Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Чужие игры-10


Автор:
Опубликован:
31.07.2019 — 31.07.2019
Аннотация:
Среда.:)
 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 
 
 

Чужие игры-10


Глава десятая

Сначала небесный поневоле молчал: пришлось освободить руки от оружия, отобранного у Карины. Ножны с мечом он пристегнул к кожаному поясу, приподняв полу своей чёрной кожаной куртки, справа. Ножны с ножом подвесил рядом. Спицы заставили его на мгновения призадуматься.

Новая штормовая волна грязной магии выбрала именно эти секунды, чтобы всколыхнуть пол, а заодно вознамериться исподтишка сбить людей с ног.

Чувствуя, что падает, Карина отшатнулась к стене — к единственной опоре, но не удержалась — ноги подломились на ненадёжно зыбкой поверхности. Не успела вскрикнуть от неожиданности, как железная рука Индара как-то оскальзывающе (довольно странное впечатление), как-то неустойчиво поймала её за плечо и буквально швырнула на себя. Она услышала над головой его бурканье:

— Демоновы спицы!

Что-то жёсткое прижало её спиной к телу небесного — она повисла на нём и увидела, что Индар удерживает её, прижав к себе только локтем. Боевые спицы-то он не успел пристроить куда-нибудь — они торчали в его кулаках. Вот и жал плечом, чтобы не проткнуть спасаемую.

Следующая волна милостиво откинула их обоих к стене, по-волчьи подвывая, словно где-то забыли закрыть разом несколько окон, оставив волю вольную жуткому сквозняку. Потом к завыванию присоединился стук и потрескивание стенной кладки и вылетающих каменных плит пола.

Из-за неудобного положения со спицами Индар чуть не уронил свою живую ношу, но всё же умудрился прислониться к стене спиной. Недолго думая, Карина извернулась и, освободив руки, обняла его за шею. После чего со страхом задрала голову: потолок здесь довольно низковат. Будет ещё одна волна из тех, что идут по нарастающей всё выше и выше, — и их прижмёт к потолку. А если пол с каждой волной будет вздыматься и вздыматься?! Да грязная магия их обоих здесь похоронит, раздавив! Она что — живая?!

— Успокаивается, — почти безмятежно отметил небесный.

Выдохнув, Карина присмотрелась к полу и согласилась: да, вот эта волна ощутимо оказалась ниже предыдущей.

Когда пол будто затаился, подпрыгивать далее или выждать, Индар осторожно ступил от стены и вновь прислушался. А Карина заторопилась:

— Отпусти меня! Отпусти!

Несколько удивлённый, он выпустил её (хоть и сама висела, но он продолжал поддерживать её локтем). Карина отбежала от него и, нагнувшись, звонко чихнула. Прежде чем вернуться к небесному, вытерла нос платочком, привычно приткнутым в удобном местечке своего дублета (или как его там), и отфыркалась от строительной пыли, которая мутными облаками клубилась в свете настенного факела. Тот вопреки всему продолжал гореть, хоть и будучи сильно скособоченным. Полное впечатление страшного подземелья, по которому шастают кошмарные твари.

— Индар, быстро рассказывай всё, — велела она, вернувшись и продолжая кривиться от нового желания чихнуть. — А то опять что-нибудь помешает. Или кто-нибудь, — добавила она, подозрительно глядя в темноту коридора и решительно думая: появись этот кто-нибудь, она точно в драку полезет!.. Прибьёт любого, кто помешает ей узнать о себе!

Небесный уже успел справиться с её боевыми спицами, припрятав их куда-то — она не заметила, куда именно, — и присел на корточки у стены. Карина посмотрела-посмотрела и присела рядом. Не глядя на неё, лишь раз покосившись, он начал:

— Лет пятьдесят пять назад пифия, храмовая женщина-предсказательница, объявила, что вскоре в королевстве родится сильнейший маг. Среди тех, кто слушал в тот день предсказательницу, была Оркена. Когда пифия произносила пророчество, она взглянула в сторону ведьмы, и Оркена поняла, что именно на неё ложится ответственность за будущего сильного мага.

— Это как? — удивилась Карина, хотя и побаивалась хоть слово вставить в страхе, что не успеет дослушать: всё страшилась какой-нибудь помехи.

Небесный чуть улыбнулся её нетерпению, но объяснил:

— Это значит, что будущий маг должен был стать учеником ведьмы, чтобы полностью реализовать свои силы и стать достойнейшим магом королевства во благо всем. Взгляд пифии на кого-то во время произнесения пророчества — указание, что именно этот человек принимает на себя обязательства по исполнению высказанного. Оркена начала искать. Но пифия — есть пифия. Она не сказала, что магом может быть девочка. А до сих пор в королевстве сильнейшими становились именно маги-мужчины. Поискав среди новорождённых мальчиков указанного пифией, ведьма не нашла настолько сильного мага, насколько это предполагала предсказательница. Через какое-то время, примерно через год, Оркена вернулась в храм и уже целенаправленно спросила о ребёнке-маге. Пифия ответила, что ребёнок уже родился — где-то на окраине королевства. А окраины королевства — это громадная площадь с границами, не всегда точными, да ещё иногда вдающимися в пустынные и дикие земли. Оркена разослала своих тогдашних учеников на границы страны и сама попыталась погадать на ребёнка-мага, чтобы найти его место пребывания. Получалось что-то странное: ребёнок с огромной скоростью перемещался с одного места на другое. Найти будущего мага оказалось сложней, чем думалось сначала. А через пару лет это стало вообще невозможно.

Он передохнул немного, сглотнув, чтобы смягчить пересохшее горло.

— Потом-то выяснили, что ребёнка родила нищенка-побирушка, которая ко всему ещё и бродяжничала. Женщина умерла в родах. Ребёнку повезло. Река, на берегу которой умирала мать, поднялась по весне. Половодьем отложенную на тряпки девочку подхватило и понесло по течению. Поначалу. Потом, в тот же день её рождения, то есть уже ночью, ребёнка по крику и плачу нашли рыбаки из кочевого племени и привезли в своё стойбище. И это было первое проявление его магии — неосознанное: ребёнок хотел есть, нуждался в тепле — и его желание было выполнено. Тамошняя ведьма была слаба, но силу необычного ребёнка разглядела даже она. Женщина была старой и беспокоилась о своих сородичах, поэтому ребёнка оставила себе, рассчитывая вырастить себе смену. Племя, приютившее ребёнка, недолго оставалось на месте и традиционно вскоре отправилось путешествовать по известным местам. Чтобы спрятать ребёнка от тёмных богов, ведьма племени окружила его артефактами силы — и таким образом спрятала от поисков Оркены и её тогдашних учеников. Когда девочке исполнилось пять лет, ведьма инициировала её в личные ученицы. Всё было спокойно, не считая того, что девочка росла в окружении людей, готовых на всё, лишь бы ей было хорошо. А потом...

— Подожди, Индар, — перебила изумлённая Карина, — я не совсем поняла. Почему племя было готово на всё? Это больше похоже на поклонение!

— Магическая сила у девочки была потрясающей, — напомнил небесный. — Едва девочка получила в руки ритуальные предметы, принадлежащие той ведьме, она начала упорядоченно колдовать, но при том у ребёнка были и свои желания. Не всегда осознанные. И всё, что девочка просила или даже мысленно хотела, исполнялось немедленно. Особенно после случая, когда она не получила того, чего хотела. Она рассердилась. Половина стойбища была разнесена поднявшейся бурей.

— И опять подожди! — вставила Карина. — Ты рассказываешь так, будто был там. Откуда ты это знаешь? Или... Откуда это знала Оркена?

— Прочитать прошлое человека легче, чем предсказать будущее, которое постоянно изменяется, — мягко сказал Индар.

Он открыл рот продолжить, но расстроенная Карина попросила:

— Извини, мне надо кое-что обдумать.

Он кивнул, теперь уже не сводя с неё испытующего взгляда.

А Карина сидела, уставившись в покорёженный пол коридорного тупика, и вспоминала. И становилось страшновато. Вспомнилось и признание небесного, что он её побаивается. И невнятный разговор со старой ведьмой Оркеной, которая то ли злится, то ли переживает из-за появления Карины, но во всяком случае держится с ней настолько насторожённо, словно разговаривает... с ядовитой змеёй, которая может непредсказуемо кинуться на собеседника и укусить его. "А ещё я была такой бессовестной, что использовала свою силу против людей? — уже мрачно размышляла она. — Я не хочу быть пугалом!" А сама с ужасом теперь добавляла к воспоминаниям о реакции ведьмы и небесного на неё — своё недавнее своеволие, когда она чуть не убила барона Мазуина. Да что там — барона! Машинальный удар по принцессе Лилере — с одного края помещения — чуть не убил девушку! Ведь, если подумать, Лилера могла врезаться в стену головой, а то и не удержаться на ногах и упасть так, чтобы той же головой удариться о каменный пол!.. — Неожиданная мысль заставила её горько сморщить губы: — Я больше испытываю страх из-за той себя, что открывается в рассказе Индара, чем от понимания, что он рассказывает обо мне — и такие необыкновенные вещи!"

Она собралась с мыслями и заставила себя быть сдержанной, произнося:

— И что было потом? Девочку начали обожествлять? Как образ злого духа?

— Погибло несколько человек, — спокойно сказал небесный. — Но ведьма осталась в живых и воспользовалась ситуацией. Она провела девочку, которую знала очень эмоциональной, по всему стойбищу и показала, к чему привела её злость. Девочка видела плачущих людей, видела погибших, которых оплакивали... Всё это произвело на неё впечатление. А потом ведьма ещё раз объяснила, что горе стойбища — результат её злости. И девочка... согласилась на то, что ей предложила ведьма, чтобы эти приступы злобы не убивали людей. Она согласилась пить снадобье, которое, по словам ведьмы, успокаивало, а на деле погружало в вечный полусон.

— Это были наркотики, что ли? — с недоумением уточнила Карина.

Индар помолчал с минуту, словно прислушиваясь к прозвучавшему слову, а потом кивнул. Даже покачал головой, подтверждая.

— Да, это примерно то, что ты видишь, говоря это слово. И в этом полусне девочка находилась почти год. Снадобье ведьма давала девочке каждый день, осторожно формируя объём, чтобы девочка не потеряла свои силы и свои способности. Но через этот год кочевники столкнулись с другим племенем — более воинственным, чем они. Когда ведьма поняла, что их племя вот-вот погибнет, она сунула своей воспитаннице чашку с другим снадобьем — уничтожающим полусон. Когда шестилетняя девочка выскочила из кибитки, в которой жила, и увидела бойню, она испугалась. Не понадобились даже ведьминские артефакты. Люди племени для девочки были единственными родными людьми, и она страшно испугалась за них. Ведьма стояла за её спиной и только направляла вызванные воспитанницей силы, чтобы уничтожить могущественных врагов. Но спустя мгновения направлять девочку уже не надо было. Смерть выбирала только тех живых, которые были чужими. Ведьма рассчитывала, что оставшиеся враги убегут. Они так и сделали. Но девочка впала в состояние, в котором остановиться уже не могла, пока не был уничтожен последний... И ведьма испугалась. Особенно после того как увидела, что на девочке использование личного могущества не отразилось: сил в ней оставалось много. Когда стойбище оказалось вычищенным от врага, когда постепенно начали выглядывать из своих укрытий "сородичи", девочка успокоилась и покорно приняла от ведьмы новую чашу с привычным напитком. А та, уложив её спать, побежала по стойбищу, но не затем, чтобы помогать выжившим, а — искать вождя. В нескольких словах она рассказала, что произошло, и призналась, что через год-другой она не сумеет совладать с силами приёмыша, даже пребывающим в сонной дрёме. Вождь собрал выживших. Они быстро собрались и пропали в неизвестном направлении. Перед уходом ведьма напоила девочку другим снадобьем — оно погрузило маленького мага в крепкий сон, и два всадника племени унесли приёмыша в чужие земли, где и оставили на ступенях первого встреченного ими храма.

Карина сама не заметила, как уселась прямо на пол, на один из крупных обломков, и заворожённо слушала историю, которую могла бы охарактеризовать только как ужастик. И не могла — никак не могла сейчас ассоциировать себя с той малышкой, о которой беспристрастно рассказывал небесный. Она представляла, как всадники — наверняка ночью — подъехали к лестнице, ведущим к высоким дверям храма, как один из них спрыгнул-спешился с лошади и бережно взял с рук второго всадника спящую малышку. Как мягко положил её на ступени храмовой лестницы, боясь и в то же время беспокоясь... Она была уверена, что всадники, даже будучи рядовыми членами того племени, всё равно беспокоились об опасном ребёнке, которого однажды приютили, а теперь были вынуждены оставить в неизвестности, на произвол злой судьбы.

Поскольку Индар замолчал, она спросила о другом:

— А какой она была — внешне? Похожей на меня?

— У девочки были необыкновенной красоты волосы, — ответил небесный, тихонько усмехаясь. — На первый взгляд, особенно на солнце, выглядели тёмно-рыжими. Но если всмотреться, они были малиново-медными, с бликами рыжего. Вроде и мёд, но ближе к тёмно-красному. И у неё были зелёные глаза.

Карпина надула губы, вспоминая крик Лилеры: "У неё зелёные глаза!"

— А где находился этот храм?

— Увы, девочке снова не повезло. Храм, в котором её оставили, располагался на перекрёстке дорог, вдали от оживлённых торговых путей. Сумели её пробудить только на третий день. Прежде чем узнать, кто она и что с нею случилось, служителям храма пришлось научить подкидыша говорить на нашем языке. А это — время. Воспитывать подброшенного ребёнка никто и не подумал. Не зная, что она маг, её взяли лишь как выкормыша — то есть сироту, которую можно использовать как безропотную служанку и платить её лишь едой. Впрочем, храм был беден, и его служители и сами редко ели досыта. Девочка замкнулась в себе, не проявляя никаких признаков владения магией. Она, несмотря на малолетство, поняла, почему попала в этот храм. Но поняла по-своему: от неё отделались, потому что она несла смерть. Два года она послушно подчинялась всем приказам служителей храма... И, поскольку она не использовала магию, Оркена, которая уже почти нашла её, снова потеряла девочку. Пришлось снова идти к пифии. Та высказала очень странное пророчество: тебе придётся её собирать и отправлять в путь.

Он внезапно замолчал и взглянул в темноту коридора. Карина немедленно проследила его взгляд, но там была тихо, и она вопросительно посмотрела на небесного.

— Показалось... — пробормотал он, а потом снова уткнул взгляд в пол, кажется вспоминая, на чём остановился. — Ага... Через два года, когда девочке исполнилось восемь, в храм пришла принести жертву богам рыжая женщина. Она была из простых, без магических сил. Но бездетная. Она увидела девочку и полюбила её всем сердцем. Девочка откликнулась на её доброту и согласилась уйти вместе с нею. По дороге из храма в поселение они договорились, что женщина своим из поселения скажет, что девочка — её дочь, когда-то потерянная. И всё бы хорошо: девочка прижилась в поселении, прижилась в семье из женщины и её старой матери, расцвела, потому что кормили её хорошо и одевали, а уж души в ней обе новые "родственницы" уж точно не чаяли. О магии девочка забыла, потому что ей ничего не нужно было — лишнего. Но через пять лет пришёл в те края чёрный мор. Народу в поселении и так мало было, а тут начали умирать один за другим. Девочка старалась, как могла: она вспомнила всё, чему её учила ведьма из стойбища, варила снадобья, обходила поселение и давала пить отвары всем: и тем, кто ещё двигался, и тем, кто уже не мог шевелиться. В её доме первой умерла "бабушка", а потом и приёмная мать. Девочка, которую уже назвали Кариной, не уходила из поселения до последнего, но так и не сумела вылечить ни одного человека. Заметила только, что многие заболевшие держались дольше, если она держала их за руку. Только много позже поняла, что таким образом она передавала им свои силы и...

Индар резко замолчал.

Карина сначала пыталась скрыть бегущие по лицу слёзы, а потом не выдержала — разрыдалась. Она ярко вспомнила, как сидела у постели умирающего отца, держа его за руку. И казалось ей, что она держит его, не давая смерти выдернуть его в тёмные бездны, из которых не возвращаются. Как сидела потом у кровати матери, и та цеплялась за её руки, затихающим, слабеющим голосом говоря, как легко становится ей и как ничего вроде бы даже не болит... Смерть оказалась сильней — своей напористостью перед сильным человеком, который — когда-то умел, но сейчас не знал, как использовать свои силы. Карина уткнулась в ладони, содрогаясь всем телом, оплакивая родных и проклиная своё незнание, как помочь им прожить долгую жизнь...

Выплакавшись, она, шмыгая носом, велела:

— Продолжай.

— Тогдашняя Карина собрала в походный мешок всё, что могло ей пригодиться в дороге, и оставила опустевшее поселение, не понимая, как выжила сама. Первой мыслью было вернуться в тот храм, из которого её забрали в недолго счастливую жизнь. Уже тогда она умела драться детским мечом — научилась, дружа с соседскими мальчишками. Приёмная мать научила её сражаться боевыми спицами. Ходила и на охоту, отчего и научилась работать ножом... В храме остаться не пришлось. Она пришла к нему, разорённому набегом. Помнишь, я говорил, что храм находился на перекрёстке? И близко к границе. Она увидела, что возле храма собрались несколько всадников, спряталась в кусты и подслушала их разговор. Не стала выходить к людям, потому что поняла: они говорят о чёрном море и о боязни местных людей, возможно заражённых этой страшной болезнью... Тогдашняя Карина сделала лучше: она прилепила к одной из лошадей магическую метку — этому она научилась в стойбище, где лошадей отпускали на вольный выпас, а чтобы не потерялись в степи, ведьма лепила такие метки, по которым их легко было найти. Девочка выждала, когда всадники скроются из вида, и, напустив на себя завесу невидимости, пошла за ними следом, справедливо полагая, что они выведут её к людям, а там нетрудно будет оглядеться, чтобы понять, как выживать дальше. Ну, там, где всадники дорогу проезжают за день, ей пришлось идти дня три-четыре. Она здорово уставала, иногда устраивалась на ночлег надолго. Припасов ей не хватало, и однажды она просто легла и пожелала, чтобы её нашли. Её нашёл дозор королевских стражей, который ездил по всему королевству, собирая рекрутов на военную службу в пограничье, где всегда было неспокойно. Несмотря на видимое истощение, тринадцатилетняя Карина выглядела жилистой и не по летам развитой: жизнь в поселении помогла. Поэтому на вопрос, сколько ей, сразу сказала, что семнадцать. Возраст, подходящий для рекрутирования. А потом дозор выяснил, что она сирота, которая владеет оружием. Учёбы, конечно же, никакой. Её просто отправили в одну из приграничных крепостей, где сразу вручили подростковый меч по руке и выдали одежду стражника. И всё бы хорошо... Но к шестнадцати годам с ней начало твориться что-то непостижимое. Личная магия рвалась наружу, а та, которую Карина могла взять, чуть ли не впивалась в неё, словно требуя использовать. Оркена к этому времени вообще потеряла след, который поначалу было обнаружился. Девочка, боясь того, что с ней происходило, попробовала изучить пару книг, оставшихся в крепости от заезжего мага, которого нашли мёртвым после отъезда, а потому все его вещи остались в крепости. Кое-что она выучила. Но оставался главным вопрос: как справиться с магией внутри и снаружи? Ответ на этот вопрос она не могла найти. Нашла лишь приём "кокон", который помогает прятать магию от пристального глаза противника. И всё. Но этот приём был предназначен для обычных магов. Ещё два года прошло в постоянной борьбе с собой, и Оркена уже нашла её и сумела бы помочь. Но... "Кокон", заклинание которого приходилось накладывать уже чуть ли не каждый день, не помогал. Хуже — он трещал "по швам" через час после накладывания. За три дня до приезда Оркены та Карина впала в состояние беспамятства, в котором она ничего не соображала, потому что всеми её действиями руководили два потока магии, столкнувшиеся внутри человека — магия со стороны, желавшая, чтобы её использовали, и магия внутренняя, которой и так скопилось порядочно. Самоконтроль уже не помогал. Карина не выдержала. Она разрушила половину крепости, когда даже в том состоянии поняла, что может убить за неосторожное слово. А ведь у юной стражницы в крепости были обидчики, которые хотя бы раз, но задели её. Она бы простила их, если бы была в спокойном состоянии. Но не сейчас. И, когда она поняла, что вот-вот начнёт убивать, всю агрессивную магию обратила на себя. Она сгорела в крепостном дворе.

Под конец повествования Индар уже откашливался. Видимо, ему давно не приходилось так много говорить. Но Карина не торопила его, вслушиваясь в саму себя. Вот откуда сны, в которых она умирала на костре. Так это был не костёр...

— И как... я снова... — медленно сказала она, не понимая, как вообще сформулировать вопрос, который сейчас просто потряс её саму. Суть она понимала. Но как выразить её?!

— Оркена въехала во двор крепости, когда девочка умерла. Но Оркена тоже сильная и опытная ведьма. Она сумела заклинаниями и ритуалами собрать всё, что от Карины осталось. И выполнила пророчество пифии: собрала невидимую оболочку девочки, её душу, и отправила её в путь — туда, где носитель магического могущества должен переродиться, а потом вернуться — туда, где остаётся его оружие, пропитанное её магией.

— То есть... — медленно сказала Карина, снова с содроганием вспоминая, как она небрежно отнеслась к собственному умению бесконтактного удара и чуть не поубивала всех своих "подопытных кроликов". — То есть мне нельзя... — Она, зажмурившись, сильно помотала головой. — Мне что нельзя? Нельзя испытывать слишком сильные эмоции? Или жизнь в другом теле...

Она неожиданно застыла на месте, широко раскрыв глаза на невозмутимого небесного, который сидел рядом.

— Вот почему!.. Вот почему я здесь всегда какая-то раздражённая и постоянно ругаюсь! Ну, вспыхиваю! Я никогда столько в жизни не сердилась, сколько здесь за несколько дней! Значит, у Оркены ничего не получилось?

— Постой, — велел ей Индар. — Оркена не собиралась ничего менять! Она просто выждала определённый момент, когда в другом мире рождался ребёнок, который...

— Моей матери не сказали, что ребёнок умер... — глухо сказала Карина. — У моей матери родился мёртвый ребёнок? И его тело выжило только потому, что в него вселилась моя душа? Я всё правильно поняла?

— Да, всё правильно. Только не поняла, — напомнил Индар, — а считала с меня мои воспоминания о том, что мне рассказывала Оркена.

— И что дальше? Магия-то прорывается снова, — с горечью сказала она. — И я снова не в силах совладать с ней. Сумеет ли Оркена мне помочь?

— Откуда у тебя этот меч? — внезапно спросил небесный, чуть вынимая её меч из ножен и показывая сияние пламени на клинке.

— Ты же сам сказал, что оружие моё. Но я не помню, откуда он у меня появился, — пожала плечами Карина, с грустью глядя на меч. — Скорей всего, мне его вручили в крепости, как стражнику. Если ты мне всё рассказал, и в моей жизни больше никакого "знакомства" с оружием не было.

Не глядя на неё, Индар вытянул клинок ещё немного и загляделся на него.

— Хм... Надо бы спросить Оркену, не предлагали ли тебе выбирать оружие в той крепости. Если это так, то ты выбрала магическое оружие, которое имеет отношение к личной магии. Оно не только впитывает магию своего хозяина, но и помогает во время его магического истощения. Любопытно, кому принадлежал меч до тебя... О...

Негромкое восклицание небесного и его склонённая над клинком голова заставила Карину тоже потянуться к оружию, чтобы увидеть, что он там разглядел.

Стукнулись лбами — и отпрянули друг от друга. Ошарашенно посмотрели глаза в глаза... Небесный тихонько, необидно рассмеялся первым. Лоб болел, но Карина не сумела удержаться: больно заразительно смеялся Индар! И рассмеялась следом.

А как успокоились, с любопытством спросила:

— Что ты увидел в оружии?

— Кровь, — незамедлительно ответил он. — Ты не порезалась, случаем, о лезвие?

Карина повернула ладонь ребром и показала ему белый шрам — недавний порез зажил быстро.

— Было дело, а что?

— Вот и сняла мой блок, — уже серьёзно ответил он. Даже снова хмыкнул, покачал головой. — До сих пор мои наложенные блоки никто не умел снять. А я всё удивлялся, как легко ты это сделала! А у тебя оказался помощник в этом деле...

Они снова замолчали, глядя на играющий в клинке огонь.

Карина облизала губы и выдохнула:

— Индар... И что теперь будет со мной?

— Ты взрослая. Научилась сдерживать свои чувства. Пара нынешних происшествий не в счёт — ты не знала, что с тобой. Теперь ты будешь продолжать путь, предназначенный тебе издавна — и напророченный пифией: ты будешь учиться у Оркены, как использовать магию. А пока мы с ней будем помогать тебе в укреплении старого замка от магического катаклизма. Не спрошу, хочешь ли ты этого. Но спрошу другое, Карина: хотела бы ты себе такой жизни?

— Да, — кратко отозвалась Карина, успокоившаяся, когда он упомянул о том, что кроме Оркены, с нею рядом будет и он.

Следующая глава в субботу.

 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх