Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Гарт. Одаренный


Опубликован:
07.11.2013 — 18.09.2014
Аннотация:
 
↓ Содержание ↓
 
 
 

Гарт. Одаренный



0-0


Капитан последним выпрыгнул из десантного отсека броневика и, сев на корточки рядом с пыльным колесом, открыл пакет. Подсвечивая тусклым фонариком, изучил приказ — проверка кишлака под названием Верхний Лабаш. Меры секретности были обычным делом — по всем документам колонна двигалась в станицу Гурджипская, которая располагалась совершенно в другом направлении.

Немного настораживало то, что на этот раз командование выделяло приличные силы — обычно для такой операции хватало двадцати восьми человек его подразделения, но сейчас в двух грузовиках прибыли еще и бойцы внутренних войск. Как он уже успел узнать, операция ставила своей целью уничтожение полевого командира Тасханова, который предположительно прятался в этом селении. По сведениям военной разведки, там засели как минимум восемь боевиков.

Предстоящая операция капитану сильно не нравилась — к кишлаку вела единственная дорога, а местные горные тропы у него доверия не вызывали. Планом предусматривались любые варианты возможного развития событий, и Сергеев готовился выполнить приказ. Подразделение состояло полностью из контрактников, и в своих людях он был уверен. Капитан дождался, пока подчиненные покинут машины, и взмахом руки показал на обочину дороги, где выстраивались бойцы.

— Внимание! Южнее, на расстоянии восемнадцати километров, расположен кишлак Верхний Лабаш. Двадцать семь дворов и мечеть. У нас есть четыре часа, чтобы добраться до места. На этот раз с нами "внутряки" — они пошумят, а мы постараемся накрыть отходящих боевиков. Поэтому порядок действий следующий: мы занимаем позиции, а затем вызываем колонну.

Сухощавый мужчина в потертом камуфляже несколько секунд разглядывал планшет, обдумывая предстоящую операцию. За его спиной негромко рокотали моторы бронетранспортеров и грузовиков — остальным участникам рейда предстояло дождаться выдвижения основной группы.

— Младший лейтенант Смушко и его тройка — передовой дозор!

— Есть!

— Герман и Штырь — вправо, Кот с Горынычем — ваша левая сторона на удалении прямой видимости основных сил. Бульбаш и Антонов замыкающие, соблюдая дистанцию визуального контакта. Марш совершаем в три этапа. Первый — короткий бросок до перевала. Второй между холмами до "зеленки". Третий — по лесному массиву до границы кишлака. Между этапами — десятиминутный привал. На выходе из "зеленки", в четырех километрах от кишлака, остановка. На месте — рассредоточение и уточнение обстановки. Сейчас у вас есть пять минут на подготовку и построение в походный порядок. Время пошло!

Бойцы группы молча принялись подгонять снаряжение и готовиться к выдвижению. Никто вопросов не задавал — люди во всем полагались на командира. В свое время капитан доведет до них порядок действий. Дождавшись подтверждения готовности, Сергеев кивнул связисту и тот, сбросив ранец с радиостанцией, быстро растянул антенну. Капитан кодовым сигналом доложил о начале первой фазы операции. Выслушав подтверждение, он вернул гарнитуру связисту и, дождавшись, пока передовой дозор уйдет вперед, отдал команду основной группе:

— Выдвигаемся!


0-1


Отряд находился здесь на временной основе — командировка на Кавказ несколько затянулась в связи с ухудшением оперативной обстановки. Сепаратисты никак не могли успокоиться, совершая налеты на поселения, главы которых сотрудничали с федералами. Обстрел блокпостов и автоколонн сейчас стал привычным делом — маленькая, но гордая республика взяла курс на независимость. Впрочем, последнее время сразу в трех соседних горных республиках не прекращалась необъявленная война, которую по телевизору стыдливо называли "наведением конституционного порядка". Спецоперации с одной стороны и подрывы с обстрелами с другой.

Если бы мне сказали раньше, что придется когда-нибудь надеть военную форму, я бы долго смеялся. Отцу довелось побыть прапорщиком на каком-то складе и мог рассказывать об армейской жизни часами. Собственно, благодаря бате, у меня и возникло стойкое отвращение к военным. Началось все с того, что суммы, которую запросил представитель военкомата за "белый билет" у меня не нашлось. Родители ничем помочь не могли — они успели уехать из России, когда отец заключил рабочий контракт по своей специальности в далекой Венесуэлле.

Поэтому пришлось отслужить год в мотострелковой части — на самом деле все оказалось не так плохо. Да, было всякое, но после учебки решение продолжить служить по контракту было вполне осознанным. Я понимал — на гражданке мне делать нечего — производства закрывались, а идти за прилавок желания не испытывал. С физической формой у меня все было в порядке, поэтому я оказался в мотострелковой бригаде, формировавшейся по соседству — в Екатеринбурге. И надо сказать, здесь я почувствовал себя на своем месте. После операции "принуждение к миру" события начали развиваться с катастрофической быстротой — через три месяца бригаду снова бросили в горы. Там мне предложили перевестись в роту спецмероприятий, что я и проделал, соблазнившись повышенными выплатами и хорошим снаряжением.

И вот теперь я — сержант Игорь Антонов, двигаюсь в темноте за напарником — кряжистым снайпером по кличке Бульбаш. Марш-бросок прошел без приключений — местные в это время обычно спят. Махнув рукой, боец устраивается рядом с грудой обломков. Для засады и наблюдения позиция — самое то, с этого места виден кусок дороги и проход в глиняном заборе. Из слов командира мне стало ясно — предстоит операция "Загон". Такое уже проделывали пару раз — с одного края селения шумят коллеги, а мы тем временем без шума зачищаем убегающих бандитов. Во всяком случае, это гораздо проще, чем ломиться в каждый дом, рискуя получить очередь в упор.

На голове снайпера — прибор ночного видения, но мне он не нужен. Россыпи ярких звезд и серпик луны на безоблачном небе отлично освещают кишлак и подходы к нему. Время тянется невыносимо медленно и я рассматриваю выбеленные стены приземистых домиков и тлеющий красный огонек — судя по всему, кто-то из местных бдит с самокруткой во рту. Что, на мой взгляд, странно — эти деятели обычно не привечают курево.

— Слышь, Антонов, — обращается ко мне напарник.

— Засек кого? — спрашиваю я. В нашем отряде целых три Игоря, поэтому ко мне все обращаются по фамилии — позывным пока не успел обзавестись.

— Рядом с разваленным сараем — пост. Глянь!

Аккуратно опускаю свой "АК-12" с подствольным гранатометом на землю и вытаскиваю из подсумка ночной прицел. Прижимаюсь к окуляру — холодный цилиндр отечественного изделия "Малыш" дает рассмотреть обваленный забор, дырявую крышу и черный провал выбитой двери. И боевика, который сейчас крутит бородатой головой. Одет он в какие-то лохмотья, и я понимаю — это маскировочная накидка. Рядом с ним торчит ствол пулемета — приглядевшись, различаю голову второго мужчины.

— Да уж, тут все серьезно, — делаю вывод я.

— А то, — невнятно бурчит снайпер, шепча доклад в гарнитуру крошечной рации. Их мы покупали на свои — пока что нашей технике далеко до японского "Вортекса".

Наконец наступает утро — узкая полоска на горизонте неторопливо разгорается, а небо светлеет. Непонятно откуда выпавший туман заставляет нас морщиться от холода. Чтоб не замерзнуть совсем, начинаю ворочаться на плащ-палатке и разминать затекшие мышцы.

— Сейчас начнется, — негромко говорит напарник и я поспешно прижимаю к плечу приклад автомата. Поста наблюдателей уже нет — боевики успели спрятаться. Зато появились местные — женщина возится под навесом ближайшего к нам дома, и вскоре оттуда поднимается тонкая струйка дыма. Гарнитура рации щелкает три раза — слышу тихий рокот приближающихся машин.

Судя по всему, что-то у "внутряков" пошло не так, поскольку в селении начался бой — после громкого хлопка "СВД" затарахтели несколько автоматов. Один за другим слышатся два приглушенных взрыва — что-то горит чадным пламенем на другой стороне кишлака. Я не завидую тем, кто сейчас штурмует селение — дома тут больше похожи на крошечные крепости.

Стрельба не стихает, и тут я вижу боевиков — шесть фигурок, спотыкаясь, бегут прямо на нашу позицию. Понимаю, что капитан Сергеев грамотно расставил посты, перекрыв все направления отхода — теперь деваться бандитам некуда.

После двойного щелчка из наушника негромко кашляет оружие напарника — тот открыл огонь из бесшумного автомата "Вал" с оптическим прицелом. Я пока жду — мне команды подключиться не поступало. Сразу две фигурки падают, а следующим умирает отстающий боевик с пулеметом. До боевиков доходит, что их становится меньше и они делают рывок к низкому забору, пытаясь укрыться за ним.

— Давай! — командует снайпер, меняя магазин. Мой "АК-12" выплевывает пару коротких очередей и еще одна фигурка корчится на земле. Я привычно переношу прицел на следующего, успевая срезать и его. Тем временем Бульбаш успевает выстрелить в последнего — тот валится на землю, энергично дрыгая ногами. Для нас бой закончен — всю работу по зачистке от оставшихся проводят "внутряки". Долгое ожидание и скоротечная перестрелка — обычное дело, когда удается застать противника врасплох.

— Странно, их должно быть больше. Неужели остальные прикрывали этих... — бормочу я.

— Была еще одна группа. Горыныч по-тихому снял всех четверых, — нехотя поясняет снайпер, прижав ладонь к наушнику.

После двух одиночных выстрелов наступает тишина. Среди домов мелькают "внутряки" — фигурки в сине-сером милицейском камуфляже и старыми "АК-74" с деревянными прикладами. Дождавшись прибытия соседей, идем проверить тела бандитов.

Пять трупов выложены в ряд, на куске брезента — их оружие. Три автомата, пулемет "ПК" с примкнутым коробом, сильно потертый "Винторез" и пара РПО "Шмель". Бойцы деловито роются в имуществе покойников, а подоспевший лейтенант Смушко возится с раненым боевиком: у него измочалены ноги — шесть пуль из моего "АК-12" попали в цель. Понятно, что тот — уже не жилец, но лейтенант прямо через потемневший от крови камуфляж вкалывает шприц из аптечки. Боевик невнятно бормочет на своем языке, судорожно шаря по земле одной рукой.

— Бред какой-то. Что они тут делали — непонятно. Ладно, будем искать... — лейтенант огорченно покачивает головой. Контроль, и тело шестого перемещается к остальным.

— Что там у наших? — спрашиваю я.

— Крупную банду накрыли, — поясняет лейтенант. — Они разделились. Их главный оставил заслон, а две группы попытались уйти. Этого Тасханова тоже нашли, так что все в порядке. У "внутряков" — четыре "двухсотых"...

Мне на глаза попадается черный камешек в грубой проволочной обмотке — порванный кожаный шнурок намекает, что кто-то из боевиков носил этот нехитрый "амулет" на шее. Задумчиво верчу находку — камешек на ощупь слегка теплый. Лейтенант брезгливо отворачивается — для него трофей не представляет ценности. В имуществе бандитов много всего интересного — особенно три пухлых пачки зеленой бумаги с портретами американских президентов, исписанные мелкой вязью тетради и навороченная рация-сканер. Не говоря уже о черном бауле, который лейтенант сразу закрыл, однако я успел увидеть пакет с белым порошком — маловероятно, что со стиральным.

Инвентаризация трофеев и проверка кишлака растягиваются до полудня — откуда-то появляется небольшая толпа женщин и стариков, провожающая взглядами отходящую колонну. Мужчин нет — наверняка, все они сейчас в рядах "незаконных вооруженных формирований" прячутся по горам, или в составе "внутряков" отстреливают последних. Я равнодушно смотрю на собравшихся местных из кузова "КамАЗа", сжимая в руке находку. Почему-то мне совсем не хочется расставаться с этим черным камешком.


1


Ничего не было. Абсолютная пустота и темнота. Казалось, что так будет всегда — мне потребовалась вечность, чтобы осознать себя. Времени не существовало — когда я ощутил себя одной из миллиардов песчинок, пришел импульс. Эту песчинку затянуло в туннель и куда-то потащило.

Не знаю, сколько это продолжалось, но потом до меня стало доходить, что чего-то не хватает. Я пытался вспомнить каждую клеточку своего тела — безуспешно: просто забыл, как это делается. Как оказалось — у меня не было тела. Где-то внутри нарастало напряжение и вскоре пространство превратилось в сложный узор, который лопнул беззвучной вспышкой.

Сознание возвращалось рывками. Сначала появилось зрение — вокруг запрыгали расплывчатые образы. Затем в уши ввинтился раздражающий шепот. Затем эти звуки постепенно затихли и возникли голоса — люди спорили, но их язык оказался незнаком. Внезапно ощутил, как кто-то снимает с моей головы холодный обруч.

Открыв глаза, я зажмурился — головная боль быстро исчезла, когда кто-то невидимый положил на лоб ладонь. Вторая попытка оказалась успешной — увидел лица склонившихся надо мной двух людей. Рефлекторно моргнул, и одно из лиц с иероглифом на лбу растянулось в улыбке — молодой мужчина уверенно кивнул, а второй недовольно прошептал фразу на непонятном языке.

— Процесс перемещения пошел неправильно, — слова старика внезапно обрели смысл. В голову плеснуло жарким огнем — понял, что этот тип пытается залезть в мой разум. Через мгновение воздействие пропало, а старик холодно улыбнулся.

Я рывком сел и завертел головой — окружающая обстановка мне совсем не понравилась. Помещение с белыми стенами и мягко светящимся потолком походило на морг, а я находился на высоком ложе. Рядом стояло такое же — там лежал пожилой мужчина с замысловатыми цветными узорами на сморщенной лысине. Только теперь понял, что на мне надет обтягивающий комбинезон серебристого цвета, а в руке сжат холодный предмет. Им оказалась небольшая пирамидка, матовая поверхность которой быстро темнела и покрывалась трещинками. Через мгновение на ладони осталась только кучка пепла и я брезгливо вытер руку о край ложа.

— Однократный заместитель, — пояснил молодой.

— Кто вы? — спросил я, пытаясь вспомнить последние события. К сожалению, это получалось плохо — в голове что-то зашевелилось, а перед глазами запрыгали цветные пятна.

— Я — Этан, — представился молодой, плавным движением руки указав на соседа. — А он — старший Дан.

— Что со мной сделали?

— Ничего, — быстро ответил старший. — Ты просто занял чужое тело. Процесс перехода отработан, но сейчас возник сбой.

— Вместо тебя здесь должен был оказаться он, — уточнил Этан, кивнув на лежащего рядом старика. — Старший Хагай ушел... процесс необратим. Мы принимаем случившееся как данность.

— Ничего не помню. Даже своего имени... — пробормотал я, пытаясь собрать разбегающиеся мысли в кучу.

— Это допустимо, — кивнул молодой. — Побочный эффект использования артефакта. Со временем все придет в норму...

— Где я?

— Кольцо, — ответил старший, а затем добавил, глядя на мое безразличное лицо. — Другие называют наш мир — Кольцо Ларуа.


2


— Мы поможем тебе вспомнить, — мягко улыбнулся Этан, а старик поспешил покинуть помещение.

— Хорошо бы, — пробурчал я, осторожно покидая ложе.

Одна из стен стала зеркальной — подойдя к ней, некоторое время разглядывал свое новое тело. Похоже, раньше оно принадлежало подростку лет пятнадцати на вид. Атлетом он явно не был, но, похоже, каким-то спортом занимался — сложение довольно пропорциональное. Правильные черты лица с прямым, аристократическим носом. Все портило полное отсутствие волос на голове и иероглиф на лбу — мне почему-то украшение не понравилось. Я потер пальцем сложную завитушку и огорченно вздохнул — татуировка сходить не желала. Покрутив головой, заметил на шее с левой стороны серую овальную пластинку размером с монету.

От прикосновения к этой штуковине перед глазами каскадом раскрылись два десятка маленьких окон размером с ладонь. Четкие картинки висели в воздухе, и я подумал, что это какие-то голограммы. Почти все заполнены непонятными узорами, а некоторые — линиями и двигающимися фигурками. Мой палец снова коснулся пластинки и окна пропали. Я уже ничему не удивлялся — голова была абсолютно пустой.

— Коммуникатор, — пояснил молодой мужчина, с интересом наблюдавший за моими попытками. — Мы не используем нейросети — они снижают потенциал.

— Нейросети? — переспросил я.

— Симбионты, широко распространенные в Содружестве. У Гарта такого никогда не было. Он — слабый движущий.

— Ничего не понимаю...

— Тот, чье тело ты занял — одаренный, — терпеливо пояснил Этан. — Жизненный цикл старшего подошел к концу — ему больше трех сотен стандартных лет...

— Получается, этот ваш старик решил снова стать молодым и залезть в тело этого Гарта? — наконец дошел до меня абсурд ситуации.

— Да. Он предложил свою кандидатуру. Старший Хагай принял предложение...

— Ну и идиот... — пробурчал я. — А что значит — одаренный?

— Одаренные — следующая ступень развития, — улыбнулся Этан. — Я — эмпат. Ощущаю твои эмоции. Не стоит беспокоиться — здесь тебе никто не угрожает. Гарт мог двигать предметы силой своего разума. Правда, небольшие и только рядом с собой. Ты сейчас увидишь...

В помещении появилась женщина с короткими рыжими волосами и крошечной грудью, одетая в такой же дурацкий серебристый костюм, что был на мне. Она несколько секунд переглядывалась с Этаном, а затем приступила к демонстрации.

Я почувствовал, как мои ноги отрываются от пола. Все предметы в помещении тоже медленно поднимались — пустое ложе и то, на котором лежало тело хитрого старикана зависли на расстоянии метра над полом. Ощущения были необычными — казалось, что сильные невидимые руки подхватили, и сейчас держат, как маленького котенка на шкирку. Наконец все закончилось — женщина плавно опустила меня и все остальное на место. Кивнув, она покинула помещение, так и не сказав ни слова.

— Телекинез! — откуда-то появилось знакомое слово. — И у меня тоже так получится?

— Так — нет, — ответил Этан. — Но с небольшими предметами ты сможешь взаимодействовать. Твой дар слишком слаб. Но Лайра поможет тебе...

— Все ясно, — кивнул я. — И что, у вас тут все такие?

— Десятая часть населения Кольца — одаренные, — улыбнулся сопровождающий.

— И что теперь?

— Сейчас мы посетим Тадж. Он поможет вспомнить. То, что произошло — исключительное событие. Старшие собираются понять.

— Понятно. Вы собираетесь держать меня здесь в качестве пленника?

— Нет! — удивился эмпат. — Ты одаренный и это меняет все. Насилие допустимо только к тем, кто стоит ниже по уровню развития. Те, кто не имеет дара — незавершенные. Они никогда не раскроются, поэтому для нас — только ресурс.

— И что, могу покинуть это место в любой момент? — обрадовался я. Почему-то соседство с людьми, читающими эмоции, сильно нервировало.

— Если таково будет твое желание, — нахмурился Этан. — Но лучше всего остаться с нами — в этом мире тебе ничего не угрожает.

— А что, есть и другие?

— Да, — кивнул одаренный, коснувшись свой пластинки.

Посреди помещения появилась четкая голограмма, состоящая из сотен крошечных огоньков — они образовывали неровную сферу. Одна из точек на поверхности этой сферы сияла ярче других — появившийся символ оказался откуда-то знаком. Похожий иероглиф красовался у меня на лбу.

— Кольцо Ларуа, — подтвердил Этан. — Так называют наш мир в Содружестве.

— Что такое Содружество?

— В секторе больше трех тысяч исследованных систем — остальные пока никого не интересуют. Две сотни населены людьми, такими же, как ты. Большая их часть входит в объединение, получившее название Содружества, — терпеливо объяснил одаренный. — Часть миров принадлежат негуманоидам, правда, в последнее время их количество сильно сократилось. В сети есть вся необходимая информация...


3


Миновав несколько светлых залов и изогнутых коридоров, мы поднялись на лифте на другой уровень. Тут я увидел людей — шесть молодых мужчин и женщин сосредоточено возились с предметами, похожими на елочные игрушки — пирамидки, шарики и спиральки... чего тут только не было. Все эти штуковины размещались на шарообразной подставке, похожей на глобус. На большом овальном столе стояла похожая конструкция, только поменьше. Одна из женщин замерла, стиснув ладонями большую ракушку размером с голову. Мужчина рядом с ней аккуратно коснулся предмета небольшой палочкой и глупо засмеялся. Остальные не обратили на нас никакого внимания, продолжая заниматься своими делами.

— Что они делают? — негромко спросил я.

— Это — говорящие с наследием, — бросил Этан.

Как оказалось, здание стояло прямо в лесу, а на поверхности виднелась только малая его часть. Скопление сероватых куполов утопало в зелени и совершенно терялось из вида — рядом стояли разноцветные аппараты, к одному из которых уверенно направился мой проводник. Я проводил взглядом веретенообразный механизм, бесшумно прошедший над головой.

Под ногами расстилалось мягкое пружинистое покрытие, мало похожее на привычную траву. От чистого воздуха кружилась голова, и я замер, разглядывая окружающую растительность — заросли вокруг смахивали на земные джунгли. Кусты, увитые тонкими лианами, коричневыми, желтыми, красными. Над ними носились какие-то мелкие птицы или крупные насекомые — выглядело это все совсем непривычно.

— Сейчас мы посетим Тадж. Ты готов? — торжественно произнес проводник.

— Готов, — пробормотал я, осматривая необычное транспортное средство. Часть прозрачного пузыря кабины замерцала и исчезла — Этан спокойно занял одно из мест, сделав приглашающий жест рукой. Пол чуть дрогнул, а я ощутил нарастающую тяжесть, которая вскоре пропала — аппарат взлетел и начал с гудением разгоняться.

— Через сорок восемь стандартных минут прибудем на место, — сообщил эмпат.

— Что это такое? — поинтересовался я.

— "Упла", модель с гравитационным двигателем, мы используем такие для перемещения в атмосфере. Федерация поставляет нам лучшее...

— Тадж — это город?

— У нас нет городов, это — тупиковый путь. Тадж — часть этого мира, так же как и ты. Скоро увидишь сам — на наших гостей это обычно производит впечатление, — ответил Этан с улыбкой.

Под прозрачным брюхом летательного аппарата проносились заросли, редкие купола и какие-то совсем непонятные сооружения в виде решетчатых башенок и колонн.

— Ладно, но как он поможет мне вспомнить? — недовольно пробурчал я, устав от загадок.

— Тадж быстро нейтрализует остаточный эффект артефакта. Он все еще воздействует на области мозга, отвечающие за долговременную память. Для переноса требуется выполнить определенную последовательность действий. Артефакт позволяет поместить сущность в другое тело, после того, как прекратило жизнедеятельность предыдущее...

— Так что, вы сами убили этого своего старшего?

— Можно сказать и так, — спокойно кивнул мой спутник. — Но он не погиб. Одаренные здесь не умирают — они уходят в Тадж.

— Ну да, конечно, — я ухмыльнулся.

— Ты скоро увидишь сам, — замолчал Этан.

Смотреть на однообразный пейзаж внизу быстро надоело, я коснулся рукой коммуникатора и принялся разбираться в его функциях. Назначение устройства стало в общих чертах понятным — пластинка на шее позволяла подключаться к планетарной сети. Аппарат снизился и завис над посадочной площадкой, рядом с которой из вездесущей зелени торчали купола и непонятные сооружения в виде пилонов с небольшими башенками.

Нас уже встречали — среди десятка мужчин и женщин оказались и два совсем странных создания. Одно было похоже на большую крысу, вставшую на задние лапы. Покрытый сморщенной коричневой кожей большеголовый урод выглядел как пародия на человека. Люди носили уже знакомые комбинезоны, однако некоторые щеголяли в коротких шортах и прозрачных накидках. Инопланетяне обходились и вовсе без одежды.

"Для беспокойства нет повода", — прошептала в моей голове чужая мысль, а инопланетянин моргнул глазами-щелочками, скрестив тонкие руки на груди.

— Старшие, — пояснил Этан. — А это представители цивилизации Чизахи и Печембу — они часть нашего общества.

После продолжительного спуска на гудящей платформе, вся эта пестрая компания оказалась в большой пещере с гладкими стенами. Из оплавленной поверхности косо торчал остроконечный обелиск из блестящего черного материала.

— Тадж, — восхищенно прошептала узкоглазая женщина с желтоватым лицом.

— Подойди и прикоснись, — предложил подросток с иероглифом на лбу.

— Что-то мне эта штука не нравится... — пробурчал я.

— Для тебя это безопасно, — мягко подтолкнул Этан. — Ты же хотел вспомнить...

Приблизившись к колонне, почувствовал легкий дискомфорт. Присмотревшись, я заметил, как в глубине этого образования пробегают цепочки крошечных огоньков, а очертания сооружения плывут. Вытянутая ладонь провалилась в податливый материал, и тот растекся тонкой пленкой, дойдя до локтя. В голове зашевелилось что-то чужое и меня накрыло — пространство сжалось в точку.


4


За мгновение передо мной промелькнула вся жизнь — что-то огромное и чуждое выворачивало воспоминания наизнанку, останавливаясь на отдельных моментах. Вот запрыгиваю в кузов окрашенного в защитный цвет грузовика. Там уже сидят такие же, как я — на всех потрепанная камуфляжная форма, тяжелые бронежилеты и ремешки разгрузок. Сосредоточенные лица и руки, сжимающие автоматы. На полу навалены каски и забитые снаряжением рюкзаки.

Колонна долго тащится по пыльной извилистой дороге — отстраненно смотрю назад и вижу — на месте замыкающего БТРа-"восьмидесятки" вспухает огненный шар. Транспорт глохнет, а соседи выпрыгивают наружу, на потемневших лавках остаются тела трех бойцов — они погибли, так и не успев понять, что попали в засаду. Соседний "КамАЗ" сносит с дороги и он горящим куском металлолома валится на бок. Сверху мелькают вспышки, о бронированные борта грузовиков колошматят крошечные кусочки горячего металла.

Вжимаясь в землю, вскидываю оружие — автомат трясется в руках, посылая огненные строчки в сторону невидимого противника. Над головой свистят пули, но пока меня им не достать. Я успеваю высадить один магазин и начинаю менять на тот, что примотан к опустевшему черной изолентой — в разгрузке еще пять одиночных рожков. Воздух наполнен белым дымом сгоревшего пороха и едкой вонью солярки — так сегодня пахнет смерть.

Бойцы огрызаются — их автоматы тоже выплевывают смерть, но врага не видно — за него сейчас далекие вспышки на склонах нависших гор. Вижу испуганные глаза новичка, который пытается заползти под брюхо грузовика и захлебывающийся в крике рот лейтенанта. Выстрел невидимого снайпера и боец с развороченной грудью валится в дорожную пыль, так и не успев открыть огонь, а следующим падает лейтенант, подкошенный очередью — пули легко пробивают разгрузку с магазинами.

Передовой БТР, взрыкивает дизелем и начинает молотить из своих пулеметов, но тут же вспыхивает коптящим жирным пламенем, поймав бортом кумулятивную гранату. Я замечаю выскочившего гранатометчика по вспышке и, боясь упустить, поспешно высаживаю в него длинную очередь. Фигурка валится на землю, выронив опустевший тубус.

Слышу визг падающих мин, которые валятся в дорожную пыль, разбрасывая кусочки раскаленного металла . Вижу фонтаны разрывов — один из них распускается совсем рядом и меня отшвыривает на посеченную осколками тушу грузовика. Чувствую несколько тупых горячих ударов в бок, от которых по телу растекается нестерпимая боль.

Сознание медленно гаснет, а последнее, что я помню — зажатый в руке горячий камень, который осыпается липкой пылью. Кто-то настойчиво пытается заставить снова и снова пережить этот момент и тогда до меня доходит чужой посыл: прошлого нет — есть только настоящее.

Затем что-то большое позволило мне прикоснуться к нему. Сознание рывком расширилось, и я осознал — тысячи, миллионы ярких точек — живые существа. Некоторые воспринимались как тлеющие огоньки, другие — как пылающие сгустки. Сообразил — кто-то использует все эти огоньки как кусочки одного целого. Весь этот мир — один большой организм. И сейчас я находился над всем этим, рассматривая большой и запутанный муравейник. Постепенно понял, что наблюдение — только часть моих обязанностей — зачем-то нужно было, чтобы пылающих сгустков было как можно больше — это заставляло чудовищный организм работать без сбоев.

Реальность изменилась — я воспринимал окружающее как огромный и сложный узор — все, что было вокруг, восхищало своей завершенностью и насыщенностью. Огоньки соединялись между собой тончайшими нитями, еле заметно пульсируя в едином ритме. Когда попытался понять смысл всего этого, меня неожиданно вытолкнуло обратно. После чего неожиданно обнаружил себя лежащим рядом с монолитом. Моя голова раскалывалась от тупой боли.

Я закрыл глаза, стараясь осмыслить и понять все, что только что увидел. После прикосновения к Таджу в голове была каша из моих воспоминаний и непонятных образов. Пересилив себя, я поднялся на ноги и присоединился к старшим — они спокойно наблюдали, не произнося ни слова. Когда скуластая женщина с усмешкой положила ладонь мне на лоб, боль постепенно уменьшилась и вскоре совсем пропала.

— Что это было? — устало спросил я.

— Тадж, — почтительно ответила узкоглазая. — Он говорил с тобой, как со старшим...

— Ты вспомнил свое имя? — с улыбкой поинтересовался Этан.

— Игорь Антонов — так меня называли на Земле, — ответил я, подумав, что привычный мир остался где-то далеко. Только теперь осознал — в свое старое тело больше никогда не вернусь. Теперь предстояло начать жизнь с чистого листа — ну а то, что я ничего не знаю об этом мире, не страшно. Со мной мои прежние навыки и знания — разберусь! В конце концов, шанс получить вторую жизнь дается не каждому.

Правда, немного пугали старшие, способные менять тела как перчатки. А то, что где-то рядом находится древних живой организм, использующий население целой планеты в своих целях, и вовсе вгоняло меня в дрожь.

— Ихор, — поморщилась женщина. — Неудачное имя. Это название одного мертвого мира.

— Ан Тонов? — удивленно переспросил псион. — Ты принадлежишь к одному из Великих Домов?

— Нет. У нас нет ничего подобного. Но это неважно: новая жизнь — новое имя. Называйте меня Гарт! — решительно ответил я.


5


Мне хватило недели для понимания — что же собой представляет этот мир. И постоянно рядом был кто-то из моих сопровождающих — эмпат Этан или движущая Лайра. Выделенные для размещения апартаменты не могли похвастаться большой площадью, однако двух комнат и бассейна мне хватало. Как впоследствии узнал — благосостояние местных зависит от некоего индекса, который Гарт успел обнулить, передав все общине. Так что о жизни инопланетного олигарха — хозяина "заводов, газет и пароходов" сразу пришлось забыть.

Больше всего я узнал о группе, называющей себя "архитекторы", к которой принадлежал Гарт — они взаимодействовали с древним организмом-суперкомпьютером, стараясь вылепить из него что-то совсем непостижимое. Существовали какие-то вознесенные, познающие и еще сотни мелких общин. Чем именно они занимаются, не понял — объяснения моих экскурсоводов выглядели полным бредом. Я видел тех, кто тратит свою жизнь на просмотр чужих воспоминаний — древний организм сохранял все, что попадало в его хранилища данных.

Подключиться к этому информационному банку мог любой одаренный — обычные люди погибали. Кто-то даже мог общаться с теми, кого Тадж поглотил — для местных вечная жизнь в памяти древнего суперкомпьютера являлась вполне обыденным делом.

Я без труда освоил функционал коммуникатора — планетарная сеть оказалась ценным источником информации. Вероятно, требовалось просто вспомнить, или же эти знания были вложены в мой мозг обучающим устройством вместе с языком — интером. Немного удивило, что к банкам данных орбитальных терминалов и станций корпораций, которых в системе было приличное количество, доступа не имелось. Но мне пока хватало и местных ресурсов.

Первым делом узнал об этом мире — планета была заселена примерно семь сотен лет назад. Ковчег, на котором прибыли колонисты, до сих пор висит на орбите — местные используют его в качестве пересадочной станции. Значительную часть населения составляли люди, обладающие пси-способностями. По меркам Содружества, планета считалась малонаселенной — всего два с половиной миллиарда разумных существ.

Также тут имелись несколько больших городов-муравейников крысоподобных Печембу и закрытая община цивилизации Чизахи. Не говоря уже о двух десятках поселений других негуманоидов. Мзины, похожие на прямоходящих кошек, несколько видов ящеров, какие-то головоногие твари, похожие на земных кальмаров — эти обитали в подводных городах.

Местные не развивали производство и не строили защитных сооружений, однако желающих напасть на Кольцо Ларуа не находилось. И теперь я знал почему — возможности Таджа, с которым умели общаться одаренные, были безграничны. Отдельно упоминалась главная достопримечательность — местное светило ранее опоясывало грандиозное сооружение, сейчас от него остались только осколки. Приближаться к ним было опасно — люди погибали, а техника быстро выходила из строя.

Для того чтобы посетить планету или же издалека полюбоваться на останки этой конструкции гостям требовалось разрешение одного из старших. Хотя общественное устройство сильно смахивало на анархию, я сделал вывод — тут всем заправляют старшие. Судя по оговоркам и намекам моих экскурсоводов, старшие — те, кто прибыл в этот мир семь сотен лет назад. А технологии Древних, которых здесь называли Предтечами, позволяли без особого труда менять местным шишкам изношенные тела.

По этим Древним достоверной информации нашлось немного, хотя изучением останков сверхцивилизации, исчезнувшей тысячи, а может быть и миллионы лет назад, занималось огромное количество народу. Правда, ученые так и не смогли докопаться, как же выглядели те, кто оставил артефакты и сооружения непонятного назначения. Специалисты считали, что это не одна раса, а целых три: — условно их обозначали как Сеятели, Разрушители и Арбитры. Последних некоторые ученые полагали ответственными за создание червоточин — межпространственных дыр, соединяющих отдаленные звездные системы.

По Сеятелям данных оказалось больше всего — именно они занимались расселением разумных (главным образом людей) по пустующим планетам. Причем, для этого использовались не особо продвинутые технологии — корабли-ковчеги иногда ломались и свою задачу не выполняли.

Разрушители являлись местной страшилкой — считалось, что по их вине могущественная цивилизация неожиданно исчезла. Прямых свидетельств их существования не было, однако в человеческих и инопланетных культурах встречалась концепция созидающих и разрушающих могущественных существ.

Исследование останков Древних приносило ощутимую прибыль — артефакты высоко ценились. С действием таких вещиц я уже успел познакомиться на собственной шкуре — невзрачная пирамидка, довольно редкая и дорогая, подарила мне вторую жизнь.

Все свободное время я копался в планетарной сети, выискивая крупинки полезной информации, найденные на различных порталах. Личность предыдущего владельца тела для меня так и осталась загадкой. Я обнаружил только несколько упоминаний о нем — планету этот деятель никогда не покидал и долгое время жил в общине Вознесенных, после чего примкнул к Архитекторам. Нашлись и результаты медицинского обследования, которое Гарт проходил один раз в жизни: так я узнал его возраст — двадцать шесть стандартных лет. Между делом выяснилось, что местные живут гораздо дольше землян — использование медицинских капсул, нейросетей и имплантов позволяло протянуть три сотни лет.

Постепенно в моей голове начала складываться более-менее стройная картина окружающего мира. Хотя человечество и успело заселить множество систем, единством тут не пахло. Движущей силой местного общества являлась конкуренция — крупные государства практически не пересекались, четко обозначив зоны влияния.

Даже перед лицом внешнего врага — цивилизации насекомых, люди не спешили собраться и дружно навалять агрессору. Сейчас небольшие эскадры Роя чувствительно щипали миры фронтира — то есть системы, располагающиеся на поверхности условной сферы населенных миров.

Относительно спокойно разумный мог чувствовать себя только в пространстве Содружества — в него входили несколько крупных государств и примерно тридцать мелких. Империя Арвар. Конфедерация Делус. Директорат Ошир. Империя Антран. Федерация Нивэй и республика Хакдан. Эти обладали определенным влиянием и лидировали в техническом плане. Остальные члены объединения не представляли собой ничего особенного и являлись только поставщиками ресурсов более развитым государствам.

В Содружестве действовала единая финансовая система, технические стандарты и язык общения — интер. Информацию по основным государствам этого сообщества я изучил в первую очередь.

Империя Арвар варилась в собственном соку — чернокожие рабовладельцы вели дела с остальными через единственную открытую торговую систему. Некоторые кланы арварцев занимались грабежом и пиратством, а император Мганга Третий поощрял такие развлечения своих подданных.

В конфедерации Делус занимались построением светлого будущего, так как его понимал местный правитель. Вождь поставил целью вывести новую породу людей. И, похоже, у него это получилось — Высшие значительно превосходили обычного человека силой, реакцией, к тому же среди них имелось много псионов.

Республика Хакдан являлась сильным государством, построенным на религиозном фанатизме и ксенофобии. Совет Десяти, управляющий республикой, провозглашал своей целью объединение человечества в единое государство, а заодно и геноцид всех инопланетных форм жизни. У хакданцев это неплохо получалось — они совсем недавно отжали у соседей целую систему вместе со всем населением.

Федерация Нивэй представляла собой аморфное общество, состоящее из множества крупных корпораций. Там всем управляли деньги, и технократы душили соседей экономически — поставляя свою высокотехнологичную продукцию в обмен на дешевые ресурсы.

Директорат Ошир — отсталое в техническом плане государство, управляемое кланом администраторов. Директорат в последнее время сильно сдал позиции, потеряв две системы. Некогда могучее государство превратилось в большую кормовую базу для других членов Содружества, специализируясь на поставках продовольствия. Сейчас там было неспокойно — администраторы жестоко давили любые проявления сепаратизма.

Империя Антран существовала за счет окружающих, занимаясь неприкрытым грабежом слабых. Я удивился, узнав о ящерах, называющих себя Аш-Камази — эти крокодилы составляли значительную часть населения империи. Антранцы несли соседям свои общеимперские ценности, захватывая независимые миры и системы слаборазвитых негуманоидов. Последних даже употребляли в пищу — ученые империи разработали теорию, по которой слаборазвитых нелюдей приравнивали к животным.

Лайра терпеливо отвечала на мои вопросы — общение с выходцем из отсталого по ее меркам мира ее изрядно веселило. Особенно когда рассказывал о сложившемся на Земле отношении к тем, кто считает себя одаренными. Экстрасенсы, колдуны, и прочие шарлатаны занимались очковтирательством и неприкрытым отъемом заработанного у доверчивых идиотов.

В свое время я получил от всего этого мракобесия прививку, пообщавшись с одним из таких энтузиастов. Путешествие в астрал и прочистка чакр у него начинались с приема ударной дозы вытяжки из поганок. Потом деятель куда-то неожиданно исчез, а его коллеги на полном серьезе утверждали, что тот в компании других чокнутых поехал в горы на поиски летающих тарелочек, атлантов и больших белых обезьян.

— Жизненный цикл слишком короток, — заметила женщина. — Полагаю, именно поэтому ваши одаренные не смогли раскрыться. Шестьдесят оборотов планеты вокруг светила — это очень мало.

— До сих пор не могу поверить, что вы живете по три сотни лет...

— Сеятели заселили множество миров. Вероятно, такое ограничение введено искусственно. Направить ваше развитие по другому вектору...

— Но зачем? — удивился я.

— Эксперимент, — пожала плечами Лайра. — Возможно, пытались создать новый вид. Или для этого были другие причины. Так или иначе — сейчас понять их замысел невозможно...

Как успел узнать, женщина являлась кем-то вроде наставника. Для начала мы посетили общину познающих — там я посмотрел на проявления дара других. Фокусы вроде жонглирования шариками, намагничивания предметов или создания маленьких летающих огоньков не впечатляли. Зато от левитации и способности управлять зверюшками я бы не отказался. Кое-кто даже мог телепортировать мелкие предметы на короткое расстояние, видеть варианты будущего и читать чужие воспоминания.

Особо здесь уважали "нюхачей" — эти деятели способны обнаружить артефакты и одаренных на приличном расстоянии. Целители могли подстегивать регенерацию организма, эмпаты воспринимали эмоции, а отдельным специалистам, их пренебрежительно называли "мозгокрутами", не составляло труда уничтожить любого разумного. Ломать было проще всего, зато тех, кто мог тонко воздействовать на чужой разум, ценили.

— Любой объект одновременно существуют на двух уровнях — материальном и энергетическом, — говорила Лайра. — Одаренные способны осуществлять воздействие на обоих уровнях.

— Но как? — спрашивал я.

— Уровни тесно связаны. Изменяя энергетическую структуру, ты меняешь и материальную. Но для этого требуется затратить собственную энергию. Ты готов попробовать?

— Еще как! — обрадовался я, однако все попытки поднять маленький металлический шарик закончились ничем. Энергетический уровень оставался для меня недостижим.

Прорыв наступил, когда Лайра вызвала сухонького старичка. Он катал в ладонях небольшой предмет в виде раздавленной ракушки. Другой артефакт — сплющенный шарик, висел у дедули на поясе в прозрачном мешочке.

Этот наставник каким-то образом залез ко мне в голову и показал, что именно требуется сделать. Закрыв глаза, я воспринимал посланные стариком образы, пытаясь повторить. Услышав радостный смех Лайры и довольное кряхтение дедули, я открыл глаза и увидел зависшую в воздухе горошину. Согнав с лица улыбку, я повторил эксперимент уже без подсказок.

Как говориться, процесс пошел — через пару дней под руководством наставников получилось одновременно поднять в воздух два десятка разноцветных горошинок и заставить их крутиться. Концентрируясь, научился вгонять себя в состояние, позволяющее видеть силовые линии для подпитки собственной энергетической структуры. У меня получилось сформировать тонкие щупы, которыми мог манипулировать мелкими предметами — Лайра называла их эффекторами. Правда, долго поддерживать воздействие было сложно, а с расстоянием затраты увеличивались.

Хотя я мог видеть других людей и воспринимать энергетические линии в радиусе сорока метров от себя, область действия дара оказалась ограничена сферой диаметром примерно четыре метра. Дальше шарики падали, и я ничего не мог с этим поделать — резерв быстро пустел.

— Здесь это не составляет труда, — скуластое лицо женщины растянулось в улыбке. — Даже ты можешь использовать эманации Таджа для восстановления сил...

— То есть все эти светящиеся линии, которые повсюду...

— Да. Мы называем их струнами, — кивнула женщина. — Они есть повсюду, но здесь их особенно много. Поэтому рядом с Таджем развитие идет быстрее.

— И что, нет никакой возможности усилить дар? — поинтересовался я.

— Сейчас ты используешь все ресурсы оболочки. После инициации Гарт занимался своим развитием восемь стандартных лет...

— Так это что — мой предел?

— Предела как такового не существует, — покачала головой женщина. — Некоторые развиваются всю свою жизнь.

— А те, которые читают чужие мысли. У меня тоже это получится?

— Эмпаты воспринимают эмоции, — поправила Лайра. — Тебе это недоступно. Возможно, сможешь освоить мыслеречь, но не думаю, что скоро...

— Жалко, — согласился я, заставив горошины упасть.

— Сильный одаренный способен поглотить отдельные артефакты, встроив их в свою структуру. Об этом можешь сразу забыть — попытка, скорее всего, тебя убьет, — поморщилась Лайра. — Другие реликты можно использовать для временного увеличения энергетической оболочки за счет снижения других важных характеристик организма. Или же в качестве источников — это приемлемый вариант. Ученые Содружества разработали усилители, но они отрицательно влияют на оболочку, искажая ее. Со временем такое воздействие наносит непоправимый ущерб.

— Зачем тогда они их используют?

— Могущество, — улыбнулась женщина. — Некоторые готовы заплатить любую цену.

— И как мне расширить свои способности?

— Для тебя остается одно — естественное развитие. Этот путь долог, но результат гарантирован. Можешь забрать комплект — обычно начинают с него...

— Так, а почему отдельные шарики легко поддаются воздействию, а другие — с трудом? — я сгреб в плоскую коробочку шесть десятков разноцветных горошин.

— Различные материалы. Новичкам проще всего манипулировать чистыми металлами, органикой — сложнее.

— Почему одаренные избегают использования нейросетей? — я решил прояснить последний вопрос.

— Сильно снижают потенциал — после вживления симбионта развитие мозга фактически прекращается. Растет нейросеть, и то, только до определенного предела.

Общаясь с Лайрой, я понимал, как велика пропасть между нами. Ее мир ограничивался Кольцом, где она родилась и выросла. Женщина уже успела просмотреть некоторые сюжеты из моего прошлого и теперь пыталась их понять.

Мы лежали на мелком песке непривычно желтого цвета — Лайра занимала просторную виллу на побережье. Местные не придавали значения условностям, поэтому наша одежда лежала рядом — купальных костюмов здесь не носили.

Огромное оранжевое солнце ползло к далекой линии горизонта, а накатывающие на берег волны мало чем отличались от земных — сейчас я чувствовал себя почти как дома. Вдыхая полной грудью запахи инопланетного океана, наслаждался моментом — кроме моей соседки, здесь больше никого не было.

Раскинув руки в стороны, она развлекалась — формировала из песка фигуры, которые изменялись, перетекая друг в друга и рассыпались, когда одаренная теряла к ним интерес. Все-таки мой дар даже рядом не стоял с ее возможностями — количество частиц, которыми одновременно манипулировала Лайра, поражало — у нее без заметных усилий получалось создавать движущиеся скульптуры размером с земной автобус.

Я рассказывал ей о своей жизни на Земле, а она с недоумением качала головой. После того, как в меру своего разумения пояснил действие финансовой системы, она долго не могла придти в себя.

— Резаные кусочки зеленого цвета — мерило стоимости?

— Ну да, — виновато пожал плечами я.

— Вы трудитесь всю жизнь для того, чтобы заработать право жить в улье? Но это же не имеет смысла, — засмеялась Лайра. — Мир большой, не проще ли найти другое место...

— Есть такое дело. Теперь прошлая жизнь на Земле мне тоже кажется бессмысленной.

— Ты получал удовольствие, убивая других? — серьезно спрашивала женщина.

— Нет, это просто работа. Я же тебе рассказывал — у нас такой порядок вещей считается нормой, — раздражаясь, отвечал я.

— То есть тебя изолировали от общества и отправили убивать других, вопреки желанию? — сформулировала Лайра.

— Ну да, сначала так и было. Затем я заключил контракт и следующие пару лет занимался именно этим. Все-таки это мой долг — защищать то, что мне дорого. Тебе знакомо понятие "Родина"?

— Это вредные понятия, — поморщилась Лайра, переворачиваясь на спину. — Люди гибнут за выдуманные другими абстракции. Здравомыслящие ищут для себя более рациональные варианты.

— Все-таки мы слишком разные, — с сожалением покачал головой я.

— У тебя только одна реальная ценность — собственная жизнь! Пойми, ты — одаренный, глупо позволять незавершенным управлять твоей судьбой!

— Когда-то для меня все это казалось важным...

— Развитие вашего общества пошло по тупиковому пути, — безапелляционно заявила Лайра. — Но ты можешь обратиться к одному из старших. Они разработают комплексную стратегию воздействия на твой разум, помогут забыть неприятные эпизоды прошлой жизни...

В этот момент мне сильно захотелось убраться из этого мира — менталитет местных оказался слишком чужд. Тадж и старшие вызывали у меня какую-то иррациональную неприязнь, и сейчас я в очередной раз понял, почему.

— Ясно. Где я могу пройти полное обследование организма?

— Ближайший медицинский центр — община Вознесенных. Но зачем? — спросила Лайра.

— Хм... Дело в том, что я собираюсь покинуть Кольцо, — честно ответил я.

— Это твой выбор, — спокойно кивнула женщина. — Но уверена, ты вернешься...


6


Медицинский центр располагался на берегу океана и напоминал приземистый конусообразный улей. Яйцеобразный транспорт втянуло в одну из ячеек на поверхности сооружения. Вскоре шахта лифта доставила гостей прямо в один из светлых залов, уставленных капсулами.

— Коммуникатор отслеживает твое состояние, — негромко пояснила Лайра. — В случае нарушения функций организма помощь прибудет быстро.

— Не забыть избавиться от этого шпиона, — пробурчал я, повторив жест пожилого мужчины, повернувшего к гостям лысую голову с разноцветными татуировками. Он сдержанно улыбнулся, приложив руку к впалой груди.

— Мне требуется полное обследование организма, — я сразу же обозначил цель визита.

— Сюда! — специалист ткнул костлявой рукой в сторону одного из открытых саркофагов. Этот громоздкий аппарат выглядел как разрубленное на две неровные половинки яйцо, по матовой скорлупе которого змеились золотистые узоры.

В саркофаг операционного комплекса ложился в смешанных чувствах — от результата обследования зависело мое будущее. Мир, в который я попал, вовсе не походил на райское местечко — действительность не имела ничего общего с теми книгами, что я читал в детстве. Собственно, о моей родной системе здесь тоже ничего не было известно — в инфосети не нашлось упоминаний о Земле. Я даже не мог сформулировать корректный запрос поисковой системе — уроки астрономии в школе благополучно проспал. Этим вопросом планировал заняться позже, а в ближайшее время следовало подальше убраться от Кольца, старших и Таджа.

Независимые миры и системы негуманоидов меня совсем не интересовали — эмигранту ловить там было нечего. В Империи Арвар белому человеку кроме рабского ошейника ничего не светило. В конфедерации Делус тем более: в этом фашистском государстве заправляли Высшие, а все остальные являлись гражданами второго сорта, права которых сильно ограничивались.

Зато федерация Нивэй и республика Хакдан охотно привлекали перспективных людей — у них имелись иммиграционные программы, позволяющие гражданину взять небольшой кредит для обустройства. Но жесткие условия сразу отсеивали нахлебников — определяющим фактором являлся индекс интеллекта кандидата.

Люди с высоким индексом могли установить специализированную нейросеть, что позволяло использовать продвинутые устройства и импланты, а также быстро загружать напрямую в мозг базы данных с полезными навыками. Для использования новейшего оборудования требовались дорогие и объемные базы последних рангов. Имелись и другие параметры — например, индекс нейроактивности, отвечающий за скорость реакции.

Процесс диагностики занял десять минут — все это время я лежал в темной утробе и вслушивался в еле заметное гудение аппарата. Пару раз я ощутил изменение гравитации, а затем тело окатил поток теплого воздуха, пахнущего какой-то химией. Наконец крышка беззвучно поднялась, и я потянулся к своему комбинезону.

— Завершено. Копия диагностической карты отправлена на коммуникатор, — отвернулся специалист.

Я, не откладывая, коснулся пластинки и вывел результаты обследования на большое окно. Перед моими глазами поплыли строчки, пестрящие незнакомыми обозначениями и цифрами, понятные только специалисту.

— Индекс интеллекта — сто двенадцать единиц. Индекс нейроактивности — сто шестьдесят восемь. Пси-активность... индекс разброса... похоже, о карьере ученого придется забыть, — разочарованно пробормотал я, выделив главное. — Нейросеть выше третьего поколения мне не светит.


7


Необычного вида корабль-веретено замер на одной из посадочных площадок медицинского центра. Рядом стоял высокий мужчина с изможденным лицом — старший Кирш лично собирался доставить меня на орбитальную станцию.

— Гарт, я тебя не понимаю, — негромко сказал старший. — Твое решение покинуть наш мир иррационально.

— Мне здесь не нравится.

— Жизнь среди незавершенных, — презрительно бросил старший Кирш. — Там ты будешь одним из многих. Здесь у тебя есть потенциал и цель...

— И, тем не менее, мне нужно туда, — я ткнул пальцем в затянутое редкими облаками небо.

— Хорошо, — неожиданно согласился мужчина, и в покрытом чешуйками борту возник овальный проем. Мелкие пластинки сдвигались, собираясь буграми по краям люка.

Внутри корабль оказался крошечным — на полу темной пещерки располагалась одно низкое ложе. Когда старший Кирш занял его, из стены выросло второе место, которое предназначалось мне.

Я хмыкнул, когда стены замерцали и пропали — корабль бесшумно разворачивался, отходя от медицинского центра. Пилот сохранял молчание, пока необычный аппарат набирал скорость, скользя над спокойными водами местного океана.

— Тебя пугает Тадж, — утвердительно произнес Кирш, а я ощутил легкую головную боль, которая вскоре пропала.

— Есть немного, — я бросил взгляд на спокойное лицо старшего.

— Только незавершенные боятся того, чего не понимают.

— Что это вообще такое?

— Мы предполагаем, что это сооружение Предтеч. Когда люди пришли в этот мир, он уже был здесь. У старших получилось пробудить его, и мы нашли общие цели.

— Какие?

— Развитие, — ответил Кирш. — Движение вперед.

— Да? Что-то я не вижу никакого движения!

— Тадж позволяет спрогнозировать будущее и заранее выявить факторы, мешающие развитию человечества как вида. Мы знали о вторжении Роя задолго до того, как оно произошло. Кольцо — самое безопасное место. Покидая его, ты сильно рискуешь...

— Не собираюсь быть частью древнего суперкомпьютера, — фыркнул я. — Тадж поглощает сущности одаренных — выглядит все это не очень хорошо.

— Ты поймешь. Они — добровольцы, — пояснил старший. — Как и тот, чье тело ты занял. Тадж растет и наши возможности растут вместе с ним...

И опять мои попытки понять, что же такое Тадж, пока что разбивались о множество диаметрально противоположных версий. Лайра считала — это инструмент, который создал местный пророк — Илгус для нужд своих последователей. Этан убеждал, что это сущность планеты, осознавшая себя. А старший Кирш сейчас заявил — это устройство, созданное Древними. Я даже не мог представить, какие задачи может выполнять сеть образований из неизвестного материала, пронизывающая кору планеты. Но интуитивно чувствовал угрозу — что-то постоянно пыталось наладить связь, и мне это сильно не нравилось.

Корабль-веретено проткнул острым носом редкую пелену облаков и вырвался в темное пространство, усыпанное колючими огоньками звезд. На грани слышимости я улавливал тихий свист, изредка сменяющий тональность. Принцип действия двигателей необычного транспортного средства для меня оставался загадкой — никаких выступающих деталей или дюз на корпусе не наблюдалось.

Я с интересом разглядывал тушу орбитальной станции. Ковчег, в свое время принесший колонистов в новый мир, имел форму вытянутого астероида. За века он оброс пилонами причальных сооружений и выносными модулями. Вокруг сновали стремительные челноки, а вокруг неторопливо перемещались большие корабли. Я сосредоточился на ближайшем и умные системы увеличили изображение. Рядом с нашим кораблем величественно проплыла серая туша танкера с рядами топливных баков — шаров и цилиндров, к решетчатым фермам пристыкованы десятки пузатых заправщиков.

Другие корабли выглядели совсем непрезентабельно: угловатые бруски, облепленные башенками орудийных установок — такие в огромных количествах производились в империи Арвар. Встречались блестящие клиновидные конструкции и призмы — подобные делали в республике. Рядом со станцией маневрировал большой корабль-веретено, укутанный множеством разноцветных силовых экранов. Почувствовал дискомфорт — кто-то снова пытался залезть мне в голову.

— Что это такое? — скривился я.

— Илгус, — мягко улыбнулся Кирш. — Ничто не укроется от его взора, но тебе беспокоиться не следует. Пока цели Вознесенных совпадают с нашими...

Пройдя рядом с орбитальным терминалом, корабль добрался до станции Биржи — выглядело сооружение как гигантская бочка, состоящая из сотен разноцветных секций. У причалов я заметил сотни судов различных форм и размеров. Черточки челноков и людей в скафах, снующие между ними напоминали о муравейнике.

Наш корабль протиснулся через мерцающее силовое поле, отделяющее большой док от космического вакуума, и завис над одной из посадочных площадок. Вскоре я провожал взглядом отходящий аппарат старшего, который сохранял молчание с момента визита на станцию.


8


Мое решение обзавестись нейросетью было вполне взвешенным — я не видел смысла в развитии способностей. Теперь понял, о чем говорили наставники — здесь не имелось насыщенного энергией поля, поэтому черпать силы неоткуда.

Зато появился доступ к тем сегментам сети, что были заблокированы на планете. В системе находилось больше четырех сотен станций и малых платформ, принадлежащих корпорациям. Одной из больших станций владела Биржа — организация, оказывающая всем желающим посреднические услуги, связанные с наймом специалистов широкого профиля. Правда, интересы этих специалистов главным образом лежали в области применения силы. Эта структура имела представительства в восьмидесяти четырех мирах и фактически монополизировала рынок подобных услуг. Организация сводила заказчиков с исполнителями не просто так, а за процент, получаемый с каждого контракта — это устраивало всех участников сделки.

С Биржей вели дела все — начиная от серьезных подразделений, имеющих собственный корабль с прыжковым двигателем, до всяких сомнительных личностей, которые сбивались в отряды в поисках легких денег, которые, как известно — не пахнут.

Результаты недавнего обследования немного расстроили — индекс интеллекта не позволял получить гражданство наиболее развитых в техническом плане государств. Федерацию Нивэй не интересовали люди с индексом интеллекта меньше ста тридцати шести единиц. Пороговое значение индекса интеллекта для республики Хакдан было ограничено ста двадцатью единицами. Правда, имелась возможность заключить десятилетний контракт с вооруженными силами этого государства, после которого гражданство республики гарантировалось — мой индекс нейроактивности значительно превышал необходимый минимум. Но столь длительный срок меня совершенно не устраивал. К тому же хакданцы ограничивали в правах людей с пси-способностями, что тоже настораживало.

Найденная в сети иммиграционная программа империи Антран не добавила оптимизма — с моим показателем индекса интеллекта на кредит рассчитывать не стоило. К тому же близкое соседство с крокодилами не внушало оптимизма.

Участие в аналогичной программе директората Ошир тоже не давало никаких бонусов — кандидату предстояло отработать шестимесячный рабочий контракт с минимальной оплатой.

Я решил пойти по другому пути — заключить долгосрочный договор с одной из негосударственных корпораций. Перспективному работнику могли установить нейросеть, и заодно снабдить минимально необходимыми базами по специальности. Наилучшие условия предлагали компании наемников и прочие частные армии — к одной из них я и собирался присоединиться.

Отказавшись от услуг местного такси, я направился к капсулам транспортной системы — пока что финансовые возможности оставляли желать лучшего. Единственным моим имуществом был комбинезон, коммуникатор и маленькая коробочка с шариками.

Станция Биржи впечатляла — внутри могли разместиться несколько мегаполисов. Все пространство поделено на модули — всего их насчитывалось больше двух сотен. Коммуникатор высветил перед глазами трехмерную схему, раскрасив цветами сектора. Деловые и торговые районы отмечались зеленым цветом — гостям там ничего не грозило.

Однако три модуля негуманоидов — поселение больших кошек — мзинов, колония крысоподобных Печембу и анклав ящеров Скаржи посещать не рекомендовалось. Выглядели эти нелюди крайне мерзко — крокодилы ростом с человека, покрытые мягкой чешуей и слизью. Неудивительно, что навестить таких гадов у меня желания не возникло.

Нижние сектора — четыре десятка складов, принадлежащих различным корпорациям, а также пять торговых районов были отмечены желтым цветом — там действовали службы безопасности хозяев.

Кабинка лифта доставила меня в верхний торговый сектор — сначала следовало прояснить ценность имеющегося имущества. Там же имелось представительство компании "Тил-Сесар" — одной из шести мегакорпораций, монополизировавших производство нейросетей.

Торговый сектор представлял собой грубое подобие крытого стадиона — над головой уступами нависали ярусы. Людей было неожиданно мало — практически все носили такие же комбинезоны, как у меня, только разных цветов. Хотя отдельные эстеты щеголяли боевыми скафами, обвешанными оружием. Направляясь к офису компании-посредника, я разглядывал лица встречных — тут попадались узкоглазые и желтокожие, смахивающие на земных китайцев. Люди с красным оттенком кожи, коренастые карлики, а также гиганты, больше похожие на орангутангов. Мужчина со знаком Архитекторов на покатом лбу степенно кивнул — у меня имелось похожее украшение, от которого планировал вскоре избавиться.

Я ничему не удивлялся — в Содружестве широко использовались манипуляции с геномом. Хотя население большинства человеческих систем практически ничем не отличалось от землян, встречались и совсем непохожие виды. Сеятелям не составляло труда внести изменения в "базовую модель" хомо сапиенса для того, чтобы они успешно плодились и заселяли миры, совсем не подходящие для комфортного проживания. Обитатели планет с высокой гравитацией походили на коренастых карликов, а жители замерзших миров щеголяли шерстью — такие типы мне тоже попадались на пути.

Вскоре я входил в арку, где за прилавком стоял худой подросток, сжимающий в руке незнакомый прибор.

— Купить или продать? — поинтересовался сотрудник.

— Хочу продать такую штуку, — я повернулся, показав пластинку на шее.

— Многофункциональный коммуникатор "Рурт", — скривился подросток. — Не интересует. При первой активации настраивается на владельца, для остальных бесполезен.

— Так, а это?

— Ничего не стоит, — сотрудник засмеялся, ткнув прибором в кучку разноцветных шариков.

Я только криво улыбнулся, покидая конторку скупщика: свою единственную ценность — комбинезон "Нокс", продавать пока не собирался. На одном из ярусов увидел нечто вроде крошечного скверика — несколько мягких лавок в окружении торчащих из приземистых емкостей кустов. Заняв место, я принялся размышлять о дальнейших действиях.


9


Перед моим лицом мелькали окна, которые высвечивал многофункциональный коммуникатор. Я копошился в инфосети пару часов, зависнув на портале, где корпорации помещали объявления о поиске сотрудников. Можно было зарегистрироваться в сети Биржи как наемник со своим снаряжением, однако мне этот вариант не подходил. Нейросети, навыков и оружия у меня пока не имелось. Да и компании требовалось заплатить приличную сумму — восемьдесят тысяч кредитов.

Когда сообразил, как отсортировать предложения, дело пошло быстрее — главным образом были востребованы квалифицированные специалисты с опытом работы. Скрыв эти вакансии, я погрузился в изучение раздела, посвященного новичкам. Местные называли таких людей "дикими", а иногда просто "мясом". Мой показатель нейроактивности оказался выше среднего, что позволяло развиваться в направлении пилота или штурмовика — для них скорость реакции была важна.

Десяток одинаковых контрактов забраковал: корпорации набирали только "мясо" — то есть собирались заваливать врагов трупами своих бойцов. Кандидату ставилась базовая нейросеть и три базы второго ранга: "Боевые операции", "Легкое ручное оружие", а также "Тактика малых групп". Будущему головорезу обещали выплату от двух до пяти тысяч кредитов каждые тридцать пять стандартных суток. Также упоминались бонусы за каждую успешную операцию.

Попадались предложения получше — тут уже будущему бойцу предлагались аналогичные базы, но уже третьего ранга. И выплата немного возрастала, однако работодатель сразу требовал заключить двухлетний контракт. Изучив условия, я покачал головой — работодатели не собирались выплачивать аванс, и тем более устанавливать специализированную сеть.

Базовая нейросеть не устраивала — хотелось получить что-нибудь поприличней. Замена стоила серьезных денег, поэтому имело смысл сразу ставить самое лучшее, что есть. С таким индексом интеллекта мне доступны только нейросети третьего поколения, и я уже выбрал два подходящих варианта.

Нейросеть "Пилот-3М" немного увеличивала индекс нейроактивности и давала преимущество при загрузке практических баз. Ее обладатель мог установить всего три специализированных импланта. Индекс "М" означал, что пользователю будет доступен интерфейс прямого управления некоторыми устройствами. Эта модификация стоила на восемь тысяч дороже, чем базовая версия.

"Тактик-3" был универсальным вариантом — прирост индекса интеллекта и возможность поставить четыре импланта являлись существенным преимуществом. Также у этой сети имелось приличных размеров внутреннее хранилище данных.

Однако цены кусались — за нейросеть "Пилот-3М" просили тридцать восемь тысяч кредитов. А "Тактик-3" стоил на двенадцать тысяч дороже.

Поэтому я искал контракты, где сотруднику могли предложить одну из этих двух сетей. Сформулировав условия поисковой системе, я принялся изучать два десятка подходящих предложений.

— Интересует особый товар? — тощий подросток с лицом, похожим на крысиную мордочку, сел на корточки прямо передо мной. Похоже, этот тип с кем-то меня спутал. Денег не было, но мне пришло в голову полюбопытствовать, что именно продает этот деятель.

— Конечно, — кивнул я. — Что есть?

— Трясун, чифарь, хуш, тренг... — зашептал крысомордый. — Синт, щипарь, есть флэнг... последняя разработка Треугольника!

— Это же запрещено... — я хмыкнул, вспомнив, что расхваливаемая новинка находилась в списке незаконного товара, который на станции не приветствовался. Этот перечень изучил в первую очередь — нарушать местные законы я не планировал. Стало ясно — тип продает дурь.

В моей голове сразу же появились мысли вполне определенного направления. К этим деятелям я симпатии не испытывал, поэтому решил обдумать возможность экспроприации имущества местных преступников. Ну а поскольку сейчас я сильно нуждался в деньгах, появилась мысль помочь местным органам правопорядка, заодно поправив свое финансовое положение.

Никаких моральных угрызений я не испытывал — если простые торчки заслуживали только презрения, то те, кто поставил своей целью распространять дурь, в моем "табеле о рангах" стояли ниже зверей. К тому же, маловероятно, что обиженные наркоторговцы побегут жаловаться — этот контингент предпочитает решать проблемы самостоятельно.

— Здесь запрещено, — захихикал подросток, — а внизу — разрешено.

— Сколько?

— Пять косарей, — причмокнул тонкими губами крысомордый. — Хорошая цена...

— Возьму два, — я кивнул — мысль навестить нижние уровни и пообщаться с наркобарыгой с каждой секундой нравилась мне все больше.

Добравшись до лифта, мы попали на уровень, отмеченный на карте как торговый сектор корпорации "Нум-Зичель". Тут я впервые увидел представителей службы охраны — тройка низкорослых мужчин в легких боевых скафах неспешно шествовала по широкому коридору. Однако на нас головорезы внимания не обратили — два подростка, спешащие по своим делам, выглядели безобидно.


10


Нижний торговый район кишел людьми — зал размером со стадион был густо заставлен большими контейнерами. Эти разноцветные поцарапанные ящики образовывали нечто вроде лабиринта. А над ним нависала темная масса решетчатых ферм и гроздья труб — там мелькали какие-то стремительные аппараты и черточки транспортных капсул.

Створки ящиков приоткрывались, впуская или выпуская покупателей — выглядело это все как блошиный рынок. Я видел павильоны, в которых на корточках сидели бородатые мужчины с остекленевшими глазами. Открытые магазинчики, где рядами громоздились какие-то блоки с оборванными проводами, соседствовали с забегаловками-столовыми. В воздухе витали одуряющие ароматы еды и подгорелого машинного масла — хотя я не испытывал голода, живот призывно заурчал. Над всем этим сверкали голографические вывески и пятна рекламы, сливаясь в большие разноцветные кляксы.

Переходы мелькали перед глазами — я терпеливо следовал за проводником, который завел меня в тупик. Тот что-то довольно пробурчал, замерев перед глазком на створке сооружения, изготовленного из пары больших контейнеров. Я успел почувствовать, что внутри находятся четыре человека — ну что же, неплохо. Мой коммуникатор издал протестующий писк: он потерял связь с инфосетью — похоже, хозяева включили какую-то аппаратуру.

Негромко прожужжал привод створки и я протиснулся в открывшуюся щель за тем, кто меня сюда привел. Коротко стриженый мужчина в пятнистом костюме с накладками на коленях и потертом панцире, закрывающем грудь, устроился грамотно — он сидел спиной к стене и лицом к посетителям. Сдвоенное дуло массивного автомата уставилось прямо мне в живот, а сам охранник косился на панели, демонстрирующие обстановку вокруг притона.

Узкоглазый пожилой тип с желтоватым цветом кожи и небольшой коробочкой на виске сопел над перевернутым ящиком, сосредоточенно разделывая коричневый брусок на крошечные кубики размером с горошины. Барыга носил мешковатый халат, расшитый замысловатыми узорами.

Внутреннее пространство модуля разделяла на две неравные части перегородка — дверь с тихим хрустом сдвинулась, и оттуда показался третий обитатель притона. Коренастый боевик смотрел на меня огромными черными глазами, а из уголка его рта тянулась ниточка мутной слюны. У этого типа на поясе висела пара чуть изогнутых клинков, а мелко подрагивающая пятерня сжимала рукоять короткоствольного пистолета.

— Кто это? — желтокожий некоторое время пялился на меня, прервав важное занятие.

— Покупатель. Этот же у нас совсем недавно кучу денег оставил, — хрипло ответил подросток.

— Кретин, это не он! — рявкнул барыга.

— Разве? Такая же штука на лбу и коммуникатор, — крысомордый кивнул на меня. — И он ждал на нашем месте...

— Нет в базе, — подтвердил охранник, пробежавшись по голографической клавиатуре.

— Избавьтесь от него! Тело в утилизатор, — принял решение барыга, вернувшись к своему занятию — фасовке дури в разноцветные пакетики.

Подросток с виноватым выражением лица отшатнулся и замер в углу, а наркоман аккуратно повесил оружие на пояс, вытащив внушительный тесак. После чего торчок зашелся хриплым смехом и с кровожадной ухмылкой сделал шаг ко мне, замахиваясь острой железякой.


11


Я отслеживал реакцию второго охранника — тот плавно поднимал массивное оружие, с улыбкой наблюдая за своим коллегой. На лице боевика отразилось удивление, когда я бросился навстречу наркоману с ножом, впечатав ботинок ему в пах. Он заверещал, выронив свою железяку, а я успел пригнуться — выпущенная головорезом короткая очередь выбила ошметки из входной створки. Больше он выстрелить не успел — я поднял в воздух тесак, отправив его коротким импульсом в лицо стрелка.

Краем глаза отметил рукоятку, торчащую из глазницы мертвеца, и пожалел, что силы иссякли — я выложился полностью, опустошив резерв. Следующим под раздачу попал наркоман, успевший ухватиться за рукоять пистолета — он поймал сильный удар в грудину, выбивший из легких весь воздух. Мне хватило времени для того, чтобы сорвать с пояса торчка нож и вбить ему в шею. Он шлепнулся на пол и только сейчас до барыги дошло — за три секунды гость покончил с обоими его бойцами.

— Тебя же уроют... — прохрипел желтокожий, опрокидывая ящик с пакетиками. Его рука шарила на поясе, но я был быстрее — подскочив к врагу, воткнув колено в живот наркоторговца. Пока он корчился на полу, я двумя ударами ноги в голову выключил барыгу. Уловил за спиной возню — подросток тихо выл в своем углу, а под его ногами расплывалась вонючая лужа.

— Где последний? — рявкнул я, рывком приближаясь к недобитку.

— Больше никого... — заскулил гаденыш.

— Почему нет связи?

— Глушилка... — крысомордый покосился на ящик. Именно на нем торговец фасовал свою дурь.

Я прижал к шее узкоглазого барыги палец, нащупывая пульс. С сожалением покачал головой — перестарался. Сейчас в помещении было три покойника и один до смерти испуганный подросток. Собрав с тел оружие — массивную пушку и пару короткоствольных пистолетов, несколько найденных на телах зарядных модулей, а также коробочку внешнего хранилища, снятую с виска барыги, я занялся одежкой бойца. Мне достаточно было провести рукой покойника по клапану, и костюм развалился на две половинки. На внутренней стороне покрытия, похожего на мелкую губку, нашлась маркировка — "Ручанг-Б". Наименование ничего мне не говорило, поэтому решил разобраться с трофеем позже. У наркомана — любителя ножей экипировка оказалась совсем простая — черный обтягивающий тело балахон из чего-то похожего на шерсть — его я снимать не стал.

— Показывай, что тут еще есть! — бросил я трясущемуся подростку.

Он резво засеменил к открытой двери — за перегородкой скрывались три двухярусные кровати, пара шкафчиков, запертый сейф и стеллаж у стены. Там сложены пучки засушенной травы и остро пахнущие шкурки. Нашлись несколько зарядных модулей к большой пушке охранника — изогнутые рожки из прозрачного пластика, наполненные крошечными пульками.

На низком ложе лежал истощенный мужчина, подключенный к компактному ящику с медицинским оборудованием. Из раздутых вен выходили гроздья гибких трубочек, а устройства вроде капельниц хлюпали, перекачивая красную жидкость.

— Что это такое? — опешил я.

— Мясо, — нервно ответил подросток. — Бугор гонит синт. Этот протянет еще сутки, потом нужен новый.

Теперь понял, кто был четвертым живым существом — что с ним делать, пока еще не решил. Оставалось осмотреть логово наркоторговцев и убраться из этого сектора.

Крысомордый заторможено смотрел, как я обшариваю шкафчики — внутри нашлись четыре коричневых бруска, от которых шел еле уловимый сладковатый аромат. Плоская коробочка с двумя десятками прозрачных капсул — в каждой находились несколько красноватых кристалликов. Небольшой цилиндрик с желеобразной гадостью коричневого цвета, аккуратно перевязанные за черенки засушенные листья, пара бутылочек с разноцветными горошинками, а также четыре больших капсулы размером с палец — эти были промаркированы голограммой улыбающегося усача с трубкой в руке.

Закончив со шкафчиками, я разворошил койки, что сразу же принесло результат: обнаружилась плоская коробочка — коммуникационное устройство "Хакам-22". Именно такое требовалось для загрузки баз с навыками. Я задумчиво повертел в руках планшет с логотипом погрызенного фрукта, отложив его в кучу к остальным трофеям. В углу нашлись контейнер и потертый баул — там ровными рядами располагались брикеты отвратительно пахнущего спрессованного сена бледно-синего цвета. Большой ящик утилизатора и пищевой синтезатор меня не заинтересовали. Блестящую статуэтку зверька, напоминающего бесхвостую крысу с рюкзаком на спине, я с сожалением отложил — весила фигурка пару килограммов.

Массивный сейф, привинченный к полу, для меня оказался недоступен — все попытки добраться до содержимого закончились неудачей. Я испробовал все — прикладывал к гладкой поверхности пятерню барыги, стрелял в дверцу — бронированный ящик не хотел открываться. Вероятно, доступ осуществлялся через нейросеть хозяина.

— Где деньги? — повернулся я к подростку.

— Бугор сразу же все отправлял боссу, — промямлил тот.

— Ладно, поверим, — кивнул я. Добраться до сейфа и счетов покойников теперь невозможно, однако в логове наркоторговцев осталась еще целая куча ценных вещей.


12


Крысомордый просветил меня относительно трофеев — как оказалось, большая часть дури была легальной. Бруски тренга, брикеты хуша, а также коробочку с капсулами тида можно было свободно реализовать в любой забегаловке. Зато флэнг, трясун и синт были запрещены на верхних уровнях. Бугор платил хозяевам сектора, а они закрывали глаза на его делишки. Даже когда он покупал у местного криминалитета людей, которых использовал для производства наркоты.

У барыги имелся челнок в одной из парковочных ячеек, он хранил большую часть легальной дури там. К сожалению, добраться до него теперь было невозможно — доступ был только у покойного. Глушилка тоже имела определенную ценность, но обладатель такой полезной штуки сразу ставил себя вне закона.

Взвесив все за и против, я решил немедленно убраться из этого места, захватив то, что можно было легко реализовать на верхних уровнях. Продажа трофеев на месте мне показалась глупой идеей, а связываться с запрещенным товаром тем более не собирался.

— Что ты собираешься со мной делать? — прошептал подросток.

— Ничего, — усмехнулся я, кинув ему капсулу с голограммой. — Придется тебе закинуться своим продуктом. Как оклемаешься — свободен!

Крысомордый удивленно кивнул, раскусив конфетку с изображением мужика с трубкой. Как я понял из сбивчивых объяснений подростка, флэнг тащили из Треугольника, а на картинке изображен Отец народа — правитель этого государства. Таким логотипом производитель отмечал эксклюзивный товар. Потребитель флэнга на шесть часов оказывался в мире своих эротических фантазий, однако у отдельных счастливчиков напрочь срывало крышу и эффект растягивался на сутки. Подросток уверял, что никаких побочных эффектов у этой дорогой гадости нет, однако меня такое времяпровождение не прельщало.

Дождавшись, пока крысомордый затихнет с глупой улыбкой на лице, я раскрыл ему пасть и вылив туда все шесть доз дряни под названием синт. Изо рта гаденыша пошла обильная пена, а конечности задергались — наркоторговцев я жалеть не собирался.

Настало время сборов — облачившись в трофейный костюм "Ручанг-Б", я аккуратно сложил свою старую одежду в найденный баул. Туда же отправился второй похожий наряд, снятый с крысомордого — ему он больше не понадобится. С трудом разрезав балахон покойного любителя холодного оружия, повязал кусок черной материи на голову, соорудив нечто вроде банданы — показывать встречным знак на лбу я не собирался.

Материал трофейного костюма напоминал тонкую тянущуюся ткань с гибкими прожилками внутри. Комбинезон оказался неожиданно удобным, но массивная грудная пластина явно была рассчитана на человека другой комплекции. Как ее снять, так и не понял — панцирь, закрывающий только грудину, крепился к материалу костюма множеством гибких жгутиков.

Затем наполнил баул наиболее ценными, на мой взгляд, вещами — забрал всю легальную дурь, за исключением брикетов с засушенным сеном. Для того чтобы утащить весь хуш, потребовались бы еще пара баулов и носильщик — к сожалению, как раз его у меня не было. Поэтому пришлось захватить только шесть таких кирпичиков. Планшет, коммуникационный модуль и коробочка внешнего хранилища отправились туда же.

Сверху положил одну единицу оружия, снятого с тела узкоглазого барыги — выглядел трофей как изящный пистолет с прозрачным магазином в рукояти. Нашел пару зарядных модулей к нему — оба плотно забитых иглами. На тонком стволе имелась четкая маркировка — пушка называлась "Аркам-8". Почему-то пистолет стрелять в моих руках отказывался — при нажатии на спусковой сенсор он издавал короткий писк.

Зато пушка торчка действовала отлично — массивный пистолет негромко тявкнул, разворотив грудь покойного владельца. Кроме номера "16-4" никаких обозначений на оружии не имелось. Изделие мне напомнило земные образцы — только в магазине зарядов больше — пять десятков крошечных пулек калибром около четырех миллиметров.

Такими же боеприпасами стрелял автомат с двумя стволами, сильно смахивающий на изделие сибирских оружейников. У него имелся загнутый прозрачный рожок, наполовину забитый уже увиденными пульками. "Корза-106" — так назывался громоздкий автомат. Выпустив остаток магазина в тела наркоторговцев, я подсоединил полный, сделав вывод, что с этим оружием проблем не будет. К сожалению, никаких ремней или рукоятей для переноски не нашел, поэтому решил держать пушку в постоянной готовности к применению.

Пистолет я повесил на пояс, рядом с самым приличным и легким из трофейных ножей. Слегка кривоватый матовый клинок длиной двадцать сантиметров и ладно сидящая в руке рукоять из материала, похожего на пупырчатую кожу — этот мне сразу понравился. Второй нож, больше похожий на короткий меч, я оставил в притоне — весил он прилично, а на блестящем лезвии имелись зазубрины.

Вспомнил про бедолагу, который был подключен к непонятному аппарату для производства синта. Отключив мужичка от аппарата, я немного попинал устройство ногами — концепция медицинского оборудования мне не нравилась. Однако привести в чувство несчастного так и не удалось — наркоторговцы успели превратить пленника в овощ.

Затем добрался до работающей системы наблюдения, вытащив пару массивных блоков — их, а также запрещенную дурь запихнул в ящик утилизатора. Экраны погасли, а я ткнул в кнопку, открывающую бронированную створку. Повесив на плечо туго набитый баул, поспешил выскользнуть наружу — теперь предстояло убраться из этого места.


13


Трофейный костюм немного стеснял движения, однако тяжелая пушка в руках придавала уверенности. За спиной мотался баул с добычей, а я настороженно косился на редких встречных, провожая двойным стволом потенциальную угрозу.

Пока что на моем пути встретились только щуплый подросток с полинялой котомкой и колоритная парочка. Девица, замотанная в мешковатый серый балахон семенила за бородатым мужчиной, на поясе которого висел кинжал с волнистым лезвием, а рядом располагался современного вида пистолет. На меня местные внимания не обращали — с оружием тут расхаживали все.

На выходе из тупика, где располагался притон, увидел троих тощих узкоглазых, сидящих на корточках возле ящика с каким-то сильно воняющим барахлом. Увидев меня, один из них вытянул руку, и я ощутил слабый удар чем-то похожим на воздушную волну. Второй шустро выхватил оружие с дырчатым стволом — после тихого хлопка панцирь костюма осыпали мелкие иглы.

Я успел пригнуться и нажать на спусковой сенсор — стрелял навскидку и огненная строчка хлестнула поцарапанную стену контейнера за спинами противников. Довернув ствол, я неумело перечеркнул двоих длинной очередью, опустошив магазин — пуля разворотила череп желтокожего, а второй нападающий захрипел, суча ногами в луже собственной крови. Зато вооруженный гаденыш успел сбежать, юркнув в щель между ящиками — я проводил взглядом мелькнувшую спину убегающего и подумал, что преследовать его не собираюсь. Негромкий треск выстрелов вряд ли привлек внимание, но я ускорился, выбравшись в один из широких центральных проходов.

Обратный путь не вызвал сложностей — только у самой платформы лифта я нарвался на патруль корпорации "Нум-Зичель". Боец в боевом скафе предостерегающе поднял руку, а второй направил на меня компактный приборчик, который вскоре зажег зеленый индикатор. Проверка ничего запрещенного не обнаружила — вояки сразу потеряли ко мне интерес. Перед тем, как створки транспортной капсулы закрылись, я услышал обрывок фразы про отряд какого-то Корна, который давно уже не покидал нижние уровни. Тут я сообразил, что уже видел людей, которые носили похожие черные повязки — невольная маскировка под члена местной банды оказалась удачной.

Пока капсула двигалась в верхний торговый сектор, я успел осмотреть костюм, вытащив четыре десятка керамических иголок размером со спичку. Большая часть раскололась о панцирь, а остальные застряли в прочном материале. Прокрутив в голове ход поспешного отступления, сделал вывод — никаких серьезных ошибок вроде бы не совершил. По итогам разборки с наркоторговцами однозначно в плюсе — обзавелся целой кучей оружия и ценных вещей.

Когда створки транспортной капсулы раскрылись, доставив меня к цели, я уже определился с дальнейшими действиями — в первую очередь следовало избавиться от трофейной дури. Компания-посредник забирает одну десятую от суммы сделки, но это самый простой и быстрый способ реализовать трофеи. Добравшись до знакомой конторки, подошел к скучающему за прилавком коренастому мужчине с выпученными глазами.

— Купить или продать? — пробурчал приветствие сотрудник.

— Продать! — устало кивнул я, выкладывая из баула добычу. Заодно снял с пояса пистолет "16-4" и положил рядом пушку под названием "Корза-106", собираясь узнать их стоимость.

Мужчина быстро пропустил все трофеи через аппарат, который оказался ручным сканером. Я подумал, что такой штукой следует обзавестись в первую очередь — для определения ценности предмета приборчику требовалась пара секунд. Удивившись, что у меня нет нейросети, сотрудник отправил список на коммуникатор.

Развернув окно с предложенным договором, я довольно улыбнулся — визит в логово наркоторговцев оказался успешным.

Четыре бруска тренга стоили двенадцать с половиной тысяч кредитов. Шесть брикетов спрессованного сена под названием хуш оценили всего в тысячу двести — подумал, что зря тащил эту дрянь: баул теперь благоухал ароматом сгнивших водорослей. Две коробочки с горошинками ушли за пять тысяч. Листья брали за три с половиной, а коробочку с капсулами тида ушла за четырнадцать тысяч кредитов.

Игольник "Аркам-8" с двумя магазинами взяли за семьсот кредитов — сотрудник равнодушно сообщил, что оружие привязано к другому владельцу и потребуется процедура разблокировки, которая тоже стоит денег. Я решил избавиться от неудобного оружия, согласившись на предложенную цену.

Пара комбинезонов ушла за полторы тысячи, а костюм "Ручанг-Б" оказался некомплектным — его стоимость выяснить не удалось. Зато пришлось реализовать штурмовой комплекс "Корза-106" — это добро взяли за двадцать шесть с половиной тысяч кредитов.

Сначала я решил оставить проверенную в деле пушку, однако в найденной спецификации указывалось, что это оружие оширского производства имеет электронную метку, по которой можно без труда выследить обладателя. Как оказалось, трофей имел двойное боепитание — один ствол выпускал безгильзовые четырехмиллиметровые пульки, а другой мог угостить врага гранатами или дробью. Имелся интерфейс, позволяющий подключить пушку к тактическому компу — такой имелся в серьезных боевых скафах. Счастливый обладатель такой высокотехнологичной игрушки мог приобрести дополнительные модули, превратив автомат в снайперскую винтовку, крупнокалиберный пулемет для охоты на особо крупных инопланетных гадов или мелких боевых дроидов — модульная конструкция позволяла такие модификации.

Сейчас средства были нужнее, и я подумал, что пистолета "16-4", который оценили в полторы тысячи, мне пока хватит. Внимательно изучив предложенный контракт, согласился с условиями — как всегда, компания-посредник забирала десятую часть за свои услуги. В результате сделки я получал пятьдесят восемь тысяч триста кредитов.

Электронику пока продавать не стал — сначала я собирался ознакомиться с информацией на планшете. Коробочка внешнего хранилища тоже могла содержать ценные данные — однако получить к ним доступ мог только тот, у кого имелась нейросеть. Ну а коммуникационный модуль мне точно пригодится.

Правда с выводом средств возникла проблема, но сотрудник предложил решение. Я нашел в сети отделение банка "Анцер" и открыл анонимный счет, куда и получил вырученные средства. Капиталисты сняли двести кредитов за эту нехитрую операцию, однако выбора не было.

Все равно собирался навестить это учреждение и установить банковский имплант, привязанный к характеристикам мозга. Конечно же, после того, как получу нейросеть — теперь финансы позволяли и я не собирался откладывать эту важную операцию.


14


Представительство корпорации "Тил-Сесар" встретило меня прохладой, ярким светом и пониженной гравитацией. В центре полукруглого зала располагались несколько прозрачных конторок, к одной из которых я и подошел.

Миниатюрная женщина с красноватым оттенком кожи дружелюбно кивнула мне и я привычно улыбнулся в ответ. Фигурка в длинном, скрывающим ноги одеянии, стянутом на тонкой талии мерцающим поясом, замерла в ожидании.

— Я — Тейша, — мелодичным голосом представилась сотрудница. — Чем корпорация может вам помочь?

— Хочу установить нейросеть. "Пилот-3М" или "Тактик-3", — заявил я. — Но пока еще не определился с выбором.

— В таком случае полное обследование бесплатно, — предложила женщина. — Наш специалист предложит решение в зависимости от ваших задач.

— Прошел его пару часов назад — вот моя диагностическая карта, — кивнул я, разрешив коммуникатору передачу инфопакета. — Меня интересует карьера бойца-штурмовика, а затем пилота корабля малого класса.

— Тогда "Пилот-3М" будет оптимальным вариантом, — улыбнулась женщина.

— Почему?

— Эта нейросеть дает прибавку к индексу нейроактивности. После выхода на режим этот показатель будет составлять сто девяносто единиц, а возможно даже и больше. В дальнейшем его можно будет увеличить с помощью имплантов. Допускается установка трех.

— Знаю. Но три импланта маловато, у "Тактика-3" на один больше... — буркнул я, удивившись, что менеджер не горит желанием всучить самую дорогую сеть.

— Эта сеть не дает специализации и прироста индекса нейроактивности.

— Логично. Тогда ставим "Пилот-3М"! — определился я.

— Тридцать девять с половиной тысяч кредитов, — сообщила Тейша. — Вам придется провести восемь часов в медкапсуле под наблюдением специалиста. Эта процедура включена в стоимость.

— Возьму три базы третьего ранга — "Боевые операции", "Тактика малых групп" и "Легкое ручное оружие".

— Тринадцать тысяч пятьсот кредитов, — ответила женщина.

— Так, а подарки, бонусы и прочие радости?

— Корпорация "Тил-Сесар" ценит каждого клиента, — заученно пробормотала Тейша. — Поэтому вам представляется скидка — двести кредитов!

— Очень приятно. Щедрость корпорации не знает границ. Да, я бы хотел убрать это, — хмыкнул я, показав на свой лоб.

— Это бесплатно. Уладим формальности, — улыбнулась женщина.

Я изучил договор и перечислил со своего счета запрошенную сумму — пятьдесят две тысячи триста кредитов. После чего Тейша сопроводила меня в соседнее помещение, где располагались несколько саркофагов.

— Одежду и личные вещи — сюда!

Скрытая в стене ячейка открылась и я поспешил сложить там свое имущество. Когда избавился от костюма, женщина неожиданно провела ладошкой по моей спине. Удивленно посмотрел на ее сосредоточенное лицо и повторил жест, подумав, что это какой-то ритуал — среди одаренных встречалось и не такое. Рука не встретила никакого сопротивления и я сообразил, что наряд Тейши — это голограмма. Моя ладонь скользнула по ее плечу, дойдя до плавной округлости бедра.

Женщина сделала шаг назад и кивнула — один из саркофагов бесшумно раскрылся, обнажив бугристое ложе, где я и разместился, закрыв глаза.

Вдохнув порцию сладковатого дыма, выпущенного агрегатом, уловил, как мое сознание медленно угасает. На мгновение ощутил чувство единения с окружающими — уловил тысячи цветных пятен, оттенки разных цветов, редкие силовые линии и нечто, нависающее чёрной, бурлящей тенью где-то рядом.


15


Придя в себя, сразу же обнаружил изменения — перед глазами висели несколько рамок с полупрозрачными значками. Некоторые символы были отмечены серым цветом — я знал, что они станут активными после вживления банковского импланта.

— Сеть задействована, — констатировал незнакомый мужчина с эмблемой корпорации на груди. — Показатели организма в норме, вмешательство не требуется.

— Да, вижу, — кивнул я, покидая саркофаг операционного комплекса.

— Отправляю документацию...

— "Входящий пакет: осуществить прием?" — один из значков замигал.

— Что это? — спросил я.

— Рекомендации по настройкам. Советую ознакомиться для эффективного использования, — пояснил специалист. — Нейросеть "Пилот-3М" — военная модификация третьего поколения. Все дополнительные возможности вроде голосового управления изначально отключены.

— Ясно. Пригодится, — я разрешил прием, вытаскивая из открывшейся ячейки свои вещи.

— Ваш заказ, — сотрудник вручил прозрачную коробочку с тремя пластинками, каждая размером чуть меньше кредитной карты.

Облачившись в трофейный костюм, я завершил экипировку, повесив на поясное крепление пистолет. Нейросеть сразу же обнаружила новые устройства, предложив их подключить.

— Обнаружен многофункциональный коммуникатор "Рурт", произвести синхронизацию? — высветилось сообщение.

— Нет, от этой штуки постараюсь избавиться, — отказался я — оставлять при себе устройство, позволяющее в любой момент выяснить местонахождение владельца, было глупо.

— Обнаружен неактивированный модуль коммутации "Хакам-22", произвести подключение?

Я достал устройство и вставил в приемное гнездо одну из пластинок.

— "Легкое ручное оружие" третий ранг. Начата загрузка данных, расчетное время проведения — 118 часов 12 минут, — я подтвердил желание изучить именно эту базу, закрепив коробочку коммуникационного устройства на поясе. Забросив за спину благоухающий ароматами перегнивших водорослей баул, направился к выходу под пристальным взглядом сотрудника корпорации.

Затем я посетил отделение банка "Анцер" — за установку импланта пришлось отдать четыре тысячи кредитов. Дождавшись активации устройства, я получил доступ к финансовой системе Содружества, опутавшей большую часть населенных миров сектора.

Перебросив на свой новый счет средства, улыбнулся — у меня осталась тысяча восемьсот кредитов.


16


Я вошел в инфосеть, сделав несколько запросов — первым делом нашел несколько гостиниц, располагающихся в торговом секторе. Сто кредитов в сутки за одноместный номер показалось мне нормальным предложением. Заодно просмотрел и бюджетные варианты — вроде дешевых общежитий в нижних секторах, однако туда лезть у меня желания не возникло.

Добравшись до заведения, принадлежащего корпорации "Шархем", я заверил договор найма личным идентификатором, и, переведя средства, заселился в номер. Он представлял собой нечто вроде студии с единственной створкой, ведущей в крошечный модуль с кабинкой душа и санузлом. Площадь комнатки с низким светящимся потолком примерно оценил в десять квадратных метров — я посчитал, что мне этого хватит.

Нейросеть услужливо выделила контуры предметов, с которыми могла взаимодействовать — в стене пряталась выдвижная кровать довольно скромных размеров, а также пустая ячейка для вещей. В номере имелся терминал системы доставки, но им пользоваться не собирался — логичней лично посетить магазин, да и за дополнительные услуги платить не хотелось.

Простенький пищевой синтезатор, встроенный в стену, мог накормить даже взыскательного постояльца — список блюд состоял из двух тысяч незнакомых наименований. Три порции простого рациона из двух десятков блюд на выбор входили в стоимость номера, за излишества требовалось платить. Я быстро нашел подходящее, скормив утилизатору первый неудачный заказ — безвкусную кашу. Зато со вторым повезло — инопланетная картошка красного цвета и небольшие шарики из чего-то похожего на сладковатое мясо оказались вполне съедобными и приятной тяжестью угнездились в желудке. Занеся названия блюд в отдельный раздел, вспомнил об устройстве на шее.

Коснувшись пальцем пластинки, выбрал в появившемся окне функцию деактивации — после чего на моей шее появилось бледное пятно, где раньше располагалась пластинка. Первым делом я избавился от своего многофункционального коммуникатора и сильно пахнущего потрепанного баула, отправив их в утилизатор — теперь старшие не смогут отслеживать мое местоположение, а запах больше не будет действовать на нервы.

Затем развалился на кровати, приступив к пополнению резерва — все-таки способность неожиданно швырнуть в противника что-нибудь остренькое недавно показала себя с лучшей стороны. Закрыв глаза, расслабился, почувствовав рядом одну из полупрозрачных линий, одаренные называли их струнами. Привычно потянувшись к ней, принялся осторожно тянуть энергию, заполняя свою оболочку.

Закончив процесс, открыл глаза, скривившись от легкой головной боли — прошло два с половиной часа. Все-таки внизу, на планете, все получалось легко и непринужденно — помогало наличие рядом Таджа. Неудивительно, что одаренные не собирались покидать свой мир — там их возможности возрастали многократно. Но я уже принял решение — плясать под дудку инопланетного организма очень не хотелось.

Подняв в воздух трофейный клинок и сделав несколько оборотов вокруг себя, подумал, что следует обзавестись парой-тройкой подобных вещиц поменьше и полегче.

Сказано — сделано: я подключился к инфосети, быстро найдя два подходящих варианта — лавку ритуального оружия, а также конторку, где могли изготовить любую мелочь прямо при клиенте. Отметив их местоположение, нашел варианты лучше — целых три крупных компании, занимающиеся предметами экипировки и списанным военным снаряжением. Изучив их рекламные предложения, решил навестить ближайшую под названием "Канаан-Сарг", поскольку там клиенту обещали гибкую систему скидок и взаимозачетов, а также полную конфиденциальность сделок.

Затем быстро просмотрел пакет по настройке нейросети, организовав интерфейс по своему вкусу: растащил все активные иконки по четырем панелям, пропадающим во время бездействия. Хранилище данных оказалось заполнено на четверть — тут я вспомнил о снятом с барыги внешнем банке данных и повесил коробочку на висок.

Кроме зашифрованных личным идентификатором двух приличного размера инфопакетов там ничего не нашлось. Поэтому я поспешил очистить хранилище от компромата, полагая, что коллеги покойного сейчас землю роют в поисках того, кто наехал на их подопечного.

Как оказалось, "Чирос-32" являлся продвинутым устройством — продавали такой за четырнадцать с половиной тысяч кредитов. А прямо сейчас его готовы были купить за тринадцать восемьсот, правда, потенциальный покупатель располагался на другой орбитальной станции. Я отвлекся, усвоив информацию о системе спроса и предложения, используемой повсеместно.

Любой желающий мог зарегистрироваться в местной торговой системе, выставив товар на продажу, указав стоимость и количество. Ну а для того, чтобы потенциальный покупатель купил именно этот товар, следовало выставить самую низкую цену.

Также можно было заявить о намерении купить что-нибудь, указав соответственно цену — самую высокую. И в том, и в другом случае требовалось заплатить налог станции и комиссию. Цены требовалось постоянно корректировать, поскольку здоровая конкуренция обогащала организаторов — за каждое действие брался небольшой процент.

Для начала карьеры дельца требовалось изучить несколько необходимых баз, где излагались основы — "Розничная торговля", "Оптовая торговля" и "Аукционная торговля".

Я сделал вывод, что для покупки проще всего лично явиться в компанию, где имеется интересующий товар, а для продажи — воспользоваться услугами компаний-посредников, которые брали долю от суммы сделки, обычно одну десятую.


17


Я быстро освоился с трофейным планшетом — мне попалась эксклюзивная модель производства корпорации "Гарбл", которая производит разные устройства для продажи в слаборазвитых мирах. Присвистнул, узнав цену — такая штуковина продавалась за восемь сотен кредитов. Хотя аналоги оширского производства стоили не больше двух сотен.

Потыкав пальцем в разные значки, я сделал вывод, что изделие по своему функционалу сильно уступает установленной нейросети. Особенно удивило то, что владелец добровольно собирал на себя досье, выкладывая в общий доступ личные данные. Пролистав информацию о хозяине, нашел физиономию покойного торчка, который очень любил холодное оружие и запрещенную дурь. Просмотрев несколько последних записей, я сделал вывод — ничего полезного устройство покойного мне сообщить не сможет. После чего уничтожил всю информацию, подготовив планшет со значком погрызенного фрукта к продаже.

Навестив уже знакомую конторку-посредника, избавился от планшета и внешнего хранилища, выручив тринадцать тысяч сто сорок кредитов. Часть полученных средств собирался вложить в свою экипировку — трофейный "Ручанг-Б" мне не нравился тем, что немного стеснял движения. Кроме того, предыдущий владелец снял головную часть, что резко снижало ценность костюма в моих глазах.

Затем я потратил остаток дня на знакомство с системами защиты, сделав вывод — с имеющимися средствами могу купить только легкий скаф второго поколения. Цены на новейшие модели пятого поколения и вовсе были запредельными. Не говоря уже о полезных устройствах вроде носимых генераторов силовых экранов.

Заведение "Канаан-Сарг" располагалось в частном секторе, принадлежащем одноименной корпорации. Выбравшись из капсулы лифта, я прошел через пару постов охраны и проследовал по голографическим указателям к своей цели.

Интерьер впечатлял — дельцы постарались произвести впечатление: вдоль стен огромного склада громоздились ящики, стеллажи с оружием, различные костюмы и прочие полезные начинающим головорезам вещи. Но мне в первую очередь требовался приличный скаф — с ценами на них я уже успел ознакомиться в сети.

С громоздкими земными аналогами здешние изделия имели мало общего — для передвижений в безвоздушном пространстве технологии позволяли обходиться небольшим генератором силового поля. Для боевых действий требовалось что-нибудь посерьезней — этот экран не мог задержать пулю, разрывную иглу или импульс из энергетического оружия. Поэтому бойцы использовали костюмы, полностью закрывающее тело, а современные системы жизнеобеспечения позволяли не покидать скаф месяцами. Естественно, при наличии расходных материалов — картриджей. Имелись и системы замкнутого цикла, где картриджи не требовались — костюмы с практически неограниченной автономностью стоили намного дороже.

Цена боевых скафов пятого поколения превышала миллион кредитов. Там уже использовались новейшие технологии вроде наноботов, которые могли заращивать повреждения, поглощая чистые металлы и органику. В специализированных костюмах имелись другие полезные функции — системы маскировки, мышечные усилители или силовые манипуляторы. Я планировал остановиться на легком костюме второго поколения — средств пока не хватало.

— Приветствую, уважаемый, — незаметно объявился рядом невзрачный мужичок, хитрой физиономией смахивающий на прапорщика. — Что-нибудь конкретное?

— Так точно, — кивнул я. — Для начала интересует легкий боевой скаф, рюкзак и подвесная система...

Лицо сотрудника изобразило мыслительную работу и мне пришлось пояснить, что именно я имею в виду. Как оказалось, вместо последнего тут используют стандартные крепления, которыми хозяин может управлять через нейросеть. Заодно мужичок пояснил, что мой костюм — это гражданская версия легкого скафа "Ручанг" оширского производства с установленной грудной бронепластиной от арварского штурмового скафа. Которая держит попадания большей части ручного оружия, кроме бронебойных игл конечно.

— Без головной части костюм — полное барахло. Враги не идиоты и будут стрелять туда, где брони нет, — заявил сотрудник.

— Это да, — согласился я, вспомнив удивленное лицо предыдущего владельца с торчащей из глазницы рукоятью ножа.

— Какую сумму рассчитывает потратить уважаемый на свою защиту? — поинтересовался "прапорщик".

— С учетом этого, — я хлопнул по панцирю некомплектного костюма. — Еще десять тысяч.

— Хватит только на скаф второго поколения. Оширского или арварского производства, — хмыкнул мужичок. — Но с небольшой доплатой можно взять уже кое-что поприличней...

— Сколько?

— Этот хлам и тринадцать с половиной тысяч кредитов. Могу предложить неплохой вариант — "Таль-3РС", старая офицерская модель. Вся умная электроника мертва, действуют только основные функции. То есть система жизнеобеспечения и блок аварийной герметизации.

— Интересно, — кивнул я.

"Прапорщик" замер, шевеля пухлыми губами. Через пару минут он уже копался в одном из контейнеров с наваленными кучей скафами и запчастями, большая часть которых была продырявлена и заляпана засохшей кровью. Он вытащил из груды потрепанного снаряжения черный костюм с небольшим горбом на спине.

— А это что? — я ткнул пальцем в оплавленную нашлепку на плече.

— Турель для навесного оружия, — ухмыльнулся сотрудник. — Или гнездо подключения носимого разведкомплекса. Теперь уже никто не узнает. В общем, боевые процессоры, тактический комп и система маскировки накрылись. Как и блок газовых двигателей для действий в пустоте, он снят.

— Это же третье поколение, — вставил я. — Почему бы поставить новые модули. Они же продаются отдельно?

— Уничтоженные модули можно заменить, но ремкомплект стоит дорого, — снисходительно пояснил сотрудник. — Восстанавливать до исходного состояния смысла нет — продается как есть. Сейчас это просто скаф с неплохой защитой — до уровня штурмового совсем немного не дотягивает.


18


Костюмчик выглядел необычно: покрытие из множества мелких пупырышек напоминало лягушачью кожу. На левом бедре имелись три припухлости с оплавленными разъемами, покрытие наспинного горба оказалось сильно потерто. На груди расположены восемь бронепластин размером с ладонь, а на поясе — шесть стандартных креплений. Открывался костюм клапаном с правой стороны, что, на мой взгляд, неудобно. На двух пластинах обнаружил аккуратные завитушки, однако надписи на неизвестном языке ничего мне не говорили.

Нашел в сети только "Таль-3" производства империи Антран — он продавался за тридцать восемь с половиной тысяч кредитов. Внимательно изучив спецификацию, понял — предложение заслуживает внимания. О покупке костюма третьего поколения я даже не задумывался, а тут неплохой вариант для постоянного использования. Индекс "РС" обозначал нестандартную комплектацию — неудивительно, что с заменой мертвых блоков возникли проблемы.

Я сразу же залез в обновку — губчатая подложка слегка нагрелась, подстраиваясь под нового владельца. Сотрудник умело подогнал скаф под мою комплекцию — как оказалось, высокотехнологичный материал мог растягиваться и сжиматься в определенных пределах.

Осторожно подвигал конечностями — костюм совершенно не стеснял движений. Я попрыгал на месте, а затем сделал несколько приседаний — никаких неудобств не почувствовал. Теперь я понял, зачем нужна припухлость на воротнике — из нее с хрустом выдвинулась головная часть с прозрачным забралом. Пару минут изучал появившуюся перед глазами голограмму с индикаторами — из двух десятков значков были активны только четыре. Два иероглифа моргали красным, и я услышал требовательное попискивание. Мужичок отрыл клапан на бедре и заменил почерневший цилиндрик, вытащив из первого попавшегося костюма другой.

— Стандартные картриджи Содружества, — пояснил сотрудник, когда значки погасли и загорелись желтым цветом. — Лучше всего иметь запас...

— Беру! — согласился я, перечислив тринадцать с половиной тысяч. Мужичок довольно ухмыльнулся, закидывая мой старый костюм в кучу снаряжения.

После чего он выдал пару дополнительных бронепластин, слегка оплавленных. Завершил экипировку небольшим рюкзачком, который мог значительно увеличиваться в размерах благодаря умному материалу вроде металлизированной ткани. На поясе разместился плоский контейнер с десятком цилиндриков размером с палец — одного такого картриджа системе жизнеобеспечения хватало на тридцать часов.

Я покопался в ящиках с разным колюще-режущим инвентарем, подобрав десяток метательных ножей из красноватого металла. Мужичок с усмешкой сообщил, что такие используют жители мира Рилат, и у них имеется примитивное оружие, стреляющее такими клинками. Нашлось даже нечто вроде потертой кожаной перевязи с кармашками для этих необычных боеприпасов.

За все это добро я отдал восемь сотен кредитов, заверив своим идентификатором контракт поставки. Как оказалось, самым дорогим оказался высокотехнологичный рюкзачок и картриджи к системе жизнеобеспечения. А холодное оружие наемники не особо жаловали: за комплект ножей и перевязь взяли символическую сумму — сорок кредитов.

В подарок к покупкам получил аналог разгрузки — липнущие к материалу скафа широкие ленты с пятнами стандартных креплений. А также две упаковки питательной смеси, которой можно заполнить емкость скафа — с этикетки скалился чернокожий верзила, уплетающий отвратительную на вид зеленоватую кашу. Из написанной мелким шрифтом вложенной рекламы следовало, что продукт изготовлен сотню лет назад в империи Арвар из генетически модифицированных грибов. Производитель утверждал, что одного тюбика этой гадости человеку хватит на сутки.

Поблагодарив проныру-продавца, я покинул заведение — скаф оказался хорош и сидел на мне как вторая кожа.


19-1


Средства быстро таяли — каждый проведенный на станции день обходился в сто кредитов, однако я собирался использовать полученное время с толком, получив максимум необходимой информации. На сутки я завис в сети, отслеживая вакансии корпораций — меня интересовали те работодатели, которые подавали заявки на штурмовиков и пилотов.

Большая часть их исходила от двух серьезных игроков — объединения Хейди и мегакорпорации "Шонта". Эти деятели развернули полномасштабную войну в мирах фронтира и ближайших системах, где шла добыча ресурсов. Были востребованы как пилоты малых кораблей, так и бойцы-штурмовики — участники конфликта тратили значительные средства на найм пушечного мяса для своих разборок.

Предложения не отличались оригинальностью — условия фактически были одинаковыми. Контракты минимум на год и серьезная неустойка за досрочное прекращение. Хотя конкуренты заманивали в свои ряды приличными выплатами и обещанием всяческих бонусов, кое-какие пункты вызывали недоумение — фактически сотрудник не имел никаких прав и должен был выполнить любой приказ. В случае смерти наниматель гарантировал выплату небольшой суммы наследникам — для штурмовиков сорок тысяч, для пилотов — от ста пятидесяти кусков, в зависимости от квалификации.

Мне сильно не нравились такие условия, поэтому я рассматривал предложения других корпораций. Хотя их выплаты не отличались такой щедростью, как у гигантов, наемник получал информацию о подразделении и используемой технике.

Вакансию от организации под названием "Вестники Чистоты" я отверг, прочитав треть предлагаемого контракта. В счет оплаты кандидат мог получить полный комплект баз, необходимый для пилотирования хакданского среднего истребителя "Калард". Судя по всему, там заправляли какие-то фанатики — они называли противников нечистыми. Кроме того, кандидату предстояло перед заключением договора пройти какой-то обряд очищения.

Корпорация "Гарчель" предлагала похожие условия — указывалось, что она владеет двумя средними кораблями. Занимается свободной охотой в системах фронтира и арварской буферной зоне — это означало банальное пиратство. В дополнение к стандартным условиям тут сотруднику обещались трофейные выплаты — одна трехсотая доля от взятой в боевой операции добычи.

Я изучил остальные предложения — от лица представителя народно-освободительной армии системы Корлан, капитана рейдера под названием "Твирки", компании "Керар" и еще десятка подобных работодателей.

Отметив четыре более-менее адекватных варианта, решил продолжить поиск завтра — у меня еще оставались средства на оплату номера. Я тщательно собирал материалы по интересующим темам. В первую очередь меня интересовали боевые действия и используемая техника. Ну и попутно общие данные по независимым системам, инопланетянам и особенно Древним. Изучать все это я планировал потом — пока просто забивал встроенное хранилище нейросети документами.


20-1


Проснулся от неприятных ощущений — ноги покалывало мелкими иголочками. Секунду назад смотрел странные сны, а сейчас даже не мог вспомнить, о чем. На секунду я поймал знакомое чувство присутствия врага поблизости. Словно кто-то прямо сейчас изучал мою фигурку в прицел снайперской винтовки. Я сделал глубокий вдох и попытался успокоиться. Бросил взгляд на входную дверь и облегченно выдохнул — та оказалась заблокирована.

Несколько мгновений пытался сообразить, что же меня насторожило. К таким сигналам я привык относиться с полной серьезностью. Вошел в состояние, позволяющее увидеть силовые линии — вместо привычной картины вокруг дрожала мутно-желтая пелена, но главное я успел понять — рядом находились два тусклых сгустка — живые существа. А рядом еще что-то, выглядящее как пульсирующий яркий клубок.

Я уже не сомневался, что это — нападение: почувствовал слабость, а перед глазами запрыгали светящиеся точки. Службу безопасности позвать не мог — нейросеть высветила значок отсутствия связи. Сразу скатился на мягкий пол и прижался к стене рядом с дверью — мне потребовалось полминуты, чтобы натянуть скаф.

Там чужое воздействие практически не чувствовалось — я сжимал единственное свое оружие — пистолет "16-4". Перед сном распотрошил пару зарядных модулей — теперь в прозрачном магазине чередовались два типа боеприпасов — разрывные и бронебойные. Я лихорадочно перебирал варианты отпора и ничего лучше, как пострелять в спину входящим врагам не придумал. Вспомнив про имеющийся среди функций нейросети режим, пробормотал кодовую фразу, запустив запись происходящего. С законами, действующими на станции, ознакомился в первую очередь: в случае нападения я могу защищаться всеми доступными средствами. В случае разбирательства служба безопасности в любом случае встанет на мою сторону — если конечно выживу.

Наконец клубок погас и сгустки зашевелились — я приготовился к встрече непрошенных гостей. И они не замедлили явиться — контрольная панель рядом с закрытой дверью моргнула и створка с шелестом ушла в стену. Первым в комнату ворвался коротышка в блестящем черном скафе. Он успел сделать только два шага, но я уже нажимал на спусковой сенсор.

В его затылок одна за другой вошли две пули — от первой гость только покачнулся, вторая заставила его встряхнуться, как проснувшегося кота. Я продолжал нажимать не спусковой сенсор, дырявя скаф — после шестого попадания тело обмякло, заваливаясь на пол. После этого в помещение ворвался вихрь и пистолет отлетел, выбитый точным ударом. Этот враг двигался быстро и плавно, но я успел разглядеть тощую фигурку, замахивающуюся чем-то блестящим.

Я в долгу не остался, попытавшись пнуть шустрого гада. Но недостаточно быстро — тот отпрыгнул, выстрелив из компактного оружия с толстым стволом. И удачно — по ногам как картечью хлестнуло, и я шлепнулся рядом с коротышкой. Тело как будто налилось свинцом, а от нахлынувшей боли я на мгновение потерял сознание. Когда пришел в себя, противник уже копошился рядом.

Почувствовал, как меня переворачивают, и увидел, кто же меня обездвижил — тощую и загорелую девицу с раскосыми глазами и короткими волосами синего цвета. Одетая в нечто, напоминающее обтягивающее кимоно — я отметил крошечную грудь и два пятна сосков, просвечивающих через тонкий материал. Девица несколько мгновений рассматривала свою жертву, а затем ее тонкие губы искривились в презрительной усмешке.

Пошевелиться не мог, однако способности остались при мне — я заставил один из метательных ножей выскочить из перевязи, все еще висевшей на груди. Через мгновение плоский кусок красноватого металла с хрустом вошел в висок девицы — та в последний момент попыталась уклониться от примитивного оружия.

Следующие несколько минут корчился от боли — тело покалывало тысячами маленьких иголочек. Однако через какое-то время чувствительность начала возвращаться — я пополз к отлетевшему пистолету. Отлежавшись, на всякий случай сделал еще пару выстрелов в развороченную спину коротышки — мне сюрпризы не нужны. Девицу трогать не стал — с такими ранами не живут: закругленный кончик метательного ножа торчал из головы несостоявшейся убийцы.

Я держал открытый вход на прицеле, пока не почувствовал, что могу передвигаться — через десять минут мне значительно полегчало и я пошатываясь, поднялся на ноги. Звать помощь не стал — связи все еще не было. Подозревал, что в соседнем номере найдется ящик глушилки и что-то мощное, действующее через стену. Ткнув пальцем в консоль, скомандовал двери закрыться. Затем принялся вдумчиво осматривать место боя — подозревал, что коллеги наркоторговцев каким-то образом выследили меня, но не думал, что они полезут в верхние сектора с такой наглостью.

Прервав запись, я в первую очередь осмотрел девицу, чье сероватое кимоно покраснело от крови. Нашел пристегнутое к руке оружие в виде толстого стержня — многозарядный парализатор. Исходящий из него гибкий кабель уходил в шунт на предплечье.

— А гости-то совсем не простые! — пробормотал я. Выходит, покойная вложила приличные средства в модификацию своего организма. Улучшение нервной системы, вживление в мышцы специально выращенных волокон — стоили такие операции серьезных денег.

Я знал, что клиники предоставляли такие услуги — стоили операции недешево, но некоторые разумные были не прочь обзавестись хвостом, лишними пальцами на конечностях или жабрами. Бойцы обычно устанавливали мускульные усилители и импланты, повышающие реакцию. Ученые федерации Нивэй значительно продвинулись в этой области — именно там производили особо навороченные (и дорогие) улучшения.


20-2


К загорелому бедру покойной оказался прилеплен плоский контейнер размером с сигаретную пачку. Сдвинув крышку, я увидел предмет, похожий на блестящий огрызок карандаша. В гнездах сидели разноцветные капсулы с маркировкой в виде точек — таких насчитал двенадцать штук. Эту коробочку я прилепил себе на грудь — потом разберусь, что это и зачем. Больше никакого оружия у девицы не нашлось.

Зато коротышка оказался обвешан оружием с ног до головы — с трудом перевернув тяжелую тушу, снял всю экипировку с креплений. Два массивных пистолета-пулемета с прозрачными магазинами, заполненные патронами размером с палец — оружие так и осталось в держателях на бедрах. С пояса снял шесть гранат размером с теннисный мячик — по маркировке понял, что они парализующие.

На левой руке нашел что-то типа навороченного компа в форме изогнутой пластинки с креплениями — над устройством горели несколько голографических панелек с непонятными мне кодами. Потыкав в светящиеся значки, я понял, как враги вломились в номер — один из символов открыл дверь. А в правой руке незваный гость сжимал рукоятку мощного, но однозарядного парализатора.

— Живьем хотели взять, демоны! — фыркнул я, продолжив осмотр. Ухватив покойника за пятерню, провел по шву, раскрывая скаф. Тут же закашлялся от запаха пота — похоже, терминатор давно не мылся. Вытащив гада из скорлупы, увидел коренастого мужика, очень похожего на гнома. Его конечности покрыты мелкими рыжими волосками, из-за чего покойник напоминал обезьяну. Физиономия с нависающими надбровными дугами и мясистым носом довершала сходство. На груди оказалась цветная татушка — там пара злобных карликов забивала копьями матерого тюленя. Зверюга была изображена мастерски — из ее пасти торчали ноги неудачника, который не дожил до победы.

— Ну и сидел бы в зоопарке, жрал своих тюленей! Художник недоделанный! — я брезгливо пнул ногой тело, заметив на виске гада тонкую пластинку внешнего хранилища. Ее я сразу же забрал, оставив волосатика валяться рядом со своим скафом. Покачал головой, осмотрев заляпанный кровищей неудачника костюм и особенно дыру в спине, в которую свободно проходил кулак.

Остальное оружие пока оставил на месте. Поскольку единственное, что я запомнил из изученной памятки для посетителей — агрессора можно валить наглухо и жертве ничего за это не будет. По поводу трофеев следовало еще прояснить вопрос — хотя кое-что ценное и компактное я уже забрал.

Затем я спокойно закрепил свой рюкзачок с имуществом на спине и покинул номер, отстраненно подумав, что кому-то придется постараться, убирая следы побоища. Дверь в номер, где скрывались налетчики, оказалась закрыта — видимо, именно там пряталась глушилка, а так же штука, которой меня пытались вырубить.

Очень хотелось посмотреть на нее, поэтому ухватил скаф с навороченным компом и доволок его до запертой двери. Помнил, какой значок открывал мою дверь, и осторожно ткнул пальцем в тот, что рядом. Я знал, что в соседних помещениях никого нет, поэтому экспериментировал без опасений нарваться на обозленных постояльцев.

Угадал со второго раза — номер оказался пуст, только у стены на небольшой гудящей платформе стоял массивный ящик с глушилкой — судя легкому запаху засушенных водорослей, именно его видел в притоне наркоторговцев. А рядом раскорячилась тренога с массивной пушкой — ее раструб был направлен в сторону моего логова.

Удовлетворив любопытство, оставил улики на месте — настало время вызвать службу безопасности. Я воспользовался лифтом, спустившись на уровень вниз — там связь уже работала. Остановившись посреди гостиничного коридора, в первую очередь сделал запрос в инфосеть по поводу трофеев — ответ меня расстроил. Имуществом преступников занималась местная служба безопасности. Однако в голову пришло другое решение — я знал о компаниях, занимающихся крючкотворством и легальным обманом граждан. То есть о тех, кто оказывает юридические услуги. Найдя координаты второй в местном рейтинге крутости корпораций, я открыл канал с представителем.

С экрана на меня смотрел настоящий юрист — мужчина с круглым лицом и выпученными водянистыми глазами.

— Я — Чафис. Какие именно услуги интересуют уважаемого? — пройдоха коснулся толстым пальцем лба и вкрадчиво пробормотал приветствие.

— На уважаемого напали и хотели зверски изнасиловать и убить. А может сначала убить, а потом изнасиловать — не знаю. И все это в моем номере... — я сразу же представился и изложил суть дела.

— Уважаемый правильно сделал, обратившись в нашу компанию, — ухватил суть специалист. — Мне нужен договор аренды. Запись тоже ускорит дело...

— Передаю...

— Уважаемый сможет получить имущество в качестве компенсации. Кроме запрещенного — вроде постановщика помех. Есть возможность взыскать с компании-владельца заведения порядка сорока тысяч кредитов. В контракте указана минимальная сумма — пятнадцать тысяч, но у нас свой подход, — довольно потер холеные руки юрист. — За свои услуги мы возьмем четверть от этой суммы. Это стандартная ставка и мы гарантируем быстрый результат в течение шести часов.

— Устраивает, — согласился я, заверив типовой контракт, по которому компания "Хакамутта" представляет интересы пострадавшего, получая за свой нелегкий труд справедливое и щедрое вознаграждение.

— Наш представитель уже в пути, — сдержанно улыбнулся пройдоха. — После прибытия на место уважаемому следует вызвать службу безопасности.

— Так и сделаю, — я устало кивнул, отправившись встречать того, кто быстро решит все проблемы.


21


Отряд быстрого реагирования прибыл через минуту после того, как я отправил тревожный сигнал. Бойцы в навороченных скафах разбежались по коридорам гостиницы, контролируя обстановку.

Затем появились специалисты — для того, чтобы прояснить ситуацию, им хватило десяти минут. Продвинутые компьютеры (здесь их называли искинами) контролировали все и получить информацию о маршруте и действиях парочки труда не составило. Я изображал испуганную жертву, а все общение с представителями службы безопасности взял на себя вызванный специалист компании "Хакамутта".

Забрав тела и имущество, на которое я уже имел виды, вся компания загрузилась в сигарообразный черный аппарат, который быстро переместился в соседний сектор — там располагался ближайший офис стражей порядка. Юрист не зря получал свои деньги — после того, как я заверил два подготовленных крючкотвором документа, процесс разбирательства ускорился.

Уже через час я изучал отчет группы разбора — пострадали еще несколько человек, попавших под удар мощного парализатора. Тактика парочки ликвидаторов оказалась проста как лом — они зарезервировали сразу несколько номеров, один из которых оказался соседним с моим. Устройства наблюдения в коридоре не работали — коротышка взломал простенькую систему, перенаправив сигналы с соседних камер.

В двух контейнерах пряталось оборудование — уже знакомая мне глушилка и мощный парализатор. Человеку поднять громоздкую пушку и портативный реактор для ее питания было сложно. Ко мне никаких вопросов не возникло — даже без записи все стало ясно.

Плотно сбитый мужчина в черном мундире с кучей значков на груди быстро вынес вердикт — нападающие вполне заслуженно получили по ушам. А мне, как пострадавшей стороне теперь принадлежит все имущество, снятое с покойных. За исключением портативного постановщика помех — такие устройства разрешалось использовать только местным служителям закона.

— Наемники, — сообщил безопасник. — Обычно они действуют без шума, но вам просто повезло. Справиться с таким противником...

— По девице есть что-нибудь?

— Она из организации, называющей себя "Тхагин". Занимаются заказными убийствами и похищениями. Второй — специалист-техник, выполняющий разовый заказ.

— Ясно. Что они забыли у меня в номере?

— Полагаю, их цель — кто-то из тех, кто попал под удар парализатора. Обнаружили шесть человек в бессознательном состоянии. Точно не скажу, пока что мы проследили путь тройки — они пришли из нижних секторов.

— Тройки? — удивился я.

— Да, был еще третий. Но ему мы предъявить ничего не можем. Это теперь принадлежит вам, — мужчина кивнул на небольшую гравиплатформу с парой ящиков.

Именно с этим грузом парочка прибыла в заведение, давшее мне временный приют. Я быстро проверил имущество, полученное в качестве компенсации — как ни странно, слуги закона присвоили только глушилку. Сложенная тренога, метровый цилиндр парализатора и компактный реактор с толстым кабелем занимали практически все место в первом ящике. Ну а скаф и экипировку коротышки я уже успел пощупать — все было на месте.

— Так, а тела?

— Нужны для религиозного обряда? — спросил безопасник.

— Нет, вроде бы у девицы были импланты... — спросил я, вспомнив о запредельной стоимости таких улучшений.

— Модификанты гибнут после смерти хозяина, — огорчил офицер.

— Жаль... Ладно, трупы можете оставить себе.

— Корпорация "Шархем" предлагает сорок тысяч кредитов в качестве компенсации, — подал голос юрист. — Устраивает?

— А что, есть варианты? — поинтересовался я.

— Можно попытаться повысить сумму, но процесс может затянуться на шесть суток... — пояснил пройдоха.

— Хорошо, согласен, — кивнул я и поставил свою отметку на документе, отказавшись от всех претензий к владельцу гостиницы.

После того, как юрист получил четверть выбитой из дельцов суммы, я стал богаче на тридцать тысяч. Затягивать дело не хотел — следовало убраться из системы как можно быстрее. Я не сомневался, что парочка прибыла именно за мной — с учетом камер, размещенных повсюду, специалисты могли отследить перемещения любого на станции. А возможное наличие поблизости третьего участника покушения стимулировало действовать быстро.


22


Выскочив из офиса службы безопасности, я направился к терминалу транспортной системы — все имущество было со мной. Решение уже принято — как можно быстрей спрятаться под крыло корпорации и покинуть опасное место. Маловероятно, что обиженные наркодельцы и организация "Тхагин", занимающаяся скользкими делишками, доберутся до меня там. Но сначала следовало избавиться от трофеев — тащить с собой громоздкие контейнеры не планировал.

Стационарный парализатор оказался серьезным оружием — правда, ставили его обычно на тяжелые боевые платформы и роботов. Эта модификация под названием "Шуламит" выпускалась в империи Антран и продавалась на рынке за шестьдесят тысяч. Нашлись несколько заявок на покупку — одна от компании "Канаан-Сарг", которую я в свое время посетил. Логичнее было навестить заведение и реализовать громоздкий агрегат за пятьдесят четыре с половиной тысячи — отстегивать десятую часть посреднику посчитал глупым.

— Что вам угодно? — почтительно обратился сотрудник — узкоглазый мужчина, похожий на земного китайца. Заметил бледную татушку, изображающую крысоподобного зверька у дельца на виске. Я обвел взглядом стеллажи и груды ящиков — знакомого типа, удачно подогнавшего костюм, не обнаружил.

— Для начала продать это, — кивнул на ящик.

"Китаец" вызвал техника, который проверил устройство, потыкав прибором в диагностический разъем. Сотрудник понимающе усмехнулся и предложил за полный комплект семьдесят с половиной тысяч. Я не стал отказываться — компактный реактор взяли по рыночной цене.

— Что можно сделать с этим? — я ткнул пальцем в трофейный скаф. Никаких обозначений на нем не обнаружилось, поэтому определить его принадлежность мне было сложно.

— Костюм "Зальд" с интегрированным легким бронежилетом, — ответил сотрудник, поковыряв дыру в спине. — В таком состоянии возьмем за две тысячи...

— Договорились, — согласился я, получив деньги. Новые такие продавались по четыре с половиной, поэтому посчитал предложенную цену справедливой.

— Что-нибудь еще? — сотрудник забросил скаф в контейнер и повернулся ко мне.

— Эти тоже хочу продать, — вытащил из контейнера пару неудобных пушек с длинным магазином. Один пистолет-пулемет весил добрых три килограмма — я еще удивился, как коротышка смог передвигаться с парой таких на поясе.

— "Серуг-40", — ухмыльнулся делец. — Их делают на Тулусе, это вообще-то охотничье оружие. Девять сотен за пару...

— Пойдет, — кивнул я, посмотрев цены в сети. — Еще меня интересует штурмовой комплекс.

— "Корза-74" по полторы тысячи. Арварские "Узоча" и "Пунга-Т"... — забормотал узкоглазый.

— Нет. Хочу модульное оружие оширского производства! На своем снаряжении экономить не собираюсь, поэтому буду брать только лучшее.

— Есть новый "Урш-205" в полной комплектации — пятьдесят две тысячи, — оживился продавец. — "Корза-109" с подствольным дробовиком за тридцать шесть. Есть еще сто пятая модификация под иглы — там только укороченный ствол и снайперский в комплекте — сорок две тысячи кредитов...

— Тащи его, будем смотреть! — обрадовался я.


23


Недавно я успел изучить первый ранг базы "Легкое ручное оружие" и определился, что именно хочу приобрести. В Содружестве использовалось огромное количество разнообразных оружейных систем — решил остановиться на кинетическом. Хотя импульсники и плазменные пушки в эксплуатации обходились дешевле, таскать на себе энергоблоки или громоздкий реактор-рюкзак желания не было.

В плоском чемодане с ребристыми боками и удобной ручкой для переноски располагалась футуристического вида пушка с утолщением на коротком стволе. Покрутив в руках изделие узкоглазых оружейников, я признал — "Корза-105" мне нравится. Главным образом своим весом и отсутствием выступающих деталей.

— Это десантная модификация для действий в ограниченном пространстве, — пояснил сотрудник.

— Вот как раз ее мне сегодня не хватало, — вздохнул я. Делец отщелкнул модуль с коротким стволом, поставив вместо него снайперский, вытащенный из контейнера. После того, как вытянул раздвижные сошки и нашлепку баллистического вычислителя, пушка преобразилось.

— Есть возможность подключить оружие к тактическому компу скафа. Что позволит использовать для стрельбы данные беспилотных аппаратов и других бойцов соединения. Желательно использование спецбоеприпасов...

— Пока этот комп у меня не работает, — с сожалением ответил я, ткнув пальцем в значок на зализанной боковине оружия. После чего над нашлепкой появилась панель с десятком индикаторов.

— В этом режиме дальность выстрела ограничена прямой видимостью, — сообщил сотрудник.

Модульная конструкция позволяла быструю замену — мне потребовалось полминуты, чтобы собрать укороченный вариант, который оказался в два раза легче снайперской модификации. Покрутил в руках брусок зарядного модуля — таких в комплекте имелось два. Один заполнен серыми иглами длиной с мизинец, второй — точно такими же боеприпасами, окрашенными в синий цвет.

Я уже знал, что этот штурмовой комплекс — один из лучших в своем классе. Его можно было быстро модифицировать под разные задачи. Имелась возможность установить подствольный дробовик или гранатомет, однако предыдущий хозяин обходился без этих излишеств. Да и мне они особо не нужны — главным критерием оставался вес. А в десантном варианте оружие с зарядным модулем на две сотни игл весило по моим ощущениям чуть больше двух с половиной килограммов.

В отличие от примитивных поделок коротышек это оружие имело компенсаторы отдачи, позволяющее вести огонь в невесомости. Встроенный компьютер позволял ставить пушку на треногу с задачей стрелять во все, что попадет в прицел.

— Беру! И еще три десятка зарядных модулей. По шесть — разрывных и снайперских. Остальные — бронебойные. Еще возьму десяток картриджей к этому парализатору, — кивнул я на компактную модель, изъятую у коротышки.

— Что-нибудь еще? — обрадовался сотрудник.

— Две "М-20", — я решил взять пару автоматических аптечек. Устройство размером с пачку сигарет постоянно отслеживало состояние владельца, а в случае ранения или другого вредного воздействия модуль производил инъекцию стимуляторов. Каждая такая штуковина стоила прилично — две с половиной тысячи кредитов, однако свою шкуру я ценил дороже.

Портативный компьютер техника решил оставить — на рынке такое многофункциональное устройство продавали за восемь с половиной тысяч. Я собирался порыться в хранилище, забитом разным мусором, накопившимся за пару лет. Ну и возможность открывать запертые двери тоже могла оказаться полезной — на мой взгляд, управление компом мало отличалось от интерфейса нейросети.

Сплавив гравиплатформу и опустевший контейнер, а также все парализующие гранаты, я набил рюкзак покупками и повесил на плечо штурмовой комплекс. После посещения заведения на счету осталось сорок девять тысяч шестьсот кредитов — теперь я собирался потратить большую часть средств на нужные базы с навыками.


24-0


Экипировкой я обзавелся, поэтому теперь мог рассчитывать на контракт штурмовика со своим снаряжением. Привычно подключился к сети, найдя двенадцать подходящих предложений от корпораций, которым требовались как бойцы, так и пилоты малых кораблей.

Неплохие условия предлагал представитель подразделения "Слини" — этот отряд располагал тремя кораблями, один из которых являлся ударным носителем. Указывалось, что корпорация специализируется на контрактах по защите имущества и наземных операциях. В сети я обнаружил только одно упоминание об этой компании: двенадцать лет назад они участвовали в зачистке окраинного мира, приглянувшегося крупной общине огнепоклонников. То, что там уже были аборигены, фанатиков не смущало — наемники извели под корень не особо развитых негуманоидов.

Я внимательно изучил все предложения от организации. Похоже, вояки задумали расширяться — кроме бойцов и пилотов им требовались техники, инженеры и как ни странно, биологи и ксенологи.

Условия для новичков мало отличались от тех, что предлагали другие отряды. При необходимости работодатель обещал снабдить нового бойца тремя базами третьего ранга (эти у меня уже имелись). Ну а пилотам могли предоставить комплект баз для управления малым кораблем четвертого поколения (список прилагался). Естественно, благотворительностью никто заниматься не собирался — все в счет будущих выплат.

Остальные условия были стандартными для новичков — бойцу предлагалась ставка в размере четырех тысяч кредитов. Пилотам платили больше — восемнадцать тысяч кредитов. При отсутствии долгов выплата производилась каждые тридцать пять суток. Также упоминались бонусы за успешное выполнение задач и при повышении квалификации. Бесплатное медицинское обслуживание, питание и персональный малый жилой модуль для пилота. Штурмовику предлагалось место в блоке на двадцать мест.

Для головорезов со своим снаряжением условия в каждом случае оговаривались отдельно. Корпорация предъявляла особые требования к персоналу этой категории — к счастью, я в них укладывался. Мой индекс интеллекта был больше сотни, а показатель нейроактивности значительно превышал необходимые сто двадцать единиц. Подкупало то, что в контракте присутствовал отдельный пункт — запрет персоналу на употребление собственных стимуляторов и наркотиков.

Также указывался приблизительный район, где будет действовать эскадра — кластер из двух сотен систем рядом с конфедерацией Делус и империей Антран. Связавшись с контактным лицом, я получил временный идентификатор-пропуск и координаты офиса в деловом секторе, куда мне предстояло прибыть для собеседования и заключения контракта.


24-1


Вскоре я уже входил в один из двух десятков офисных комплексов, утопающих в море зелени — деловой сектор выглядел как небольшой город, накрытый куполом.

— А неплохо развернулась эта шарашка, — хмыкнул я, выбравшись из лифта. Компания занимала три уровня, для доступа на которые требовался идентификатор-пропуск. Обозначив местному искину цель визита, я оказался среди двух десятков желающих встать в ряды корпорации "Слини".

Пробежав глазами по панелям, обнаружил свое имя седьмым в коротком списке. Маловероятно, что среди присутствующих найдется еще один Гарт, поэтому я занял одно из свободных кресел, приготовившись к ожиданию.

Среди присутствующих были колоритные персонажи: высоченный мужчина с изуродованным множеством пунктирных шрамов лицом хищно шевелил ноздрями, к чему-то принюхиваясь. У его ног стоял большой контейнер с помаргивающей индикаторами панелью.

Женщина с сероватой кожей и татуировкой, изображающей паука на лбу. Похожие на убиенного техника коротышки с незнакомым мне оружием в виде массивных дробовиков.

Четверка желтокожих подростков, как две капли воды похожих друг на друга. Эти выглядели как слаженное подразделение — один нес точно такой же штурмовой комплекс, как я продал. А остальные узкоглазые бойцы вооружены устаревшими автоматами "Корза-74" с изогнутыми рожками.

Пока я разглядывал собравшихся, в помещение появились еще несколько человек — грузный мужчина в черной форме без знаков различия и существо неопределенного пола с клочками разноцветных волос на круглой голове.

С ними прибыл громила, затянутый в навороченный черный бронекостюм. Массивная безволосая голова, изукрашенная разноцветными татуировками, смотрелась чуждо и непривычно. А сам боец выглядел как неандерталец, променявший свое копье на оружие с двумя короткими стволами, закрепленное на левой руке. Видимо, боепитание серьезной пушки осуществлялось по толстому кабелю, идущему из массивного рюкзака. А на поясе громила носил небольшой топорик с волнистым лезвием.

Мне надоело рассматривать этот зверинец и я решил прозондировать обстановку своими способностями — рядом с двумя десятками тусклых отметок нашелся ярко пылающий шар. Похоже, одаренный скрывается за стеной, исподтишка наблюдая за кандидатами — не просто же так всех собрали в одном месте.


24-2


Широкие створки с эмблемой корпорации убрались в стены, выпуская очередную партию пушечного мяса. За час вербовщики успели обработать шестерых человек — наконец я дождался своей очереди, заняв место перед консолью, где расположилась парочка.

Один — поджарый мужчина лет сорока на вид, с коротким ежиком стальных волос — напоминал голодного шакала. Напарник выглядел полной его противоположностью, рыхлый и бледный с маленькими блестящими глазками — его пухлые губы изобразили улыбку.

— Так, — начал разговор толстячок. — Трое суток на станции и уже успел прикончить девять человек.

— Ну, — я пожал плечами. — Они сами напросились...

— Больше никакой информации, — заметил толстячок. — Боевой опыт?

— Присутствует, — скромно ответил я.

— Движущий? — поинтересовался поджарый.

Наверняка с записью моих похождений уже успели ознакомиться все желающие, так что отпираться бесполезно. Поэтому я сосредоточился и медленно поднял в воздух две острые железяки, перевязь с которыми последнее время таскал на поясе. Сделав полный оборот вокруг себя, убрал ножички обратно в гнезда. Заодно я понял, что толстячок — одаренный, он воспринимался как яркий шар.

Вербовщики переглянулись, а затем рыхлый ткнул пальцем, похожим на сосиску, в сторону моего контейнера со снайперским модулем и боеприпасами.

— Для начала контракт штурмовика со своим снаряжением. Группа для особых задач, — кивнул вояка, отправляя мне пакет. — Затем возможны варианты. При продлении будут особые условия...

Я пролистал документ, стараясь не показать своих чувств — вояки предложили больше, чем рассчитывал. За основу был взят контракт наемного бойца, сроком на четырнадцать стандартных месяцев. Правда, имелись некоторые дополнительные пункты. В качестве снаряжения тут фигурировали скаф, обозначенный как "Таль-3" и штурмовой комплекс "Корза-105". В случае потери или повреждения в бою работодатель гарантировал возмещение или равноценную замену.

Каждый стандартный месяц наемнику обещали тридцать две тысячи — на мой взгляд, это было очень круто. Ну и бонусы и трофейные, которые как я знал, иногда могли превышать основную выплату. Отдельным пунктом меня обещали безвозмездно снабдить полезным имплантом с непроизносимым названием.

Заодно предлагалось членство в отдельном подразделении и серьезная компенсация наследникам в случае смерти — тут указывалась сумма: двести двадцать тысяч. Подход к делу радовал — маловероятно, что такого ценного кадра будут использовать в качестве пушечного мяса.

В случае досрочного прекращения контракта по моей инициативе требовалось выплатить корпорации сумму в размере ста тысяч кредитов. Остальные пункты не вызывали вопросов. Радовало, что бойцу спецподразделения предоставлялись отдельные апартаменты, именуемые малым жилым модулем. В общем, предложенный контракт головореза со своим снаряжением отличался в лучшую сторону от того, который заключал новичок.

— Мы не экономим на специалистах, — с кривой улыбкой констатировал толстячок, судя по всему, оказавшийся эмпатом. Мою реакцию он каким-то образом уловил.

— Интересно, — кивнул я. — Вакансия пилота малого корабля. Возможен ли переход в эту категорию в рамках действующего контракта?

— Нет, — быстро ответил поджарый. — Только после завершения предыдущего. Но там условия будут не такие интересные. Доплата за... скажем так... особые способности... не предусмотрена.

— Понятно, а чем именно будет заниматься этот спецотряд?

— Главным образом операции на поверхности, — сообщил вояка. — Больше никаких данных до заключения контракта.

Парочка изобразила удивление, когда я изъявил желание получить комплект баз пилота малого корабля в счет выплаты. Однако решение быстро нашлось — дополнительное соглашение, по которому ценный специалист требовал аванс за два месяца вперед, а сами пластинки с базами можно было получить по льготной цене у координатора. Правда, получить эти шестьдесят четыре тысячи смогу только после того, как эскадра покинет систему. "Разумно — а то наберут кредитов, а потом ищи их, гастарбайтеров недоделанных!" — подумал я, вспомнив хитрые физиономии узкоглазых.

Заодно узнал, что члены корпорации могут воспользоваться услугами имеющегося на флагмане медотсека для установки и замены имплантов. Это натолкнуло меня на мысль потратиться на улучшения, повышающие индекс интеллекта. Объем каждого последующего ранга в разы превышал предыдущие — изучение высокоуровневых баз могло затянуться на несколько месяцев. Поэтому специалисты предпочитали вкладывать средства в импланты, значительно ускоряющие процесс загрузки.

— Устраивает, — я принял решение, заверив своим идентификатором два документа, указав имеющийся счет в банке "Анцер" — именно туда перечислят компенсацию в случае смерти бойца.

После чего ознакомился с парой поступивших сообщений — от Биржи, получившей копию контракта, и офицера, который поздравлял со знаменательным событием — вступлением в ряды сотрудников корпорации. Мне предлагалось прибыть в течение шести часов на борт ударного носителя под названием "Иркуф" и указывался куратор, который займется размещением персонала.


24-3


— Да, и вот еще что, — офицер ткнул пальцем в консоль. — Советую не посещать нижних уровней. В твоих интересах побыстрее покинуть станцию! В двенадцатом доке наши челноки. Если поторопишься, у тебя есть шанс попасть на борт одного из них...

Я бросил взгляд на изображение, где с удивлением узнал свою физиономию рядом с короткой справкой. Указывался идентификатор нейросети и последнее известное местонахождение. Как оказалось организация "Тхагин" выставила час назад награду за голову — сорок тысяч кредитов.

— Так точно, — кивнул я, покидая офис. Можно было вызвать такси через сеть, однако я решил перестраховаться и лично посетить ближайшую стоянку. Шесть минут и я уже подхожу к одной из небольших одноместных капсул темно-зеленого цвета. Овальная створка скользнула вбок, впустив клиента в салон сигарообразного аппарата.

Активировав консоль, задал место назначения — торговый сектор, представительство корпорации "Тил-Сесар". Аппарат бесшумно взлетел и, развернувшись, направился к транспортным туннелям. Аренда транспорта на минимальный срок — полчаса, обошлась в три сотни кредитов, но экономить я не собирался. Сейчас скорость была важнее — меня не оставляло чувство уходящего сквозь пальцы времени.

Аппарат с негромким шелестом опустился на посадочную площадку. Подхватив свою поклажу, направился к лифту — через две минуты я уже стоял перед конторкой и общался к менеджером. Собирался все имеющиеся средства вложить в жизненно важные базы и импланты для ускорения из изучения.

— Базу "Медицина" второго ранга, — принял решение я. Стоила эта база двенадцать тысяч триста кредитов и позволяла использовать различные полезные устройства. Вроде небольших медицинских модулей — они могли поддерживать жизнь в течение нескольких суток. К тому же я хотел разобраться в стимуляторах и походных наборах, позволяющих штопать раненых бойцов.

К сожалению, мне были недоступны аппараты вроде операционных комплексов — они требовали специализированной нейросети и дорогих баз. Однако взаимодействовать с медицинскими капсулами я мог. Отдельные государства даже производили модели с простым управлением, не требующим нейросети. В технологически отсталых мирах такие устройства неизменно пользовались спросом у дикарей, которые за возможность отрастить отрубленную руку или ногу были готовы отдать последнее или годами вкалывать на новых хозяев.

— Да, еще хочу увеличить свой индекс интеллекта, — продолжил я. — У меня есть тридцать семь тысяч и возможность установить три импланта. Что можете посоветовать?

— Три "Ментор-6А" с установкой — тридцать пять тысяч. Увеличение индекса на тридцать четыре единицы. Использование одинаковых модификантов этой серии позволяет получить незначительный прирост...

— Нет, установка не нужна.

— Тогда один "Ментор-10А" и пара "Сетус-5В" добавят тридцать восемь единиц к индексу интеллекта. Компания сделает скидку в три сотни кредитов. Три импланта обойдутся вам в тридцать семь тысяч! — сотрудник изобразил дежурную улыбку.

— Нормально, — махнул рукой я, изучив спецификацию. Конечно, ставить пару старых имплантов не хотелось, но пока что средства были ограничены.

Спрятав пластинку базы и три прозрачных контейнера с невзрачными горошинками, покинул отделение корпорации. Я откинулся на сиденье такси и скомандовал аппарату доставить клиента в двенадцатый док — пора покинуть это негостеприимное место.


25


А вот и пара кораблей корпорации "Слини" — я сразу же зашагал к изящному сигарообразному аппарату с прозрачным блистером в носовой части. Однако при попытке попасть на борт нарвался на девицу-пилота — она контролировала погрузку десятка плоских контейнеров. На боковине одного из них красовалось изображение пушистой зверюги с большими обвислыми ушами.

— "Мясо", — ухмыльнулась та, показав изящной рукой в сторону уродливого грузовика. — Тебе туда!

— Вовсе нет, — возразил я. — Элитный боец отряда специального назначения...

Девица отвернулась, сразу потеряв интерес к новичку, а я направился ко второму кораблю — этот выглядел как кирпич, слегка заостренный к носу. В кормовой части бугрились наполовину утопленные в корпус двигатели, а с боков просматривались навесные панели и плоские контейнеры с рядами круглых створок. Заметил пару башенок с торчащими стволами — похоже, челнок предназначался не только для визитов на станции.

Поднявшись по откинутой аппарели в носовой части, попал внутрь — там уже находились два десятка новобранцев. Кивнул громиле, который таскал на руке двуствольный пулемет и боец махнул рукой в приветствии — его я уже видел.

Занял свободное место на неудобной лавке, разделенной потертыми дугообразными поручнями. Треть внутреннего объема отсека оказалась заставлена разнокалиберными ящиками. Среди груза обнаружился массивный боевой робот-краб с шестью лапами. Уродец таскал на продолговатом корпусе в виде сплющенного яйца кучу вооружения — целых четыре пусковых установки и одну большую пушку. Боевые машины вроде танков местными практически не использовались — боец с тяжелым оружием мог жечь такие неповоротливые коробки десятками.

— Отправляемся через сорок минут, — услышал хриплый голос откуда-то сверху. Я поднял голову — из открытого люка торчала растрепанная голова. Сплюнув прямо на макушку замершего дроида, пилот победно хрюкнул и спрятался в своей кабине.

Вскоре все свободные места оказались заполнены — я разглядывал контингент, который, честно говоря, не впечатлял. Желтокожие оборванцы и типы откровенно бандитской наружности с татуировками на побитых рожах. Узкоглазый подросток закашлялся и упал на колени, борясь с приступами рвоты. Один из бойцов, похожий своей лысой головой на загорелого колобка, подскочил и ногой пнул ногой недомерка в бок, отчего тот пришел в себя, сев на место.

— Торчок, — усмехнулся наемник. — Этот еще ничего, уважаю. Наверняка заключил контракт, чтобы залезть в медкапсулу и снять зависимость...

Бойцы, прибывшие со своим оружием, презрительно косились на доходяг, перебрасываясь короткими фразами.

— ...Высокие потери, — негромко сообщил головорез. — Компания приняла двухлетний контракт. Защита землероек...

— Нунза? — хмыкнул сосед.

— Скорее всего, — согласился тот.

— Это где? — я повернулся к бойцам. Успел подключиться к сети и запустить поиск в реестре — совпадений не нашлось.

— Фронтир, — охотно пояснил лысый. — Вообще-то этот мир обозначен по-другому, но мы называем его по имени корпорации — первого хозяина... Я там уже побывал, но наниматель был другой...

Мне пришло в голову, что стоит держаться поближе к бывалому бойцу — во всяком случае, его снаряжение выглядело круто. Энергетическое оружие, которое местные называли импульсником, стоило примерно так же, как и мой штурмовой комплекс. Боеприпасов такой пушке не требовалось, зато обладатель носил с собой энергоблоки, которые мог подзаряжать. "Колобок" таскал на поясе целых шесть таких ячеек — а каждый такой кирпичик весил пару килограммов.

— Гарт, — я поднял ладонь в приветствии.

— Хассош, — степенно кивнул лысый, хлопнул себя по груди левой рукой.

— И как там, на этой Нунзе?

— Жуткая дыра. Джунгли, дикари и остатки армии старых хозяев. Но тому, кто не хлопает ушами, там устроиться можно... — ощерился вояка.

— Ну а зачем на поверхность лезть? Можно же всех зачистить с орбиты... — осторожно поинтересовался я.

— Не в этом случае, — вмешалась в разговор худощавая женщина, у ног которой стоял ребристый чемодан типа моего. — Хозяева планируют сохранить экосистему. Использование боевых вирусов и химического оружия исключено...

— И что, никакой поддержки с орбиты?

— Только точечные удары, — подтвердил Хассош. — У врага есть авиация и беспилотные аппараты. Во всяком случае, были год назад — не думаю, что с тех пор ситуация изменилась...

Противный крякающий звук сирены заставил меня вздрогнуть — пандус с хрустом начал подниматься. Корабль вздрогнул и с нарастающим гулом оторвался от посадочной площадки, втянув три массивные лапы.

Никаких иллюминаторов или экранов в грузовом отсеке почему-то не предусматривалось. Поэтому так и не смог увидеть флагман корпорации — ударный носитель "Иркуф". Когда двигатели замолкли, а кораблик несколько раз сильно тряхнуло, я сообразил, что экспресс по доставке "мяса" прибыл в конечную точку маршрута.

— Добро пожаловать на нашу баржу! — спрыгнул откуда-то сверху довольный пилот. — Хватайте свое барахло — приехали!


26


Док большого корабля размерами не уступал тому, что я видел на станции — ячейки, расположенные на двух уровнях, занимали уродливые аппараты, ощетинившиеся навесными пусковыми установками и многоствольными пушками.

Одну такую ячейку и занял наш челнок, тупой нос которого стиснули потертые захваты. Аппарель откинулась и в проеме грузового люка показался человек в черном скафе с крупной эмблемой корпорации на груди — стилизованным изображением зверя, похожего на земного медведя. Критическим взглядом окинув содержимое отсека, он махнул рукой, приглашая прибывших покинуть челнок. Дроиды, похожие на здоровых пауков, сразу же приступили к разгрузке, а пассажирами занялись офицеры в оранжевых комбинезонах со светящимися полосками на плечах.

Я получил инфопакет с объемной схемой корабля, где были цветом отмечены разрешенные к посещению зоны. Личный идентификатор теперь позволял открывать двери и пользоваться лифтами. Правда, не всеми — мне были доступны только три жилые палубы из двенадцати. Несколько документов — устав корпорации, список запрещенного на борту имущества и прочую полезную информацию я собирался изучить в свободное время. Вспомнив о кураторе, отправил сообщение, кратко доложив о прибытии. Сразу же пришло указание ожидать — за бойцами спецгруппы прибудет транспорт.

Вскоре рядом со мной стояли пять человек — тройка бойцов, среди которых оказался разговорчивый Хассош, худощавая женщина и громила со своей тяжелой пушкой. Как я понял, им тоже повезло (или же не повезло) попасть в пресловутое спецподразделение. Соседи затихли, неприязненно косясь на обыск, который устроили офицеры новичкам — сначала тех проверили приборчиками, а затем заставили вывернуть котомки и баулы.

Я времени не терял, открыв схему корабля — судя по всему, он был огромен. Восемь доков располагались по бортам корпуса, а в кормовой части имелись еще четыре стыковочных узла. Я уже знал, что большие корабли обычно таскают на себе несколько вспомогательных средних, не считая целой кучи истребителей. Медотсек нашелся на палубе, куда доступ мне закрыт — подумал, что следует озадачить куратора этой проблемой.

— Координатор Шинкль, — представился пухлый тип с бегающими глазками и коротким ежиком рыжих волос на круглой голове. Он спрыгнул с большой гравиплатформы и махнул рукой, приглашая воспользоваться транспортным средством.

— Сейчас займемся размещением! — заявил куратор, пока платформа с гудением ползла по широким коридорам. — Наша эскадра покинет систему через сорок два часа. После этого вас введут в курс дела и распределят по группам. Контакты с гражданским персоналом нежелательны. Часть жилых палуб изолирована от остальных. По всем вопросам обращаться ко мне и офицерам, список которых вы уже получили.

Размеры флагмана корпорации "Слини" впечатляли — транспорт прошел через несколько больших ангаров, где техники и дроиды загоняли в контейнеры разнообразные аппараты. Я увидел несколько угловатых четырехколесных машин, напоминающих земные броневики, большие гравиплатформы, увешанные пусковыми установками, и нечто, похожее на пятнистого жука на шести суставчатых лапах. Только этот необычный агрегат был размером с автобус.

Мы добралась до жилого сектора — массивные створки бесшумно сомкнулись за закругленной кормой транспортного средства и куратор наконец замолк. Все это время он непрерывно молол языком, донося до бойцов основные положения устава корпорации. Я отстраненно слушал, разглядывая обстановку.

Наконец платформа замерла посреди широкого коридора с рядами одинаковых дверей. Куратор дождался, пока вызванный погрузчик вытащит пару кубиков малых жилых модулей, а второй задвинет в ячейку коробку вдвое большего размера. Этот модуль заняла троица бойцов, в числе которых был Хассош. Я запомнил номер апартаментов, где разместилась троица — планировал хорошо расспросить этого бывалого "колобка" по поводу места, где мне придется провести ближайшее время.

— Когда я могу посетить медотсек? — напоследок поинтересовался у куратора.

— Я отправил заявку, — кивнул Шинкль. — Запрос поставлен в очередь. В течение суток будет выслано подтверждение. Сейчас все проходят полное обследование и получают кое-какие полезные модификации...

— Что за улучшения? — насторожился я.

— Платить за них не придется, все за счет корпорации! — ухмыльнулся офицер.

Предоставленная мне каюта мало чем отличалась от того номера, за который я недавно отдавал сто кредитов в сутки. Как оказалось, моими соседями стали здоровяк, который пока что не проронил ни слова, и миловидная женщина. У нее на костюме имелась табличка с именем — Шата.

Я критически окинул взглядом комнатку с низким светящимся потолком, найдя консоль управления. В одной из двух ячеек, спрятанных в стене, нашелся простой комбинезон с эмблемой корпорации на груди. Сложив имущество, я выдвинул из стены кровать, где и растянулся, выскользнув из скафа. "Пока все идет неплохо! Я на один шаг дальше от Таджа, старших, наркоторговцев и всех тех, кто желает добраться до моей шкуры..." — подумал я, закрывая глаза.


27


Первым делом я проверил статус — мерцающий значок уведомлял о загрузки базы "Легкое ручное оружие" второго ранга. Через пятьдесят семь часов я стану специалистом по продвинутым пушкам, загрузив третий ранг этой базы — правда, полученные навыки следовало закрепить тренировками. На схеме корабля имелась зона, обозначенная полигоном — куратор обещал в скором времени предоставить к ней доступ.

Посетив душевую кабинку, начал день с тренировки способностей — десяток разноцветных шариков, зависших над головой, быстро опустошил резерв. Я сразу же занялся восстановлением запаса, подключившись к ближайшей силовой линии — она находилась рядом. С удивлением обнаружил неподалеку отметки соседей и энергетический сгусток заметно ярче других — похоже, кто-то из бойцов спецотряда оказался одаренным.

Подумав, что наладить контакты с коллегами еще успею, я терпеливо восстановил резерв и приступил к изучению пакета документов, предоставленных офицером. С уставом справился быстро — основные положения были продублированы в контракте. Я хмыкнул, наткнувшись на пункт, запрещающий проводить религиозные обряды в общественных местах.

Зато в своей каюте боец мог делать все, что угодно — даже держать мелких зверюшек. Список разрешенных питомцев содержал тридцать два пункта с поясняющими изображениями — среди похожих на земных кошечек, собачек, традиционных хомячков и бесхвостых крыс обнаружились и совсем неожиданные экземпляры. Например, пятнистая тварь, похожая на крокодила, нечто, смахивающее на безволосую синюю мартышку, и — на закуску — свиноподобная зверюга под названием пурко.

— Эх, шашлычка бы... — пробормотал я, перейдя к списку штрафов и взысканий за различные проступки. Большая часть пунктов была рассчитана на дикарей — нормальному человеку вряд ли пришло бы в голову выращивать в своей каюте дурь или гадить в коридоре. Самые серьезные штрафы грозили за невыполнение приказа, порчу или утрату имущества корпорации, и особенно за конфликты с другими сотрудниками. Для тупых пояснялось, что запрещены драки и дуэли.

Я навестил столовую — заведение общепита представляло собой квадратное помещение с зелеными стенами, в центре которого размещались шесть агрегатов размером с большой холодильник. Все остальное пространство было густо утыкано круглыми столами на высокой ножке. Лавок не предусматривалось — видимо, для того, чтобы посетители быстро набивали животы и освобождали места для следующих.

Трое невысоких мужчин и одна узкоглазая женщина деловито ковыряли содержимое своих подносов. Я решил последовать их примеру, активировав контрольную панель одного из агрегатов. Перечень блюд не впечатлял — всего две сотни наименований с картинками. Названия мне ничего не говорили, поэтому я выбрал первые четыре позиции в списке.

Аппарат еле слышно загудел, через минуту выдав квадратный поднос, разделенный перегородками на четыре части. Я осторожно попробовал первое блюдо — густую кашу, чем-то похожую на острый плов. Отщипнув кусочек розовой котлеты, я признал — желудок бойца спецподразделения переваривал и не такое. Зато сплющенный шар размером с кулак из вонючих водорослей и невкусный напиток желтого цвета, напоминающий вкусом прокисшее молоко, я сразу переправил в ящик утилизатора. Заказал следующие четыре пункта, отложив первый поднос. Мелко порубленные хрящики в белом желе есть не стал. Мясные тефтели и лепешку из чего-то, похожего на сою, я быстро умял, утрамбовав соком с кусочками фруктов.

— Нормально, — буркнул я, отправляя в ненасытную утробу утилизатора опустевшую тару. Я уже успел узнать, что все блюда синтезируются на месте из органического сырья, запас которого хранится в картриджах — технологии Содружества значительно обогнали земные.

Вернувшись в каюту, приступил к первому документу, который я сохранил в своем хранилище. Это оказался труд некоего Кейкры, который занимался анализом конфликтов корпораций за последние два десятка лет. Этот деятель рекомендовал изучить базу "Тактика соединений". Однако для меня пока этот способ не подходил — на счету осталось всего триста кредитов.

В пространном вступлении автор нелицеприятно отзывался об оширских корпорациях, которые ввели у себя нечто вроде призывной системы, заваливая противника трупами своих бойцов и устаревшей техникой. Подобным занимались и чернокожие — эти использовали дешевых рабов.

Времена танковых армад и толп солдат с автоматами, браво бегущих на противника с криком "ура", давно прошли. Такую толпу можно было накрыть одной мощной боеголовкой с беспилотного аппарата. Боеприпасы с активным веществом — гаксием — по своим потребительским свойствам значительно превосходили грязные ядерные заряды. Не говоря уже прочих негуманных средствах убиения разумных — таких как боевые вирусы.

Корпорации воюют небольшими мобильными группами, состоящими из бойцов-профессионалов. Также активно используются дроиды, беспилотники и прочие дорогие и умные устройства — ими управляют высокооплачиваемые специалисты, которые обычно входят в состав мобильных групп.


28


Я пролистал информацию о "погонщиках" — так автор называл операторов боевых роботов. Такой специалист мог одновременно командовать двумя десятками дроидов, подбирая их состав в зависимости от поставленных задач. Например, разведчики размером с хомяка или платформы с тяжелым вооружением — аналог танков. Однако без оператора они резко тупели — производитель умышленно ограничивал самостоятельность таких боевых единиц.

Про бунт машин я успел узнать — две сотни лет назад взбесившиеся искины покрошили своих создателей, объявив себя Центром. Люди так и не смогли окончательно решить проблему чокнутых роботов — планету выжгли дотла, но часть хитрых железяк успела сбежать. Сейчас они успешно плодились где-то на окраинах сектора, но людям до них не было никакого дела — местонахождение нового гнезда Центра пока оставалось тайной.

Возможность рулить могучими роботами точно не будет лишней — моя нейросеть позволяла прямое управление механизмами. Правда, низкий индекс интеллекта не позволял одновременно управлять стадом железных бойцов. Да и цены на них кусались — самый дешевый дроид-штурмовик с пулеметом или импульсником стоил около двухсот тысяч кредитов. За эту цену покупатель получал дроида третьего поколения, а относительно современные модели четвертого стоили вдвое дороже.

Хотя военные ведущих государств уже использовали роботов пятого и даже шестого поколений, широкого распространения они не получили. Морально устаревших железных бойцов использовать не рекомендовалось — первое поколение не предусматривало контроль посредством нейросети, а у второго были серьезные проблемы с обслуживанием.

Мобильные разведкомплексы были вполне доступны по цене — например, широко распространенные серии "Барус" или "Адзай". Наборчик из десятка летающих дроидов размером с кулак мог контролировать площадь порядка четырех квадратных километров — а боец мог использовать данные этих малышей для стрельбы по удаленным целям.

Автор документа коротко разъяснил вопросы снабжения — обычно оружие, боеприпасы, мелких дроидов и прочие расходники штамповали на месте. Например, промышленный синтезатор мог потреблять как мусор, так и чистые металлы или концентрат руды. Естественно, что максимальная производительность достигалась только в последних случаях. Все упиралось в лицензии и материалы — производитель обычно требовал за свои разработки серьезные деньги. Поэтому устаревший автомат "Корза-74", который недалеко ушел от земных аналогов, продавался за полторы тысячи кредитов, а новейший штурмовой комплекс "Урш-205", нафаршированный умной электроникой, в комплекте с дополнительными модулями стоил семьдесят тысяч.

Я просмотрел нудное описание десятка корпоративных разборок, сделав выводы — боевые действия обычно велись с четко определенными целями и небольшими отрядами. В отдельных случаях группам, имеющим подавляющее технологическое преимущество, удавалось без потерь разбить многократно превосходящие силы противника.

Например, арварцы воевали с помощью рабов, набранных в слаборазвитых мирах — таким дикарям даже не ставили нейросеть. Обучающим устройством загоняли в голову несколько простых баз и вручали примитивное оружие. Оширцы использовали подростков и женщин — бойцы из такого контингента были аховые. Неудивительно, что хорошо оснащенные специалисты на голову превосходили таких вояк.

Автор мельком отметил, что иногда компании просто бросали своих бойцов и снаряжение после проигранной схватки. Поскольку дешевле было выплатить компенсацию, чем посылать дополнительные силы на эвакуацию остатков разбитого подразделения. В общем, жизнь отдельного бойца оценивалась в сумму, прописанную контрактом.

С другой стороны воюющие стороны обычно ценили человеческий ресурс — часто остатки подразделения вливались в состав армии победителей. Естественно, заключая долгосрочные контракты на невыгодных условиях.

Поблагодарив автора за ценную информацию, я занес базу "Боевые дроиды" третьего ранга в свой список "хотелок". Подумав, передвинул этот навык, необходимый для использования железных бойцов, на первое место. Все-таки пилотирование малых кораблей пока могло подождать — похоже, следующий год мне предстоит провести на поверхности, а там любые полезные навыки повышали шансы выжить.


29


Отвлекся на сообщение интерфейса нейросети — заявку на посещение медотсека соизволили удовлетворить. Через четыре с половиной часа меня ждали в заведении местных живодеров — оно располагалось на шестой жилой палубе.

Поставив напоминание за двадцать минут до назначенного времени, я пролистал скучноватый документ на тему недостатков и преимуществ различных оружейных систем. Пролистав уже известные мне разделы, я ознакомился с новейшими разработками конфедерации Делус.

Это государство вооружало своих бойцов ручными туннельными пушками — разогнанный до огромной скорости снаряд весом в несколько граммов высвобождал при попадании запасенную энергию. Защиты от такого оружия не существовало — удачный выстрел гарантированно уничтожал бойца в дорогом тяжелом скафе или боевого дроида. Однако долгий цикл перезарядки сводил на нет все преимущества мощного и дальнобойного оружия.

Плазменные пушки, производимые в республике Хакдан, выпускали разогретый до чудовищных температур сгусток, который прожигал практически любую броню. Силовые щиты еще как-то могли противостоять такому специфическому оружию. С расстоянием плазмоид рассеивался, а темп стрельбы громоздких пушек оставлял желать лучшего.

Экзотические системы, вроде кислотного оружия ящериц Скаржи и штурмовых комплексов Шогуната на жидкой взрывчатке, меня не заинтересовали. Закрыв документ, я направился в заведение общепита — следовало подкрепиться.

Народу в столовой прибавилось — треть мест оказалась занята. Заняв свободное, я принялся разглядывать наемников. Парочка бородачей негромко бормотали молитвы, посыпая пищу мелким песком. С хитрой физиономии узкоглазого оширца не сходила мечтательная улыбка — тот набивал тощее брюхо, довольно порыгивая. Некрасивая женщина, принимающая пищу за соседним столиком, неприязненно посмотрела на меня, сменив место.

Я только покачал головой, заметив тонкий хвост, торчащий из клапана ее комбинезона. У бледнокожего верзилы пальцев на руках было больше чем нужно — я насчитал семь штук — меня это не удивило, я уже знал, что подобные модификации тела пользуются спросом.

За одним из столиков увидел знакомого бойца — Хассош работал челюстями, разгрызая противного вида хрящики. Рядом громко чавкала женщина из его тройки — она недовольно покосилась на меня, когда я с подносом присоединился к парочке.

— Что-то хлипковат ты для бойца, — пробурчала подружка "колобка", продолжая трапезу.

— Запомни, Лита, маленькие гнилозубы кусают больнее, в них яда больше... — усмехнулся вояка. — Когда прибудем на место, сама увидишь...

— Гнилозубы?

— На Нунзе полно всякой ползающих и летающих тварей, поэтому из скафа лучше не вылезать, — ответил Хассош. — Дикарей они почему-то не кусают, а мы для них — лакомый кусочек...

— А ты точно уверен, что мы направляемся на эту Нунзу? — спросил я, рассматривая шарики зеленого цвета на своем подносе.

— Ну а куда еще? — фыркнул боец. — Лита только что посетила медотсек и получила эту штуку в брюхо...

— Что за штуку? — насторожился я.

— Докторишки вживят тебе биоимплант, который позволит дышать воздухом Нунзы, — ответил наемник. — У меня уже такой есть, полезная штука...

— Видимо, тебе там сильно понравилось, раз снова собрался навестить это веселое место...

— Я там уже был и вернулся, неплохо заработав! Прибыл простым "мясом", а теперь боец особой группы... Заиметь там немножко неучтенных кредитов — сложно, но возможно. Если ты понимаешь, о чем я... — захихикал наемник.

— И как же? — осторожно поинтересовался я.

— Все потом, — ухмыльнулся "колобок". — Снаряжение у тебя неплохое, может, что и выйдет... Вернемся к этому вопросу после того, как сформируют группы.

— И как, много платили?

— Не особо, — скривился Хассош. — Под конец контракта — двенадцать тысяч, не включая премий и трофейных...

— Да, а кто тут вас одаренный? — решил прояснить волнующий меня вопрос.

— Кто?

— В смысле псион, — поправился я, вспомнив, как называют таких людей в Содружества. — Тут где-то рядом такой есть. Вот я и подумал...

— Ты можешь видеть псионов? — Хассош от удивления выронил недожеванный кусок изо рта.

— Есть немного...


30


— Тогда твои шансы остаться в живых значительно возрастают, — кисло усмехнулся наемник, понизив голос до шепота. — И вернуться состоятельным человеком. Контракт по повышенной ставке?

— Так точно, — не стал отпираться я.

Хассош с неудовольствием покосился на соседей, навостривших уши — узкоглазый, чей костюм был обвешан блестящими амулетами, и его сосед-коротышка с лицом сероватого цвета сразу же отвернулись.

— Не здесь, — спохватился наемник. — Есть серьезный разговор...

Троица уже успела обжить свой жилой модуль — их каюта оказалась в два раза больше той, что досталась мне. Пол устилал тонкий ковер с мелким узором, а на стенах висели изображения какого-то седобородого дедули в круглых рамках. Молодой мужчина с нелепой инсталляцией на голове, смахивающей на гнездо, на корточках сидел в уголке, закрыв глаза.

Хассош махнул рукой, опустившись прямо на пол, подружка села рядом. Затем наемник осторожно коснулся плеча коллеги, разбудив его. Как оказалось, эта троица — нечто вроде семьи, и у "колобка" имелось ко мне предложение.

— Мы собираемся немножко заработать, — сразу перешел к делу наемник.

— Кто это, мы? — уточнил я.

— Зови меня Хасс, так быстрее. Литу ты уже знаешь. А вот он — Дэба, — молодой мужчина рассеянно кивнул, заторможено хлопнув себя по груди.

— Наркоман? — подозрительно покосился я.

— Нет, — засмеялась женщина. — Он из медотсека, еще не отошел. Такое бывает...

— Ясно. Так о чем речь?

— Как ты смотришь на то, чтобы повысить свое благосостояние? — Хасс хитро прищурился.

— Положительно! — ответил я.

— Я так и подумал. Вот смотри! — мужчина откинул клапан костюма и вытащил замусоленную веревочку с блестящим предметом правильной формы — это неказистое украшение "колобок" носил на шее. Я покрутил в руках потрескавшийся темный кристалл, похожий на большое тыквенное семечко, вернув его владельцу.

— Что это? — я удивленно посмотрел на наемника, отчего тот ухмыльнулся, ткнув соседа в бок.

— Это — сульш, — пояснила Лита. — Их землеройки добывают на поверхности. Есть еще большие — иртоны, но они глубоко. Их так просто не достать...

— Такой, только целый, можно продать, получив пять сотен кредитов, — прохрипел Дэба.

— Ты предлагаешь выкапывать эти камни? — уточнил я.

— Нет, — рассмеялся наемник. — Этим уже занимаются местные. Остается навестить их и отобрать! Я уже успел поучаствовать в подобном, мы зачистили мелкое поселение вместо того, чтобы вызвать удар с орбиты...

— Не вижу ничего сложного, — усмехнулся я. — Пострелять в дикарей и отобрать камешки.

— Там все не так просто. Корпорации контролируют примерно пятую часть поверхности — на остальной части хозяйничают местные. И остатки сил предыдущих хозяев — выбить их не могут уже двенадцать лет...

— А в чем проблема?

— Джунгли и густой облачный покров. Хозяева запрещают применение биологического и химического оружия — на планете уже есть несколько городов. Да и противника кто-то снабжает продвинутым оружием. Обнаруженные поселения местных уничтожают точечными ударами с орбиты, но их еще нужно найти. Этим и занимаются мобильные группы...

До меня начало доходить, для чего нужны спецподразделения, однако зачем корпорация набирает большое количество новобранцев, пока оставалось неясным.

— "Мясо" занимается обороной укрепрайонов и баз. Контроль периметра, — пояснил наемник. — Там самые большие потери...

— Так, а причем тут псионы? — поинтересовался я.

— У дикарей тоже они есть... — криво улыбнулся Хасс. — Таких, как ты, им достать будет сложнее. Поэтому я бы предпочел оказаться в твоей группе.

— Договорились! — кивнул я. — Заодно займемся этими твоими камешками...

— Мы будем на месте примерно через двадцать дней, — обрадовался боец. — После чего начнется работа. Насчет этого ты не переживай, первый месяц обычно дают оклематься. Вот потом будет тяжеловато — иной раз всего сутки на отдых, а затем опять — в болото лезть...

— Ладно, посмотрим... — буркнул я. Нейросеть высветила значок-уведомление — через двадцать минут меня ждали в медотсеке.


31


Я поспешно вернулся в свою каюту, забрав контейнеры с плавающими внутри зернышками имплантов. Немного нервничал из-за предстоящей операции, однако утешало то, что соседи успешно ее пережили. Получив сообщение от куратора с приложенным временным идентификатором, я направился к одному из двух лифтов.

Искомое заведение занимало половину жилой палубы — ожидая своей очереди, рассматривал соседний зал — за прозрачной стеной находились ряды яйцевидных капсул, сейчас пустых. Все это напоминало устройства виртуальной реальности — куратор упоминал о тренировках, которые начнутся после отбытия.

Наконец среди группы мужчин и женщин я оказался в помещении медотсека — два десятка саркофагов были открыты, ожидая клиентов.

— Вещи и одежду в ячейки! Никуда ваше барахло отсюда не пропадет, — рявкнул старикашка в черном мундире офицера.

Пока бойцы освобождались от скафов и мундиров, вояка прочитал краткую справку о предстоящей операции. Из объяснений я узнал, что сначала всем предстоит пройти полное обследование, а затем бойцы получат имплант, повышающий усвоение организмом кислорода. После того, как тонкая пленка покроет легкие, я смогу обходиться без костюма в разряженной атмосфере — вероятно, снабдить бойцов такими дешевле, чем тратиться на картриджи для скафа. Старикашка заметил, что после операции некоторые индивидуумы могут испытывать неудобства, но это должно быстро пройти. Напомнив о щедрости корпорации, которая не пожалела четырех тысяч кредитов для каждого сотрудника, оратор замолк и за дело взялись два специалиста.

— Хотел бы установить это, — я протянул молодому мужчине три капсулы с имплантами. Вдавив их в панель одного из раскрытых саркофагов, доктор рассеянно кивнул, сделав приглашающий жест.

Растянувшись на ложе, успел проверить статус загрузки базы — до завершения оставалось сорок восемь с половиной часов. Отметив время, я закрыл глаза и приготовился к неприятной, но полезной операции.

Закашлялся, пытаясь сделать глубокий вдох — легкие обожгло огнем. Грудь пронзило тысячами маленьких игл, и я утробно завыл, отчего стало еще хуже. Через мгновение жжение прекратилась, оставив ощущение тупой боли — специалист с усмешкой наблюдал за моими корчами, наверняка получая от происходящего удовольствие.

— Живодер! — попытался сказать я, но получилось издать только невнятный хрип.

— Спокойно! — обрадовал доктор. — Скоро все придет в норму — имплант выпустил отростки.

Я замахал руками, показав на свою голову — специалист усмехнулся, сообщив, что все улучшения уже установлены. На предложение получить копию диагностической карты ответил энергичным кивком. Через пару минут я покинул помещение медотсека, проводив взглядом следующую группу бедолаг.

Добравшись до своей каюты, изучил документ, отметив, что мой индекс интеллекта вырос до ста пятидесяти двух единиц. Заодно немного увеличился индекс нейроактивности — теперь он составлял сто семьдесят шесть единиц. Вероятно, после выхода нейросети на режим он еще подрастет. Прогресс налицо — до окончания загрузки базы "Легкое ручное оружие" осталось двадцать два часа.


32


Следующие сутки я посвятил изучению десятка документов, касающихся кораблей, сопутствующих технологий, а также тактики сражений в космосе. Авторы настоятельно советовали приобрести базу под названием "Тактика соединений", где был систематизирован опыт всех серьезных вооруженных столкновений последнего времени.

Особенно полезен оказался труд антранского адмирала Бонгила. Как впоследствии оказалось, автор не являлся человеком — с изображения скалился прямоходящий ящер с толстыми трехпалыми конечностями и коротким хвостом. Крокодил носил блестящую шапочку и сложное устройство типа монокля, вживленное в чешуйчатую морду.

Ящер описывал различия в корабельном вооружении ведущих членов Содружества и негуманоидных цивилизаций. Федерация Нивэй и республика Хакдан использовали преимущественно энергетическое оружие — эти два государства являлись наиболее развитыми в научном плане. В конфедерации Делус делали ставку на продвинутые ракеты. Империя Антран тоже пыталась развивать это направление наряду с энергетическим оружием. Чернокожие арварцы предпочитали большие пушки, главным образом в связи с отсталостью технологий. Директорат Ошир последнее время строил носители с множеством малых кораблей.

Автор кратко прошелся по технологиям нелюдей — высокоразвитые Иадси и Иль-Сни применяли продвинутые гравитационные излучатели и могли тонко манипулировать силовыми полями. Гигантские тараканы Аланнариани использовали в качестве оружия плазменные двигатели. У коротышек Хиш, похожих на плюшевых медвежат, имелись нейродеструкторы — мощные и дальнобойные пушки, действующие исключительно на органику. Остальные нечеловеческие цивилизации с переменным успехом пытались копировать лучшие образцы вооружения Содружества.

Перелопачивая объемные массивы данных с поясняющими схемами и таблицами, я заметил, что после установки имплантов, усвоение нового шло заметно быстрее. Возросший индекс интеллекта серьезно повлиял на способности обрабатывать поступающую информацию. Неудивительно, что местные тратят серьезные деньги на новейшие импланты.

Я получил представление о классификации космических боевых единиц. Малые суда обычно управлялись одним пилотом и не имели прыжкового двигателя. Челноки, истребители, а также специализированные корабли типа торпедоносцев и разведчиков использовались в пределах одной системы.

Корабли среднего класса имели собственный гипердвигатель и экипаж как минимум из нескольких человек. Эта категория оказалась самой многочисленной: в нее укладывались различные транспортные корабли, легкие носители и несколько типов крейсеров — от крошечных легких до тяжелых.

Большой класс был представлен линейными кораблями и тяжелыми носителями. К этому классу причисляли боевые единицы вроде крейсеров прорыва и линейных. Как правило, эти корабли имели мощное вооружение и многочисленную команду.

Особняком стоял сверхбольшой класс — так обозначались мобильные базы с тяжелым оружием. Они обладали колоссальной огневой мощью, сравнимой с потенциалом целой эскадры, огромной живучестью и могли нести на себе приличное количество средних и малых кораблей. Стоимость постройки и содержания таких гигантов была по карману только крупным государствам. Инопланетяне тоже использовали подобные конструкции — у цивилизации Иадси предположительно имелось несколько сотен огромных кораблей-городов, а агрессивные насекомые Роя обитали в астероидах-ульях.

Прыжковые двигатели позволяли передвигаться по неким каналам, соединяющим звездные системы между собой. Однако осуществить синхронные перемещения флотов было невозможно из-за эффекта рассеивания — каждый корабль проходил туннель самостоятельно. Боевые единицы группы выходили из прыжка на значительном расстоянии друг от друга и с приличным разбросом по времени.

Существовали еще некие аномалии — межпространственные дыры, соединяющие удаленные системы. Они обычно существовали короткое время, но иногда этого хватало для переброски целого флота. Люди и негуманоиды искали такие червоточины и охотно их использовали.

Тактика космического боя строилась на ограничениях эффекта рассеивания. Атакующей стороне сложно организовать численный перевес — небольшая группа защитников могла успешно бить многократно превосходящие силы, входящие в систему разрозненно. Так люди пришли к концепции больших кораблей-баз, несущих на себе мелкие суда, обычно только с внутрисистемными двигателями.

Основной ударной силой флота являлись линейные корабли с тяжелым вооружением и высокой живучестью. Современные экземпляры значительно отличались от тех, что коптили космос несколько веков назад. Энергетическое оружие и умные ракеты пришли на смену кинетическим пушкам, а вместо тяжелой брони появились силовые экраны. Но концепция их применения таких гигантов практически не изменилась.

Бедные и технологически отсталые государства шли по другому пути и компенсировали качество количеством, делая упор на носители с множеством истребителей. Шустрые малыши не имели серьезной брони, рассчитывая на скорость.

Для противодействия такой угрозе создавались специализированные корабли, которые могли жечь мелочь пачками. Поэтому воюющие стороны старались иметь сбалансированные флоты из боевых единиц разных типов.


33


Раздел, касающийся применения малых кораблей, я изучил досконально — все-таки я планировал развитие в качестве пилота такого аппарата.

Разведчики несли продвинутые сенсоры, системы связи и маскировки — обычно в ущерб всем остальным функциям. Имелись и особенности — арварцы традиционно старались впихнуть на свои аппараты побольше пушек. Федерация Нивэй использовала свое ноу-хау — поглощающее покрытие и умные системы противодействия. Директорат и республика делали упор на скорость, а разведчики остальных государств не представляли собой ничего особенного в техническом плане.

Среди истребителей выделяли легкие (они же перехватчики) — эти корабли отличались исключительными динамическими характеристиками. Одной малокалиберной пушки или лазера, как правило, хватало для охоты за разведчиками.

Тяжелые истребители (или штурмовики) обычно несли броню и приличное вооружение — крупнокалиберные роторные пушки или мощные импульсные орудия, а также ракетные установки. Корабли последних поколений позволяли быстро заменять модули с вооружением или специальным оборудованием в зависимости от поставленной задачи.

Под средними истребителями обычно подразумевали компактные аппараты с достаточно универсальным применением. Являясь компромиссом между перехватчиком и штурмовиком, они не могли похвастаться серьезной броней. Их скорость и маневренность позволяла успешно бороться с тяжелыми машинами.

Корветы — специализированные истребители-переростки. Среди них выделялись снайперские аппараты с одной дальнобойной, но медленной пушкой, модификации с кучей быстрых турелей или торпедоносцы.

Эсминцы были самыми большими конструкциями малого класса и по своим размерам приближались к компактным кораблям среднего. Имея серьезное вооружение вроде пары торпед или крупнокалиберной пушки, несколько таких корабликов способны вывести из строя легкий крейсер.

Массированная атака нескольких десятков торпедоносцев могла при удаче повредить линкор или тяжелый носитель. Практиковали обстрел главным калибром, а затем удар авиагруппой — гигант с выбитым оборонительным вооружением не мог ничего противопоставить шустрой мелочи.

Атакующие несли серьезные потери при атаке полностью боеспособной цели, но за успех приходилось платить максимальную цену — человеческими жизнями. С точки зрения экономики такой подход был оправдан — построить полсотни дешевых торпедоносцев дешевле и быстрее, чем один линкор. Такой тактики придерживались некоторые кланы арварцев и директорат Ошир. За чернокожих воевали рабы, а узкоглазые быстро плодились — клан администраторов располагал практически неограниченным человеческим ресурсом.

Обычно на малые суда возлагались задачи разведки, преследования, а также противодействия вражеской авиагруппе. Средний корабль с хорошими динамическими характеристиками мог уклониться от боя, покинув систему раньше, чем до него доберутся враги. Но группа истребителей имела хорошие шансы догнать и повредить двигатели беглеца.


34


— "Боевые операции", третий ранг. Начата загрузка данных, расчетное время проведения — 74 часа 20 минут, — я повесил коробочку коммуникационного устройства на пояс, выкинув почерневшую пластинку в утилизатор. К сожалению, местные достигли определенных высот в создании одноразовых хранилищ информации. Поэтому о копировании ценных баз пришлось забыть.

Вытащив штурмовой комплекс, проверил полученные навыки — как оказалось, смена зарядного модуля занимала мгновения. От прикосновения к овальному пятну на боковине оружия прозрачный брусок падал на пол. Сорвать с поясного крепления новый магазин, защелкнув на место, у меня получалось за две секунды.

Осуществив быструю замену модуля на снайперский, привычно воткнул брусок со спецбоеприпасами — вытянутыми иглами длиной с ладонь. Засек время — четырнадцать секунд. Обратный процесс занял двенадцать — эффект от изученной базы данных был налицо. Теперь оставалось провести практические стрельбы — куратор упоминал о тренировочной площадке и симуляторах. Я полагал, что все это великолепие будет доступно после отбытия из системы.

Момент прыжка я встретил в столовой — это помещение стало местом сбора наемников. Совместные трапезы с тройкой бывалых головорезов дали мне огромное количество полезной информации — главным образом насчет мира, где мне вскоре предстоит провести ближайший год.

— Эти дикари — потомки первых колонистов, — сообщил "колобок". — Не знаю, зачем Сеятели решили заселить эту дыру, но ученые обнаружили останки спускаемых модулей — когда-то давно ковчег вышел на орбиту и разделился части. Один такой кусок нашли и даже определили время, когда это случилось.

— Говоришь, что там раньше была цивилизация... — задумчиво протянул я.

— Ну да, — подтвердил Хасс. — В джунглях встречаются разрушенные города и какие-то старые сооружения. Ничего ценного — просто груды камней. Большая часть поверхности покрыта густой растительностью и болотами. Там прячутся дикари и люди, которые с ними возятся...

— Партизаны значит, — хмыкнул я.

— Так вот, все эти гады заодно. И зверье тоже — твари кусают только нас, дикари невкусные... — продолжил наемник, уткнувшись в свой поднос.

— Мы зарабатываем деньги. Будем стрелять в дикарей, людей и зверей... Нам ведь за это платят, — флегматично сказала женщина.

— Странно, что их не вытравили боевыми вирусами, — прохрипел Дэба, он все еще не отошел от операции.

— Там все сложно, — махнул рукой Хасс. — Дикари уже не похожи на людей — они приспособились жить в джунглях. Кожа у них покрыта такой дрянью, как у зверей... В общем, химией уничтожить этих гадов можно только вместе с растительностью. Планета, где можно дышать без скафа — ценна сама по себе, так что такое исключено.

Я покачнулся от накатившего головокружения — перед глазами запрыгали яркие точки, но вскоре самочувствие пришло в норму.

— Что это было?

— Прыжок, — ухмыльнулась Лита. — Первое время всегда так, потом ты даже не будешь их замечать...

— Откуда ты такой взялся? — хмуро спросил Дэба. — Не похож на бойца. Снаряжение вроде неплохое, а вопросы задаешь, как глупое "мясо"...

— Земля, — ответил я.

— И чем ты там занимался? — никак не мог успокоиться боец.

— Последние три года — воевал, — честно ответил я.

— Не слышала о таком мире, — фыркнула женщина. — И как там жизнь?

— У нас там развалилась империя, — подумав, ответил я. — Ну и разные гады подняли головы... сначала эти, бородатые — у вас тоже они есть... Галифат...

— Серьезный противник, — уважительно кивнул Хасс.

— Да, — кивнул я. — потом узкоглазые зашевелились. В общем, последнее время к нам лезли все, кому не лень...

— Желтомордые не бойцы. И как, хорошо платили?

— Практически ничего. Мы воевали не ради денег, — вздохнул я.

— Глупость, — закашлялся Дэба. — Вы что, идиоты — воевать за идею?

— Ну, есть такие понятия — честь, патриотизм... и потом, если не я, то кто? — я замолчал — прошлая жизнь казалась бессмысленной — то, что для меня когда-то имело значение, здесь не стоило ничего.

— Действительно, — засмеялась Лита. — Только глупцы воюют и умирают бесплатно!

— Угу, — нахмурился я, обратив внимание на сразу несколько замигавших значков. Я сразу приступил к разбору входящих посланий — первое было от офицера Шинкля. Тот прислал небольшой инфопакет с тремя десятками документов, касающихся системы Нис-12.

Второе сообщение оказалось уведомлением от финансового отдела — только что мне перечислили шестьдесят четыре тысячи кредитов в счет будущих выплат.

Последняя весточка представляла собой некое расписание на все время перехода. Я выделил главное — целых четыре часа в сутки мне разрешалось проводить в виртуальной капсуле, а заодно посещать тренировочную площадку. Правда получить допуск и согласовать время всех этих мероприятий предлагалось позже. Координатор Шинкль назначил через два часа некое собрание, на котором доведет до личного состава план подготовительных мероприятий и специфику предстоящей работы.

— Наконец-то, — облегченно вздохнул я. — А я уж думал, что на курорт попал...

— Нунза! — прохрипел Дэба, поочередно хлопнув соседей по плечу — мне тоже досталось.

— Я же говорил, — ощерился "колобок" и, понизив голос, добавил: — Скоро мы все немножко разбогатеем!


35


Время до назначенной планерки я провел, изучая документы из полученного пакета — сухие данные по системе с незамысловатым названием Нис-12. Интерес представляла только покрытая зарослями четвертая планета от местного светила. Параметры орбиты, период обращения — эти данные я пролистал, отметив, что тяготение на поверхности — чуть меньше стандартного.

Я с интересом просмотрел четкие снимки и короткие ролики — заросли в различных вариациях. Гигантские древовидные образования в экваториальной области и сравнительно низкорослые переплетения губчатых растений, оседлавшие частые цепи горных массивов в средних широтах. В воздухе носились облака спор и тучи мелких крылатых тварей, а на поверхности, большую часть которой покрывала мутная жижа или ковер из тонких побегов, похожих на лианы, шастала живность покрупнее.

Разглядывая все эти красоты, я думал, как же повезло первым колонистам попасть в столь интересное место. Предполагалось, что один из ковчегов Сеятелей высадил около восьмидесяти тысяч человек. Ученые смогли обнаружить останки одного спускаемого модуля — сейчас от него остался только остов, торчащий из болота.

Отдельный документ знакомил "туриста" с богатым животным миром Нунзы — перечень из восьми сотен названий с картинками впечатлял. Опасные для человека виды выделены в отдельную группу. Хищные растения, змеи, пятнистые динозаврики, большие ящеры, ядовитые насекомые и нечто, похожее на осьминога. Просмотрев краткое описание, сделал вывод — мой скаф мелкие твари не прокусят, а крупных всегда можно пристрелить.

Дикарям уделялось особое внимание — выглядели они как невысокие обезьяны, покрытые зеленоватой шерстью. Имелось пояснение: это нечто вроде мха — благодаря такому симбиозу местные могли без опаски находиться в джунглях. С изображений скалились аборигены, некоторые — с примитивными тесаками и рогатинами, зато остальные сжимали в лапах современного вида оружие. Вроде винтовок внушительного калибра и угловатых автоматов, напоминающих земные образцы второй мировой. Как оказалось, таким оружием снабжают дикарей прогрессоры — корпорация, которую не до конца выбили с планеты.

У этих уже имелось серьезное вооружение, боевые дроиды и даже авиация — недобитки предпочитали тактику неожиданных ударов. Использовали они разное старье, однако такая партизанская война сильно мешала колонистам развернуться по-полной. Враги гадили как могли: сбивали челноки, отстреливали людей и взрывали мобильные добывающие заводы — основной источник дохода хозяев.

Новые хозяева планеты успели обжить захваченное крупное поселение и даже основали несколько меньших, окружив их сетью опорных пунктов. В контролируемой области они добывали ресурсы, отражая вялые атаки дикарей и недобитых прогрессоров. Указывалось, что первое время с дикарями удалось наладить продуктивное сотрудничество, но затем что-то пошло не так — сейчас там шла война на уничтожение.

Я полюбовался на панорамы самого крупного города — разноцветные коробки жилищ были окружены высокой стеной и накрыты мерцающей пленкой силового купола. Посмотрел на мобильные добывающие комплексы — приземистые гусеничные машины размерами с пятиэтажку ползали по джунглям, оставляя за собой широкие просеки, которые быстро заполняла вода и растительность.

Обитатели палубы стекались в столовую, пока я насчитал пятьдесят восемь мужчин и женщин. Половина жилых модулей пустовала — по словам куратора, еще одна партия желающих заработать присоединиться в одном из промежуточных пунктов маршрута. Я с нетерпением ждал подробностей — в полученном пакете не объяснялась, зачем нужно тащить в это болото огромное количество головорезов и тяжелое вооружение.

Наемник задумчиво грыз свои хрящики, рассматривая физиономии собравшихся — до начала собрания оставалась пара минут, а офицер еще не появился.

— Посмотрел пакет. Вроде бы все просто, — сообщил я Хассу.

— Там нет самого главного...

— Чего именно? — осторожно поинтересовался я.

— В некоторые места даже местные предпочитают не соваться, — глаза наемника сощурились. — Пятна. Техника там отказывает...

— Там указано, что посещение некоторых областей нежелательно.

— Да. К тому же дикари научились как-то воздействовать на нас...

— И охота тебе снова туда лезть? — я удивленно посмотрел на лысого.

— Риск есть, — тот криво усмехнулся, отодвинув пустой поднос. — Но с другой стороны, можно взять хороший куш. Кто же от такого откажется?

В помещении столовой незаметно появился координатор. Шинкль небрежно махнул пухлой ладошкой и одна из стен превратилась в большой экран. Кадры высотной съемки сменялись тактическими схемами. Наконец, панель отобразила раскрашенную разными цветами и отметками карту.


36


— Надеюсь, все уже успели ознакомиться с пакетом... — начал Шинкль. — Первая задача — сформировать группы. Наш тактический кластер предложил оптимальный состав каждой — не менее десяти единиц.

Коротышка щелкнул пухлыми пальцами, выведя на панель схему — окна с обозначениями соединялись тонкими линиями. Координатор кратко пояснил структуру создаваемого подразделения — четырнадцать групп. Шинкль сразу же выделил лидеров, добавив идентификаторы бойцов в соответствующие окна. Затем внес по паре имен в списки каждого отряда — я с удивлением обнаружил себя в одной из групп, отмеченных особым значком. Командиром этого взвода (пока состоящего из трех человек) был назначен некий Вохлик, также там имелся идентификатор моей соседки — женщины по имени Шата.

— Ядро группы меняться не будет. Подбор остальных — на усмотрение лидера. После того, как группы будут сформированы, участники получат допуск на тренировочную площадку и в зал погружения.

Головорезы негромким шушуканьем поприветствовали предложение офицера, а я подумал, что здешние порядки по сравнению с земной армией — весьма либеральные.

— Ваши задачи — скрытное проникновение и разведка, а не участие в открытых боевых действиях. Для этого у нас есть другой контингент... — продолжил координатор.

— Что там насчет премий? — выкрикнул один из желтокожих. К нарушению субординации координатор Шинкль отнесся с иронией, погрозив выскочке толстым пальцем, похожим на недоваренную сосиску.

— У вас появится возможность заработать, — усмехнулся коротышка. — Помимо трофейных, премии будут выплачиваться за уничтожение опорных пунктов и тяжелой техники корпорации "Нунза". Это, если кто не понял, первый хозяин этой дыры — именно они наш главный враг. Дикари не представляют особой угрозы. Наниматель также обещал десятую часть от оценочной стоимости захваченного оборудования. Перечень будет предоставлен по прибытии на место.

Шинкль доходчиво разъяснил план действий на первое время. Сначала корпорация "Слини" принимает дела у предшественника, что займет около месяца, затем начнутся активные действия.

— Задача — разгромить их базы и в итоге лишить части противника боеспособности. У дикарей — численное преимущество, но без специалистов корпорации они просто "мясо". Наши предшественники уже пытались провернуть нечто подобное, но силенок у них не хватило...

Координатор замолк, отметив на схеме границы области, контролируемой заказчиком, выделив неровные овалы вокруг поселений и десятки меньших отметок. В пакете указывалось, что там расположены стационарные добывающие комплексы.

— Враг противопоставит нам такие же мобильные отряды — наш тактический искин полагает, что для успешного противодействия сил у корпорации "Нунза" не хватит. Группы направятся в джунгли и вскроют местоположение опорных пунктов противника. После чего по ним будет нанесен удар с орбиты, — бубнил офицер, выделяя отдельные квадраты на карте поверхности.

Я прокручивал план операции в мозгу — что-то мешало сложиться цельной картине. Размах действий корпорации поражал — разведгруппам предстояло прочесать приличный кусок территории. Малочисленность этих отрядов была вполне оправдана — большое скопление живой силы противник мог уничтожить авиацией или тактическим ядерным зарядом. У противника такое оружие имелось — в местных джунглях можно спрятать все, что угодно.


37


Смуглый и подтянутый Вохлик задумчиво морщил высокий лоб. Физиономия командира резкими чертами напоминала застывшую маску, а прищуренные темные глаза изучали кандидатов пристально и неприветливо. Я выдержал давящий взгляд бывалого вояки, слегка улыбнувшись — тот удивленно покачал коротко остриженной головой и что-то недовольно пробурчал.

Двигался Вохлик вкрадчиво и неторопливо, напоминая ленивого медведя. Я не сомневался — при необходимости он может распрямиться, как туго сжатая пружина. Пока он разглядывал подошедшую троицу Хасса, я изучал костюм лидера — явно высокотехнологичный скаф черного цвета, практически полностью покрытый мелкими шестиугольными пластинками и наростами непонятного назначения.

— Подходят. Пока у нас есть шесть человек. Нужно еще четверо, сейчас этим и займусь, — бросил лидер.

— А почему это он тут главный? — удивилась незаметно появившаяся Шата, миловидная девушка в обтягивающем зеленом костюме с множеством припухлостей на спине. Ее короткие волосы переливались десятком неожиданных оттенков, а идеальный овал лица с разноцветными глазами и выкрашенными в синий цвет бровями выглядел на удивление гармонично.

— Восемнадцать стандартных месяцев там! — Вохлик ткнул рукой в сторону экрана, все еще демонстрирующего панорамы Нунзы. — Боевые модификации и специальность оператора тяжелых платформ. Еще вопросы?

— Есть же беспилотные разведчики. Зачем нам вообще туда лезть? — надула пухлые губки капризная особа.

— Уже пробовали, — ответил мужчина. — Сначала их широко применяли против дикарей. Дорого и неэффективно. У противника есть дешевые ракеты, которые легко ломают эти игрушки. Высотные аппараты они тоже научились сбивать — даже малозаметные разведчики четвертого поколения. Тактика небольших разведгрупп пока оказалась самой эффективной — люди решат задачу лучше, чем технические средства.

Вохлик быстро нашел трех желающих вступить в ряды взвода — пару узкоглазых и коренастого коротышку. С четвертым кандидатом возникла заминка — гигант в тяжелом костюме, не расстающийся со своим оружием даже в столовой, недовольно качал головой на предложение лидера. Командир начал что-то негромко объяснять несговорчивому верзиле — и тот, повернув приплюснутую голову, внимал. О чем они говорили, я не слышал. Но через некоторое время здоровяк улыбнулся так, словно он выиграл миллион в лотерею.

— Странный выбор, — негромко заметил Хасс, покосившись на замерших около командира "китайцев". Когда они подошли поближе, я сразу отметил сходство — одинаковые скуластые лица, раскосые глаза и татуировка маленькой бесхвостой крысы. У одного — на виске, а другой носил точно такую же отметину на щеке.

Тощие желтокожие носили устаревшие легкие скафы зеленого цвета, усиленные пластинами на груди — именно такой костюм я первое время планировал покупать из-за недостатка средств. За спиной болтались нестандартные шлемы с боковым прицельным модулем и матовым забралом. Я подумал, что оширцы сильно переживают за свое имущество, раз расхаживают по кораблю в полной экипировке.

Похожий на гнома коротышка неуклюже топтался на месте, держа в одной могучей ручище ополовиненный поднос. Боец не прекращал жевать — его могучие челюсти работали, подобно мясорубке.

— Оширцы, — разочарованно протянула Шата, брезгливо отвернувшись.

— Вохлик — наш человек, — усмехнулся Хасс. — Знаю, он неплохо заработал, да и среди местных у него есть связи...

— Интересно, где этот тип достал свой скаф, — сказала девушка. — Такой, наверное, стоит как все наше барахло...

— Не выглядит особо круто, — удивился я.

— Модули на груди — генераторы силового щита, — пояснил Дэба. — За спиной — реактор. Оружие тоже отличное — навесные модули с управляемыми ракетами и сдвоенная плазменная пушка на руке. В общем, это — серьезный тип...

— В таком случае, очень хорошо, что он теперь в нашей группе, — заметил я. Командир все-таки уломал гиганта — эта разношерстная компания направлялась к нам. В просторном помещении столовой уже образовались несколько групп, а остальные видимо, еще не определились.

Вспомнил, что в функциях нейросети имеется режим отображения подробной информации и сразу же активировал его. Рядом с контуром каждого бойца появилась небольшая табличка — имя, личный идентификатор, а также индекс социальной полезности. Я ухмыльнулся — две трети наемников в мирах Содружества считались преступниками. Особенно низкий индекс оказался у нашего командира, верзилы в тяжелом скафе, и у оширцев — в приличном месте им лучше не появляться. У остальных с этим делом все было в порядке, впрочем, как и у меня — предыдущий обладатель тела всю свою недолгую жизнь провел среди псионов.

— Группа сформирована. В нашем распоряжении капсулы погружения, — сообщил Вохлик. — Настаиваю на отработке командного взаимодействия. Сейчас свяжусь с координатором и получу допуск...

Лидер на десяток секунд замер, закрыв глаза — я уже понял, что он отправляет отчет.

— Готово, допуск получен и время согласовано. Четыре часа в сутки — неплохо. Медицинские карты получил, но этого мало.

Командир замолчал, бросив взгляд на стенную панель — значки четырех сформированных групп (и наша в том числе) горели ровным зеленым цветом.

— Пока что имеем следующее. Шата занимается роботами. Поддержка — два боевых дроида, — продолжил Вохлик. — Нам повезло получить одного из двух полноценных псионов из первого потока. Так что Гарт — наша защита от особо хитрых дикарей...

— Это еще что такое? — удивленно переспросил я.

— Противник может использовать псионов, — ответил лидер. — Поэтому в группы входят люди с высоким пси-индексом — на них воздействовать сложно. Первое время мы оказались не готовы к такому — потеряли четыре опорных пункта. "Мясо" впадает в ступор и дикари добивают оставшихся. В каждом случае по-разному — бойцы спокойно засыпали или бросали оружие и уходили в джунгли. Поймали тех, кто этим занимается — в общем, действуют они только на коротком расстоянии. Вероятность столкновения с таким противником мала, но надо быть готовыми ко всему...

— В контракте этого не было, — недовольно пробурчал низкорослый и коренастый боец по имени Нибур, прекратив жевать.

— У вас двойная ставка, а у некоторых — тройная с надбавками, — усмехнулся командир, многозначительно посмотрев на меня. — Не просто "мясо", а специалисты с боевым опытом...

— Это точно, — согласился коротышка.

— Теперь все остальные. Нибур — оператор разведкомплекса. Еще один есть у меня, но похуже. Мы сможем контролировать приличный участок местности. У нас даже нашелся специалист с хорошей защитой и тяжелым оружием, — Вохлик кивнул в сторону верзилы, который спокойно разглядывал бойцов. — Сорм Четвертый, ты не возражаешь, если мы будем к тебе обращаться просто Сорм?

— Да будет так, — ответил верзила неприятным рычащим голосом.

— Все остальные — Хасс, Дэба, Лита, Чань и Шунь — бойцы широкой специализации. Мне нужна информация о снаряжении каждого — в ближайшее время я постараюсь выбить из координатора побольше всего про запас, — сообщил лидер. — Пока все свободны. Жду вас в зале погружения через два с половиной часа!


38


Все прозрачные капсулы были заняты людьми — к их головам прижимались блестящие манипуляторы, а тела еле заметно подергивались. Я пришел за сорок минут до назначенного времени, намереваясь ознакомиться с оборудованием поближе. У стоящей в углу полукруглой консоли заметил двух офицеров.

— Первый раз? — усмехнулся молодой вояка, глядя на мое выражение лица.

— Так точно! — ответил я, брезгливо посмотрев на ближайший яйцевидный саркофаг — из раскрытого рта седого мужчины свисала ниточка слюны. Почему-то мне резко расхотелось лезть в такую капсулу.

— Вам в Галифате, наверное, запрещают такие штуки... — хмыкнул офицер.

— Кто сказал, что я оттуда? — удивился я.

— Странно, такое носят только там, — вояка показал пальцем на мою грудь, где располагались две бронепластины с непонятными каракулями.

— И что там написано?

— "Муталиб, пролей на порочных огненный дождь!" — с усмешкой процитировал офицер. — Там еще что-то про Зияддина, но этих закорючек я не знаю...

— Хм... Я не оттуда — просто такой костюм попался, — ответил я, и сразу же постарался перевести разговор на другую тему, показав на капсулу погружения. — А что это за модель?

— "Бран-С". Третье поколение. Используем их для тренировок бойцов и пилотов. Старье, но нам пока хватает. Кластер искинов управляет сетью из восьми десятков устройств, — пояснил разговорчивый офицер.

— Как-нибудь возможно посмотреть, что там происходит? — спросил, кивнув на ближайшую капсулу.

— Смотри-ка, какой любопытный дикарь попался, — засмеялся второй вояка, ткнув соседа в бок.

— А почему бы и нет, — неожиданно согласился молодой. — Брось ему канал, пусть посмотрит!

— Я не дикарь. Мы даже в космос летаем... — хмыкнул я, читая всплывшее сообщение.

Интерфейс нейросети высветил табличку с предложением прямого соединения и использования внешнего источника данных. Я согласился, получив доступ к трехмерной схеме с множеством окошек. Активировав первую, получил вид из кабины космического корабля. Пространство усеивали сотни непонятных значков и разноцветных линий — некоторые из них гасли, а другие — появлялись. Стайки быстрых аппаратов сходились, атакуя друг друга разным оружием. Я некоторое время наблюдал за боем, но так ничего не понял.

Перебрав десяток окошек, нашел то, что меня заинтересовало — теперь я смотрел на мир глазами бойца, который топал по джунглям в составе группы из пяти человек. Через минуту наемник уже косил короткими очередями накатывающие волны каких-то пятнистых тварей, похожих на пятнистых динозавриков. Каждая цель отмечалась тонкой рамкой, а по сторонам появлялись отметки от соседей со стрелочками и пояснениями.

Выстрелы из чего-то крупнокалиберного разносили тела уродцев, однако тех было много. Звук отсутствовал, но выглядело все на редкость реалистично — когда одна из тварюг подскочила и вцепилась бойцу в ногу, тот упал на спину, выронив оружие. Сильный пинок соседа отбросил зверюшку, та забилась в конвульсиях с переломленной хребтиной.

Я перебрал еще два десятка картинок, посмотрев другие сюжеты — бой в каменистой пустоши, работу снайперов и расстрел из плазменного оружия неповоротливого дроида. Прекратив трансляцию, уважительно кивнул — оборудование создавало полную иллюзию настоящего боя.

— А что, если там меня убьют, больно будет? — осторожно поинтересовался я.

— Нет, конечно, — рассмеялся офицер. — У нас оборудование частичного погружения. Максимум — легкий травматический шок, но сейчас эта опция отключена. Ее обычно активируют, если попадется особо тупое "мясо"...


39


Все мышцы болели, словно я не провел четыре часа в виртуальной капсуле, а работал грузчиком. Спину ломило, а в голове стучали маленькие молоточки. Подумал, что те, кто сутками проводят время в таких устройствах — мазохисты.

Я разместился на ложе, а мою голову обхватили гибкие щупальца с множеством присосок. Почувствовал, как реальность расплывается и после беззвучной вспышки уже стоял посреди помещения, похожего на склад. Покрутив головой, я обнаружил стеллажи с оружием, стойки с костюмами и раскрытые ящики с разнообразным имуществом военного назначения.

Перед моими глазами появилась табличка, призывающая воспользоваться интерфейсом подбора экипировки. Согласившись с предложением, я выбрал из обширного перечня близкое к моему снаряжение — скаф "Таль-3" и штурмовой комплекс "Корза-105". Вспомнив про гадких ящеров, которые водятся в местных виртуальных джунглях, повесил на пояс нечто вроде мачете полуметровой длины. Многие наемники носили холодное оружие и я решил в ближайшее время обзавестись подобным.

Подтвердив выбор, я сразу же оказался на поляне под развесистыми кронами непривычно желтоватого цвета. Между стволами исполинских деревьев можно было разместить по многоэтажному дому, а переплетения лиан полностью закрывали небо. Над головой с писком носились пестрые насекомые, смахивающие на жирных стрекоз.

— Рилат. Это самое близкое, что есть в программе, — пояснил неожиданно появившийся Вохлик. Его костюм медленно менял цвет, превращаясь из темно-зеленого в желтый. Я подумал, что такая одежка будет очень полезна в джунглях — к сожалению, у моего костюма функция маскировки не действовала.

В руках командир сжимал громоздкий штурмовой комплекс "Урш-202", похожий на пулемет с двумя стволами. В свое время я рассматривал такой для покупки, но вес этого точного и скорострельного оружия меня не устроил. Хотя вместительный магазин на четыре сотни безгильзовых патронов и возможность установить любые навесные модули выглядели очень заманчиво.

— Впечатляет, — кивнул я, разглядев еще нескольких бойцов — парочка "китайцев" и коротышка устроились на торчащих корнях и сейчас обменивались короткими репликами.

— Дождемся остальных и отработаем передвижение, — сообщил лидер. — Сейчас принимай схему!

Пока что я успел изучить только первый ранг базы "Тактика малых групп", но там уже рассматривался вопрос взаимодействия с участниками соединения. Тактический комп сразу же задействовал полученную схему, высветив полупрозрачную панель перед глазами — теперь бойцы группы отображались отметками с указанием расстояния. Затем я опробовал другие функции — подсветка двигающихся объектов, коммуникационный интефейс и привязку штурмового комплекса. Последний режим оказался особенно ценным — теперь точка перед глазами указывала место, куда попадет выпущенная из ствола игла. Подумал, что обзавестись тактическим компом стало жизненно необходимо — без такого устройства мои возможности падают ниже плинтуса.

Дождавшись появления остальных бойцов, лидер повторил процедуру и двинул речь.

— Джунгли Нунзы имеют свою специфику, — начал Вохлик. — Большинство местных форм жизни не представляют угрозы для нас, но есть и опасные экземпляры. Все это есть в инфопакете, поэтому настоятельно рекомендую изучить его. Встречаются и новые виды — местная живность постоянно изменяется. Ученые считают, что экосистема — один живой организм, реагирующий на нас как на угрозу.

— Эта схема блокирует функции дальней связи, — фыркнула стервозная девица, которая заявилась на тренировку в обтягивающем комбинезоне ярко-синего цвета. Ее голову украшал обруч с утолщениями на висках — такое устройство использовали операторы для увеличения дальности действия нейросети. Никакого оружия заметно не было, однако за спиной Шаты замерли два дроида-краба на суставчатых лапах.

— Именно так. На орбите полно всякого мусора и там точно есть спутники противника. Мы пользуемся резервной линией — действует на коротком расстоянии. Поэтому далеко не расходимся, держимся парами. Основной порядок движения — цепь. Расстояние между звеньями зависит от ситуации. Это чтобы не накрыло всех одним попаданием, — ухмыльнулся лидер.

Настроив интерфейс тактического компа каждого из бойцов группы, Вохлик продолжил инструктаж.

— Первое, на что следует обратить внимание — ограниченная видимость, поэтому без спецсредств там делать нечего. Дикари для нас не представляют угрозы — они умеют прятаться, но дроиды легко засекают их.

— Разведка — роботы? — поинтересовался я.

— Да. У нас в группе два таких комплекса, — кивнул лидер и из плоского контейнера, висящего на его спине коротышки, выскочили несколько аппаратов размером с яйцо. С негромким шелестом они разлетелись по поляне, а тактическая схема отобразила зеленые отметки разведчиков.

— Сейчас отработаем порядок движения, а в следующий раз займемся боевыми действиями, — пообещал командир.

Следующие пару часов мы нарезали круги по окрестностям, неизменно возвращаясь на поляну. По команде лидера отряд растягивался, не прекращая движения — пара дроидов шустро перебирала тонкими лапами, а крошечные яйцевидные аппараты заблаговременно засекали местную живность, отмечая силуэты разноцветными рамками. Роботы-крабы меткими одиночными выстрелами разносили зверюг, похожих на пятнистых шакалов, а бойцы развлекались уничтожением мелких летающих созданий.

Рядом со мной громко сопел коренастый наемник — Нибур тащил на спине угловатый контейнер переносного разведкомплекса с гнездами для четырех десятков дроидов. В воздухе постоянно висели полтора десятка таких крошечных шпионов, иногда возвращаясь на подзарядку. Перед моими глазами появилась уведомление системы о завершении тренировки — четыре часа в виртуальных джунглях закончились.


40


Когда я отправил лидеру группы инфопакет, где указал имеющиеся базы (не упомянув о том, что изучены только половина) и перечислил снаряжение, тот неожиданно предложил помочь. Я не стал скрывать то, что большая часть функционала скафа не задействована — командир обещал решить этот вопрос.

Каюта Вохлика оказалась копией моей, только в углу стояла курильница на витой ножке, источающая сладковатый аромат. Стенная голопанель отображала панорамы бескрайней водной глади — на узкую полоску каменистого берега лениво накатывались темные волны.

Вохлик кивнул, усевшись на полу и сразу же перешел к делу. Вытащив из скафа невзрачную пластину, он некоторое время изучал маркировку. Как оказалось, именно так и выглядел тактический комп — неисправный модуль прятался в нашлепке на бедре.

— Без него ты для группы бесполезен, — жестко сказал командир.

— Согласен, — кивнул я.

— "Р-120". Все понятно, — сообщил лидер. — Самая дешевая модификация без защиты — такие изделия поставляют в слаборазвитые миры. Твой костюм раньше принадлежал офицеру Галифата...

— Почему ты так решил?

— Из-за этого, — наемник ткнул пальцем в закорючки на одной из бронепластин. — Не знаю, что там написано, но это их язык.

— Возможно заменить неисправный блок? — спросил я.

— Конечно, это же костюм третьего поколения, — ответил специалист. — Модуль отдельно — около семи кусков. Но лучше взять экранированный — "Р-200Т", он обойдется примерно в двенадцать тысяч.

— И как это устроить?

— Очень просто — заявка координатору, которую тот перенаправит в отдел снабжения — они решат вопрос. Стоимость просто вычтут из твоей следующей выплаты. Хотя нет, ты уже должен корпорации приличную сумму — средства должны быть. Советую все необходимое покупать именно здесь, у местных — гораздо дороже.

— А система маскировки?

— Ее ремонт обойдется слишком дорого, да и в джунглях от нее толку нет.

— Может проще новый скаф взять вместо этого?

— Нет, этот хорош, — покачал головой Вохлик. — Советую лучше потратить средства на снаряжение. Пару медицинских модулей и несколько походных наборов, список я тебе пришлю. Хотя нет, их я попробую выбить из снабженцев.

— Собираюсь купить базу по дроидам и носимый разведкомплекс, — сообщил я.

— Разумно. В группе уже есть бойцы с подобной специализацией, но такие навыки лишними не будут. Если появятся деньги на боевого дроида, бери его...

— В пакете координатора есть пункт, что нас будут снабжать всем необходимым.

— Это так. Боеприпасы и минимальный комплект. Обычно этого хватает, но я предпочитаю иметь запас, — пояснил лидер.

— Ясно, так и сделаю, — кивнул я, вытащив коробочку, найденную на теле убийцы. — Есть какие-нибудь мысли, что это такое?

Наемник невозмутимо открыл крышку и повертел в руках блестящий цилиндрик, затем перебрал разноцветные капсулы — похоже, надписи ему оказались знакомы.

— Откуда у тебя это? — наконец спросил Вохлик.

— Трофей, — пожал плечами я.

— Это инжектор и набор из двух препаратов из Треугольника. Вот эти, с тремя точками — мощное средство для допросов. Обычно, после использования такой дури клиенты долго не живут. Второе средство — психотропный стимулятор. Советую побыстрее избавиться от этого. Но не думаю, что здесь тебе дадут нормальную цену — товар специфический и дорогой. В мирах Содружества подобные вещества под запретом...


41


— Буду иметь в виду, — буркнул я.

— Хотя вот эти, желтенькие, можешь оставить. Если мы поймаем кого-нибудь из командного персонала противника живьем, эта дрянь пригодиться, — подумав, предложил лидер. — У меня есть аналог, но твоя дурь тоже пригодится.

— Разумно, — согласился я.

— Да, и вот еще что. Избавься от этой игрушки! — сказал Вохлик, ткнув пальцем в пистолет, висящий у меня на поясе.

— Почему?

— Гражданское оружие. В серьезной схватке от него толку не будет. Слишком медленный и тяжелый.

— Так и сделаю, — я согласился с авторитетным мнением.

— И никаких больших ножей и прочего острого хлама. Конечно, это твое дело, но тащить на себе бесполезное барахло — глупо.

— Ясно. Теперь насчет трофеев. В пакете я ничего конкретного по этому поводу не нашел. Как в корпорации с добычей?

— Как всегда, — оживился командир. — Боевые трофеи принадлежат отряду, их добывшему. Если повезет захватить тяжелую технику или специализированное оборудование, заказчик выплачивает часть оценочной стоимости в качестве премии. Вывезти и реализовать такое имущество мы не можем, поэтому придется сдавать корпорации.

— Так, а что значит "боевые"?

— Можешь не забивать себе этим голову. На Нунзе все трофеи идут по категории боевых. Аборигены нас сильно не любят, поэтому мы всегда стреляем первыми, — усмехнулся лидер. — Запомни, мы — охотники, а они — дичь!

Две недели пролетели быстро — четыре часа в день я проводил в виртуальной капсуле, отрабатывая боевые задачи. Заодно пострелял из разнообразного оружия, признав, что сделал правильный выбор — оширский штурмовой комплекс "Корза-105" оказался на высоте. Я потратил четыре десятка зарядных модулей с имитационными боеприпасами на полигоне — одна из нижних палуб была превращена в большой лабиринт. Каждому бойцу спецотряда выдавался подобный набор, но из всей нашей группы воспользовался возможностью пострелять только я — остальные ограничились виртуальными тренировками. Я пару часов подряд палил по голографическим мишеням, почему-то операторы предпочитали использовать только образы чернокожих арварцев.

Закончив загрузку базы "Тактика малых групп", следующими изучил "Боевые операции" и "Медицину". Мне удалось договориться с куратором и тот выделил дополнительное время, которое я потратил на отработку индивидуальной программы — знакомство с медицинским оборудованием.

Я успел навестить отдел снабжения, где потратил практически все имеющиеся средства на покупку тактического компа и базу "Боевые дроиды" третьего ранга — загрузка ее растянулась на двенадцать дней. Вполне вероятно, что испробовать железных помощников получится только на поверхности. На носимый разведкомплекс денег хватило впритык: взял одну из самых дешевых моделей — "Адзай-6" оширского производства. Шесть яйцеобразных аппаратов размером чуть больше моего кулака прятались в компактном контейнере — его оператор таскал на спине. После всех покупок осталось всего две с половиной тысячи кредитов, однако я не расстраивался — по словам наемников, в ближайшее время появится возможность поправить материальное положение.

Все свободное время я тратил на изучение инфопакетов, ими успел забить все свободные хранилища данных. С многофункциональным компьютером, доставшимся мне в качестве трофея, разобраться было несложно. Структура организации данных имела много общего с уже знакомым мне интерфейсом нейросети.

Четыре программных пакета с непонятными мне цифровыми обозначениями при запуске не делали ровным счетом ничего, кроме вывода на панель значков-иероглифов и графиков. Меня не оставляло ощущение, что это все необходимо для взлома, но как все это работает, пока было неясно. Вероятно, для понимания принципов действия подобных вещей требовались специализированные базы, но посмотрев на их цены, я сделал вывод — высокотехнологичную игрушку придется оставить на потом.

Я использовал устройство как большое хранилище информации, синхронизировав его с нейросетью. Туда поместил десяток полезных справочников: по космическим кораблям, вооружению, дроидам, боевым костюмам, населенным мирам и негуманоидам. При случае я собирался изучить необходимые навыки, а пока пришлось довольствоваться устаревшими на десяток лет данными — они распространялись свободно. За пакеты с актуальной информацией производитель хотел серьезных денег, которых у меня последнее время хронически не хватало. К сожалению, пиратских версий местные не предлагали — в Содружестве проблема нелегального копирования была давно решена. Правда, встречались упоминания о райкерах, занимающихся всякими темными делишками, но их услуги стоили дорого.


42


Звезда, обозначенная в реестре как Нис-12, являлась желтым гигантом — внешние камеры отображали ее как крошечное огненное пятнышко. Расплывчатый диск окутывала яркая туманность, мерцающая в отраженных лучах светила.

Ударный носитель корпорации "Слини" вышел из прыжка неподалеку от оранжевого газового гиганта, в толще атмосферы которого бушевали непрекращающиеся бури.

Трое мужчин стояли перед голографическим экраном, занимающим всю переборку — от жирной отметки большого корабля отходили зеленые точки истребителей. Командный центр флагмана жил своей жизнью — пилоты и операторы орудийных систем замерли в капсулах погружения, обмениваясь короткими репликами.

Ульм ан Ноксон, будучи главой корпорации, определял общую стратегию развития — этот пожилой человек с жестким лицом мог послать в бой три с половиной тысячи бойцов. Толстячок Ветцель являлся одним из пяти директоров — он осуществлял командование наземными операциями. Узкоглазый и субтильный капитан Озаки отвечал за то, чтобы ударный носитель и его экипаж были готовы выполнить любую задачу.

Из доков выскочили шесть десятков штурмовиков "Ар-Сох" и истребителей "Вассер", окруживших неповоротливый флагман. Шестнадцать торпедоносцев "Каннут" оставались в полной боевой готовности — хотя капитан предполагал, что в системе уже есть силы союзников, он предпочитал быть готовым к любому развитию событий.

Ударный носитель начал маневры, покинув тень гигантской газовой планеты, и через четыре часа движения пилот доложил о попытке установить связь. Капитан негромко скомандовал открыть канал и через минуту глава корпорации хмуро смотрел на молодого мужчину с блестящим имплантом на виске, который беззвучно открывал и закрывал рот.

— ...Закрытая система. Назовите цель визита! — диспетчер коснулся рукой своего устройства.

— Соединение корпорации "Слини". Двухгодовой контракт.

— Принято. Двигайтесь прямо к Нунзе!

— Мы уже давно тут, а вы сообразили только сейчас. У вас что, нет никаких патрулей? — удивленно спросил Ульм.

— После ухода ваших коллег мы контролируем только околопланетную область. Часть автоматических станций все еще действует, но покрытие недостаточно. Я выдам вам доступ, — неохотно ответил диспетчер, разорвав связь.

— Да что у них тут творится, — раздраженно пробурчал глава корпорации.

— По данным отдела разведки, наши предшественники должны были задержаться как минимум на два месяца, — негромко ответил Ветцель. — Вряд ли они выплатят неустойку, разорвав контракт раньше...

По мере движения флагмана вглубь системы, операторы получали информацию о состоянии дел нанимателя. Объемная схема отображала зоны контроля и точки действующих разведстанций.

Нунза имела вид буро-зеленого шара, испятнанного неровными кляксами океанов, больше похожих на неглубокие лужи. Неприятный цвет растительности, практически целиком покрывающей поверхность, был слегка смягчен мутной пеленой атмосферы.

Рядом с планетой обнаружились отметки боевых станций и нескольких платформ неустановленного назначения. Глава корпорации недовольно морщился, разглядывая обозначения разнотипных кораблей и грузовиков, находящихся на орбите. На его взгляд, разумнее было обозначить присутствие, контролируя известные зоны перехода.

— Занимаем стационарную орбиту, — принял решение Ульм ан Ноксон, высветив отметку над самым крупным поселением. — Два наших корабля еще не прибыли — их ждать не будем. Сначала я свяжусь с нанимателем и узнаю, что именно здесь твориться. А пока начинаем подготовку к высадке!


43


Оповещение о двадцатиминутной готовности не застало меня врасплох — сборы заняли минуту. От лидера группы я уже знал, что в планах что-то поменялось и первое время нам предстоит базироваться на планете. Поэтому захватил с собой все имущество — на спине располагался изрядно распухший рюкзак с пристегнутым рядом компактным чехлом снайперского модуля. Рядом крепился кирпичик с шестью разведчиками-дроидами. На шее висел штурмовой комплекс в десантной модификации.

Ребристый чемодан с пустыми гнездами под оружейные модули, я, поразмыслив, решил захватить с собой. Подумав, что буду складывать туда трофеи, подхватил удобную ручку и с натянутой улыбкой направился к платформе лифта.

В доке остались только четыре угловатых челнока, подобные тому, что доставил меня на флагман. Теперь-то я знал, что это грузовая модификация арварского эсминца третьего поколения, которая называется "Ариф". Нескладные кораблики несли броню и внушительный набор вооружения — две роторные пушки и навесные блоки с ракетами или бомбами. Правда, в справочнике указывалось, что эти корабли устарели и чернокожие их уже не используют.

— Грузитесь в этот, — буркнул офицер, ткнув рукой в сторону кораблика с открытым люком. Половину отсека занимали уродливый аппарат в виде паука габаритами с микроавтобус, гравиплатформа и штабеля каких-то ящиков. А в другой половине размещались двадцать ложементов со сложными креплениями по бокам.

— Вперед! — лидер группы одобрительно кивнул, мазнув взглядом по девяти бойцам. Наемники сосредоточенно засопели под грузом имущества, один за другим исчезая в утробе челнока.

Больше всего барахла обнаружилось у нашего специалиста по дроидам — на небольшой прямоугольной гравиплатформе располагались два робота-краба и десяток продолговатых контейнеров. Шата довольно улыбалась, поглядывая на своих железных бойцов, обвешанных исключительно энергетическим оружием. Я узнал широко распространенных в Содружестве дроидов "Цвика", которые не требовали боеприпасов — их импульсники работали от мощного реактора в брюхе.

Я осторожно занял свободное кресло, слегка просевшее под моим весом, воткнув штурмовой комплекс в зажим сбоку, а затем закрепив пустой кофр. Позади разместился молчаливый верзила Сорм, а рядом сел Хасс, хлопнув меня по плечу — за время полета я общался главным образом с его тройкой, остальные избегали общения с псионом.

— Повезло! Этот рейс проведем с комфортом, — подмигнул наемник, откидывая панель на подлокотнике ложемента.

— Что это?

— Интерфейс подключения к внешним камерам и бортовому оружию, — пояснил коротышка Нибур.

— Ну, это другое дело! — обрадовался я, повторяя действия соседа. Задействовав консоль, получил доступ к десятку экранов — правда, пока смотреть там пока было не на что.


44


Под противное кряканье сирены аппарель закрылась и челнок вместе с тремя другими подхватили манипуляторы, выбросив из дока. Я почувствовал легкое головокружение, когда аппарат покинул поле гравитации носителя.

Угловатую тушу флагмана окружали стайки сверкающих в отраженном свете звезды истребителей. На фоне темно-зеленого шара планеты виднелись какие-то освещенные конструкции и яркие черточки других больших кораблей.

Челнок несколько раз крутанулся вдоль оси — к нашему конвою присоединились шесть сопровождающих — истребители "Вассер" своими стремительными силуэтами напоминали хищных рыбин. На одном из экранов мелькнула темная туша флагмана и эскадрилья начала долгое падение в атмосферу Нунзы, расчерчивая яркими выхлопами облачную пелену. Я разглядывал растущий диск планеты под еле слышный визг компенсационного генератора — вскоре он заполнил весь экран.

Клиновидные истребители легко маневрировали, изредка корректируя спуск яркими факелами, а угловатые челноки, напротив, проламывались через разряженный воздух подобно пылающим метеорам. Камеры ненадолго погасли, и вот уже наш транспорт мелко задрожал, входя в плотные слои атмосферы. Наконец пронзительный визг перешел в ровное гудение и облачная муть сменилась бескрайними джунглями. Море темно-зеленой растительности простиралось до самого горизонта и я понял, что в этих зарослях можно спрятать все, что угодно.

Под брюхом челнока изредка проносились какие-то быстрые аппараты с короткими крыльями, после которых в воздухе оставались тающие трассы выхлопов.

Темно зеленые заросли сменились стеклянистой черной поверхностью и наш аппарат накренился на вираже, по широкой дуге обходя поселение. Истребители сопровождения сделали пару кругов и на ярких факелах выхлопов потянулись в зенит, выбираясь из гравитационного колодца Нунзы.

Тускло мерцающий силовой купол накрывал ровные ряды высоких зданий, окруженных высокой стеной грязно-серого цвета. Я заметил темные шлюзы и орудийные башни, густо натыканные на защитных сооружениях. Планировка столицы напоминала гигантскую ромашку — вокруг купола тянулись ряды приземистых ангаров и разноцветные квадратики посадочных площадок, к одной из которых и направился наш транспорт. Там же наблюдались округлые туши средних кораблей — рядом с крошечными челноками они смотрелись выброшенными на берег китами.

Рядом высилось огромное кубическое здание, украшенное лесом решетчатых антенн и орудийными башнями. Угловатые механизмы, с высоты похожие на блестящих жуков, ползали между стоящими на поле грузовиками, а из скрытых под землей шахт стартовали истребители с короткими крылышками. Над городом носились десятки таких аппаратов.

— Добро пожаловать на Нунзу! — пробормотал Хасс с ехидной улыбкой. Один из узкоглазых стиснул в кулаке фигурку крысоподобного зверька, что-то еле слышно бормоча. Я уже успел узнать о культе священного урша — официальная религия директората больше напоминала бизнес-проект. Жрецы усердно впаривали последователям статуэтки, амулеты и прочие бесполезные в хозяйстве, но дорогие вещи.

Наконец наш транспорт плюхнулся на площадку и замер, потрескивая раскаленным корпусом. Аппарель откинулась и я вдохнул разряженный воздух Нунзы. Легкие обожгло мельчайшими раскаленными иголочками, но через мгновение неприятные ощущения пропали — имплант действовал. Пара бойцов хрипло закашлялась, проклиная вонь, на мой взгляд, вполне терпимую — теплый воздух нес ароматы гнили и сладковатой пыльцы.

 
↓ Содержание ↓
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх