухне появился Орочимару. Вот и чудненько, пусть он со своим приятелем и разбирается, а мне пирог в духовку ставить надо. К слову сказать, сегодня я первый раз на кухне. Раньше готовил мой гостеприимный хозяин, вот и проверим на нем и гостях мои кулинарные навыки.

— Тайна-тян меня обижает, — пожалился Джирайя.

Ну, взрослый же человек! А все туда же — дите-дитём. Кивнула: да обижаю и буду обижать, пока вести не научиться.

— А ведь такая красавица!

Но кусочком пирога, может, угощу. Всё-таки доброе слово и кошке приятно...

— Её бабочка меня совершенно свела с ума!

Уклонился.

Жалко пиалку. Но чтобы какой-то альбинос извращенец мою бабочку обсуждал! Убью!

Орочимару

То, что для женщины нормой является успокаивать потрепанные нервы готовкой — факт не вполне мной объяснённый, но известный. Гораздо больше меня встревожила моя реакция на обычные шуточки Джирайи в отношении Тайны... Это странно. До сих пор я такого никогда не замечал. То, что это вызвано какими-то изменениями в моём состоянии — в дополнительных подтверждениях не нуждается. Но вот какими именно? Это надо исследовать. Ибо, как я могу исследовать других, если не могу предсказать даже собственные реакции?

Куу... Мне нужен план экспериментов. Пожалуй, первым шагом будет проверка специфичности реакции. И для него нужно сделать то, чего я успешно избегал вот уже многие годы: пойти с Джирайей к женским баням и послушать его комментарии. Если реакция неспецифичная — дело плохо. Джирайя слишком удобный товарищ, чтобы порвать с ним отношения просто из-за какой-то непонятной негативной реакции... Но и терпеть такое долго... тяжело. Так что желательно обнаружить источник этого неприятия...

Приготовленное Тайной — непривычно и необычно. Но очень вкусно. И перекрывает практически полностью объём потребностей в питательных веществах.

— Гляньте! Орочимару опять задумался о полноценном питании! -выкрик Джирайи снова всколыхнул приступ давнего недовольства... Но в нём совершенно не было того негатива, который был, когда Джирайя вслух восхищался татуировкой Тайны... Ведь только давние наработки по самоконтролю удержали меня от немедленной атаки... С чего бы это?

— Спасибо, Тайна-сан. Очень вкусно. — я медленно склоняюсь в сторону Тайны, и, с поразившим даже меня самого, удовольствием наблюдаю полное ошеломление на лице старого друга.

И всё-таки что-то со мной неладно. Странные желания, непонятная неприязнь, непредсказуемые реакции... Если бы не прямой запрет Учителя, связанный с некоторыми секретными разработками по заказу АНБУ и лично Хокаге — я бы уже договорился с Иноичи о полной проверки моей психики. Но раз нельзя — придётся разбираться самому. Или... попросить о помощи коллегу? Куу... Надо думать. Много думать.

Тайна

Выгнав всех наших гостей, мы с Орочимару снова заняли гостиную и неспешно потягивали чай. Минут десять мы просто молчали, а потом... да я чаем едва не поперхнулась, когда Орочимару мимоходом заметил:

— Стоит всё-таки прогуляться с Джирайей в женские бани...

На закономерное недоумение мне пояснили, что желание убить одного альбиноса-извращенца — явление нормальное, но не до такой степени. На счет последнего я слегка усомнилась, но... Попутно мне пожаловались на нетипичную психосоциальную поведенческую реакцию в отношении отдельно взятой меня... И тут меня осенило и одновременно пробило на легкое подхихикивание. Может быть, только — может быть, я нравлюсь Орочимару, ну, в смысле, как девушка, а не кладезь загадок и информации до которой не докопаться. Приятно... до безумия приятно. Жаль только сам Орочимару такой мысли не допускает... Ладно, допустим, первый этап подглядывания за девушками в бане провалится, что тогда дальше будет делать? Направление собственных мыслей мне жутко не понравилось...

— Тайна?

Я чуть вздрогнула и виновато улыбнулась. —

— Ты меня хоть слушала?

Я кивнула. Слушала и очень внимательно. А потом так же внимательно буду слушать про итоги экспериментов,

— Что-нибудь посоветуешь?

Я чуть покачала головой и, подтянув к себе лист, не слишком уверенно накарябала: "ночью подумаю"

Орочимару.

Эксперимент дал сугубо отрицательный результат. Моя реакция на комментарии Джирайи по отношению к незнакомым девушкам в купальнях, и так невысокая, ещё снизилась. От уровня "по фигу", до "абсолютно по фигу". Так что с Тайной, кажется, связана ещё как минимум одна тайна. Куу.. А если, всё-таки, реакция именно на знакомых? Пригласить Цунаде и посмотреть за их очередной ссорой с Джи? Идея интересная... Вот только что-то (наверное, ощущение предвкушения забавного зрелища) мешает мне поверить в то, что я вновь испытаю ту же убийственно-негативную реакцию.

Куу... Когда вчера я рассказал о запланированной серии экспериментов Тайне, то она долго хихикала, но потом — кивнула, соглашаясь с необходимостью проверки. И вот теперь я рассказываю Тайне о результатах.

— ....и понял, что мне совершенно неинтересно, что думает Джирайя об этих девчонках. Так что реакция явно специфическая. Вот только как бы выяснить степень специфичности? Подскажи, а?

В ответ Тайна криво и косо, но уверенно изобразила кандзи "Продолжай". Что бы это значило? Она хочет, чтобы я продолжил рассказывать? Или чтобы я продолжил эксперименты?

— Продолжать рассказывать? — резкое движение головой слева направо. "Нет". — Продолжать опыты? — столь же уверенный кивок. — Но как?

Вместо ответа Тайна гибким движением поднялась с футона, на котором сидела во время этого разговора, подошла ко мне, обвила руками мою шею и потянулась губами. Она хочет, чтобы я её поцеловал? А ведь правильно! Ранее неизвестная мне реакция явно присутствует. И это не знакомое уже чисто физическое влечение (за время дружбы с Джирайей ни разу не сходить с ним к певичкам — предположение из разряда фантастики). Нет, это было что-то совершенно другое. Моё мышление оказалось перекорежено каким-то неизвестным до сих пор ощущением...

И принесло же в этот ответственный момент серьезного эксперимента Анко!

— Орочимару-сенсей, я вернулась! Ой... а что это Вы делаете? И кто эта женщина?!

Тайна

Целовался Орочимару так, что хотелось тут же выйти за него замуж, готовить борщи и вдумчиво, с применением тяжелых аргументов, отгонять от него всех возможных конкуренток и невозможных, кстати, тоже. Хотя, стоит заметить, изначально я не собиралась с ним целоваться, просто как-то очень уж впечатлилась провалом первой серии экспериментов. Хотя... Вдруг Джирайя просто не тех девушек комментировал?

В общем, появление малышки заставило меня буквально отлететь от Орочимару на максимально возможное расстояние. Самое смешное, что уши горели как в ранней юности. Девочка смотрела выжидательно и радость от возвращения смешивалась с настороженностью в отношении меня. А, кстати, что это за ребёнок? Миленькая... меня начинало медленно, но верно клинить... детей я любила и даже очень. Когда Кир маленьким был — я с ним времени проводила едва ли не больше, чем его родители... если конечно работа позволяла и учеба... вот только найду ли я с этой девочкой общий язык?

Орочимару

Наблюдать за попытками Тайны наладить отношения с Анко было... познавательно. Сиротка наша явно сразу понравилась Тайне, так что девушка уверенно наступала с целью потискать девочку. Анко шипела, выгибала спину и отпрыгивала боком, в точности как кошка. Результат получился... такой же, как и у кошки в соответствующей ситуации: девчонку скрутили и принялись, шевеля губами, словно наговаривая что-то успокаивающее, почёсывать за ухом.

Каким образом девушка, ни разу в жизни не тренировавшаяся в качестве шиноби, и даже практически ничего о нас не слышавшая, смогла так скрутить пусть и десятилетнего, но полноправного генина — не понял даже я. Куу... такое надо исследовать. Обязательно. Но вот выражение лица Анко, жалобно смотревшей на меня из-под руки Тайны, было таким, что я рассмеялся — радостно и беззаботно, как не смеялся уже очень давно.

Анко

Я ничего не понимаю. Кто эта девушка, целующаяся с сенсеем? Почему она так легко сумела меня схватить? Ведь это далеко не всегда получается даже у чунинов, преподавателей Академии!

Но... Если уж она сумела заставить сенсея ТАК смеяться... Наверное, я всё-таки ей всё прощу. Я ведь умная, и понимаю, что у меня шансов нет... Жаль, конечно. Но... В конце концов, сенсей заменил мне отца, которого я не помню. Он помог мне, вытащил из той помойки, куда меня забросила судьба, отмыл, накормил, устроил в Академию... Наверное, мне придется смириться с тем, что его счастье составлю не я.

— Знакомьтесь. — отсмеявшись, сказал Учитель. — Анко-тян, это — Тайна. Мой пациент. Я её лечу.

Ага. И не только лечите.

— Тайна-сан. Это — Митараши Анко. Моя воспитанница. Генин Скрытого Листа.

— Очень приятно. — рука девушки продолжает поглаживать меня по голове. Ну раз так... Я ж вам отшучу. Аккуратно выворачиваюсь из захвата и кланяюсь девушке.

— Тайна-сан. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

Ну вот... Как я и думала. Теперь уже моя очередь немного посмеяться.

Когда же Учитель вышел из шокового состояния, он строго посмотрел на меня и сказал:

— Хорошо. Давай, рассказывай.

— Что рассказывать, Орочимару-сенсей? — нет, я не тупая, мне всё понятно, но хочется, чтобы Учитель подольше поговорил со мной.

— Что за миссия такая вам выпала, что вы три недели в деревне не появлялись? Рассказывай, давай. Если, конечно, это не Запечатано Огнем-и-Листом.

— Пф... Было бы там что запечатывать. Бамбук корчевали на границе со Страной Рисовых полей. Тоска. Только и развлечений, что набегающие время от времени разбойники с той стороны. Так что — двое корчуют, а третий — сторожит.

Тайна

Полюбовавшись тем состоянием, в которое вогнала Орочимару эта наглая, но обаятельная девчонка, я задумалась. В разговоре прозвучало несколько новых для меня понятий, с которыми мой синхронный переводчик справиться так и не смог. Поэтому пришлось обратиться к первоисточнику информации, то есть — Орочимару. И я взялась за блокнот.

*Что это такое?*

— Ты о чем, Тайна-сан?

Не зная, как еще объяснить, я кивнула в сторону Анко.

— А... Ты про "генин"?

Я кивнула.

— Генин — это низший ранг шиноби. То есть...

Тут я прервала Орочимару, поскольку слово "шиноби" тоже пошло без перевода, хотя и слышалось в нем что-то знакомое.

— Шиноби? — кивнув опять, я заметила как округлились глаза Анко. Судя по всему, я спрашивала про нечто общеизвестное.

— Шиноби это... наверное, правильнее всего будет назвать нас наёмниками. Нас нанимают для решения самых разных проблем, от прополки картофеля...

И тут меня как просветило. "Шиноби" — это же другое наименования ниндзя. Но... десятилетняя девочка? Резким движением провожу большим пальцем поперек горла. Кажется, жест достаточно универсален и понятен.

— Да, включая и убийства.

Я с вопросительным видом указываю на Анко.

— Ну, генину, только что окончившему Академию, никто устранения не поручит, но... да и этим мы тоже занимаемся. Более того, Скрытые Деревни — основа военной мощи любой страны, в которой они есть.

И я глубоко задумалась, практически не обращая внимания на разговор Анко с Орочимару.

Анко

Я смотрела на "разговор" Орочимару-сенсея и Тайны-сан, и, подозреваю, глаза мои становились все больше и больше. Она... она не говорит? Почему?

— Орочимару-сенсей... а почему Тайна-сан не разговаривает? — встряла я, уловив паузу в их "разговоре". Взгляд Учителя затуманился:

-У Тайны-тян сильно повреждено горло. Как я не старался... Да что там я — даже Цунаде не справилась.

Ох! Если даже Цунаде... Как жаль её... Такая молодая и красивая... Я подошла к женщине и та задумчиво встрепала мои волосы. А я задумалась еще над одной загадкой:

— Орочимару-сенсей, а почему Тайна-сан не знает, кто такие шиноби? Это же всем известно?

— Анко-тян, как её зовут?

— Тайну-сан зовут Тайна-са... Ох!

— Вот именно. Иноичи-сан говорит, что ей умело наложили ложную память о том, что она жила в мире где вообще нет шиноби. Совсем.

— Совсем? Как это может быть? Как можно жить — без шиноби?

— И я не знаю. — вздохнул Орочимару-сенсей. — Но Иноичи-сан так и не сумел найти ни одного стыка или сшивки, которые позволили бы ему проникнуть за завесу этой ложной памяти.

Тайна

Слова Орочимару выбили меня из колеи. Настолько, что я даже на некоторое время прекратила обдумывать, как бы поаккуратнее сообщить этому... этому змею, что использовать детей в качестве убийц, это... это... Даже не знаю, как это назвать!

Но... Ложная память? И как я могу доказать, что это не так? Рассказать что-то из знаний моего мира, которые не известны в этом? А откуда я знаю, что здесь известно, а что — нет? Судя по частоте генетических модификаций — они нас кабы и за пояс не заткнут... К тому же мне ответят, что "это означает только то, что тот, кто накладывал ложную память — хорошо разбирается в предмете". И бритва Оккама — не поможет. И там и там — обязательно появляется одна лишняя сущность. Только я предпочитаю срезать предположение о вмешательстве в мое сознание... А местные — предпочитают исключить допущение о реальном существовании "мира без шиноби". И кто из нас прав?

Прежде чем начинать популярное объяснение на тему прав ребенка и нецелесообразности использования их в качестве шиноби, отдельно взятого ребенка следовало хотя бы накормить. Поэтому, я, решительно прерывая разговор Анко и Орочимару, беру её за руку и увожу на кухню. Благо соорудить перекус ребенку есть из чего да и кусок пирога с соком ее на некоторое время займет. Убедившись, что девочка поняла меня правильно, змеёй скользнула обратно в комнату и принялась быстро писать. Орочимару, воспользовавшись нашим уходом, занимался сугубо мирной деятельностью заносил в дневник результаты исследований и поэтому кода я хандарахнула блокнотом о стол даже вздрогнул, потом перевел взгляд на меня и еще не читая сообщения понял, что я в легком... точнее совершенно нелегком, бешенстве

Надпись *нельзя использовать детей в качестве убийц* особого впечатления на него не произвело.

*Они же дети!* — шмякнулся блокнот о стол второй раз. — *У них должно быть нормальное детство. они должны играть, учиться в нормальной школе, жить мирно!*

— Это повсеместная практика, — отмахнулся змей. — Дети наиболее обучаемы, именно в этом возрасте они начинают раскрывать свой потенциал и лучше...

*Они дети!* — шандарахнулся блокнот о стол в очередной раз

— Я в её возрасте воевал!

*И это дало тебе что-то хорошее? Дети должны быть детьми!*

Возможно моя позиция и была в корне не верна, может, шла в разрез со многовековыми традициями этого места, но от того, что маленьких детей лишают нормального детства становилось противно.

— Да как ты не понимаешь! — вышел из себя Орочимару и вдруг наткнулся на мой взгляд. Я остываю быстро и злости уже как не бывало, осталась одна только грусть.

Я вышла из комнаты, не дослушав змея и оставив на столе блокнот — на душе было просто отвратительно от того, что мне придётся жить в этом мире. Выйдя из дома, я села на крыльцо и прикрыла глаза. Солнце уже уходило за горизонт, легкий ветер трепал мне волосы и хоть как-то пытался унять тянущую боль в груди

Орочимару

Ну вот чего она хочет? Чтобы я изменил политику и традиции деревни? Да что там — деревни... То, что шиноби заканчивают образование в двенадцать лет — это общемировая практика. Лист еще более-менее щадяще относится к своему пополнению. Полгода-год на миссиях Д-ранга, где противника не может быть, потом — два-три года ранг С, где самые опасные враги — какие-нибудь разбойники... Вроде той миссии, с которой только что вернулась Анко... Рассказать ей что ли про экзамен в Кровавом Тумане, где выживает не больше половины, а чаще — гораздо меньше, ведь проходит экзамен только тот, кто убил хотя бы одного из соучеников... Нет, наверное, не стоит — не поймет. Только расстроится. Или про Учиха Итачи, гения клана, который отправился на войну в восемь лет, после ускоренного курса молодого бойца? Еще того не легче... В общем, понятно: чтобы не потерять Тайну, надо что-то делать. Но вот что именно?

На крышу, где я предавался невеселым размышлениям, вылезла Анко. Анко-тян-Шило-в-попе. Вот кто её просил вылезать с этим "позаботьтесь обо мне"...? Она бы еще спросила: "а Вы будете моей новой мамой?" И взгляд при этом такой... наивный-наивный. Вроде как она и вовсе не догадывается о подтексте своего приветствия.

— Орочимару-сенсей, а почему Тайна-сан расстроилась?

— Она считает, что воевать должны взрослые. А детям, таким как ты — надо сидеть дома и играть в игрушки. Надеюсь, что я её правильно понял... Иногда это трудно. Всё-таки, Тайна еще далеко не полностью освоилась...

— А кто же должен воевать? — На личике Анко написано глубокое недоумение.

— От восемнадцати и старше.

— Но... ведь они же уже старики!!!

— Ку... А я тогда кто? Древняя руина?

— Нет. Вы — Орочимару-сенсей.

— Спасибо, милая. А то я уже как-то забыл... В маразм впадаю, наверное. — и только могучим волевым усилием удерживаю себя от натурального лошадиного ржания.

Тайна

Я долго сидела в своей комнате, пытаясь обдумать услышанное. Ну не укладывалось в моей голове то, что из ребенка могут растить солдата и убийцу. С другой стороны, это, похоже, норма в странном мире, где я теперь обитаю. И от этого становилось безумно тоскливо. У меня никогда не было детей, но был племянник — Кир. Очаровательный мальчишка. Конечно, уже не совсем мальчишка, но для меня он всегда останется маленьким ребёнком. И представить, что Кира с самого детства учили бы убивать, мне было тяжело. Однако была такая хорошая пословица — Не ездят в Тулу со своим самоваром. Этот мир чужой для меня и, по большому счету, я ничего не могу изменить. Я не политик (какой политик без голоса), не суперсолдат (здесь меня, наверное, любой ребенок сделает), я даже не знаю, насколько здесь сможет пригодиться моя специализация. Я с горем пополам могу общаться, мои навыки письма ещё далеко не очень хороши. По всему выходило — зря я поругалась с Орочимару...

Спустя пару часов я вышла на улицу, Змей ожидаемо облюбовал крышу, Анко пристроилась рядом и, похоже, дремала. Устала девочка на этом своем задании, как подумаю, кулаки сжимаются...

И настолько мирной кажется эта картина что даже тревожить их не хочется. Впрочем, по опыту я знаю, если долго наблюдать за Орочимару, то он почувствует взгляд и...

Мужчина резко сел, встрепенулась девочка, а я подняла блокнот

*Ужинать будите? Я блинчики приготовила...*

Орочимару внимательно посмотрел на меня, а я только вздохнула и пожала плечами. Мне ничего не остается, как примириться с этой системой. Хотя бы попробовать. Но если я смогу что-то изменить — я это сделаю. Я улыбнулась и зябко обхватила себя за плечи. Не то что б было очень холодно, просто, чуть-чуть, совсем чуть-чуть я испугалась того, что ещё только может произойти

Анко уже улеглась спать, а я решила прояснить ещё один вопрос, не дававший мне покоя остаток этого сумасшедшего дня. А для этого стоило серьезно поговорить с Орочимару — вот уж кто сейчас точно не спит. Я тихонько постучала в его комнату и не дожидаясь ответа и вошла.

*Ты действительно считаешь, что моя память ложная?* — подсунула я ему заранее сделанную запись

— Так считает Иноичи, — осторожно заметил Орочимару

*Вы верите в богов и загробную жизнь?*

— У нас есть боги и мы верим в реинкарнацию. — змей чуть прищурился, пытаясь соотнести мои вопросы с тем, что уже знал обо мне

*Там откуда я родом, есть поверье, легенда: умирая человек может попасть в другой мир и продолжить жить там. Особенно, если у него был и сожаления или недоделанные дела, правда ещё есть вариант: что он останется в нашем мире бесплотной душой.*

Писала я долго и, похоже, это только подогревало любопытство змея.

— Иной мир?

*Мир, в к котором оказываешься перейдя грань. Мне сложно сказать о чём именно я сожалела умирая, но Иноичи никогда не найдет в моём сознании стыков и склеек что бы иметь возможность добраться до моей "настоящей памяти", свою "наложенную память" я прожила от первого до последнего дня.*

Я не знаю, какое впечатление произвёл на Орочимару наш разговор, иногда его довольно сложно читать, просто на мгновенье мне показалось — в глубине его невыразительных глаз вспыхнул огонек ярости.

Орочимару

Вспоминая историю Тайны, я медленно наливался ненавистью. Моя совесть — это нечто, чего не вдруг обнаружишь, многие кривятся, когда я смею употреблять в отношении себя слово "честь", но такое... это что-то запредельное. Убить ту, кто доверяла тебе... и ради чего? Деньги?

В список целей, которых я хочу обязательно достичь, добавился новый пункт: найти способ достигнуть этого "другого мира". Тварь, сделавшая такое — не должна "жить долго и счастливо".

Поймал себя на том, что уже вместо кровавых картин мести, передо мной — план исследований. Кажется, начать имеет смысл с изучения Призыва. Ведь призываемые откуда-то приходят? Тем более что Учитель недавно подкинул свиток с запретными техниками в рамках заказанных им исследований бессмертия. И там я кое-что нашел... но очень уж несовершенное. А ведь та техника относится именно к Призывам, так что мой интерес вполне можно залегендировать...

На этом моменте я "всплыл" из своих мыслей... и заметил, что Тайна дрожит на стуле.

— Что с тобой?

*Мне внезапно стало нехорошо* — выводящая кандзи рука дрожала. — *Я как будто снова увидела...*

Я болван! Выпустил Ки и даже не заметил этого. Рывком перемещаюсь поближе к девушке, обнимаю её за плечи и прижимаю к себе, стараясь успокоить и согреть. Как ни странно, но заодно — успокаиваюсь сам. Правда, жажда мести никуда не ушла. И тот, кто вызвал её из небытия — обязательно встретится с моим возмездием... И даже в смерти он не укроется от мести Легендарного саннина.

Анко

Мммням! Вкуснятинка какая!!! Я радостно облизала пальцы, и, наконец, огляделась по сторонам. Тайна-сан ласково смотрела на меня. Она так вкусно готовит! И даже Орочимару-сенсей одобрительно щурится... Никогда не видела его таким довольным. Разве что как-то раз в лаборатории... Нет, тогда он был напряжен и сразу начал готовиться к следующему эксперименту. А сейчас — никуда не спешит, спокойно улыбается... Хотя улыбка на его лице и смотрится как-то странно.

— Вы прекрасно готовите, Тайна-сан. Могу ли рассчитывать...

Не дожидаясь, пока Учитель закончит вопрос, Тайна-сан кивает. А я визжу от радости. Тому, что стряпает Учитель, равно как и тому, что подавали в столовой Академии, до этих блинчиков, как отсюда до Кровавого Тумана!

— Тайна-сан, а расскажите о себе!

Учитель вздрогнул... А Тайна-сан вздохнула и раскрыла блокнот.

Тайна

К концу вечера занимательных историй рука просто отваливалась писать кистью тяжело и не удобно. Мне, по крайней мере. Историй рассказала всего-то ничего, но Анко понравилось и после этого я с чистой совестью отправила её умываться и спать. В конце концов, она после задания, да и к ночи уже дело. Всевозможные пререкания разрешились строгим взглядом и обещанием зайти перед сном и поцеловать. Чудный ребёнок

Орочимару

Вот КАК она ухитряется так легко построить в три ровные шеренги такого шебутного и непослушного ребенка, как Анко-тян? Ведь побурчала немного, скорее "для порядка" и удалилась в спальню. А мне такого результата удавалось достигнуть только одним способом: загоняв девчонку тренировками до состояния "упала и вырубилась". Так что, когда Тайна и Анко удалились... В общем, завистью я только что не фонтанировал. Нужно было придумать что-то, чем занять себя, а то ведь взорвусь! И я привычно-бесшумным шагом двинулся в лабораторию — появилось у меня несколько идей, которые надо было как-то проверить.

Тайна

Вообще-то заходить в чужую лаборатории не прилично и чревато, но удержатся крайне сложно. Тем более, я — по делу. Пока Орочимару и Анко на тренировках, я в доме большую уборку затеяла. Заглянувший Джирайя вместо того, чтобы как обычно начать расточать сомнительные комплементы и в итоге стать главным кандидатом на тягловую силу, смылся — я и глазом моргнуть не успела. Лаборатория стояла самым последним пунктом из всех возможных. По опыту знаю, что любое нарушение тщательно созданного исследовательского бардака иногда вызывает нешуточный приступ раздражения. Нет, у меня в лаборатории, той части где проводились эксперименты естественно было стерильно, но два огромных кабинета где делались расчеты... у нас там только полы мыли. И даже пыль не вытирали: не дай Бог мы на этой пыли что-то записали. Шучу, конечно. Эх... тётю Зину бы сейчас сюда. Она бы мне такую лекцию по уборке дома прочитала бы... записи я читать не собиралась, так взглядик брошу и всё...

Орочимару

С тренировки мы с Анко возвращались довольные и радостные. У Анко наконец-таки начал получаться нормальный призыв, а не какие-то мелкие змееныши. К тому же, домой нас вело предчувствие вкусного обеда.

Вот только дома мы наткнулись на загадку... Ещё теплый обед стоял на столе, а вот приготовившей его — не наблюдалось. И только минут через двадцать поисков и оглушительных криков я сообразил: Тайна — она же исследователь... И моя лаборатория для неё явилась, наверняка, непреодолимым соблазном. Вот интересно, много она уже успела расшифровать в моих записях, которые мало того, что широко используют весьма специфическую терминологию, иероглифическое изображение которой мы не учили... так ещё и почерк у меня в такие моменты... "курица лапой" — это ещё очень мягко и неконкретно.

Куу... Как и ожидалось, Тайну мы нашли в лаборатории. Она сидела, намертво зависнув над моими записями об исследованиях генетического образца единственного известного носителя Мокутона. Её губы шевелились, и она что-то пыталась бормотать... Понимать бы еще, о чем она...

— Тайна-сан, Тайна-сан... Мы Вас так искали... А почему вы не отзывались? Мы же звали... и громко!

— Анко-тян, отстань пока. Она тебя все равно не слышит.

Тайна

Зависла я надолго. А собиралась только одним глазиком глянуть. Новость хорошая: первая генетика тут развита, но как-то странно. В записях Орочимару была информация о любопытном генетическом отклонении, знать бы что она давала и как проявлялась. Перед глазами мысленно роились тысячи формул, десятки гипотез. Всплывали отрывки из исследований, выделить бы ген и синтезировать его... Мечта моего учителя — получать жизнеспособные гены искусственным образом, что бы в итоге можно было заменять мутировавшие гены, здоровыми образцами. Операция по пересадке генов... неплохо звучало... Я дёрнулась. Время к вечеру, Орочимару и Анко уже должны были вернуться.

Орочимару

Как я и думал, в сколько-нибудь обозримое время Тайна из лаборатории не проявилась. Хорошо ещё, что она не обнаружила скрытую дверь в комнатушку, где стоит мой, единственный на всю Коноху действительно персональный компьютер. Думаю, если бы такое произошло — мы бы её и завтра не увидели. А так...

— Спасительница! — девушка смотрит на меня, явно не понимая причин такой бурной радости. — Время уже пол одиннадцатого — а у мелкой сна ни в одном глазу. Недотренировалась явно. Уложи её, а?!

Тайна

Как пол одиннадцатого??? Да быть не может! Я в ужасе посмотрела на Орочимару и потрясла головой. Или может? Я натура увлекающаяся... перевела взгляд на Анко, та тихо давилась от смеха... Судя по всему, меня злостно разыграли. Ну, всё! Я буду мстить и, мстя моя будет страшна! Начнём с самого жуткого — щекотка! Крадучись направляемся к Орочимару, ну всё... держись Змий!

Орочимару

Разумеется, сколько-нибудь серьёзно сопротивляться "злостному защекотанию"я и не думал. Но и совсем бревном лежать — как-то не интересно. Так что возились мы довольно весело, особенно, когда к процессу подключилась Анко-тян. Вот только... где-то на середине нашей возни я заметил, что двигаюсь как-то не так как привык. Чуть-чуть не так... Как будто мне что-то мешает... немного, на грани восприятия — но мешает.

Куу... а ведь то, что для джонина S-ранга "почти незаметная помеха", для недавно выпустившегося генина — "почти неодолимая преграда". А если учесть, что самого момента наложения гендзюцу не заметил даже я... В общем, в том, каким именно образом Тайна изловила Анко-тян, я, кажется, понял. Но... Иноичи же сказал, что она о самом существовании шиноби не помнит, или не знает, если принять её гипотезу о другом мире... А применять гендзюцу неосознанно... Я даже о такой возможности ни разу не слышал. Надо будет исследовать... Сначала... И тут меня ткнули кулачком в бок, привлекая внимание, а перед глазами повис блокнот.

*О чем задумались, Орочимару-сан?*

Куу... Я, кажется, выпал из игры. Хорошо ещё, что в бою со мной такого еще не случалось. Надо будет как-то взять под контроль свое любопытство.

— О тебе.

*И что надумал?*

— Поможешь мне завтра в одном опыте?

Тайна

Опыт дико попахивал магией и средневековьем. Всё, что от меня требовалось — постоять в центре красиво начерченной пентаграммы, "диагностической печати", как назвал сей рисунок Орочимару. Стою и разглядываю потолок как примерная девочка, на лице всеобщее выражение скуки. Ну не верю я, что эта пентаграмма какие-то результаты выдать может. Впрочем, в бегающих по стенам людей.

Орочимару

Куу... Как я и думал, учить её ниндзюцу и тайдзюцу — бессмысленно и бесполезно. Для тайдзюцу уже непоправимо поздно. Ни скорости реакции, ни гибкости, подобающей шиноби я от неё уже не добьюсь. Не зря ведь карьеру шиноби начинают в двенадцать лет. С ниндзюцу ситуация чуть лучше... Но с её мизерным объемом чакры... Не стоит и начинать. А вот гендзюцу... Уверенный, тончайший контроль даже на неосознанном уровне... В сочетании с интеллектом, позволяющим разобраться в моих записях... В общем — если Тайна согласится — занятия начнем уже завтра.

Тайна

На предложение Орочимару начать заниматься с завтрашнего дня я, естественно, ответила согласием. Предложенное к освоению гензюцу сильно напоминало продвинутую форму гипноза. Этой развлекушкой очень увлекался Кир, периодически вываливая на любые свободные ушки гору информации по интересующему предмету. Меня эта учесть тоже не обошла, так что думаю, это будет интересно и поучительно. Крайне заинтересовала чакра, в моем испорченном онлайн-игрушками сознании прочно ассоциировавшаяся с магией. Пару техник, которые мне любезно показал Орочимару, произвели на меня неизгладимое впечатление. Правда Змей сразу уточнил: мне такое не светит — способности к стихиям у меня нулевые. Ну и пусть, зато я умная, да и не надо мне это по большому счету

Орочимару

Начало занятий с Тайной получилось... занимательным. Куу... Для начала я показал ей гендзюцу "Тьма". Конечно, оно входит в продвинутый курс, но только потому, что относится к массовым. А так... проще — просто уже некуда. Вообще ни о чём, кроме собственно наложения, задумываться не надо... Вот только снимается оно в мах... и блокирует только зрение, что для шиноби, привычным в том числе и ориентироваться на слух... Мешает, конечно, но не сильно.

Но что из него сотворила Тайна... Постоянный шелест, невнятный шепот, порывы ветра, дующего со всех сторон сразу, колебания земли под ногами, даже резкие запахи... В общем, пробыв в этом кошмаре несколько секунд, я чуть не рухнул. Благо, снять его по-прежнему не составляло проблемы. Вот только вспомнить об этом даже у меня получилось далеко не сразу, хотя я и точно знал, что именно задавал Тайне. А уж тот, кто влетит в подобное без подготовки... Мне такого уже жалко, хотя самая распространенная в Конохе школа мысли утверждает, что это чувство недоступно мне в принципе.

Тайна

Если подумать, то задание я провалила, с другой точки зрения... У Орочимару так загорелись глаза, что стоит допустить — я сделала что-то довольно интересное, в общем, будем разбираться почему место темноты у меня локальный апокалипсис получился. И тут мне в голову пришла хорошая идея:

*А есть гензюцу, которые воздействуют на слух или создают звуки?* — записала я и Змей заинтересованно усмехнулся.

Тайна

Занятие гензюцу — это интересно, и познавательно, но... но не совсем мой профиль, хотя пару методик гипноза я вспомнила и сейчас заканчивала описывать последнюю. Орочимару занимался с Анко во дворе. Мелкая прелесть явно собиралась вытащить из него всё, что только можно и нельзя. Я уже поставила последнюю точку, когда дверь распахнулась и в комнату, зажимая в руке несчастную полупридушенную змейку, влетел маленький такой ураганчик:

— У меня получилось, Тайна сан, наконец-то получилось! Я её призвала!

Ужика сунули мне под нос и тут же улетели обратно. Кто и что призвал, мне, естественно, никто не объяснил. Ладно, к этому вопросу мы вернемся чуть попозже. В конце концов, здесь люди по стенам бегают, а ручные ужики... это почти не интересно. Вползший следом Орочимару с лёгким удивлением осмотрел комнату, похоже, он действительно был уверен, что наше локальное торнадо где то здесь обитается. Кстати! Я протянула ему исписанную тетрадь и вышла. Надо поймать ребенка и пристроить её к делу — ужин готовить.

Орочимару

Тайна отдала мне всё, что смогла вспомнить об искусстве, вложенном в ее голову "неизвестным манипулятором"... Нет, конечно, большая часть написанного была мне известна. Но вот идея не создавать полный и подробный образ требуемой иллюзии, а лишь наметить его в общих чертах... Хорошая идея. Богатая. Когда создаешь полный образ — всегда остается шанс проколоться на какой-нибудь мелочи. А когда противник сам создает видение... Пожалуй, над этим стоит поработать... В знак того, что идея пришла ко мне из "другого мира", я назову эту технику — "Демоническая иллюзия: Адское видение".

Почти неделя ушла у меня на то, чтобы подобрать необходимые печати и заставить чакру двигаться правильным образом. И всё-таки, кажется, у меня получилось. Вот только... как бы проверить, что именно у меня вышло? Раньше я не задумываясь попросил бы Анко-тян... и она так же не раздумывая — согласилась бы. Но теперь... некоторые реакции Тайны-тян я уже научился предсказывать. Если я так поступлю — мне конец. И не посмотрит, что я — шиноби S-ранга. Так что нужно что-то другое... Куу... И как же я не додумался сразу? Ведь ту же идею можно реализовать и иначе.

— Анко-тян!

— Да, Орочимару-сенсей?

— Сейчас я покажу тебе одну технику. Ты внимательно ее изучишь, а потом — применишь на мне. Ясно?

— Да, сенсей.

У нашей малолетней непоседы получилось почти сразу... Ку... Ну, два дня упертых тренировок — в такой ситуации это и есть "почти сразу". И вот Анко-тян стремительно складывает печати...

— Орочимару...

— Ку... — я стремительным движением поворачиваюсь на голос. Из-за деревьев, окружающих полигон выходит Тайна-тян. Вот только движется она как-то... как-то неуверенно. Я бросаюсь к ней... Поздно. Когда мне остается пролететь в прыжке ещё не больше метра — девушка мягко оседает на землю. И мне, как профессиональному ирьенину сразу становится ясно — любые мои действия уже ничего не изменят...

Тайна

Когда перепуганная Анко с трудом притащила тело Орочимару, у меня сердце в пятки бухнуло и дышать стало сложно.

Тайна-сан, — заскулила девочка а я машинально потрепала её по волосам и первым делам нащупала пульс. Жив. Всё отпустило. Теперь надо принимать меры. Распахиваем кимоно, бегом открываем все окна. Левой рукой пишем: *принеси воды*, пока правой проверяем зрачок. Я даже не знала, что Анко умеет так быстро бегать. Пиала холодной воды и компресс появилась мгновенно. Орочимару начинал медленно и тяжело приходить в себя и это мне не нравилось.

*Позови Цунаде"

Подозреваю, что левой рукой я писала не разборчивее курицы, но умненькая девочка меня поняла и снова практически исчезла. Дожидаясь "приезда скорой", я чувствовала, как меня внутри всю трясло. Подобные, глубокие, обмороки стали привычными, когда болела Лиска, и сейчас было до одури страшно, что я могу потерять еще кого-то дорогого для меня. В этом странном мире кроме Орочимару и Анко у меня ни кого не было. В прочем дело даже не в этом. Я машинально поглаживала его ладонь и мысленно молилась, что бы он скорее пришел в себя. Нашатыря в этом диком мире не было, как и не было привычных для меня лекарств, так что все мои знания опять становились бесполезны. Орочимару застонал и наконец-то открыл глаза, сфокусировал взгляд на меня и как-то странно выдохнул. Всё... сейчас я убью этого гада. Выдернув руку, которую он крепко сжал, я застрочила в блокноте, а тут как раз и Цсунаде подоспела с Анко. Замечательно, будет кому реанимировать его, когда я всё ему выскажу, а заодно и выясню, что же всё-таки произошло.

Тсунаде

К моему приходу пациент уже был скорее жив, чем мертв, и его надо было только привести в порядок. По пути Анко-тян успела рассказать мне про испытание новой техники, про то как Оро покачнулся и упал, про то как... В общем, про многое. Я догадывалась, что отдельные темноволосые личности неровно дышат к желтоглазым змеям, но не догадывалась насколько. Анко уверенно говорившая, что Тайна-сан совсем не испугалась и не растерялась, была не права. Тайна-тян была в панике и облегчение, которое она, судя по её взгляду, испытала, передать невозможно. Переложив на мои хрупкие плечи обязанность приведения Орочимару в нормальное состояние, девушка что-то принялась строчить в блокноте, предварительно отослав мелкую заразку на кухню отдыхать. А я могла со стопроцентной уверенностью сказать, что кое-кого ждёт шикарнейшиий скандал и будет даже немного жаль, что я на нём не поприсутствую. Кстати, надо будет Тайне хотя бы парочку медицинских техник показать, на такой вот непредвиденный случай.

— Ну всё, жить будешь. На тему твоего безответственного поведения мы потом поговорим, а я пошла.

Тайна тут же подсунула мне под нос блокнот:

*Угостить Вас чаем?*

— Не надо, я лучше вечером на пирог зайду, а сейчас у меня дела. Оставляю его на тебя.

Я быстро вышла и аккуратно прикрыла дверь — достаточно что бы там была небольшая щелка позволяющая увидеть, как в Оро полетел блокнот. На счёт скандала я была права.

Орочимару

Тьма... Она окружает меня, медленно поглощая едва вынырнувшее сознание. И это — неправильно. Я должен... А, собственно, что я должен? Уже ничего. Ведь Тайна... Стоп. А что, собственно, с ней случилось? Вспоминай. Вот она выходит из-за деревьев и падает. Больно. Я не хочу это видеть... Надо... Надо понять, что произошло. Возможно, я смогу если не спасти, то хотя бы отомстить. Ку... После её падения — темнота. Я ничего не помню. Куу... А если раньше? Что было перед этим? У Анко-тян начала получаться новая техника и я приказал опробовать её на мне. Помню. А вот что это была за техника? Стоп. "Адское видение". Гендзюцу. То, чего я боюсь больше всего. Но... Значит ли это...

Усилием воли открываю почти непослушные глаза. И первое, что я вижу — Тайна! Тайна-тян! Жива!

Девушка что-то строчила в блокноте, вырвав у меня свою руку, а я просто лежал и смотрел на неё...

Появление и уход Цунаде прошли практически мимо моего сознания. И нормально я воссоединился с реальностью только тогда, когда в меня полетел блокнот Тайны-тян.

*С ума сошел?*

— Тайна-тян, ты о чём? — действительно, не понимаю. Тайна вырывает у меня блокнот, что-то пишет в нём, и снова с силой швыряет в меня. Ку... а вот метанию ей надо подучиться. Талант явно есть, но вот навыков — не хватает.

*Какого на себе непроверенные техники испытываешь? И что это была за техника?*

— Надо же на ком-то испытывать. Анко-тян, конечно, согласилась бы...

Блокнот снова выдернут у меня из рук:

*Убью!*

— Вот и я так же подумал.

*Так что за техника?*

Может, ей намекнуть, что удар уголком блокнота по лбу — это больно? Не, не стоит. Пусть спустит пар.

— Новая. Неопробованная. "Техника адского видения".

*И что же такого ты увидел?*

Как я и думал, учёный в ней стремительно берет верх над впавшей в истерику женщиной.

— Тебя. Мёртвую.

*С чего бы я там оказалась, да ещё — мёртвой? *

— Вот и я сейчас об этом думаю. А тогда — даже на секунду не усомнился. Критичное восприятие действительности оказалось задавлено напрочь.

*Дорабатывать надо. -*

— Это точно. Слишком уж мощная штука. Чтобы генин с одного удара вырубал саннина — это, пожалуй, перебор.

И мы замолчали, задумавшись каждый о своем. Причём, в моих мыслях идеи об улучшении техники даже не появлялись.

Тайна

Сегодня по деревне я гуляла с Анко — Орочимару был занят на каких-то жутко секретных миссиях и переговорах, а мне было скучно сидеть дома, да и продуктов прикупить было бы не плохо. Трещала малышка без умолку, рассказывая обо всём, что видит, а потом вдруг куда-то исчезла, убежала увлекшись чем-то, и я осталось одна. В принципе, Коноха — не Москва или Питер, потеряться сложно и прогулка в одиночестве меня не пугала.

Задумавшись и обзаведясь в процессе поисков довольно тяжелой корзинкой я с продуктами, я совершенно не заметила как налетела на кого-то. Неожиданным препятствием оказалась миловидна темноволосая женщина с темными глазами. Я виновато поклонилась и помогла ей встать, потем достала из корзинки блокнот:

*Прошу прощения, я не заметила Вас.*

— Ничего страшного, — улыбнулась незнакомка. — Мне тоже следовало быть внимательней. Учиха Микото,

*Тайна* — я немного смутилась из-за отсутствия кланового имени

*В смысле меня зовут Тайна* — быстро дописала я, опасаясь, что женщина несколько неправильно поймет эту надпись.

Анко

— Какаши, ты дурак! — выпалила я и гордо отвернулась от этого мелкого и только тут до меня дошло что я не вижу Тайны-сан: похоже мы с ней разминулись. Быстренько оббегала рынок и поняла, что её нет. Вот тут-то мне стало страшно. Первым о ком я подумала, был учитель — его надо было срочно найти и всё-всё рассказать. И я бросилась домой...

— Сенсей! Тайна-сан потерялась...

Орочимару

Когда Анко-тян примчалась в слезах и с криком, что потеряла Тайну, то во мне что-то рухнуло. Как будто я разом утратил что-то невероятно важное... Но виду я постарался не подать, чтобы ещё больше не пугать девочку.

— Что же ты за шиноби, если не можешь быстро обнаружить цель? — глаза Анко-чин вспыхивают надеждой.

— Вы же найдете её, Орочимару-сенсей.

— Обязательно. — с уверенностью, которой, к сожалению, не чувствовал, ответил я ребенку. Ей-то сказал, а себе? Ведь Тайна внезапно появилась в моей жизни буквально ниоткуда... и я боюсь, что однажды она точно так же исчезнет. Не настал ли именно этот момент? — Веди туда, где ты её последний раз видела.

Девочка радостно кивнула, и мы помчались верхними путями к рынку.

— Тут. — Анко-тян показывает ничем не примечательное место посреди рыночной площади.

Жертвую каплю своей крови, и сеть Призыва разворачивается над миром Змей, объявляя, что заключивший контракт желает видеть всех, кто может откликнуться на зов.

— Найдите мне Тайну-тян. Как можно быстрее! — Анко-тян смотрит абсолютно круглыми глазами. Внутренне я и сам удивлен. Такого количества змей мне еще ни разу не удавалось призвать. К счастью, на зов не откликнулись Манда и Кьедаиджа... И так переполох на рынке возник огромный. Народ бросился во все стороны, причем некоторые (отнюдь не только женщины) — с визгом.

Меньше чем через минуту один из аспидов вернулся с сообщением, что задача выполнена. У меня словно монумент братьям Сенджу с плеч свалился.

— Веди!

Тайна действительно обнаружилась недалеко, буквально в двух рядах от того места, где её последний раз видела Анко. Она встревожено оглядывалась.

— Тайна-тян... — бросаюсь к ней, но резко останавливаюсь буквально на последнем шаге. Рядом с Тайной стоит Учиха Микото, жена наследника клана. — Учиха-сан... здравствуйте...

— Здравствуй, Орочимару-кун... если не возражаешь.

Пока мы переглядываемся с Микото, Тайна что-то сосредоточенно пишет в своем блокноте:

*Орочимару... я потеряла Анко. Не знаю, где она...*

С усмешкой за ухо вытаскиваю пропажу из-за своей спины, вызывая радостную улыбку Тайны.

*Вот ты где!*

— Тайна-сан... я... я заговорилась с Хотаке-куном... а потом увидела, что Вас нет... и побежала к Орочимару-сама...

*Если ты потерялась в толпе — стой там, где потерялась, тебя обязательно найдут! А так... ты напугала меня. Я тебя искала...* — карандаш Тайны летает над страницей блокнота. Вообще-то карандаш — не лучший инструмент для изображения кандзи... но писать кисточкой с тушью на весу — ещё хуже.

Пока длилось это почти семейное выяснение отношений, Микото переводила взгляд с меня на Тайну... и явно сделала какие-то выводы. По крайней мере, когда мы остановились, чтобы обдумать уже сказанное, она вмешалась в разговор.

— Орочимару-кун, Тайна-тян, Анко-тян... Я понимаю, что вам хочется поговорить наедине... Но, всё-таки приглашаю вас на обед.

Тайна

Пока длилась наша почти семейная разборка, я заметила жмущуюся к ногам Орочимару симпатичную змейку и, не удержавшись, присела и подняла её, почесав по мордочке. Змей я не боялась, точнее даже любила. У моего брата в детстве были террариум с ужиком, так мне его место ожерелья вешали. Толи мне казалось, толи у змейки действительно была действительна очень выразительная мордочка.

— А вы разве не боитесь змей Тайна-сан? — заметила мои манипуляции Анко. Я покачала головой и снова почесала змейку по мордочке, для полного ответа требовался блокнот, а выпускать странного красненького ужика мне не хотелось. Он такой милый.

Орочимару

Ну и что она вытворяет? Почесывать голову аспиду-двухшажке?! Когда даже малые дети знают, что змея эта так называется потому, что после её укуса человек делает ровно два шага, а вместо третьего — валится на землю и уже никогда не встает? И ведь совершенно не боится! Может — не знает?!

— Ариса-тян, — обращаюсь я к змейке, — Ты не согласишься побыть компаньонкой для Тайны?

Змея отводит голову от почесывающей ее руки, задумывается на пару секунд и кивает. Ку! Отлично. Теперь я могу быть почти спокоен за мою Тайну!

Тайна

Удивленно смотрю на Орочимару, потом вешаю змейку на шею, машинально отметив неестественную бледность Микото Учиха и забираю у Анко блокнот:

*Змеи глухие, они не могут тебя слышать и кивать тоже не могут.*

Орочимару только вздохнул, и перевел взгляд на змейку:

— Я тебе потом объясню, хорошо.

Я кивнула, поставив себе еще один плюсик на тему "надо прояснить один момент".

— И к слову, Ариса-тян прекрасно слышит

Орочимару

Ариса удивленно прислушивается к нашему разговору, даже пытается заглянуть в блокнот Тайны. Впрочем, я не удивлен. Именно эта змейка славится своим неукротимым любопытством. И почти всегда приходит на призыв, если только он не обращен к кому-то конкретно. Но после моих слов невыразительная змеиная физиономия озаряется пониманием.

— Не только слышу. Но и говорить могу.

Тайна

— Я думаю, — вмешалась Микото , — Тайна-сан, найдет общей язык с госпожой Арисой, но я вынуждена напомнить про своё приглашение. В конце-концов, Анко-тян, наверное, уже хочет кушать.

Я виновато чуть покраснела и погладила змейку, быстро написав в блокноте:

*Я просто очень люблю змей, у моего брата в детстве был похожий ужик.*

Микото перевела взгляд на Арису и тихонько рассмеялась

— Действительно, милый ужик.

Тайна

Квартал Учих оказался на удивление шумный и большим, по крайней мере, так показалось мне привыкшей уже к маленькому домику Орочимару. Анко вцепилась в подол моей юбки и не отпускала — боялась, что я снова потеряюсь Орочимару шел где-то позади меня, а я увлеченно переписывалась с Микото, эх жаль здесь нет мобильного телефона — дело бы шло гораздо быстрее. Возле дома Микото встречал серьезный мужчина с красными глазами и не естественными зрачками с какими-то странными вкраплениями, которые моментально захотелось изучить по-подробнее. На глаза у мен здесь вообще мания началась, особенно когда я видела мельком правда мальчишку с белыми глазами без зрачков, судя по тому, что поводыря у него не было он видел и довольно неплохо. Задавать бестактные вопросы я не стала, а обратила внимание на серьезного мальчика рядом с мужчиной.

Представления не заняли много времени, хотя Фукато похоже несколько смущал мой способ общения. В ожидании обещанного обеда глава клана учиха утощил куда то Орочимару, а мы с Микото и детьми остались

"Очаровательный ребенок " подсунула я Микото записку и машинально потрепала парнишку по волосам, почти не обратив внимания на его несколько удивлённый вид.

— Но как? — уловила я краем уха его шепот Анку — я же...

— Это Тайна сан, — пожала плечами Анку. — с ней не срабатывает.

Что и почему не срабатывает я не поняла.

Детей кстати кормили отдельно, а мы вчетвером обедали в большом зале. Сначала меня расспрашивали откуда я, как мне нравиться Каноха, что именно меня связывает с Орочимару... Почему-то, как я заметила мое новое ожерелье нервировало присутствующих, как впрочем и сам Орочимару. Правда это меня не особо беспокоило почему то я была уверена что Микото станет моей хорошей приятельницей

Орочимару.

Куу.... Ну, Тайна дает! Назвать Итачи — "милым ребенком"! Это ж додуматься надо! Да и, пожалуй, аспиду-двухшажке голову почесывать — пожалуй, как бы не безопаснее было.

Обед проходил мирно. Настолько, что где-то в середине Фугаку расслабился и дезактивировал шаринган. Внезапное почернение его глаз вызвало интерес у Тайны, и она стала внимательно разглядывать главу клана Учиха и, по совместительсту — полиции Конохагакуре, вызывая непонятно-заинтересованные взгляды Микото. Пожалуй, как вренемся домой — надо будет рассказать ей о шарингане. А то ведь не уснет, пока не разберется.

Да и разговор за столом шел на нейтральные темы. В основном — вспоминали погибших в последней войне. Вот только почему это мне упорно кажется, что разговор этот имел и еще какое-то значение?

Тайна

Я проснулась от кошмара в котором снова горела в машине и порадовалась что не могу говорить. Не хватало еще перебудить весь дом. Спать не хотелось. Выйдя на кухню, я занялась приготовлением какао. Кошмары мне снились день за днем, и ничего не могла с этим поделать. Почему-то здесь, особенно по ночам я чувствовала себя особенно одиноко.

— ты не спишь? — чуть вздрогнула и виновато улыбнулась. Блокнот я с собой не взяла, так что единственное, что не сейчас доступно это мимика. Орочимару в домашней простой юкате выглядел несколько расхристанно и было видно — он только что встал. Растрепанный и сонный, интересно кто-нибудь видел его таким?

— Тебя что-то беспокоит?

Врать ему не хотелось, и я кивнула

— Я могу помочь?

Теперь отрицательно покачала головой, и налила вторую кружку какао протянув ее, а потом перехватила его ладонь и пальцем написала — "посиди со мной..."

Орочимару.

Печати, расставленные по всему дому в давнем приступе паранойи, предупредили меня о том, что кто-то идет по коридору, и я выглянул из своей спальни. Верная Кусанаги парила в воздухе у меня за спиной, готовая выметнуться оттуда и нанести смертельный удар... Руки застыли в первом жесте, с которого можно начать сразу несколько наборов печатей для техник как оборонительного, так и наступательного характера.

Но все оказалось напрасно. По коридору медленно шла Тайна. Моя Тайна. Но... Воля Огня! В каком она была виде. Ужас, застывший в глазах, мешал ей вообще что-либо видеть даже прямо перед собой. Девушка прошла мимо меня, даже не заметив... и не обратив внимание, что вообще-то идет по дому в почти просвечивающейся ночной рубашке, которую сама же и сшила.

На мгновение я загляделся стройной фигуркой. Как же она красива! Но... с ней явно что-то не так. И я тихо скольжу следом за Тайной. Не потому, что боюсь того, что она меня услышит, а просто по привычке к бесшумному передвижению.

Куу... Судя по тому, что Тайна начала готовить какао — действительность она... осознает. Значит, можно подойти и задать глупый, в общем-то, вопрос.

— Ты не спишь? — Как будто я сам не вижу... Но надо же с чего-то начать. Девушка вздрагивает... что-то пытается сказать... и я понимаю, что блокнота у нее с собой нет. Значит, вопросы надо формулировать очень точно, чтобы она могла ответить.

— Тебя что-то беспокоит? — Кивок. Ожидаемо. — Я могу помочь?

Надпись темной жидкостью на полированном столе заставляет меня вздрогнуть. Отпускаю Кусанаги, которая так и летала у меня за спиной, и усаживаюсь позади Тайны. Обнимаю девушку, сцепляя руки у нее на животе, и практически заставляю откинуться ко мне на грудь. Тайна на мгновение замирает... Секунду... целую долгую секунду мне кажется, что она сейчас оттолкнет меня... но потом девушка расслабляется, и накрывает мои руки своими... И мы сидим, молча даря друг другу тепло и понимание...

Орочимару

Утро... Проснулся я оттого, что шаловливый утренний сквознячок просочился в кухню и коснулся моей спины. Несколько секунд я старался вспомнить, как так случилось, что я сплю сидя, а в моих руках нежиться красивая девушка. Потом память с отчетливым щелчком встала на место, и я осознал происходящее. Я осторожно уплотнил объятья, прижимая девушку к себе. Хорошо-то как... И принесло же в этот момент Анко...

— Тайна-сан, я уже проснулась. А что у нас на завтрак... ой! — Девочка замолчала и отпрыгнула в коридор, но было поздно — Тайна уже проснулась.

Тайна

Проснулась я от того что в кухню влетела Анко. В кухню?! Анко?! Значило это только одно — я-таки проспала так остаток ночи в обнимку с Орочимару. Щеки залил румянец, ну ни дать не взять семнадцатилетняя девчонка. Я едва смогла поднять взгляд на Оро и утонула в его восхищенном взгляде, и судя по всему отпускать меня не собирались... Все что оставалась расслабиться, устроиться по удобнее и улыбнуться девочке, надеясь на то что она не обратит внимание на мою далекую от скромной сорочку. Малышка несколько секунд постояла в дверях, как-то очень понимающе и по-взрослому кивнула и вышла с кухни. Я чуть склонила голову на плечо, рассматривая Орочимару и потянувшись, коснулась уголка его губ своими губами.

— Доброе утро.... — разуметься он ни слова не услышал, а жаль...

Орочимару

Вызов к Учителю неожиданностью, разумеется, не стал. После того, что случилось на рынке... Скорее удивительно было, что Профессор тянул столько времени: вызвал только через день. Разбирался в докладах АНБУ? Хотел точно узнать: кто и в какой момент растоптал каждую конкретную редиску, укатившуюся из корзины старой торговки?

Сандайме Хокаге сидел в своем кабинете. Неизменная трубка лежала перед ним на столе, а весь вид выражал крайнюю усталость. Стол перед ним был завален бумагами. Куу... Ну точно — каждую потоптанную редиску описали.

— Орочимару-кун. И что это такое ты вытворил?

— Учитель. — Склоняю голову. — Я экспериментировал.

— И что же ты хотел узнать столь... необычным способом?

— Я проверял эффективность неконтролируемого призыва в зависимости от местоположения и эмоционального состояния призывающего.

— И какие выводы ты сделал из этого... — Профессор замялся, явно проглатывая нелицеприятный эпитет -... эксперимента?

— Учитель! — Возмущенно вскидываюсь. — Вы же сами объясняли мне основы научного метода! Ну какие выводы можно сделать по одной точке? Нужно набрать статистику... То есть — как минимум пятьдесят точек... — Хирузен-сама схватился за голову.

— Чтобы больше никаких экспериментов такого рода в пределах Конохи. Ты понял?!

— Но Учитель, это может быть важно...

— Молчи! Просто молчи... Надеюсь Конохагакуре — не единственное место, где можно проводить такие эксперименты. Так что в Конохе такое творить — даже и не думай. Я тебя и так еле отмазал! Представители Дайме страны Огня требовали твою голову! — Куу... а дайме-то тут при чем? В конце концов, Коноха ему напрямую не подчиняется! Задумавшись, я этот вопрос решил озвучить.

— Дайме?

— Паникующая толпа, которую ты обеспечил, сбила с ног одного из представителей, и нанесла побои другому. К тому же были украдены примерно половина налогов с ближайших к Конохагакуре крестьянских поселений.

— Кууу! А давайте поступим наоборот — Вы отдадите их мне. Тогда, думаю, что не позднее чем завтра по крайней мере половина пропавшей суммы — найдется. А если повезет — то и почти вся сумма. Не успели же они ее пропить за один день?

— Хмм... Ладно. Об этом можешь не беспокоиться — вся сумма уже нашлась. С ними АНБУ побеседовали вдумчиво и внимательно.

— Ну вот! Так я и подумал, что на базар они с собой мешки с золотом не таскали.

— Да. И только этот факт пока что спасает тебя от серьезных неприятностей. Так что лучше — пару дней на улицах вообще не появляйся. Люди злы на тебя. Пострадали не только эти казнокрады.

— Хорошо, Учитель. У меня найдется, чем заняться.

— Это хорошо. Кстати, о том, чем заняться. Я слышал, у тебя живет какая-то девушка?

— Да, Учитель. — Уже настучали... Впрочем, я и не сомневался.

— Смотри... Эта девушка может стать твоей слабостью. Будь осторожен!

— Хорошо, Учитель. Я буду ОЧЕНЬ осторожен.

Куу... Вы, конечно, Великий Хокаге, но кое-чего и Вы не знаете. Тайна не МОЖЕТ стать моей слабостью. Она УЖЕ стала ей. А слабые места нужно защищать. Превентивно.

Тайна.

После посещения квартала Учих я приперла Орочимару к стенке. Эти глаза не давали мне покоя. Что белые глаза недавно встреченного мальчишки, что глаза Учих. В конце концов, мне все выложили. Грубо говоря, это два стратегических оружия Конохи. Бьякуган и шаринган. Один позволяет копировать техники, второй позволяет видеть потоки чакры.

Здесь мне захотелось вскрикнуть какой бред! Да куда я попала! Быть такого не может.

Но это не бред. Такое возможно ну а попала я в Каноху. И этим все сказано.

Получив базовую информацию я засела за анализ.

Бьякуган и шаринган умения врожденные, передающиеся в рамках одной конкретной семьи. Значит это генетически закрепленная мутация. Здесь мы имеет дело с направленной селекцией. Дальше Бьякуганом владеют и женщины и мужчины, значит если рассматривать его как болезнь, для удобства личного восприятия, то мы имеем дело с X-сцепленным рецессивным наследованием, не сцепленным с полом. С другой стороны в этом случае бьякуган не должны наследовать все дети семьи Хьюга только половина. А здесь на лицо поголовное заражение. Доменантный ген? Окей, примем как вариант рабочий гипотезы. Дальше, где собственно искать этот ген? Понятно, что он связан с глазами, это позволяет выкинуть из "списка подозреваемых" целых три хромосомы сократив список до двадцати. Хорошо если до двадцати. А вдруг, обитатели этого мира имеют иную цепочку ДНК? Здесь все может быть абсолютно иным, начиная от формы цепочки ДНК заканчивая количеством хромосом! Так отставить панику. Шаринган. — в какой-то мере полная противоположность бьякугану. По крайней мере, наследование сцепленное с полом на лицо. Как я поняла девушки не владеют шаринганом, но являются носительницами генов. Микото обмолвилась что ее дедушка был принят в семью, но у отца Микото, шаринган был, судя по обмолвкам. Интересно...

— Что ты делаешь?

Я вздрогнула, подняв глаза на Орочимару, он показался мне растерянным и слегка удивленным. Оглядевшись, я поняла, что слегка увлеклась с размышлениями. Весь пол вокруг меня был засыпан листами с зарисовками шаринганов и бьякуганов различными вариантами форм цепочек ДНК и прочее и прочие и прочие.

"Это интересная логическая задачка"

Я постаралась выглядеть как можно более виноватой. Орочимару же говорил, что и бьякуган и Шаринган очень важны для деревни. Конечно, в моих каракулях будет сложно разобраться ведь писала я на русском опираясь на нашу школу, но тем не менее то что эти записи касались именно важных для деревни вещей понятно было с первого взгляда.

— Логическая задачка? — в голосе Оро явно прозвучало ехидство, но злости вроде не было. Вот и хорошо.

— И много нарешала?

Я задумалась и полезла смотреть, что я там, на расписывала в процессе мучительных раздумий. И как— то попытаться систематизировать, что бы выдать на гора Орочимару все, что пришло в мою беспокойную голову. Мне нравиться Каноха, но я исследователь, ученая. Долго сидеть без дела не могу. Зачахну как роза без полива. В конце концов, любой житель двадцать первого века привык перерабатывать такой огромный поток информации каждый деть и час, что местным такое и в страшном сне не присниться. Занятия гензюцу это конечно интересно, но мне мало.

Я села переводить записи, подсовывая их Орочимаур. Сложнее всего оказалось с терминологией, здесь хоть головой об стенку бейся, но перевести ДНК на понятный ему язык почти не реально, приходилось чем-то подменять, создавая новую понятную и мне и ему терминологию. В какой то момент мы увлеклись настолько, что дело коснулась моей работы и чем я занималась в своем мире. Потом меня притащили кучу свитков и судорожно начали что-то объяснять. Дело дошло до той стадии на которой мой брат говорил, что я перехожу с русского на инопланетный никому не понятный. Мне приходилось останавливать Оро и переспрашивать понятия и терминологию. ...

... Сидим. Смотрим. Я — на печать. Орочимару — на ленту ДНК. Общую атмосферу в лаборатории, куда мы перебрались, можно охарактеризовать два барана перед новыми воротами. С прискорбием понимаю что мои знания актуальны только касательно генома обычного человека и то не факт. С этими так называемыми "секретами крови" разбираться надо отдельно. Вот только для начала необходимо как-то соединить две научные школы и делать это придётся мне. Орочимару может предоставить мне учебные пособия по медицине и прикладной генетики по конохски, а вот я такого же сделать не могу. Фактически мне снова придётся сесть на студенческую скамью.

Орочимару.

Тайна углубилась в изучение фуиндзюцу и генетики. Настолько, что на полигон для занятий гендзюцу ее приходилось буквально выгонять. Правда каждый раз на таких занятиях она вытворяла что-нибудь, что серьезно меняло мои представления о природе иллюзий и сознания... Так что жить в непроходящем шоке я уже немного привык.

И это, как оказалось, было даже хорошо. Потому что, когда Тайна взялась за изучение фуиндзюцу... Конечно, у нее были с этим серьезные проблемы. И даже простую печать у нее редко когда получалось нарисовать за один раз: приходилось отдыхать, дожидаясь восстановления чакры... К счастью, ее мизерный резерв очень быстро восстанавливался. Так что занятия, хоть и затягивались, но все-таки их удавалось проводить в приемлемое время. Но вот вопросы, которые Тайна задавала по ходу занятия...

В начале я их записывал на обрывках, в надежде "как-нибудь потом провести опыты, и найти ответ". Потом понял, что лучше — использовать для этого свитки стандартного формата... потом — взялся за нестандартные... В общем сейчас одна из стен моего кабинета превращена в хранилище свитков, и я серьезно подумываю о том, чтобы некоторые из них все-таки запечатать... хотя и очень сопротивляюсь такому решению, потому что программа экспериментов, выросшая из вопросов Тайны... В общем, от исследования пищевых пилюль по заказу Акамичи мне пришлось отказаться, а некоторые заказы Учителя... немного... отложить. Ни времени, ни сил, ни материалов мне просто не хватало. Зато была надежда, что закончив свою программу исследований — я смогу резко продвинуть заказанные Учителем исследования бессмертия.

Вечером, уложив Анко, Тайна попросила меня "посидеть с ней пока не заснет. Ку... Мне это совсем не трудно. Но... Когда я уже собирался уходить — я заметил, что девушка вся дрожит. Замерзла? Может поэтому она прошлой ночью не могла спать? Первой мыслью было использовать дзюцу... Но Катон — не та стихия, владением которой я мог бы похвастаться. Да и Райтон, в общем-то тоже... Следующая идея была — разбудить Анко-тян, у попросить ее перебраться с Тайне... Но и ее я отбросил, потому как разбудив этот действующий макет вечного двигателя, затормозить его мне не удастся. Запасных же одеял в моем хозяйстве не водилось. Так что в голову пришло только одно. И я аккуратно забрался под одеяло к Тайне, внутренне благословляя изобретателя Нан-но-Каизо, позволившей мне проделать это, не разбудив Тайну. Согрелась девушка быстро. По крайней мере — дрожать перестала почти сразу, как только я ее обнял. Я же довольно долго лежал без сна, старательно, хотя и безуспешно пытаясь игнорировать прозрачные, как гранитная скала, намеки организма на то, что обнимаемая девушка ему (организму) очень нравится.

Тайна

Я проснулась, потянулась и собственно тогда до меня дошло, что спала я фактически на Орочимару. К слову сказать, выспалась я великолепно, чего не могла сказать о змее. Спал он несколько беспокойно, нервно, что впрочем не мешало ему крепко, не вывернуться обнимать меня. Даже странно, что он еще не проснулся, ибо не сомневаюсь в том, что при желании, его естественно утро, я могла встретить одна. Впрочем, такой вариант устраивал мне более чем, льстя собственному самолюбию, я искренне надеялась, что причина его бессонной ночи именно моя скромная персона, по крайней мере, все, что видела и чувствовала я на это намекало. Целоваться он умел, к женщинам, несмотря на сплетни, равнодушен не был, я, по крайней мере, не заметила... Мрачный гениальный ученый утром выглядел милым и домашним.... Осторожно провела пальцем по его губам, а потом не удержалась и поцеловала....

Тык сюда

 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх