Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Теперь ваше имя должно начинаться на "Д" (общий файл)


Опубликован:
23.07.2009 — 20.02.2016
Аннотация:
Вот так, бывает, трудишься в серьезном государственном учреждении, спишь на работе, ворчишь по поводу невыносимых условий труда и, в общем-то, на жизнь не жалуешься. У тебя есть "остров" - внедренная в сознание зона рекреации, где можно укрыться от всего мира, развеяться и отдохнуть. Здесь тебе почти всегда рады, напоют, накормят, развлекут. Потом вся это идиллия рушится, а жизнь вдруг становится куда увлекательней и причудливей, хотя никто ее об этом не просил. Здесь будет рассказано о полном тягот и творческих кризисов пути простой книги-графоманки к вершинам писательского таланта, попугае с душой орла, становлении и развитии подполья там, где никто не ждал, удивительной судьбе Шиниромару-сама (Кяяяя!! Кяяяя!), а также прочих вещах и явлениях, как раз и привнесших излишней причудливости в прежде спокойную и счастливую жизнь.   
 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 
 
 

Теперь ваше имя должно начинаться на "Д" (общий файл)


1.

Далеко-далеко растет одно дерево. Оно высокое и очень старое. Толстые узловатые сучья топорщатся во все стороны, цепляются друг за друга, причудливо переплетаются и бугрятся огрубевшей корой. Огромное черное дупло угрожающе зияет среди ветвей, обещая тем, кто в него залезет не убежище белок и сов, не полные меда соты с недовольно жужжащими пчелами, а неприятности, которые себе и представить сложно. Когда-то в макушку ствола ударила молния и она расщепилась. А еще среди ветвей висит красное яблоко с одним единственным зеленым листком. Когда наступает ночь, на небе появляется большая желтая, как блин с абрикосовым варением, луна. Она всегда полная, она никогда не меняется. На ней живет заяц. Если приглядеться, то можно заметить, что он плачет. Но никто никогда не присматривается, потому что уже много лет никто не приходит в это место, не смотрит на светлый круг среди звезд, не вглядывается в мордочку печального рыже-коричневого зверя, не проверяет, созрело ли яблоко и не пора ли его сорвать, не кладет букетик настурций на старую могилу, уютно пристроившуюся меж вздыбленных, толстых корней, столетиями гложущих каменистую почву лысого холма. Обшарпанный ветром и дождями надгробный камень обкололся по краям, почти стерлась выбитая на нем надпись с именем и двумя датами. Потом наступает утро, и луна закатывается за холм, пропуская вперед солнце. А на нем никто не живёт, потому что там жарко.

— Ну и что это за бред? — Джозеф недовольно отодвинул от себя книгу.

— Это не бред. Это сказка, — терпеливо поведал старый торговец.

— Дурацкая сказка, — мужчина снова бегло просмотрел текст. — Ни сюжета, ни окончания.

— Они не нужны, — старик протирал пенсне кусочком замши, не собираясь вдаваться в подробные объяснения

— И написано плохо, — ворчал Джозеф, листая страницы. — Если уж на то пошло, сказки должны звучать по-другому. Более... сказочно. Кто вообще это сочинил?

— Книга.

— Это фамилия?

— Нет. Совокупность листов, переплета, клея, краски и красивой закладки ленточкой, — снисходительно улыбнулся владелец магазина, ладонью смахивая крошки печенья со стола.

Маленький бледно-голубой попугайчик тут же сорвался с жердочки и подхватил их на лету. Джозеф посмотрел на невозмутимо стоявшего напротив него старика с нескрываемым скепсисом.

— Ну да, ну да, — буркнул он. — А почему только одну? На этом ее фантазия истощилась?

Джозеф продемонстрировал торговцу совершенно чистые, погрызенные попугаем страницы.

— Она считает, что вам хватит и этой, — продавец осуждающе взглянул на пернатого питомца, ковылявшего по полу на коротких лапках. — Вы не знаете, чем кормить птиц, чтоб у них лучше росли перья? — спросил он вдруг. — А то мы толком летать не можем, только планируем вниз с возвышений.

— Понятия не имею, — Джозеф раздраженно отодвинул ногу, почувствовав, как пичуга принялась грызть его штанину.

На двери звякнул колокольчик. Она распахнулась, и в тесное, захламленное помещение ворвался запыхавшийся пухлый мальчик.

— Печенья! — выдохнул он, шмыгая носом и шлёпая на прилавок горсть монет.

Джозеф недоуменно разглядывал неожиданного гостя, растерянно моргая и вопросительно посматривая на невозмутимого торговца.

— Имбирное или с изюмом? — осведомился тот у нетерпеливо переминавшегося с ноги на ногу ребенка.

— Э-э-э... — пацан столкнулся с дилеммой.

— Еще есть с шоколадной крошкой, — спокойно поблескивавшему очками хозяину магазина было чуждо сострадание. — Осторожно!

Мальчик вздрогнул и чуть не подскочил на месте.

— Попугайчика растопчешь! — старик на удивление шустро оббежал стол и подхватил питомца, нацелившегося клювом на подошву разбитого башмака юного покупателя.

— С изюмом, — принял решение тот, пока владелец лавки, сюсюкая с птичкой, водружал ее обратно на жердочку.

Джозеф лениво пролистнул чистые покусанные страницы и громко захлопнул книгу. Ребенок, незаметно рассматривавший убранство магазина, снова вздрогнул от неожиданности и смутился. Пернатый жадно вгрызался в закрепленное специально для него печеньице, разбрасывая вокруг себя крошки.

— Не знал, что вы торгуете выпечкой, — в голосе Джозефа звучали упрек и раздражение.

Старик невозмутимо прошествовал к шкафу и вынул из него небольшой хрустящий бумажный пакет.

— Спасибо за покупку, — улыбнулся он, протягивая его мальчишке.

— Кто это был? — Джозеф, не сводя вопросительного взгляда с лица торговца, кивнул на захлопнувшуюся с тихим "звяк" дверь.

— Покупатель.

— Я заметил. Откуда он здесь взялся?

— Я подумал, что стоит расширить дело, — уклончиво ответил старик, стараясь не смотреть на собеседника.

— Как он сюда попал? — настойчивей спросил Джозеф. — Всегда считал, что в магазин имею доступ только я. К тому же, ПЕЧЕНЬЕ?!

— Я начал печь его для Квирчика, он любит, — попугай, услышав своё имя, громко свистнул. — Получается вкусно. Решил делать и на продажу — лишний доход еще никому не мешал.

— Эта лавка находится в моем сознании, — принялся перечислять Джозеф. — Предполагается, что она существует ради меня, это место МОЕЙ рекреации и без МОЕГО разрешения сюда попасть невозможно. Разве нет?

— Ну-у-у...

— И вдруг оказывается, что какие-то дети свободно шастают туда-сюда, будто так и надо!

— Я заключил пару договоров о сотрудничестве с другими "островами". Только это секрет. Надеюсь, вы никому не скажете, — торговец строго посмотрел на гостя без тени угрызений совести.

— Такое возможно? — недоверчиво нахмурился тот.

— Считается, что нет, — спокойно пожал плечами старик. — Мы же не хотим их разубеждать?

— Что это значит?

— В смысле? — владелец магазина принялся рыться в выдвижном ящике стола.

— Какие последствия для меня? — расшифровал Джозеф. — Теперь в мою голову может попасть кто угодно? "Заходите, гости дорогие! Не желаете ли печенья?!"

— Зачем так нервничать? — старик достал оббитый кожей футляр и щелкнул замками. — Понимаю, определенная опасность существует, но я практически уверен, что вам ничто не грозит. Мостики между "островами" очень тонкие и хрупкие. Разрушить их — дело пяти минут. К тому же, как вы верно заметили, подобное считается невозможным. Никому и в голову не придет, что до вас можно добраться, попав в ваше личное место рекреации извне. Договора у меня с другими "островами". Им нет ни малейшего дела до того, что творится снаружи. Интересы Обладателей их не касаются, они не станут им сообщать. Тем же, как и вам несколько минут назад, ничего об этом не известно. Посмотрите лучше, что у меня есть!

Торговец с гордостью извлек из красивой упаковки небольшой арбалет.

— Не пытайтесь сменить тему разговора! — прорычал Джозеф, не удостаивая оружие и взгляда.

— И в мыслях не было, — удивился собеседник, бережно убирая предмет обратно в футляр. — Я думал, с предыдущей мы закончили.

— Почему вы не спросили разрешения у меня?

— Это не совсем законное дело, — снисходительно вздохнул лавочник. — Что-то вроде контрабанды. Я поставляю печенье на некоторые "острова", те расплачиваются со мной чем могут. С одного, например, поступает ваш любимый чай. Его больше нигде нельзя добыть. Обмениваемся мы только мелочами. Могу гарантировать, что ничего серьезного я не продам никому, кроме вас.

— Но поставить в известность...

— А зачем? — старик убрал коробку обратно и, подперев щеку кулаком, посмотрел на Обладателя.

— Ладно, забыли, — буркнул тот, удобней устраиваясь в старом, потертом кресле и поднося чашку к губам.

Было бы жаль лишиться любимого напитка, из вредности потребовав разорвать связь с "островом", откуда тот поступал. Снаружи такого нет.

Джозеф окинул взглядом захламленную комнатенку. На полках шкафа громоздились какие-то штуковины, состоявшие из металлических пластинок и штырей, цветного стекла и цепочек. Назначения этих вещей он не знал. Иногда лавочник говорил ему: "Смотрите, что у меня есть!", — брал один из этих предметов, заводил его и с гордостью показывал, как тот вращает лопастями или изменяет время. В кадке росла раскидистая пальма, поставленная здесь для того, чтоб попугайчик "чувствовал себя, как дома". Эта маленькая пернатая бестия могла веревки вить из старого торговца. Ради нее же висели колокольчики для клевания, колечки для раскачивания и жердочка, на которой можно просто коротать дни, оглушительно чирикая. Раньше на ней еще сидело чучело небольшой пичуги, чтоб питомец не ощущал одиночества, но скоро тот выдрал из набитого трупика все перья, и его пришлось выкинуть. Значительную часть пространства занимал большой стол, в ящиках которого хранились важные и интересные вещи, а также старое кожаное кресло, поставленное специально для гостя. Иногда здесь появлялись другие предметы мебели типа стремянки или массивного резного гардероба, однажды на некоторое время заменившего собой шкаф с полочками и антресолями. В ту пору у владельца магазина как раз был период увлечения историческими костюмами. Он даже пытался убедить Джозефа купить мундир какого-то драгунского полка трехсотлетней давности, уверяя, что тот ему очень шел.

"Острова" — расположенные в глубине сознания людей личные пространства, где можно спрятаться от проблем и невзгод, успокоиться и собраться с мыслями. Туда не может попасть никто, кроме Обладателя, за исключением случаев, когда тот приводит человека с собой. Если верить буклету, эти места подбирались с учетом индивидуальных качеств будущего владельца, идеально соответствовали особенностям его психики и должны были наилучшим образом способствовать отдыху и восполнению сил.

Считалось не принятым рассказывать кому бы то ни было о том, что представляет собой твой "остров", но Джозеф был практически уверен, что его коллегам повезло больше, чем ему. По крайней мере, Джастину совершенно точно: судя по выражению лица, с которым тот возвращался "из себя", ему достался собственный бордель. А вот Джозефу — попугай, страдающий всеми возможными птичьими болезнями, пыльная комната, да теперь еще и книжка-графоманка. "Неужели действительно особенности моей психики настолько удручающи?.." — с тоской думал он. Наверное, при создании этого "острова" руководствовались идеей, что немногословный старик в пенсне, лишь мудро улыбающийся в ответ на излияния Обладателя о своих горестях и тяготах жизни, давая понять, что все это — ерунда по сравнению с поносом у любимого питомца, ничуть не уступает всем прочим вариантам.

Но, надо признать, здесь Джозеф находился с куда большим удовольствием, чем где бы то ни было еще. Тут его никто не трогал, ничего от него не требовал (а когда торговец окончательно отказался от навязчивой идеи продать клиенту тот драгунский мундир, стало совсем хорошо). Можно было просто молча сидеть в кресле, наслаждаясь тишиной и покоем.

— Я пошел, — вздохнул мужчина, ставя пустую чашку на стол и нехотя поднимаясь.

— До свидания, — равнодушно кивнул владелец магазина, даже не глядя в его сторону.

И это тоже неправильно, думал Джозеф. Раз уж он — Обладатель этого места, то всему здесь надлежит существовать ради него. Ну-у-у... По крайней мере, о пренебрежении не может быть и речи. Он даже как-то озвучил эту мысль старику, но тот посмотрел на него с такой жалостью и сарказмом, что отпало всякое желание возвращаться к данной теме.

— В следующий раз принесите с собой каких-нибудь книг, пожалуйста, — услышал Джозеф за спиной, дергая на себя дверную ручку.

— Зачем? — хотел спросить он, но было уже поздно.

Колокольчик у входа звякнул, дверь распахнулась, и магазин исчез.

Джозеф нехотя открыл глаза и увидел буквы. "...с вышеизложенным прошу предоставить мне помощника...", — прочитал он, сфокусировавшись. Вздохнул, оторвав голову от стола, подпер щеку кулаком и лениво просмотрел свое заявление. "Вроде, сойдет", — решил он и откинулся на стуле. Посмотрел на часы. Его не было два часа. Всего-то? Тогда всё в порядке — можно не торопиться. До конца рабочего дня была уйма времени. Джозеф посидел без дела еще несколько минут, бесстрастно пялясь в потолок. Потом порисовал чертиков на неудавшемся экземпляре докладной. Разочаровался в собственных художественных способностях. Порвал и сжег в пепельнице свое творение, чтоб никто и никогда его не увидел. Покачался на стуле. Снова проверил время. Прошло не более получаса. Тяжко вздохнув, мужчина встал из-за стола и, захватив заявление, побрел к начальству.

— "Нагрузка, превышающая возможности человеческого организма"? — шеф недоуменно вскинул бровь, поднимая взгляд на просителя. — Так точно говорят?

Джозеф буркнул в ответ что-то невразумительное по поводу приоритета содержания над формой. Начальство снова погрузилось в чтение.

— "Нечеловеческие условия труда"?! — возмутилось оно через какое-то время. — Стыда у тебя нет! Постеснялся бы хоть! Неблагодарный! Стараешься для них, стараешься... — гневная речь быстро сменилась обиженным бурчанием, а потом и вовсе затихла. — О. Снова слово "человеческий"... Дай-ка на пакость посчитаю... Раз, два, три... В жалких шести строчках текста ты умудрился использовать его четыре раза! Хоть бы синоним придумал!

Джозеф промолчал.

— Ладно, будет тебе помощник, — шеф отложил заявление в сторону. — Даже два.

Проситель напрягся. Что-то как-то всё слишком гладко складывалось — значит, где-то был подвох.

— К нам как раз группу стажеров направили, — шеф зачем-то полез в выдвижной ящик. — Голову ломал, куда их пристроить. Двоих тогда тебе дам. Кабинет у тебя большой...

— Он не только мой, — напомнил Джозеф.

— Посадишь их бумаги разбирать или еще чем-нибудь займешь, — начальство проигнорировало это замечание, полностью поглощенное перебиранием каких-то документов. — Вот!

Шеф с гордостью продемонстрировал две анкеты.

— А парней нельзя? — Джозеф напряг зрение, силясь разглядеть фотографии девушек, приклеенные к обложкам папок. — С ними проблем меньше.

Как обычно, личные дела были пухлыми и увесистыми — к анкетированию в ведомстве относились ответственно.

— Бери, что дают! — буркнул шеф.

— Почитать можно? — Джозеф потянулся к папкам.

— Нечего тут читать! — глава отдела мельком глянул на фотографии и снова убрал анкеты в ящик стола. — Две стандартные среднестатистические девушки. Ничего интересного. Им сообщат о том, что руководитель стажировки назначен, они придут, и ты с ними познакомишься. Тебе лишь бы моё время только тратить!..

— Они к нам надолго? — Джозеф был слегка удивлен, что ему не дали ознакомиться с личными делами будущих подчиненных, но спорить не захотел.

— Возможно, что навсегда. Если результаты окажутся положительными, мы их оставим себе.

— А если отрицательными?

— Могут вылететь в первый же день. Зависит от ситуации, — пожал плечами шеф.

Джозеф про себя тяжело вздохнул. Проще будет узнать у самих девушек срок их стажировки, чем продолжать этот разговор с начальством.

На следующее утро они появились.

Стажерки скромно стояли возле двери его кабинета и терпеливо ждали. Русоволосая в очках и шатенка с лохматой кудрявой шевелюрой чуть ниже ушей. Обе были одеты в одинаковую форму неизвестного Джозефу учебного заведения, состоявшую из темно-синей прямой юбки до середины бедра, короткого жакета того же цвета с красным воротником да пестрого шейного платка. В руках они держали аккуратные кожаные портфельчики. Фотографии за день до этого мужчина видел мельком, но был практически уверен, что именно это и были его помощницы. Одна из девушек устало скользнула взглядом по коридору, заметила Джозефа и что-то сказала второй. Та тоже обернулась и внимательно посмотрела на будущего руководителя стажировки.

— Заходите, — буркнул тот, подходя и открывая кабинет.

Стажерки переглянулись и послушно последовали внутрь. Джозеф кинул на стол связку ключей, плюхнулся на стул, заметил, какой бардак творился на его рабочем месте, сделал робкую попытку хоть немного упорядочить валявшиеся документы, понял, что на это понадобится времени больше, чем несколько секунд, отказался от этой затеи, зачем-то полез в выдвижной ящик... Девушки молча ждали, когда на них обратят внимание, параллельно разглядывая местное убранство.

Кабинет, действительно, был большой. Рассчитанный на пятерых. Вот только четверо практически всё время отсутствовали, так что Джозеф по сути являлся его единственным обитателем. Пять столов, восемь стульев, серый коротковорсный ковер, часы над дверью, жалюзи на окнах да какая-то выцветшая грамота в рамочке на стене — вот практически и всё, что здесь было. На подоконнике стоял горшок с неким погибшим от жажды растением. Если б не старания уборщицы, исправно протиравшей полы в конце рабочего дня, тут наверняка бы по углам толстым слоем лежала пыль: рывшийся в ящике человек явно не производил впечатления того, кого волнует порядок либо его отсутствие.

Девушки продолжали ждать, когда на них обратят внимание.

— Долго еще стоять будете? — буркнул Джозеф. — Стулья себе возьмите и подсаживайтесь к столу.

Через несколько секунд стажерки уже сидели напротив, всем своим видом излучая рвение и скромность. Русые прямые волосы девушки в очках были заплетены в тугую косу, так что смотрелась она куда серьезнее своей растрепанной кудрявой подруги, судя по виду, более непосредственной и легкомысленной.

— Вы к нам надолго? — мужчина задал с прошлого дня волновавший его вопрос.

Помощницы переглянулись.

— Как получится, — отозвалась лохматая, снова глядя на своего руководителя живыми карими глазами.

— Я не путаю, вы ведь здесь на стажировке, да? — всё-таки уточнил Джозеф. — Вас ко мне направили?

— Именно, — кивнула очкастая.

Под ее почему-то суровым взглядом новоиспеченному начальнику сделалось неуютно.

— И... на какой срок? — предпринял он очередную попытку.

Девушки на секунду задумались.

— Три месяца, — твердым тоном произнесла русоволосая. — Примерно, — добавила она тут же чуть менее уверенно.

— Как получится, — повторила кареглазая.

Джозеф молча переводил подозрительный взгляд с одной на другую. Стажерки смотрели на него чистыми лучезарными очами.

— Ладно, — сдался он. — Три месяца, так три месяца. Первое ваше задание будет...

— Вы должны прочитать нам обзорную лекцию, — не терпящим возражений тоном прервала его очкастая, прожигая собеседника вдруг снова посуровевшим взором.

— Я думал, вас уже ввели в курс дела, — новоявленный начальник непроизвольно отстранился от поблескивавших за линзами серых глаз, борясь с желанием прикрыться от них хотя б газеткой. — Наверняка вам...

— Здесь сказано, — девушка извлекла из своего портфеля лист какого-то текста, — что руководитель стажировки должен познакомиться с направленными ему стажерами, а также полно и доходчиво донести до них структуру, нормативную базу...

— Рассказать о том, где и как они будут работать, — прервала подругу лохматая, заметив, что та собиралась зачитывать всю страницу. — Какие правила здесь действуют, негласные обычаи и всё такое...

Она смущенно замолкла, виновато поглядывая на сероглазую, слегка задетую таким вот вмешательством в ее речь.

— Как угодно, — обреченно вздохнул Джозеф.

Его впервые за все время, что он думал о заведении ассистента, посетила мысль, что помощник — это не только возможность спихнуть свои дела на кого-нибудь другого, но еще и головная боль, дополнительная ответственность и необходимость терпеть кого-то на своей территории.

— Добро пожаловать в ведомство! — с легким раздражением взмахнул он рукой. — Место, не имеющее нормального названия, потому что сфера его деятельности настолько широка, что с ума можно сойти, пытаясь уместить ее всю в какую-нибудь относительно короткую аббревиатуру типа РПДАДЖЧВАКШЕЕКЦЦ...

— Что это значит? — тут же прервала его очкастая.

К своему удивлению Джозеф заметил, что она за ним записывала.

— Ничего, — отозвался он, отрывая взгляд от шариковой ручки, сноровисто воспроизводившей на листе бумаги таинственную комбинацию букв. — Это я просто пример аббревиатуры привел. Первое, что пришло в голову...

Девушка глянула на него с едва скрываемым недовольством.

— А почему нельзя назвать ведомство как-нибудь отвлеченно? — вклинилась вторая. — Просто каким-нибудь... симпатичным словом. Что-нибудь из разряда SEELE... или еще как-нибудь...

Судя по короткой заминке перед "симпатичным", изначально там должно было стоять что-то другое.

— Не ко мне вопрос, — отозвался Джозеф, когда убедился, что обе подопечные выговорись и по выражению его лица поняли, что дальше лучше слушать молча. — Могу только предложить написать обращение в адрес самого высокого начальства. Тогда, возможно, станем мы "Силом", "Беркутом" или "Медузой на пляже", но ко мне это относиться никак не будет!

Мужчина вздохнул и раздраженно побарабанил пальцами по столу, собираясь с мыслями.

— Дальше. Как я уже сказал, сфера деятельности очень широка. Поэтому существуют подразделения, у каждого из которых своя специализация. Подразделения состоят из отделов: по кадрам, канцелярия, оперативный, архив и так далее. Как вы и сами знаете, вас распределили в поисковое подразделение. Название говорит само за себя. Мы тут ищем. Что угодно. Пропавших животных и людей, если обращающееся с заявкой лицо способно оплатить наши услуги, клады, затерянные цивилизации...

— Доказательства существования внеземных форм жизни?! — добавила лохматая.

— Нет, — Джозеф уже смирился, что его прерывают чуть ли не на каждом слове. — Контакты с "внеземными формами жизни", слава богу, не наше дело. Этим другое подразделение занимается. Кстати, да...

Руководитель стажировки снова полез в свой ящик.

— Чуть не забыл, — бормотал он. — В ведомстве существует определенное правило. Имена членов одного подразделения должны начинаться с одной буквы. В нашем случае это "Д". Так что думайте пока, как вы хотите, чтоб вас тут звали. Но имейте в виду, что народа много, большая часть имен уже кем-то занята... Вот.

Джозеф извлек какой-то приборчик, внешне смахивавший на калькулятор, где на кнопочках вместо цифр значились буквы.

— Сначала прижимаете любой палец к экранчику, — продемонстрировал он девушкам аппарат. — Набираете слово, оно тут же высвечивается. Эта штука проверяет, не значится ли кто-нибудь с таким именем. Если оно свободно, то закрепляется за вами — в базе ваши отпечатки пальцев уже есть, я полагаю.

Стажерки принялись возиться с переданным им прибором, а Джозеф тем временем продолжал.

— Наш отдел — оперативный. Но вам очень повезло, что вы попали ко мне. Как видите, в кабинете пять столов. Так вот, четверо остальных сотрудников всё время в разъездах, здесь они появляются крайне редко. Так что можете выбрать себе любое приглянувшееся рабочее место. Если б вы достались кому-нибудь из их настоящих владельцев, то ползали бы сейчас где-нибудь в джунглях по колено в жидкой грязи, отбиваясь от комаров. А со мной вам грозит лишь бумажки перебирать...

— А почему вы не ползаете в джунглях по колено в грязи?

— Потому что у нас разделение обязанностей! — Джозеф назидательно поднял указательный палец. — Я не участвую в полевой работе, зато за всех остальных пишу объяснительные, поддерживаю связь между ними и начальством... Ну и так далее. Что-то типа диспетчера. Передаю им, что говорилось на планерке, докладываю шефу, как у них продвигаются дела, добываю интересующую их информацию... А вы что имена не пробуете? — мужчина заметил, что девушки уже даже не пытались разобраться с аппаратом.

Те молча продемонстрировали экран прибора, где мигали две надписи "Вы успешно зарегистрированы!". Руководитель стажировки был поражен. Сколько он помнил, обычно на то, чтоб найти незанятое имя, у людей уходило много времени и нервов.

— Ну, и как вас теперь называть?

— Далила, — назвалась очкастая.

— Дейдара, — сказала лохматая.

— Джозеф... — в свою очередь тоже представился мужчина.

Потом он вкратце рассказал подопечным о режиме работы.

— Еще вопросы есть?

Девушки промолчали, переглянулись и неопределенно пожали плечами.

— Вот и ладно. Тогда первое вам задание.

Стажерки подобрались и приготовились слушать.

— Отмойте кто-нибудь мою чашку.

Протянутая в их сторону кружка выглядела братской могилой присохших к стенкам чайных пакетиков. Дейдара с Далилой нерешительно переглянулись.

— Где это можно сделать? — вздохнула, наконец, вторая, брезгливо забирая у начальника посуду.

— Женский туалет направо по коридору.

— Понятно, — девушка ушла.

— Я могу себе место выбрать, да? — тут же напомнила о себе оставшаяся.

Не дожидаясь ответа, она прошла в другой конец кабинета и села за один из столов. На ее вопросительный взгляд Джозеф равнодушно дернул плечом, давая понять, что ему глубоко безразлично, чье место займет стажерка, если только речь шла не об его.

Несколько минут сидели молча. Вернулась Далила с чистой чашкой. От ее рук пахло хлоркой. Мужчина задумался, насколько безопасно для здоровья будет продолжать пить из этой посуды.

До вечера девушки перебирали завалы старых бумаг, подшивали их в папки, систематизировали, уничтожали лишние и "знакомились с рутиной отдела". Всё было чинно, мирно и спокойно.

Точно так же, как и на следующий день. Джозеф тихо радовался, глядя, как куча документов на его столе быстро таяла.

— А вы, девочки, откуда? — спросил он в редкий момент общительности, указывая взглядом на одинаковую одежду практиканток.

— Академия Святой Эпифании, — хором ответили помощницы, переглянувшись.

— Никогда не слышал, — Джозеф, подперев щеку левой рукой, снова пытался что-то рисовать на ненужном клочке бумаги: переложив на девушек большую часть своих обязанностей, он откровенно маялся от безделья.

— Да, мы не очень известны, — отозвалась Далила, снова сосредотачиваясь на работе.

— Знаете, совсем не обязательно ходить в форме, — Джозеф дивился своей доброте. — У нас в отделе нет особых требований к одежде. Так что с завтрашнего дня можете надевать то, в чем вам удобно. В рамках приличий, разумеется, — тут же поправил он себя.

— Хорошо, мы поняли, — снова ответила Далила, орудуя дыроколом.

— А вы давно знакомы? Я заметил, что вы всё время переглядываетесь.

— Некоторое время.

— Это можно выбросить? — Дейдара продемонстрировала какой-то пожелтевший от времени документ.

— Покажи, — Джозеф пробежал глазами выцветший машинописный текст. — Нет, это нужная вещь. Подшей куда-нибудь.

— А ничего, если я на столе своем приберусь? — попросила Дейдара. — Я не знаю, как к этому отнесется его настоящий владелец, вдруг...

— Делай, что хочешь. Пока ты тут, это твое рабочее место. Даниил сейчас далеко и очень занят. Вернется нескоро. Так что можешь устроить всё по-своему. Главное — ничего не выбрасывай. В один ящик положи, чтоб он потом найти смог.

— Ага, — понимающе кивнула кареглазая стажерка, возвращаясь к скоросшивателям.

На следующее утро Джозеф пожалел об этих словах. Выйдя на полчаса к шефу, по возвращении он застал Дейдару за приклеиванием к стене позади выбранного стола большого постера с изображением какого-то анимешного мужчины. Девушка мимоходом ему кивнула в знак приветствия и снова углубилась в борьбу с упорно липнувшим к пальцам скотчем.

— Что это? — выдавил из себя руководитель стажировки, мрачно глядя на новый элемент интерьера.

У нарисованного существа были длинные черные развевающиеся волосы, томный взгляд, презрительная ухмылка и меч. В избытке присутствовали лепестки сакуры. Видимо, было что-то еще, но сознание Джозефа остальное как-то отфильтровало, решив преподносить хозяину по частям.

— По-своему устраиваю рабочее место, — пояснила Дейдара, приляпывая последнюю полоску скотча. — Вы же сами вчера сказали...

— Ну да, ну да... — пробормотал мужчина, отворачиваясь от изображения и фокусируясь на самой стажерке.

Оказалось, что та прислушалась и ко второму совету начальника — оделась, как ей было удобно. А именно в расклешенные джинсики с нашитыми по бокам розовыми орхидеями или чем-то подобным (Джозеф плохо разбирался в цветах), бело-розовые кеды и футболку с каким-то иероглифом. Белую. Челку со лба убирала пара заколок с котятами. Претензий к внешнему виду Дейдары у диспетчера оперативного отдела не было, поэтому он снова повернулся к постеру. Тот действовал ему на нервы.

— Скажи... А без него никак?

Стажерка стояла рядом и с любовью смотрела на изображение. На робкий вопрос руководителя она лишь мечтательно покачала головой и снова воззрилась на окутанный лепестками воинственный образ. Джозеф немного помолчал. Почему-то он был смутно уверен, что этот кабинет слишком мал для них двоих, однако чувствовал, что устраивать ссору из-за обычной картинки — глупо. В конце концов, та мирно висела на стене и не мешала никому, кроме зрительных нервов исконного обитателя этой комнаты. Их по какой-то причине это зрелище страшно раздражало.

— Кто это вообще? — буркнул мужчина, отходя таки к своему столу.

— Я бы не советовала вам спрашивать, — донесся со стороны двери второй девичий голос. — Если, конечно, не желаете услышать подробный пересказ ста семидесяти девяти серий.

— Серий чего?

— Вы не хотите этого знать, поверьте мне на слово.

Далила снова пришла в форме своего учебного заведения. Джозеф подумал, что это — диагноз.

— Ты опоздала почти на час! — высказал он ей. Руководителя стажировки слегка напрягало то, что при общении с этой девицей ему всё время хотелось перейти на "вы". — По какой причине? Если не успеваешь, то должна связаться со мной или хотя бы со своей более пунктуальной подругой...

Джозеф еще поразглагольствовал. Стажерка его внимательно выслушала.

— Я пришла вовремя, — спокойно сказала она, когда он выдохся. — Раньше вас. Кабинет был закрыт, поэтому я спустилась в архив. Потом меня попросили помочь с каталогами, чем я и занималась последние полчаса. Так что этот вопрос я адресую вам самим. Рабочий день начинается в 9-00. По какой причине в 9-06 вас всё еще не было на месте?

От подобной наглости Джозеф растерялся. Он даже не знал, что на это сказать. А девушка стояла, смотрела и ждала. Оперативник с неудовольствием осознал, что непроизвольно мысленно подбирает слова извинения и оправдания.

— Можете не отвечать, — сказала Далила, отворачиваясь и шествуя к своему месту.

Начальник проводил ее хмурым взглядом. День не задался с утра. Интересно, еще не поздно отказаться от руководства?

— О чем это ты? — удивился шеф. — Кто мне тут всю плешь проел своим нытьем о "нечеловеческих условиях труда"? Кто умолял выделить ему помощника, а?!

Джозеф решил не уточнять, что он просто подал заявление и уж точно не умолял, но решил начальству не перечить. Оно ему было нужно к сотрудничеству готовым.

— Просто я подумал, что у меня девочки мало чему смогут научиться... — попробовал зайти с другой стороны. — Их бы к кому-нибудь направить, кто сможет показать им настоящую работу, а то у меня они в бумагах погрязнут...

— Нет-нет-нет! — шеф был настроен решительно.

— Ну хотя бы одну заберите! — чуть не взмолился подчиненный. — Русоволосую в очках!

Джозеф решил, что постер он как-нибудь переживет. Какая разница, какое у человека хобби?

— Жалко девчонку! При ее способностях ее надо было...

— Всё. Иди работай, — начальство сделало вид, что ужасно занято. — И без тебя у меня проблем хватает.

Дальше спорить не имело смысла. Оперативник хмуро вышел за дверь и побрел по коридору, мрачно кивая здоровавшимся с ним сотрудникам. Возвращаться в кабинет не хотелось. Джозеф заглянул в столовую, убедился, что там еще пока ничего не было готово, разочаровался и, не найдя другого занятия, всё-таки решил идти к себе.

Всё так же висел постер. В этот раз Джозеф разглядел, что изображенный на нем воитель был одет во что-то древнекитайское. Симпатий к нему это не добавило. Далила пила чай. Из розовой кружки с нарисованными овечками. Эта чашка настолько не вязалась с производимым ей впечатлением, что мужчина немного удивился. Вторая девушка что-то колдовала над ее прической, пытаясь уложить выпущенные из косы волосы во что-то одной ей известное. Руководитель стажировки прошел на свое место и, подражая шефу, сделал вид, что ужасно занят.

— У вас нездоровый вид, — услышал он через некоторое время. — Что-то случилось?

Оторвав взгляд от бумажки, которую читал уже по десятому кругу, Джозеф увидел стоявшую напротив Далилу. Что бы там ни пыталась сделать с ее волосами Дейдара, у нее это явно не получилось, и она просто ограничилась тем, что собрала их в высокий хвост.

— Ничего. С чего ты взяла? — буркнул оперативник, беря еще какой-то документ.

— Вы сегодня завтракали? — нахмурилась девушка, внимательно склоняя голову набок.

— Э-э-э... — вопрос Джозефа удивил. — Нет. Я никогда не...

— Так и думала. Это очень плохо! Вы хоть понимаете, что себя таким образом губите?!

Руководитель стажировки даже забыл, что "очень занят".

— М-м-м... Да всё в порядке... — растерялся он. — Кофе...

— Ну да, — фыркнула Далила. — Продолжайте жить на кофе, и язва вам гарантирована! Вы знаете, что утренний прием пищи очень важен?

— Да, — решил не спорить начальник, надеясь, что стажерка, услышав такой ответ, отстанет и займется своими делами.

— И всё равно продолжаете в том же духе?! — не оправдались его надежды.

Джозеф мысленно застонал.

— Обещаю, что теперь всегда буду завтракать! — он уже не знал, как вежливо отделаться от помощницы. — Вы довольны?!

Девушка хотела сказать что-то еще, но смолчала, о чем-то подумала, кивнула и, наконец-то, отошла. До мужчины дошло, что он таки забылся и перешел на "вы".

До конца рабочего дня больше не происходило ничего особенного.

На следующее утро руководитель стажировки заметил, что кто-то пытался реанимировать давно почивший цветок в горшке и даже принес ему откуда-то компанию — растительности на подоконнике стало ощутимо больше.

— Кто убирался на моем столе?! — в негодовании воскликнул он, замечая неестественный порядок на своем рабочем месте.

— Я, — спокойно отозвалась Далила.

— Зачем?! — вопль "Кто тебя просил?!" и прочие более грубые, но точнее передававшие отношение Джозефа к происходящему он сумел удержать.

— Затем, что я вообще не представляю, как можно существовать в столь враждебной организму обстановке, — пояснила девушка. — Пыль, мусор...

— Цветы — тоже твоя работа? — догадался мужчина.

— Да. Я надеюсь, сегодня вы позавтракали?

Оглушительно чирикал Квирчик, бегая по жердочке взад-вперед. Старый торговец протирал платочком свое пенсне, слушая горестные излияния посетителя. Прошла неделя стажировки.

— Это какой-то кошмар, — жаловался Обладатель "острова", развалившись в кресле. — Моя жизнь медленно, но верно превращается в ад...

— Вы драматизируете, — отозвался старик.

— Я уже привык к этому постеру и тому, что Дейдара с ним каждый день здоровается и прощается. Она в целом милая девочка, и не моё дело, чем она увлекается. Хотя это, конечно, странно. Вчера пыталась мне что-то пересказать. Чушь какая-то, в самом деле. Почти ничего не понял. В ее возрасте смотреть мультфильмы... Думаю, это ненормально.

— Вы сами только что сказали, что то, чем девушка увлекается — не ваше дело, — напомнил лавочник.

— Да, но согласитесь, вбегать в кабинет с воплем "Доброе утро, Шиниромару-сама!", это как-то...

— Что такое Шиниромару-сама?

— Так зовут того мужика с постера, — буркнул Джозеф.

— И как вы это запомнили? — покачал головой собеседник.

— Как-как...

— Ладно, не ваше дело, чем она увлекается, — заметив, что посетитель начинает беситься, торговец постарался перевести разговор в другое русло. — Она милая девочка. Проблема во второй, да?

Джозеф тяжко вздохнул и, откинувшись головой на спинку кресла, закрыл глаза. Старик терпеливо ждал.

— Она меня пугает. Даже не она сама, а то, как... В общем, как сказать... Она теперь приносит мне завтраки. Сама готовит и следит, чтоб я всё съел. У меня кусок в горло под ее взглядом не лезет. Взялась убираться на моем столе. Нашла пепельницу — устроила допрос, курю ли я. Еле объяснил, что она там просто так стоит. Представляете? Я вынужден был оправдываться перед какой-то девчонкой! Ведет себя так, словно является моей женой! Это ужасно! Ничего не могу с этим поделать! Пытался поставить ее на место, но она так посмотрела, что я чуть заикой не стал. Глядит — будто дырки внутри моего черепа сверлит.

— Ну а что вы хотели? — торговец налил посетителю еще чаю. — Вы молодой, свободный, не урод... Вполне естественно, что девушка...

— Эта ее забота меня тяготит. Каждое утро смотрит, как я одет. Пока ничего не говорит, но, судя по выражению лица, скоро скажет. Хмурится, когда ей что-то не нравится, словно имеет право...

— Другому на вашем месте бы льстило такое внимание. Девушка красивая?

— Ну так... Нормальная.

— Молодая, красивая, умная... Что вам еще надо?

— Ну знаете ли? — огрызнулся Джозеф. — Когда я сюда шел, то меньше всего хотел услышать, что вы встанете на ее сторону!

— Я не встаю на ее сторону, — примирительно проговорил старик. — Не хотите говорить на эту тему — не надо.

Обладатель сердито сопел и пил свой чай, кроша печеньем не хуже попугайчика. Ему пришло в голову, что, если б Далила его сейчас видела, то непременно бы осуждающе зыркнула и поморщилась так, словно ей за него стыдно перед окружающими.

Через несколько минут он немного успокоился.

— Да, я так и не понял, зачем вам тогда нужны были книги, — припомнил оперативник.

При прошлом посещении "острова" он принес какую-то попавшуюся под руку литературу (для этого было достаточно уйти "в себя" в обнимку со стопкой валявшихся у него дома печатных изданий), но поинтересоваться ее назначением забыл.

— Вы же сами говорили, что вам не понравилось, как пишет моя малышка, — торговец любовно похлопал по обложке лежавший на столе фолиант. — Поэтому я стараюсь держать ее в компании других книг, чтоб она черпала из них слова, подтягивала грамотность, приобщалась к неизвестным ей прежде областям жизни... Ей не хватает опыта. Возможно, знакомясь с тем, что уже было создано до нее, она сможет извлечь для себя что-то полезное.

— И как? Сработало? — Джозеф протянул руку и взял томик.

Тот послушно распахнулся на одной из страниц.

Ах, — томно прошептала Маргарит. — Если б этот момент мог длиться вечно!..

Эрик ласково провел ладонью по щеке девушки, ее трепещущим губам, бархатистой коже тонкой шеи. Его пальцы нерешительно замерли, не зная, дозволено ли им спуститься ниже. Девушка страстно всхлипнула и закрыла глаза, сдерживая рвущийся из груди сладострастный стон. От запаха молодого мужского тела кружилась голова, подкашивались ноги. Хотелось упасть в его сильные объятья и забыться. Позор и гнев родителей, всё это будет лишь утром. Да и какое они имели значение по сравнению с прикосновениями этих рук. Сначала робкими, а потом всё более и более решительными, страстными и порывистыми. Маргарита слабо вскрикнула, когда раздался треск рвущейся ткани — с любимым платьем можно распрощаться, но смерть его не напрасна. Жадные губы, целуя, впились в изнывающую по ласке девичью шею, скользнули по плечу, задержались на ключице, опустились к груди. Руки Эрика, такие сильные, но в то же время нежные, ласкали юное тело, умело, страстно, бесстыдно. Девушку била мелкая дрожь, она запрокинула голову и глухо застонала, когда теплый влажный язык...

Джозеф, не став дочитывать, захлопнул фолиант и уставился на обложку — понадеялся найти на ней глаза. Ему очень хотелось в них взглянуть. Теперь мужчина более или менее понимал, что чувствовала Далила, когда он заляпал рубашку кетчупом и так ходил до конца дня. Он едва знал эту книгу, однако ему всё равно было за нее стыдно. Перевел взгляд на лавочника.

— Не надо на меня так смотреть, — спокойно отозвался торговец. — Она ищет себя, свой стиль... Идет методом проб и ошибок. И это совершенно естественно.

Обладатель "острова" отложил графоманку в сторону. В следующий раз надо будет ответственно отнестись к подбору для нее развивающей литературы, а не хватать первое, что попадется на глаза. А сестре сказать, что если она хочет жить у него во время своих наездов, то пусть не разбрасывает свое любимое чтиво по всей квартире и, уезжая, не забывает его забирать с собой.

Попугай остервенело грыз собственную лапу. Тикали часы. Посидев какое-то время молча, наслаждаясь тишиной, Джозеф вздохнул и протянул руку за новым печеньем. Вдруг металлический браслет на запястье потеплел, замигала зеленая лампочка. "Вас вызывают", — прогнусавил механический голос.

— А, черт, — мужчина с нескрываемым раздражением посмотрел на бездушную железку. — Кому я опять понадобился?..

— "Вас вызывают", — продолжала занудствовать та, посверкивая.

Обладатель сердито бросил печенюшку с изюмом обратно в тарелку и поднялся из кресла. Через секунду в воздухе мелькнули бледно-голубые перья, и в оставленную без присмотра выпечку вцепился, разбрасывая крошки, маленький клюв.

— До свидания, — буркнул Джозеф, дергая на себя дверь.

Звякнул колокольчик.

— Что? — рыкнул мужчина, открывая глаза.

Над ним нависала взволнованная Далила. Руководитель стажировки мысленно застонал. И как она его только нашла? Специально ведь пошел в медпункт — решил, что не стоит уходить "в себя" в кабинете, пока девушки где-то поблизости. Не доверял он им настолько, чтоб оставлять своё беспомощное тело с ними наедине. За ее спиной топтался виноватый и смущенный Вилле — один из местных медицинских работников и товарищ Джозефа, любезно согласившийся предоставлять ему время от времени укрытие от помощниц.

— Что с вами? Вы больны? — мужчина практически видел на лбу у стажерки надпись "ЖЕНА".

— Со мной всё в порядке, — огрызнулся он, садясь на кушетке. — Просто отдыхал. Как ты меня нашла?!

— Вас долго не было. Задумалась, куда вы могли деться. Вспомнила о медпункте, раз уж в столовой вас с обеда никто не видел.

Далила решила не упоминать, что по туалетам она тоже пробежалась. Вернее, расспросила выходивших из них людей о том, нет ли внутри того-то и того-то.

— Зачем искала? — не очень вежливо поинтересовался Джозеф, вставая и направляясь к двери.

— Пришел факс, — принялась докладывать девушка. — Еще вас хотел видеть шеф.

— Откуда? — начальник с временной подчиненной шагали по коридору в сторону кабинета.

— Не успела прочитать. Я захватила его с собой. Вот он, — помощница извлекла из папки аккуратно сложенный лист бумаги.

— Совершенно не обязательно было это делать, — Джозеф принял протянутый ему документ, даже не глядя на него. — Я ознакомился бы с ним позже за столом...

— Тогда вы не смогли бы сразу же отправиться к шефу, — строго возвестила Далила. — Все дела нужно выполнять как можно скорее, иначе они будут накапливаться и давить своей массой. Я обратила внимание, что вы очень неразумно распоряжаетесь своим временем...

— Ну да, ну да... Какой разговор... — Джозеф подумал, что поход к начальству немедленно — не такая уж и плохая идея. Туда, по крайней мере, одна юная особа не заходит.

— С вами точно всё в порядке? — девушка внимательно посмотрела на руководителя, стараясь не отставать от него, стремящегося как можно скорей скрыться за дверью спасительной комнаты. — Вы выглядите не очень здоровым.

— Просто устал.

— Это всё из-за того, как вы питаетесь. Я видела в столовой, что вы обычно едите. Это ж сплошной холестерин!

Джозеф непроизвольно ускорил шаг. Он и так знал, что Далила была в курсе его рациона. Более того, все, кто был во время обеда в столовой, видели, что она была в курсе его рациона. Даже сам рацион, если б у него имелось сознание, смутился б от осознания того, сколько о нем ей известно. Жареная картошка чуть ли не воспламенялась под ее осуждающим взором. Джозеф уже даже не знал, куда сесть, чтоб оказаться вне поля зрения обедавшей с остальными стажерами девушки. Не известно, когда она сама успевала есть, потому что руководитель всё время чуть ли не физически ощущал на своем затылке две свербящие точки от ее взгляда.

Кабинет начальства, наконец-то, замаячил за поворотом.

— Ладно, я пойду назад, — Далила решила, что ей не было смысла идти дальше. — Вдруг Дейдаре помощь нужна...

Джозеф услышал за своей спиной цокот удаляющихся каблуков и вздохнул с облегчением.

— Вы звали? — зашел он к шефу.

— Что это? — сразу перешел к делу тот, демонстрируя какой-то документ.

Прищурившись, Джозеф узнал своё заявление.

— Моё заявление, — так и сказал он, кладя перед начальством факс.

— "Ввиду сложностей в общении с одной из стажерок, прошу предоставить мне переводчика с японского языка", — зачитало то. — Что еще за ересь?!

— Я не понимаю, что она говорит, — устало, с налетом обреченности вздохнул Джозеф. — Постоянно вставляет какие-то словечки, я уже устал просить ее от этого воздерживаться. Говорит, что это у нее происходит автоматически, и она ничего не может с этим поделать. Раз уж вы отказываетесь снять с меня руководство, то хотя бы...

— Вот только условий ставить не нужно, да? — шеф, нахмурившись, принялся вчитываться в принесенный Джозефом факс. — Совсем уже зажрался! Ни стыда, ни совести! Переводчика ему подавай! Словарь купи, если уж на то пошло!..

Начальство насупилось еще сильнее: содержание послания ему явно не нравилось. Оно даже забыло о том, что собиралось сказать присутствовавшему здесь помимо него человеку. Джозеф молча ждал. Шеф, что-то бормоча себе под нос, прочел весь текст повторно. Лицо его налилось кровью — значит, дело было серьезное.

— Что думаешь? — бросил он подчиненному, явно имея в виду факс.

— Я не успел ознакомиться, — нехотя признался тот.

— Тут сказано, что Джастина покусал какой-то тропический паук. У него распухла нога, и он лежит в больнице с лихорадкой, — проговорил глава отдела, ожесточенно грызя карандаш, что свидетельствовало об активной работе мозга.

Джозеф, ожидавший услышать традиционное "Тебя освободили от заданий, поскольку ты вызвался взять на себя всю бумажную работу своих товарищей, а ты даже не в состоянии... бла-бла-бла", немного растерялся.

— С ним все хорошо? — брякнул он.

— Его покусал тропический паук, у него распухла нога, и он лежит в больнице с лихорадкой! — раздраженно повторил шеф. — Ты считаешь, что это "хорошо"?

Подчиненный промолчал. Начальство думало.

— В общем, так, — решило оно, кладя бумажку на стол и оценивающе глядя на резко напрягшегося сотрудника. — Джастина завтра высылают сюда. Ты со своими девчонками едешь туда вместо него. Чай соскучиться по полевой работе уже успел? Ты сам хотел, чтоб они ее увидели, а не с бумагами возились.

— Но...

— Через час зайдите в медпункт, вам прививки сделают.

— Я не...

— Все материалы по этому заданию должны у тебя быть. Тщательно их изучи. Практиканткам тоже дай почитать. Послезавтра утром вылетаете.

Джозеф на ватных ногах прибрел в свой кабинет и без сил рухнул на стул. Дейдара, что-то напевая под нос, снова возилась со скотчем — на стене появился еще один постер того же персонажа, но уже в другой позе. Мужчина обвел мутным взглядом комнату. А ведь еще две недели назад всё было так хорошо...

2.

Самолет Джозеф и его подопечные помнили плохо — за день до этого им кололи прививки от ряда экзотических болезней, те принялись друг с другом реагировать, так что бедным людям было нехорошо. Последние уколы пришлось доделывать уже непосредственно в аэропорту перед самым отлетом. Медсестра виновато улыбалась, прятала глаза и чувствовала себя чудовищем. Мужчина и две девушки бледнели, краснели, чуть не теряли сознание и проклинали ни в чем не повинного Джастина, подставившего свою ногу пауку. Их тошнило уже второй день, температура не спадала. Нормально подготовиться к заданию в таком состоянии было невозможно. Если руководитель стажировки, пропускавший через себя все ведущиеся отделом дела, неплохо ориентировался в ситуации, то его подчиненные знали лишь то, что он успел им рассказать до того, как первые прививки вступили в реакцию. После как-то вдруг стало не до этого.

— Потерялась группа туристов, — говорил Джозеф, листая документы по делу. — Поехали смотреть древний заброшенный храм какого-то там языческого бога, но до места так и не добрались. Люди весьма специфические — целью поездки была подзарядка энергией то ли солнца, то ли космоса. Считается, что там ее в избытке... Какие-то сектанты.

— Почему сразу сектанты?! — оскорбилась Дейдара.

— Ладно, проехали, — буркнул мужчина, взглянув на надутое лицо девушки и решив не связываться.

— Сколько их? — как всегда, записывала Далила. — Половозрастной состав? Судимости? Хронические болезни?

— Сейчас посмотрим, тут это должно где-нибудь быть, — начальник принялся рыться в бумагах.

Дверь в кабинет приоткрылась.

— Мы готовы, можете подходить, — просунулась в образовавшуюся щель голова Вилле.

В медпункте гудел напольный вентилятор. Было прохладно и пахло спиртом.

— Погуляйте где-нибудь пару часов, а потом возвращайтесь, — велела Вайнона, медсестра, занимавшаяся Дейдарой, кидая использованный шприц в мусорное ведро. — Следующий колоть будем.

— Так, на чем мы остановились? — Джозеф снова углубился в изучение дела.

Девушки сидели и ждали. Все трое прижимали к левому плечу комочки ваты с антисептиком. Для этого Далиле пришлось снять свой жакет, под которым оказалась белая маечка, а мужчине — закатать рукав рубашки.

— Досье на пропавших тут есть, но я не вижу смысла их сейчас зачитывать, — начальник задумчиво перелистнул пару страниц. — Сами потом посмотрите. Четырнадцать человек. В основном очень обеспеченные...

— Как звали того бога, говорите? — подняла голову русоволосая стажерка.

— Но-Гха Д...Две... — попытался прочесть Джозеф.

— Но-Гха Двехъйырд, — понимающе кивнула Далила, снова принимаясь что-то записывать. — Для его последователей четырнадцать было сакральным числом. Я сразу подумала, что речь о его храме, как только услышала.

Джозеф мрачно посмотрел на невозмутимую девушку. Её общество нравилось ему всё меньше и меньше.

— И в чем выражалась его сакральность? — раздраженно поинтересовался он.

— Ну-у-у... К примеру, именно столько людей жертвовалось во время обрядов, — как ни в чем не бывало, пояснила помощница.

Повисло красноречивое молчание.

— Ладно, читаем дальше, — спустя несколько секунд распорядился Джозеф.

К вечеру, когда у них уже не хватало пальцев удерживать на плечах всю вату, голова кружилась, ноги дрожали и подкашивались от слабости, а на спине выступала холодная испарина, знали они приблизительно следующее.

За три недели до этого группа из четырнадцати человек прилетела в столицу одной экономически отсталой тропической страны, села там в заранее заказанный автобус и укатила на юго-восток. На следующий день их видели в одном небольшом городке, где они покупали у местного населения сувениры и вяленые бананы. После этого следы терялись. В деревне — ближайшем к храму населенном пункте, где туристы должны были оставить своё средство транспорта, они так и не появились. Джастин успел закончить работу в столице, обследовать всю ее округу, опросить жителей населенного пункта, где останавливался автобус, а вот на подходе к деревне как раз и повстречался с тем пауком. Так что его смене по прибытии надлежало, не теряя времени напрасно, выдвинуться именно туда, а дальше действовать по обстоятельствам.

— ...? — поинтересовался Джозеф, лежа лицом на папке с документами по делу.

— ...! — с воодушевлением отозвалась Дейдара, закрывая голову руками — свет настольной лампы больно резал глаза.

— ... — подтвердила Далила.

Все трое глухо застонали. В глазах двоилось/троилось/четверилось и ходило хороводом. Уже после четвертой прививки они плюнули на необходимость изучить всю имевшуюся информацию, потому что мозг наотрез отказывался ее воспринимать и вообще думать хоть о чем-нибудь, кроме того, как ему было плохо. После шестой — решили лежать на столах и не шевелиться, надеясь, что так им будет менее паршиво.

Нормальные оперативники поискового подразделения обычно мотаются по всему миру, никогда не зная, куда их могут забросить в следующий раз. Так что все основные вакцины им колют заранее, на всякий случай. С большим разбросом по времени, чтоб не подвергать организм такому стрессу. Потом, когда место следующей командировки становится известным, в худшем случае остается доделать три-четыре прививки, что все-таки гораздо меньше, чем...

— Ну что, ребят? По последнему укольчику на сегодня? — заглянула в кабинет жизнерадостная и энергичная Ванесса.

В обращенных на нее мутных ненавидящих взглядах недвусмысленно читалось "Враг!", но медсестра была не сильна в невербальном общении.

Троицу освободили от необходимости выходить на следующий день на работу под предлогом подготовки к поездке и наказали к утру отлета быть бодрыми "как огурцы". Руководитель со стажерками решили, что, видимо, речь шла о забытых на неделю на солнцепеке маринованных, и согласились, что им это будет несложно.

Увидев в аэропорту Вайнону с небольшим ящичком явно медицинского характера в руках, Джозеф серьезно задумался об увольнении.

В самолете кормили жареной курицей и картофельным пюре. Это было самым ярким воспоминанием о полете — всё остальное прошло мимо путешественников. Большую часть времени они провели в полубредовом состоянии на грани яви и сна. Далила честно пыталась изучать имевшийся в деле доклад Джастина о результатах допроса жителей городка, где видели автобус в последний раз, но даже она быстро сломалась и решила поспать.

К моменту посадки им стало получше. За счет чего — не известно. С трапа они даже спустились без посторонней помощи. Данное государство в общем, а его столица в частности, не были популярны среди туристов — кроме них троих посетить его на этот раз решило лишь пятеро. Кто были эти люди, и что они тут забыли — какое было временным и постоянному работникам оперативного отдела дело? По взлетно-посадочной полосе бежал потный полный лысый мужчина в песочного цвета шортах, темно-синих носках, шлепанцах, белой рубашке и галстуке. Пытался догнать сорванную ветром панамку. Во время полета он храпел и плохо пах, так что Джозеф с подопечными с удовлетворением отметили, что вселенская справедливость всё же существует.

— Вы из ведомства? — от любования этим ублажающим душу зрелищем их отвлек серьезный мужской голос.

Обернувшись, они увидели стоявшего неподалеку человека. В самолете его явно не было. Позади него виднелся пыльный автомобиль-вездеход.

— Да, — Джозеф попытался сфокусироваться на новом лице, сражаясь с вновь поползшими перед глазами фиолетовыми пятнами — вдруг это был кто-то знакомый.

— Я приехал за вами. Садитесь в машину, — мужчина развернулся и зашагал к своему средству транспорта.

— Какая прелесть! — слабо бормотала Дейдара, волоча за собой сумку. — Полжизни ждала, чтоб мне кто-нибудь сказал: "Привет, я пришел за тобой! Бросай всё! Прыгай в машину!" — но никогда не думала, что это произойдет в таком контексте.

— Мечты сбываются, — буркнул Джозеф.

— Вашего предшественника мы отослали вчера вечером, — поведал так и не представившийся встречающий. — Так что он уже должен был долететь.

Внедорожник катил по пыльной разбитой дороге, будто и не замечая ям и кочек. Местность была безлюдной, лишь на границе взлетно-посадочной полосы какая-то облезлая коза флегматично жевала пожухлую траву. Хотя она в любом случае не относилась к категории "людей". Сарай местного аэропорта остался где-то позади. Догнал тот человек свою панамку, или не догнал, так и осталось тайной. Жара и духота улучшению самочувствия не способствовали.

— Включите, пожалуйста, кондиционер, — попросила водителя Далила. — Нашему руководителю нехорошо.

— Как думаете, какова вероятность того, что в этой машине есть кондиционер? — отозвался тот. — Потерпите, скоро приедем.

Автомобиль явно создавался для человека, не знавшего слова "комфорт", презиравшего всех, кого волновали такие мелочи, и считавшего, что средство транспорта должно быть суровым, способным проехать по любой грязи и, не утруждаясь, пересечь реку по дну. Что-то громыхало, мотор ревел раненым буйволом, на приборной панели виднелись следы наклеек из дешевых жвачек.

— Куда, кстати, вы нас везете? — Дейдара, до этого вяло набивавшая кому-то смску, оторвалась от телефона.

— Во временный штаб, — водитель резко крутанул руль вправо, объезжая особенно выдающуюся колдобину.

Пассажиров на заднем сиденье швырнуло влево.

— Хорошо, что здесь стекол нет, — раздраженно подумал сидевший крайним Джозеф, не очень вежливо отстраняя навалившихся на него девушек. — А то так голову разбить недолго.

Действительно, стекол, кроме лобового, не было. Машина подскочила на кочке. Дейдара упорно продолжала пытаться донабрать свое сообщение, несмотря на тряску.

— Вы кто? — Далила уцепилась за спинки передних сидений и подалась вперед, стараясь оказаться на одном уровне с водителем.

— Маркус, — представился тот, не глядя на всматривавшуюся ему в лицо девушку.

— Спасатель, — определил Джозеф по первой букве имени.

— Точно, — кивнул встречающий, поддавая газу.

Далилу сразу отбросило назад, и ей оставалось лишь радоваться, что спинка у ее сиденья была не очень жесткой.

— Сколько здесь наших? — Джозеф вовремя успел отодвинулся влево.

— Три медика, шестеро спасателей, два поисковика и парочка связников. Ну и вы теперь еще.

— Кто из поисковиков?

— Джамиля и Тинк. Аналитики.

— Тинк?! — недоуменно переглянулись девушки. — А почему имя не по правилу?

— О, он тоже тут. Это хорошо.

— Почему у него имя не на "Д"?! — настаивала Дейдара.

— Это прозвище, — мрачно пояснил начальник. — Тинкербелл.

Он только что разглядел Шиниромару-сама на заставке ее телефоне. А ведь так радовался, что хоть какое-то время не придется лицезреть его рожу. Проследив за взглядом руководителя и, видимо, неверно его истолковав, стажерка с гордостью продемонстрировала ему экран с картинкой, сказала, что у нее лучше есть, и спешно принялась рыться в сотовом, пока "человек не утратил интерес".

— Тинкербелл?.. — задумалась Далила. — Фея из Питера Пэна? Динь-Динь?!

— Да. Она самая. Не вздумайте над ним смеяться — это одна из главных трагедий его жизни.

— Вот, смотрите! — Дейдара снова сунула свой телефон Джозефу под нос. — Это — одно из моих самых любимых изображений Шиниромару-сама!

— Мне не интересно, — попытался отвернуться тот.

— Подождите, сейчас я вам его врага покажу! Он тоже каваяшка!

Снова послышался клекот быстро нажимаемых кнопок. Джозеф поморщился и, подперев щеку ладонью, уставился на пейзаж за окном. Ему совершенно не хотелось знать, что такое "каваяшка".

Временный штаб находился в местной столице, в получасе езды от аэропорта. Для этой цели приспособили какой-то дом. Какие функции он выполнял до исчезновения туристов и прибытия работников ведомства, руководитель стажировки не знал и знать не хотел. Дверь строения была затянута антимоскитной сеткой.

Тинк оказался огромным, небритым, пузатым, волосатым, кривоногим мужиком слегка за тридцать. "Динь-Динем" он умудрился стать по собственной дурости. При поступлении в подразделение он, как и многие другие, безуспешно пытался подобрать себе стильное свободное имя. "Дункан", "Денетор", "Давид" уже были кем-то заняты. Мужчина начинал сердиться. Перешел на менее желанные. "Дмитрий", "Даниил" и даже "Двалин" тоже в базе имелись. Варианте этак на двадцатом поисковик окончательно рассвирепел и напечатал первое, что пришло в голову. Вопреки ожиданию, вместо ставшего привычным "Попробуйте еще раз" высветилось "Вы успешно зарегистрированы!". Первое время он очень страдал, терпел шуточки и насмешки коллег, потом привык, поставил себе мультяшную фею на аватарку, отрастил щетину, и как-то постепенно от него все отвязались.

Дейдара с восторгом смотрела на фиолетовую футболку размера где-то X...XL с нарисованной на животе крылатой светловолосой девочкой в коротком зеленом платьишке, окруженной искорками.

— Какая самоирония! — возвестила Далила, отрываясь от этого зрелища.

— Вот уж не ожидал с тобой пересечься вне офиса, — толстяк проигнорировал неизвестных ему девиц и радостно устремился к Джозефу. — Мы долго смеялись, когда узнали, кого к нам присылают!

— Да, я тоже рад тебя видеть, — поисковик криво усмехнулся и пожал протянутую лапищу.

— Как долетели? — отрываясь от ноутбука, поинтересовалась женщина в клетчатой рубашке с закатанными до плеча рукавами.

— Отвратительно.

— Я не сомневалась, — незнакомка снова уткнулась в монитор.

— Так, — нехотя протянул оперативник. — Это — мои стажерки. Дейдара с Далилой. Прошу любить и жаловать.

"Как бы сложно это ни было", — мрачно добавил он мысленно.

— Здрасте, — поздоровались те.

— Джамиля, — не отвлекаясь от работы, представилась женщина с компьютером. — Я так поняла, что о Динь-Дине вы уже слышали.

Далиле она сразу понравилась.

— Спасатели куда-то свалили чуть ли не полным составом, — Тинкербелл уселся на разом покосившийся под его весом стул и водрузил на колени второй ноутбук. — Остальных я сегодня вообще не видел.

Дейдара с любопытством ждала, когда он начнет печатать. Ей было интересно посмотреть, как он при такой толщине пальцев будет попадать по нужным клавишам.

— Саймон договаривается с местным правительством, — тут же отозвалась Джамиля. — Необходимо расширить зону поисков, привлечь больше людей из местных органов правопорядка к прочесыванию местности, получить разрешение на проведение некоторых действий. Вчера всё это обсуждалось, и ты, между прочим, при этом присутствовал!

Джозеф незаметно посмотрел на Далилу. Та стояла с таким лицом, будто встретила сестру по разуму.

— Серж рано утром отбыл в племя, — Джамиля достала из-за уха сигарету и, чиркнув спичкой о первую попавшуюся под руку поверхность, закурила. — Что-то они темнят.

Джозеф кисло усмехнулся, наблюдая за изменением реакции подопечной. Кажется, та только что жестоко разочаровалась.

— Медики занялись благотворительностью, — аналитик откинула голову назад и выпустила вверх струю дыма, лениво наблюдая за тем, как та кривилась и изгибалась, расползаясь и принимая причудливые очертания. — Сказали, что раз работы для них пока нет, пойдут немного подлечат местное население. Я всегда считала, что нормальных людей в их подразделении можно по пальцам пересчитать...

Джамиля повернулась к коллеге, чтоб сказать что-то еще, заметила, что у того из ушей к ноутбуку тянулись провода наушников, а он сам ритмично подергивал головой. Поняла, что тот, по-видимому, ни слова не слышал из ее речи, и презрительно фыркнула. Раздавила сигарету в пепельнице и снова уткнулась в экран. Снаружи доносился лязг — Маркус возился со своей машиной. Судя по звукам — прибивал отвалившиеся детали молотком.

— Скажите, где можно помыться с дороги? — Далила недоуменно осматривала помещение.

Эта хибара с понятием "штаб" у нее не ассоциировалась. Стены когда-то были оштукатурены и покрашены белой краской. Теперь все это местами отваливалось. Выгоревшая на солнце антимоскитная сетка закрывала все окна и дверь. Мебели внутри практически не было — лишь та, что привезли с собой работники ведомства, а именно: стул на колесиках Тинка да небольшой холодильник для напитков. Выезжая на это дело, они не ожидали, что всё будет настолько плачевно, не то захватили бы с собой хотя бы раскладные рыбацкие табуреточки. По всему полу валялись документы, просто какие-то бумажки и обертки от шоколадок. Вились провода от компьютеров и еще какой-то техники непонятного новоприбывшим назначения. В одном углу громоздилось снаряжение спасателей, а во втором — медиков.

— Во дворе шланг валяется, — сидевшая по-турецки Джамиля, отложила свой ноутбук в сторону и вытянула затекшие ноги. — Облейте друг друга по очереди. Только старайтесь воду экономить — с ней тут туго.

Далилу перекосило.

— А спите вы как? — настороженно поинтересовалась Дейдара, на всякий случай присматривая себе угол поуютней. — Здесь на полу?

— Ты что, девочка? — аналитик закурила новую сигарету и, саркастически вскинув бровь, взглянула на девушку. — Здесь у нас офис. Спим мы в соседней комнате. Да. На полу. Надеюсь, вы захватили спальники?

— Где можно бросить вещи? — сухо осведомилась Далила.

— Там, — Джамиля мотнула головой в сторону двери, ведшей в соседнее помещение.

— Спасибо, — холодно поблагодарила стажерка, решительно шагая в указанном направлении.

— А она всегда в пиджаке и юбке ходит? — поинтересовалась аналитик, когда та скрылась в проходе.

— Я уже готов поверить, что да, — мрачно отозвался Джозеф, нехотя закидывая свою сумку на плечо.

— Идите пока отдыхайте, — Джамиля снова поджала ноги и водрузила на них ноутбук. — Связники вернуться — я вас позову. Введем вас в курс последних событий.

— Мне кажется, я не вполне понимаю, что делают связники, — призналась Дейдара, когда они присоединились к деловито рывшейся в своих вещах Далиле. — Явно ведь не на телефоне сидят, да? И не голубей с письмами ловят.

— Они поддерживают связь с местной администрацией, — Джозеф кинул свой багаж на пол и с неудовольствием оглядел помещение. — Координируют действия ведомственных работников с иными структурами. Могут выполнять некоторые дипломатические функции в рамках полномочий. Ну и так далее, по обстоятельствам. А сейчас я буду спать.

В магазинчике никого не было. Джозеф недоуменно осмотрелся. На столе под высокой стопкой литературы по истории искусства и философии лежала книжка-графоманка — Обладатель "острова" за день до отъезда всё же нашел в себе силы доползти до библиотеки и набрать там "правильного" воспитательного чтива. Жердочка была пуста, на полу под ней растеклось несколько капель свежего птичьего помета — кажется, у Квирчика снова начался понос. Джозеф потоптался у двери. Подумал, а не окликнуть ли старика. Решил, что не стоит. Чуть-чуть посомневавшись, обошел стол-прилавок кругом: никогда прежде он туда не заходил. Отсюда виднелась еще одна дверь. Не долго думая, Джозеф потянул ее на себя.

За ней оказалась кухня. Слышались бормотание торговца и бодрое чириканье. В воздухе витали крупицы муки, пахло ванилью. Здесь тоже в избытке было шкафчиков и полочек, массивный деревянный стол, измазанный тестом и его ингредиентами, а также современная газовая плита, с которой как раз в данный момент спиной к посетителю и возился старик. Его питомец гордо восседал на очередной жердочке и перебирал клювом перышки под крылом. Услышав шорох у входа, он оторвался от этого занятья, взглянул на гостя и приветственно свистнул.

— Что? Кто-то пришел? — тут же засуетился старик, поскрипывая суставами, поднимаясь с колен. — А, это вы... — с разочарованием протянул он, наконец, оборачиваясь и замечая Обладателя.

— Ну нормально! — возмутился тот.

Старик стянул с одной руки варежку-прихватку и поправил очки. На торговце был миленький передник с вышитой вишенкой.

— Между прочим, очень удобно, — с достоинством поведал он, замечая зафиксировавшийся на ягодке недоуменный взгляд. — Подождите немного, а то, боюсь, у меня печенье подгорит.

В воздухе послышалось хлопанье крыльев, и Джозеф почувствовал, как ему на голову приземлилось что-то маленькое, мягкое и с когтями. Ласково курлыча, оно принялось бродить и норовить выдрать ему клювом волосы.

— А ну кыш! — мужчина попытался смахнуть птицу ладонью.

Та недовольно загалдела и цапнула его за руку. Джозеф разозлился, попугайчик набычился. Обе стороны сдаваться были не намерены. Торговец тем временем снова опустился на колени перед прозрачной дверкой духовки, наблюдая за тем, как его выпечка подрумянивается.

— Хватка, как у бульдога, — пожаловался Обладатель, разглядывая четкий отпечаток клюва на указательном пальце.

Победителем из схватки всё-таки вышел он — обиженный Квирчик, нахохлившись, снова восседал на своей жердочке.

Старик открыл дверцу и вынул противень с печеньем.

— Ну-ка попробуйте! — торговец посмотрел на собеседника с ожиданием.

Во взгляде ясно читалось "выживет после дегустации или придется еще подумать над составом?".

— А что я-то сразу?! — настроение у Джозефа становилось всё хуже и хуже. — На птице своей опыты ставьте!

Попугай звонко свистнул.

— Ну что вы упираетесь?.. — принялся увещевать старик, лопаточкой отколупывая от противня одну печенюшку.

— "Вас вызывают", — загундосил браслет, нагреваясь. — "Вас вызывают".

Джозеф молча развернулся и побежал к выходу.

— Что? — открыл он глаза.

— Ой, извините, пожалуйста! — в его поля зрения замаячило виноватое лицо Дейдары. — Я нечаянно о вашу ногу споткнулась. Спите дальше.

Недовольно ворча, Джозеф повернулся на бок и представил, что ныряет вглубь своего сознания. Правое запястье снова ощутило прикосновение металла. Перед глазами замаячила старая дубовая дверь с колокольчиком и кованой ручкой. Мужчина ее толкнул.

— О, вы уже вернулись? — старик недоуменно поднял глаза на посетителя.

Он успел снять фартук и теперь стоял на своем привычном месте — за прилавком.

Обладатель "острова" плюхнулся в кресло и приготовился жаловаться на жизнь.

— Мне очень жаль, но, боюсь, у меня сейчас нет на вас времени, — огорошил торговец посетителя, протирая со стола пыль. — Вот-вот должны прийти мои партнеры. Сотрудничество постепенно налаживается. Первая общая деловая встреча и всё такое.

Джозеф не нашелся, что сказать. К такой наглости он был не готов. Хотел было возмутиться, потребовать объяснений, запретить проводить у него в голове всякие непонятные сборища, но браслет снова нагрелся.

— "Вас вызывают", — мигала зеленая лампочка.

— Ты можешь ходить аккуратней?! — рявкнул Джозеф, выныривая.

Нарвался на испепеляющий взгляд Далилы. Почему это оказалась не Дейдара?!

— Один связник вернулся, — холодно поведала она, поджимая губы. — Общий сбор.

Девушка ушла. Руководитель стажировки вздохнул, потер переносицу и встал с расстеленного на полу спальника. В этот раз отдых его измотал даже больше, чем предшествовавшие ему перелет и поездка.

Саймон сидел на полу и, расслабляя галстук, жадно пил холодную минералку. Мятый пиджак уже висел на спинке стула Тинка. Связнику, как человеку, поддерживавшему отношения с местным правительством, приходилось одеваться официально.

— Ой жара-а-а... — покачал он головой, отрываясь от бутылки. — Кошмар какой-то. Две недели назад был на задании в Норвегии, теперь тут. От такой смены климата у меня скоро здоровье закончится.

Сорванный галстук полетел на пол.

— Стриптиз для нищих? — довольно ухмыльнулась Джамиля из клубов дыма.

— Тебя же просили не курить в помещении! — возмутилась незнакомая женщина. — Не забывай, что ты здесь не одна! Подумай о здоровье окружающих!

"Медик", — догадались новоприбывшие.

— Хорошо тебе говорить, — проворчал Саймон, обращаясь к курильщице и расстегивая верхние пуговицы рубашки. — Сидишь целый день в теньке, пиво холодное хлещешь. А я ношусь по всему городу, разговариваю с переводчиками и чиновниками. Ни те, ни другие не понимают, что я от них хочу. По солнцепеку...

— Ладно, не ной, — аналитик всё-таки потушила сигарету.

— Здрасте, — связник вопросительно уставился на еще пока не знакомых ему девушек и мужчину.

— Добрый день, — сдержанно поздоровалась Далила.

Остальные ограничились кивками.

— Оперативники, — Джамиля встала, подошла к холодильнику и вынула банку пива. — Прибыли на смену Джастину.

Послышались щелчок, скрежет разрываемой жести и тихое шипение.

— Хорошо хоть додумались троих послать, — покачала головой женщина-медик. — А то у меня сердце кровью обливалось, глядя, как он в одиночестве на поиски отправлялся.

— Джозеф, — представился мужчина. — А это мои стажерки Дейдара с Далилой.

— Саймон, — связник, протянул руку для пожатия.

Вставать с пола он явно в ближайшее время был не намерен.

— Валерия, — подтвердила догадку о своем подразделении противница курения. — Веренс и Владилен сейчас тоже придут.

Спасатели всё еще где-то пропадали. Даже Маркус исчез. Так что начало общего сбора несколько задержалось.

— В общем, не дадут нам больше людей, — поведал Саймон, когда все собрались. — Более того, тех, что выделили до этого, через пару дней грозятся отозвать. Якобы своих проблем хватает, чтоб еще на каких-то туристов время, силы и деньги тратить.

— А их не волнует, что среди этих туристов владелец солидного банка, жена нефтяника и сынок знаменитого певца? — поинтересовался Динь-Динь.

Компьютер у него отобрали, пообещав вернуть после окончания разговора.

— Видимо, нет, — пожал плечами Мигель — бывший десантник, а ныне член подразделения спасателей. — Лично мне вот тоже наплевать, кто ехал в том автобусе.

— Ладно, своими силами разберемся, — здоровяк Мэйсон размял шею. — Профессионалы мы или кто?

— Или кто, — подумал Джозеф, мрачнея всё сильнее и сильнее, глядя на своих подопечных.

— Серж еще не вернулся? — озаботилась Валерия — немолодая полная женщина с короткими волосами неопределенного цвета. — А то давно его уже нет...

— Нет пока, — покачал головой Владилен — самый младший из всех присутствовавших, не считая практиканток. — Я тоже волнуюсь.

— А в какое племя он поехал? — поинтересовалась Дейдара.

— Да тут неподалеку дикари-каннибалы обитают, — зевнула Джамиля. — Автобус вполне мог оказаться на их землях.

— Э-э-э... — девушка беспомощно оглянулась на руководителя.

— Да всё с ним в порядке будет, — отмахнулась сидевшая на коленях у Мигеля черноволосая красавица Магда. — Ему не привыкать.

Серж, можно сказать, специализировался на таких случаях. Нельзя сказать, что его это сильно радовало, но каждый раз, когда возникала необходимость отправить переговорщика к каким-нибудь людоедам, руководство вспоминало о нем. Потому что выглядел он настолько неаппетитно (даже несъедобно), что можно было практически не опасаться противоестественного освобождения занимаемой им должности. Худой, болезненно костлявый, с нездоровым цветом лица и темными кругами под глазами, он способен был вызвать одним своим видом несварение у любого плотоядно посмотревшего на него существа. У всех прочих, глядя на него, могло возникнуть одно из двух противоположных желаний: окружить заботой и кормить-кормить-кормить или же бежать за связкой чеснока и осиновым колом. Начальство считало Сержа ценным сотрудником и ненавязчиво подталкивало к ведению нездорового образа жизни: дарило дорогие зажигалки и алкогольные напитки, чтоб не дать предательскому румянцу ни шанса проступить на его щеках.

— Можно узнать, почему он туда отправился только сейчас? — Далила достала блокнот и ручку, явно собираясь записывать. — Если туристы действительно оказались там, то их уже десять раз могли успеть съесть.

— Вообще-то, это второй контакт с тем племенем, — почесал шею Тинк. — Первый раз с ними связались сразу же по приезде...

— Они загадочно ковырялись в зубах и уверяли, что никого не видели, — ухмыльнулась Джамиля, вожделенно поглядывая на пачку сигарет.

— Следов автобуса в округе мы не нашли, так что допустили, что племя не врет. Занялись разработкой других направлений, — продолжал Динь-Динь. — Решили, что теперь стоит их еще разок навестить.

— А вы не считаете, что...

— Давайте, пока Серж не пришел, вы нас введете в текущее положение дел, — спешно перебил подопечную Джозеф. — Полагаю, что доступная нам информация была не совсем полной и могла устареть.

О том, что её просто не успели толком изучить, мужчина решил умолчать.

Поскольку от спасателей с медиками не требовалось досконально разбираться в ситуации, они в ней толком и не разбирались. Их участие должно было начаться лишь тогда, когда автобус с туристами будет найден. И то далеко не факт, что оно вообще понадобится. Так что, предоставив аналитикам слово, они разошлись по своим делам. Саймон отправился в соседнюю комнату спать.

— Значит так, — Джамиля расстелила на полу карту местности и жестом велела оперативникам подсесть ближе. — Вот, мы сейчас тут, — женщина ткнула пальцем в какую-то точку. — Отсюда же выехал этот чертов автобус. А вот тут, — указала она на Тато — городок, находившийся на юго-востоке от столицы. — По доступным нам сведеньям его видели в последний раз. Храм. Деревня, — обозначила она остальные имевшие значение места.

— Как они планировали туда попасть? — Дейдара с удивлением разглядывала окружение места назначения туристов. — Тут же кругом джунгли и горы — автобусу не проехать.

— Именно поэтому его должны были оставить в той деревушке, — терпеливо напомнила подруге вторая стажерка.

— А дальше что, пешком?! — поразилась первая. — Владелец банка, жена нефтяника и сынок знаменитого певца?! По колено в грязи, отбиваясь от комаров?!

— На какие жертвы только не пойдешь ради подпитки энергией солнца, — Тинкербелл лениво крутился на своем стуле.

В соседней комнате, мешая Саймону спать, целовались и хихикали Мигель с Магдой. Маркус возился с машиной во дворе. Медики снова направились в местную больницу, а куда в очередной раз делись остальные спасатели, так никто и не понял.

— Значит, они исчезли где-то на этом промежутке, — задумчиво протянул Джозеф, разглядывая расстояние между городком и деревней.

— Да, как видишь, автобус мог свернуть в пяти местах...

— Но совсем не обязательно, что он поехал по дороге, — оперативник мысленно прикинул количество направлений, куда тот мог укатить по чистому полю, и ужаснулся.

— Именно, — кивнула Джамиля.

— Я трижды за день получаю снимки со спутника, — Динь-Динь извлек откуда-то шоколадку и принялся задумчиво ее разворачивать. — Автобус или его обломки ни на одном из них не засветились. Так что на открытом пространстве его нет.

— Местные власти пока оказывают нам помощь, так что радуйся, тебе не нужно бродить по всей этой местности, — Джамиля очертила пальцем большой круг на карте. — Нам выделили солдатиков, они здесь уже почти всё прошерстили. Все населенные пункты, по крайней мере, удалось скинуть на них.

— Ага, — неопределенно буркнул Джозеф, разглядывая изображение.

— Предположим, что автобус всё же поехал по дороге, — проговорила курильщица с незажженной сигаретой во рту, параллельно шаря по карманам в поисках спичек. — Исходя из того, что он находится в месте, где его сложно найти, отсекаем эти два поворота: данные пути просматриваются со спутника от и до, укрыться на них невозможно.

— Основные версии произошедшего вам известны? — спохватился Тинк, дожевывая свою шоколадку.

— На всякий случай, повтори, — попросил Джозеф.

Далила спешно закончила предложение и, перевернув страницу, написала "Версии". Подчеркнула и обвела в кружочек.

— Первая: несчастный случай, — Динь-Динь скомкал пустую обертку и кинул ее на пол. — Упали с обрыва или в какой-нибудь водоем, авария или что-нибудь еще того же рода. Вторая: автобус сломался, закончился бензин, потеряли ключи зажигания, что-то случилось с водителем. Третья: они заблудились.

Аналитик задумался, припоминая, что еще забыл назвать. Стул под ним жалобно скрипел.

— Четвертая: их съели туземцы, — добавила Дейдара.

— Да, такая тоже есть, — согласилась Джамиля, таки находя свои спички и раскуривая очередную сигарету.

— Пятая: к их исчезновению имеет или имеют отношение враг или враги кого-то из пропавших. Конкуренты, отвергнутые любовники, претенденты на наследство... А остальные пассажиры автобуса просто попали под горячую руку.

— Не забивайте себе голову, — посоветовал Тинк. — Этим мы занимаемся. Проверяем биографии всех туристов, ищем возможные связи... Ваша задача — найти пропавших. Желательно живыми.

— Спасибо, что сказал, — раздраженно фыркнул Джозеф. — Сам бы я не додумался.

— И всё что ли? — удивилась Дейдара, недоуменно глядя на аналитиков.

— Это — основные версии, — пожала плечами Джамиля. — Похищение инопланетянами, принесение в жертву языческому богу и всё такое мы обдумали тоже, но сочли менее вероятным. Впрочем, такую возможность не исключаем.

— Еще эти туристы могли передумать ехать в храм, а, к примеру, решили сгонять на море, — добавила Дейдара.

— Ближайший пляж находится на востоке соседнего государства. Им бы не хватило бензина, а попытайся они где-нибудь заправиться, мы бы узнали — ориентировки с их фотографиями разосланы во все населенные пункты округи, — Джамиля поднялась с пола и пошла к холодильнику за пивом. — Но, да, ты сейчас озвучила шестую версию. Пассажиры могли самовольно изменить маршрут и отправиться в другое место. Только странно, что никто из них не выходил на связь с родственниками и друзьями.

Женщина, на ходу вскрывая банку, вернулась к карте.

— Тинк, — позвала она коллегу, с жалостью туша недокуренную сигарету. — Выдай им фотографии пропавших.

Динь-Динь принялся рыться в бумажных завалах на полу.

— Вот, — наконец, нашел он небольшой фотоальбомчик. — Специально к твоему приезду сделал.

— Ага, спасибо.

— Здесь, помимо пассажиров, еще водитель и гид, — Джамиля побултыхала остатками пива и допила его одним глотком.

— Местные? — уточнила Далила.

Фотографии до нее пока не дошли.

— Нет. Представители организации, устроившей этот тур.

— Поехали без проводника? — шариковая ручка быстро строчила по бумаге.

— Да. Должны были встретить его в деревне.

— Кстати, он с вами пойдет, — аналитик отбросила пустую банку в сторону. — Сами вы в джунглях заблудитесь.

— Я думаю, нам стоит прибрать этот свинарник, — Тинк окинул взглядом комнату, будто впервые замечая валявшийся повсюду мусор. — Валерия опять расстроится.

— Ага, — неопределенно буркнула Джамиля, явно не горя желанием выгребать собственные окурки, тару из-под пива да шоколадные обертки коллеги.

Серж явился живой и невредимый где-то спустя час. Туземцы продолжали утверждать, что никого не видели, никого не ели, автобус не проезжал.

Проснулся Саймон. На радостях, что в ближайшее время ему не нужно было никуда идти по работе, переоделся в футболку расцветки "пожар в джунглях" и светлые шорты. С тоской поглядывал на Далилу — та как приехала в форме своей Академии, так ее и не снимала. Вернулись недостающие спасатели.

— Давайте перевезем штаб в Тато, — попросил Майк, появляясь в дверях. — Автобус последний раз видели там, так что, если с ним что-то случилось, оттуда мы доберемся до места куда быстрее, чем из столицы. Когда речь идет о человеческих жизнях, время...

— Ой, давай без этого, а? — раздраженно попросила Джамиля, бросая очередной фантик в мешок для мусора — то, что ее всё же заставили убираться, изрядно ее злило. — Скажи честно, что тебе там нужно! В чем твой корыстный интерес?

— Возле города протекает речка, — многозначительно произнес спасатель, плюхаясь на пол. — Мы ходили узнавать, вода там нормальная.

— А, — задумалась аналитик. — Да, ты прав. Когда речь идет о человеческих жизнях, время решает всё.

Шланг во дворе и невозможность нормально помыться уже всех успели доконать. На изображенную на карте голубую полоску возле Тато давно поглядывали с вожделением.

— Когда едем?! — оживилась Магда, выпуская Мигеля из объятий.

— Сначала надо убедить руководство в обоснованности этого шага, — протянул Саймон, досадливо морщась.

— Уже, — подал голос Тинк, не отрываясь от ноутбука. — Чем я, по-вашему, занимался всё это время? Разрешение получено.

— Да ты гений!

Джозеф завистливо вздохнул. Пока спасатели будут плавать, загорать и развлекаться, ему придется вкалывать в поте лица, скорее всего, в ужасных условиях, да к тому же еще и в раздражающем обществе стажерок. Аналитики, конечно, тоже будут работать, но это не считается.

Саймон быстренько созвонился с кем-то из местной администрации и добился обещания, что к утру следующего дня в Тато их будет ждать помещение под штаб и проживание личного состава.

Конец дня прошел в сборах. Оперативников к общему делу не привлекали — те сидели и сосредоточенно изучали прочие имевшиеся в деле сведенья, разглядывали фотографии пропавших и их средства транспорта, а также не имели ни малейшего понятия, что им делать.

В 8:00 невыспавшийся Джозеф стоял возле автобуса, также вытребованного Саймоном у местных властей для транспортировки людей и багажа до нового места, и лениво наблюдал за погрузкой. Маркус неподалеку ковырялся под капотом своего вездехода.

— Я слышал, вам сократили финансирование, — решил завязать беседу спасатель.

— А? — обернулся к нему Джозеф, думавший в этот момент совершенно о другом и прослушавший, что ему было сказано.

— Удивительно, — водитель склонился над стоявшим у его ног ящиком инструментов и принялся там что-то искать. — Вроде в серьезной организации работаем, а они на сотрудниках экономят.

— А, — неопределенно буркнул Джозеф, так и не понявший, о чем был этот разговор.

Мэйсон с Маратом заталкивали в автобус холодильник. Рядом дымила Джамиля, следя за тем, чтоб они не повредили ценное оборудование, назначение которого для всех, кроме самих аналитиков, представляло тайну.

— Я вот тоже уже сколько прошу новую машину, — продолжал Маркус, выбрав гаечный ключ и вернувшись к внутренностям автомобиля. — Каждый раз отвечают, что на это пока нет денег. Если однажды моя малютка встанет в самый ответственный момент, я ее пойму. У всего есть резерв. Свой она уже выработала.

Спасатель принялся подробно рассказывать обо всех превратностях судьбы многострадального вездехода, однажды даже провалившегося под лед на каком-то озере, о поломках и авариях. Джозефа эта тема не интересовала. На пороге появилась бодрая Дейдара в розовой майке, широких бежевых брюках с карманами на коленях и джинсовой бейсболке со значком. На последнем явно было что-то написано, но что именно с такого расстояния руководитель стажировки разобрать не смог.

— И это — столица?! — девушка окинула улицу недоуменным взглядом.

Увиденное ее слегка потрясло. Несколько унылых ветхих одноэтажных домишек, разбитая дорога, стайка тощих куриц, да куча мусора. Когда за день до этого оперативников привезли из аэропорта, им было слегка не до разглядывания местности. За ночь же всем троим ощутимо полегчало, и теперь появилась возможность оглядеться, не опасаясь, что голова лопнет от резких движений.

— Самая ее окраина, — отозвался Саймон. — В центре города получше.

Сегодня на его рубашке были изображены крупные ананасы. Мужчина сидел на крылечке и наслаждался бездельем.

Связникам надлежало выглядеть презентабельно. В это подразделение старались брать людей с приятной, располагающей к себе внешностью, хорошим вкусом и умением себя подать (Серж был одним из немногочисленных исключений). У любого, общающегося с ними, должно было возникать неодолимое желание немедленно исполнить любую их просьбу. Саймон укладывался во все необходимые критерии, кроме наличия хорошего вкуса. Он ненавидел одеваться элегантно и страдал в костюмах и галстуках. Обожал свои рубашки, расцветки для которых явно придумывали наркоманы со стажем, и шлепанцы на босу ногу. Нацепив темные очки, он чуть ли не урчал от удовольствия — отъезд из столицы означал, что теперь ему придется ограничивать свое общение с властями редкими телефонными разговорами, так что пиджак можно было с чистой совестью убрать на дно чемодана.

Дейдара с любопытством посмотрела на ананасы. Все они были в темных очках, сомбреро, курили толстые сигары и нагло улыбались, сверкая идеальными зубами. Они ей понравились.

— Где твоя подруга? — недовольно окликнул ее Джозеф. — Мы уже уезжаем скоро. Она там проснулась хотя бы?

— Одевается, — отозвалась Дейдара, продолжая разглядывать фрукты-мексиканцев.

— Ясно, — буркнул руководитель практики, переводя взгляд на спасателей, всё еще пытавшихся пристроить холодильник в автобусе. — Ты не знаешь, она так и собирается ходить в вашей форме и капроновых колготках?

— Не собирается, — послышался с крыльца второй девичий голос.

Обернувшись, Джозеф увидел существо в камуфляже. Защитного цвета штаны, такая же бандана, темно-зеленая боксерская майка, и кроссовки. Волосы собраны в две тонкие, торчащие из-под головного убора, косицы. Прежними остались только очки.

Далила тоже оглядела окрестности, но свое мнение оставила при себе. Сбросила с плеча на крыльцо массивный рюкзак.

Джозеф медитировал на ее внешний вид.

— Что это? — выдавил он, наконец.

— Нож, — спокойно ответила Далила, перехватывая взгляд, зафиксировавшийся на прикрепленном к ее поясу чехлу. — Там в набор еще входят открывалка, вилка, штопор, пила, пилочка для ногтей, отвертка и ножницы. Незаменимая в походе вещь.

— А.

— Вам я тоже советую купить такой же.

— Ага, обязательно, — буркнул Джозеф, теряя к подопечной интерес.

Ехать предстояло достаточно далеко и долго. Оперативники сидели втроем на самом заднем сидении. Автобус, поднимая пыль, трясся на колдобинах. Несмотря на раннее время, было уже достаточно жарко.

— ... и тогда Шиниромару-сама его убил.

— Подожди, ты же говорила, что они были друзьями, — запутался Джозеф.

— Да, но помните, я рассказывала, как он пошел в горы искать своего учителя?

— Это который демон? — попытался сориентироваться мужчина.

— НЕТ! Демон здесь вообще ни при чем! Демон хранит душу Наоко, которую хочет получить Уминеко, чтоб сделать из нее исцеляющую броню. А учитель просто проклят и жить ему осталось до тех пор, пока не опадут все листья с персикового дерева у могилы его ученика-предателя.

"Кто все эти люди?!" — беспомощно думал Джозеф, не собираясь задавать этот вопрос вслух из опасений услышать ответ.

— И вот, Шиниромару-сама мстит Кинтаро за то, что тот перебил всю его семью, а его самого ребенком продал в рабствоаннее времяать кого-нибудь другогоажплеча рукавамиовека и помрачнел еще больше. рочих сердцеедов, если б не детская мечта о при. Ну, вспоминайте! Я же это уже говорила. Вот, а Кохаку-доно...

— Учитель? — сообразил Джозеф.

— Да! Сказал ему тогда, что этим он обречет свою сестру на смерть...

— У него же и так всю семью перебили.

— Оказалось, что у Шиниромару-сама была еще одна сестра, которую сразу же после рождения отдали на воспитание в храм. Никто не знал о ее существовании, пока об этом не рассказал боевой монах-отшельник, оберегавший ее все эти годы. У него еще такая кавайная обезьянка была. И вот, Шиниромару-сама Кохаку-доно не послушал, и Цубаки сделали невестой Бога Реки — красиво нарядили и утопили.

— Цубаки — это сестра?

— Да, но ее полюбил демон... ДРУГОЙ ДЕМОН! Он ее спас и теперь убеждает стать его женой. Но все уверены, что она погибла. А если она родит ему ребенка, то, согласно пророчеству, тот станет сильнейшим из всех смертных и завладеет Божественным Мечом!

— А первый демон?..

— Да забудьте вы о нем! Там дальше тако-о-ое!!! В общем, в это же время разбойники убивают Момоханако — невесту Кибы. Он сходит с ума и решает выкупить ее жизнь у Бога Смерти. Чтоб это сделать... Что тебе?!

Дейдара недовольно обернулась к настойчиво тыкавшей ее локтем в бок Далиле. Прежде та старательно делала вид, что едет отдельно от своих спутников, и что-то читала. Убедившись, что привлекла к себе внимание, девушка, не отрывая глаз от книги, кивком указала вперед. Джозеф недоуменно поглядел в указанном направлении.

На них смотрел весь автобус, лишь водителя больше интересовала дорога, чем разговор за его спиной. На лицах спасателей, связников, медиков и поисковиков была смесь недоумения с любопытством.

— Не обращайте внимания, — буркнул руководитель стажировки, злясь на то, что не сумел отделаться от пересказа подопечной.

— И вот, чтоб это сделать... — тише продолжила та, пододвигаясь к начальнику ближе.

"SHUT UP" прочитал, наконец, он надпись на ее значке. Джозеф мысленно посоветовал ей самой последовать этому указанию и тяжело вздохнул.

— Дейдара, достаточно, — спокойно сказала Далила, переворачивая страницу.

Девушка замолчала на середине слова, вопросительно посмотрела на подругу, пару раз моргнула и, отодвинувшись от мужчины, полезла в сумку за плеером.

Оперативник снова вздохнул. На этот раз с облегчением.

В Тато автобус и следовавший за ним вездеход Маркуса приехали через пять часов. Выделенный работникам ведомства домик оказался даже хуже предыдущего, зато долгожданная река протекала неподалеку.

— Джастин здесь уже все проверил, — Джамиля снова курила, наблюдая за тем, чтоб оборудование не повредили при разгрузке. — Так что оставаться здесь вам смысла нет. Я б посоветовала идти дальше прямо сейчас. Чем быстрее отсюда свалите, тем раньше освободитесь.

— Тебя просто злит, что, пока мы тут, ты не можешь идти купаться, — фыркнул Джозеф.

— В любом случае, нам надо дождаться проводника, — подала голос Далила. — Без него мы и с места не сдвинемся!

— Точно, — помрачнела аналитик.

— Ладно, подойдите сюда, — Динь-Динь, рывшийся до этого в сумке, что-то вынул. — Короче. Это маячки. Сейчас я их на вас закреплю — не смейте снимать. Если с вами что-нибудь случится, мы сможем вас по ним найти и вытащить.

Тинк закрепил на правых запястьях оперативников по туго облегавшему руку металлическому браслету. Руководитель стажировки с неудовольствием отметил, что тот пришелся точно на место, где на время пребывания на "острове" появлялась "вызывалка". Ну и ладно. Всё равно он был обижен на торговца и не собирался в ближайшее время появляться в магазине.

— Это тебе, — аналитик протянул Джозефу последнюю модель карманного компьютера. — Пользоваться, я надеюсь, умеешь?

— Ну разумеется! — огрызнулся тот.

— Давайте проверим, ничего ли вы не забыли, — Динь-Динь сложил руки на груди и задумался. — Еду, фотоаппарат, запасную одежду, медикаменты, средство от комаров, сигнальные ракеты, веревки и эти ваши поисковые штучки взяли?

— Взяли-взяли, — Джозеф с тоской посмотрел на ящик с "поисковыми штучками", тащить которой явно предстояло ему.

Одна надежда на то, что пешком ходить не придется.

— Где этот проводник шляется?! — злобно бормотала Джамиля, оглядываясь по сторонам.

— Средства гигиены? Туалетную бумагу? Где твой головной убор? Не говори мне, что ты не взял с собой хотя бы кепку?!

— Слушай, — вспылил Джозеф. — Ты мне не мать! Какая тебе разница, взял я кепку или нет?!

— Взял, — отозвалась Далила.

— А? — настороженно обернулся к ней начальник.

Девушка полезла в свой рюкзак и извлекла оттуда белую панамку с широкими полями.

— Так и знала, что вы что-нибудь забудете, — стажерка протянула ее напрягшемуся Джозефу. — Поэтому, на всякий случай, захватила и для вас.

Прежде, чем тот придумал, как ему реагировать и что говорить, возле их автобуса затормозил старый потрепанный джип. За рулем сидел мужчина, вполне могший стать голливудским актером, играющим героев-любовников и прочих сердцеедов. Молодой, привлекательный, голубоглазый, загорелый, спортивного телосложения и с обворожительной улыбкой. На голове у него был пробковый шлем.

— Здравствуйте, — обратился он к присутствовавшим, облокачиваясь на дверку своей машины. — Я по адресу приехал? Проводник здесь требуется?

— Я тебя поздравляю! — хохотнула Джамиля, хлопая Джозефа по плечу. — У тебя будет секси-гид! Эх, меня бы на твое место!..

Оперативник посмотрел на сидевшего в позе супермодели человека и помрачнел еще больше. А ведь думал, что хуже уже не будет.

3.

— Вы что, местный? — с нескрываемым сомнением уточнил Джозеф.

Проводник, неизвестно чему радуясь, вел свою машину по дороге, ведшей в мелкую деревушку на границе с джунглями. По его заверениям, добраться туда они должны были лишь на следующий день.

— Нет, — мечтательно покачал головой блондин. — Моя семья переехала сюда, когда мне было пять лет. Из-за работы отца. Он зоолог, занимается спасением горилл от вымирания. Вы знаете, они такие интересные! Почти, как люди! Когда стая идет на водопой... Девчонки, вы там нормально устроились? — вдруг обернулся он к расположившимся на заднем сидении стажеркам.

— На дорогу смотрите, пожалуйста, — сдержанно попросила Далила.

— Ну да, — гид снова сел нормально. — Так вот, вам известно, что гориллы?..

— Вы вообще кто? — поинтересовалась Дейдара, поправляя свою кепку.

— Можешь звать меня Боб, — проводник снова повернулся к юным пассажиркам, обворожительно улыбаясь.

Ни на одну из них это почему-то не подействовало.

— Скажите, Роберт, — не дал вернуться к обезьяньей теме руководитель практики. — Насколько хорошо вы знаете местность?

— Как свои пять пальцев!

— Значит, плохо, — отозвалась сзади Далила. — У среднестатистического человека их двадцать.

Джозеф с мрачным удовлетворением мысленно пожал девушке руку. Новый знакомый был приветлив, мил и всё такое. Не говоря уж о невозможно раздражавшей внешности. Оперативника это ужасно бесило. Рядом с ним он чувствовал себя унылым закомплексованным озлобленным неудачником.

Боб на слова практикантки весело рассмеялся. Шутка ему понравилась.

— Я вырос здесь. С детства мечтал стать тем, кем являюсь. Упорно шел к своей цели...

— Значит, языкового барьера с местным населением нет? — жизнерадостная улыбка молодого человека доводила поисковика до белого каления.

— Ну разумеется!

— Ладно, тогда всё остальное как-нибудь переживем, — подумал Джозеф.

— Это ведь с вами должны были встретиться пропавшие, да? — Дейдара перешла к делу. — Расскажите, пожалуйста, всё, что вам известно.

— Я же уже говорил...

— Не нам, — поддержала ее Далила.

— Ну-у-у... Где-то месяц назад со мной связался один человек. Представился, сказал, что необходимо довести туристов до храма Но-Гха Двехъйырда. Мы обсудили условия, стоимость моих услуг и всё такое. Я посоветовал доставить группу в Угдо...

— Это деревня?

— Да. Мы с вами, как раз сейчас туда едем. И вот. Договорились, что автобус прибудет на место пятнадцатого. На всякий случай, я туда приехал еще четырнадцатого. Нашел нужное количество осликов — был уверен, что пешком эти люди не дойдут. В нужный день никто не появился. Подумал: "Мало ли что могло случиться? В пути задержались или еще что". Прождал до следующего утра. Забеспокоился, попытался дозвониться до человека, с которым до этого общался — он у них вроде как гид и тоже должен был ехать на том автобусе. Трубку никто не брал. Я поднял панику и обратился к властям. Больше мне ничего не известно.

— Забыли у Джамили узнать, не было ли требований о выкупе... — Дейдара задумчиво мяла нижнюю губу.

— Думаю, если б они были, она б нам непременно об этом сообщила, — заметила Далила.

— А мы тоже на осликах поедем? — уточнил Джозеф.

— Ну-у, если вы хотите пешком...

— Не хотим.

Оперативник с тоской разглядывал пейзаж. Случайно заметить пропавший автобус он не надеялся — эту часть пути Джастин успел осмотреть. По прикидкам аналитиков, бензина без дозаправки туристам должно было хватить как раз до деревни, а с учетом двух запасных канистр, имевшихся у них с собой, и на обратный путь до Тато.

— Ну и где их теперь искать? — мрачно думал Джозеф, разворачивая на коленях карту. Настроение было паршивое.

Прикинув на глаз двойное расстояние от города до Угдо, он очертил указательным пальцем окружность этого радиуса вокруг места отбытия автобуса.

— Что там? — заинтересовалась Далила, заметив действия начальника.

— Скорее всего, они где-то здесь, — пояснил тот, снова проводя по изображению местности. — Если, конечно, не нашли источник топлива, о котором нам не известно, и не уехали дальше.

— Знаете, злоумышленник мог привезти в условленное место дополнительные канистры с бензином, — предположила Дейдара, тоже присоединяясь к изучению карты. — Предположим, что его сообщник либо сразу находился в автобусе под видом одного из туристов, либо каким-то образом смог в него попасть по дороге... А! Точно! Это был водитель! Да, теперь всё сходится.

— Что сходится? — Джозеф недоуменно обернулся к воодушевившейся подчиненной.

— Неизвестный злоумышленник, знавший о грядущей поездке к храму, решил похитить наших пассажиров для каких-то своих целей. Не важно, каких. Возможно, его интересовал кто-то конкретно, а всех остальных, как нежелательных свидетелей, он планировал позже убить или продать в рабство — это не имеет особого значения. И вот, угрозами, шантажом или подкупом он вынудил водителя ему помогать. Тот должен был изменить маршрут и привезти автобус в указанное место. Туристы дороги до деревни не знали, поэтому не могли заметить ничего странного и поднять панику. Хотя... Да, пожалуй, водитель мог быть главным заговорщиком. Никто его не принуждал, он всё сам придумал и провернул!

— Такое тоже возможно, — подумав, согласился Джозеф.

— Версиями занимаются аналитики, — напомнила Далила. — Наша задача — найти пропавших, а не думать, как они там оказались.

— Ну не скажи, — протянула Дейдара, оборачиваясь к подруге. — Зная психологию преступников, можно предположить, куда те могли отогнать автобус и как избавились от тел.

— Ты знаешь психологию преступников? — уточнил Джозеф, отмечая про себя "избавились от тел".

— Нет, но могу ее придумать! Это просто. Нужно поставить себя на место...

— Ладно, займешься этим на досуге, — прервал ее начальник.

— Племя каннибалов здесь где-то рядом? — обратилась к Роберту Далила.

— Да, рукой подать! — жизнерадостно отозвался тот. — Хотите заехать?

— Скорее уж объехать, — буркнул Джозеф, снова склоняясь над картой. — Скажите, с нашим предшественником тоже вы работали?

— Нет. Я тогда был занят и не мог помочь.

— Тогда надо будет переговорить с самим Джастином, — пробормотал оперативник. — Надеюсь, на его способности мыслить и изъясняться тот паук не повлиял...

Через час они остановились на отдых.

— Алло, шеф?

— Изволил позвонить, что ли? — раздался в трубке недовольный голос. — Да неужели?! На исходе второго дня таки вспомнил, что ему нужно доложиться! Какая радость! Волнуешься за него, волнуешься. Переживаешь... Долетел ли? Не разбился ли самолет? И что получаешь в благодарность?! Совести у тебя нет! Как там девочки? Освоились?

— Да, всё нормально, — Джозеф давно привык к привычкам начальства ворчать по любому поводу и перескакивать с темы на тему.

— Ну? Что там у тебя?

— Добрались нормально, встретились с аналитиками. В курс дела нас ввели...

— В курс дела вы должны были войти самостоятельно еще в офисе! Я кому велел всё хорошенько изучить?! Вот так вот сотрудники исполняют мои указания...

— Некоторые вещи можно узнать только на месте, — успел вклиниться Джозеф — возмущаться шеф мог очень долго. — В данный момент направляемся в Угдо. Думаем начать поиски оттуда, раз уж Тато и его окрестности Джастин успел проверить.

— А. Ну-ну, — успокоилось начальство.

— У меня вопрос. В каком он сейчас состоянии?

— Кто?

— Покусанный. Мне поговорить с ним надо.

— Ну так поговори! Я-то здесь при чём? На свой рабочий телефон позвони — он сейчас в кабинете должен быть.

В трубке послышались гудки — шеф ясно дал понять, что, кроме Джозефа, у него еще была куча других, более важных и неотложных, дел. Мужчина, пару секунд подумав, послушно набрал собственный номер.

— Оперативный отдел слушает! — вскоре послышался бодрый голос товарища.

— Ты живой еще, что ли? — не очень дружелюбно поинтересовался поисковик.

На другом конце линии повисло недоуменное молчание.

— Я это, — вздохнул Джозеф. — Как самочувствие?

— Нормально, — неуверенно отозвался Джастин, так и не сообразив, с кем говорил. — Опухоль почти спала, температуры нет.

— Отлично. Тогда рассказывай, что тут да как. Аналитики аналитиками, но мне бы хотелось услышать и от тебя что-нибудь.

Собеседник снова затих. Даже отсюда можно было почувствовать ожесточенную работу мозга.

— Джозеф, ты, что ли? — осторожно уточнил покусанный.

— Я, что ли.

— Приве-е-ет! — обрадовался оперативник. — Как ты там?

— Глупый вопрос.

— А, ну да... Твой красавчик шлет тебе воздушный поцелуй!

— Кто?! — не понял Джозеф.

— Знойный мужчина на стене, — голос Джастина был неприлично весел. — Говорит, что скучает.

— Всё-таки стоило сжечь эти постеры, — подумал Джозеф, раздражаясь, а вслух добавил. — Это не моё. Это стажерка повесила.

— Не замечал за тобой прежде! — продолжал глумиться больной, не обращая внимания на слова собеседника. — Можно узнать хотя бы, как его зовут?

— Шиниромару-сама, — злобно прошипел в трубку оперативник.

— Как-как?! — товарищ явно напрашивался на преждевременную насильственную смерть. — Слушай, у тебя тут так здорово! Сиди и ничего не делай весь день. Я тоже так хочу! Поменяемся навсегда? Я стану бумажками заниматься, а ты по заданиям ездить. Тебе полезно будет на свежем воздухе находиться — хоть мускулы немного накачаешь. А то задохлик задохликом. Глядишь, и девушки на тебя клевать начнут. Согласен?

— Ага. Непременно! — рыкнул Джозеф, нажимая кнопку с красной трубкой.

Забыв, зачем вообще звонил, он несколько секунд в гневе глядел на свой телефон, сунул его в нагрудный карман рубашки и зашагал обратно к машине.

Боб что-то оживленно рассказывал девушкам. Те жевали какие-то булки и выглядели вполне довольными жизнью.

— Ну? — заметив приближающегося руководителя, обернулась Далила. — Поговорили?

— В каком-то смысле, — буркнул Джозеф, вспоминая изначально предполагаемую тему разговора и плюхаясь на переднее сиденье. — Всё, поехали дальше!

Переглянувшись, его спутники пожали плечами и тоже расселись по местам. Какое-то время ехали молча, порой искоса поглядывая на мрачного мужчину.

— Скажите, Роберт, — сказал тот вдруг. — Тут где-нибудь поблизости шамана найти можно?

— Да, — водитель был слегка удивлен таким вопросом.

— И вы с ним друг друга поймете? — Джозеф устремил на растерянного проводника пытливый взгляд.

— Ну-у-у... Я неплохо знаю язык муаги...

— Отлично, — поисковик довольно откинулся на спинку сиденья, складывая руки на груди. — Тогда по дороге заедьте к нему, будьте так любезны.

— Э-э-э... — неуверенно протянул Боб, оборачиваясь к стажеркам в поисках поддержки.

Тем нечем было ему помочь. Девушки бессильно развели руками.

— Следите за дорогой, пожалуйста, — попросила Далила.

Шаман был грязным, патлатым и почти голым. Неподалеку толпились его шушукавшиеся соплеменники.

— А ты не мог предупредить, куда мы едем?! — шепнул Роберту Джозеф, переходя на "ты".

— Я же сказал, что он из муаги, — легкомысленно пожал плечами тот.

— А откуда мне было знать, что речь идет о том племени каннибалов?! — прошипел оперативник.

Он очень надеялся, что дикари сегодня уже пообедали. Девушки предусмотрительно остались в машине.

Местный колдун что-то сказал. Проводник ему ответил.

— Эй, они же не станут нас есть, да? — уточнил руководитель стажировки.

К его удивлению, страшно ему практически не было. Он ощущал лишь определенный дискомфорт от подобного окружения. Возможно, причина заключалась в том, что он всё еще был зол.

— Шаман спрашивает, что тебе нужно, — перевел Боб, тоже переходя на "ты". — Нет, его люди настроены дружелюбно и не причинят нам вреда.

— Сели на диету?

— Нет, — терпеливо произнес Роберт. — Просто не хотят портить отношения со мной.

— О-о-о... — понимающе покивал Джозеф. — Тогда спроси, пожалуйста, нет ли у него какой-нибудь лишней куклы Вуду или чего-то подобного.

Проводник с сомнением посмотрел на своего пассажира и нахмурился. Лицо последнего не выражало готовности к конструктивному диалогу, поэтому, вздохнув, он принялся что-то втолковывать вопросительно поглядывавшему на приезжих дикарю.

Джозеф терпеливо ждал, изредка стреляя глазами по сторонам — не собрался ли кто-нибудь подзакусить им или его подопечными. Аборигены вели себя мирно — не часто к ним по своей воле заезжали гости. Они были слегка удивлены и смущались.

— Шаман говорит, что кукла для проклятий у него есть, — поведал Роберт, поворачиваясь к клиенту.

— Отлично, — с мрачной решимостью кивнул тот. — Сколько она стоит?

— Э-э-э... — неуверенно протянул проводник, беспомощно оглядываясь.

— Частями тела не расплачиваюсь, — добавил оперативник, буравя колдуна взглядом.

Посомневавшись, Боб опять принялся беседовать с местным жителем.

— Он спрашивает, что ты можешь предложить?

Джозеф задумался.

— Минуточку, — мужчина развернулся и зашагал к машине.

Девушки испуганно прижались друг к другу: последнюю пару часов их начальник вел себя странно. Не обращая на них внимания, оперативник принялся рыться в пакете с едой.

— Питьевой йогурт его устроит? — крикнул он, оборачиваясь к Роберту и показывая белую пластиковую бутылочку с пестрой этикеткой.

Как ни странно, шаман согласился, выторговав в дополнение к полезным бифидобактериям еще и пачку печенья с шоколадом.

— Можно узнать, зачем это? — Роберту было неспокойно.

Из племени они уехали в целости и сохранности. Пассажиры молчали. Один из них задумчиво разглядывал слепленную из какой-то темной смолы небольшую человекообразную фигуру. Остальные напряженно за ним наблюдали.

— Да так... — отозвался Джозеф. — Для личных нужд.

— Я бы не советовал, — водитель напрягся еще больше. — Это может быть опасно!

— На это и рассчитываю.

— Но!..

— Следи, пожалуйста, за дорогой, — поисковик взвесил покупку на ладони и о чем-то задумался.

Бедному Роберту стало совсем неуютно. Выросший в этих местах, он привык серьезно относиться ко всяким суевериям и, будучи человеком добрым и крайне дружелюбным, приходил в ужас при мысли, что кто-то может хладнокровно использовать шаманскую куклу "для личных нужд". Он с опаской покосился на предмет в руках у оперативника.

— Дай мне свой нож, — попросил тот, протягивая руку к стажерке.

Далила молча положила в требовательно раскрытую ладонь содержимое футляра с пояса.

— Пишем имя на спине, — бормотал Джозеф, припоминая инструкции колдуна.

Порывшись в многофункциональном приспособлении, он остановил свой выбор на имевшейся в наборе небольшой отвертке.

— Готово, — мстительно произнес он, любуясь выцарапанными буквами.

Ох, не стоило Джастину в свое время хвалиться своим якобы дворянским происхождением и светить настоящим именем направо и налево!

Сбоку замаячили головы заинтересовавшихся девушек.

— Думаете, сработает? — скептически поинтересовалась Далила, пододвигаясь ближе и вцепляясь в спинки передних сидений, чтоб лучше видеть происходившее.

— Сейчас узнаем, — отозвалась Дейдара, пытаясь оттеснить подругу.

Проводник понял, что в машине гуманистов, кроме него, не было.

— Вы отдаете себе отчет в том, что собираетесь убить человека?!

— Ну почему сразу убить? — Джозеф снова покопался в устройстве и, решив не оригинальничать, вынул нож. — Немного физических страданий пойдет ему только на пользу...

Подумав, мужчина достал из кармана телефон.

— Алло, Вилле? Не отвлекаю? Слушай, у меня к тебе просьба. Сходи, пожалуйста, в мой кабинет.

Медик послушно пошел. На то, чтобы дойти, потребовалось некоторое время.

— Ну? Я на месте.

— Джастин там? — зажав трубку между ухом и плечом, Джозеф взял в одну руку куклу, а в другую ножик.

— Да. Привет, Джастин! Вот сидит, смотрит на меня удивленными глазами...

— Очень хорошо! Скажи, как он себя чувствует? — оперативник тихонечко прикоснулся кончиком лезвия к руке фигурки.

— Да нормально вроде, — пожал плечами Вилле. — Температура спала, опухоль тоже... Я, конечно, считаю, что ему стоило еще хотя бы недельку отлежаться, но...

— Не кричит? Не дергается? — Джозеф принялся задумчиво рассматривать оставшийся на смоле след.

— Да нет. Спрашивает, в чем дело...

— И сейчас? — оперативник ткнул сильнее.

— Я не понимаю, о чем ты...

— Хм... Просто за него волнуюсь, — соврал поисковик, сосредоточенно роясь в ноже. — При его склонности к травмам...

— Попробуйте пилочку для ногтей, — прошептала Дейдара.

Джозеф кивнул.

— ... Так вот, зная его, — продолжил он, маниакально скребя посоветованным девушкой инструментом по плечу куклы, — опасаюсь, как бы с ним чего не случилось. Как он там, кстати?

На другом конце линии послышался какой-то шорох.

— Слушай, что происходит?! — донесся недовольный голос отобравшего у медика трубку Джастина.

— Ничего, — Джозеф нахмурился, глядя на оставшиеся на фигурке царапины и борозды. — Ты себя как вообще чувствуешь?

— Нормально. Ты это спрашивал всего пару часов назад!

— Да? Мало ли что могло с тобой случиться за это время...

— Скажи, с чего вдруг такая забота?!

— Ну-у-у... — протянул оперативник, ввинчивая кукле в голову штопор. — Кто-то же должен писать за меня объяснительные. Раз уж ты пока делаешь мою работу, то было бы нехорошо, если б с тобой что-то произошло. Как самочувствие-то, говоришь?

— А что, у тебя есть основания полагать, что в нем могли произойти изменения? — раздраженно поинтересовался покусанный. — Ты что-то знаешь?

— Говорю же, очень не хочется самому докладные строчить, — Джозеф сердито уставился на утратившую товарный вид фигурку.

— Ладно, пока, — буркнул он, выключая телефон.

— Наверное, бракованная, — предположила Дейдара.

Роберт вздохнул с облегчением и явно повеселел.

— Черт, лучше б я этот йогурт сам съел, — разочарованно пробормотал Джозеф, вертя бесполезную покупку в руках.

— Дайте мне, — попросила Далила.

Какое-то время у нее ушло на извлечение штопора из смоляной головы. С тоской взглянув на измазанный липкой черной массой нож и представив, как сложно будет его отчистить, девушка хмуро уставилась на куклу. Не переставая буравить ее взглядом, она осторожно взялась двумя пальцами за маленькую руку и задумчиво ее погнула.

— Ладно, забудь, — вздохнул Джозеф, забирая у подчиненной фигурку. — Не работает она.

С тоской подумав о зря потраченных продуктах, мужчина швырнул покупку в ближайшую канаву. Девушки, убедившись, что больше ничего интересного в ближайшее время не предвидится, расселись по своим местам и заскучали.

— Ку-ку, — послышалось из стоявшей в ногах у оперативника сумки.

Оторвавшись от мрачных мыслей о шамане-проходимце, Джозеф полез за пытавшимся привлечь к себе внимание портативным компьютером. На весь экран было раскрыто диалоговое окно. В правом верхнем углу желтоволосая фея в зеленом платье высекала искры взмахом волшебной палочки. Мигала фраза "Вам пишет *tinkerbell*".

"Как вас туда занесло??!!!" — прочитал Джозеф.

"Куда?" — напечатал он в ответ.

"Слава богу, живой. Мы уже начали волноваться. Всё в порядке?"

"Да, просто кое-куда заехали по дороге".

"Решили допросить людоедов еще раз, что ли?"

"А. По маячкам отследили?" — догадался оперативник.

"У вас зацепки уже появились? Или вы просто решили рандомно кататься по местности, надеясь на удачу?"

"Ни то, ни другое. Здесь мы сделали всё, что хотели. Теперь едем в Угдо, как и планировалось".

"Странно вы как-то туда едете..."

Джозеф оторвал взгляд от экрана и огляделся.

— Мы что, сменили маршрут? — нахмурившись, поинтересовался он у Роберта.

— Да, — отозвался тот. — Я решил, что раз уж мы свернули в сторону, то нет смысла возвращаться на предыдущую дорогу. Отсюда до деревни можно добраться и другим путем. Быстрее получится.

— Насколько? — настороженно уточнил оперативник.

Ему не понравилось, что проводник безо всяких предупреждений повез их неизвестно куда.

— По крайней мере, сэкономим те два часа, что пришлось бы потратить, выбираясь обратно, — пояснил водитель, чему-то улыбаясь.

Джозеф подождал, не скажет ли тот еще чего. Почему-то вдруг почувствовал себя неуютно. Обернувшись к девушкам, руководитель стажировки заметил, что Дейдара сидела со смесью ужаса и просветления на лице. Глаза ее были широко распахнуты, а нижняя губа закушена. Она поймала на себе вопросительный взгляд начальника и незаметно покачала головой.

— Эй, всё в порядке? — спросил Роберт, увидев в зеркало заднего вида, что с девушкой явно что-то было не так.

— Всё хорошо! — неестественно бодро заверила та, напрягаясь.

— Тошнит? В туалет надо? — заботливо осведомился водитель. — Если хочешь, давай остановимся, передохнем...

— Нет-нет! Спасибо, ничего не нужно! — стажерка широко улыбнулась.

В ее взгляде металась паника.

— Ну, как знаешь, — пожал плечами проводник.

"Эй, куда исчез?" — прочитал Джозеф на экране.

"Потом поговорим. Пока", — напечатал он в ответ и убрал компьютер обратно.

Часа через полтора они всё-таки остановились.

— Это он! Это точно он! — взволнованно шипела Дейдара, опасливо оглядываясь по сторонам.

Роберт куда-то отошел. Воспользовавшись его отсутствием, девушка вцепилась в руководителя клещом.

— Только твое предположение, — скептически напомнила Далила, с которой подруга успела поделиться своими идеями еще в машине.

— Подумайте сами. Во-первых, он точно знал, что туристы приедут. Знал когда, куда и в каком составе. Так что, у него были время и возможность подготовиться. Во-вторых, это он предложил им маршрут. В-третьих, он абсолютно точно знаком с гидом — вот вам и сообщник в автобусе! А я-то наговаривала на водителя!

— Стой-стой, — попытался успокоить ее Джозеф. Что-то ему не нравился блеск в глазах подчиненной. — Зачем ему это нужно? К тому же, если уж на то пошло, то пассажиры и так оказались бы в джунглях в его полной власти. Не было смысла торопить события.

— Ага, — ухмыльнулась Дейдара с сарказмом. — И кто бы тогда автоматически стал главным подозреваемым, а?! Группа беспомощных туристов входит с отлично знающим места проводником в лес и там исчезает. "А не замешан ли он в этом?" — подумали бы все. Не-е-ет, он куда умнее, чем кажется! Обеспечил себе алиби. "Ах, я даже не успел с ними встретиться! Бедный я, несчастный — два дня напрасно проторчал в захолустной деревне со стадом ослов..."

— Во-первых, еще пока не известно, действительно ли их похитили, или они просто сами заблудились, — попытался достучаться до девушки оперативник.

— Вот именно, — Далила с одобрением посмотрела на начальника. — У них вполне мог закончиться бензин или выйти из строя двигатель.

— Тогда почему автобус не видно со спутника? — Дейдара триумфально скрестила руки на груди. — Ехал себе, ехал по открытой дороге, вдруг "опа!" — колесо лопнуло. Так что? Это повод становиться невидимым?! Не-е-ет... Нужно было очень постараться, чтоб его спрятать. А то и уничтожить.

— Не спорю, такое возможно, — согласился Джозеф. — Но другие версии скидывать со счета всё равно не нужно. Тем более что ими должны заниматься не мы, а аналитики...

— Ага, — мрачно проговорила Дейдара, обреченно прикрывая глаза. — Аналитики сейчас в речке купаются да загорают в полной безопасности, а не разъезжают по дикой природе с серийным убийцей.

Джозеф вздрогнул и напрягся. Далила нахмурилась и задумалась.

— Нет, ну не может того быть... — с меньшей уверенностью проговорила она.

— И мы действительно в его полной власти, — продолжала Дейдара. — Отрезанные от цивилизации, не знающие местности и языка. Беспомощные. Вот почему он повез нас по другой дороге?! А? Что, если он хочет завезти нас в какую-нибудь глушь и там убить?! Вам не приходил в голову такой вариант?

— Зачем ему это? — Джозефу ужасно не нравилось, что в душе у него начала поднимать голову паранойя.

— Затем, что мы не должны ничего узнать! Затем, что мы представляем опасность! А что? Удобно — прибился к поисковой экспедиции и контролируй каждый ее шаг, направляй в выгодную тебе сторону, а если слишком близко окажется к правде — убей и выдай за несчастный случай!

Джозеф с раздражением отметил, что слова девушки всё больше и больше заставляли его об этом задуматься. По спине скатилась предательская капля холодного пота.

— Вот куда он ушел? — не унималась Дейдара, понижая голос. — Скажете в туалет?! А что, если он сейчас говорит по телефону со своими сообщниками и советуется, как с нами лучше поступить? К тому же, мало ли что он тогда наговорил тем людоедам. Вдруг он велел им незаметно следовать за машиной? Что если эти самые кусты, — практикантка указала на ближайшие заросли. — Кишат туземцами, ожидающими приказа наброситься на нас и сожрать?!

Ее собеседники непроизвольно отшатнулись от растительности. Было по-настоящему жутко и неуютно.

— Ну что, поехали дальше? — послышался за их спинами бодрый голос.

Оперативники вздрогнули и медленно обернулись. Довольный жизнью проводник стоял возле машины и приветливо улыбался.

— А-а-а... Когда вы подошли? — уточнила Далила, стараясь звучать естественно.

— Да только что, — Роберт сел на свое место и повернул ключ зажигания. — Ну так что? Едем или еще хотите погулять?

— А где вы были? — будто мимоходом спросила Дейдара, осторожно пролезая на сиденье позади водителя.

— Если я отвечу, тебе будет неловко, что ты спросила, — отозвался Боб.

Девушка послала начальнику взгляд "Ну, что я говорила?". Ему стало еще тревожней.

Какое-то время ехали молча.

— Ой, а вы уже связывались с аналитиками? — вдруг громко и преувеличенно бодро спросила Далила.

— Да, — ответил Джозеф, не понимая, к чему та клонит.

— Они, наверное, очень удивились, что мы свернули с дороги! — тем же тоном возвестила она. — Удобная всё-таки вещь — эти маячки! Всегда можно узнать, кто где находится!

— И не говори! — сообразил Джозеф. — Да, Тинк сразу насторожился, я его еле убедил, что спасателей к нам высылать не нужно, потому что с нами всё в порядке.

— А он собирался? — оживилась Дейдара.

— Да, они уже готовые стояли, команды ждали, — оперативник незаметно наблюдал за реакцией Роберта.

Тот спокойно вел машину, мурлыча под нос какой-то мотивчик.

— Всё-таки удивительно, до чего техника дошла, — еще громче проговорила Далила, толкая подругу в бок локтем.

— О, да! — поддержала та. — Эти маячки и сквозь толстый слой земли сигнал передают, и через воду. Так обнадеживает...

— Кстати, о маячках... — подал голос проводник.

Трое его пассажиров напряглись и насторожились, но гид просто рассказал историю о том, как его отец когда-то наблюдал за самцом гориллы, ездил за ним по всей стране, тот его уже даже чуть ли не членом семьи считал и всё такое. И у этой обезьяны тоже был маячок. Слушатели были разочарованы.

— Сколько в человеке может быть лицемерия!.. — услышал Джозеф за своей спиной тихое бормотание Дейдары — Сколько коварства!..

Проехали в молчании еще немного.

— Мы сейчас где? — оперативник развернул на коленях карту и требовательно повернулся к водителю.

— Где-то тут, — тот, практически не глядя, ткнул пальцем в бумагу. — Извини, не могу показать точнее — дорогой занят. Остановимся — скажу.

— "Вот видите? Что я говорила?!" — снова гласили глаза подчиненной.

Секунду посомневавшись, руководитель стажировки полез в сумку за маленьким компьютером. Тинка в сети не было.

"Вышли мне досье на проводника. СРОЧНО" — написал ему Джозеф, надеясь, что тот прочтет сообщение достаточно быстро.

Мужчина снова посмотрел на Роберта. Почувствовав обращенный на него взгляд, гид обернулся и приветливо улыбнулся. Оперативнику стало жутко.

— Так, что мы можем сделать? — рассуждала Далила вслух.

Боб сказал, что ночью ехать опасно и решил сделать остановку до утра. Сам ушел якобы "на поиски дров для костра", оставив пассажиров одних. Те не преминули этим воспользоваться и устроили военный совет.

— Пока он будет спать, можно тихо встать и уйти, — предложила Дейдара, кутаясь в спальник — было достаточно прохладно.

— Глупо, — возразил Джозеф. — Местности мы не знаем — можем заблудиться. Или напороться на хищника или какую-нибудь ядовитую тварь. Сами не выживем.

— Можно сейчас подать сигнал спасателям, а самим сбежать утром, — не унималась Дейдара. — Тогда за ночь они смогут до нас доехать, и нам не придется сильно рисковать.

— Они тоже не знают местности, тем более что ехать им пришлось бы в темноте, — возразила Далила. — Что, если они сами заблудятся или опоздают? Что если до их приезда с нами что-нибудь успеет случиться?

— Точно, — покивала головой Дейдара. — Он может проснуться раньше времени, заметить наше отсутствие, понять, что мы обо всем догадались, догнать нас и убить. Снимаю свое предложение.

По спинам ее собеседников пробежали крупные наглые мурашки.

— Напоминаю, что это — пока лишь домыслы! — попытался убедить самого себя начальник. — Вполне возможно, что ты ошибаешься и клевещешь на невиновного человека...

Джозеф вспомнил улыбку и светящиеся дружелюбием голубые глаза, замолчал и усомнился в только что сказанных им самим словах.

— Ага! — от Дейдары это не укрылось. — Видите? Вы сами в это не верите! Интуиция вам подсказывает, что я права!

— Да нет... — потерянно пробормотал Джозеф, слегка дрожащей рукой откидывая с взмокшего лба челку. — Зачем ему эти туристы?.. Бред!

Досье на проводника пришло вскоре после того, как он его затребовал. Ничего интересного там не было. Оперативник прочел его три раза в поисках чего-нибудь, за что можно зацепиться. Так и не нашел. Если верить полученной информации, Роберт был образцово показательным сыном, законопослушным гражданином, активным членом всяческих природоохранных организаций и даже почетным донором крови. Напрягала лишь строчка, где говорилось, что он являлся мастером спорта по спортивному ориентированию, а также получил несколько призов на соревнованиях по стрельбе. Последнее как-то не вязалось с образом гуманиста и друга всех зверей.

— Правда это или нет, — серьезно сказала Далила. — Но мы должны делать вид, что ни в чем его не подозреваем. Для собственной же безопасности. Если мы ошибаемся, и он тут ни при чем, то максимум, что произойдет — обидится хороший человек. А если же так и есть...

— То нам крышка, — понимающе кивнула Дейдара. — Хладнокровный, лицемерный, расчетливый, умный преступник и мы... Полностью от него зависящие. Кто знает, что он с нами сделает, если сочтет нас опасными?..

— Что мы можем ему противопоставить? — Далила вопросительно посмотрела на Джозефа. — Я имею в виду, в случае, если дело дойдет до драки.

Мужчина неопределенно дернул плечом.

— Оружия у нас нет, — задумчиво протянул он. — Не считая твоего ножа. По физической форме он меня намного превосходит, так что в честном бою мне его не одолеть, — руководитель стажировки решил не упоминать, что последний раз дрался в далеком детстве, когда не поделил с соседским мальчишкой какую-то девочку.

— Я немного занималась айкидо, — призналась Дейдара. — Вернее, была на одном занятии. Это не считается, да?

— У него обязан быть пистолет или что-то подобное, — предположил Джозеф. — Ездить по дикой местности небезопасно — может возникнуть необходимость защищаться.

— Если мы сможем им завладеть, то резко этим повысим свои шансы, — кивнула Далила.

— Придумала! — оживилась Дейдара. — Делаем так: ты его соблазняешь, а я в это время обшариваю вещи и краду оружие!

— Да?! А почему не наоборот?! — раздраженно поинтересовалась ее подруга.

Дейдара задумалась, потом оценивающе поглядела на своего начальника, пришла к каким-то выводам и отрицательно покачала головой. Джозеф решил, что не хочет знать, о чем она думала.

Оперативники сидели молча. Вокруг стрекотали насекомые, очень маленький костер кое-как освещал встревоженные лица. А за спинами были темнота, враждебные просторы чужой страны и, скорее всего, всякие опасности и ужасы. Раздался шорох травы — вернулся Роберт с охапкой веток.

— Что сидите в тишине? — поинтересовался он у старательно изображавших естественность людей.

— Думаем, — отозвалась Далила. — О работе.

Дейдара вздрогнула и бросила на подругу испуганно-предостерегающий взгляд.

— О-о-о... — протянул проводник, садясь к огню и подкидывая в него дров. — Ну? Есть успехи?

Оперативники осторожно переглянулись.

— И всё же я считаю, что их похитили инопланетяне! — решительно кашлянула Дейдара, будто продолжая прерванный разговор. — Потому что ваша версия про слонов, извините, полный бред!

Джозеф растерялся.

— Не вижу ничего бредового, — неуверенно сказал он, гадая, при чем тут могли быть слоны. — Версия, как версия...

— А в чем она заключается? — поинтересовался Роберт, глядя на оперативника честными и добрыми глазами.

— Э-э-э... — Джозеф в раздражении покосился на подчиненную.

Лично ему нечего было сказать по этому поводу.

— Стадо слонов, несясь по местности, сшибло автобус с дороги и уволокло его за собой, — не растерялась Дейдара.

Ее начальнику потребовалась вся сила воли, чтоб сохранить невозмутимое выражение лица.

— А что? — с вызовом сказал он, глядя на девушку с едва скрываемой ненавистью. — Такое вполне могло произойти. Подобное случается буквально на каждом шагу!..

— Интересная у вас работа, ребята, — пораженно покачал головой проводник. — А ты что думаешь? — повернулся он к молчаливой Далиле.

— Бензин закончился, — спокойно ответила та. — Или мотор заглох.

Боб посидел с ними еще немного, не услышал больше ничего интересного и ушел к машине за спальником. Троица проводила его мрачными взглядами.

— Он о чем-то догадывается, — вынесла свой вердикт Дейдара.

Оперативники секунду посмотрели на едва различимую в темноте спину.

— Предлагаю спать по очереди, — вторая Далила поправила бандану. — Просто на всякий случай, чтоб перестраховаться.

Джозеф, чуть помедлив, нехотя кивнул.

Утром они поехали дальше. Роберт, как всегда, был бодр и весел. Смеялся и рассказывал байки из своей жизни. Пассажиры были сердиты, молчаливы и угрюмы — все трое не выспались.

— Ну? И когда мы приедем в деревню? — мрачно поинтересовалась Далила, пристально наблюдая за поведением проводника.

— Часа через три, — ответил тот, как ей показалось, с определенной заминкой.

— Ты так и не объяснил, где мы находимся, — Джозеф постарался сказать это непринужденно.

— Ну почему вы всегда об этом вспоминаете, когда я за рулем?! — вздохнул водитель. — Почему во время остановок не спрашиваете? Я же в дерево какое-нибудь въеду или в канаву свалюсь, если вместо дороги буду на карту смотреть. О собственной безопасности подумайте.

— Это угроза?! — вскинулась Дейдара.

Роберт слегка растерялся.

— Нет, — обернулся он к ней. — Просто... Ну-у-у... Опасно же. При чем тут угроза?

— Просто спросила, — быстро сказала девушка, делая вид, что ужасно увлечена своим телефоном.

— А давайте мы прямо сейчас затормозим, и вы нам покажете, — медленно и четко проговорила Далила, сверля водителя взглядом.

Проводник растерялся еще больше.

— Ну, ладно, — пожал он плечами в недоумении. — Если для вас это так важно...

Машина остановилась. Гид расстелил поверх руля карту и принялся водить по ней пальцем.

— Вот деревня, — указал он на Угдо. — А вот тут — поселение муаги. Мы сейчас приблизительно здесь.

Оперативники с сомнением уставились на точку, о которой шла речь. Действительно, до деревни близко. "А где доказательства, что мы, правда, находимся именно тут?" — думали все трое.

— Всё? Удовлетворены? — настроение у Боба, похоже, по какой-то причине испортилось.

Он выглядел утомленным и немного раздраженным.

— Пока да, — заявила Дейдара, снова утыкаясь в свой телефон.

— Тогда поехали дальше, — Роберт повернул ключ зажигания.

Мотор затарахтел. Заглох. Проводник, нахмурившись, повторил попытку. Мотор затарахтел. Заглох. У пассажиров по спине побежали мурашки.

— Что-то случилось? — якобы лениво осведомилась Далила, старательно зевая.

Роберт снова попытался завести машину. Безрезультатно.

— Похоже на то, — буркнул он.

Водитель распахнул дверцу, вышел на улицу и поднял капот. Оперативники сидели молча, боясь пошевелиться, и затравленно следили за его действиями. Джозеф, посомневавшись, достал компьютер. Тинка в сети снова не было.

— Где ж тебя черти-то носят?! — думал поисковик со смесью злости и паники, быстро набирая текст содержания "Если ты это читаешь, значит, скорее всего, меня уже нет в живых".

Далее шло объяснение, что во всем виноват проводник — Джозеф хотел быть уверен, что его гибель не окажется безнаказанной. Упоминалось, что доказательств его вины пока нет. В нескольких фразах объяснялось, откуда взялись подозрения, а в конце шло проникновенное прощание и пожелание счастья, а также выражение надежды, что преступник понесет заслуженное наказание.

Джозеф бросил настороженный взгляд в сторону гида. Забывшись, автоматически нажал на "отправить". Тут же сообразил, что сделал, и спешно принялся набивать опровержение, утверждая, что еще пока жив. Старался не думать о том, какое о нем составят мнение Тинк и все те, кому он покажет эти сообщения (то есть, абсолютно все, занятые на этом задании).

— Всё. Приехали, — Роберт с лязгом захлопнул капот и вернулся в машину.

Он был зол. Пассажиры, привыкшие видеть его дружелюбным и вечно улыбающимся, разом проснулись и напряглись еще больше.

— Что случилось? — поинтересовалась Далила, стараясь звучать буднично.

— То, что мы здесь застряли на неизвестно сколько времени! — огрызнулся водитель. — Сам я починить машину не смогу.

Трое обдумали его слова. Такая перспектива им не улыбалась.

— А если пойти пешком? — неуверенно предложила Дейдара.

— Не знаешь, что говоришь — лучше молчи!

"Вот он и показал своё истинное лицо..." — с мрачным удовлетворением подумала девушка.

— Грубить совсем не обязательно, — пробурчала Далила.

— А я не грублю! Я отвечаю на вопрос. Причем вопрос глупый, — Роберт глубоко вздохнул, беря себя в руки. — До ближайшего населенного пункта три часа езды. Просто представьте, сколько времени потребуется на то, чтоб добраться туда пешком. По бездорожью и со всеми вашими сумками.

Оперативники представили.

Компьютер в ладони Джозефа пискнул на прощание и отключился — разрядился аккумулятор. У оперативников при этом звуке ёкнуло сердце. Мужчина вспомнил, что не успел отослать свое опровержение. Порадовался, что первое сообщение ушло, значит, скорее всего, в ближайшее же время спасатели отправятся на их поиски.

— Что делать будем? — Далила растерянно смотрела в окно.

Пейзаж был живописный, но в данной ситуации пугающий. Местность, по которой их повез Роберт в целях экономии времени, была гораздо более дикой и неосвоенной, чем та, по которой планировалось ехать изначально. Дорога вилась вдоль кромки джунглей. До густых тропических зарослей было рукой подать.

Проводник, побарабанив пальцами по рулю, вынул из кармана телефон.

— Здесь нет связи, — "обрадовал" он пассажиров.

Те не поверили. Проверили сами.

— ... — подумали все трое, глядя на экраны мобильников.

Боб не соврал.

— Вроде, работаем в серьезной организации, — пробормотал Джозеф. — А сотрудников нормальной техникой обеспечить не могут...

— Ну-у-у... — протянула Далила, поправляя очки и отрывая взгляд от экранчика. — От маячков-то сигнал идет. Нас найдут и заберут...

— Милая! — с сарказмом произнес Роберт, оборачиваясь к ней. — Сколько, по-твоему, пройдет времени, прежде чем ваши коллеги спохватятся, что вы давно не звонили?! Сколько часов, а то и дней им понадобится на то, чтоб заподозрить, что вы не выходите на связь не потому, что всё хорошо, а потому что у вас проблемы?! Здесь поблизости нет воды, по ночам свирепствуют комары и бродят хищники. С вами может случиться что угодно, и далеко не факт, что ваши спасатели успеют вовремя!

Оперативник решил не говорить, что вполне возможно, что его надрывное сообщение Тинк уже прочел и, скорее всего, поднял панику, так что, если всё сложится хорошо, то их найдут уже к вечеру. Вместо этого он сказал:

— А почему ты говоришь о нас, а себя в число потенциальных жертв не включаешь, позволь узнать?

Далила опасно прищурилась. Хищно блеснули стекла очков.

— Прошу прощения, — Дейдара решительно распахнула дверцу машины.

— Эй, ты куда? — нахмурился Роберт.

— Вам будет неловко, если я отвечу, — огрызнулась девушка, выпрыгивая на улицу.

Она решительно зашагала в сторону джунглей. В ее отсутствие проводник решил снова попытаться починить машину.

— Если б вы поехали по нормальной дороге, а не решили сэкономить время, этого бы не произошло, — не удержалась от комментария Далила.

Она сама не видела взаимосвязи между данными событиями, но промолчать не могла.

— Если б вы не потребовали остановиться!.. — не остался в долгу водитель, сердитый и перемазанный машинным маслом. — А еще раньше — ехать к муаги!.. То мне бы не пришлось искать объезд!

Джозеф с Далилой тоскливо топтались возле автомобиля: сидеть внутри не хотелось. Дейдара задерживалась. Наконец, она вернулась. Подозрительно поблескивая глазами и пряча руки за спиной. Ее приход проводник проигнорировал.

— У меня есть план! — торжественно прошептала девушка, кивком головы подзывая коллег в сторону багажника.

— Только обещайте не кричать, — добавила она, когда убедилась, что ее внимательно слушали.

Коллеги смотрели на нее с нескрываемым недоверием. Переглянулись.

— Что за план? — осведомилась Далила.

— Вот! — Дейдара с гордостью выставила вперед правую руку с зажатой в кулаке змеей.

Бедняга отчаянно извивалась и пыталась выскользнуть из удерживавшей ее возле самой головы хватки. Джозеф с Далилой сначала растерялись, а потом испуганно отпрянули. К радости Дейдары никто из них не закричал и не завизжал.

— Сдурела?!— злобно шипел мужчина. — А вдруг она ядовитая?!

— Возможно, — пожала плечами девушка, разглядывая добычу. — Но, если честно, сомневаюсь. Она вялая какая-то была. Ядовитые, на мой взгляд, более шустрыми должны быть.

— И? В чем заключается твой план? — слегка побледневшая Далила нервно поправила очки и решилась подойти ближе.

— Мы сейчас идем в машину, берем самое нужное, делаем вид, что всё в порядке, что просто роемся в вещах. Какое-то время гуляем по округе, чтоб у него, — кивок в сторону скрытого автомобилем водителя, — не возникло никаких подозрений. Потом типа видим ее, — девушка встряхнула обмякшей и прекратившей вырываться рептилией. — Верещим, кричим: "Змея!", — и якобы в испуге разбегаемся в разные стороны. Потом где-нибудь встречаемся и уходим отсюда. Он подумает, что наш побег с ним не связан, поэтому преследовать нас слишком рьяно не станет.

— Э-э-э... — слушатели обменялись неуверенными взглядами.

— Зачем?! — спросил Джозеф.

— Затем, что я боюсь, — Дейдара посмотрела ему в глаза. — Я буду уютней чувствовать себя в кишащем хищниками ночном лесу, чем в машине с маньяком-убийцей, который пытается выдавать себя за божий одуванчик. Думаю, он специально вывел автомобиль из строя в местности, где нет связи и людей. Значит, скоро он нами займется. А браслеты с маячками сорвет с трупов и кинет в реку, чтоб сбить спасателей со следа. Я еще слишком молода и, честно говоря, никогда не испытывала болезненного желания быть похороненной в братской могиле в джунглях!

— Уже многократно обсуждалось, что нет никаких доказательств... — с тяжелым вздохом принялась увещевать Далила.

— Что вы делаете?! — прервал ее полный ужаса голос.

Вздрогнув и обернувшись, они увидели бледного, как полотно, Роберта.

— А?! — невинно похлопал глазами Джозеф, гадая, сколько из их разговора тот успел услышать.

Потом он заметил, что проводник не сводил с чего-то взгляда. Оперативник обернулся посмотреть, с чего именно.

— Это же самая ядовитая змея данной климатической зоны! — водитель глядел на рептилию так, будто это была бомба. Тикающая. Обратный отсчет которой всё ближе и ближе к нулю.

Оперативники тоже посмотрели на предмет разговора новыми глазами. Почувствовали себя еще неуютней, чем раньше.

— Вы двое отступайте сюда, — медленно говорил Боб. — А ты, — сказал он растерянной Дейдаре, — мне ее сейчас отдашь. Осторожно. Не делая резких движений. И тут же отбежишь в сторону. Поняла?

Джозеф с Далилой послушно отошли. Роберт, бормоча что-то успокоительное типа "Ну вот, немного осталось" и "Хорошая девочка", опасливо приближался к стажерке с полузадушенной змеей в руке, не сводя с последней напряженного взгляда. По щеке скользила капля пота.

Дейдара о чем-то подумала. Поморгала. И, когда он подошел еще ближе, истошно заверещала и подбросила рептилию высоко вверх. Кинулась в сторону леса. Все потрясенно замерли, глядя, как тяжелое чешуйчатое тело, вращаясь, со свистом набирает высоту. А потом летит обратно. Им на головы. Далила первая отошла от шока, взвизгнула и тоже рванула к джунглям.

— Идиотки чертовы! — воскликнул Джозеф, мечась на месте.

Змея упала. Подняла голову и раздраженно зашипела. Она была очень недовольна.

Оперативник посмотрел на нее. На Роберта. Посомневался пару секунд и побежал следом за подчиненными — об ответственности за их жизни и о том, что одних их оставлять нельзя, в этот момент он тоже думал. Очень недолго и без энтузиазма.

4.

— Ну ты молоде-е-ец...

— Вы это уже говорили, — напомнила Далила, внимательно оглядывая землю и стволы ближайших деревьев — не притаился ли там кто-нибудь опасный.

— У меня просто слов нет! — кипятился Джозеф. — Это ж надо было додуматься!!!

— И это тоже, — вздохнула стажерка.

Вторая мудро молчала и просто шла рядом на некоторой дистанции от начальника.

— Возьмем всё необходимое?! — тот всё никак не мог успокоиться. — Ты это говорила, да?! Тогда какого...?!

— Дальше не продолжайте, — спокойно велела Далила, перешагивая через какую-то корягу. — Она и так уже осознала, что была неправа.

Вопреки ее словам, на лице Дейдары явных следов раскаяния не наблюдалось.

— Может быть, у тебя есть еще какой-нибудь выдающийся план?! Ты говори, не стесняйся!

Джозеф споткнулся об лиану и чуть не упал.

— Осторожней, — заботливо попросила Далила, успевая подхватить его за локоть. — Вы не ушиблись?

Мужчина злобно на нее зыркнул и грубо вырвал руку из ее ладони. Девушка фыркнула и равнодушно пожала плечами.

— Возьмем всё необходимое... — мрачно бурчал Джозеф себе под нос. — Как же! Ага, взяли!

— Интересно, а ночью здесь холодно? — задумчиво протянула Дейдара.

— Надеюсь, что да! — огрызнулся руководитель стажировки, глядя на своих подчиненных, у которых из одежды помимо обуви и головных уборов были лишь брюки, да майки.

Сам он был одет чуть теплее. По крайней мере, у его рубашки имелись рукава.

— Может быть, еще не поздно вернуться?.. — размышляла Далила. — Хотя бы за вещами...

— Ты дорогу назад найдешь? Лично я — нет!

Начальнику пришлось изрядно поплутать по джунглям прежде, чем он собрал своих разбежавшихся подопечных.

— Интересно, змея его покусала?.. — печально вздохнула Дейдара. — Забавно будет, если я ошиблась...

— Ты ЭТО называешь ЗАБАВНЫМ?! — взорвался успокоившийся было Джозеф, останавливаясь и разворачиваясь к стажерке так, чтоб было удобней на нее орать. — Да ты знаешь, что я с тобой сделаю, если ты ошиблась?!

— Ничего, — так же невозмутимо ответила Далила, идя дальше и не обращая внимания на отставших спутников.

Джозеф гневно замолк, продолжая сверлить провинившуюся девушку взглядом. Возразить ему было нечего. Рыкнув, он развернулся и пошел дальше.

— Куда мы идем? — через некоторое время поинтересовалась Дейдара.

Оперативник вопрос проигнорировал. Он был зол и твердо намерен не обращать на подопечную внимания.

— Нужно найти место, где можно будет спокойно дожидаться прихода спасателей, — пояснила вторая помощница, прокладывая себе путь сквозь заросли. — Желательно сухое и безопасное. А если рядом еще и источник воды будет, то вообще отлично.

Джозеф, уверенный до этого, что они просто бредут безо всякой цели, промолчал. Строго говоря, это ему как старшему в группе следовало озаботиться данным вопросом.

Они все шли и шли. Покусанные всяческими насекомыми, изгвазданные соком растений и уставшие.

— Компаса точно ни у кого нет? — без особой надежды осведомилась Далила.

— Разве что у тебя, — вяло отозвалась ее подруга. — Но, судя по тому, что ты спрашиваешь, это не так.

— Зачем он тебе? Нам же в любом случае неизвестно, где мы находимся, — прокряхтел Джозеф, карабкаясь на скользкий холм следом за подчиненными.

— Не знаю, — пожала плечами Далила, оглядывая местность с возвышения. — Для самоуспокоения, наверное...

По кронам деревьев скакала какая-то шумная обезьяна. Помимо ее воплей слышались лишь негромкое жужжание, стрекот да шорох раздвигаемой людьми растительности. Как они выяснили ранее, порывшись по карманам, с собой у них были лишь универсальный нож, коробок спичек, фантик от шоколадки, оторванная пуговица, три телефона и значок с надписью SHUT UP. Также можно было найти применение шнуркам. Не очень обнадеживающий набор вещей. Спасателям следовало поторопиться, если они хотели застать оперативников живыми. Джозеф упорно гнал от себя мысль, что, получив его "предсмертное" сообщение, те могли посчитать, что, раз уж они всё равно погибли, то смысла торопиться не было.

Нашли бананы. Очень обрадовались и немного воспрянули духом. Решили, что еще пока не всё потеряно.

День начинал клониться к вечеру. При мысли о грядущем ночлеге на сырой земле оперативники помрачнели и подумали, что зря радовались.

— Эх, мою бы сюда сумку сейчас, — мечтательно протянула Дейдара. — И спальничек. А главное — ветровку, — в одной майке уже становилось зябко.

— Не трави душу, — попросил Джозеф.

Он уже давно успел успокоиться, со всем смириться и даже возобновить общение с подчиненной.

— Меня вот интересует, — Далила отряхнула испачкавшиеся во время карабканья на очередной пригорок руки. — Какова вероятность того, что спасатели где-нибудь добудут вертолет? А то, честно говоря, я не представляю, как они до нас сюда доберутся.

— Я думаю, что Саймон попытается его выпросить у властей, — с воодушевлением предположила Дейдара. — Нас, наверняка, уже почти нашли!

Джозеф, считавший, что люди далеко не так хороши, как о них думают девушки, хотел было сказать, чтоб те особо не обнадеживались, но решил не разбивать их наивных иллюзий. Сам он даже не был уверен, что их вообще ищут. В конце концов, Тинк ведь мог и не подходить к своему компьютеру, как бы невероятно это ни звучало.

Подходящего для ночлега места все не попадалось. А так хотелось развести костер и погреться. Джозеф в редком порыве благородства отдал подчиненным свою рубашку. Мелко дрожа от холода, он мрачно думал, что, если они отсюда выберутся, то стажерки будут ему обязаны до конца жизни. Уже через пару минут пожалел о своем поступке, но забирать одежду назад не стал.

— Может быть, все же не станем заходить еще дальше? — предложил он, сердито клацая зубами. — Желательно помогать спасателям нас найти, а не усложнять поиски...

— Еще чуть-чуть пройдем, — спокойно сказала Далила, кутаясь в рубашку — была ее очередь греться. — У меня нет ни малейшего желания ночевать здесь.

Девушка указала на большой муравейник, скромно притулившийся под стволом поваленного дерева. Его жители выглядели весьма прожорливыми. Джозеф посмотрел на них и решил, что, действительно, лучше подыскать местечко получше. Менее населенное.

— Вам-то, может быть, и тепло, — чихнул он через какое-то время. — А вот я скоро простужусь. Понимаю, что на меня и мое здоровье вам, по большему счету, наплевать, но...

— А вот и не правда! — возразила Далила. — Я вам шерстяные носки захватила! Они в моей сумке остались.

— Что? — переспросил Джозеф, даже останавливаясь от таких новостей. — Ты, зная, что мы едем в тропики, захватила мне ШЕРСТЯНЫЕ носки?!

— Ну да, — пожала плечами Далила. — Никогда не знаешь, что может пригодиться.

— Так, что еще ты для меня взяла? Скажи сразу, чтоб...

У оперативника зазвонил телефон.

— Да?! — раздраженно ответил он, беря трубку.

— Привет, слушай, — послышался растерянный голос Джастина. — Я тут не могу понять, где у тебя образцы заявлений? А то Дуглас...

— Знаешь ли, мне сейчас не до тебя! — Джозеф хотел нажать на сброс, но коллега прекращать разговор не собирался.

— Сложно сказать что ли?! — обиделся он. — Я порылся в папках, но...

— Значит так, если ты мне там что-нибудь перепутаешь, — рявкнул Джозеф. — То я тебе голову оторву, понял, да?! Только я, наконец, навел порядок в документах!..

Руководитель стажировки почувствовал на себе два осуждающих взгляда тех, кто на самом деле наводил в документах порядок, и решил тему не развивать.

— Ну так ты можешь нормально сказать?..

— Говорю, не до тебя сейчас! Пока! Сам разбирайся!

Оперативник демонстративно ткнул на кнопку с красной трубочкой. Потом сообразил, что только что произошло.

Все трое посмотрели друг на друга. Перевели взгляды на лежавший у мужчины на ладони мобильник.

— Здесь есть связь!!! — дошло до них.

Люди, не веря своему счастью, сгрудились вокруг аппарата

— Тинк-Тинк-Тинк... — взволнованно бормотал Джозеф, быстро листая номера в памяти телефона. — Ага, нашел...

Трубка пискнула, экран потух — тоже села зарядка.

Оперативники растерялись и снова недоуменно переглянулись.

— Мой еще пару часов продержится, — поведала Дейдара, проверяя свой телефон.

— Мой тоже, — последовала ее примеру Далила. — Куда звонить?

Девушка, вопросительно глядя на начальника, приготовилась набирать цифры.

— Я на память номера не знаю, — пробормотал Джозеф, отчаянно пытаясь реанимировать аппарат. — Они у меня все в записной книжке ...

Тот отказывался подавать признаки жизни, несмотря на все его старания.

— Вы телефонами вчера ни с кем там не обменялись? — со слабой надеждой поинтересовался мужчина, глядя на трубку с мольбой.

Стажерки отрицательно покачали головами.

— Симку свою просто сюда переставьте, — Далила протянула свой аппарат.

— Бесполезно, — буркнул Джозеф. — У меня телефон корявый какой-то: половина номеров записана в самой трубке, вторая — на симке, а на флэшку вообще ничего сохранить не получается. Даже музыку с картинками. Так я с ним толком и не разобрался. Так что в случае перестановки я сестре разве что позвонить смогу. Или соседке. Ничего не выйдет, короче.

Подопечные посмотрели на старшего по группе с жалостью.

— Сестра с соседкой составляют половину вашей телефонной книги?

— Может быть, аккумулятор попробовать поменять? — Дейдара решительно раздербанила свой сотовый и извлекла интересующую ее деталь.

Та не подошла. Как и Далилина. Мысленно проклиная производителей, которые не могут договориться и выпускать одинаковые запчасти для своей продукции, Джозеф задумался.

— Кому вы можете позвонить? — спросил он подчиненных. — Я имею в виду не вообще, а из тех, кто может нам помочь.

Девушки переглянулись.

— У нас есть номер вашего рабочего телефона, — ответила Далила, решительно снимая рубашку и возвращая ее продрогшему руководителю. — Думаю, Джастин может связаться с Тинком или спасателями...

— Умница! — у Джозефа немного отлегло от сердца — надежда зажглась. — Звони.

Они слушали длинные гудки. Отвечать на другом конце линии не торопились. Стажерка попробовала еще раз. Снова никто не подошел.

— Только что же на месте был, — ворчал Джозеф, натягивая отданную ему одежду. — Вот всегда с ним так: когда нужен, его нет, когда не нужен — избавиться невозможно...

— Ладно, — Далила посмотрела на экранчик и со вздохом оборвала дозвон. — Предлагаю остаться здесь и повторить попытку через некоторое время. Он обязан вернуться на рабочее место — там сейчас разгар дня всё-таки, не мог его шеф так рано домой отпустить.

— А вдруг у него лечение? — предположила Дейдара.

— Понадеемся, что просто в туалет отошел, — Джозеф снова помрачнел. — Или пожрать приспичило...

Он посоветовал стажеркам позвонить родным и близким, предупредить, что живы и здоровы. Те переглянулись и ответили, что хотели б, чтоб их родные и близкие никогда не узнали о той ситуации, в которой девушки оказались — незачем их напрасно волновать. Видимо, обе были свято уверены, что все закончится благополучно.

Развели костер. Снова попытались связаться с Джастином. Никто не подошел к телефону. Раздраженный Джозеф жалел, что паук не отгрыз тому ногу совсем, и мысленно желал им обоим всяческих бед и страданий. Параллельно пытался вспомнить номера кого-нибудь из коллег или на крайний случай шефа — видел же их десятки раз, невозможно, чтоб хотя б один из них не отложился в памяти. Оказалось, очень даже возможно.

Джозеф с тоской думал об уютном кожаном кресле, чае с печеньем и назойливом чириканье Квирчика, но уйти "в себя" в таком месте и в такое время было бы слишком опасно. И безответственно. К тому же, он всё еще был слегка обижен на торговца и хотел, чтоб тот в полной мере прочувствовал свою вину.

А потом он отошел по природной надобности и нашел автобус.

Тот стоял, пустой, закиданный ветками и большими пальмовыми листьями, и очень старался выглядеть незаметным. Вернее, этого явно хотел тот, кто его сюда загнал.

— Как он здесь оказался? — удивленно пробормотала Дейдара, обходя средство транспорта по кругу. — Как его сюда затащили?!

— Сам доехал, — отозвалась Далила, присаживаясь на корточки перед колеей на рыхлой земле.

— Вон, смотрите, — Джозеф махнул рукой в сторону.

Девушки посмотрели в указанном направлении. Невдалеке проходила граница джунглей — сквозь стволы деревьев проглядывал свет.

У людей отлегло от сердца — выбрались.

Заметно повеселев, оперативники решили устроиться в автобусе — вряд ли бы им удалось найти более удобное место для ночлега. В салоне, вопреки их чаяниям, не оказалось ничего полезного, так что надежды прибарахлиться за счет туристов разбились вдребезги. Какая-то мартышка, перепуганная внезапным появлением посторонних, металась и скакала по сиденьям, пока не выбралась сквозь люк в потолке и не сбежала в крону ближайшего дерева. Оставалось надеяться, что змеи тут поселиться не успели.

— Следов борьбы нет, — задумчиво произнес Джозеф, лениво оглядывая помещение. — Крови тоже...

— Ага, — отозвалась с водительского места Далила. — Тут вообще ничего нет. Даже аптечку забрали.

— Какие хозяйственные, — пробормотала Дейдара, устраиваясь в кресле калачиком.

Лично она собиралась ложиться спать — исследование автобуса могло подождать и до утра. Тем более что скоро стемнеет, и в любом случае ничего не будет видно.

— Интересно, насколько безопасно здесь оставаться? — пробормотал Джозеф, оглядывая салон.

Его тоже в данный момент судьба туристов волновала куда меньше своей собственной.

— Всяко надежней, чем снаружи, — отозвалась Далила, продолжая методично изучать всё, до чего могла дотянуться.

— Надеюсь, — буркнул Джозеф, тоже решивший посвятить себя выбору удобного сиденья для ночевки.

— О, да тут наклон спинки регулируется! — радостно возвестила Дейдара, откидываясь назад и приводя свое кресло в разложенное состояние.

— Ну разумеется, — отозвалась Далила, осторожно заглядывая под водительское сидение.

Тот факт, что кроме нее никто работать, похоже, не собирался, ее совершенно не смущал.

— Интересно, а не нагрянет ли кто, пока мы будем спать? — промурлыкала ее подруга, потягиваясь. — Такие беззащитные... Беспомощные... Уязвимые...

— Еще хоть слово на эту тему, и я тебя дежурной на всю ночь назначу! — пообещал Джозеф, пытаясь как-нибудь устроить ноги поудобней. — Будешь караулить наш сон и гонять всех, кто попытается на него покуситься!

— Угу, — чему-то улыбнулась Дейдара в полудреме, не особо веря в угрозы руководителя.

— Автобус здесь, судя по всему, все эти три недели простоял, — отозвалась работящая Далила. — Лично я сомневаюсь, что сюда кто-нибудь придет. Разве что случайно...

— Мы — такие молодцы, да? — зевнула Дейдара. — Не прошло и суток, как мы приступили к выполнению задания, и уже полдела сделали. Осталось только туристов найти.

— Спи уже, — буркнул Джозеф, ворочаясь.

Далила, завязав с осмотром, снова принялась названивать Джастину, благо связь в этом месте, хоть и слабенькая, но была. Тот опять не брал трубку. Зарядка на ее телефоне тоже подходила к концу. Глубоко вздохнув, девушка отключила сотовый в целях экономии энергии. Ее подруга сделала это даже раньше. Немного побродив туда-сюда, Далила сдалась и тоже устроилась на ночлег.

Какое-то время они лежали молча. На улице еще пока было достаточно светло, но это никак не отражалось на решимости Джозефа поспать. Все трое хотели есть: завтрак, имевший место неправдоподобно давно, и охапка бананов сто лет как переварились и отошли в прошлое.

— Скажите, а у вас есть "остров"? — сонно поинтересовалась Дейдара.

— Есть, — коротко буркнул уже почти заснувший и разбуженный вопросом Джозеф.

— А какой? — девушку явно тянуло пообщаться.

— Подобное спрашивать не принято, — ответил руководитель стажировки, досадуя на разговорчивую подчиненную и ускользавший по ее вине сон. — Спи!

— Да ладно, скажите.

— Спи, тебе сказано! Пока я тебя на улицу не выгнал!

— Не выгоните... Вы добрый...

Дейдара заснула. Резко и без предупреждения. Джозеф со смесью недоумения и зависти на нее посмотрел: лично ему теперь придется полночи ворочаться прежде, чем удастся задремать.

Далиле разговаривать не хотелось, впрочем, как и спать. Но, так как делать больше было нечего, она предпочла второй вариант.

О том, чтоб закрыть люк и двери они даже не подумали. Но, поскольку за всю ночь к ним никто и не пытался пролезть, кроме вездесущих москитов, никакого значение это не имело.

Утром, проснувшись и выглянув в окно, Джозеф увидел куст. Мужчина удивленно сморгнул и потер глаза — тот полз. Присмотревшись, оперативник заметил ноги в грязных кроссовках, волочившиеся следом за ним. Поисковику стало неуютно. Он растерянно оглянулся на всё еще спавших подчиненных. Снова уставился в окно. К этому времени он пробудился настолько, чтоб сообразить, что это не ходячая растительность доедает человека, а тот сам нацепил ее себе на голову и спину в целях маскировки.

Из-за ствола дерева вырулил еще один куст. Погуще. Оба не учли того факта, что бодро, неровными бросками, перемещающиеся по местности совокупности веток скорее привлекают к себе дополнительное внимание, чем избегают его.

Джозефу стало интересно, что будет дальше. Он тихо окликнул девушек, решив, что тем тоже стоило на это взглянуть. Отходить от окна мужчина не решался, опасаясь, что гости куда-нибудь скроются, если он отвернется. Стажерки просыпаться отказывались, упорно не замечая негромкий, но настойчивый зов руководителя.

Один из кустов принялся карабкаться на поваленный ствол дерева — обползать стороной было лень. На самом верху он поскользнулся и с приглушенным, но всё равно хорошо различимым в утренней лесной тишине матом свалился вниз. Там, судя по всему, напоролся на собственные ветки и высказался куда громче. Второй раздраженно и предостерегающе зашипел.

— Кто это? — услышал оперативник сонный голос Дейдары.

Сама девушка, растрепанная и трущая кулаком правый глаз, стояла рядом и тоже смотрела в окно.

— Не знаю, — пожал плечами Джозеф.

— Не хотите сходить и узнать? — Далила тоже проснулась.

— Нет, не хочу, — вяло отозвался начальник.

— Вы среди нас — единственный мужчина, — возвестила стажерка, снимая съехавшую за ночь бандану и заново ее повязывая.

— И что теперь? — зевнул руководитель стажировки. — Вас же я на разведку не посылаю.

— А ведете себя, как маленький ребенок, — голос подчиненной стал строже.

Близоруко щурясь, она нацепила отложенные на время сна очки и включила свой фирменный взгляд. Джозеф устало посмотрел на посуровевшую подопечную, раздумывая, а не напомнить ли ей, кто здесь всё-таки главный. Ничего сказать он не успел: Дейдара истошно закричала и вцепилась в него мертвой хваткой. В окне за их спинами маячило лицо.

Оно было перемазано чем-то черным и обрамлено уже пожухшими ветками. Не до конца проснувшаяся девушка, случайно обернувшись, не ожидала увидеть ничего подобного и явно сразу не сообразила, что существо за стеклом являлось человеком.

Далила отреагировала на крик подруги мгновенно и весьма эмоционально — ни секунды не сомневаясь, изо всех сил врезала с ноги по отделявшей их от пришельца прозрачной преграде. Гость ойкнул от испуга, упал, поднялся и попытался убежать. Споткнулся, снова упал, ударился коленкой и, обхватив травмированную конечность, взвыл.

Джозеф, временно забыв о посетителях, мрачно смотрел на приличную вмятину на стекле и расходившуюся от нее паутину трещин — кажется, кое-кто что-то умолчал о своих умениях.

Оставшиеся два куста перестали ползать, вскочили на ноги, подбежали к поверженному товарищу, подхватили его под руки и попытались куда-то оттащить.

— А ну стоять! — рявкнула им вслед Далила, появляясь в дверном проеме.

Джозеф не успевал за событиями и был слегка выбит из колеи. Подчиненная его пугала. И не его одного — услышав гневный окрик, гости дернулись и наоборот ускорились.

Решив, что уже достаточно пробыл в качестве потрясенного зрителя, Джозеф проскользнул мимо стажерки и побежал за ними следом, не очень, впрочем, торопясь.

— Подождите! — крикнул он им, на основе виденного ранее полагая, что особой опасности незнакомцы не представляли.

Те слушаться не спешили, а лично ему гоняться за ними не сильно хотелось. Оперативник постепенно сбавил шаг, остановился и посмотрел вслед исчезающим среди стволов силуэтам.

— Ну и ладно, — решил он, бредя обратно.

— Кто это был? — поинтересовалась Дейдара, полностью отходя от внезапного испуга.

— ЧТО это было? — адресованный ему вопрос поисковик проигнорировал и, выразительно глядя на разбитое стекло, повернулся к Далиле.

— Прошу прощения, — спокойно ответила та, возвращаясь в обычное состояние. — Вырвалось.

— Ну ничего себе!..

— Просто, — Далила села на ступеньку в дверном проеме и свесила ноги на улицу. — Если что-то застает меня врасплох или пугает, я атакую. Поэтому большую часть времени стараюсь полностью держать себя в руках, однако такие вот моменты нет-нет да проскакивают.

— Э-э-э... — для себе Джозеф тут же решил никогда не подходить к подчиненной со спины, чтоб, не дай бог, не оказаться для нее неожиданностью. — Ты занималась какими-то единоборствами?..

— Нет, — покачала головой та, подпирая щеки ладонями. — Никогда. Это автоматически получается.

— Она — берсерк! — восторженно возвестила Дейдара, садясь рядом с подругой.

— Я тебе уже тысячу раз объясняла, что это не так, — раздраженно отозвалась Далила.

— Ну-у-у... — заныла девушка, пододвигаясь ближе и капризно-умоляюще глядя в лицо соседке по ступеньке. — Я хочу, что б ты была берсерком! Это же так здорово!

— Перестань, пожалуйста. Пойду попробую дозвониться до Джастина, — сказала Далила, вставая.

— Его еще нет на рабочем месте, — отозвался Джозеф. — Не забывай о разнице часовых поясов — у него сейчас ночь.

Мужчина присел на корточки под разбитым окном и постарался разглядеть следы стоявшего тут человека. Они, конечно, имелись, но понять по ним что-нибудь было невозможно. По крайней мере, ему.

— Почему нас до сих пор не нашли? — задумчиво протянула Дейдара слегка обиженным голосом.

— Понятия не имею, — Далила вышла на улицу и поежилась — в майке в такую рань было прохладно. — Что теперь делать будем?

— В смысле останемся тут или уйдем, испугавшись людей с кустами на головах? — уточнил Джозеф, обходя автобус кругом в поисках чего-нибудь, что могло бы пролить свет на личность незнакомцев.

— Да, что-то типа того, — Далила решила не заходить в относительное тепло средства транспорта, а мужественно стала помогать начальнику с осмотром места.

— Если надеешься, что я снова отдам тебе свою рубашку, то совершенно напрасно, — буркнул тот, замечая мурашки на бледной коже подчиненной. — Иди внутрь.

— В этом нет необходимости, — отозвалась та, поднимая с земли веточку и пристально в нее вглядываясь.

— Как знаешь, — с показным безразличием отвернулся Джозеф.

— Я не хочу отсюда никуда уходить, — отозвалась со ступеньки лениво наблюдавшая за коллегами Дейдара. — Этот автобус я согласна сменить разве что на машину или вертолет, которые отвезут нас к цивилизации.

— Опять же, если мы будем туда-сюда бродить, то спасатели нас никогда не догонят, — поддержала Далила. — Лучше остаться на одном месте и ждать их.

— А еще мы столько сил положили на то, чтоб его найти, что бросить было бы жалко, — снова вздохнула Дейдара, имея в виду их ночной приют.

— То есть против соседства с теми людьми вы ничего не имеете? — уточнил Джозеф. — Кто они? Опасны ли они? Вас это не беспокоит?

Девушки переглянулись и пожали плечами.

— Лично мне они показались достаточно безобидными, — ответила Дейдара.

— Ясно, — кивнул Джозеф.

Ему самому по большей степени ходячие кусты тоже не мешали.

— Нам нужна еда, — заявила Далила, выпрямляясь и требовательно глядя на руководителя.

— Согласен, — печально вздохнул Джозеф, впервые за утро обращая внимание, что его желудок уже, похоже, собирался начать переваривать самого себя.

Оперативник задумчиво оглядел местность, надеясь заметить где-нибудь поблизости ломящуюся от бананов или других фруктов пальму. Таковых не оказалось. Мужчина лениво растрепал волосы, что свидетельствовало о процессе принятия решения.

— Автобус посторожишь, пока мы за завтраком сходим? — обернулся он к всё продолжавшей сидеть в тепле Дейдаре.

— Нет! — решительно покачала головой та. — Я с вами пойду! Вдруг, пока вас не будет, они вернуться, а я тут одна?!

— Тебе ж они показались безобидными, — напомнил Джозеф.

— И что теперь? — Дейдара выбралась на улицу, тоже поежилась, потерла ладонями плечи и вопросительно уставилась на руководителя.

— Ладно, пошли, — сдался тот. — Не думаю, что автобус в наше отсутствие куда-нибудь отсюда денется.

Вопреки сложившимся у оперативников стереотипам и надеждам, заключавшимся в том, что джунгли ломятся от еды и найти в них пропитание — раз плюнуть, им пришлось бродить по лесу достаточно продолжительное время прежде, чем удалось разыскать хоть какое-то плодовое дерево. Фрукты оказались жесткими и кислыми, а еще их было мало, но люди решили, что находятся не в том положении, чтоб привередничать. Также не оправдались их ожидания за каждым стволом натыкаться на голодного хищника или ядовитую змею, и это не могло не радовать. Походив еще немного и понадеявшись, что их спасут прежде, чем снова возникнет необходимость идти за пропитанием, потому что с ним в округе было негусто, оперативники побрели назад.

На подходе к автобусу их ждал сюрприз — несколько покрытых ветками спин. Их обладатели, спрятавшись за деревьями, кустами и пригорками, напряженно следили из своих укрытий за покинутым средством транспорта, не заботясь о том, что происходило позади них. Оперативники остановились и пораженно уставились на группу старавшихся слиться с ландшафтом неизвестных. Те их пока не замечали. Руководитель с подчиненными обменялись недоуменными взглядами. Снова посмотрели на затаившихся гостей. В этот раз их было куда больше, чем в прошлый. Поисковики насчитали восьмерых, но гарантировать, что этим их количество ограничивалось, не могли. На всякий случай они тоже схоронились под ближайшим раскидистым кустом и стали ждать, что будет дальше.

— Вон еще один, — шепнула Дейдара, указывая на что-то в отдалении.

Приглядевшись, Джозеф различил шевелящийся покрытый пожухшей растительностью холмик на одном из пригорков.

— Интересно, они так и будут сидеть? — Далила продолжала сканировать местность на наличие пока не замеченных посетителей.

Будто прочитав ее мысли, один из утыканных ветками людей поднял правую руку, привлекая к себе внимание окружающих, и принялся делать ей какие-то знаки, призванные дать паре находившихся к нему ближе всех сподвижников указания, что они должны были сделать. Последние явно не понимали, что от них требовалось, и продолжали сидеть на месте, ожидая разъяснений. Командующий повторил свои жесты еще раз. Уже четче и резче. Он начинал раздражаться. Потом, поскольку сподвижники снова не разобрались, постарался подыскать синонимы. Когда он, потеряв терпение, показал обоим кулак, те, наконец, зашевелились и отправились выполнять поручение. Один просто полз, а второй явно пересмотрел шпионских фильмов и боевиков — перебегал зигзагом от укрытия к укрытию, менял траекторию, то крался, склонившись к земле, то вдруг выпрямлялся и прижимался к стволу ближайшего дерева, к чему-то прислушиваясь и оглядываясь. Потом, забывшись, он попытался сделать перекат. Хрустнули ветки. Со стороны медленно ворочавшегося на земле человека послышался слабый скулеж: элемент маскировки явно повредил ему спину. Его товарищи резко припали к земле и затаились, опасаясь, что враги могли их засечь.

Последние лежали под своим кустом позади костюмированных визитеров и не очень представляли, что им делать. При всей нелепости посетителей их, во-первых, было много, во-вторых, их намерения относительно оперативников были туманны. Рядом с одним из гостей лежала большая палка, она Джозефу на всякий случай заранее не нравилась.

— Нет здесь никого! — крикнул добравшийся до автобуса и заглянувший внутрь человек в костюме лешего.

Остальные сразу расслабились и зашевелились.

— А они точно были? — поинтересовался махавший до этого рукой человек, выпрямляясь и сдвигая в сторону закрывавшие лицо ветки. — Вам не показалось?

— Я знаю, кто это, — глухо шепнула Далила, когда тот обернулся, тревожно оглядывая местность. — Имя не помню, но он точно был среди пропавших туристов. Фотографию видела.

Джозеф задумчиво посмотрел на подчиненную и медленно перевел взгляд на толпу ряженых. Ей не верить у него причин не было.

— Вот мы их и нашли, — усмехнулась Дейдара. — Теперь надо как-то наладить контакт.

— Давайте сначала подождем, — Джозеф не торопился с радостными воплями бежать обниматься с обнаруженными пассажирами автобуса. — Вдруг услышим, что они от нас хотят.

У тех тем временем было что-то типа военного совета. К сожалению, говорили они очень тихо, так что разобрать практически ничего не удавалось. Раненый по собственной глупости "разведчик" уже оклемался и тоскливо сидел на земле, лениво шевеля пальцами ног, обутых в темно-синие сланцы. У него были худые грязные щиколотки.

— ... мы не знаем, что они здесь делали, — донесся обрывок разговора до лежавших в своем укрытии поисковиков. — Возможно, они просто случайно здесь оказались и не желают нам зла.

— Ага, на стекло посмотри, — мрачно посоветовал кто-то.

— Нас явно боятся, — заметила Далила.

"Я бы тоже боялся, если б мне в лицо попытались высадить окно", — подумал Джозеф, чувствуя, что его кто-то кусает.

Присмотревшись к земле, увидел муравьев. Недолго же получится лежать тихо и незаметно.

— Давайте я к ним пойду! — предложила Дейдара. — Выгляжу я безобидно, мирно. Буду мило улыбаться. Постараюсь их морально подготовить к встрече с вами.

Девушка замолчала, вопросительно глядя на начальника. Тот уже был согласен на что угодно, лишь бы встать с этой кишевшей насекомыми почвы. Убедившись, что Джозеф против ее предложения не возражает, Дейдара принялась энергично вылезать из-под куста, стараясь делать это как можно тише — не хватало еще привлечь внимание к своим спутникам раньше времени.

Выбравшись и укрывшись от беседовавшей толпы за ближайшим стволом дерева, она стала вытряхивать из-под майки и лифчика набившиеся туда за время лежания на земле травинки, грязь и муравьев.

Подняв голову, увидела незамеченного ранее "лешего", во все глаза наблюдавшего за процессом. Мысленно поздравила себя с тем, что уже успела кого-то к себе расположить. Всё остальное теперь становилось гораздо проще. Дейдара ласково улыбнулась и застенчиво похлопала ресницами.

Где-то через пять минут вопрос был решен.

Одичавшие туристы жили под собранным из подручных материалов навесом недалеко от того места, где оставили автобус. Джозеф с любопытством огляделся. В углу сидели двое очень мрачных, уставших, связанных спиной к спине человека. Ему пояснили, что это были гид с водителем.

— Что у вас случилось-то? — поинтересовалась Далила, стараясь не отходить от руководителя. — Как вы до этого дошли?

— Мы были вынуждены бороться за свои жизни! — ответил тот, кто до этого командовал окружением потенциальных врагов. Им оказался владелец банка.

Пропавшие сняли свои костюмы из веток и теперь были похожи на нормальных людей. Потрепанных, отощавших, чумазых и очень голодных.

— Вам известно, что четырнадцать — это число жертв Но-Гха Двехъйырду?! — с негодованием воскликнул лидер туристов, пытливо глядя на Джозефа.

— Да, — ответил тот.

Пассажиры автобуса раздраженно на него посмотрели.

— А мы, когда согласились на поездку, этого не знали, — буркнул банкир. — Нас заманили на верную смерть!

Он со злостью покосился на связанных в углу. Судя по отсутствию у тех реакции, эти разговоры они слышали уже не в первый раз.

Из рассказа пассажиров автобуса следовало, что они спокойно себе ехали по установленному маршруту и ни о чем не беспокоились. Один из них, пухлый студент-третьекурсник, всю дорогу читавший какую-то умную книгу об истории храма и культа, чтоб точно знать, куда направляется, регулярно говорил что-нибудь из разряда: "Послушайте, как интересно! Жрецами могли быть лишь те, родился седьмого числа!" В один прекрасный момент он вычитал про жертв и безо всякой задней мысли поведал об этом остальным.

Литературу с собой взял не он один. Владелец банка захватил в путь один из мировых бестселлеров этого года — книгу о заговорах, знаках, оккультизме и тайных организациях, проводящих всякие антигуманные ритуалы. Так что нечаянно брошенная фраза студента пала на благодатную почву. Банкир быстренько пересчитал пассажиров, убедился, что их было ровно четырнадцать, и крепко задумался. У него зародилось Подозрение, которым он не преминул поделиться. Уже через час всем туристам начало казаться, что гид с водителем вели себя странно. Спустя еще какое-то время сомнения уступили место уверенности, что те их сюда специально заманили и, как только они прибудут на место, непременно принесут в жертву богу с невыговариваемым именем.

Умирать во время поездки никто не планировал, поэтому такая перспектива всех ужасно расстроила. Туристы посмотрели на соотношение сил, сообразили, что их больше, и захватили автобус. Вынудили шофера изменить маршрут и съехать с дороги — желание посетить храм у всех резко пропало. Они не сомневались, что сообщники взятых в заложники "злодеев" непременно будут их искать, поэтому отключили телефоны — наверняка все их разговоры прослушивались — и пришли к выводу, что лучше всего будет от автобуса избавиться, а его самого спрятать.

Способ вернуться домой они так и не придумали, но надеялись, что это — вопрос времени. Однако все ужасно рады, что их нашли представители дружественной организации. А еще им всем стыдно, что они заставили своих родных и близких беспокоиться, хоть это был и вынужденный шаг. Честно-честно!

Джозеф почесал голову.

— Попробуй еще раз дозвониться Джастину, — обернулся он к Далиле. — Хотя постой. Покажите мне, пожалуйста, все имеющиеся у вас телефоны, — попросил он туристов.

Порывшись в сваленной перед ним куче трубок, он к своей радости нашел точно такую же модель, какой пользовался сам. До последнего опасаясь поверить в удачу, он осторожно переставил с нее аккумулятор. Отложил в сторону. С угрозой посмотрел на свой сотовый. Нажал на кнопку. Экран загорелся, запиликала глупенькая приветственная мелодия.

— Да?! — голос Тинка звучал, как у человека, впервые попавшего на спиритический сеанс.

— Привет, это я, — ответил Джозеф.

Рядом стояли практикантки и молились, чтоб не села зарядка, не закончились на счету деньги или не произошло еще что-нибудь подобное. Все трое были готовы к любой подлянке со стороны аппарата, природы, людей, животных или судьбы.

— Джозеф?! — ахнул Динь-Динь.

— Да. В общем, с нами всё в порядке...

За следующие пять минут руководителю стажировки не удалось вставить ни слова, зато он узнал о себе много нового и неприятного. Он всё это послушно выслушал, ожидая, когда у аналитика закончится словарный запас.

— Ты почему на связь не выходил?! — орал тот. — Как вообще понимать эту твою предсмертную записку?! Нет, вы представляете?! С ними, оказывается, всё в порядке! — с возмущением сказал он кому-то рядом с собой.

В трубке послышались неразборчивые гневно-радостные вопли. Джозеф с тоской подумал, что, возможно, его будут бить.

— Зарядка села, — вяло отозвался оперативник, предвкушая очередную вспышку негодования. — Как раз когда я опровержение на то сообщение писал.

— А позвонить не судьба?!

— Связи не было, потом телефон сдох. А девчонки не знали номер.

— Ну а сейчас как дозвонился?!

— Мы тут, в общем, это... Туристов нашли. С ними тоже всё хорошо.

Тинк глубоко вздохнул, беря себя в руки.

— Вы сейчас с ними? — уже спокойней спросил он.

— Да.

— Оставайтесь там и никуда не уходите. Джамиля тут ребят уже известила, что вы живы, скоро они будут.

— А что так долго? — брякнул Джозеф, тут же жалея, что не сдержался.

— А потому что кое-кто на месте стоять не может! — рявкнул Динь-Динь. — Они по той же дороге поехали, что и вы, чтоб скорее добраться! Кто ж знал, что вы сквозь джунгли попретесь, и им придется возвращаться и объезжать?! Маячки, я надеюсь, вы никуда не дели? Находитесь именно там, где мне видно?

— Маячки на нас, не волнуйся.

— Ага, как же... "Не волнуйся"!.. — обиженно бурчал Тинк, затихая. — Да. Лучше думай, как перед проводником извиняться будешь.

— А...

— Просто ребята его уже повстречали.

— Э-э-э... — Джозефу стало стыдно. — Мне покупать букет в больницу или сразу погребальный венок?

— Это не смешно, — еще больше посуровел Тинк.

— Извини, я просто немного выбит из колеи, — Джозеф потер лоб внутренней стороной запястья.

Рядом радостно обнимались слышавшие весь разговор стажерки.

— Это не ты выбит. Это ты всех остальных выбил. Попадись мне только! Ладно, потом поговорим. Мне доложить надо.

В трубке послышались короткие гудки.

Джозеф посмотрел на телефон, а потом на сгрудившуюся неподалеку полудикую толпу. Вздохнул.

— Ладно, может быть, нам даже благодарность какую-нибудь объявят за оперативность работы, — сказал он подчиненным. — Главное, пережить встречу.

Спасатели и медики подоспели примерно через полтора часа. Мельком поздоровавшись с поисковиками, они тут же полностью посвятили себя туристам. Те чуть ли не поголовно были обезвожены и истощены, некоторые страдали от пищевого отравления, у одного разыгралась аллергия на какой-то фрукт. Кто-то не мог ходить из-за ушибленной утром коленки, и почти все красовались ссадинами и синяками.

Жена нефтяника была очень довольна: за эти три недели она чудно похудела. Сынок знаменитого певца, избалованный гламурный мальчик, регулярно попадавший на страницы глянцевых журналов и желтой прессы, продолжал сидеть в своем маскировочном костюме, сурово глядя на пытавшуюся убедить его позволить ей обработать изодранную ветками спину Валерию. Позже в одном из интервью он скажет, что произошедшее сделало из него настоящего мужчину, и вообще, он теперь подумывает о службе в армии, потому что это — священный долг и бла-бла. При этом на нем будут очки со стразами, цепочки на шее и куртка с леопардовым воротником. Многие зрители, которые посмотрят эту передачу, мысленно пожелают ему удачи.

Хуже всех пришлось водителю автобуса и гиду — большую часть времени их держали связанными, а питание у них было куда хуже, чем у всех остальных: и так голодавшие туристы не горели желанием делиться потом и кровью добытыми продуктами с теми, кто, по их мнению, собирался зарезать их на жертвенном алтаре. Владилен с Веренсом суетились вокруг бедняг, устраивали их на носилках и что-то им кололи под неодобрительными взглядами пленителей, считавших, что забота о них самих должна была быть для медиков приоритетом.

Спасателям делать было практически нечего. Маркус проверил автобус и убедился, что тот исправен. Магда с Мигелем помогали пассажирам устраиваться внутри. Марата не было — он в это время вез Роберта в ближайшую больницу, очень извиняясь за своих коллег.

На скромно сидевших в стороне оперативников внимания почти не обращали. Тех это, с одной стороны, радовало, а, с другой, немного задевало.

— Алло, шеф? — Джозеф аккумулятор от телефона так и не вернул. — Добрый день.

— Ну-ну, — у начальства не было настроения.

— Ну, мы тут закончили, — мужчина наблюдал за тем, как носилки с водителем понесли в сторону автобуса, на котором прибыли работники ведомства — и он, и гид наотрез отказались ехать вместе со своими бывшими пассажирами. — Туристы найдены, ими занимаются медики.

— Ну-ну.

Джозеф молчал, не зная, что еще сказать.

— Шеф. Вы злитесь?

— Да, я в ярости, — совершенно спокойно отозвался тот. — Я буквально киплю гневом. Мне сообщают, что трое моих сотрудников, по всей видимости, погибли. Я уже почти сочиняю прощальную речь, которую буду говорить над их гробами, подумываю ради такого случая прикупить себе новый черный костюм, размышляю над тем, на кого переложить их обязанности. И что? Мне звонит начальник аналитического отдела и говорит, что подчиненные-то мои, оказывается, живы-здоровы! Да неужели? Радость-то какая! А почему я это узнаю от него, а не от них самих, а? Я вот тут специально время засек: между вашими звонками прошло сто двадцать восемь минут.

— Я всё могу объяснить! — твердо заверил Джозеф, спешно придумывая, чем оправдать то, что он, связавшись с Тинком, так расслабился, что забыл доложиться шефу.

Равнодушный и будничный голос последнего его очень беспокоил. На памяти оперативника прежде начальство так сильно выходило из себя лишь однажды, когда один из его подчиненных нечаянно утопил грузовик с ценным оборудованием в судоходной реке и тем самым вызвал кучу проблем, в том числе и финансовых, включавших в себя различного рода компенсации, штрафы и затраты на ремонт.

— Да, с удовольствием послушаю, — зевнул шеф, шелестя какими-то бумагами.

— А-а-а... Наше следующее задание уже известно? — Джозеф решил, что будет мудрым пока не попадаться руководству на глаза, а проявлять себя с лучшей стороны всеми возможными способами. Где-нибудь на другом конце мира.

— Вернуться в офис, написать докладные и объяснительные. Подробные, можно даже с пояснительными рисунками и музыкальным сопровождением.

— А Джастин... — Джозеф замолчал, думая, как лучше всего сформулировать мысль, что этим должен заниматься сидящий в кабинете диспетчер, и что сам он с радостью сообщит коллеге все подробности случившегося, чтоб тот мог немедленно приступить к работе.

— Забудь о нем.

— А что? Не справляется? — Джозеф ухватился за шанс сменить тему разговора.

— В больнице он.

— Что случилось? — нахмурился руководитель стажировки, понимая, почему трубку в кабинете никто не брал.

— С лестницы свалился. Сломал руку, очень сильно ободрал плечо, получил сотрясенье мозга. Никто так и не понял, как он умудрился.

Оперативник вспомнил о валявшемся где-то в канаве смоляном болванчике.

— Ужас-то какой! — совершенно искренне прошептал он.

С шамана все обвинения в шарлатанстве были сняты. Только почему-то это не радовало — Джозеф никогда не собирался доводить дело до подобного исхода.

Стажерки, до этого мирно о чем-то беседовавшие, удивленно посмотрели на руководителя и стали прислушиваться к разговору.

— Что говорят врачи?

— Жить будет, но какое-то время ему придется походить в гипсе.

Шеф вздохнул.

— В общем, как приедете — сразу за работу. Тут дел накопилось, — кажется, он немного успокоился.

— Ага, — слабо ответил Джозеф уже раздавшимся коротким гудкам.

— Кукла сработала? — поинтересовалась Далила, хмурясь.

Всё-таки руку ломала именно она.

— Ну, — мужчине было неуютно.

Все трое переглянулись. Задумались.

— Некрасиво получилось, — через некоторое время поделилась мыслью Дейдара.

— И не говори, — Джозеф взлохматил волосы, мысленно ставя галочку купить коллеге апельсинов.

5.

Джозеф сидел за столом и лениво рисовал своих подчиненных. Одна из них всё еще не пришла, а вторая пила чай из розовой с овцами кружки. Особо делать было нечего. Мужчина критически взглянул на свой рисунок. Сходство с практикантками было весьма условным, зато с чертиками, чаще всего становившимися жертвами его художественных потуг, просто потрясало. Тяжко вздохнув, оперативник поджег свое творение и стал лениво наблюдать, как оно догорало в пепельнице.

Далила осуждающе покосилась на костер среди важных документов, но промолчала. На ней снова была форма ее Академии — видимо, она не представляла, что на работу можно ходить в какой-то другой одежде. Девушка перевела взгляд на лежавший перед ней кроссворд и в очередной раз вчиталась в последний неотгаданный вопрос.

Дверь открылась, вошла мрачная Дейдара.

— Доброе утро, — буркнула она, плюхаясь на стул под плакатами и шмякаясь лицом на стол.

— Опаздываешь, — заметил Джозеф, пододвигая к себе пластиковый контейнер с завтраком и вяло роясь в приготовленных на пару брокколи.

К тому, что подчиненная носит ему еду, он давно привык. Удручало лишь то, что все его намеки, что он предпочел бы мясо, Далила исправно игнорировала, каждый раз притаскивая какую-то полезную чушь.

— Я в шоке, — глухо отозвалась Дейдара, не отрывая головы от столешницы.

— Что такое? — Далила, не отвлекаясь от кроссворда, задумчиво отхлебнула чаю.

— Кохаку-доно оказался женщиной!

Более пунктуальные работники отдела обменялись недоуменными взглядами.

— Кто это? — поинтересовался Джозеф, смутно ощущая, что это имя уже слышал, и даже догадывался, где и от кого, но опознать так и не смог.

— Я так понимаю, что это учитель Шиниромару-сама, — предположила Далила, поправляя очки.

— А! — вспомнил Джозеф. — Это который проклятый?

— С учетом последних известий, "проклятая", — поправила русоволосая подчиненная, ставя пустую кружку на стол.

Дейдара явно ждала расспросов и слегка разочаровалась, когда их не последовало.

Несколько минут сидели в тишине. На столе у Далилы зазвонил телефон.

— Алло? — подняла трубку та, параллельно стирая буквы со страницы газеты резинкой на конце карандаша.

Указания Джозефа, что на звонки нужно отвечать фразой "Добрый день. Поисковое подразделение, оперативный отдел. Чем я могу вам помочь?" девушки солидарно игнорировали, мотивируя тем, что их руководитель сам в лучшем случае говорил: "Да? Слушаю".

Далила, поморщившись, отстранила аппарат от уха: ее собеседница отличалась громким пронзительным голосом и, судя по всему, склочным и истеричным характером.

— Вы обратились не по адресу, — сказала она через некоторое время. — Подобными вопросами занимается не наш отдел. Позвоните в справочный.

Последовавшие за этим визгливые вопли было слышно даже в другом конце комнаты.

— Вам сообщить их телефон? — как ни в чем не бывало, поинтересовалась Далила, вписывая, наконец, отгаданное слово в пустые квадратики кроссворда.

Ее подруга нехотя оторвала голову от стола и, подперев щеку ладонью, принялась лениво прислушиваться к неразборчивым словам дозвонившейся.

— Я уже сказала, что это не в нашей компетенции, — Джозеф дивился выдержке подчиненной. — Ничем не могу вам помочь. И я понятия не имею, как продвигаются поиски вашей собачки.

Раздалась очередная гневная тирада. Длинней предыдущих.

— Ну а что я могу сделать? — флегматично отвечала Далила, листая газету свободной рукой. — Лишь посоветовать покупать животных подешевле или просто лучше за ними следить... Да, я хамка. Вы совершено правы — я понятия не имею, с кем разговариваю, и мне, честно говоря, наплевать. Звоните в справочный отдел. Да-да, я уже говорила, что мне наплевать?

Девушка, расположив трубку на плече так, чтоб динамик оказался как можно дальше от уха, лениво точила свой карандаш, не меняя выражения лица. Джозеф был впечатлен.

— Купите себе уже новую собаку и не морочьте людям головы, — вздохнула Далила, подушечкой пальца проверяя остроту грифеля. — Да, я такая. Не звоните сюда больше. Забудьте этот номер. Кстати, кто его вам дал?

Послушав некоторое время ответ собеседницы, девушка, не прощаясь, спокойно повесила телефон и задумчиво уставилась на новый кроссворд.

— Знаешь, я думаю, будет лучше, если ты не станешь отвечать на звонки, — поразмыслив, поделился Джозеф.

Далила равнодушно пожала плечами.

Со своего первого и, судя по всему, последнего задания, они вернулись за четыре дня до этого. Шеф поклялся, что больше никогда и никуда их не пошлет, обрекая всех троих на бумажную работу. Никто особо не возражал.

Пустое место Джастина давило на совесть тяжким грузом. Джозеф по приезде навестил пострадавшего в больнице — тот был очень растерян и сильно удручен произошедшим. Теперь ему предстояло в лучшем случае месяц провести в гипсе.

Виновато вздохнув, Джозеф снова принялся задумчиво ковыряться в брокколи.

— Вы доели? — послышался строгий голос.

— Я не хочу, — оперативник отодвинул контейнер с завтраком в сторону.

— Ешьте, — требовательно произнесла Далила. — Это очень полезно для пищеварения.

— Не буду, — разговаривать о пищеварении Джозеф не собирался.

Распахнулась дверь и в кабинет впорхнула Камилла — человек бешеного энтузиазма и настолько кипучей энергии, что Джозефу в ее обществе всегда становилось неуютно.

— Привет, ребята! — бодро поздоровалась она, обводя горящим взором расслабленных оперативников. — Чего вы здесь киснете?! Давайте будете вместе со мной на теннис ходить после работы?!

— Ты же, вроде как, плавала... — припомнил Джозеф.

— Только по четвергам. А теннис — по понедельникам и средам. Хотела бы и в пятницу тоже, но не могу — занятия по танцам, а потом курсы китайского.

— Понятно, — Джозефу, вечера проводившему как придется, чаще всего перед телевизором, стало скучно.

— Ладно, я к вам по делу, — Камилла подошла к его столу и протянула бумажку.

— Что это? — поинтересовался поисковик, лениво проглядывая листок.

Какой-то непонятный бланк.

— Через месяц будет день основания ведомства! Очень важное событие! Мы просто обязаны его как-то отметить!

— Мы же никогда этого не делали, — зевнул Джозеф.

— Нужно же когда-то начинать!

— И что? Организацию повесили на подразделение правовой помощи? — мужчина почти не сомневался, что юристка сама всё это придумала и вызвалась провести.

— Нет, просто кто-то же должен этим заниматься.

— И? При чем здесь мы?

Стажерки в разговор не встревали, но внимательно к нему прислушивались.

— Просто я хочу, чтоб это было общим праздником, к устройству которого все бы приложили руку. Чтоб работники ведомства почувствовали, что они — часть большой семьи, способные на очень многое, действуя вместе. Поэтому я прошу, чтоб все отделы написали свои идеи относительного того, как бы они хотели отпраздновать годовщину. Потом мы выберем самое интересное предложение и претворим его в жизнь. Из оперативного отдела поисковиков на месте только ты, так что тебе и отдуваться! Не к шефу же твоему мне идти!

Камилла триумфально замолчала и посмотрела на сидевшего перед ней Джозефа с ожиданием.

— То есть, я должен написать здесь, — тот продемонстрировал выданный ему листок, — как хочу провести этот день?

— Да.

— Хорошо, — руководитель стажировки неторопливо подписал бланк.

— Вариант "дома" не принимается! — вовремя добавила Камилла.

— Тогда не знаю, — буркнул Джозеф, разочаровано откладывая ручку.

— Подумай. Если до обеда не получу от вашего отдела нормальную идею, то приду, сяду рядом и буду стоять над душой, пока ты не напишешь! — пригрозила юристка. — О, любишь брокколи?

— Нет, — настроение у Джозефа испортилось.

Перспектива, что Камилла действительно исполнит обещанное, его угнетала. Фонтанирующий энтузиазм под боком, по его мнению, был вреден для нервной системы.

— Зря! Это очень полезно для пищеварения! И помни. Приду и сяду рядом! Пока, — из коридора донесся быстро удалявшийся цокот каблуков.

Джозеф несколько секунд с тоской буравил взглядом лежавший перед ним бланк.

— Дейдара, — позвал он, подумав. — У тебя же богатая фантазия. Придумай что-нибудь.

— Что-то конкретное? — девушка вопросительно взглянула на начальника, принимая листок.

— Мне всё равно. Что хочешь, то и пиши. Лишь бы она отвязалась, — скинув обязанности на подчиненную, Джозеф повеселел и расслабился.

Дейдара, задумавшись, вернулась на свое место и через минуту принялась что-то бодро строчить.

— Так, меня не будить, — распорядился поисковик, удобней устраиваясь за столом, и закрыл глаза, уткнувшись лицом в сложенные поверх документов руки.

Джозеф стоял перед знакомой дверью и нерешительно поглядывал на ручку. Он сюда не приходил с тех пор, как торговец выставил его вон под предлогом занятости еще в Тато. Обладатель "острова" надеялся, что тот осознал свою вину и раскаялся в поведении, однако интуиция всё же подсказывала, что лавочник мог даже не заметить его длительного отсутствия. Запястье приятно холодил браслет-извещенец. Потоптавшись еще немного, Джозеф раздраженно вздохнул и растрепал пятерней волосы.

Вдруг колокольчик звякнул, дверь открылась.

— А я всё думал, когда же вы зайдете? — на пороге стоял снисходительно улыбавшийся старик.

Оперативник насупился. Владелец магазина, скрывая усмешку, шагнул в сторону, освобождая для посетителя проход, и эффектно взмахнул рукой, приглашая того внутрь.

Джозеф посмотрел на него с подозрением. Тот оставался в той же позе, подобно лучшим английским дворецким из старых фильмов, и ждал, с интересом наблюдая за Обладателем. Последний что-то буркнул и будто нехотя прошел в магазин. Сел в кресло и огляделся — не изменилось ли что-нибудь в его отсутствие.

Вскоре перед ним оказалась чашка горячего чая и плетеная корзиночка с выпечкой. Джозеф немного подобрел.

— Я смотрю, вы решили расширить ассортимент? — повертел он в руке ватрушку с изюмом.

— Ну да, — отозвался торговец, полируя пенсне кусочком замши. — Развиваюсь потихоньку.

— И как? Получается? — поинтересовался Джозеф, кусая творение кулинара-самоучки.

— Сдвиги имеются. Пока небольшие, но все с чего-то начинают. Очень мешает настороженное отношение многих "островитян" к идее сотрудничества. Но, по крайней мере, пять постоянных партнеров у меня уже есть.

— О, ну поздравляю, — Джозеф почувствовал, что кто-то исподтишка гложет низ его штанины, и отодвинул ногу в сторону.

Квирчик возмущенно рявкнул. Обладатель никогда не думал, что волнистые попугайчики так умеют. Удивленно заглянул под стол. На него смотрели два маленьких, но очень свирепых глаза.

— Ого, — поразился Обладатель. — У него бешенство?

— Просто плохое настроение. Не обращайте внимание.

Джозеф решил послушать совета и полностью сосредоточился на чаепитии. Взгляд его упал на знакомый кожаный переплет. Отряхнув пальцы от крошек, посетитель взял книгу и лениво ее пролистнул. Страницы были пусты. Он вопросительно взглянул на старика, демонстрируя чистую бумагу.

— Творческий кризис, — пояснил тот, водружая очки на место.

— О-о-о... Ну, бывает, — Джозеф захлопнул томик и вдруг почувствовал под обложкой какую-то еле уловимую вибрацию.

— Только не смотрите, пока не закончит! — предостерегающе воскликнул лавочник, заметив, что оперативник собирался снова открыть фолиант, чтоб узнать, что происходило внутри. — Вы ее с мысли собьете.

Обладатель, чуть посомневавшись, положил книгу обратно на стол.

— Ну, а как вы поживали всё это время? — торговец принялся рыться в выдвижном ящике.

— Нормально, — подумав, сказал Джозеф.

За последнюю неделю произошло слишком много всего. На то, чтоб всё рассказать, ушла бы прорва времени, так что лучше было и не начинать.

Старик удивленно оторвал взгляд от содержимого стола и пристально посмотрел на посетителя.

— И что? Ничего нового? Никаких жалоб?

— Ну почему же? — пожал плечами Джозеф, замечая, что Квирчик уже каким-то образом успел добраться до плюшек и теперь сидел их раздирал. — Просто их слишком много.

— А. Тогда всё в порядке, — расслабился торговец, возвращаясь к своему занятию.

— Вы намекаете, что я всё время ною? — уточнил Обладатель, раздражаясь.

Попугай при ходьбе еле слышно цокал коготками по полированной столешнице и плевался во все стороны творогом.

— Для этого и существуют "острова" — ушел от прямого ответа лавочник. — Чтоб Обладатель мог выплескивать здесь весь негатив, изливать душу, набираться сил. Это — естественное и ожидаемое поведение. Если вы здесь будете держать гнетущие вас мысли и эмоции в себе, то где тогда сможете от них избавиться?

Джозеф посмотрел на невозмутимого старца с подозрением. Тот сверкал честными глазами и излучал искренность. Оперативник сдался и вернулся к чаю.

— Вы знаете, у меня возникла хорошая идея, — через какое-то время поделился торговец.

— Да? — отозвался Джозеф.

— Конечно, речь идет лишь о долгосрочной перспективе, — торопливо заверил владелец магазина. — В ближайшее время что-то подобное сделать будет невозможно.

Обладателю стало интересно.

— Я подумал, что развитие туризма по разным "островам" может оказаться весьма успешным предприятием, — поделился старик.

Джозеф лишился дара речи.

— Мне не послышалось? — уточнил он, немного придя в себя. — Это не шутка?

— Вы совершенно напрасно так реагируете, — лавочник был абсолютно серьезен, — Как вы сами видели, между "островами" можно устанавливать мостики. Какие только чудные уголки не встречаются среди зон рекреации! Если б вы только могли на них взглянуть!.. Я уже все продумал. Вот скажите, вы бы хотели посетить японский чайный домик или швейцарский шале в зимних горах? По сути, не выходя из дома. Не тратя времени и денег на перелет.

— Не в этом дело! Вы хотите устраивать турпоездки по головам людей! Собираетесь пускать в чужое сознание посторонних!

— Во-первых, я пока что не собираюсь, а просто обдумываю такую перспективу, — возразил старик. — Во-вторых, не вижу ничего страшного. Если предпринять все меры безопасности, то никакой угрозы для Обладателя не будет. Судите сами. Сюда уже несколько раз заходили жители других "островов", а вы этого даже не почувствовали. Вы бы никогда об этом и не узнали, если б тогда случайно не встретили того мальчика. Скажите, хоть что-нибудь для вас изменилось?

— Очень многое! К примеру, меня стали выставлять из собственного места рекреации, потому что надо срочно провести какое-то совещание, — Джозефа идея торговца сильно задела. — А еще я перестал считать это место своей крепостью, где никто меня не может потревожить. Если вы здесь устроите проходной двор, то я просто пойду и деинсталлирую "остров". Потому что он потеряет смысл! Мне нужен уголок, где я могу спрятаться от всего мира, принадлежащий лишь мне и только мне! Зачем мне в голове публичный туалет?!

— Вы всё слишком драматизируете. Начнем с того, что не все люди думают так, как вы. Некоторые относятся к таким вещам куда проще. К примеру, можно открыть для посещения только те места рекреации, Обладатели которых на то согласны. А еще, чтоб всё было честно, установить квоту — человек имеет право побывать в стольких местах, сколько гостей готов пустить к себе.

Торговец мудро решил не говорить, что изначально обдумывал идею водить туристов по "островам" втайне от их хозяев, но потом подумал, что это может обернуться серьезными проблемами, потому что кто-нибудь обязательно задумался бы, а не проходят ли экскурсии и у него в голове. Вряд ли положительный ответ сделал бы его счастливым и благодушным.

Джозеф промолчал.

— Разумеется, если это когда-нибудь и произойдет, то очень нескоро, — вздохнул старик, рассеянно протирая тряпочкой извлеченную из ящика каменную фигурку богини плодородия какой-то древней цивилизации. — Пока что общество не готово к такому шагу...

— Зачем вы это достали? — Джозеф с недоумением смотрел на толстую, большегрудую грубо высеченную лысую женщину с уродливыми чертами лица.

Услышав, что его "остров" пока что в безопасности от стороннего вторжения, он успокоился.

— Показать хотел. Смотрите, как интересно...

— Вас вызывают... Вас вызывают...

— А, черт!

Джозеф, интуитивно понимая, что, скорее всего, ничего важного не произошло, нехотя поплелся к двери — таковы правила. Он сам их подписал, соглашаясь на все условия, при внедрении магазинчика в его сознание. Ослушайся — и начнутся всякие трудности типа предупреждений, штрафов, а также деинсталляция "острова" в случае особо грубых нарушений.

— Я же просил меня не будить! — сердито поведал он нависавшей над ним Далиле.

— Обед, — не допускающим возражений тоном произнесла та. — Сначала поешьте, а потом делайте, что хотите. Хоть спите дальше.

Джозеф раздраженно вздохнул — эта забота его напрягала. Не дожидаясь ответа, девушка развернулась и пошла к выходу.

— Дейдара эта штуку написала? — крикнул ей вслед руководитель, обращая внимания, что второй стажерки в помещении уже не было.

— Да. И даже занесла Камилле в кабинет, — отозвалась подчиненная, покидая комнату.

— Одной проблемой меньше, — пробормотал Джозеф, глядя на часы.

Да, пожалуй, закусить всё же стоило.

В столовой всё было как обычно. Скандал с предсмертной запиской еще не улегся. Впрочем, обсуждался он уже не так активно, как в первые два дня. Криво усмехнувшись на пару шуточек типа "параноик параноика видит издалека" и проигнорировав ряд ехидных, но глупых и уже порядком надоевших вопросов о поездке, оперативник сжевал котлету с картофельным пюре и вернулся в кабинет. Он был в ярости: повар только что сказал ему по секрету, что подходила некая юная дама и просила не продавать Джозефу ничего вредного для здоровья, а наоборот всячески убеждать его брать больше овощей. Руководитель практики заверил любопытствовавшего доброжелателя, что пока не женился, в ближайшем времени не планирует и уж точно не на этой девушке. Твердо решил серьезно поговорить с Далилой и прекратить всё это безобразие.

В комнате еще пока никого не было. Джозеф сел за стол и принялся ждать, мысленно подбирая слова. Стажерки где-то пропадали, но, поскольку обеденный перерыв пока не закончился, они имели на это полное право.

Через десять минут вернулась Дейдара. Доев на ходу банан, она бросила шкурку в мусорную корзину, деловито отряхнула руки и уткнулась в компьютер на своем рабочем месте. Начальник покосился на нее с неодобрением — ему казалось, что девушка проводила перед монитором слишком много времени.

Потом появилась и Далила.

— Я должен с тобой серьезно поговорить, — сурово заявил Джозеф, как только та переступила порог.

Дейдара зыркнула на обоих с любопытством, но тут же вернулась к предыдущему занятию — оно интересовало ее куда больше.

— Хорошо, — спокойно отозвалась Далила, садясь за свой стол.

— Значит так!.. — гневно начал Джозеф.

У подчиненной зазвонил сотовый телефон.

— Прошу прощения, — сказала она начальнику, беря трубку. — Алло?

Оперативник раздраженно ждал окончания беседы. Далила почти не говорила — только слушала.

— Ладно, пока.

— Так вот...!

— Звонила моя подруга, — прервала его Далила. — Она тоже здесь на стажировке. Просила передать, чтоб вы срочно включили компьютер и зашли в почту.

Джозеф растерялся и недоверчиво моргнул. Все его мысли вращались вокруг отповеди зарвавшейся подопечной и с трудом переключались на что-то другое.

— Зачем? — нахмурился он.

— Вам сложно это сделать?

Джозеф, подумав, послушался.

В ящике было несколько непрочитанных писем, по большей части — ведомственная рассылка. Почти на всех значилось имя Камиллы — идея празднования годовщины явно крепко засела ей в голову. Джозеф, устало вздохнув, принялся читать ее послания коллегам. Там были слова о том, что все должны приложить руку к организации торжества, что это разовьет командный дух, позволит наладить и укрепить отношения, как между подразделениями, так и непосредственно людьми, завести новые знакомства и вообще пойдет всем на благо. Вчитываться Джозеф не стал — стиль юристки изъясняться и ее образ мыслей он знал, поэтому ничего нового для себя бы не открыл. В более позднем письме шло ее объявление о проведении конкурса на лучшее предложение по проведению вечера. А потом поисковику без определенной причины вдруг стало тревожно.

Кликнув по последнему закрытому конвертику, если верить времени получения, пришедшему минут за шесть до этого, он почему-то даже почти не удивился, когда узнал, что его идея была признана самой интересной, поэтому претворять в жизнь будут именно ее.

К письму было приложено изображение отсканированного бланка, собственноручно им по дурости подписанного. Джозеф с замиранием сердца прочитал, что от его имени предложила Дейдара. Пришел в ужас.

Там упоминались слова "битва" и "свежий воздух". А также "две армии", "штурм укреплений" и "все шьют себе костюмы". Сие должно было научить работать в команде и доверять коллегам свою спину. Героизму и умению принимать решения в критических ситуациях. Если верить написанному, сплоченность работников ведомства против внешнего врага должна была возрасти до небывалых высот, но, чтоб случайно не породить между ними враждебность и не вынести игровое противостояние в реальную жизнь, состав "армий" предлагалось постоянно тасовать, чтоб все смогли побыть как союзниками, так и противниками. Заодно это улучшило бы навыки трансформации стратегии поведения в постоянно изменяющихся условиях и способствовало тренировке умения быстро вливаться в новый коллектив.

В конце предлагалось поесть жареных на углях сосисок.

И на этом стояло его имя.

Джозеф перечитал всё заново. На второй взгляд всё было так же паршиво, как и на первый. Зато теперь можно было не сомневаться, кто станет самым ненавидимым работником ведомства, когда все это прочтут. Пусть Камилла дотянулась всего лишь до четырех подразделений — остальные располагались слишком далеко, и она даже при всем желании не смогла бы туда попасть. Участвовать в этом, значит, тоже будут лишь они, если, конечно, не найдутся всякие добровольцы-энтузиасты, согласные потратить время и деньги на дорогу до места, где всё это будет проходить.

Джозеф с ненавистью посмотрел на подставившую его подчиненную. Та вины явно не осознавала, как ни в чем не бывало, продолжая заниматься своими делами. Ну почему?! Что ей стоило написать то же самое, но другими словами?! Без этих оборотов речи, от которых Камилла впадала в священный трепет?! "Две дерущиеся толпы в костюмах". Эта идея бы никогда не прошла, от него бы отвязались, и всё было бы хорошо!

— Дейдара, — позвал он, изо всех сил стараясь удерживать себя в руках. — Ты в курсе, что выиграла этот дурацкий конкурс?

— Правда?! — обрадовалась та, отрываясь от компьютера и глядя на начальника с восторгом. — Здорово!

Джозеф ничего не сказал, продолжая буравить девушку свирепым взглядом. Сам виноват — разрешил писать, что угодно. Она просто добросовестно выполнила данное задание. Кто ж знал, что она победит?..

Джозеф в раздумьях побарабанил пальцами по столу и глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Во-первых, далеко не факт, что это начинание не загнется через пару дней. Практически наверняка всё так и будет. Очень много организационной работы, почти никто не захочет этим заниматься, а юристка в одиночку это мероприятие не вытянет. Хотя... Речь же о Камилле, здесь ни в чем нельзя быть уверенным. Зато, скорее всего, большая часть работников станет возражать: люди взрослые, серьезные, ленивые, лишний раз шевелиться не захотят... Черт... Это тоже еще не известно.

— Скажи, — снова обратился он к Дейдаре. — О каких костюмах речь?

Девушка мечтательно закатила глаза.

— Это надо индивидуально смотреть, — протянула она. — Для каждого что-то свое. С гримом. И париками. Вот из вас можно роскошного Кинтаро сделать — я как вас увидела, сразу об этом подумала. Брови бы только немного выщипать, да с прической вопрос решить...

Джозеф отвернулся от ушедшей в свой, чуждый ему, мир подчиненной. Участвовать в этом он в любом случае не собирался, поэтому можно было не слушать, что она там говорит.

О серьезном внушении Далиле он совершенно забыл.

Уже через полчаса ему пришло первое письмо, в котором ясно давалось понять, что о поисковике и его "светлых" идеях думает отдел по борьбе с распространением наркотиков. Потом отписались пластические хирурги, позвонил Вилле с вопросом: "Что еще за фигня?".

Джозеф убедился, что не одинок в своем отношении к празднованию годовщины, и решил, что шанс, что всё это еще десять раз сорвется, весьма велик.

У Дейдары заработал принтер.

— Вот, это Кинтаро, — заявила она, кладя перед начальником картинку с изображением какого-то мужика, судя по виду, явно принадлежавшего к той же компашке, что и Шиниромару-сама. — Говорю же, вы на него похожи.

Девушка оценивающе посмотрела на индифферентного руководителя и кивнула своим мыслям.

— Смотрите, какой у него интересный костюм. Сделать доспехи будет непросто, но у вас есть еще почти месяц, вполне можно успеть.

— Знаешь, тот факт, что я молчу, еще не значит, что мне нечего сказать, — поделился Джозеф, мельком глядя на рисунок.

Взор вычленил круглый щит с китайским драконом, длинные белые волосы, копье с какими-то перьями на древке и море пафоса.

Далила подошла посмотреть.

— Кто это? — поинтересовалась она, вертя распечатку в руках.

— Он — генерал имперских войск, последний представитель рода, произошедшего от связи богини войны со смертным! — с восторгом поведала Дейдара, воодушевленная тем, что ей, наконец-то, позволили говорить на эту тему. — Такой клё-ё-ёвы-ы-ый!!! Кя-я-я!

Далила обменялась с Джозефом сочувственными взглядами.

— Это не он убил всю семью Шиниромару-сама, а его самого продал в рабство? — что-то припомнил руководитель стажировки.

— Дааа!!! — взгляд Дейдары затуманился. — Это так... так...

— Ничего общего, — вынесла свой вердикт Далила, сравнивая изображение с сидевшим напротив нее мрачным мужчиной.

— Это пока! — оживилась Дейдара, вставая рядом с подругой и сосредоточенно глядя на картинку. — Смотри, вот эту часть бровей убираем, вставляем фиолетовые линзы, заказываем парик...

Джозеф послушал, что еще с ним хотят сделать, потом разозлился, демонстративно порвал распечатку, накричал на подчиненную и отослал ее в канцелярию что-то ксерокопировать.

Далила проводила ее взглядом, посмотрела на сердитого Джозефа, о чем-то подумала и тоже куда-то ушла.

А тем временем далеко-далеко от этого места над изнывающей под жарким солнцем равниной летела маленькая птичка. Потом что-то привлекло ее внимание. Свернув с выбранного пути, она взмахнула крылышками и опустилась на землю в канаву возле дороги. Среди жухлой травы и пыли лежала слегка покореженная черная пахнувшая смолой штука. Пичуга удивленно склонила голову набок и недоуменно чирикнула, кося на находку блестящим глазом. Вспорхнула кукле на грудь и скептически посмотрела на схематически отмеченные черты лица. Постояла так несколько секунд, размышляя, какую пользу можно было извлечь из мягкой человекообразной фигурки. Пощипала перья под крылом, снова сконцентрировалась на том, что было у нее под ногами. Задумчиво пару раз долбанула клювом смоляного человечка по лбу. Потеряла к нему интерес и полетела дальше.

В это же время добрая медсестра распахнула окно в палате Джастина.

— Что вы в духоте сидите, — ворчала она. — Хоть свежим воздухом подышите. Комаров сейчас нет, так что никто к вам не залетит.

— Спасибо, — слабо улыбнулся пациент, удобней устраиваясь на подушке.

Ему еще только предстояло узнать, какими агрессивными бывают некоторые голуби.

Вернулась грустная Дейдара. Положила стопку ксерокопий на стол немного подобревшего начальника и, обиженно сопя, села на стул под своими постерами.

— Чашку мне вымой, — велел Джозеф, протягивая подчиненной снова загаженную заваркой и отложениями старых чайных пакетиков кружку.

Девушка опять ушла. Вторая пока не появлялась. Телефон больше не звонил.

Джозеф снова лег на стол и закрыл глаза.

— Пока вас не было, я смог заключить еще один договор! — встретил его радостный торговец.

— Подумать только, на скольких "островах" проблемы с выпечкой... — буркнул Обладатель, плюхаясь в кресло и вопросительно глядя на книгу в кожаном переплете. — Она закончила? Можно посмотреть, что получилось?

— Да, конечно, — рассеянно кивнул старик, с огрызком карандаша в руках вчитываясь в какие-то собственные записи.

Джозеф пододвинулся к столу и заинтересовано перевернул обложку.

Я помню чудное мгновенье:

Передо мной явилась ты,

Как мимолетное виденье,

Как гений чистой красоты.

В томленьях грусти безнадежной

В тревогах шумной суеты,

Звучал мне долго голос нежный

И снились милые черты.

Джозеф фыркнул, пролистнув еще пару страниц. Нашел Гумилева и один из сонетов Шекспира.

— Э нет, дорогуша, — усмехнулся он. — Это уже плагиат. Наглый и неприкрытый. Хоть бы пару строчек местами поменяла ради приличия...

Слова стали таять на бумаге. Через несколько секунд книга снова была девственно чиста.

— Вы ее обидели, — с легким осуждением отозвался торговец, всё еще что-то подсчитывая и записывая.

— Всего лишь сказал правду, — Джозеф угрызений совести не испытывал. — Если уж на то пошло, она могла взять какие-нибудь менее известные стихи.

— Смотрите, что получается, — пробормотал старик, переходя на другую тему. — У меня теперь есть шесть партнеров. Значит, выпуск товара нужно увеличивать. Если дело так и дальше будет идти, то, боюсь, придется нанимать работников...

— Где вы их брать собираетесь? — Обладатель отложил книгу в сторону. — И еще. Надеюсь, производство вы не тут расположите? А то я категорически против.

— Это всё надо обдумать. Вообще да, здесь тесновато. Боюсь, такой нагрузки это пространство не выдержит. Нужно посмотреть, нет ли возможности создать дополнительную площадь без привязки к чьему-либо сознанию...

— А вы крепко заболели идеей сотрудничества, — протянул Джозеф, подпирая подбородок кулаком и лениво наблюдая за тем, что Квирчик вытворял в своем колечке под потолком. — Зачем вам это? Что надеетесь получить?

— Между прочим, некоторые люди действуют ради идеи, а не выгоды, — отозвался старик. — Меня увлекает сам процесс создания того, что объявлено невозможным.

— Не боитесь последствий? Полагаю, это ваше предпринимательство незаконно?

— В том-то и дело, что формально я ничего не нарушаю, — улыбнулся торговец. — Полностью отсутствует правовая база, регулирующая функционирование "островов". Нет закона — нет ответственности. Считается ведь, что между ними перемещаться нельзя, а то, что происходит в голове человека, не затрагивая интересов окружающих — его частное дело. За личности "островитян" и последствия их влияния на Обладателя отвечает разработчик конкретного места рекреации. Так что ни мне, ни вам, ничего не грозит, даже если о моем "архипелаге" станет известно.

— "Архипелаг"? — оперативник усмехнулся. — Забавно.

— Напрасно смеетесь.

— Я не смеюсь. Вернее, смеюсь, но не над вами. Просто представил, что у меня в голове будет размещаться штаб мафии, контролирующей все "острова", собирающей с них дань и всё такое. Вам надо еще большую белую пушистую кошку завести. Будете ее гладить и строить планы по захвату мира.

— Вечно вы все опошлите, — расстроился торговец. — То же мне "мафию" нашли... К тому же, кошка у меня долго не проживет: ее Квирчик быстро изведет.

Попугай, вися в колечке вниз головой, как это всегда бывало, когда он слышал своё имя, оглушительно чирикнул.

Джозеф посидел в магазинчике еще немного, а потом пошел "наружу".

Открыв глаза, он увидел свою чашку. Та стояла прямо перед его лицом. Мытая.

Дейдара, сидя на своем месте, что-то сосредоточенно печатала. Далилы до сих пор не было.

— Что делаешь? — поинтересовался Джозеф, садясь прямо.

Девушка на него мельком взглянула. Судя по всему, она была обижена.

— Составляю список имен, которые, скорее всего, еще не заняты. Меня в отделе кадров попросили. Чтоб новички меньше мучались при устройстве на работу.

— А. Здорово. Молодец. Много набирается? — зевнул Джозеф, потягиваясь.

— Пока девяносто шесть.

— Сколько?! — не поверил начальник.

— Возможно, некоторые из них уже кто-то носит, — отозвалась Дейдара. — Потом по базе проверить надо будет, но с этим уже они сами разберутся.

Оба замолчали. В тишине раздавались лишь стук клавиш да шелест разбираемых Джозефом бумаг.

— Факс от Дугласа? — мужчина заметил лежавшую поверх кипы старых документов бумажную ленту. — Когда пришел?

— Минут десять назад.

— Ясно, — Джозеф мельком просмотрел текст.

Ничего важного, начальству можно не докладываться.

Пришла Далила.

— Я вас поздравляю, — провозгласила она, садясь на свое место. — Празднование годовщины создания ведомства, похоже, отменяется.

— Почему? — растерянно посмотрела на нее Дейдара.

— Джульетта пришла к выводу, что такие затраты мы не можем себе позволить, связалась с бухгалтерией подразделения правовой помощи, там с ней полностью согласились и зарубили Камилле ее начинание. Но та уже тоже к тому моменту пришла к выводу, что лучше придумать что-нибудь другое.

"Интересно, откуда Джульетта узнала о размере затрат?" — думал Джозеф, внимательно глядя на Далилу, как ни в чем не бывало снова взявшуюся за свой кроссворд.

Бухгалтер поискового подразделения, очень худая и уже немолодая женщина, совершенно уверенная в собственной неотразимости и сексуальной привлекательности, носила прозрачные блузки с глубоким декольте и туфли на шпильке, выщипывала брови в ниточку, пользовалась кроваво-красной губной помадой и жирно подводила глаза. Глядя на нее, Джозеф всегда вспоминал героиню мультика, мечтавшую о шубе из щенков далматинцев. Тольку у той, в отличие от бухгалтерши, волосы не были выкрашены в огненно-рыжий цвет. Джульетта ненавидела всех женщин в возрасте от пятнадцати до пятидесяти лет и уж точно никогда не стала бы читать письмо, присланное Камиллой, если б точно не знала, что оно касалось ее профессиональных обязанностей или могло затронуть ее интересы. Так что о запланированном мероприятии она могла услышать только от кого-то лично. Кого-то, кто смог бы ей указать кучу возможных статей расходов, типа длинных белых париков и фиолетовых линз, о которых, исходя из текста письма, догадаться было сложно.

Далила спокойно вписывала слова в пустые квадратики. Приунывшая Дейдара налила себе чай и тоскливо жевала бутерброд с колбасой.

— А почему она что-то другое захотела придумать? — обернулась она к подруге, имея в виду юристку.

— Потому что подобное мероприятие может привести к серьезным травмам и бросить тень на репутацию всего ведомства, — отозвалась та.

Дейдара внимательно смотрела на нее еще несколько секунд.

— С кем ты еще поговорить успела? — спросила она напрямую.

— С медиками, — не стала отпираться Далила, кажется, совершенно не смущаясь. — Но они уже даже не понадобились: к этому времени вопрос был решен.

— Такую хорошую идею загубила, — насупилась Дейдара, разочарованно вздыхая. — Это было бы так весело...

— Как ты Джульетту обработала? — Джозеф был поражен.

Подчиненная пугала его всё сильней и сильней.

— Она же тебя бы и слушать не стала.

Далила равнодушно пожала плечами.

— Просто с порога спросила, линзы какого цвета она хотела бы заказать. Потом вскользь упомянула, сколько сейчас стоят ткани и парики, предположила, что многие девушки придут в полупрозрачных костюмах и произведут фурор, а ей очень пойдет образ лисы. Поинтересовалась размером ее зарплаты и выразила надежду, что хотя бы часть расходов покроется за счет бюджета, потому что все планируют изрядно потратиться, чтоб выглядеть сногсшибательно. Остальное она уже сама выяснила.

— Коварная... — сокрушенно качала головой Дейдара, прихлебывая свой чай. — Интригантка. Манипуляторша.

— Как угодно, — отозвалась Далила. — Слушай, как называется кинжал для харакири? Вторая "у".

— Кусунгобу, — вздохнула ее подруга.

— Подходит, — пробормотала стажерка, вписывая слово.

— Ну разумеется! — фыркнула Дейдара, думая, чего бы еще съесть.

Джозефу было нечего сказать. Он посидел какое-то время в растерянности, потом вспомнил, что празднование отменяется, и вздохнул с облегчением.

Прошла неделя.

"Архипелаг" к вящей радости его создателя стремительно разрастался. Джозефу оставалось лишь дивиться тому, сколько "островов" страдало от нехватки печенья. Торговец пояснил, что последнее тут не при чем — просто идея сотрудничества многим понравилась. В конце концов, пока Обладателей нет, "островитянам" совершенно нечем заняться, а существовать исключительно ради того, чтоб кто-то мог прийти к тебе и поплакаться, немного обидно. Пару раз Джозеф заставал в магазинчике незнакомого мужчину. Старик представил его своим самым убежденным и полезным соратником, вместе с которым они искали способ создать нейтральное пространство за счет мощностей всех сотрудничавших "островов", где можно было бы разместить офис и всё такое. Джозеф был рад, что делать штаб-квартиру "архипелага" у него в голове не собирались, и даже сам уходил из магазинчика "наружу", тихо прикрывая за собой дверь, чтоб не мешать процессу.

Известие о нападении на Джастина каким-то образом залетевшего в палату голубя заставило оперативников крепко задуматься. В частности о том, что не стоило бросать куклу для проклятий без присмотра неизвестно где. Лететь на другой конец мира, чтоб попытаться отыскать выброшенную в канаву фигурку всем троим казалось плохой идеей: во-первых, никто толком не помнил, где именно ее кинули, так что вероятность ее найти была невелика; во-вторых, ведомство бы эту поездку им оплачивать не стало, а ехать за свой счет они были не готовы; в-третьих, тогда все бы узнали, кто был причиной большей части злоключений бедного поисковика, а этого категорически не хотелось. Далила предложила позвонить Роберту и попросить его проехаться вдоль границы леса, но Джозеф покачал головой и предположил, что после всего того, что между ними было, проводник и пальцем не шевельнет ради троицы. Девушки подумали и согласились. Оставалось надеяться, что на куклу не наступит кто-нибудь тяжелый типа слона или носорога.

— А я думаю, что на него навели порчу, — уверенно кивнул забежавший поболтать Вилле.

Оперативники сидели с невозмутимыми лицами, шумно всасывая сквозь трубочки последние капли оставшегося на дне коробочек апельсинового сока.

— Прокляли, — поелозил на стуле медик, сокрушенно качая головой.

— Да ну. Ты драматизируешь, — вяло отозвался Джозеф, сминая пустую упаковку и отправляя ее в мусорную корзину.

— Нет никаких доказательств, — поддержала Далила.

— Я поняла! — воскликнула Дейдара, отрываясь от напитка. — Это сделала брошенная им девушка!

Ее подруга с начальником незаметно обменялись взглядами.

— Неужели? — проговорил Джозеф.

— Ну разумеется! Какая-то несчастная, с которой он наигрался, никогда не рассматривая их отношения всерьез, а потом велел уходить из его жизни, потому что она ему больше не нужна. И вот, разбитая и униженная, девушка обратила всю свою боль и отчаяние против него, коварного соблазнителя, оставившего ее без куска хлеба, крыши над головой, но с ребенком на руках!

Дейдара замолчала, чтоб перевести дух и собраться с мыслями.

Вилле был впечатлен. Он на несколько секунд о чем-то глубоко задумался.

— В принципе, этот мог, — кивнул, наконец, он. — Да.

— Это — просто домыслы, — решительно вклинился в его размышления Джозеф.

Не хватало еще, чтоб по ведомству разнеслись слухи о покинутых любовницах и внебрачных брошенных в голоде и холоде детях Джастина. Джозеф и так уже существенно усложнил жизнь коллеги. И без этого.

— Мало ли голубей влетают по ошибке сквозь раскрытые окна? — пожала плечами Далила. — Мало ли людей ломают руки при падении с лестницы? Почему это сразу должно быть результатом проклятья? Просто череда случайностей помноженная на общую неуклюжесть.

— А еще это могут быть конкуренты! Вдруг какой-нибудь дедушка-миллионер всё свое состояние завещал ему, обойдя всех остальных родственников, неприятно тех этим удивив! И вот они...

— Дейдара, достаточно, — попросила Далила.

Подруга обиженно замолчала.

Медик посидел еще немного и ушел к себе.

— Или всё-таки позвонить Роберту?.. — нехотя протянул Джозеф, поджигая в пепельнице свой очередной художественный провал. — Что я при этом потеряю-то?..

— Ну позвоните...

Мужчина раздраженно вздохнул и потянулся за телефоном.

— А. У меня же его номера нет, — вспомнил он, с облегчением отказываясь от затеи.

— Его можно выяснить у...

— Я знаю, — огрызнулся Джозеф, устраивая голову на сложенных поверх стопки документов руках. — Потом спрошу.

— Через две недели начнется сезон дождей, — напомнила Далила.

Взгляд оперативника слегка затуманился. Перспектива, что коллега получит воспаление легких или вообще захлебнется в тарелке с супом или раковине, его напрягала. Всё-таки действительно не стоило связываться с этой шаманской куклой.

— Сегодня позвоню, — решил он. — В крайнем случае, завтра...

— Тук-тук, — послышалось из сумки Дейдары.

— Дзынь — одновременно с этим возвестил карман ее подруги.

Девушки достали телефоны и сосредоточенно вчитались в пришедшие сообщения.

Потом серьезно посмотрели друг на друга. Перевели взгляды на Джозефа.

Тот недоуменно моргал и начинал ожидать какой-нибудь гадости.

— Что? — не выдержал он.

— В общем... — кудрявая подчиненная вопросительно глянула на очкастую.

— Боюсь, наша стажировка закончилась, — сказала та.

— Так три месяца же не прошло, — растерялся Джозеф.

— Я сразу говорила, что точный срок нашего нахождения здесь не определен, — напомнила Дейдара.

— Да? — оперативник с неудовлетворением отметил про себя, что, не смотря ни на что, к девушкам успел немного привязаться, и ему первое время их даже будет слегка не хватать. — Ну ладно.

Подчиненные снова переглянулись. Далила неопределенно дернула плечом, вторая стажерка нахмурилась и убрала со лба выбившуюся из заколки с котенком прядь волос.

Джозеф настороженно наблюдал за их невербальным общением, граничившим с телепатией, и подозревал, что разговор только начинается.

— Что?

— В общем... Понимаю, что того времени, что мы знакомы, было явно не достаточно, чтоб делать выводы... К тому же условия, окружение и события не способствовали раскрытию умений и способностей, чтоб их можно было адекватно оценить...

— Да, — кивнула Дейдара. — Но мне кажется, что можно попробовать.

— Я тоже не возражаю.

— Короче, — посмотрела на окончательно напрягшегося пока еще начальника Далила. — Мы решили, что проходной бал вы набираете.

— А?!

— Результаты практики можно считать удовлетворительными, так что наше сотрудничество продолжится.

— Вы кто? — Джозеф смог взять себя в руки и вычленить из роя клубившихся в голове вопросов один из беспокоивших его больше остальных.

— Скажите, вы знаете, чем занимается Академия Святой Эпифании? — спросила Дейдара.

Джозеф сообразил, что речь шла об учебном заведении, откуда пришли девушки.

— Э-э-э... Нет.

— "Островами". Научно-исследовательский центр, занимающийся их разработкой и развитием, а также всем, что с ними связано. Это — наше детище.

Перед мысленным взором мужчины всплыл старый, зачитанный в свое время чуть ли не до дыр, буклет. В углу на обложке стоял какой-то значок-эмблема. Оперативник внимательно посмотрел на Далилу. Ну так и есть. Точно такой же был вышит на лацкане ее жакета.

— Какое к этому отношение имею я?

— Мы столкнулись с необходимостью создания собственного подразделения. Для этого нам, во-первых, нужно было узнать о ведомственной работе изнутри, прочувствовать на себе.

— Во-вторых, набрать людей, — Дейдара поправила сползшую заколку. — Как вы сами знаете, из оперативного отдела поисковиков доступны только вы. А специалисты именно этого профиля нам понадобятся едва ли не больше всего.

— Так что поздравляем.

— Слушайте! — оживилась Дейдара. — Здесь рядом есть прикольная кафешка! Идемте отметим продолжение совместной работы!

6.

— Вы меня всё это время обманывали!

— Вовсе нет. Мы сразу сказали, откуда пришли.

— Мы не виноваты, что вы не знали, кто создает "острова". Академия никогда этого не скрывала.

Джозеф насупился. Формально девушки были правы.

— Шеф в курсе?

— Понятия не имею, — пожала плечами Дейдара. — Какие-то бумаги на нас ему передавались, но что в них было, нам не известно.

— Думаю, что-то ему точно сообщили, — задумчиво протянула Далила.

— Видите ли, мы пока не хотим афишировать создание "островного" подразделения. Будет лучше, если о его существовании не будет знать никто, кроме самих работников, Академии и некоторых людей в ведомстве.

— К чему столько загадочности?

— А я была уверена, что вы в первую очередь спросите, для чего оно нужно и чем вам предстоит заниматься.

Оперативник задумчиво посмотрел на сказавшую это стажерку в очках.

— Кстати, да.

В "прикольную кафешку" они все же не пошли — решили, что отмечать было нечего. К тому же, до конца рабочего дня оставалась еще куча времени, начальство бы не оценило, если б подчиненные потратили его на что-то, кроме работы.

— Ладно, тогда по порядку. Идея "острова" вам в общих чертах известна — внедренный в сознание человека, подобранный с учетом его психологии, потребностей и душевного состояния уголок, где он может отдыхать и черпать силы. Первые разработки появились пять лет назад, реальных результатов мы смогли достичь лишь спустя два года после этого. Как вы сами можете догадываться, технология пока несовершенна. В ней много "дыр" и просчетов. Постепенно эти проблемы решаются, но с рядом из них возникли достаточно серьезные трудности. В данный момент нас беспокоит следующее: "острова", вопреки задумке, оказались недостаточно герметичными.

— Возможны утечки, — пояснила Дейдара. — Вероятно, даже переходы с одного на другой.

Джозеф заволновался: так и думал, что из-за "архипелага" однажды у него будут неприятности.

— Что значит "переходы"?! — он попытался изобразить недоумение. — Разве зоны рекреации не изолированы друг от друга?! В буклете, я точно помню, гарантировалось, что никто, кроме самого Обладателя, не сможет туда проникнуть. Там еще было длинное объяснение, почему это невозможно. Это что, ложь?!

Девушки выглядели немного виноватыми.

— На тот момент у нас не было доказательств обратного, — вздохнула Дейдара. — К тому же, мы понадеялись, что если желающие проверить это на практике и найдутся, то они ничего не смогут сделать, поскольку не разбираются в устройстве "островов" и не сумеют отыскать способ добраться до чужих зон рекреации.

"О том, что идея может прийти "островитянам" вы, видимо, не предполагали" — мрачно подумал Джозеф, параллельно вслух высказывая свое раздражение по поводу того, что ему в голову вмонтировали опасное, непроверенное изобретение, которое может в любой момент бабахнуть и оставить его инвалидом. Пригрозил немедленно написать заявление на деинсталляцию и обвинил бывших подчиненных в непрофессионализме.

Те промолчали. Возразить было нечего. Джозеф мысленно перевел дух: кажется, его пока что не начали подозревать.

— Дальше, — потребовал он, откидываясь на спинку стула и картинно закрывая глаза.

— Так вот, недавно такие доказательства у нас появились, — вздохнула Далила. — Были получены сигналы о совершаемых переходах. Кто-то всё-таки додумался, как это можно устроить.

— И? Вы отследили, кто это делает? — Джозеф внутренне похолодел.

— Нет, — сокрушенно покачала головой Далила. — Для этого наши технологии пока слишком неразвиты. Мы смогли определить факт наличия переходов, но кто и где этим занимается — пока не известно.

У Джозефа отлегло от сердца.

— Поэтому было принято решение о создании подразделения — имеющихся у Академии мощностей пока недостаточно для решения этой проблемы.

— А оно-то вам чем поможет?

— Мы дадим его работникам доступ во все "острова", — серьезно проговорила Дейдара. — Разумеется, все перемещения будут строго фиксироваться и контролироваться.

— Да. Боюсь, придется проводить обычное расследование: расспрашивать людей, искать улики и всё такое, — подтвердила Далила, вертя свою баранью кружку в ладонях. — Только делать это мы будем в чужих головах.

— Поэтому вам нужны поисковики-оперативники?

— Не только. Видите ли, в Академии преимущественно собраны психологи, дизайнеры и ученые, претворяющие их идеи и соображения в жизнь — люди, не очень подходящие для той работы, которая нам светит в скором будущем.

— Так. Я смогу по своему желанию попасть в любой "остров", да?

Девушки кивнули.

— И? Как на меня отреагирует местный Обладатель? А что, если он буйный?!

— Этот вопрос как раз решается, — заверила Дейдара. — Я вчера узнавала — исследования возможности делать наших агентов невидимыми близки к завершению. Через пару дней теоретически должны сообщить их результат.

— Новое подразделение... — Джозеф почти успокоился. — И на какую букву мне теперь придумывать имя?

— Имена останутся прежними, — Далила поставила кружку на стол и поправила очки. — Более того, мы трое никуда не уходим из этого кабинета. Все остальные тоже остаются на своих местах. Официально все продолжают работать на прежних должностях. У нас пока не будет своего помещения — во-первых, в этом нет необходимости, во-вторых, из соображений конфиденциальности.

— Почему вы хотите, чтоб создание "островного" подразделения оставалось в тайне? — поинтересовался Джозеф, лениво качаясь на стуле.

— Потому что тогда люди поймут, что для этого есть основания, пораскинут мозгами и смогут доставить нам кучу дополнительных проблем, которых можно избежать, оставляя их в неведении.

Джозеф понимающе кивнул. Проблемы он не любил.

— Вы мне всё это рассказываете... Не боитесь, что я не соглашусь с вами работать?

— Просто имейте в виду, что если о том, что стало вам сейчас известно, вы кому-нибудь проболтаетесь, мы до вас доберемся через ваш "остров", — Далила сказала это таким тоном, что сразу стало ясно, что она не шутила.

— Вот только угрожать не надо, да?! — разозлился Джозеф.

— Позже вы подпишите кучу бумажек, в которых торжественно пообещаете никому ничего не рассказывать. Надо будет сегодня после работы в Академию вас отвезти, заодно с этим вопросом разберемся, — Дейдара бесцельно порылась в выдвижном ящике стола.

Не нашла ничего интересного и задвинула его на место.

— И какие же еще вопросы, кроме этого?

— Познакомить вас с будущими коллегами, — девушка пожала плечами. — Показать, что к чему и всё такое.

Джозеф понял, что его слова о том, что он еще не давал согласия на перевод в новое подразделение, были проигнорированы.

— Вас самих не беспокоит, что кто-то посторонний может проникнуть в ваше сознание? — Далила, видя, что бывший руководитель недоволен, сменила тактику.

— Еще как, — Джозеф вспомнил, как его первое время бесили все эти покупатели печенья. — Я негодую при мысли об этом.

— И вы бы не хотели иметь дополнительные средства защиты? Не хотели бы лично следить за тем, чтоб эта ситуация вас не коснулась?

— Число переходов стремительно увеличивается, — подхватила Дейдара. — Еще месяц назад их было ничтожное количество, но это всё равно подняло такую панику, что приняли решение о создании подразделения, а некоторых работников Академии направили на стажировку в ведомство для получения опыта. Теперь же перемещения происходят во много раз чаще. Мы в ужасе. Разве вы сами не почувствовали бы себя спокойней, если б точно знали, что человек, устроивший это, найден и обезврежен?

— Это катастрофа! — метался по магазину Джозеф.

Слегка удивленный таким поведением обычно спокойного посетителя попугай сидел на пальме, наблюдал за мельтешением Обладателя по помещению и отстраненно грыз ближайший к себе лист растения.

— Простите, но я настаиваю на том, чтоб вы прикрыли свой "архипелаг"! Из-за него уже сформировано подразделение, основная задача которого — найти и обезвредить МЕНЯ!

Старый торговец стоял за своим прилавком и молчал. По его губам блуждала едва заметная улыбка.

— Надеюсь, еще не поздно, — оперативник остановился, схватил чашку чая, залпом осушил ее, поставил обратно на стол и продолжил свое хождение уже чуть медленней. — Возможно, если вы прекратите свою деятельность сейчас, то меня не успеют опознать. Боюсь представить, что со мной могут сделать, если поймают.

Воображение щедро подкинуло ему картины багажника, стянутых ремнями рук и ног, кляпа, тазика с жидким цементом и ночного берега реки. Все выглядело настолько натуральным, что Джозефу казалось, что он уже слышит тонкое жужжание комаров и чувствует запах тухлой рыбы.

— А-а-а!!! Что мне делать?! — забегал он быстрее, стремясь отогнать привязавшееся видение.

— Успокоиться, — посоветовал торговец.

Квирчик согласно свистнул, спрыгивая с ветки на пол.

— Во-первых, вы сами сказали, что их технологии пока настолько плохи, что не способны определить, где именно и кем совершаются переходы, так что магазинчик найти будет непросто — он ничем не выделяется на общем фоне. Во-вторых, как работник этого подразделения, поисками будете заниматься вы, а это уже, согласитесь, меняет очень многое. Не думаю, что вас кто-нибудь станет подозревать. К тому же, сможете влиять на ход расследования, направлять его в нужные нам стороны. За то время, что вы для нас таким образом выиграете, мы сможем разобраться с этим нейтральным пространством и полностью там устроиться. Так что, даже если сюда, в лавку, и придут проверяющие, они не найдут ничего подозрительного.

— "Архипелаг" так много для вас значит?

— Не только, — глаза старика нехорошо блестели. — Вы понимаете, что нас признали?! Ради нас создают специальное подразделение. Как можно после этого закрыться?! Это было бы неуважением к самим себе и тем добрым людям, что увидели в нас силу. Мы примем этот вызов. Посмотрим, что из этого выйдет.

Джозеф почувствовал дурноту, доковылял до кресла и медленно в него сполз. Не-е-ет... Тазиком с цементом дело не ограничится. От грустных мыслей о загубленной жизни его оторвал вопрос торговца.

— А кого еще туда отобрали?

— Я не знаю, — растерянно поморгал он. — Пойду спрошу.

Джозеф "вынырнул".

— Кто еще из ведомства, кроме меня, там будет? — оторвал он от стола голову.

Дейдара лениво подпиливала ногти. К ушам девушки от пояса тянулись тонкие черные проводки.

— А?

Стажерка, заметив, что к ней обращаются, вытащила один наушник и вопросительно уставилась на оперативника.

— Я спросил, кого еще в это ваше подразделение отобрали? — терпеливо повторил тот.

— А... Не знаю, — пожала плечами Дейдара. — Я у других не спрашивала, одобрили ли они кого-нибудь. Сегодня вместе в Академию съездим, там всё узнаем.

— Понятно, — буркнул Джозеф, снова уходя "в себя".

— Вечером, возможно, выясню, — поведал он старцу, раздумывая, насколько разумным будет сбежать из города, пока есть такой шанс.

— Это хорошо. Обязательно после этого сюда загляните. А теперь, прошу прощения, но мне надо известить всех своих партнеров о сложившейся ситуации.

Джозеф понял, что его снова ненавязчиво прогоняют, но был слишком растерян и взволнован, чтоб злиться. Послушно ушел.

Он сидел за столом, делал вид, что очень увлечен чтением каких-то докладных, а сам в это время незаметно наблюдал за бывшими подчиненными. Хотя, если им верить, и все трое, действительно, формально оставались на прежних должностях, то он до сих пор являлся их начальником.

Девушки вели себя как обычно. Никакой разницы. Это по какой-то причине немного раздражало, но в то же время и не могло не радовать.

— Долго нам еще ехать? — в автобусе было тесно и жарко.

Джозеф не думал, что до места придется добираться на общественном транспорте в час-пик. Исходя из того, что обычно показывали в фильмах, он готовился к тому, что в "таинственную организацию" его повезут в дорогущей черной машине с кожаными сидениями и кондиционером.

Какая-то толстая тетка в желтом платье наступила ему на ногу. Сбоку старушка в платочке на весь салон костерила на чем свет стоит нынешнюю молодежь. От дрыхнувшего на сиденье работяги несло потом. Кто-то жарко дышал оперативнику в ухо. Тот все пытался оглянуться и посмотреть, кто именно, или хотя бы отстраниться, но в царившей толкучке это было очень сложно сделать.

Далила что-то читала, одной рукой цепляясь за поручень, а второй удерживая на весу книгу.

— Еще какое-то время, — ответила она, глядя в окно, чтоб сориентироваться по местности.

Дейдара страдала почти так же сильно, как и Джозеф, но выражала свои мучения более наглядно. Все окружающие, видя выражение ее лица и позу, не могли не заметить, как ей плохо, и против своей воли начинали чувствовать угрызения совести, что довели бедняжку до такого состояния. Даже не прекращавшая ворчать и возмущаться старушка замолкла, перехватив ее взгляд.

К счастью, через пару остановок значительная часть пассажиров вышла. Ехать стало куда свободней и комфортней. И скучней.

— А мне тоже такую форму выдадут? — от нечего делать поинтересовался Джозеф, указывая на синий жакет Далилы.

— В смысле, юбку и шейный платок? — оживилась Дейдара.

— Что-то мне подсказывает, что мужская версия будет немного отличаться, — огрызнулся оперативник.

— Не знаю, — отозвалась Далила, не отрывая от книги взгляда. — Скорее всего.

— Ой ли... — с сомнением покачала головой вторая. — В конце концов, он не является работником Академии.

— Скоро узнаем, — перевернула страницу первая.

Место назначения располагалось далеко за городом. Чтоб туда добраться пришлось проехать приличное расстояние по природе, а потом еще пройтись пешком.

Здание научно-исследовательского центра выглядело старинным и презентабельным, подобно самым известным университетам Европы. В наличии имелась статуя какой-то женщины у главного входа (предположительно Святой Эпифании), колонны, мраморная лестница и газоны, куда ни глянь. Учебное заведение явно не бедствовало. Джозеф прикинул, сколько могла теперь стоить установка "острова", представил количество желающих им обзавестись.

Пока он в уме подсчитывал предполагаемую выручку организации, девушки решили просветить его об истории этого места.

— Раньше оно называлось Виндейре — один из особняков какой-то графской семьи. Не помню их фамилию.

— Райландер, — подсказала Далила.

Троица шла по слегка разбитой дорожке. Других людей поблизости не наблюдалось.

— Да, точно. Во время войны здание сильно пострадало от бомбежек, Райландеры к тому моменту уже порядком обеднели, поэтому не могли позволить себе реконструкцию. Спустя несколько лет Виндейре был выкуплен правительством, отремонтирован и передан Академии. Тогда это было просто самое обычное учебное заведение, об "островах" еще никто и подумать не мог.

— Сейчас здесь тоже студенты есть? — Джозеф окинул местность завистливым взглядом.

Он в свое время обучался в неказистом училище, располагавшемся в одном из не самых благополучных районов города, и с детства, насмотревшись передачи об Оксфорде, Кембридже и прочих известных университетах, испытывал некоторую враждебность к "буржуям", имеющим возможность позволить себе получать образование в таких местах.

— Уже нет, — отозвалась Далила. — Виндейре полностью отдали под научный центр, а учащихся перевели в другие корпуса. Они здесь редко появляются: только на экскурсии, практику и субботники.

— Мы выпустились в прошлом году, и нам предложили остаться в Академии уже в качестве работников, — Дейдара явно очень этим гордилась.

— Поздравляю, — буркнул Джозеф.

Они поднялись по мраморной лестнице крыльца.

Кудрявая стажерка по-хозяйски потянула на себя большую парадную дверь. Та послушно отворилась.

Джозефа ждало разочарование — внутри сидела обычная бабушка-вахтерша. Никаких приборов, сканирующих сетчатку глаз или отпечатки пальцев. Не нужно было никуда совать какие-нибудь хитрые, защищенные от подделки всеми возможными способами пропуска или проходить через металлоискатели.

Старушка приветливо улыбнулась девушкам, вопросительно посмотрела на мужчину, стажерки сказали, что он с ними, и всех троих пропустили.

— Заходи и бери что хочешь... — думал Джозеф о местной системе безопасности, пока они шли куда-то по коридору.

Внутри здание было таким же впечатляющим, как и снаружи. Высокие потолки, лепнина и паркет.

Поднялись на второй этаж.

— Здравствуйте, — сказали девушки, приоткрывая дверь в какую-то комнату и просовывая головы в образовавшуюся щель.

"Руководитель отдела разработок" прочитал Джозеф на табличке у входа.

Что происходило внутри, он не видел из-за закрывавших собой весь обзор спин подчиненных. Кто-то что-то негромко сказал.

Стажерки обернулись к Джозефу.

— Идемте.

— Куда?

— Велели подняться в конференц-зал, — пояснила Дейдара, бодро шагая впереди. — Там всё объяснят.

Она немного нервничала из-за того, что не догадалась утром надеть форму Академии: теперь ей обязательно кто-нибудь что-нибудь выскажет по поводу неподобающего внешнего вида. С другой стороны, она не могла знать, что вечером придется ехать в родное учебное заведение. Дейдара вздохнула — это оправдание на куратора всё равно бы не подействовало.

Конференц-зал оказался большим. Здесь находились кафедра, длинный стол и ряды стульев. Сейчас помещение было почти безлюдным, лишь несколько человек со скучающим видом сидели то там, то здесь. На некоторых из них были синие жакеты с красными воротниками. Джозеф присмотрелся к остальным в надежде увидеть знакомые лица. Потерпел неудачу.

— Давайте где-нибудь здесь места займем, — предложила Дейдара, вцепляясь в максимально удаленный и наиболее плохо просматривавшийся с кафедры стул.

— Я думаю, все за столом поместимся, — предположила Далила, щурясь на собравшихся.

— Наверняка еще кто-нибудь подойдет, — не сдавалась девушка, упорно не желавшая попадаться на глаза куратору в короткой клетчатой юбке в складочку и полосатых малиново-фиолетовых чулках.

— Расслабься. Если ты прямо сейчас сядешь и не будешь вставать, пока шеф не уйдет, то он ничего не заметит. Жакет я тебе одолжу.

— Спасибо! — Дейдара чуть ли не бегом пересекла зал и уселась прямо напротив любимого места куратора.

Подвинула стул вплотную к столешнице и пожалела, что на последней не было длинной скатерти.

Далила с вздохом "ничего не поделаешь" медленно стянула с себя жакет и понесла его замершей с максимально непричастным видом подруге.

Та не только успела его нацепить, но даже выклянчила у кого-то блокнот с ручкой и приготовилась изображать серьезность и ответственность.

— И что? Это все? — послышался со стороны входа раздраженный голос.

Джозеф обернулся. Вошедший оказался слегка лысеющим мужчиной средних лет в темно-синем костюме с вышитыми на лацканах эмблемами Академии. Правый глаз, если присмотреться, у него слегка подергивался.

— Пока да, — ответила вдруг оказавшаяся рядом с ним женщина.

Далила, когда станет постарше, скорее всего, станет очень на нее похожей. Ассистент руководителя отдела разработок буквально излучала собранность, компетентность и ответственность. Форма на ней сидела настолько хорошо, что можно было подумать, что фасон создавался специально под ее фигуру и образ. К узкой до середины бедра юбке, приталенному короткому жакету и платку на шее прилагались строгие очки в позолоченной оправе, черные туфли на каблуке и кожаный портфель того же цвета. Длинные светлые волосы были собраны в аккуратную "ракушку" на затылке.

Она сверилась с какими-то бумагами.

— Не думаю, что остальных стоит ждать. Они вообще могут сегодня не подойти. Вы сами решили не объявлять сегодняшний сбор обязательным.

— Вот мы и узнали, кто из наших работников ответственный, а кто — нет, — довольно потер ладони мужчина, пристально оглядывая собравшихся, старательно фиксируя в памяти все лица.

Дейдара с крайне занятым и сосредоточенным видом что-то калякала в блокноте.

— Сядьте все за стол, — велел новый начальник Джозефа.

Итого из ведомства, включая оперативника, здесь было лишь четверо. Ни с одним из них он не был знаком.

— Я надеюсь, остальные хотя бы позвонили? — ворчал новый шеф, садясь на любимое место. — На сколько человек я могу рассчитывать?

— Да, данные поступили, — ассистент, стоя у него за спиной, положила перед руководителем какой-то документ. — Вот список всех, кто на первых порах войдет в состав подразделения. Здесь как члены Академии, так и привлеченные из ведомства специалисты — напротив их имен указаны должности и отделы.

Какое-то время мужчина беззвучно шевелил губами и напрягал зрение, пытаясь разобрать написанное. Помощница, порывшись в портфеле, протянула ему очки.

— Двадцать человек... — с сомнением произнес начальник, чьё имя Джозеф пока так и не узнал. — Даже не знаю...

— Я считаю, что в данный момент это — оптимальное количество людей, — возвестила ассистентка. — Большее не обосновано.

Оперативник уже начинал сомневаться, кто здесь, на самом деле, был главным.

— Не уверен, не слишком ли их много, — мужчина заново пробежался взглядом по списку, задумчиво потирая лоб ладонью.

Какое-то время все присутствовавшие молча ждали, когда он придет к какому-нибудь решению.

— Ай, ладно, — бодрее сказал шеф, подвигая стул ближе к столу. — Это вообще не проблема. У нас есть более важные дела. Жаль, конечно, что ваши коллеги столь халатно отнеслись к своим обязанностям и не присутствуют сейчас здесь — они что, рассчитывают, что я для каждого буду отдельно повторять?! Ладно... Итак, вы все будете подчиняться непосредственно мне, меня зовут Александр Борисович. Теперь будем знакомиться с вами...

Руководитель снова сосредоточился на списке имен.

— Извините, можно спросить? — поднял руку сидевший напротив Джозефа человек в свитере с нордическим орнаментом и оленями. — На какие отделы будет подразделение делиться и по какому принципу нас будут по ним распределять?

— И как ему не жарко?.. — думал оперативник, разглядывая будущего коллегу.

— Давайте сначала разберемся с одним вопросом, а уж потом перейдем к остальным, — начальник был слегка раздражен. — Надеюсь, вы не возражаете?

— Просто я бы хотел узнать...

— Итак, мы остановились на том, что решили с вами познакомиться, — громче проговорил Александр Борисович. — Половину списка я уже знаю лично, так что меня интересуют лишь те, кто пришел из ведомства. Надеюсь, что друг с другом вы как-нибудь сами отношения наладите... Или нужно устраивать кружок с бросанием друг другу мячика и рассказами поймавших его о себе?

Начальник посмотрел на собравшихся поверх очков. Те явно не горели желанием подобное проделывать.

— Вот и я думаю, что вы сами этот вопрос решите, — подытожил шеф. — Кстати, что это за имена в скобочках? — обратился он к стоявшей рядом ассистентке.

Почему та не садилась, оставалось для Джозефа загадкой.

— В ведомстве существует традиция. Имена всех работников подразделения должны начинаться с какой-то определенной буквы, — ответила помощница. — Так наших работников звали во время прохождения стажировки. Считаю целесообразным оставить за ними эти псевдонимы и в дальнейшем.

— Ясно. А мы что, свою букву не получим?

Александр Борисович явно был не в курсе того, что творилось в его организации — всё это стажерки знали еще днем. На месте начальника Джозеф бы уже давно задумался о смене ассистентки.

— Вы забываете, что работники останутся в своих нынешних подразделениях. Не хотелось бы перегружать их именами и устраивать путаницу в документах.

— Ладно, разберемся с этим вопросом, — буркнул шеф, тоже, видимо, приходящий к выводу, что слишком уж многое решалось за него кем-то другим, и неплохо бы положить этому конец. — Тогда я буду называть ведомственные имена, если всем так проще. Рихард здесь?

Александр Борисович вопросительно посмотрел на присутствовавших. Те не реагировали. Значит, названный относился к числу безответственных работников.

— Сделаем проще. Сами представьтесь. Так, стоп! Ты можешь объяснить мне причину, почему явилась в неподобающем виде?!

Дейдара дернулась и медленно подняла взгляд от своего изрисованного блокнота. Но Александр Борисович обращался не к ней.

— Я в форме, — спокойно ответила Далила, вставая со стула, чтоб начальник смог увидеть темно-синюю юбку. — Жакет сняла, потому что жарко.

Девушка села.

— Вот почему Анне не жарко, а тебе — жарко?! — указал он на напрягшуюся кудрявую стажерку оперативного отдела, молившуюся, чтоб шеф не заглянул под стол и не увидел ее чулки. — А?..

Ассистентка что-то ему шепнула.

— Ну да, — буркнул начальник. — Ведомственное имя... Дейдара... Я даже знать не хочу, почему ты его выбрала. Хотя догадываюсь. Ладно, в любом случае, молодец. Приятно, что хоть кто-то ответственно относится к происходящему, — шеф одобрительно покосился на блокнот. — Бери пример с подруги!

— Непременно, — Далила едва заметно усмехнулась.

— Ладно, тогда с вашего улова и начнем, — Александр Борисович снова проглядел список людей. — Ага. Я так понимаю, Джозеф, да? Оперативный отдел поискового подразделения. Это кто?

— Я, — вздохнул мужчина.

Слово "улов" его покоробило.

Высказать, что он еще пока ни на что не согласился, в этот раз тоже не удалось. Более того, он поймал себя на том, что к назначению на новое место стал относиться как к свершенному факту и вроде как даже смирился.

Выяснились имена и специализации остальных присутствовавших. Мужчина в свитере с оленями, Гарри, был из подразделения информационной безопасности. Шэл — черноволосая коротко стриженая женщина спортивного телосложения, одетая в черно-белой гамме, оказалась криминологом. Третий, Ник, производил впечатление матерого сутенера. Как внешним видом, так и самоподачей. Красная атласная рубашка, наверное, вообще никогда не застегивалась выше третьей снизу пуговицы, на голой груди болталось несколько толстых блестящих цепочек с какими-то подвесками, а темные волнистые волосы были зализаны назад и тоже лоснились от геля для укладки. Странно, что в его присутствии Александр Борисович придрался к тому, что Далила была без жакета. На самом деле шеф просто ждал того момента, когда все формальности будут улажены, чтоб взяться за воспитание мужчины, пришедшего, кстати, из отдела психологической поддержки жертв насилия и пострадавших от стихийных бедствий подразделения социальной помощи. Зачем он здесь был нужен, оперативник сначала не понял — если верить стажеркам, Академия и так ломилась от специалистов близких к этой областей. Потом Джозеф увидел сиявшие обожанием, не сводившиеся с Ника глаза приведшей его девушки в форме, и всё встало на свои места.

Ну а четвертым был он сам. Послушал краткий доклад Далилы о своих личных качествах, послуживших причиной выбора именно его из массы коллег, узнал о себе много нового. Слово "стрессоустойчивость" заставило его задуматься: лично он всегда считал, что именно с этим у него были проблемы. Еще выяснилось, что оперативник отличался отсутствием амбиций и любовью к комфорту, душевному спокойствию, а также стремлением избегать трудностей любой ценой, что, по мнению девушки, делало его чуть ли не идеальным кандидатом на путешествие по чужим "островам": вероятность того, что такой человек попытается извлечь выгоду из своего положения и воздействовать на сознание Обладателей, была минимальной. Ему банально не захочется с этим связываться. В принципе Джозеф был с ней согласен по этому пункту, но "отсутствие амбиций" его слегка задело.

Потом Александр Борисович повторил всё то, что оперативник и так уже знал от подопечных, сказал несколько пространных фраз на отвлеченные темы, задумался, ничего ли он не забыл.

— Вы так и не ответили на мой вопрос, — снова подал голос Гарри.

— Мы пока не знаем, с чем нам придется столкнуться, и вообще, как всё будет происходить, поэтому сначала деления на отделы не будет, — начальник с недоумением глядел на высокий, полностью закрывавший шею вязаный воротник нового подчиненного и думал, как в нем, должно быть, жарко и неприятно. — Когда разберемся, что к чему, тогда и займемся этим вопросом вплотную. Так, а теперь, пожалуйста, внимательно прочитайте, что Лизочка вам раздаст, и подпишитесь на каждой странице.

Лизочкой оказалась строгая ассистентка, а тем, что она вручила "улову", — написанное пугающими юридическими формулировками обязательство нераспространения полученной информации и долгое перечисление возможных последствий его нарушения.

— Скажите, пожалуйста, — у Гарри возник еще один вопрос. — Если у нас не будет своего помещения, а мы все продолжаем числиться на прежних местах, то как тогда работать?

— Кстати, да, — впервые за все время подала голос Шэл. — Мне бы тоже хотелось узнать.

— У кого-нибудь из вас есть "остров"? — вместо ответа поинтересовался Александр Борисович.

Джозеф неуверенно поднял руку. Из работников ведомства он оказался таким один.

— А остальные что ж? — кажется, начальник обиделся, что кто-то игнорирует его детище и до сих пор не озаботился его приобретением и установкой.

— Я как раз начинал задумываться о том, чтоб его завести, — попытался сгладить впечатление Ник. — Задайте этот вопрос месяца через два, и я тоже отвечу вам: "У меня есть остров!"

— Итак, значит, вам будет проще понять, что мы собираемся сделать, — шеф продолжал игнорировать блестящего мужчину, обращаясь исключительно к Джозефу. — Мы инсталлируем вам кое-что дополнительное — в вашем сознании появится еще одна дверь, войдя в которую вы будете оказываться в "офисе" подразделения. Видите ли, дело вам придется иметь с "островами", так что нет смысла устраивать базу в реальности.

— О чем он говорит? — громко шептал Гарри, никогда прежде не интересовавшийся ничем, что касалось приватных зон рекреации, и не имевший ни малейшего понятия ни о каких дверях.

— Таким образом, физически будучи разбросанными по всему ведомству, вы сможете ментально собираться в одном месте, обсуждать здесь дела, отправляться на задания и всё такое.

— О как! — подивился Ник, проводя ладонью по сияющей укладке.

— Вы что, установите нам "острова"?! — с возмущением воскликнул Гарри. — Я категорически против!

— Ошибаетесь, — Александр Борисович, похоже, уже серьезно задумывался о том, действительно ли данный работник так нужен для подразделения. — Зоны рекреации — удовольствие недешевое, просто так вам их никто не подарит. Речь идет о другом. Тем, у кого они есть, нужно добавить совсем чуть-чуть. Всем остальным придется инсталлировать побольше. Если интересно, возьмите наш буклет и почитайте — там подробно описана процедура установки "острова". Пункты с первого по третий как раз к вам и применят. Иначе никак.

— И всё равно я не согласен, — глухо бубнил мужчина в свитере. — Вмешательство в сознание неэтично и опасно...

Александр Борисович перевел раздраженный взгляд с говорившего на того работника Академии, что его с собой привел. Последний явно был смущен и нервничал.

— Вы на всех страницах расписались? — шеф снова повернулся к Гарри. — Всё внимательно прочитали?

— Да, но у меня по некоторым пунктам возникли вопросы...

— Очень хорошо. Тогда вы свободны. Вас предупредили об ответственности за разглашение информации — помните о ней. Всё, можете идти.

— Я не говорил, что отказываюсь здесь работать! По этому поводу у меня как раз таки возражений практически нет. Я лишь сообщил о своем отрицательном отношении к некоторым конкретным моментам...

— Заткнись, — вдруг спокойно, но очень властно произнесла Шэл.

Оратор от неожиданности замолчал и недоуменно моргнул. Криминолог сидела со скрещенными на груди руками, откинувшись на спинку стула, и равнодушно глядела в пространство перед собой. Остальные присутствующие тоже слегка растерялись. Потом она снова заговорила.

— Если ты и дальше собираешься трепать нам нервы своей болтовней, то лучше уходи отсюда сейчас, пока я тебя мучительно и противоестественно не убила, — Джозеф мысленно перевел с нецензурной лексики основную идею сказанной ей фразы.

За столом повисло молчание — люди переваривали услышанное, вникая во все тончайшие нюансы и смысловые значения использованных оборотов.

— Я просто говорил, что...

Шэл посмотрела на Гарри. Тот подумал и замолчал. Женщина, убедившись, что добилась результата, отвернулась от насупившегося человека с оленями.

— Могу я узнать, что ты там записываешь?! — рыкнул Александр Борисович слишком увлекшейся изображением старательности Дейдаре.

— А?! — вздрогнула та, чуть не роняя от неожиданности ручку.

Девушка незаметно постаралась положить ладонь так, чтоб начальник не увидел изрисованную иероглифами страницу блокнота.

— Я составляю план для Джозефа, — возвестила она после секундных раздумий. — Список того, что нужно сообщить, куда отвести, кому показать... Считаю очень важным ознакомить нашего подопечного со всем, что касается устройства "островов", а также может быть связанным с его будущей деятельностью в подразделении.

— Молодец, — подобрел начальник. — И что у тебя идет первым пунктом?

— М-м-м... — Дейдара с умным видом посмотрела на нарисованного на самом верху страницы котенка с бантиком. — Лаборатория N 4.

— Умница, — одобрил шеф. — Именно туда мы все сейчас и пойдем. Кроме тех, кто всё еще имеет что-то против "островов".

Гарри ничего не сказал.

Лаборатория N 4 находилась в подвале. Путь туда стал для Дейдары настоящим испытанием: очень сложно было идти в небольшой группе людей так, чтоб Александру Борисовичу не попались на глаза чулки и юбка, при этом не вызывая у него подозрений, почему это девушка вечно пытается кем-то от него заслониться. Как назло он был ей в этот день очень доволен и так и норовил задать какой-нибудь вопрос.

— Так. Здесь вам внедрят то, о чем я говорил ранее, — поведал начальник, обводя широким жестом помещение с кучей мониторов, приборов с кнопочками и мигающими лампочками, а также самой обычной кушеткой возле какого-то пугающего поблескивающего металлом агрегата, глядя на который, люди обычно вспоминали бормашину.

Хоть внешне они и мало были похожи, зато в воздействии на психику впечатлительного человека между ними было много общего.

— Добрый вечер, — поздоровался находившийся тут же мужчина в белом халате.

— Слушай, вот у этого, — Александр Борисович указал на Джозефа, — "остров" есть. С него начинай — остальные пока подождут.

Кравшуюся в сторону крупного металлического ящика, способного заслонить собой от любых взглядов, Дейдару ассистентка шефа схватила за руку и уволокла прочь из помещения. Тот как раз был занят разговором и ничего не заметил.

— А-а-а... — беспомощно озирался Джозеф, совершенно не желая, чтоб начинали с него, о чем бы речь ни шла.

— Все в порядке, — постарался успокоить его ученый, нажимая какие-то кнопки на агрегате возле кушетки. — Вам же однажды устанавливали "остров", вы уже знаете, как это происходит. Здесь всё то же самое.

— В тот раз ничего подобного не было, — Джозеф неуверенно покосился на активируемую машину, но к кушетке всё же подошел.

— Ложитесь сюда. Ага. Видимо, делали вы это достаточно давно и не у нас, а в каком-нибудь филиале. Меня зовут Виктор. Много времени не займет, не волнуйтесь.

— Медик, — автоматически отметил Джозеф, немного успокаиваясь.

Потом вспомнил, что человек к ведомству отношения не имел, поэтому правило имен на него не распространялось.

— Если хотите, я буду держать вас за руку, — донесся до него голос Далилы, когда на глаза ему легли холодные тяжелые пластины.

— Вот уж не надо, — огрызнулся он, чувствуя, как на лоб крепятся какие-то присоски.

— А теперь не разговаривайте, пожалуйста, — слышался тихий писк приборов и стук нажимаемых Виктором клавиш.

На заднем фоне Александр Борисович шепотом пытался выяснить, куда делась одна из его подчиненных.

— Ага. У вас "остров" первого поколения. Установлен два года назад. Не волнуйтесь, его начинку я определить не могу. Только самые общие данные.

— Если б мы были в состоянии заглядывать внутрь, то вы все нам бы и не понадобились, — буркнул так и не разобравшийся, что случилось с Дейдарой, начальник. — Не было бы нужды лично ходить по "островам".

Джозеф лежал и боялся того, что Виктор увидит "мостики", о которых говорил торговец. Оперативник, конечно, не знал, как те могли выглядеть и что собой представляли, но очень-очень надеялся, что оборудование ученого их не засечет.

Всё-таки стоило еще в конференц-зале сказать, что он отказывается переходить в новое подразделение, встать и уйти. Тогда не пришлось бы здесь лежать и волноваться. Хотя... Если сейчас всё обнаружится, то в создании новой ветки ведомства отпадет необходимость. Тазик с цементом начинал уже казаться не такой плохой альтернативой вариантам, которые воображение подкинуло за те пару минут, что он провел на кушетке.

Виктор о "мостиках" не упоминал. Джозеф старался своего беспокойства не показывать, лежать спокойно и дышать медленно — вдруг пронесет. В таком случае было бы глупо вести себя подозрительно.

— Ага, — сказал ученый.

Оперативник чуть не заработал инфаркт, пока тот не продолжил фразу.

— Я почти закончил. Теперь ступайте, пожалуйста, "в себя", но за дверь не заходите. Хорошо?

Пациент послушно расслабился и "нырнул". На правом запястье возник браслет-извещенец, сквозь мрак проступила знакомая дверь с колокольчиком. Обладатель перед ней остановился и огляделся. Ничего необычного он пока не замечал.

Вдруг сбоку от нее начал вырастать косяк. Потом второй. Затем между ними стала возникать и сама дверь. Она будто собиралась из песчинок или чего-то еще столь же мелкого снизу вверх. В отличие от входа в магазин, эта была проработана куда хуже. Люди, создававшие ее, явно приятный внешний вид считали излишней роскошью — главным был сам факт наличия.

Джозеф посмотрел на появившуюся перед ним серую твердь с дешевой дверной ручкой. Нерешительно к ней потянулся.

— Вас вызывают... — забубнил браслет.

— Что? — оперативник "вынырнул".

Железные пластины на глазах уже порядком нагрелись и всё еще были на месте.

— Появилась? — поинтересовался Виктор.

— Где ты была? — доносился приглушенный немного раздраженный шепот Александра Борисовича. — В то время как твой подопечный проходит процедуры, твой долг быть рядом с ним!

Джозеф мысленно усмехнулся — он слишком долго считал девушек своими подопечными, чтоб признать тот факт, что теперь они поменялись местами.

— Да, — ответил он ученому. — Такая некрасивая.

— Я знаю, — голос последнего звучал довольным. — Главное, что получилось. Внешний вид сменить — пара пустяков. Не удивлюсь, если уже сегодня кто-нибудь из наших дизайнеров этим займется. Вы — первый, кому был установлен доступ в "офис". Гордитесь!

— Ага, здорово, — Джозеф почувствовал себя подопытным хомячком. — Что теперь? Вы закончили?

— Почти. Немного осталось. Сейчас я вас зарегистрирую. Теперь, каждый раз, когда вы будете входить и выходить через эту дверь, я или кто-нибудь другой, кто имеет доступ к моему компьютеру, сможем об этом узнать.

— А если под моим именем туда проникнет кто-нибудь еще?

— О. Вас так взволновало известие о переходах? — понимающе хмыкнул Виктор. — Боитесь стать жертвой? Не волнуйтесь — вход завязан именно на вас. Даже если кто-то и сможет пробраться на ваш "остров", пройти в "офис" подразделения ему не удастся, разве что вы сами возьмете его с собой, что маловероятно. Всё. Готово.

Джозеф почувствовал, как с его лба и век исчезли пластины и присоски. Открыл глаза.

— Можно встать? — обернулся он к ободряюще улыбавшемуся ученому.

— Да, конечно. Следующий! — человек в халате приглашающе указал на опустевшую кушетку.

Группа из работников ведомства и ответственных за них "академиков", с интересом до этого наблюдавшая за процессом, сразу поскучнела и напряглась.

— Давайте я тогда, — Дейдара куда-то дела свои чулки и сменила юбку на форменную.

Теперь ясно, куда ее уволакивала Лизочка. Ассистент начальника стояла рядом с шефом и делала вид, что всегда здесь была и никуда не отходила.

— Ладно, Ань, — Виктор принялся нажимать какие-то кнопки на своем агрегате. — "Остров" у тебя тоже уже есть, много времени это не займет.

— Я вами горжусь, — заверила Джозефа Далила, когда тот присоединился к коллективу.

— Не стоит, — огрызнулся оперативник.

Гарри еле слышно продолжал что-то бубнить о своем отношении к вмешательству в сознание, стараясь при этом не попадаться на глаза Шэл. Криминолог не обращала на него внимания и о чем-то думала. Ник был оживлен и явно с нетерпением ждал своей очереди. Его все интересовало, всё привлекало, всё радовало.

— Скажи, что там?! — тут же схватил он за плечи подошедшего Джозефа, к неудовольствию последнего переходя на "ты".

— Дверь, — честно ответил тот, пытаясь ненавязчиво отстраниться.

— Да?! Да-а-а... Я читал о таком, — понимающе закивал блестящий мужчина. — Как для "острова", да? А за ней что?

— Не знаю. Меня вызвали прежде, чем я успел ее открыть.

— Кстати, можете туда сходить, пока я всеми остальными занимаюсь. Осмотреться, — крикнул слышавший разговор Виктор, прилепляя ко лбу Дейдары присоски с тянущимися от них проводками.

Джозеф огляделся — кроме уже занятой кушетки здесь ни то что лечь, сесть было некуда.

— Как-нибудь в другой раз, — буркнул он.

— Бросить тело можно там, — Виктор махнул в сторону одной из своих машин. — Если вас именно это волнует.

Джозеф, немного посомневавшись, прошел в указанном направлении. Там обнаружилось место работника лаборатории — немного захламленный письменный стол и стул на колесиках. Здесь были всякие чертежи, непонятные поисковику схемы и формулы, а также фотография семьи в рамочке. Джозеф бережно переставил последнюю подальше от себя и сел. Потом привычно сложил руки на столешнице, устроил на них голову и закрыл глаза.

Что ж, теперь в его сознании было две двери. Одна возле другой. Оставалось надеяться, что дизайнеры и правда скоро займутся второй — ее внешний вид оперативника немного нервировал.

Джозеф надавил на дверную ручку. Шагнул в открывшийся проход. За ним оказалась просторная комната с большим круглым столом в центре. Кроме него здесь находились лишь десять стульев. Сразу становилось понятно, что обликом офиса тоже еще не занимались.

Поисковик задумчиво побродил по помещению. Пока что делать здесь было нечего. Пошел к выходу.

Дверь распахнулась, вбежала восторженная Дейдара. На ее запястье надрывался игнорируемый ей браслет.

— Ух ты, — протянула девушка, оглядываясь. — Мы что, будем, как рыцари Круглого Стола?! Чур я — Ланселот!

— Тебя вызывают, — заметил оперативник, кивая на мигавшего и монотонно бубнившего извещенца.

— Да, я знаю. Уже иду, — стажерка выпорхнула за дверь и растаяла в темноте.

Джозеф выглянул наружу. Здесь был лишь вход, ведший в его магазинчик.

— Надеюсь, они придумают по-настоящему хорошую систему защиты, — мрачно думал поисковик, покидая свой будущий "офис". — Не хотелось бы, чтоб здесь шастали все, кому не лень.

— Не волнуйтесь, — заверил его Виктор. — Я же сказал, что в эту дверь не сможет ни войти, ни выйти никто, кроме вас. Каждый, покинув помещение, будет оказываться в своем собственном сознании.

— Знаешь, я решился, — проговорил занимавший на тот момент кушетку Ник. — Заодно мне "остров" поставь.

— Боюсь, это невозможно. Сначала вам нужно поговорить с психологами, пройти множество тестов и медицинское обследование. Потом для вас индивидуально создадут зону рекреации, и только тогда я ее вам инсталлирую. На этой уйдет некоторое время. Зато вы можете сейчас написать заявление... Лежите! Не прямо сейчас же!

— А вы гарантируете, что программа не даст сбой? — продолжал допытываться Джозеф.

— Время покажет. А теперь не мешайте, пожалуйста, мне надо сосредоточиться.

— У меня возник вопрос, — чуть в отдалении приставал к Александру Борисовичу Гарри. — Как будет соотноситься работа в основных подразделениях и у вас? А также меня волнует оклад и страховка.

Заинтересовавшись, Джозеф подошел послушать.

— Начальники ваших отделов будут извещены о том, что теперь вы числитесь еще и здесь. Их обяжут загружать вас лишь в случаях крайней необходимости, поскольку дела "островов" согласно договору с ведомством отныне имеют для вас приоритет. К тому же, я сильно сомневаюсь, что нам придется часто к вам обращаться, по крайней мере, на первых порах — мы сами пока толком не знаем, как подступиться к этой проблеме. Нет смысла бессистемно засылать вас в чужие сознания: шанс, что это даст результат, ничтожен. Также отсутствует необходимость привлекать к заданиям всех сразу — будем связываться с кем-то, кто на тот момент свободен

— Я вам позже это все объясню в деталях, — тихо шепнула подошедшая сзади Далила. — Не теряйте тут время — скоро автобусы ходить перестанут, и мы не сможем отсюда выбраться. Предлагаю незаметно уйти.

— А как же...

— Тише, пожалуйста. Иначе все остальные сейчас тоже переполошатся и побегут домой, а хотелось бы, чтоб с ними сегодня закончили.

Дейдара уже маячила в дверях, с нетерпением поглядывая на часы.

— А Александр Борисович на это как отреагирует? — поинтересовался Джозеф, когда все трое шагали прочь от Лаборатории N 4.

— Мы у него отпросились! — Дейдара снова была в своих чулках. — Он к нам хорошо относится, поэтому отпустил.

— Тем более, шеф знает, что мы сможем и сами ввести вас в курс дела, — Далила поправила выбившуюся из косы прядь.

— Когда мы были просто студентками и проходили здесь практику, он два года подряд был нашим куратором. Мы для него уже почти как дочери.

— Ты преувеличиваешь.

— Ладно-ладно. Просто от него не укрылись наши выдающиеся способности.

— А тебе когда эту дверь теперь инсталлируют? — оперативник обернулся к Далиле.

— Уже, — отозвалась та. — Кто сказал, что Лаборатория N 4 — единственное место, где это можно сделать? Я просто зашла в N 3.

— А с остальными точно всё будет нормально?— Джозеф чувствовал легкие угрызения совести, что не предупредил новых коллег об автобусах.

— Их в общежитии на ночь оставят, так что ничего страшного.

— Кстати, мне теперь что, фотографию нести, справки всякие собирать?..

— Нет. Завтра должны доставить копии личных дел из основных подразделений, так что от вас ничего не требуется.

Они вышли на улицу. Начался дождь. Стоя на остановке, мокнув и ожидая опаздывающего автобуса, все трое серьезно думали, а не лучше ли было остаться на ночь в общежитии.

7.

Обычно дома было тихо. В лучшем случае капала вода из неплотно завернутого крана.

Джозеф открыл дверь в квартиру и по привычке кинул связку ключей на журнальный столик. Увидел кучу не принадлежавших ему вещей, в частности розовые туфли на шпильке. Оперативник мученически закатил глаза — опять сестра нагрянула.

Со стороны кухни доносилось ее не замолкавшее ни на секунду щебетание, а из зала слышался ревевший трибунами и голосивший футбольным комментатором телевизор. Джозеф, не отрывая не предвещавшего ничего хорошего взгляда с входа в освещенную мерцанием экрана комнату, стянул промокший пиджак, решительно скинул туфли и пошел разбираться.

На его диване, не обращая внимания на хозяина квартиры, сидел непонятный субъект в семейных трусах и майке, самозабвенно смотрел свой матч, дергаясь и нервничая в напряженных моментах. Ел пиццу из коробки.

Обедавший неправдоподобно давно Джозеф последним был особенно сильно задет.

— О, я не заметила, как ты вернулся, — из соседней комнаты вышла замотанная в розовое махровое полотенце сестра. — Нет, это я не тебе, — сказала она в зажимаемый между голым плечом и ухом телефон. — Да...Да... Ой, я совсем забыла тебе рассказать!..

Девушка легонько чмокнула раздраженного всем происходившим брата в щеку и, решив, что выполнила сестрицкий долг, потеряла к нему интерес. Снова ушла на кухню.

— Что ты здесь делаешь?! — догнал ее у холодильника Джозеф. — Не помню, чтоб приглашал тебя в гости!

Родственница досадливо поморщилась и строго приложила палец к губам, призывая помолчать.

— Да неужели?! А я всегда считала, что она его бросит. Мне казалось, у нее были планы насчет того морячка...

— Ты сама трубку повесишь, или тебе ее разбить?

Сестра смерила Джозефа раздраженно-презрительным взглядом.

— Ладно, я тебе потом перезвоню, — сообщила она своей собеседнице.

Демонстративно нажала на кнопку.

— Ну что ты такой бука?! — протянула она с осуждением, обиженно надувая губки и делая бровки домиком.

— Зачем приехала? И хахаля своего очередного привезла! Могла хотя бы позвонить и спросить, согласен я вас принять или нет!

— Ты бы был против, я тебя не первый день знаю, — девушка поправила на груди сползавшее полотенце. — Ты что, не рад меня видеть?

— Иди оденься нормально. Потом продолжим.

— Чего ты там не видел? Забыл эти вечные мамины рассказы, как мы с тобой голышом бегали по пляжу?

— Хочу напомнить, что тебе тогда было три года, а мне — четыре! С тех пор мы оба немного подросли.

— Боже, какие мы застенчивые! — картинно вздохнула родственница.

Ушла в комнату.

— Мы у тебя месячишко перекантуемся! — крикнула она оттуда.

— Сколько?! — Джозеф не поверил своим ушам. — У вас совесть есть?!

— Да ладно, жалко тебе, что ли? Мы с тобой не так часто видимся, ты должен бы радоваться нашему семейному воссоединению.

— О подобных вещах принято хотя бы заранее предупреждать! Ты же знаешь, что я ненавижу такие вот сюрпризы.

Девушка не ответила. Джозеф решил, что лучше будет дождаться ее возвращения, а не вопить друг другу через всю квартиру, вспомнил, что голоден, и полез в холодильник. Даже не удивился, когда обнаружил, что тот был практически пуст.

— Только не злись, — возникла у него за спиной нацепившая халат и тапочки гостья.

Брат посмотрел на нее с такой искренней яростью, что та невольно отшатнулась.

— Мы были голодны с дороги...

— А я, думаешь, сыт?! Я весь день вкалывал, как проклятый, без крошки во рту, мечтал о том, что приду домой и поужинаю! И что?! Выясняется, что какой-то хмырь в семейках выжрал мой холодильник подчистую!!!

— Не кипятись. Я тебе сейчас яичницу сделаю.

Родственница спешно принялась стряпать. Джозеф, чуть успокоившись, сел на табуретку за стол и стал мрачно наблюдать за процессом приготовления ужина. Из зала доносились рев трибун и одинокий вопль "ГО-О-ОЛ!".

— Кто он такой вообще? — оперативник полуобернулся на голос.

— Милый, правда? — сестра сосредоточенно резала помидору.

— Честно говоря, не заметил. Куда делся тот твой боксер?

— Получил сотрясение мозга и перелом носа. И вообще, он мне надоел. С ним было совершенно не о чем поговорить.

— А этот кто?

— Уверяет, что кандидат наук, но мне кажется, что он врет и просто пытается произвести на меня впечатление. Наверняка, какой-нибудь менеджер среднего звена.

— И тебя это не смущает?

— Какая разница? Всё равно мне от него детей не рожать. Недельки через две думаю его бросить.

— Он в курсе?

— Зачем огорчать мальчика раньше времени? — пожала плечами родственница, отправляя в рот кусочек сосиски. — Всё узнает в свое время.

— Ну-ну, — мрачно буркнул Джозеф.

Личной жизни сестры он давно перестал удивляться.

— А ты сам как поживаешь? Жениться не собрался еще?

— Нет. Не собрался.

— Эх, а я так хотела потискать племянников...

— Своих детей нарожай и тискай на здоровье.

— Какие дети?! О чем ты?! Мне всего двадцать четыре года, я еще слишком молода! Вот найду мужчину своей мечты, тогда и посмотрим. У тебя, кстати, нет перспективных молодых привлекательных знакомых?

— Давай ты сначала разберешься с тем, кто в зале сидит, — Джозефу стало немного обидно за футбольного фаната. — Кстати, если вы ко мне на месяц, а его ты бросишь через две недели, то куда ты собираешься его девать на оставшееся время?

— Я надеюсь, ты же не выгонишь бедного, не знающего города мальчика с разбитым сердцем на улицу? У тебя тут полно места...

— Лара, я всегда знал, что ты наглая, но даже и представить не мог, насколько!

Девушка вылила взболтанные яйца на сковороду поверх обжаренных кружков сосисок.

— В городе полно гостиниц, — с нажимом проговорил Джозеф. — Многие из них вполне доступны по цене.

— Выгоняешь?

— Тебя, так и быть, я потерплю. Но вот твоего хахаля, который тебе, к тому же, совершенно не нужен, прошу куда-нибудь пристроить. Ты же знаешь, как я отношусь к посторонним людям на своей территории!

— Он мне нужен! — Лара кинула нарезные помидоры поверх уже почти готового блюда. — По крайней мере, еще две недели. Что тебе жалко, что ли? Ты ж сюда только ночевать приходишь, так что видеть нас будешь лишь пару часов вечером. Неужели не переживешь?

Лара вывалила яичницу на тарелку и поставила ее перед братом.

— Ладно, — вздохнул тот. — Договорим завтра — я сейчас слишком спать хочу. Но это не значит, что я согласился, — добавил он строго.

— Конечно-конечно.

Сестра задумчиво помолчала.

— Кстати, можно я буду спать в твоей комнате?

— Зачем это? — насторожился Джозеф, отвлекаясь от еды.

— Просто мне рано вставать, а он всю ночь теперь телевизор смотреть будет, — Лара села на соседнюю табуретку и умоляюще посмотрела на брата. — Я же не высплюсь.

Джозеф, мрачно жуя, взглянул на изображавшую паиньку родственницу. Из зала донеслось очередное "ГО-О-ОЛ!!!". Раздраженно вздохнул.

— На полу ночевать будешь тогда.

— Ой, да ладно тебе! Видела я твою кровать — вдвоем поместимся.

— Ага, а твой хахаль вдруг заинтересуется, куда это ты подевалась, пойдет на поиски и, я совершенно уверен, всё неправильно поймет. Истерик и скандалов в своем доме я не хочу. Тем более, драк.

— Ну и ладно. Ну и не надо! Пусть я не высплюсь! Тебе же наплевать!

— Вот именно.

Лара обиделась.

— Ну, рассказывайте! — потребовал торговец, как только Обладатель замаячил у входа в магазинчик.

— Дайте мне хотя бы войти, — буркнул тот, закрывая за собой дверь.

Джозеф плюхнулся в кресло и с облегчением закрыл глаза. Звуки футбольного матча остались далеко за пределами лавки. Больше всего хотелось просто молча наслаждаться покоем, однако, судя по выражению лица старика, этого Джозефу никто позволить не собирался.

Торговец выжидающе глядел на посетителя. На плече у него неподвижно сидел нахохлившийся попугай.

— Так что там? — не выдержал "островитянин".

Джозеф устало вздохнул и, приподняв веки, принялся рассказывать.

— Они создали нейтральное пространство?! — глаза торговца возбужденно горели.

— Да, — подтвердил Обладатель.

— И у вас есть туда доступ?!

— Да.

— Так-так-так... — старик принялся лихорадочно бродить за своим прилавком, кусая от волнения нижнюю губу. — Подумать только, как вовремя!

Джозеф, разомлев в теплом и уютном кресле, начинал дремать. Этот день был слишком насыщен событиями.

— Вы обязаны отвести меня туда! Я должен увидеть это своими глазами!

— Не получится, — пробормотал Джозеф, пристраивая голову на мягком подлокотнике. — Меня заверили, что через этот вход не сможет зайти никто, кроме меня самого. Конечно, как и с "островами", я могу кого-то взять с собой. Однако все мои перемещения внутри "офиса" будут регистрироваться и отслеживаться, поэтому не уверен, что ваш приход останется незамеченным. Не хотелось бы отвечать на вопросы, кого это я с собой приводил, и для чего это было нужно.

Оперативник зевнул и снова закрыл глаза. Торговец явно хотел что-то возразить, потом вдруг вспомнил о своих непосредственных обязанностях, обреченно вздохнул, сходил куда-то за пледом и укрыл заснувшего посетителя. Постоял немного, о чем-то задумавшись, и пошел дальше думать над концепцией своего собственного нейтрального пространства.

Минутная стрелка медленно проползла несколько кругов по циферблату висевших на стене часов.

— Сколько времени? — Джозеф резко выпрямился в кресле.

Квирчик, до этого ведший себя прилично, громко свистнул и принялся носиться по жердочке.

— Вас пока не вызывали, — отозвался всё еще корпевший над своими расчетами старик.

— А я не забыл поставить будильник? — неуверенно посмотрел на него Обладатель, автоматически приглаживая растрепанные волосы.

— Откуда ж мне знать?..

— Тогда я лучше пойду, — оперативник встал с кресла. — Вот чёрт! Ваша птица всё-таки изгрызла мне рубашку!

— Ай-яй-яй, — с укором протянул лавочник, не отрываясь от своего занятия.

— Зараза, — Джозеф злобно посмотрел на расчирикавшегося попугая.

Правый манжет был изрядно покусан и деформирован.

Квирчик склонил голову набок, поблескивая наглым глазом, и спрыгнул с жердочки вниз. На полпути к полу расправил крылья и попытался полететь. Кое-как допорхал до своей пальмы и принялся делать вид, что очень занят ее исследованием.

— У меня к вам просьба, — торговец отвлек Джозефа от своего питомца. — Перед тем как в следующий раз пойдете в этот свой "офис", загляните сюда, пожалуйста.

— А. Ну ладно, — пожал плечами оперативник, пытаясь привести манжет в исходное состояние. — До свидания.

Ушел.

Открыл глаза. Из зала доносились приглушенные звуки рекламы зубной пасты. Будильник показывал 6:09. Можно было спать еще минимум час. Джозеф повалялся в постели несколько минут. Сон не шел, зато хотелось пить.

Поисковик лениво побрел на кухню. Открыл холодильник. Хорошо хоть незваные гости кефир не тронули. Услышал, как у него за спиной кто-то с шумом втянул воздух. Обернулся. Там стоял нынешний хахаль Лары, кажется, удивленный и даже напуганный.

— Кто вы? Что вы здесь делаете?! — выпалил он, пятясь от человека с пачкой кисломолочного продукта в руках.

— Живу, — мрачно поведал Джозеф, захлопывая дверку.

— Я вызову охрану, если вы немедленно не уйдете! — пригрозил предположительно менеджер среднего звена, бочком подбираясь к телефону.

— Зовите, — позволил оперативник. — С удовольствием посмотрю, как вас будут выгонять из моей квартиры.

Гость замер и недоуменно моргнул.

— Вашей квартиры? — переспросил он. — Вы — хозяин? Брат Лары?

— А что, не похож? — поисковик был слегка задет: за кого его приняли, за приблудившегося бомжа, что ли?!

— Ой, извините, я не знал.

— Ну-ну... — Джозеф залпом осушил стакан кефира и ушел из кухни — общаться с кавалером сестры не было ни малейшего желания.

Тот плелся следом и просил прощения.

— Я очень рад с вами познакомиться. Всё-таки будущие родственники, — ненавязчивые попытки хозяина квартиры отделаться от его общества мужчина в семейках и майке не замечал. — Я собираюсь жениться на вашей сестре...

— Ага, поздравляю, — Джозеф с тоской окинул взглядом царивший в зале и прихожей бардак.

Прежде особого порядка там тоже не наблюдалось, но то, что устроили в комнате родственница со своим спутником, было чересчур даже по меркам поисковика. Смятый плед громоздился кучей на полу, всюду валялись сумки, шмотки и остатки содержимого холодильника. Еще кто-то явно рылся в книгах и дисках. Работал телевизор. Видимо, за ночь его так ни разу и не выключали — в доказательство этого ясно говорили красные опухшие глаза рассказывавшего о своих матримониальных планах субъекта. Лара всё еще спала, обнявшись с подушкой.

— Вам, наверное, интересно, что за человек станет мужем вашей сестры, — хахаль постарался пригладить волосы и принять более презентабельный вид. — Раз уж мы оба не спим, я бы мог о себе рассказать. Даже альбом с фотографиями специально захватил.

— Не особо, — Джозефа больше интересовало, кто будет убираться в квартире.

— Как же так?! — растерялся гость.

— Я опаздываю на работу. Сейчас быстро собираюсь и ухожу, — оперативник устремился в ванную.

В принципе, ведомство открывалось в семь утра. Рабочий день, конечно, начинался несколько позже, и в такую рань туда никто не приходил, но смотреть детские фотографии не знавшего, что его через две недели бросят, самопровозглашенного родственника Джозеф не собирался. Захлопнул за собой дверь, оставляя всё-таки пытавшегося вкратце пересказать свою биографию гостя в коридоре, и полез в душ.

— К моему возвращению, чтоб всё прибрали, — строго велел приодевшемуся и причесавшемуся "жениху" он, натягивая высохшие за ночь туфли. — И вещи мои не трогать! Пока.

Ушел.

— Я надеюсь, ты не считаешь, что я разрешу тебе этим заниматься в ущерб основным обязанностям?! — шеф потряс в воздухе какой-то бумажкой с эмблемой Академии.

Джозеф никогда не думал, что тот приходил на работу так рано.

— Можно посмотреть? — протянул он руку к слегка помятому документу.

Там не говорилось ничего такого, чего оперативник не знал. Известие о его назначении в еще одно подразделение, приоритет работы в нем над всеми остальными трудовыми обязанностями, просьба к начальнику отдела по возможности использовать данного работника лишь в исключительных случаях и требование прислать копию личного дела.

— Посмотрел?

— Да, спасибо.

— Ни стыда у тебя, ни совести, — ворчало начальство. — И так весь день напролет балду пинаешь, ничерта не делаешь...

— Но шеф!

— Думаешь, я не знаю, что ли? Балбес и лентяй, вот ты кто! Почему я тебя до сих пор не уволил?..

Джозеф промолчал. Руководство, случайно встретившее подчиненного у входа в здание, было явно настроено поговорить. Наверное, ему было ужасно скучно здесь по утрам в одиночестве.

— В исключительных случаях тебя загружать... — глава отдела смотрел на бумажку, как на личного врага, с презрением. — Скажи еще, что я тебя загружаю! Молчи! Знаю, что скажешь! Бессовестный! Зарплату просто так получать хочешь, да?! Так вот знай: фигушки тебе! Будешь работать в обычном режиме. Понял, да? Меня не волнует, куда и зачем ты там еще устроился!

— Я, в общем-то, так и планировал, — Джозеф ни секунды не сомневался, что шеф скажет именно что-то подобное.

— Надеюсь, что так и есть. А то смотри у меня!

Начальство отпустило где-то спустя полчаса.

— Зачем он вообще приходит в такую рань, если делать ему здесь всё равно нечего? — думал Джозеф, бредя в свой кабинет.

Хотелось есть. Всё-таки стоило перед выходом что-нибудь пожевать, а не бежать из дома сломя голову. Хотя... Всё равно ведь нечего было. Оставалось надеяться, что самопровозглашенный родственник догадается набить холодильник продуктами с целью произведения благоприятного впечатления на брата "невесты".

Потом пришли стажерки, как обычно, словно вчерашний день ничего не изменил.

— Доброе утро, — поздоровалась Дейдара. — И тебе, любовь моя, — прильнула она к постерам.

— Ага, — Джозеф мог назвать это утро добрым лишь с некоторой натяжкой.

— Что-то случилось? — поинтересовалась Далила, кладя сумку на стол.

В пакете, который она, как всегда, принесла с собой, угадывались очертания знакомого вакуумного контейнера.

— В некотором роде, — признался руководитель стажировки, с вожделением посматривая на свой завтрак.

Девушка проследила за его взглядом.

— Вам чай сделать? — спросила она.

— Был бы очень благодарен, — Джозеф почувствовал к подчиненной мощный прилив симпатии и признательности.

Последний еще больше усилился, когда он нашел в контейнере котлетку.

— Спасибо, — чуть не расчувствовался оперативник, готовый в этот момент простить Далиле что угодно.

— Получше теперь? — через некоторое время заботливо осведомилась та, глядя на оголодавшего начальника с нескрываемой жалостью.

— Гораздо, — кивнул тот, выскребая со дна посуды последние крупицы гречневой каши.

— Что стряслось-то?

— Да, ничего особенного, — скривился Джозеф при воспоминании о поселившихся у него нахлебниках. — Ерунда. Что там с этим "островным" подразделением? Сегодня что-нибудь делать нужно?

— Да, — отозвалась Дейдара. — После обеда сказали в "офис" зайти обязательно.

— Зачем?

— Не знаю, — пожала плечами девушка. — На месте объяснят.

Джозеф вздохнул. Складывавшаяся ситуация продолжала ему упорно не нравиться.

— А там только мы будем или еще и все остальные?

— Я сильно сомневаюсь, что тем, кто вчера не пришел, успели установить в сознание двери, — Далила забрала у начальника грязную посуду с явным намерением пойти ее мыть. — Не думаю, что их стали бы срывать с работы и вызывать с утра в Академию, но гарантировать этого не могу. Так что мне кажется, что в лучшем случае будут лишь те, кого мы вчера видели.

Стажерка дошла до двери.

— А может быть, я ошибаюсь, — не оборачиваясь, добавила она и покинула кабинет.

Джозеф посмотрел подчиненной вслед. Поразмыслил обо всех выгодах женитьбы на ней. Как ни посмотри, их набиралось предостаточно. Перевел взгляд на вторую, мирно занимавшуюся своими делами девушку.

— Скажи, Дейдара, — обратился он к ней.

— А? — отвлеклась та от экрана компьютера.

— Ты не знаешь, почему Далила всё это для меня делает?

— Хм-м-м... — протянула подчиненная, задумчиво поднимая глаза к потолку. — Материнский инстинкт! — возвестила она через несколько секунд.

— А?!

— Да, он у нее очень сильно развит. Обожает детей. А вы в ее глазах такой же беспомощный и безнадежный в бытовых вопросах, как и они, так что она не может ничего с собой поделать. Это сильнее ее.

— Приплыли, — помрачнел Джозеф, припоминая многочисленные советы Джастина чаще бывать на свежем воздухе и уже заняться каким-нибудь спортом.

Как бы не пришлось им последовать, а то даже обидно.

Раздраженно вздохнул и принялся читать первый попавшийся на глаза документ.

— А что? — заинтересовалась Дейдара.

— Просто спросил, — буркнул Джозеф, делая вид, что ужасно занят.

— Кстати, вы хотели позвонить Роберту, — напомнила девушка.

— А. Точно, — настроение у мужчины испортилось еще больше.

Разговаривать с проводником не было ни малейшего желания.

— Завтра выясню его номер у Тинка, — решил он.

— Что мешает сделать это сегодня? — поинтересовалась Далила, входя в кабинет с вымытой посудой.

— Ничто. Просто не хочу.

Стажерка с удивлением посмотрела на насупившегося начальника. Равнодушно пожала плечами.

— Больше ничего говорить не буду, — сказала она, садясь на своё место. — Мне все равно, что будет с этим Джастином — я с ним даже не знакома.

Джозеф притворился, что ничего не слышал. Ему и без слов подчиненной было паршиво на душе — вопрос с куклой для проклятий надо было срочно решать.

После обеда он вернулся к себе и, как и просил торговец, заглянул в магазинчик.

Судя по стоявшим на прилавке грязным чашкам и пустым тарелкам, здесь только что проходило очередное собрание.

— О. Вот вы и пришли! — вышел на звук колокольчика старик. — Ну что?

— Вроде бы скоро надо будет идти в "офис", — Джозеф огляделся по сторонам. — У вас перестановка?

— Нет, — отмахнулся лавочник. — Просто немножко прибраться решил. Инвентаризацию заодно проведу, а то я уже забывать начал, что где у меня лежит.

— Ясно. Зачем вы хотели, чтоб я сюда зашел?

— У меня к вам просьба, — торговец с важным видом сел на свой деревянный стул за прилавком. — Присаживайтесь тоже. Если хотите, я вам чай сделаю. Сумку свою можете на полу оставить.

— А? — Джозеф посмотрел вниз.

В ногах у него лежал старый кожаный портфель, обычно валявшийся под рабочим столом. Видимо, уходя "в себя", он случайно захватил его с собой.

— Она и так на полу, — Джозеф перешагнул через свое имущество и подошел к креслу.

— Вы так и не научились до конца контролировать процесс принесения с собой посторонних объектов, — тонко улыбнулся старик.

— По крайней мере, я больше не сваливаюсь к вам вместе с кроватью, — отозвался оперативник.

— Да, это существенный прогресс. Так как насчет чая?

— Не уверен, что у меня есть на это время — понятия не имею, когда мне придется туда уходить, — вздохнул Обладатель.

— Ладно, тогда перейдем к делу, — серьезно кивнул старик. — Не могли бы вы постараться как можно больше разузнать о том, как устроен этот ваш "офис"? Меня интересует каждая мелочь.

— Как вы себе это представляете? — устало посмотрел на него оперативник. — Я же в этом не разбираюсь.

— Многого от вас я и не жду. Просто попробуйте спросить разработчиков. Мне кажется, они должны так гордиться своим детищем, что сами с удовольствием расскажут о нем любому интересующемуся.

— Ладно, попытаюсь.

Потом разговор перетек на посторонние темы. Поисковика никто не беспокоил. Всё-таки не стоило отказываться от чая — за то время, что Джозеф просидел в магазинчике, его можно было раза три успеть выпить. Об оперативнике "наружи" вспомнили лишь через полчаса.

— Вас вызывают в "офис"! — прогундосил браслет.

— Его тоже доработали? — подивился Джозеф, глядя на мигавшую красную лампочку.

Зеленая тускнела рядом.

— Ну надо же, — без особого воодушевления отозвался старик.

— Мне об этом не говорили, — Обладатель встал с кресла и, продолжая разглядывать нововведение в приборе на своем запястье, пошел к двери.

— Сумку свою не забудьте, — напомнил торговец. — И то, о чем я вас просил, тоже.

— Ага, — Джозеф подхватил валявшийся на полу портфель и шагнул за порог.

Обернулся. Перед ним стояло две двери: в лавку и вторая. Дизайнеры до нее так и не добрались, она выглядела в точности так же, как и прошлым вечером.

— Надо будет попросить, чтоб сменили этот противный голос в извещенцах, — подумал оперативник, распахивая вход в "офис".

Лампочка тут же погасла, браслет заткнулся.

— Здрасте, — вяло поздоровался Джозеф, оказываясь в помещении.

— Виделись, — отозвалась развалившаяся на столе Дейдара.

— А я не с тобой разговариваю.

— А? — девушка подняла голову и огляделась.

Она была уверена, что, кроме нее и Джозефа, здесь пока больше никого не было.

Оперативник взглядом указал на большой монитор под потолком. Весь экран занимало лицо Александра Борисовича.

Снова хлопнула дверь — вошла Далила.

— Добрый день, — поприветствовала она нетерпеливо моргавшего шефа.

— Знаете, а это очень неудобно, — поделилась Дейдара.

Для того чтоб видеть изображение ей приходилось запрокидывать голову и отодвигать стул от стола.

Александр Борисович покосился на подчиненную.

— Поэтому вас и позвали, — отозвался он. — Нужно все настроить и протестировать. Вот видите, уже определили, что монитор должен висеть ниже. Виктор, сделай что-нибудь!

— Еще кто-нибудь будет? — поинтересовалась Далила, подходя к остальным.

— Понятия не имею, — начальник насупился и помрачнел. — Звали всех, кто был вчера, но я не обольщаюсь, что придут все. У меня уже давно не осталось иллюзий относительно ответственности работников.

Экран мигнул и исчез. Через пару секунд возник в центре стола. Гораздо меньше размером, но больше количеством.

— Так лучше? — раздался откуда-то голос Виктора.

— Гораздо, — ответила Дейдара, разглядывая шесть стоявших кружком мониторов. — Звук только потише настройте: слишком громко.

— Забыл спросить, — бодро воскликнул ученый, но уже чуть глуше. — Как сработало дополнение к браслету?

— А как должно было? — уточнил Джозеф.

— Думаю, раз он здесь, то, как положено, — Александр Борисович зевнул.

— Браслеты теперь откуда угодно вызывают, или вы знали, что я на "острове"?

— Знали, — голос Виктора был ужасно довольным. — У нас это отобразилось. Здорово, да?

— Я в восторге, — буркнул Джозеф, бросая свой портфель под стол.

— Здравствуйте, — закрыла за собой дверь девушка, приведшая Ника.

— Где твой подопечный? — сурово поинтересовался шеф с монитора.

Пришедшая густо покраснела.

— Я не знаю, — пролепетала она. — Кажется, заблудился.

— Где? — удивились стажерки.

— А, ну да. Он же вчера тоже вход найти не мог, — припомнил начальник.

— Куда? — переглянулись Далила с Дейдарой. — СЮДА?!

— Да, сюда. Ты только не плачь, Ната! И вообще, отойди от двери, пока тебя не зашибли, — велел девушке Александр Борисович.

Та послушно прошла к столу и скромно села на стул, беспокойно оглядываясь назад.

— Ладно, продолжаем. Теперь громкость всех устраивает?

Следующие несколько минут были посвящены настройке освещения и температуры воздуха.

— А вот и я! — в распахнувшейся двери стоял слегка запыхавшийся, но очень гордый собой Ник.

Ната счастливо заулыбалась.

— Всё хорошо? — проходя мимо девушки, мужчина потрепал ее по голове.

В ответ та промычала что-то нечленораздельное и раскраснелась еще сильней.

— Так. Что я должен делать?! Дайте мне задание! — чуть ли не вплотную прильнул к одному из мониторов работник подразделения социальной помощи.

Александр Борисович непроизвольно отшатнулся. Окинул кипевшего энтузиазмом парня внимательным взглядом и задумался.

— Виктор, — позвал он ученого. — Нельзя ли сделать так, чтоб все входящие в "офис" оказывались одетыми в форму Академии?

Цепочки на голой груди подчиненного и расцветка его рубашки действовали шефу на нервы.

— Можно, — отозвался тот. — Тогда со следующего раза так и будет.

— Отлично. Ник, сядьте, пожалуйста, и отпустите монитор.

— Привет! — прибывший последним принялся здороваться со всеми остальными присутствовавшими. — Как дела? Что без меня делали?

— Работали, — сухо отозвалась Далила.

Ната тут же пнула ее под столом. Далила хотела ей что-то сказать, но напоролось на такой взгляд, что растерялась и решила не связываться.

— Так, мы ничего не забыли? — начальник, сидя в Лаборатории N 4, смотрел на расположенные перед ним экраны, отображавшие происходившее в "офисе", и думал.

— Над интерьером бы поработать, — подсказала Дейдара.

— Сегодня же озабочу этим какого-нибудь дизайнера, — пообещал Александр Борисович.

Шеф немного помолчал.

— Ладно, — вздохнул он. — Если вспомним еще что-нибудь, позже к этому вернемся. Теперь давайте перейдем к более интересным вещам.

— Да! Давайте! — радостно воскликнул Ник, так и не понявший, чем все занимались до его прихода.

— Остальных ждать не будем? — поинтересовался Виктор.

— Вот еще! Время только терять. Без них начнем. Если всё-таки явятся — хорошо. Нет — ну и не надо! Проверочный запуск можно и без них провести.

Джозеф нахмурился. Если речь шла о том, о чем он подумал, то оперативник предпочел бы, чтоб его в это дело не впутывали. А еще ему не давало покоя чувство, что в портфеле, стоявшем у него в ногах, что-то шебуршало бумагами.

Пока Александр Борисович объявлял, что сегодня будет проведена пробная засылка работников подразделения на чужие "острова", Джозеф заглянул под стол. Шорох стал чуть громче. Стараясь не привлекать к себе внимания, пододвинул портфель ближе и, осторожно приподняв крышку, заглянул внутрь.

На него смотрело два маленьких хитрых глаза.

— Кё, — негромко буркнул Квирчик заговорщическим тоном, чуть ли не подмигивая обнаружившему его человеку.

К попугайской шее узким ремешком крепилось какое-то небольшое устройство. Джозеф похолодел. Теперь становилось понятно, почему птицу было не видно и не слышно во время последнего посещения Обладателем магазинчика, и почему торговец просил его зайти к нему перед походом в "офис", а не сразу сказал, в чем состояла просьба. Старый мерзавец! Сам не может попасть в нейтральное пространство — так хоть питомца своего контрабандой переправит! Тоже мне, шпиона нашел!

Джозеф спешно захлопнул портфель и выпрямился на стуле. Александр Борисович говорил всё о том же. Оперативник и так догадывался, что для этого их и позвали, но честно старался делать вид, что очень внимательно слушает, искоса поглядывая на стоявшую в ногах сумку.

— ... не знаем, насколько хорошо работает, к тому же вы должны привыкнуть к этим путешествиям, чтоб во время заданий не испытывать проблем, которые можно было бы избежать...

"Интересно, — думал Джозеф. — Это старик как-то сделал, чтоб вместе со мной перенесся портфель, или оно вышло случайно, а он просто воспользовался подвернувшейся возможностью?"

— К тому же, в программе возможны ошибки и "дыры". Желательно обнаружить их сейчас, чтоб успеть исправить на стадии подготовки к основной работе, а не в самый ответственный момент, когда уже ничего сделать будет нельзя.

"Но ведь он же подготовился, — Джозеф смотрел на подрагивавшую потертую кожу сумки. — Куда он планировал спрятать своего попугая, если б портфеля не было? Что это вообще он к его шее прицепил?!"

— Конечно, мы пошлем вас в какие-нибудь мирные безопасные "острова", чьи Обладатели в данный момент находятся "наружи". В случае их появления, немедленно вас эвакуируем.

— Что там с невидимостью? — поинтересовалась Далила.

— С этим пока не получается, — отозвался Виктор. — Большее, что я могу сейчас вам предложить, это адаптация внешнего вида под среду. При попадании на территорию зоны рекреации ваши одежда, прически и макияж, если таковой будет иметь место, автоматически подстроятся под принятые там стандарты.

— А "острова" бывают небезопасными? — громким шепотом обратился к Джозефу Ник.

— Не знаю, — тот порадовался, что последнюю минуту следил за разговором больше, чем за собственными мыслями.

— Простите за опоздание, — в дверях возник Шервуд — работник Академии, приведший Шэл. — У нас на работе была полнейшая запарка.

Следом за ним явилась и его подопечная. Молча обвела присутствовавших взглядом и села за стол, резко теряя ко всем интерес.

— Повторять с самого начала я не собираюсь, — голос Александра Борисовича посуровел.

— Нет-нет, что вы, — спутник молчаливой женщины широко улыбнулся. — Продолжайте, мы и так разберемся в происходящем.

Джозеф метнул на портфель еще один взгляд. К его ужасу попугай таки обнаружил способную его пропустить щель и уже отчаянно сквозь нее протискивался наружу. Бледно-голубая голова с взъерошенными перьями ожесточенно елозила и цеплялась клювом за всё подряд, стремясь вытащить за собой приборчик и всего остального Квирчика. Птица явно была раздражена.

— Вы нас слушаете? — услышал Джозеф прежде, чем успел дотянуться до портфеля и затолкать обратно рвавшегося на волю попугая.

— Разумеется, — ответил он, поднимая глаза на очень сердитого Александра Борисовича.

— А у меня такое чувство, что нет, — буркнул тот. — На что вы всё время отвлекаетесь?

Далила неодобрительно хмурилась.

— Ни на что. Хотите, чтоб я повторил разговор? С какого момента?

Джозеф рисковал, предлагая подобное, — сделать это он бы не смог. Услышал очень тихий звук прикосновения коготков к полу — птица выбралась. Мужчина весь взмок. На то, что б на лице не дрогнул ни один мускул, потребовалось огромная сила воли. Когти поцокали прочь. Оперативник продолжал смотреть на монитор.

— Ладно, не надо, — проворчал начальник. — Вопросы есть?

"Может быть, он сам туда залез, а старик и не знает? — отстраненно думал Джозеф. — А на шее у него какой-нибудь лечебный прибор, он ведь вечно чем-то болеет..."

— Будь здесь Гарри, они бы были, — весело сказал Ник.

— Очень вероятно, что Гарри с нами не будет больше никогда, — отозвался Виктор. — Вчера он отказался проходить процедуру. Если сегодня не передумает, то мы его вычеркиваем из состава подразделения.

— Жаль, — протянул Ник. — Он забавный.

Джозеф таки исхитрился, не привлекая к себе внимания, заглянуть под стол. Квирчик, косолапя и деловито переваливаясь с боку на бок, бродил уже достаточно далеко от него. К счастью, молчал и вел себя прилично.

— Пойдете парами. В вашем случае — тройкой. Понадеемся, что это не перегрузит "остров", но поодиночке я вас никуда не пущу. По крайней мере, пока не буду уверен, что всё это безопасно. Виктор, координаты выяснил?

Джозеф заметил, что попугай нацелился клювом на обувь Шэл, и запаниковал. Однако в этот момент ученый сказал:

— Да, уже даже загрузил. Кто желает быть первопроходцем?

Криминолог встала и вышла из-за стола. Челюсти птицы щелкнули в воздухе.

— Хорошо. В общем, смотрите. В данный момент выход настроен не на ваше сознание, а на чью-то зону рекреации. Поддерживать там с вами связь мы пока не можем, но надеюсь в скором времени это исправить. Пробудете там три минуты. С истечением этого времени покинете "остров" автоматически. В случае опасности мы вас немедленно оттуда достанем. Джозеф безуспешно пытался незаметно подманить к себе Квирчика. Тот его призывно подергивавшуюся туфлю игнорировал, отходя всё дальше и дальше. Это становилось серьезной проблемой: мало ли что взбредет в голову попугаю, пока оперативник будет на экскурсии в чужом сознании. Джозеф не хотел даже думать, что произойдет, если кто-нибудь заметит птицу с этим прибором на шее. Если б не штука на ремне, то можно было бы просто сказать, что пичуга незаметно забралась в его портфель, пока поисковик был на "острове", и таким образом попала в "офис". И это было бы чистой правдой.

Шервуд с Шэл тем временем выслушали последние рекомендации Виктора и шагнули в дверь. Их силуэты тут же исчезли на пороге к полному восторгу Ника.

— Гружу следующие координаты, — объявил ученый. — Кто идет?

Дейдара похлопала слишком увлеченного отловом попугая Джозефа по плечу.

— Айда? — улыбнулась она.

— Э-э-э... — руководитель стажировки беспомощно оглянулся.

Уходить, не заперев птицу в портфеле, он боялся.

— Может быть, в конце? — предложил он. — Когда убедимся, что всё работает исправно?

— Ну иде-е-емте!

— Пусть первые сначала вернутся.

— Так кто? — надоело ждать Виктору.

— Мы, — не терпящим возражений тоном сказала Далила.

— Только бы ему чирикать не приспичило, — с тоской думал Джозеф, нехотя поднимаясь со стула.

"Остров" оказался симпатичным — маленький кинозал, где крутили старые фильмы. Трещал кинопроектор, широкий луч прорезал темноту. На освещенном им экране сменялись кадры — в этот раз здесь смотрели "Унесенных ветром". Джозеф огляделся. Ряды пустых, обитых бордовым велюром кресел, тяжелые бархатные портеры, закрытое плотной черной тканью пианино. Судя по всему, немое кино здесь тоже показывали. Приходил музыкант в жилетке и галстуке-бабочке, снимал чехол с инструмента и играл-играл-играл под дергавшиеся на холсте черно-белые образы и регулярно появлявшиеся в кудрявых рамочках реплики героев фильма.

Далила прошлась по залу, с интересом разглядывая антураж.

— Хорошо тут, — произнесла она. — Давно хотела это кино посмотреть.

Девушка опустила сидушку одного из кресел и уселась, уткнувшись подбородком в сложенные на спинке впереди стоявшего сиденья руки в длинных перчатках. На ней было вечернее платье с бахромой и люрексом, такие вышли из моды уже несколько десятилетий назад. Волосы спереди были уложены в виде блестящей стиральной доски, а на затылке собраны в кубышку.

Джозеф посмотрел на вторую спутницу. Ее голову украшала маленькая шляпка с небольшой вуалью-сеточкой, губы были густо накрашены темной помадой, а из-под головного убора выглядывали точно так же рифленые и залакированные кудри. Дейдара с интересом изучала свой облик. Кружевные перчатки понравились ей больше всего.

Джозеф мельком глянул на себя. Его одежда тоже изменилась, но не то, чтоб принципиально — разве что появилась жилетка. Остальное не сильно отличалось от того, что он мог бы надеть в реальности.

Вообще, Джозефа это в данный момент волновало меньше всего — мысли о бродившем под столом Квирчике занимали его куда сильней.

Девушки смотрели фильм. Он же просто нетерпеливо переминался с ноги на ногу в проходе и дожидался окончания времени посещения.

Скарлетт О'Хара, гражданская война, город в огне — через две минуты все это исчезло вместе с портерами, пианино и всеми остальными элементами "острова". Троица осталась в черной пустоте. Через пару секунд перед ними возникла знакомая дверь.

— Как впечатления? — услышали они бодрый голос Виктора, открыв ее.

Александр Борисович глубокомысленно молчал с монитора, не вмешиваясь в процесс.

— Так круто! — возвестила Дейдара, вбегая в помещение.

Ее внешний вид вернулся в изначальное состояние.

Шэл с Шервудом тоже уже были здесь. Мысли женщины по выражению лица угадать было очень трудно, парень же был явно доволен.

— Никаких проблем не возникло? — продолжал интересоваться ученый.

— Нет, насколько я могу судить, — ответила Далила, садясь к общему столу.

Джозеф тоже что-то буркнул, параллельно пытаясь определить местонахождение блудного попугая. Судя по поведению присутствовавших, того то ли никто не заметил, то ли не придал ему значения.

— Осталось дождаться Ника с Натой, — подал голос начальник.

— Еще что-нибудь сегодня от нас требуется? — поинтересовался Шервуд, закидывая руки за голову.

— Нет, наверное, — отозвался шеф, подумав. — Сейчас убедимся, что с ними всё в порядке, и разойдемся.

Джозеф переполошился еще больше. Значит, на отлов птицы у него было от силы минуты две. Он напряженно прислушивался, стараясь не выдавать своей паники, — хотя бы с какой стороны доносился цокот коготков? "Ни с какой", — докладывали уши. Среди шороха одежды, шорканья обуви по полу и голосов именно этого звука не было.

— Кё, — раздался снизу еле слышный оклик.

Джозеф опустил взгляд. Из приоткрытого портфеля на него смотрел наглый маленький глаз.

Мужчина еле удержался от громкого вздоха облегчения.

— Я там чуть не поседел весь! — гневался он позже в магазинчике, вытряхивая из сумки на прилавок птицу и превращенные ей в труху документы.

— Квирчик! Так вот где ты был! — фальшиво удивился торговец при виде возмущенного таким обращением питомца.

Обладатель был в ярости. Он даже не знал, чего такого сказать старику, чтоб тот понял всю глубину его отношения к произошедшему. Лавочник, посмотрев на Джозефа, вздохнул и перестал изображать непричастность.

— Да ладно вам, — миролюбиво проговорил он, снимая с попугая непонятный прибор. — Всё ведь обошлось.

— Значит, вы не отрицаете, что специально его мне подбросили?!

— А какой смысл? — "островитянин" философски пожал плечами. — Вы же не дурак — и так догадались.

— Знаете, кто вы?!

— Да. Но, полагаю, у вас есть собственное мнение на этот счет. Не озвучивайте его, пожалуйста, если возможно.

Джозеф сдался и тоже шумно вздохнул, беря себя в руки. Вроде, немного успокоился.

— Чего вы хотя бы хотели этим добиться? — кивнул на маленький прибор.

— Замерить кое-какие показатели, — отозвался старик.

— И? — Обладатель плюхнулся в кресло и вытянул ноги. — Что узнали?

— Пока ничего, — торговец бережно убрал металлическую штуку с ремешком в выдвижной ящик стола. — Я в этой сфере — полный профан. Передам одному своему знакомому, он разберется.

— У "архипелага" есть свои ученые? — поразился Джозеф.

— Конечно. Все люди разные, поэтому зоны рекреации тоже бывают на любой вкус. Один человек, например, отдыхает, занимаясь изобретательством и наукой. То, что я смог наладить контакт с его лабораторией — моя большая удача. Очень полезные люди там обитают. Открытые новым идеям.

Владелец магазинчика немного помолчал.

— Чай будете?

— Нет, спасибо. Пойду "наружу", пока меня не потеряли.

Вынырнув, Джозеф обнаружил, что никто его терять и не собирался — подчиненные давно привыкли к обыкновению начальника уходить "в себя" в любое свободное время и перестали придавать этому значение. Одна сидела напротив электрического чайника, буравила его взглядом и ждала, когда он закипит, а вторая краснела и хихикала, что-то читая с компьютера. Джозеф выпрямил спину и потер глаза.

— Что-нибудь новое есть? — поинтересовался он.

— Нет, кажется, — Далила медленно перевела взор с булькавшей за полупрозрачной пластмассой воды на руководителя и обратно.

Джозеф посмотрел на факс, на свой стол, на телефон. Проверил почту. Если за время их отсутствия что-то и происходило, то выяснить это пока не удалось.

Делать было нечего. Немного посидев за столом, отказавшись от предложенного стажеркой чая и поскучав всеми известными ему способами за исключением рисования, он ушел гулять по коридорам.

Случайно повстречал Вилле, поинтересовался состоянием здоровья Джастина. Медик сокрушенно покачал головой и рассказал, что у бедняги пошли пролежни. Джозеф помрачнел. Надо было срочно звонить Роберту, умолять его найти куклу и хотя бы перевернуть ее на другой бок.

Джозеф вернулся в кабинет и написал Тинку сообщение с просьбой выслать номер телефона проводника. Аналитика в сети не было. Оперативник несколько секунд подождал ответа, но диалоговое окно оставалось тусклым. Закрыл его. Покачался на стуле. Ответил на пару звонков и сходил к начальству.

Рабочий день подошел к концу, а Динь-Динь так и не отозвался.

Джозеф купил газету.

Дома было тихо — Лара с хахалем, чьим именем всё же стоило поинтересоваться, где-то шлялись. Было заметно, что кто-то пытался хотя бы немного навести порядок. По крайней мере, все объедки из зала были перенесены на кухню, а плед поднят с пола.

Джозеф открыл холодильник. Глупо было надеяться, что гости купят пропитание, действительно глупо. Достал недопитый утром кефир, оторвал половину небольшого, завалявшегося в хлебнице батона. Задумчиво съел.

Отряхнул руки, взял телефон, лег на кровать и развернул газету. Нашел раздел объявлений. Какое-то время его изучал. Потом набрал один из номеров.

— Здравствуйте, — сказал он, когда гудки в трубке сменились вежливым "алло". — Я звоню по поводу объявления.

— Да-да.

— Скажите, пожалуйста, вы правда умеете снимать порчу?

8.

На этаже горела одинокая лампочка, в подъезде пахло кошками — это был самый обычный дом. В точно таком же жила мать Джозефа и когда-то он сам до того, как вырос и переехал.

Мужчина в очередной раз внимательно перечитал выписанный на огрызок бумаги адрес, посмотрел на номер, прибитый к возвышавшейся перед ним двери и, чуть посомневавшись, нажал на звонок.

Раздались противные тренькающие звуковые переливы. Какое-то время ничего не происходило. По стенке пробежал таракан. Потом посетитель услышал приближающееся шлепанье тапочек, перешедшее в лязг открываемого замка.

На пороге стояла женщина в домашнем халате, бигудях и зеленой питательной маске на всё лицо, под которой невозможно было определить ни возраст, ни внешность.

— Да-да, — сказала она знакомым голосом.

— Э-э-э... — Джозеф растерялся — он ожидал увидеть что-нибудь более оккультное и эзотерическое.

— Это вы мне звонили, — не спрашивала, а констатировала колдунья. — Заходите.

— Простите, что так поздно беспокою... — Джозеф серьезно задумался, а не стоило ли обратиться к кому-нибудь другому.

— Ничего страшного. Вы же работаете днем — раньше явиться бы не смогли. Не топчитесь у порога — ступайте в зал, я сейчас к вам подойду.

Женщина куда-то ушлепала. Поисковик нерешительно прикрыл за собой входную дверь, снял обувь и огляделся. Прихожая тоже оказалась самой обычной. К стене были прибиты старые лосиные рога, используемые в качестве вешалки для головных уборов, на полу лежал маленький протертый коврик с бахромой. На пуфике сидел кот — единственная достойная ведьмы деталь интерьера. Только был он не черный, как полагается, а полосатый.

— Интересно, где здесь зал? — подумал Джозеф.

— Прямо по коридору и направо, — послышалось со стороны, куда удалилась хозяйка.

Гость вздрогнул — о телепатии его никто не предупреждал. Хотя, возможно, просто все приходящие задавали этот вопрос, поэтому колдунья решила не дожидаться, когда он прозвучит, и прояснить всё заранее.

— Но, может быть, я всё-таки пришел по адресу, — пришел к выводу Джозеф. — Спасибо, — добавил он мысленно.

— Не за что, — донеслось в ответ.

В комнате тоже не было свечей, хрустальных шаров, дымящихся благовоний и фигурок языческих божков. Пахло борщом.

— На вас порчи нет, — с уверенностью заявила женщина.

Джозеф сидел через стол от нее и чувствовал себя не в своей тарелке. Маску колдунья так и не смыла, а разговаривать о проклятьях с зеленым существом в бигудях было немного неловко.

— Это радует, — отозвался он, роясь в нагрудном кармане пиджака. — Но я пришел по поводу другого человека.

Джозеф извлек фотографию. На ней были запечатлены он сам, Джастин и Дэвид на праздновании чьего-то дня рождения в ресторане.

— У-у-у... — протянула колдунья, вглядываясь в изображение. — Кто ж его так?..

Джозеф промолчал.

— Что скажете? — поинтересовался он через некоторое время.

— Я? Ну нет... Это вы мне сейчас будете рассказывать, как его так проклясть умудрились.

Джозеф похолодел и попытался изобразить непонимание. Мысли носились в голове, как дурные, и хоть бы одна из них была путной.

— Вы же хотите ему помочь, да? — недоуменное моргание на женщину не действовало.

Оперативник серьезно задумался над этим вопросом. Да, пожалуй.

Рассказал.

— Ну вы даете, — покачала головой ведьма, которую, если верить объявлению, звали Анжелой. — И зачем вам всё это было нужно?

— Я же не знал, что так получится! — принялся оправдываться Джозеф. — Был зол. У меня и в мыслях не было доводить дело до такого! Если уж на то пошло, я и не верил-то толком, что это сработает. Вы поможете?

Хозяйка пожала плечами.

— Даже не знаю, что могу сделать в этой ситуации, — пояснила она свой жест. — Подобное проклятье обычно накладывается тогда, когда хочешь быть уверен, что у жертвы не получится его снять. Даже если вам удастся заполучить ту куклу назад, то максимум, что вы сможете — это обеспечить ей безопасность и комфортные условия дальнейшего существования. Попробуете соскоблить имя — жертва лишится кожи на спине, но связь между ними не исчезнет. Если б это было сделано до того, как о себе дали знать первые последствия, тогда одно дело. Теперь же...

Ведьма снова пожала плечами и развела руками.

— Сколько? — трагичным голосом произнес Джозеф, мысленно прощаясь со своими сбережениями.

— Вопрос не в деньгах.

— И всё-таки.

Колдунья задумалась. Маска на ее лице высохла и потрескалась.

— Минуточку, — сказала женщина и куда-то ушла.

Послышался плеск льющейся воды. Анжела вернулась не через одну, а через все семь минут. Толстый слой зеленоватой глины сменился аккуратными кружками огурцов.

— Давайте поступим так, — хозяйка квартиры снова села на свой стул и уставилась на фотографию. — Я сделаю, что смогу, конечно, но обещать ничего не буду. О плате договоримся по результатам — если ничего не получится, то денег я с вас не возьму.

— Но хотя бы примерно на какую сумму мне рассчитывать? — у Джозефа проснулась жадность.

— Не знаю. И вообще, уже поздно — идите домой. Я вас сама найду, если мне будет, что сказать.

Джозеф был вынужден послушаться — спорить с ведьмой он опасался.

— Где был? — Лара встретила его на пороге квартиры.

Сестра что-то жевала. Дома почему-то тоже пахло борщом.

Джозеф принюхался.

— Ты же не любишь готовить, — с подозрением поглядел он на девушку.

— А это и не я, — пожала плечами та, разворачиваясь и лениво направляясь на кухню, не дожидаясь ответа.

Самопровозглашенный родственник с сосредоточенным видом шинковал капусту. На плите булькала кастрюля и шипела сковорода.

— Пытается произвести на тебя благоприятное впечатление, — шепнула Лара брату. — Сегодня потащил меня на рынок, накупил продуктов. Теперь вот их перерабатывает.

— Зачем ему столько капусты? — оперативник покосился на стремительно росшую гору тонких белых обрезков. — Солить, что ли, собрался?

— Угадал.

Джозеф оглядел кухню. В углу стояло несколько пакетов, лежала тыква, громоздился лопнувший пакет картошки. Шмат сырого мяса занимал собой всю раковину. Хозяин квартиры тяжко вздохнул — он бы предпочел, чтоб впечатление на него производили икрой или, в крайнем случае, колбасами.

Побрел к себе в спальню.

— У тебя что-то случилось? — поинтересовалась Лара, плюхаясь на кровать.

— С чего ты взяла? — Джозеф раздраженно стянул галстук и зашвырнул его в кресло.

— Я же вижу, что ты расстроен, — девушка отправила в рот последний кусочек того, что ела. — Поделись — легче станет.

— Иди давай... лучше хахалю своему помогай, — попытался отделаться от ее общества Джозеф.

— С ним скучно: он, когда чем-то увлекается, ничего вокруг себя не видит и не слышит. Полное погружение. Держу пари, он снова не заметил, что ты вернулся.

Лара задумчиво покачала ногой, помолчала.

— К тому же, — добавила она. — Ты и сам знаешь, что помощи ему от меня на кухне не будет никакой...

— Запишись уже, что ли, на курсы молодых хозяек! Сколько можно?! И вообще, слезь с моей кровати — я спать хочу.

— Ты врешь, — Лара чуть-чуть подвинулась, чтоб Джозеф тоже поместился на постель. — Ты не хочешь спать. Ты хочешь лежать и думать о том, как всё плохо.

— А тактичный человек бы пожелал спокойной ночи и послушно ушел.

— Я больше не буду ни о чем тебя спрашивать, — заверила Лара, отползая еще дальше. — Просто посижу тут, можно, а? Я даже могу отвернуться, пока ты переодеваешься.

— Зачем? — устало вздохнул Джозеф, натягивая домашнюю футболку.

— Ну-у-у... Вдруг ты такой скромник, что...

— Зачем тебе здесь сидеть? Это будет еще скучней, чем помогать твоему "жениху" с капустой.

— Во-первых, он мне не жених. Во-вторых, у него есть имя.

— Какое? Вы мне его так и не назвали.

— А. Точно. Эдуард.

— Не передумала его бросать? Кто тебя еще кормить будет?

Лара нахмурила лоб и покачала головой.

— Он, конечно, хороший, милый, заботливый и всё такое... Но... Я даже не знаю, как объяснить.

— Можешь не объяснять. Не то, чтоб мне это было интересно. Одеяло отдай, пожалуйста.

— Конечно, — Лара рассеянно встала с кровати. — Ты что, правда, спать собрался? Даже ужинать не будешь? Эдик там мясо жарить планировал.

— Как-то не хочется, — отозвался Джозеф, плюхаясь на матрас и закладывая руки под голову.

Лара вернулась на насиженное место и свернулась калачиком.

Мужчина устало подумал, что поговорить всё же придется.

— Что у тебя стряслось? — вздохнул он.

— Ничего, — отозвалась родственница.

— Ну-ну.

Несколько минут лежали молча.

— Просто мне грустно, — прервала тишину Лара. — Грустно без определенной причины.

— Бывает, — Джозеф никогда не считал себя хорошим психоаналитиком и не горел желанием таковым становиться.

— Хочется просто вот так лежать и говорить ни о чем, — хлюпнула носом Лара. — А не с кем.

— А Эдуард тебе на что?

— Эдуард... — горько усмехнулась Лара. — Нет, он для таких вещей не подходит. Во-первых, мне с ним не комфортно настолько, чтоб молчать и не чувствовать себя при этом полной дурой. Постоянно приходится выдавливать из себя какие-то пустые, ничего не значащие слова, лишь бы только не повисало это неуютное безмолвие.

— Ты сама хотела болтать ни о чем, — напомнил Джозеф.

— Да. Но это уже совсем не то. Одно дело говорить о всякой ерунде, и это имеет глубокий смысл, и другое — делать то же самое, чтоб хоть как-то заполнить тишину. Выглядит одинаково, но значение полностью отличается. Разговоры с ним меня напрягают.

— Зачем тогда вообще с ним встречаться начала?

— Дура была, — равнодушно вздохнула Лара. — И остаюсь.

Снова помолчали.

— Ты себе "остров" еще не сделала? — зачем-то спросил Джозеф.

— Нет, а что?

— Просто, когда тебе становится грустно без определенной причины, лучше места не найти. Там тебя и выслушают, и успокоят в меру сил...

— Ты меня к себе взять обещал, — вспомнила вдруг Лара, приподнимаясь на локте, и заглядывая брату в лицо.

— Не мог я такого обещать, — тот напрягся.

В принципе, он как раз таки вполне мог что-то подобное ляпнуть, чтоб отвязаться от надоедливых расспросов. Но это же не значит, что он действительно имел это в виду!

Интуиция подсказывала, что Лара так просто не отстанет.

— Я точно помню! Говорил, что как-нибудь отведешь меня туда в гости!

— Даже если так, то моя зона рекреации тебе всё равно вряд ли подойдет, — начал выкручиваться Джозеф.

Он затянул пространные объяснения, что "острова" создаются под каждого человека индивидуально, и что на других людей их успокаивающе воздействие может не распространяться.

— Ну пожа-а-алуйста-а-а, — на Лару его речь не произвела впечатления. — Жалко тебе, что ли? Я просто одним глазком посмотрю.

Минуты через две непрекращающегося нытья Джозеф сдался.

— Ладно. Только ненадолго, поняла, да?

Девушка оживленно завозилась. Ее родственник обреченно вздохнул и окончательно смирился.

— Черт, как же это делается? — потер лоб Джозеф, садясь на кровати и пытаясь припомнить инструкции, полученные при установке "острова".

Прежде он никогда никого в магазинчик не приводил.

— Так, — вздохнул он. — Зайдем на пару минут, потом я тебя вывожу, и ты мирно идешь спать в зал или делаешь что угодно, но только без моего участия. Это не обсуждается.

Джозеф задумался. Будь у Лары свой "остров", всё было бы куда проще. Для людей без оного, конечно, механизм приглашения в зону рекреации тоже существовал, но был связан с кучей трудностей.

— Короче, — казавшиеся забытыми указания всё-таки всплыли у него в голове. — Ляг рядом, возьми меня за правую руку и засни... Это левая... Да, за эту.

— А засыпать обязательно?

— Да. А еще не задавай мне всякие вопросы, не тереби и не пытайся привлечь к себе внимание.

— А что еще делать?

— Я уже объяснил. Остальное — моя забота.

— А если у меня бессонница?

— Тогда ко мне на "остров" не попадешь.

Джозеф снова откинулся на подушку и ушел "в себя".

Он стоял в темноте неподалеку от дверей в своем сознании, не заходил ни в одну из них и ждал. Раздраженно глянул на браслет. Если память не изменяла, когда Лара уснет, зеленая лампочка должна будет загореться. Не замигать, как при вызове "наружу", а просто ровно и спокойно засветить. Ждать этого пришлось долго. Мужчина уже весь извелся и издергался, даже подумал о том, чтоб бросить эту затею, прежде чем появился сигнал.

Джозеф нахмурился и обхватил извещенца ладонью — где-то здесь что-то надо было нажать. Беда с этим браслетом заключалась в том, что значительная часть заложенных в него функций проявлялась лишь тогда, когда складывались подходящие для их исполнения условия, так что изучить их заранее было весьма затруднительно. Ага. Вот тут образовалась какая-то дурацкая кнопочка. Что она делала, оперативник не знал, но всё равно нажал. Через пару секунд возле него возникла Лара. Кажется, она была удивлена.

— Руку, главное, ни в коем случае не отпускай, — предостерег ее Джозеф, крепче сжимая ее ладонь в своей.

— Мда-а-а... — разочарованно протянула Лара, оглядываясь. — Уныло у тебя тут. Это и есть твой хваленый "остров"?

— Нет. Дверь видишь?

— Вижу две.

— Нам в правую. Пока внутри не окажемся, держись за меня.

Джозеф зашагал вперед.

— На две минутки, — напомнил он возле самого входа и надавил на дверную ручку.

В этот момент до него дошло, что сейчас в магазинчике вполне могло проходить очередное собрание "архипелага", что всё-таки перед тем, как сюда кого-то приводить, стоило убедиться, что ничего подозрительного и не предназначенного для чужих глаз и ушей здесь не творилось, и что сестра вряд ли сможет сохранить увиденное в тайне. Пробежала надежда, что она просто ничего не поймет и не придаст значения шушукающейся толпе.

К счастью, в лавке не оказалось никого, кроме тех, кто должен был там находиться. Старик протирал тряпочкой статуэтку обнаженной девушки, Квирчик остервенело грыз лапу.

Услышав звон колокольчика, оба оторвались от своих занятий и обернулись к двери. Удивились.

— Здравствуйте, — поздоровался Джозеф.

Лара, выпустив ладонь брата, с интересом оглядывалась по сторонам и совершенно не смущалась того факта, что из одежды на ней был лишь короткий атласный халатик, да пушистые тапочки с мордочками кроликов. Попугай присвистнул.

— Моя сестра, — представил гостью Джозеф, пока присутствующие не пришли к неправильному выводу.

— Приятно познакомиться. Гектор, — назвался торговец.

— Лара, — откликнулась девушка, уделяя содержимому полок внимания больше, чем обитателям этого места. — Скажите, а что это такое?

— О-о-о! Это шкатулка с мощами Святой Эпифании! — старик тоже считал, что имевшиеся у него вещи были куда интереснее его самого.

— Что-что? — переспросил Джозеф, услышав знакомое имя.

— А что вас так удивляет? — лавочник вышел из-за прилавка и встал рядом с посетительницей. — Я вам столько всяких диковинок показывал...

— Нет, просто я ее знаю, — попытался объяснить Джозеф.

— Мальчик мой, — снисходительно улыбнулся торговец. — Она умерла четыреста лет назад.

Прежде к Обладателю здесь так не обращались. Он даже опешил.

— Не в этом смысле, — буркнул он.

— Ой, у вас столько всего прикольного!

— Да. Рад, что хоть кто-то это ценит, а то у меня порой складывается впечатление, что вашему брату глубоко безразлично, чем богат его "остров".

Джозеф понял, что его снова игнорируют.

Квирчик тем временем изо всех сил пытался привлечь к себе внимание гостьи, метался по жердочке и кудахтал.

— Две минуты прошло, — намекнул сестре Джозеф.

— А это что такое?

— Устройство для ловли ветра.

— Нам пора, — поисковик предпринял еще одну попытку без особой надежды на успех.

Снова не был услышан.

"Что ж, с самого начала ты знал, что так всё и будет, — мысленно сказал самому себе мужчина, плюхаясь в кресло. — Раньше думать было надо".

Лару теперь отсюда еще нескоро вытащить удастся.

Обладатель какое-то время вполуха слушал разговор. Заметил на столе знакомый кожаный переплет. Перевернул обложку.

— Я знаю, кто убийца! — детектив медленно обвел взглядом всех присутствовавших.

Ответом ему было молчание. На диване и креслах сидели обитатели дома: близкие родственники покойного, а также слуги.

Сыщик лениво достал сигарету, не обращая внимания на поджатые губы неоднократно указывавшей ему на то, что курить в особняке запрещено, экономки. Чиркнул спичкой. Все взоры в комнате были прикованы к нему. Люди ждали.

— Как все мы знаем, нож был найден в кустах, — Эрик выпустил в потолок струю дыма и неторопливо подошел к окну. — По сути, на другом конце дома от того места, где находился труп. Как орудие преступления могло там оказаться? Маргарита, как бы вы ответили на этот вопрос?

— Убийца выбросил его за ненадобностью, — предположила девушка. — Я после такого тоже бы больше никогда не стала резать им хлеб.

— Он мог специально подбросить его туда, чтоб подозрение пало на садовника, — подал голос сын покойного. — Кроме него ведь больше к этим кустам никто не подходит.

— Вы забываете о почтальоне. Снулый тип, — мистер Роджерс тоже выдвинул версию.

— Нет, — детектив отрицательно покачал головой. — Вы все заблуждаетесь. На самом деле...

— А еще его мог выронить вор во время побега. Как раз я не могу найти свое кольцо — возможно, оно было украдено. Тот, кто это сделал, мог польститься и на нож — он ведь миленький, а потом потерять его, пробегая по кустам.

— Почтальон! Вы когда-нибудь обращали внимание на его гаденькую улыбочку? Это было бы вполне в его стиле.

— Кто мог хотеть очернить садовника?.. Маргарита, ты не знаешь, есть ли у него враги?

— А ведь это был почти новый нож, — вздохнула экономка, сокрушенно качая головой. — У кого только рука поднялась именно им убить хозяина?.. Там ведь целый ящик старых был. Выбирай — не хочу! Зачем понадобилось брать именно этот?!

Детектив Эрик с раздражением понял, что о нем забыли.

Джозеф отложил книгу в сторону — у него возникло чувство, что главный герой писался с него самого. Это бесило.

— А разве можно поймать ветер? — вопрошала Лара, осторожно вертя приспособление в руках.

— С помощью этой вещицы — без проблем! — заверил ее Гектор.

— Купи мне ее, а?! — девушка умоляюще поглядела на брата.

Квирчик спорхнул на пол и шустро поковылял к ботинку хозяина.

— Зачем тебе? — вздохнул Джозеф.

Ему ужасно хотелось поскорее спровадить сестру и спокойно подумать о важных вещах типа "как расколдовать Джастина".

— Круто же!

— Во-первых, это наверняка ужасно дорогое. Во-вторых, существует исключительно на "островах", в реальный мир попасть не может. То есть, тебе даже негде будет этим пользоваться.

— Зачем тогда вообще всем этим торговать, если использовать по назначению товары практически невозможно? — надулась Лара. — Вне "островов" они не существуют. Я еще понимаю, если б между ними можно было перемещаться. А так сидишь, запертый в собственном сознании, окруженный всякими прикольными штуками. Обидно даже.

— Всё, пошли назад, — Джозеф решил воспользоваться сменой настроения, пока сестра снова чем-то не увлеклась.

— Не хочу, — Лара отошла к следующей полке.

Попугай уже бодро карабкался по штанине старика вверх.

— Ты обещала, — напомнил Джозеф. — Мы с тобой договаривались.

— Ну пожа-а-алуйста-а-а...

— Оставьте ее здесь на ночь, — предложил торговец. — Сами идите "наружу", нормально выспитесь. Утром за ней просто зайдете.

— А так можно? — усомнился оперативник.

— Конечно, — пожал плечами Гектор, принимаясь рыться в куче товаров.

Квирчик таки добрался до его плеча и теперь метался по нему, не зная, чем себя дальше занять.

— Вы даже можете отпустить ее руку, — продолжил старик, извлекая из завала какую-то небольшую запечатанную колбу с меняющим цвет жидким содержимым. — Потом заново подключитесь просто. А это, милая моя, — настоящая радуга.

— А никаких побочных эффектов не будет?

— Нет-нет, что вы. Идите спокойно.

Джозеф посомневался еще несколько секунд. Посмотрел на увлеченную и взбудораженную сестру, подумал, глянул на имевшийся в лавке ассортимент. Пришел к выводам.

— Ладно тогда. Утром зайду, — решил он.

Открыл глаза. Огляделся. Лара лежала рядом и всё так же держала его за ладонь. Со стороны кухни доносились звуки энергичного шинкования капусты. Всё-таки, Эдуард, конечно, хороший парень, и его даже жалко, но меру тоже надо знать. Он там что, запасы на зиму для семьи из пяти человек заготавливает? Куда потом это всё девать?!

Джозеф осторожно расцепил пальцы девушки и высвободил руку. Хотел было пойти разбираться с ее "женихом", но решил, что будет лучше не привлекать к себе его внимания — альбома с детскими фотографиями и разговоров о себе хотелось избежать или хотя бы максимально отсрочить.

Посмотрел на сестру. Может быть, лучше отнести ее в зал? Ай, ладно. Пускай себе лежит.

Джозеф пошел в душ. Помылся. Подумал, что было бы неплохо поужинать. Прокрался на кухню и втихаря уволок из холодильника питьевой йогурт и сосиску. Пожалел, что не сможет незамеченным пробраться к плите с кастрюлей борща, решил, что чем-то в этой жизни всегда приходится жертвовать, и вернулся в свою комнату.

Теперь можно было спокойно подумать о Джастине. Включил компьютер. Тинк таки прислал номер Роберта, но приписал, что тот, скорее всего, им уже не пользуется. Джозеф собрался с духом и позвонил. Трубку никто не брал. Поисковик прикинул, сколько времени было в месте его командировки с учетом разницы часовых поясов. По всему выходило, что проводник должен был бодрствовать.

Набрал номер еще раз, тщательно перепроверяя каждую цифру. Снова бесполезно.

* Ты не знаешь, как не него еще можно выйти? — написал он Динь-Диню.

* Нет, — почти сразу же ответил тот. — А что?

* Да так.

* Извиниться, что ли, хочешь?

* Может быть. Слушай, ты сейчас где? Не там же, случайно?

* Что мне там делать-то? Я уже третий день во Франции. Завидуешь?

Джозеф разочаровано вздохнул. А он так надеялся.

* А из наших кто-нибудь там поблизости есть, не знаешь? — он предпринял еще одну попытку.

* Понятия не имею. Думаю, что всё же нет. А что?

* Да так, — уныло напечатал оперативник. — Забыл там кое-что важное.

* Сочувствую. А почему только сейчас спохватился?

— А тебе-то какое дело?.. — буркнул Джозеф, сердито набивая ответ.

* Так получилось. Ладно. Пока.

Выключил компьютер. Снова попытался дозвониться до Роберта. Опять не получилось. Вспомнил о своем йогурте и сосиске. Поужинал. Осознал, что утром надо на работу и было бы неплохо перед этим поспать.

Будильник оповестил о приходе утра как-то уж слишком быстро. Джозеф, всю ночь проведший на облучке, не выспался. Сердито посмотрел на занимавшую две трети кровати спящую сестру. Всё-таки стоило отнести ее в зал — удобней было бы всем. Интересно, Эдуард заметил ее отсутствие?

Мужчина взял Лару за руку и ушел "в себя".

— Померь, а!

Не до конца проснувшийся Джозеф тупо смотрел на знакомый драгунский мундир в руках у девушки. Недоуменно моргнул.

Та светилась восторгом, радостно улыбалась и была счастлива. Такой он ее последний раз видел лишь давным-давно, еще в детстве.

— Гектор мне пожаловался, что ты отказываешься покупать эту прелесть! — Лара встряхнула одеждой и недовольно нахмурила лоб. — Надень, пожалуйста! Хочу посмотреть.

Торговец всем видом старался излучать непричастность. Обладатель послал ему сердитый взгляд и снова сфокусировался на сестре. Та тоже успела приодеться и теперь расхаживала в римской тоге и лавровом венке. На кресле громоздилась уродливая куча костюмов всех времен и народов. Всё-таки хорошо, что Джозеф не остался здесь на ночь — не то огреб бы по полной программе.

— Тебе наружу пора, — вздохнул он, проводя ладонью по всклокоченным волосам. — Переодевайся и идем. А то я на работу опоздаю.

— Ну еще чуть-чуть! Ну пожалуйста!

— Пошли, говорю. Время вышло.

— Вам пора, — неожиданно для Обладателя поддержал его торговец. — В следующий раз подольше посидите.

Джозеф нахмурился. Ни о каком следующем разе речи не шло.

— Правда? — с надеждой обернулась к нему сестра.

— Посмотрим, — буркнул поисковик. — Если вести себя будешь прилично.

Лара намек поняла и послушалась.

— Ну что? — спросила Далила. — Всё еще не берет трубку?

Джозеф сердито посмотрел на телефон. Дозвониться до проводника не удавалось, несмотря на все попытки.

— А номер точно правильный? — Дейдара поставила перед начальником чашку чая.

— Тинк клянется и божится, что тогда общался с Робертом именно по нему, — Джозеф потер глаза и откинулся на спинку стула. — Я у него специально сегодня уточнил. Но он не уверен, что тот его с тех пор не поменял.

— Всё ясно, — Далила задумчиво сложила лежавшие на ее столе документы аккуратной стопочкой. — Значит, это конец.

Джозеф помрачнел еще больше. Анжела на связь не выходила.

— Бедный Джастин. Интересно, сколько он еще протянет? — Дейдара печально поерзала на стуле.

Все трое какое-то время молчали. Настроение у них было похоронное.

— Вы бы сходили его проведать, — произнесла Далила, медленно снимая очки и меланхолично полируя их краем своей белой майки. — Нужно наполнить его последние дни радостью. Встречи с друзьями, любимая еда и музыка. Всё такое...

Джозеф вышел из кабинета — слушать это сил у него больше не было.

После работы он бесцельно бродил по городу. Зашел в ритуальный салон, посмотрел погребальные венки, приценился. Подумал о том, что теперь должен будет взять на себя ответственность за семью коллеги. Ни жены, ни известных Джозефу детей у больного не имелось. О престарелых родителях заботились проживавшие с ними его младший брат с супругой. Последние были вполне обеспечены и в помощи простого поисковика не нуждались. Джозефа это огорчало — он чувствовал острую потребность как-то искупить свою вину, не видел способа, как это сделать, и впадал в уныние.

Джастин мирно лежал на постели под одеялом. Бледный и исхудавший. На лбу белел пластырь.

— Привет, — слабо улыбнулся он, замечая топтавшуюся в дверях мрачную фигуру. — Хорошо, что ты пришел, а то мне скучно.

Джозеф буркнул что-то неразборчивое и, пройдя в палату, устроился на самом удаленном от больного стуле.

— Ну? Как твое самочувствие? — вопрос попытался прозвучать бодро и оптимистично.

— Да так... — покалеченный неопределенно пожал плечами. — Состояние стабильное, врачи говорят, что я иду на поправку, так что волноваться не о чем.

Джастин попытался сесть. Посетитель кинулся ему на помощь, мысленно благодаря докторов за то, что те скрывали от коллеги страшную правду.

— Я тебе коньяк принес, — поведал он, поправляя больному подушку. — И шашлык.

— Боюсь, мне это нельзя.

— Можно, — решительно заявил Джозеф. — Любимая пища в небольших количествах только на пользу пойдет!

"Тебе уже мало что повредить сможет, — добавил он про себя с горечью. — Лишь скрасит последние дни".

Коллега сомневался.

— Нет, — с жалостью решил, наконец, он, качая головой. — Спасибо большое, но всё же не стоит. Вот выздоровею, тогда отметим это дело, как положено. А пока я рисковать не хочу.

"Наивный", — подумал Джозеф, мрачнея еще больше.

— Расскажи, чего вообще нового в офисе. Что интересного?

Оперативник без энтузиазма в двух словах описал ситуацию на работе.

— Я тут вспомнил, ты у меня как-то эту зажигалку просил, — добавил он, полезая в карман. — Держи, дарю.

— Ты что? Я же шутил. И вообще, ты тогда долго куксился и огрызался на мою просьбу. Что с тобой сегодня?

— Ничего.

— Какое там "ничего"?! Ты сам на себя не похож! Ты бы лицо свое видел.

— Устал. Проблемы дома и всё такое.

— А. Лара что ли опять приехала? — сообразил Джастин.

— Ну да, — Джозеф с облегчением ухватился за подвернувшуюся тему.

Немного пожаловался на сестру, отвлекая больного от размышлений о своем странном поведении и похоронном выражении лица.

— Тебе что-нибудь нужно? — заботливо поинтересовался он. — Книгу какую-нибудь или, может быть, плеер принести? Я вот, кстати, персиков купил. Ешь, пока не испортились.

— Э-э-э... Спасибо, — больному было немного неуютно. — Ты очень заботлив, но у меня всё есть.

— Подумай, — не сдавался Джозеф, твердо намеренный искупить вину. — Если что понадобится, сразу мне сообщи.

— М-м-м... Хорошо. Непременно.

Оперативники немного помолчали.

— У тебя с "островом" всё в порядке? — спросил вдруг Джастин, отвлекая товарища от раздумий, как тактичней поинтересоваться, погребальный венок какой цветовой гаммы был бы ему больше по душе.

— Да, а что?

Джозеф был уверен, что "архипелаг" вряд ли можно было отнести к понятию "всё в порядке" с общепринятой точки зрения, но говорить о нем не собирался. Умирающий коллега умирающим коллегой, а ему еще как-то жить.

— Да ничего. Я вот думал, а не мог ли срок годности истечь? — нахмурился Джастин. — Странности какие-то там начались. Мы же с тобой почти одновременно "острова" ставили. Вот я и хотел узнать: является ли появление этих изменений закономерной стадией существования зоны рекреации, или это с моим какие-то проблемы? Я не помню, чтоб о подобном нас предупреждали при установке. А ты?

— Надо будет буклет перечитать, уже не помню, — Джозеф насторожился. — А что за странности-то?

Джастин посмотрел на товарища взглядом "Ну что ты такое говоришь?! Как маленький, в самом деле! Забыл, что ли, что содержимое "острова" — тайна, и спрашивать о подобном считается неприличным?".

— Давно началось? — правильно истолковал немой посыл Джозеф. — Я же должен это знать, чтоб разобраться, что происходит: вдруг там несколько объяснений может быть.

— Уже в больнице. У меня просто есть предположение, что это как-то связано с состоянием моего здоровья.

— Возможно.

— Но тогда почему, когда год назад я болел ангиной, на "острове" всё было как обычно? Должна же быть закономерность.

Джозеф промолчал. У него имелась одна догадка на этот счет. Он распрощался с больным и ушел.

Анжела взяла трубку сразу же.

— Я же сказала, что сама вам позвоню! — с укором сказала она вместо приветствия.

— У меня вопрос, — Джозеф зажал второе ухо ладонью — уличные шумы отвлекали от разговора и заглушали собеседницу.

— Задавайте, — вздохнула та.

— А я думал, вы сразу ответите. Прежде, чем я успею спросить, — признался слегка разочарованный мужчина.

— Я не всемогуща, — усмехнулась Анжела. — Иногда проще узнать всё в свое время, а не напрягаться, пытаясь предсказать то, что случится через несколько секунд, если это не играет принципиальной роли. Кстати. Замрите.

Джозеф, не понимая, зачем это нужно, послушно остановился. У его ног тут же разбился горшок с геранью.

— Мой цветочек! — послышался истошный женский крик из открытого окна над головой оперативника.

— Можете идти дальше, — позволила ведьма. — Так в чем заключается ваш вопрос?

— А, — Джозеф снова попытался сосредоточиться на разговоре, перешагнул через груду земли, осколков и цветущих стеблей, двинулся дальше. — Вы знаете, что такое "острова"?

— Ну, предположим.

— Какова вероятность того, что проклятье могло наложить отпечаток на один из них?

— А оно наложило?

— Это я и пытаюсь выяснить.

— Если наложило, значит, такая вероятность как минимум существует.

— Можете ответить подробнее? — Джозеф начинал раздражаться.

— Я думаю.

Оперативник успел пройти два квартала и постоять на светофоре, прежде чем Анжела заговорила вновь.

— Я не вижу причин, почему этого не могло бы случиться.

— А это можно как-нибудь использовать?

— Вероятно. При условии, что вы сможете проникнуть на "остров", разобраться, что там является исконным, а что появилось под влиянием проклятья, понять, что именно можно с этим сделать, чтоб не усугубить положение, ну и так далее. Дерзайте, в общем.

Ведьма повесила трубку.

Джозеф задумчиво убрал телефон в нагрудный карман рубашки. Ему было о чем поразмыслить.

Дома снова никого не было. Джозеф открыл холодильник. Решил, что не голоден. Закрыл. Посидел в тишине на кухне.

Перешел в спальню, плюхнулся на кровать и, не переодеваясь, ушел "в себя".

Старик его внимательно выслушал.

— Как мне поступить? — закончил Обладатель свою речь.

— Я так понимаю, вас интересует техническая сторона вопроса, а не выбор "идти / не идти"? — протянул он, разламывая для Квирчика на столе печеньку.

— Да. Как туда попасть? Что и как мне там делать? Что из того, чем вы торгуете, может мне пригодиться? Я даже готов это купить.

Джозеф подумал.

— Только надеюсь, вы не станете извлекать выгоду из моего положения и продавать мне кучу бесполезных вещей втридорога.

— За кого вы меня принимаете?.. — вяло отозвался поглощенный раздумьями Гектор.

Попугай лениво клевал крошки. Тикали часы. Джозеф ждал.

— Я не могу вас провести на "остров" вашего друга, потому что не знаю, какой ему принадлежит, и есть ли у меня с ним связи, — спустя небольшую паузу проговорил торговец. — Если вы узнаете точный адрес, тогда, возможно, что-нибудь и получится.

— Придется этот вопрос как-нибудь решать в подразделении, — подобная перспектива Джозефа не радовала, но альтернативы ей он не видел. — Там обязана быть база данных по всем "островам", иначе я разочаруюсь в Академии.

— Правильно, — одобрил старик. — Кстати, я согласен одолжить вам что угодно из имеющихся в лавке товаров бесплатно: меня интересует исход этого мероприятия. Оно может открыть для "архипелага" новые горизонты, а также серьезно продвинуть нас в изучении природы "островов". Но, прежде чем что-то делать, вам стоит разведать ситуацию. Как минимум попасть в эту зону рекреации, оценить обстановку, подробно мне все рассказать, чтоб я мог что-нибудь посоветовать. Хочешь еще?

Последняя фраза была адресована попугайчику. Тот флегматично разгрыз последнюю крошку, убедился, что других действительно больше не было, о чем-то подумал и решительно заковылял к сидевшему в кресле мужчине.

— Кё, — нагло заявил он с видом заправского гопника, щурясь на посетителя левым глазом.

Джозеф удостоил его лишь мимолетного взгляда и снова ушел в свои мысли.

— Кё, — нетерпеливее повторил Квирчик, для убедительности пару раз стукая клювом по столешнице.

— Так что, боюсь, — Гектор достал из лежавшего в выдвижном ящике бумажного пакета новое печенье, и птица потеряла к Обладателю всякий интерес, — вам придется заручиться помощью Академии. Без этого никак. Попробуйте объяснить ситуацию, ввести в заблуждение или сделать еще что-нибудь. Иначе, к сожалению, ничего не получится.

Был одиннадцатый час вечера. Лара с Эдуардом пока не вернулись. Джозеф встал, лениво переоделся, сообразил, что ужасно голоден. Поел. Без надежды на успех позвонил Роберту. Тот снова не взял трубку.

— Придется поднимать материалы дела, — с тоской подумал Джозеф. — Искать его досье, обзванивать родственников, в крайнем случае, еще и письма слать... Черт!

Ушел в зал, плюхнулся на диван и включил телевизор. Показывали программу о крокодилах в естественной среде обитания. Несколько минут оперативник тупо смотрел, как они плавают, дерутся и ловят газелей. Выключил. Задумчиво посмотрел на телефон.

— Алло?

Голос Далилы звучал немного удивленно. Звонка начальства она явно не ожидала.

— Прости, что беспокою так поздно.

— Ничего страшного, — судя по звукам на заднем фоне, девушка тоже смотрела передачу о крокодилах. — Что-то случилось?

— Мне нужно попасть на "остров" Джастина, — сразу перешел к делу Джозеф.

Подчиненная промолчала.

— Возможно, это ему как-то поможет.

Оперативник рассказал, что знал и что думал.

— Я поняла, — проговорила Далила.

— Это можно как-то устроить?

— Сделаю, что смогу. Я вам перезвоню, если мне будет, что сказать.

Далила повесила трубку. Джозефу пришло в голову, что они с Анжелой могли быть родственницами, а то и одним и тем же человеком: было что-то общее в их манере с ним общаться.

Снова включил крокодилов — по другим каналам показывали что-то совсем уж не интересное. Ждать пришлось минут сорок. Телефон зазвонил.

— Алло? — Джозеф спешно убавил звук телевизора.

— Завтра после работы мы, возможно, идем в Академию — повод для этого я нашла. Так что постарайтесь к этому времени узнать полное имя Джастина или иные сведения, по которым можно будет опознать его анкету. Дейдару я тоже привлекла — она порой может быть очень полезной. Было бы хорошо, если б вы больше никому об этом не рассказывали.

— О чем? — не понял Джозеф.

— О том, что собираетесь на какой-то конкретный "остров" в личных целях. Хорошо?

— Ага, ладно. Еще один вопрос. У зон рекреации срок годности есть? Они со временем не ломаются?

Далила недоуменно молчала.

— Не знаю, — отозвалась она. — Задумывались и создавались они постоянно действующими. Мало ли что получилось на самом деле. Мы вот верили, что они герметичны, и чем всё это обернулось?

"Чудно, — мрачно подумал Джозеф. — Даже сами разработчики не уверены в своем изобретении, однако всё равно взялись его реализовывать, дуря простых людей заверениями в его полнейшей безопасности".

— Я знаю, о чем вы думаете, — отозвалась Далила. — Просто известие о производимых переходах нас настолько потрясло, что мы уже подвергаем сомнению всё, что только можем.

— Как тебя зовут на самом деле? — не удержался Джозеф.

Стажерка растерялась.

— Какая разница?

— Не Анжела, случаем?

— Нет, по-другому.

— Тогда ладно, можешь не отвечать. До завтра.

Джозеф повесил трубку. Выключил телевизор. Ушел спать.

На следующий день он явился в архив поискового подразделения и провел там некоторое время, перечитывая досье на Роберта и выписывая все указанные там контактные номера телефонов и адреса. Вплотную ими заняться Джозеф планировал в том случае, если поход на "остров" ничего не даст.

— Могу я узнать, что ты здесь делаешь в рабочее время? — не посчастливилось ему на выходе нарваться на шефа. — За что тебе деньги вообще платят?!

Рядом с начальством стояла Джульетта. Бухгалтерша кокетливо хлопала пойманному на безделье молодому работнику густо накрашенными ресницами и призывно улыбалась. Джозефу стало дурно.

— Вы сегодня производите еще более сногсшибательное впечатление, чем обычно, — не соврал он.

Кто говорил, что падать можно только от восхищения, несправедливо забывая об ужасе?

Женщина снисходительно улыбнулась — многозначности сказанного она не заметила.

— Да ладно вам, — промурлыкала она, подхватывая помрачневшего шефа под локоть. — Не цепляйтесь к мальчику.

Джозеф спешно ретировался. Связываться как с начальником, так и с бухгалтером было чревато нервотрепкой. Джульетта славилась стервозностью и запросто могла существенно осложнить жизнь: всё-таки все деньги подразделения проходили именно через нее. Желающий получать зарплату без проблем должен был не скупиться на комплименты и прочие демонстрации восторга. У Джозефа же с этим были трудности: он так толком и не научился полностью контролировать мимику, поэтому старался лишний раз не попадаться Джульетте на глаза, чтоб ту случайно не посетили догадки об его истинном к ней отношении.

— Вы в курсе, что нам собираются урезать финансирование? — поинтересовалась Дейдара, когда Джозеф вернулся в кабинет.

— Что-то такое слышал, — буркнул он, плюхаясь на стул.

— Говорят, что сейчас как раз решается этот вопрос, — девушка принесла с собой цветные карандаши и теперь сосредоточенно рисовала.

— Только что видел Джульетту с шефом, — поведал Джозеф.

— И как?

Оперативник пожал плечами.

— Мы почти не разговаривали.

— Вы ее ничем не прогневали? — поинтересовалась Далила, до этого молча поливавшая заросли комнатных растений на подоконнике.

— Думаю, я ей польстил.

— Это хорошо, — стажерка поставила пустую лейку и села на ближайший стул. — Значит, теперь наш отдел вряд ли сильно пострадает.

— Тебе-то что? — Джозеф разлегся на столе. — У вас официально через месяц с небольшим заканчивается стажировка, и вы уходите. Возвращаетесь в Академию. Вас это никак не коснется.

— Кстати, об Академии... — подала голос Дейдара, откладывая зеленый карандаш и беря красный. — Что там сегодня?

Джозеф насторожился и вопросительно посмотрел на Далилу.

— Вы сделали, что я просила? — глянула та на него в ответ.

— Имя, фамилия и всё такое? — уточнил он. — Я их знаю.

— Отлично. Тогда после работы едем по домам, а в семь часов встречаемся в "офисе". Я решила, что в Академии всё же лучше не появляться. Будем общаться с Виктором через мониторы.

— М? — Джозеф оторвал голову от стола.

— Он тоже в деле, — пояснила Далила. — Без него никак.

— Что ты ему сказала? — нахмурился оперативник.

— Правду. Хоть и не всю. Не волнуйтесь, ради возможности поэкспериментировать с "островами" он на что угодно согласен. В том числе нарушить некоторые правила Академии и не афишировать происходящее. Этическая сторона вопроса посещения чужих зон рекреации его никогда не трогала за живое.

— Что будет, если нас кто-нибудь засечет?

Подчиненные синхронно пожали плечами.

— Александр Борисович начнет кричать, — предположила Дейдара. — И покраснеет.

— В худшем случае — какое-нибудь замечание или выговор, — предположила Далила. — Переход без разрешения руководства, скорее всего, вызовет его возмущение. Но, с другой стороны, всегда можно прикинуться дурочками и заявить, что мы всего лишь тренировались, готовясь к предстоящей работе. Типа старательные и ответственные.

— Он за это и похвалить может, — подтвердила Дейдара.

— Ясно, — Джозеф вздохнул.

Последствий он не боялся. Место в подразделении ему сразу не было нужно, так что перспектива его потерять поисковика не волновала. А Джастина надо было спасать.

Мужчина глянул на часы над дверью. До конца рабочего дня оставалось отвратительно много времени.

— Ладно, — решил он, потирая указательным пальцем переносицу. — Работаем, барышни.

Девушки переглянулись.

— В каком смысле? — уточнила Дейдара

— В прямом.

— Идите тогда шефу докладывайтесь, — велела Далила. — От Дэвида очередной факс пришел.

"В конце концов, кто из нас главный?!" — мрачно думал Джозеф, послушно бредя к начальству с листочком в руках.

9.

— Возьмите.

— Что это?

Джозеф недоуменно разглядывал лежавшие на столе бесформенные костяные фигурки.

— Обереги от сглаза, — ответил торговец. — Если на "остров" действительно оказало влияние проклятье, то лишними они не будут.

— А они работают? — Джозеф с сомнением повертел в руках один из предложенных предметов.

— Заодно и проверите.

— Вы же всегда говорили, что у вас в магазине только всё настоящее и исправное, — припомнил оперативник, недоверчиво глядя на Гектора.

Тот пожал плечами.

— Эти вещицы не из моей лавки, — пояснил он. — Между прочим, мне пришлось потрудиться, чтоб их найти и добыть для вас в одном пока еще не очень дружественном "архипелагу" месте.

— То есть, — правильно понял Обладатель, — вы не знаете наверняка, действуют они или нет?

У Квирчика была меланхолия. Он тоскливо сидел на обглоданной ветке пальмы и смотрел на мир с усталостью и презрением. Скосил глаз на ожидавшего ответа мужчину и осуждающе скрипнул. Снова воззрился в пространство перед собой.

— Я слышал о них много хорошего, — торговец тоже задумчиво повертел в руках один из оберегов. — Даю вам три штуки, потому что подозреваю, что ваши девушки также захотят пойти.

— Да уж, — Джозеф положил вещицу обратно на стол и подпер подбородок кулаком.

Он тоже был практически уверен, что отвязаться от их общества не получится. И это было даже хорошо — стажерки разбирались в "островах" несравненно лучше его, и от их помощи отказываться было бы невероятно глупо.

— И как мне им эти обереги объяснить? — вздохнул Джозеф, обращаясь скорее к самому себе.

— Скажите, что купили их у той своей ведьмы и просто захватили с собой, — старик здесь не видел никакой проблемы. — И вообще, если не будете акцентировать на них внимание, то ваши подчиненные могут не придать им значения.

— Пожалуй, вы правы.

Джозеф помолчал.

— Сколько времени? — поинтересовался он.

— Без пяти семь, — отозвался торговец. — Идите уже.

Обладатель поморщился. Идея наведаться в сознание Джастина нравилась ему всё меньше и меньше. Некстати вспомнилось, что на его "острове" мог твориться какой-нибудь разврат, и девушек туда брать бы не стоило. Убедил себя, что в сложившейся ситуации не до застенчивости, и лениво поднялся с кресла. Сгреб обереги в карман и вышел.

Дверь в "офис" претерпела существенные изменения: дизайнеры до нее таки добрались. Теперь она выглядела солидно, благородно и всем своим видом давала понять, что за ней располагалась контора серьезная, а не какая-нибудь шарашка.

Джозеф нехотя переступил через порог. Привычная одежда тут же сменилась темно-синей формой Академии. Мужчина скептически себя оглядел. В принципе, придраться было не к чему.

Девушки пришли практически одновременно буквально через минуту.

— О. Вы уже здесь? — кажется, Далила была немного удивлена.

— Всем добрый вечер, — появилось на мониторах лицо Виктора. — Как поживаете? Молодой человек, покажитесь мне, пожалуйста. Встаньте, будьте так добры.

Джозеф, не совсем понимая, зачем это нужно, подчинился.

— Чудно, — ученый остался доволен.

— А что такое? — Дейдара тоже не вполне ориентировалась в происходившем.

— Просто вчера вводили в курс дела остальных работников подразделения — они, наконец-то, до нас дошли. Кстати, завтра вас с ними знакомить, кажется, планируют. Так вот, привели их сюда, а программа была до конца не отлажена, и всем загрузился женский вариант формы. Они были очень недовольны. Я с утра над этим поработал, с вами накладок не возникло, так что я собой горд. Да, Ань, я знал, что ты захочешь на это посмотреть, поэтому всё записал. Приходи, диск тебе передам.

— Ага, — Дейдара неприятно улыбалась. — Спасибо.

— Александр Борисович ничего не заподозрил? — Далиле было не до мужиков в мини-юбках.

— С чего бы? — почесал голову Виктор. — Я всегда сижу в лаборатории, занимаюсь исследованиями, поэтому ничего необычного в моем поведении он бы при всем желании не заметил.

— Тогда давайте уже перейдем к делу, — Далила явно немного нервничала.

— Э-э-э... — ученый наморщил лоб, перестраиваясь с одной мысли на другую. — Данные по Обладателю давайте. Когда был инсталлирован "остров"? Имя, фамилия, паспортные данные?

— Установлен пятого октября. Два года назад это было.

— Ага, — был слышен клекот нажимаемых Виктором клавиш. — Имя?

— Станислав Киржецкий.

Джозеф в паспорт к Джастину не заглядывал, тем более, не знал наизусть, что там написано. А у отдела кадров могли бы возникнуть всякие неприятные вопросы, если б он туда зашел и попросил личное дело коллеги. Так и сказал.

— Ничего страшного, — отозвался ученый. — Я уже нашел. И без этого. Сейчас, подождите минуточку — в другую базу слажу. Код "острова" у нас теперь есть, его описание посмотрю.

— О. У вас они сохраняются? — без особого энтузиазма среагировал оперативник.

— Ну разумеется! А вы думали, что нет?!

— Я просто поддерживаю разговор, — буркнул Джозеф.

Он об этом вообще никогда прежде не задумывался.

Троица в ожидании глядела на монитор. Виктор что-то сосредоточенно читал с экрана.

— И что? — не удержался поисковик. — Вот так любой может взять и узнать, у кого что за зона рекреации? А как же полная конфиденциальность?

— Доступ к базам есть только у меня. Они защищены кучей паролей, известных лишь мне, так что можете не волноваться.

— А Александр Борисович к этому как относится?

— Он сам на этом настоял, — ответила вместо ученого Далила.

Все снова замолчали. Виктор всё просматривал какие-то данные.

— Тут много всего, — пояснил он. — В основном техническая информация, она вам не нужна. Описание непосредственно "начинки" где-то ближе к концу должно быть. Ага! — триумфально воскликнул и снова замолчал ученый.

— Короче. У него тут огородик, — сказал он через несколько секунд.

— Что?! — Джозеф не поверил ушам.

Очень сложно было расстаться с ожиданием нарваться на личный бордель.

— Клочок земли, сарайчик с граблями и прочим инвентарем, несколько фруктовых деревьев... Ну и так, мелочи всякие.

Джозеф чуть не прослезился. Вот так вот думаешь, что знаешь человека, держишь в голове определенный его образ, а потом всплывают какие-нибудь детали, заставляющие поглядеть на него совсем другими глазами. Узнав об огородике, оперативник еще больше раскаялся в содеянном. Если раньше можно было хотя бы немножко верить, что коллега свою кару в принципе заслужил, то теперь оправдывать себя было нечем.

— "Остров" первого поколения. Даже и не знаю, что вам еще сообщить...

— План действий у нас какой? — поинтересовалась Дейдара.

— Давайте сделаем так, — Виктор что-то понажимал. — Сейчас я выведу координаты на выход, вы туда отправитесь в тестовом режиме. Как в прошлый раз — три минуты и автоматическая эвакуация. Вернетесь, будем думать дальше. Возможно, вы за это время сможете узнать что-то, что окажется полезным. Кстати, кто идет?

— Все, — решила Далила прежде, чем остальные успели хоть что-то сказать.

— Все, так все, — пожал плечами ученый, прихлебывая кофе из белой чашечки.

— Держите тогда, — Джозеф порылся в кармане пиджака, с удовлетворением отмечая, что вещи, лежавшие в его родной одежде, остались на своих местах, несмотря на переодевание, и вытащил на всеобщее обозрение обереги.

— Что это? — задала закономерный вопрос Дейдара.

— Что-то типа талисманов. Чтоб проклятье не подцепить.

— Не думала, что вы такой суеверный, — отозвалась Далила.

— С некоторых пор вынужден был стать, — проворчал Джозеф, кидая подчиненным костяные фигурки. — Хочешь сказать, что сама до сих пор считаешь, что подобные вещи не имеют под собой основания?

Далила ничего не ответила, лишь с интересом принялась изучать пойманный предмет.

— "Островитяне" там имеются? — спросила она позже.

— Маленькая девочка, — ответил Виктор. — Примерно семь-восемь лет. И ее кошка. Еще вороны, но они появляются эпизодически, являются враждебной силой и существуют для того, чтоб их можно было отгонять от грядок.

— Маленькая девочка живет практически одна? — переспросил Джозеф. — Без присмотра взрослых и нормального дома? А чем она питается? А если заболеет, то...

— Вы путаете ее с обычным ребенком, — прервал оперативника ученый. — В данном случае речь идет о программе. При создании в нее были заложены определенные установки, исключительно в рамках которых она и функционирует. От девочки требуется быть милой, непоседливой, помогать по хозяйству, задавать вопросы и всё такое. В еде она не нуждается. Не способна заболеть, потому что это не предусмотрено ее настройками. "Островитяне" существуют ради своих Обладателей. В отсутствие последних их "жизнь", по сути, замирает. Это не люди в полном смысле этого слова. У них нет своих интересов и, можно сказать, воли.

Джозеф хмуро выслушал эту краткую лекцию. По его мнению, имело место одно фундаментальное заблуждение. Не понятно только с чьей стороны: Академии или торговца. Поисковик склонялся к точке зрения, что ошибался таки Виктор и его коллеги. Вообще, Джозеф уже предвкушал, как расскажет об этом разговоре Гектору — старик наверняка посмеялся бы от всей души. А потом сразу же наладил бы связь с "островом" Джастина и взял бедную девочку под свое крыло. Интересно было бы посмотреть на лица создателей зон рекреации, если б они узнали об "архипелаге" — образовании, созданном "не имеющими своих интересов и воли, существующими исключительно ради своих Обладателей программами". Теперь он понял, почему торговцу было так важно расширение и процветание своего детища. Джозефу не хотелось признаваться в этом самому себе, но теперь он был готов терпеть у себя в голове толпы посторонних и даже помогать им по мере сил. А вот отношение к ученому у него немного испортилось.

— Так. Я готов. Можете проходить, — Виктор отставил чашку в сторону и снова застрекотал клавиатурой.

Огородик Джастина был небольшой, некогда уютный и заброшенный. Сарай садового инвентаря покосился, краска на нем потускнела и выгорела. Сорняки в высоту доходили до колена и активно вытесняли культурные растения, нагло захватывая жизненное пространство. Девочки видно не было. Кошки тоже. Одинокая ворона лениво долбила клювом валявшееся под деревом яблоко.

— Ищите ребенка, — распорядился Джозеф, шагая к единственной постройке.

— Зачем? — не поняла семенившая следом за ним Дейдара.

— В любом случае эти три минуты мы должны здесь что-то делать, — мужчина заглянул в грязное окошко и попытался разглядеть, что находилось внутри. — Поэтому найдите мне девочку.

— Ладно, — Далила направилась к высоким узловатым плодовым деревьям. — Она явно где-то здесь, никуда отсюда деться не могла.

— Да? — Джозеф дернул на себя дверь сарая. — А как же переходы между "островами"? Не думаешь, что она ушла к кому-нибудь другому?

— Это очень интересный вопрос, — Далила обошла яблоню кругом, спугнув обнаглевшую ворону. — Дело в том, что в Академии считают, что на это способны лишь настоящие люди, то есть Обладатели или их гости. "Островитяне" же якобы привязаны к своему месту и им, в любом случае, даже в голову не может прийти мысль его покинуть хотя бы на время.

— Это прозвучало так, словно лично ты полагаешь иначе, — Джозеф таки справился с заклинившей дверью и с треском ее распахнул.

— Я уже давно ни в чем не уверена. Девочка! — позвала Далила. — Ты где?

Возмущенно каркая, птица вспорхнула с земли и перелетела на крышу.

— Дейдара вот всегда считала, что это утверждение неверно, — добавила стажерка, хмурясь и встревожено оглядываясь по сторонам.

Только сейчас она заметила, что уродливые наросты на стволе и ветвях имели форму однотипных плоских лиц с кое-как намеченными чертами.

— И продолжаю так считать, — Дейдара разводила густую растительность в стороны в поисках потенциально спрятавшейся там кошки. — Даже как-то хотела выступить с докладом на эту тему на одном семинаре, но мне велели "не маяться дурью".

— И что же ты хотела там рассказать? — Джозеф неуверенно смотрел в темноту сарая.

Последний был слишком маленьким и имел в стенах слишком много окон, чтоб скрывать в себе столь густую непроглядную мглу. У мужчины возникло неприятное ощущение, что внутри скользило нечто большое и холодное. Было тихо. У самого входа стояли грабли, валялся совок.

— То, что считаю чушью собачьей утверждение, будто "островитяне" — не более чем простенькие программы, действующие исключительно в прописанных им рамках, — Дейдара зачем-то выдернула из земли морковку.

Та по форме напоминала проклятую шаманскую куклу. Только оранжевую и с ботвой на голове.

— Мне кажется, что жители зон рекреации вырываются из этих рамок если не сразу же после создания, то достаточно скоро после этого, — Дейдара повертела корнеплод в руках и опасливо отшвырнула его в сторону, крепче вцепляясь в оберег. — У них появляются полноценные личности. Заложенные программы поведения выступают в роли фундаментов, на которые потом надстраивается всё остальное.

Вырвала еще один овощ. Тот оказался точно таким же. Как и третий.

— И почему тебе не дали выступить? — Джозеф заходить внутрь опасался, поэтому беспомощно размышлял, где бы взять какой-нибудь источник света.

— Потому что у меня нет ни единого доказательства, — Дейдара брезгливо отошла от грядки, вытирая испачкавшиеся в земле руки о сменивший здесь форму Академии темно-зеленый комбинезон из грубой ткани. — А говорить о том, что просто кажется, на серьезном мероприятии не принято. К тому же, это было бы нечем объяснить. С какой стати плоские, придуманные порой впопыхах и толком не прописанные образы вдруг ни с того ни с сего становятся полноценными личностями? В общем, никого убедить я не смогла.

Джозеф хотел что-то сказать, но в этот момент тьма сарайчика пришла в движение. Оперативник скорее почувствовал, чем услышал, негромкое, едва уловимое рычание. Не дожидаясь, во что это выльется, он спешно захлопнул дверь. С испуганным карканьем ворона сорвалась с крыши. А потом снова, и снова, и снова. На седьмой одинаково взлетевшей с одного и того же места птице, к облегчению Джозефа, закончились отведенные три минуты.

— Мне там не понравилось, — пожаловалась Виктору Дейдара, когда трое вернулись в "офис".

— С чего бы это? — нервно хохотнул Джозеф, с раздражением отмечая, что руки у него слегка дрожали.

— Что там? — поинтересовался ученый.

Ему рассказали.

— Я тут для вас нашел макет этого "острова", — на мониторах лицо Виктора сменилось объемным изображением огорода, сарая и фруктовых деревьев.

В принципе, основным отличием его от реального был аккуратный ухоженный вид, а также сидевшая на крылечке и гладившая кошку девочка с двумя косичками.

Покрасовавшись с разных сторон, макет исчез — появился огромный, занимавший весь экран нос.

— Прошу прощения, — сказал голос Виктора. — Я сейчас кое-что доделаю и отодвинусь от камеры. Ну вот.

Орган нюха подался назад, стало видно и всего остального усаживавшегося обратно на стул ученого.

— Как думаете, деинсталляция "острова" сможет что-нибудь изменить к лучшему или будет бесполезной? — спросила Далила, не обращаясь ни к кому конкретно.

— Жа-а-алко, — протянула Дейдара, относившаяся к зонам рекреации с большим трепетом.

— Что поделать? Мне кажется, он уже восстановлению не поддастся. Вынужденная ампутация безнадежно больной части ради спасения целого была бы оправдана. Другое дело, что не известно, поможет это хоть чуть-чуть или нет.

— А мне не показалось, что там все так уж и плохо. Думаю, изменения обратимы.

— Что теперь делать будете? — поинтересовался Виктор, снова поднося к губам чашку с кофе.

— Скажите, три минуты — это предел пребывания на чужом "острове"? — обернулся к нему до этого поглощенный изучением потрескавшегося оберега Джозеф.

— Нет. Это лимит, который я установил для тестовых загрузок, — отозвался ученый, шумно прихлебывая. — Могу забросить вас туда в другом режиме, и пробудете вы там столько времени, сколько захотите или будете вынуждены по каким-нибудь обстоятельствам. Да, выбираться вам самим придется, эвакуировать вас я при всем желании не смогу. Опять же, подобное пока ни разу не проводилось, и я не знаю, какие сложности могут возникнуть в процессе. Вероятно, это как-то может повлиять на психическое здоровье или еще что-нибудь. Но зато вы не будете ничем ограничены по времени. Согласны быть моими подопытными морскими свинками?

— Надо подумать, — буркнул Джозеф, убирая костяную фигурку обратно в карман.

— Я честно не представляю, что там можно сделать, — призналась Далила. — Не вижу смысла возвращаться. Надо поговорить с самим Джастином о деинсталляции...

— А как же девочка? — Дейдара сложила перед собой на столе руки и печально уткнулась в них подбородком. — Это ее убьет.

— Мы с тобой уже неоднократно говорили на эту тему, — Виктор поставил чашку на стол. — То, что не живет, умереть не может.

Девушка промолчала.

Остальные тоже просто сидели, поглощенные своими раздумьями.

— Ладно, раз путных идей ни у кого нет, предлагаю разойтись — у меня еще куча дел на сегодня запланирована. Если что, я от "офиса" отключаться не буду. Понадоблюсь — заходите и зовите.

Джозеф открыл глаза и сел в постели. С тоской посмотрел на помявшийся костюм — ему в нем на следующий день еще на работу было идти. Лениво снял пиджак, повесил его на спинку стула, понадеявшись, что к утру он как-нибудь сам выровняется. Переоделся. Бесцельно прошелся по квартире.

Лара с Эдуардом снова неизвестно где шлялись. Было тихо и темно.

Джозеф включил свет на кухне и щелкнул кнопкой на электрическом чайнике. Мрачно сидел на табуретке под нараставшее бульканье закипавшей воды. Полез в ящик за растворимым кофе. Обнаружил, что тот почти подошел к концу. Подумав, высыпал в кружку всё, что осталось.

Из коридора донесся звук открываемого замка. Потом лязг брошенных на стол ключей. Хлопок двери. Торопливые шаги по коридору.

В кухню вбежала сияющая и немного запыхавшаяся Лара.

— Я нашла мужчину своей мечты! — заявила она, сдергивая с шеи пестрый шелковый платок.

— Поздравляю, — без энтузиазма отозвался Джозеф, наливая в чашку кипяток.

— В этот раз я твердо уверена, что это ОН! — девушка принялась деловито вышагивать по комнате туда-сюда, сложив руки на груди.

Джозеф отметил, что та забыла снять уличные туфли, но ничего не сказал. Встал и пошел к себе в спальню, на ходу размешивая кофе ложечкой.

— Тебя совсем не интересует жизнь твоей сестры, да?

— Извини, но сейчас я очень занят. Потом расскажешь, — Джозеф поставил кружку на прикроватную тумбочку и плюхнулся на постель.

— Что-то случилось? — остановившись в дверях, Лара принялась стягивать обувь.

Обе туфельки полетели в сторону прихожей, где с грохотом и приземлились.

— Я могу помочь?

— Сама как думаешь?

— Должна же я была хотя бы спросить, — девушка картинно пожала плечами.

— Ты можешь мне не мешать.

— Хорошо. Поняла — ухожу, — кажется, Лара немного обиделась.

Джозеф тяжко вздохнул и закрыл глаза.

— Вот так вот всё печально, — закончил он рассказ.

Торговец отстраненно слушал, вертя в руках потрескавшийся и крошившийся оберег.

— Видели, да? — продемонстрировал он его Обладателю. — А вы в нем сомневались.

— Что мне делать? — спросил тот, откидываясь головой на спинку кресла.

Старик задумался.

— Я хочу, чтоб вы спасли девочку, — сказал он. — Если тот "остров", правда, деинсталлируют, она погибнет. "Архипелаг" сможет о ней позаботиться, главное заберите ее оттуда.

— А, — отозвался Джозеф.

Квирчик цокал коготками по полу где-то вне пределов видимости. Тикали часы.

— Скажите, — позвал поисковик.

— Что? — оторвался от размышлений Гектор.

— Можно как-нибудь вернуть этот "остров" в исходное состояние?

— Не знаю.

— Вы обещали мне дать попользоваться вашими товарами.

— Я помню. И от слов своих не отказываюсь.

Торговец нахмурился и обвел помещение блуждающим взглядом.

— Я так понимаю, вы намерены туда вернуться, — сказал он, вставая со стула и обходя прилавок.

— Вы же сами хотели, чтоб я спас ребенка.

— Да-да. Я просто рассуждаю вслух. Иногда это помогает мыслительному процессу. Что может вам понадобиться?..

— Источник света, — принялся перечислять Джозеф. — Оружие...

— Для каких целей? Повышение уверенности в себе и самоуспокоение?

— Мне не понравилась та темнота. Опасаюсь, что она может быть обитаема. Еще мне нужна защита.

— Обереги у меня остались. Могу вам целый кулек отсыпать.

— Не в этом смысле. Но это тоже, спасибо.

— Боюсь, доспехи вам предоставить я не смогу — вы в них банально передвигаться будете не в состоянии. Телосложения не хватает.

— А чего-нибудь компактного у вас нет? — Джозеф тоже заставил себя выбраться из кресла и принялся рассматривать содержимое полок. — Какой-нибудь маленькой штучки, способной генерировать вокруг своего носителя защитное поле?

— Мне кажется, вы фантастики перечитали.

— Ага, — мрачно буркнул Джозеф. — И это говорит человек, торгующий замедляющим время прибором и жидкой радугой.

— Кстати, хорошая идея, — одобрил лавочник, принимаясь оживленно рыться среди своих товаров. — Он вам как раз может пригодиться. Я вас учил им пользоваться. Помните?

— В общих чертах, — отозвался Обладатель, беря в руки какую-то непонятную вещицу. — Что это?

— Вам оно не понадобится, — Гектор мельком глянул на разведенную Обладателем самодеятельность. — Поставьте на место, пожалуйста.

Через полчаса на столе уже была разложена целая куча потенциально полезных предметов, включавшая в себя гарантированно не рвущуюся веревку саморегулирующейся длины, какой-то небольшой стильный фантастического вида пистолетик, аптечку, замедлитель времени, горку оберегов, универсальное средство от сорняков, лампу...

— ... и походный набор начинающего светлого мага, — торговец добавил в перечень еще одно наименование. — Вот. Распишитесь здесь. Чтоб потом не было недоразумений.

— Я всё еще против последнего пункта, — Джозеф нехотя поставил под описью выданного ему во временное пользование имущества корявую закорючку. — Какой смысл мне тащить его с собой, если я даже пользоваться им не умею?

— Прилагается очень подробная инструкция по применению. Не забывайте, что вы идете в проклятое место, которое хотите спасти. Немного благословения еще никому не вредило.

— Как я это всё на себе попру? У меня же рук не хватит. Дайте хотя бы пакетик.

Гектор внимательно просмотрел список еще раз.

— Думаю, не нужно повторять, что назад я всё хочу получить в исправном состоянии?

— Я уже понял.

— Пакетик... Пакетик... — торговец принялся шарить по выдвижным ящикам стола. — Сейчас что-нибудь найдем.

Еще через десять минут Джозеф снова зашел в "офис". Там никого не было.

— Виктор, — позвал он.

Скринсейверы на мониторах сменились лицом ученого. В одной руке тот держал надкусанный многослойный бутерброд и был не очень доволен, что его отрывали от ужина.

— Слушаю, — с набитым ртом прогудел он, старательно прожевывая пищу.

— Засылай меня в этом своем режиме, — вздохнул Джозеф, поправляя на плече полупустой походный рюкзак.

— Уверен? — даже перестал чавкать собеседник. — Помнишь, что тебе самому выходить придется?

— Да.

Оба мужчины не заметили, как перешли на "ты".

— Ну, как знаешь... — пробормотал работник Академии, откладывая бутерброд в сторону и протягивая руки к засыпанной крошками клавиатуре. — Я предупредил.

Джозеф ничего не ответил. Он понимал, что если волна благородства схлынет прежде, чем он попадет на "остров", то затащить его туда уже ничем не удастся. Он и так не особо рвался геройствовать.

— Девочки в курсе? Идут тоже?

— Нет.

— И правильно, — одобрил ученый. — Нечего им там делать. Вообще, конечно, интересна взаимосвязь тяжелой болезни с состоянием зоны рекреации. Никогда прежде с подобным не сталкивался. Это ж какая роскошная тема для диссертации!

— Ага, — без энтузиазма отозвался Джозеф.

Он решил, что Виктор либо не верил в проклятья, либо Далила именно эту часть правды от него и утаила, а к их разговорам он не прислушивался.

— Ну, в общем, выход я настроил. У тебя последняя возможность передумать.

— Спасибо, — Джозеф неуверенно глянул на дверь.

Отогнал навязчивую мысль послать всё к черту и просто купить венок подороже, потоптался на месте и шагнул к ней.

— Тогда удачи тебе. Не вернешься в течение двух часов, пошлю за тобой кого-нибудь. Но тогда, скорее всего, у всех нас будут проблемы. Так что постарайся меня не подставить.

Оперативник молча вышел в темноту чужого сознания.

В огороде с прошлого посещения мало что изменилось. Разве что сорняки стали еще выше.

Джозеф прошелся по округе, позвал девочку, попытался найти кошку. Никто не откликнулся. Решил действовать последовательно и обстоятельно, надеясь, что ребенок с животным в процессе обнаружатся.

Бросил рюкзак на землю и принялся в нем рыться. Предположение Гектора, что непрошенная растительность являлась не результатом бесхозяйственности, а одним из проявлений проклятья, похоже, подтверждалось. Джозеф осторожно огляделся, вынул походный набор начинающего светлого мага и принялся читать инструкцию. Торговец заверил, что защита, о которой его просил Обладатель, в нем тоже имелась. Какая никакая. Оставалось только разобраться, как ее установить и заставить работать. В небольшом чемоданчике было полно непонятных пузырьков и предметов. К счастью, все они были подписаны и снабжены этикеткой, где вкратце говорилось, что зачем нужно.

Минут через шесть Джозеф, не веря, что делает это, уже втыкал в землю небольшие колышки, стараясь, чтоб расстояние между ними было одинаковым, а они сами образовывали более или менее ровный круг. Если верить инструкции, в перспективе это должно было создать слабенький щит. Ничего лучше лавочник предложить не мог. Оставалось надеяться, что ни от кого здесь прятаться не придется, но для душевного спокойствия его поставить всё же стоило.

— Пункт второй, — закончив с колышками, Джозеф снова обратился к брошюрке с указаниями. — Насыпать священную соль по периметру образовавшегося круга.

Мужчина посмотрел на прилагавшиеся к набору баночки. На этикетках значились вызывавшие у него зубовный скрежет названия типа "благословенная роса" или "слеза девственницы концентрированная". Священная соль здесь тоже имелась. Циничное и практичное сознание оперативника отчаянно сопротивлялось серьезному восприятию всего этого, несмотря на то, что уже неоднократно сталкивалось с демонстрацией всяческой паранормальщины.

Джозеф выполнил пункт второй. Скептически посмотрел на результат своих трудов — ничего особенного так и не заметил. Пробы ради кинул в сторону круга ком земли. Тот столкнулся с чем-то в воздухе и рассыпался, так и не долетев до цели. Мужчина одобрительно кивнул.

Бросил в сторону сарая осторожный взгляд. Нет, пожалуй, лучше начать с сорняков.

Порылся в рюкзаке. Достал большую запечатанную бутыль с темной пенившейся жидкостью. Задумчиво ее зачем-то взболтал. Раскупорил. Еле успел увернуться от ударившей из горлышка струи. Универсальное средство от нежелательных растений, шипя, стекало по стеклу тары и капало на землю. Джозеф, держа ёмкость на вытянутой руке подальше от себя, брезгливо тряхнул свободной ладонью, избавляясь от налипшей на нее пены. Гектор нахваливал эту отраву, уверяя, что она в момент уничтожает любые сорняки, не причиняя культурным растениям ни малейшего вреда. Оперативник посмотрел себе под ноги, туда, куда попала жидкость. Там что-то стремительно обугливалось и истлевало.

Уже на третьей минуте прицельного капанья на буйную зелень Джозеф пожалел, что не взял с собой пульверизатор.

— Я смотрю, вы сельским хозяйством занялись, — услышал он знакомый голос.

У калитки, выполнявшей здесь роль выхода с "острова", стояла Далила в одежде, "которую не жалко".

— Какими судьбами? — Джозеф выпрямился и с недоумением воззрился на подчиненную.

Виктор же обещал направить подкрепление через два часа. Столько времени просто не могло пройти!

— Да так... — Далила с любопытством поглядывала на почерневшие и скукожившиеся стебли. — Хотела девочку поискать. Можно узнать, что вы задумали?

— Кабы я знал, — буркнул Джозеф, выливая порцию средства на ближайший куст.

— Просто бессистемно травите сорняки? А чего вы этим хотите добиться? Ослабить действие проклятья? Каким будет ваш следующий шаг?

Джозеф раздраженно скрипнул зубами.

— Послушай, если ты такая умная... — начал он.

— Так и думала, — Далила вздохнула и сокрушенно покачала головой. — Вы, как всегда, действуете спонтанно без четких представлений об общей картине ситуации и том, как ваши действия на ней скажутся. Что у вас в рюкзаке?

— Всякая ерунда.

— Я посмотрю, вы не против?

— Вообще-то!..

— О, и вы тоже тут! — послышалось со стороны калитки. — Виктор мне не говорил! То-то он так странно себя вел.

— Дай угадаю, — обернулся оперативник к непонятно чему радовавшейся Дейдаре. — Ты тоже пришла искать девочку?

— Я пришла спасать "остров"! — поправила его подчиненная.

— Есть идеи, каким образом?

— Пока нет, но обязательно будут. Что здесь без меня было?

— Могу я узнать, зачем вам "слеза девственницы концентрированная"? — потрясла флакончиком Далила.

— Я не помню, чтоб разрешал тебе лезть в мои вещи!

— Вы и не запрещали, — пожала плечами девушка, продолжая перебирать предметы в рюкзаке. — Кстати, интересные предметы. Откуда у вас всё это?

— Не имеет значения. Секрет.

— Послушайте, — Далила устало вздохнула и посмотрела на надутого Джозефа поверх очков. — Я, конечно, всё понимаю, но подумайте сами. Из нас троих вы разбираетесь в "островах" хуже всех. Не хотите говорить, где взяли эти свои слезы девственниц, — не говорите. Сейчас это не принципиально. Хотя бы объясните, что с их помощью можно сделать. Тогда мы вдвоем, возможно, придумаем, как использовать их с наибольшей пользой.

Джозеф подумал. В принципе, он был согласен с доводами подчиненной. Тем более, если та действительно не собиралась больше расспрашивать про его "остров".

— Хорошо, — решил он. — Тогда обе по новому оберегу возьмите, они там на дне валяются. А ты, — протянул он бутыль с отравой подошедшей Дейдаре, — пока поливай сорняки вместо меня.

Джозеф присел возле рюкзака на корточки.

— Веревка, — продемонстрировал он моток. — Не рвется, не перетирается. Способна автоматически удлиняться или укорачиваться в зависимости от обстоятельств. Пистолет. С ним и так всё понятно. Замедлитель времени. Тут вот только эту лопасть приделать надо, чтоб он действовал.

Дейдара обо что-то споткнулась и упала.

— Ты как? — Далила обернулась к потиравшей ушибленную ногу подруге.

— Нормально. Странное здесь что-то... — девушка недоуменно смотрела на пустое место.

— А. Я там щит поставил, — вспомнил Джозеф. — Смотрите.

Очередной брошенный им ком земли тоже врезался во что-то в воздухе и отскочил, рассыпаясь на куски.

— Круто, — оценила Дейдара.

— А как в него зайти? — Далила оторвалась от рюкзака и, подойдя к барьеру, осторожно его пощупала.

Поверхность была жесткой и холодной.

— Э-э-э... — задумался Джозеф. — Сейчас узнаем.

Он достал инструкцию и открыл ее на странице, посвященной установке защиты. Хмурясь, принялся читать с того места, на котором остановился в прошлый раз.

— Внимание! — гласило примечание мелким шрифтом. — В момент завершения защитного контура вы должны находиться внутри него. В замкнувшийся контур проникновение извне невозможно за исключением случаев, когда уже находящийся в нем светлый маг открывает проход для тех, кого желает пустить под его защиту.

Джозеф помрачнел. Медленно перевел взгляд с этого абзаца на пустое место, где находился щит. Долго и вдумчиво на него смотрел.

— Мне кажется, уже никак, — сказал, наконец, он. — Полагаю, я его неправильно установил.

— Что ж, значит, щита у нас нет, — совершенно ровным, лишенным эмоций голосом подытожила Далила, отходя обратно к рюкзаку.

— Слушайте, а нельзя ли как-нибудь ускорить процесс? — капанье на отдельные растения Дейдару уже тоже успело утомить. — Как-нибудь его механизировать что ли...

— Сейчас посмотрим, — Далила отобрала у начальника инструкцию по применению походного набора начинающего светлого мага и открыла оглавление.

Джозеф, огорченный оплошностью с установкой барьера, возражать не стал. Вместо этого он встал с земли и проследовал к сарайчику. Вынул из кармана оберег. Так и есть — чем ближе к постройке, тем сильнее тот разрушался. Неуверенно потоптавшись у двери, мужчина развернулся и пошел обратно. Заметил, что из бесформенных, оставшихся от сгоревших сорняков кучек уже начинали пробиваться новые побеги. Разозлился.

— Нужно разобраться с хибарой, — буркнул он, оглядываясь назад.

— До нее очередь тоже дойдет, — кивнула Далила, переворачивая страницу.

— Я тут подумал, и мне кажется, что если сразу заняться ей, то остальные проблемы решатся автоматически, — Джозеф снова взглянул на костяную фигурку. — Вы, кстати, новые обереги взяли, как я велел?

— Нет еще.

— А зачем? — Дейдара оценивающе глянула на оставшуюся в бутыли отраву.

Такими темпами она скоро должна была закончиться.

— Затем, что они разрушаются. Чем ближе к сараю, тем сильнее.

Джозеф сообразил, что подчиненные к постройке пока не подходили, так что могли этого и не заметить.

— Вот как?.. — Далила внимательно посмотрела на руководителя и задумчиво закусила губу.

Перевела взгляд на землю и тоже заметила новые ростки.

— Тогда поступим так, — нахмурилась она. — Анна, прекращай тратить средство. Закрой вообще бутылку.

Далила принялась остервенело рыться в наборе начинающего светлого мага.

— Что ты собираешься делать? — поинтересовался у нее Джозеф.

— Я тут почитала про благословение... — отозвалась стажерка, выкладывая какие-то предметы на землю. — Хочу попробовать. Кстати, вы стреляете метко?

— Не знаю, — удивился такому вопросу Джозеф. — В юности, конечно, пару раз пейнтболом баловался. В тире опять же был...

— По мишеням попадали?

— Да, а что?

— Просто у меня есть план, как одним махом разнести эту сорняковую отраву сразу по всей территории "острова".

Далила, сверяясь с инструкцией, стала собирать конструкцию из свечки, прутиков и флакончика благословенной росы. Джозеф молча за ней наблюдал, решив, что она никуда не денется и еще объяснит, что задумала. Дейдара флегматично сидела рядом и отстраненно выдирала проклюнувшиеся из земли стебли.

— Это что? — всё-таки не удержался мужчина.

— Схема для благословения, — отозвалась подчиненная, поправляя образованную прутиками сколько-то-там-угольную звезду.

— И куда здесь стрелять?

— Никуда. Одно с другим вообще не связано.

— Знаешь, если пальнуть по бутылке, ничего не выйдет, — доверительно поведал Джозеф. — По всему "острову" антисорнячная отрава не разнесется. Так, в лучшем случае немного разбрызгается по округе.

— Посмотрим.

— Ты взяла с собой эту свою штуку? — Дейдара вытерла испачканные землей пальцы об одежду.

— Ага, — Далила, решив, что лучше у нее вряд ли получится, отстала от схемы для благословения и снова полезла в начальничий рюкзак.

— Что за штука?

— Видите ли, я тоже не с пустыми руками сюда шла, — девушка вынула пистолетик и оценивающе на него посмотрела. — Захватила кое-какое свое изобретение. Не знаю, как оно сработает, поскольку не имела возможности проверить его в деле. К тому же, опыта у меня пока немного, умений и того меньше.

— Хватит прибедняться, — посоветовала Дейдара, поднимаясь на ноги.

— Ладно, — Далила похлопала себя по нагрудным карманам и вытащила тонкую блестящую пластинку.

— Это что? Наклейка? — не понял Джозеф.

— Именно, — стажерка аккуратно налепила ее на ствол пистолета. — В теории она должна немного менять свойства вещей в соответствии с моими желаниями. Порой даже в обход законов физики. Чуть-чуть корректировать реальность. К примеру, сейчас я хочу, чтоб выстрел из этого оружия разнес бутылку так, чтоб ее содержимое оказалось везде вокруг. Не знаю, получится или нет. Я над этой штукой всего неделю работала, к тому же, может оказать влияние среда "острова", но ничего страшного. Попробуем — узнаем.

— Интересно, под этот щит спрятаться точно никак нельзя? — поморщилась Дейдара, оглядываясь на вбитые в землю колышки.

Перспектива быть залитой отравой с ног до головы ей не улыбалась.

— Мы можем тратить время, пытаясь его взломать, а можем заниматься другими, более важными делами, — Далила протянула начальнику пистолет.

— А земля под ним окажется необработанной, — не сдавалась Дейдара.

— Какая жалость. Пересядь, пожалуйста, сюда, чтоб схему для благословения собой закрыть. И бутылку сюда передай.

— Вот так живешь, живешь, — делано вздохнула Дейдара. — Получаешь высшее образование, любишь и страдаешь... И всё ради чего? Чтоб гордо отравиться, послужив живым щитом для перекошенной звездочки из прутиков.

— Не драматизируй. Я буду рядом. Вы тоже, выстрелив, пригнуться не забудьте.

— Еще же ведь осколки стекла будут. Мелкие, острые. Брызнут во все стороны, вспарывая кожу...

— Успокойся уже! Рюкзаком прикройся.

Джозеф с пистолетом в одной руке и бутылкой в другой чувствовал себя круглым идиотом. Очевидной причины этому он не видел, но ощущение уходить никуда не собиралось, лишь прочнее укореняясь в сознании.

Мужчина неуверенно посмотрел на устроившихся на земле вокруг схемы для благословения и спрятавших головы под его собственной сумкой подчиненных.

— Чего мы ждем? — глухо поинтересовалась Далила из-под двойного слоя брезента.

Джозеф злобно на нее покосился. Перевел взгляд на поблескивавшую на дуле наклейку. Что-то он не сильно верил в ее эффективность. Еще меньше — в свои способности стрелка.

— Ладно, в любом случае, промахнусь, — решил он, подбрасывая бутылку в воздух и паля ей вслед.

Пистолет не только выглядел фантастическим, но и стрелял какими-то светящимися красными штуками. Самое место ему было в каком-нибудь фильме про космические сражения далеко будущего.

Стеклянная тара, вращаясь, достигла высшей точки полета и устремилась вниз. Пуля, или что это было, благополучно пролетела мимо.

— Тч, — Джозеф раздраженно опустил оружие, глядя ей вслед.

Вдруг, не достигая земли, бутылка взорвалась. Во все стороны брызнули обещанные стеклянные осколки и мелкие капли отравы. Инстинкты оперативника перехватили управление и швырнули его тело на морковную грядку, пока разум безуспешно пытался понять, что произошло.

Закапал темный вонючий ядовитый дождь. Из почвы торчали оранжевые головы, увенчанные пышными пучками ботвы. Царапины и насечки, символизировавшие глаза, словно таращились на непрошенного гостя. По почве шустро бегали муравьи. Только были они почему-то прямоходящими, имели всего две пары конечностей и пахли смолой. Краем глаза Джозеф посмотрел на все еще сжимаемый в правой руке пистолет. Наклейка покорежилась, скукожилась, а через секунду мигнула и растворилась в воздухе. Руководитель стажировки припомнил, как подчиненная сформулировала свое желание: "Я хочу, чтоб выстрел разнес бутылку". О том, что пуля должна была попасть по мишени, не было ни слова.

Стук капель замолк. Далила резко отшвырнула в сторону частично закрывавший девушек рюкзак и подожгла свечу. Джозеф даже не стал задумываться, где она взяла зажигалку — он лежал мокрый, грязный и слегка потрясенный. Такие мелочи волновали его меньше всего.

Корявая звезда из веточек принялась излучать серебристый свет, раздалось хоровое церковное пение. От флакончика с "благословенной росой" во все стороны пошла горячая волна воздуха. Потом всё прекратилось.

— И? — поинтересовалась Дейдара, с любопытством оглядываясь. — У нас что-нибудь получилось?

— Не знаю.

— Ну и ладно. В любом случае, это было достаточно прикольно, — Дейдара поднялась с земли и отряхнулась.

— Как сработало мое изобретение? — Далила отобрала у начальника пистолет и, поправив очки, уставилась на то место, куда крепила наклейку. — Вы его сами отколупали или оно отвалилось?

— Исчезло, — отозвался Джозеф, нехотя принимая сидячее положение.

— Значит, одноразовые, — задумчиво пробормотала Далила. — Обидно: я рассчитывала на многократное использование.

— Больше не растут! — триумфально возвестила Дейдара, изучив опаленные отравой грядки. — Может быть, конечно, это дело времени и сейчас слишком рано говорить...

— Давайте уже сараем займемся, — проворчал Джозеф, на самом деле, не имея на это ни малейшего желания.

— У вас нормальные предложения, как и что именно делать, имеются? — Далила вернула начальнику пистолет и снова углубилась в изучение инструкции.

— Для начала, вы всё-таки берете новые обереги.

— Хорошо, а дальше?

— Давайте эту хибару отдельно благословим по полной программе, — предложила Дейдара, тоже бессовестно принимаясь рыться в рюкзаке. — Постараемся максимально ослабить в ней влияние проклятья. Потом зайдем внутрь и будем действовать по обстоятельствам.

— Полагаю, так мы и поступим, потому что ничего умнее мне в голову тоже не приходит, — заключила Далила.

Стажерки, подхватив сумку со всем содержимым, направились к сараю. Потом выяснилось, что "благословенная роса" закончилась, так что повторить обряд не удастся.

— А если его слезами девственницы облить? Для чего они вообще нужны? — Дейдара задумчиво взвесила на ладони объемную склянку с полупрозрачными кристаллами.

— "Лучшее средство для снятия приворота", — Джозеф прочитал вслух этикету флакончика с жидкостью.

— Не наш случай, — заключила Далила. — Ты что делаешь?

— Сыплю "священную соль", — отозвалась ее подруга, медленно пятясь вокруг постройки и оставляя за собой тонкую белую крупитчатую дорожку. — Безотказное народное средство. Чтоб проклятье отсюда не расползалось по всему "острову".

— Хорошо. А вы берите светильник и идите внутрь, — распорядилась Далила, обращаясь к начальнику.

— Подождите, дайте мне круг закончить! — Дейдара скрылась за углом хибары.

Джозеф спорить не хотел. Заходить в сарай тоже. Стоял и, пользуясь заминкой, убеждал себя, что в прошлый раз у него всего лишь разыгралось воображение.

— Держите, — в руку ему легла лампа.

— Как она включается? — оперативник недоуменно повертел в руках непонятную совокупность металлического каркаса и крупного кристалла.

— Это вы ее принесли, — пожала плечами Далила. — Я думала, вы знаете.

Джозеф перебрал в памяти всё, что ему говорил о даваемых во временное пользование вещах торговец. Тему светильника тогда они оба упустили. На бронзовой подставке не было ни кнопочек, ни рычажков.

— Готово, — Дейдара с чувством выполненного долга замкнула круг и заткнула пробкой горлышко практически опустевшей склянки.

— Ага, молодец, — буркнул Джозеф, снова оглядывая лампу со всех сторон в надежде найти тумблер.

Разозлился на торговца, светильник, подчиненных, сарай, самого себя и Джастина. Перешагнул соляную дорожку и в раздражении дернул дверь.

Внутри по-прежнему было неестественно темно. Джозеф нерешительно топтался у входа, напрягая зрение и пытаясь рассмотреть противоположную стену. Совок всё так же валялся на пороге. Ничего не происходило.

Вдруг мимо его головы пролетел знакомый флакон. Скрылся во мраке постройки. Раздался звук бьющегося стекла. Джозеф недоуменно обернулся назад.

Дейдара выглядела немного виноватой.

— Я не удержалась. Так хотелось с этими слезами что-нибудь сделать. Всё равно там еще два таких пузырька есть.

Джозеф послал подчиненной самый гневный и осуждающий взгляд, на какой был способен, и снова сосредоточился на сарае — строгое внушение могло и подождать.

Вдруг заметил, что серебристая лужица, растекшаяся, судя по размеру постройки, где-то ближе к противоположной стене, была ему видна. Темнота вокруг нее начинала вихриться — похоже, слезы действовали ей на нервы. Потом жидкость из походного набора начинающего светлого мага пошла пузырями, а неправильный мрак взбесился окончательно. Послышался раздраженно-сердитый, переходивший в шипение рык.

Лампа в руках у Джозефа вспыхнула без каких-либо действий с его стороны. Крупный необработанный кристалл с легким гулом буквально принялся заливать холодным белым светом крыльцо и внутренности сарая, чуть ли не слепя не готового к подобному повороту событий мужчину. Тот вынужден был щуриться, отворачиваться и мысленно материть торговца за то, что тот ни о чем подобном не предупреждал.

Доносившиеся из сарая звуки тут же обогатились эмоциями. Глубоко негативными.

Джозеф каким-то чудом умудрился заметить, как мимо его ноги мелькнула тень. На соляной границе она притормозила, поагонизировала, поверещала, но все же сквозь нее прорвалась и исчезла из его поля зрения.

— Тут где-то была веревка! — услышал взволнованный вопль Дейдары ничего кроме света не видевший поисковик.

Послышалось громкое "БАМ" — определенная польза от щита всё-таки была.

— Кажется, мы нашли кошку... — задумчиво провозгласила Далила, осторожно склоняясь над потерявшей сознание тушкой.

Джозефа в этот момент больше занимал вопрос, как выключить эту проклятую лампу.

10.

— Э-э-э... Милашка, — неуверенно пробормотала Дейдара, разглядывая некогда бывшее кошкой существо. — И что нам с ней делать?

— Ты что-то говорила про веревку, — напомнила ей подруга.

— Ага, — девушка, пока оглушенное животное не очнулось, побежала к рюкзаку.

Джозеф, решив, что подчиненные там сами справятся, не торопился присоединяться к изучению находки. Парой ударов о косяк ему удалось заставить лампу светить менее ярко. В процессе корпус немного погнулся, но попытки вернуть его в исходное состояние до очередной встречи с торговцем он тоже оставил на потом: счел необходимым в первую очередь закончить с осмотром сарая.

Заметно потускневшее сияние начавшего после вразумления мигать светильника почти не рассеивало мрак. Джозеф пожалел, что не догадался захватить с собой замедлитель времени: с ним ему было бы спокойней. Всегда приятно знать, что движешься в два раза быстрее всего остального мира, включая потенциальных врагов. Обычно это очень воодушевляет.

Удалось различить силуэт ведра. Рядом с ним стояло прислоненное к стене древко какого-то садового инструмента. Лужица слез почти полностью испарилась.

Джозеф свободной от лампы рукой похлопал по карману — убедился, что запасной оберег был на месте. Собрался с духом и шагнул внутрь.

Ничего не произошло.

Мужчина неуверенно продвинулся еще чуть-чуть вперед, ориентируясь на последние стремительно истаивавшие сиявшие капли. Огляделся. С этого места можно было различить мутно-белесые расплывчатые квадраты окон. Кристалл высветил полку с рядом тускло поблескивавших металлических банок. Чьи-то глаза.

Джозеф вздрогнул и настороженно замер. Напряг зрение. Не показалось — на него действительно смотрели испуганные, затравленные, практически не мигавшие очи. По спине и плечам поисковика пробежало целое стадо мурашек.

— Девочка? — прошептал он вопросительно.

Глаза немного отшатнулись.

Джозеф сделал еще один маленький шажок вперед.

— Ты... — он понятия не имел, что полагалось говорить в таких случаях.

Кажется, заверить, что теперь всё будет хорошо. Вот только было бы неплохо сначала убедиться, что это — действительно ребенок.

— М-м-м... — оперативник мучительно подыскивал нужные слова. — Моргни два раза, если ты меня понимаешь.

Получил в ответ нервное сопение и взгляд, полный агрессии. Засомневался в правильности избранного поведения, однако всё равно приблизился еще чуть-чуть.

— Теперь всё будет хорошо, — таки выдавил из себя спасатель.

Голос его звучал далеко не так уверенно, как он бы хотел. Более того, лишь вызывал стойкие сомнения в правдивости сказанного. А еще Джозеф не заметил, что своими перемещениями загнал глазастое существо, кем бы оно ни было, в угол. То тоже это поняло, только почувствовав спиной шершавые доски.

Джозеф поднял лампу повыше в надежде рассмотреть обитателя сарая. В этот же момент по ушам ему ударил истошный, смешанный с ревом визг. Оперативник вздрогнул и растерялся. Что-то ударило его в грудь и швырнуло на пол. Лампа печально звякнула и потухла.

Поисковик дернулся, отскочил от места, куда упал, прижался к стене и замер, стараясь унять, как ему казалось, оглушительное сердцебиение и еще более выдававшее его дыхание. Морально он был даже почти готов обороняться от неведомого противника, вот только делать это было нечем. Призывно манил еле видный сквозь темное марево светлый прямоугольник раскрытой двери. Плюнув на всё на свете, кроме собственных желаний и инстинктов, Джозеф рванул к выходу и, чуть не спотыкаясь о порожек, выскочил на улицу.

Отбежав от сарая на несколько метров, остановился, развернулся и, всё так же тяжело дыша и ожидая любой пакости, уставился в темный зев строения.

Постоял так секунд десять. Ничего не происходило. Нервно пригладил правой рукой растрепавшиеся волосы. Немного расслабился. Огляделся. Заметил недоуменные взгляды подчиненных. На земле перед ними лежало не подававшее признаков жизни, щедро обмотанное веревкой нечто.

Джозеф отвернулся и снова сосредоточился на покосившейся постройке. Он вспомнил, что без оставшейся там лампы вход на собственный "остров" ему был заказан. Хочешь, не хочешь, а внутрь идти снова придется.

По шиферу крыши степенно бродила откормленная ворона. Незваные гости ее, казалось, не смущали.

Без источника света лезть в сарай категорически не хотелось. Джозеф пошел к рюкзаку. Нашел еще один флакончик "слезы девственницы концентрированной". Задумался, каковы шансы того, что кого-нибудь из стажерок можно будет использовать в качестве производителя на случай, если запасы подойдут к концу, а необходимость в веществе возникнет. Интересно, а прочие органические жидкости тоже имеют какую-нибудь ценность? Решил эту мысль не развивать. Нехотя побрел к входу в хибару. Птица лениво каркала и перебирала клювом перья под крылом.

Джозеф раскупорил флакон, подозрительно понюхал содержимое и с опаской заглянул в дверь с твердым намерением расплескать его по как можно большей площади.

Внутри было темно, но на этот раз концентрация мрака была нормальной для небольшого домика с парочкой давно не мытых окон. Можно было, не напрягаясь, разглядеть и ведро, и стоявшую возле него тяпку, и полку с неопознанными банками, и многое-многое другое. На полу лежала потухшая лампа. Неподалеку поблескивали осколки первого пузырька.

Джозеф недоуменно моргнул и тряхнул головой. Всё оставалось таким же. Оперативник растерялся и почувствовал себя обманутым. Пошарил взглядом по углам — внутри не было ни души. Беспомощно огляделся.

Девушки продолжали наблюдать за начальником, пытаясь понять смысл его действий.

— Мимо вас никто не пробегал?

Подчиненные переглянулись и синхронно покачали головами.

— М-м-м... Вы уверены? Может быть, кто-то выскочил из двери и скрылся в каком-нибудь другом направлении?

Стажерки заверили, что не видели вообще никого. Впрочем, они были заняты кошкой и вполне могли просмотреть.

Джозеф снова заглянул в сарай, даже зашел в него, осторожно, но очень внимательно огляделся.

— Куда она могла деться? — пробормотал он, на всякий случай проверяя за ведром и на полке.

В голове поползли всякие нехорошие мысли.

Джозеф подошел к соляной границе, нахмурился, серьезно на нее посмотрел. Перешагнул и прислушался к своим ощущениям. Кажется, ничего. Повторил опыт еще два раза. Итоги его ни в чем не убедили — оперативник с детства был ужасно мнительным.

Перевел взгляд на всё еще сжимаемый в руке флакон. Осторожно капнул его содержимое себе на запястье. Снова ничего. Поборов брезгливость, сделал маленький глоточек из горлышка. Скривился и принялся отплевываться.

— Могу я узнать, что вы пытаетесь сделать? — услышал Джозеф голос подчиненной за своей спиной.

Обернулся. Далила стояла с таким лицом, словно еле сдерживала порыв пощупать у начальника лоб — нет ли температуры.

— Ситуация, — Джозеф был настолько встревожен, что даже испытал некоторое облегчение, увидев ее. — В сарае находится нечто. Туда захожу я. Оно сбивает меня с ног и исчезает. Внутри его больше нет, однако на улицу это существо тоже не выходило — вы в этом практически уверены. Итак. Оно не в хибаре, оно не на улице? Вопрос: а где тогда?

— Вы думаете, что в вас?

— Допускаю такую вероятность. Всё-таки перед тем, как исчезнуть, оно ко мне прикоснулось.

Джозеф, кое-что вспомнив, полез в карман. Запасной амулет, оказавшись на воздухе, превратился в горстку костяной муки и просочился сквозь державшие его пальцы. Оперативнику стало дурно. Он бросился к рюкзаку и выгреб из него все обереги, которые только смог впопыхах найти. Схватил в пригоршню и с ужасом на них уставился, ожидая, что те вот-вот растрескаются и точно так же рассыплются.

— А если оно ушло через окно? — предположила Дейдара, тоже переключая внимание с кошки на руководителя. — Мы бы не заметили.

— Они все закрыты. Я проверил, — отозвался тот, не сводя глаз с фигурок. — Стекла целы.

— Стало невидимым и сейчас мирно стоит в углу, ждет, чтоб мы ушли? — Дейдара выдвинула очередную теорию, подходя к коллегам.

— М-м-м... — Джозеф задумчиво устремил взгляд вверх.

Эта версия призывно манила его рукой и уговаривала в себя поверить.

— Не думаю, — мужчина решительно покачал головой и снова хмуро вперился в кучку оберегов.

— Телепортировалось в другое место?

— Обратите внимание, что ни одно из антипроклятийных средств на вас не действует, — принялась успокаивать начальника Далила. — Вы легко ходите через эту соляную россыпь, слезы на вас не пузырятся, а амулеты не крошатся. Мне кажется, это говорит о том, что проклятье на вас не перекинулось.

— Это еще ничего не доказывает. Вдруг у него есть инкубационный период или что-то подобное, и в это время оно вроде как не ощущается и не диагностируется?! А потом как станет поздно!

— И что вы можете в этом случае сделать? Дайте мне оберег, — не дожидаясь ответа, Далила бесцеремонно вырвала из ладоней Джозефа одну из костяных фигурок и решительно зашагала к сараю.

Вошла внутрь. Пробыла там секунд десять. Вышла.

Стажерка хмурилась и явно была чем-то озабочена.

— Там ничего, — задумчиво поведала она, спускаясь с крылечка на землю, то, что Джозеф и так знал. — Всё чисто. Эта штука никак не реагирует. Она точно работает? Не бракованная?

Далила недоверчиво поглядела на и не думавший трескаться амулет.

— Проверь на кошке, — посоветовала Дейдара.

Бедное животное, так и не пришедшее в сознание после знакомства со щитом, неподвижно лежало на том же месте, мокрое и слегка присыпанное солью — девушки, как могли, пытались ослабить проклятие, но опасались, что их действия могли убить или просто причинить лишнюю боль самой пострадавшей. Затянувшийся обморок был для той благом, не то пришлось бы нервничать из-за того, что шерсть немного дымилась. Хотя с некоторых пор такие мелочи вряд ли смогли бы ее удивить.

Положенный на зверя оберег практически сразу начал разрушаться.

— Работает, — подытожили девушки.

Решили переволновавшегося Джозефа не трогать и сами обошли с амулетами весь "остров". Те больше нигде не реагировали.

— Мы думаем, что нам теперь здесь делать нечего.

Джозеф поднял взгляд на нависавшую над ним Далилу.

— Местность мы проверили, кошку упаковали, — продолжала докладывать та. — Дейдара сейчас повторно, на всякий случай, делает вокруг сарая круг из соли. Вот ваша лампа.

Девушка продемонстрировала несколько потрепанный, гнутый и вышедший из строя светильник.

— Следы проклятий типа деформированных овощей никуда не делись, но мы полагаем, что, возможно, со временем всё придет в норму.

Далила замолчала, ожидая ответ.

— Значит, проклятье с Джастина мы сняли? — Джозеф, убедившись, что обереги на него реагировать отказывались, немного успокоился.

Задумался над насущным вопросом "Как вернуть вещи в целости и сохранности, если часть из них поломана и потрачена?".

— Я бы не стала это утверждать, — Далилая сложила руки на груди и нахмурилась. — Вероятно, мы вытеснили его с "острова", но это еще не значит, что оно исчезло совсем.

— Что будем делать с кошкой? — Джозеф поднялся с земли и отряхнулся.

Ему в голову пришла мысль, что, возможно, Анжела точно сможет определить, перекинулось на него проклятье или нет, и до встречи с ней лучше верить в лучшее. "Позитивное мышление". Кажется, Камилла это так называет.

— Я возьму ее к себе, — ответила Далила. — В моей зоне рекреации, возможно, она сможет поправиться.

— Как знаешь, — Джозеф решил, что девушка достаточно умна и понимает, что делает.

Он собрал рюкзак, проверил, ничего ли не забыл положить. Впервые смог разглядеть животное.

— Что это у нее на спине? — брезгливо поинтересовался поисковик, поправляя на плече лямку от сумки.

— Щупальца, — отозвалась Дейдара. — Мило, правда?

— Словами не передать, — Джозеф косо глянул на улыбку подчиненной, снова посмотрел на облезлое существо со склизкими отростками в районе лопаток и мысленно содрогнулся.

Он бы ни за какие деньги не согласился взять подобное на свой "остров". Дейдара отошла от сарая и передала начальнику пустую склянку из-под "священной соли".

Далила подхватила кошку. Прикасаться к самому животному она тоже опасалась, поэтому держалась за свободно болтавшиеся концы обмотки.

— Думаю, через несколько дней стоит еще раз сюда заглянуть и посмотреть, что да как, — заявила она, пока все трое шагали к калитке.

— Без меня! — рвалось из груди мрачного Джозефа, но тот сдержался.

Если уж нести ответственность, то до конца.

Дейдара толкнула калитку.

Однако вместо тьмы сознания они попали в свет.

Слепили прожектора, под ногами белела узкая дорожка. Играла музыка. А еще здесь находились люди. Их удалось рассмотреть, когда глаза немного отошли от светового удара.

Пять очень удивленных девушек модельной внешности, с прическами, ярким макияжем, символически прикрывавшими истощенные тела нарядами, придумать которые мог только человек с очень специфическим воображением. Они хлопали длиннющими накладными ресницами, недоуменно переглядывались и пытались вникнуть в ситуацию.

До оперативника, разглядевшего зрительный зал, форму "сцены" и соотнесшего их с местными жительницами дошло, что они находились на подиуме. И всё бы ничего, если б Обладатель этого "острова" не сидел на первом ряду с отвалившейся челюстью и круглыми глазами.

Джозеф забыл даже о том, что мог являться носителем проклятья. Медленно перевел взгляд на себя. Самые страшные опасения оправдались — одежда снова подстроилась под зону рекреации. Модельер явно специализировался на женской одежде, мужская его мало вдохновляла. Оперативнику достались короткие, облегающие кожаные шорты, фиолетовое боа, очень длинные черные сапоги из какого-то блестящего материала, в которых, наверное, было бы удобно ходить по болоту, если б не каблуки, и золотой, щедро присыпанный стразами, микро топик, призванный демонстрировать накаченный и мускулистый торс (не то, чтоб Джозефу было, что демонстрировать). Ужас длился лишь пару секунд: посмотрев на подчиненных, поисковик пришел к выводу, что ему еще повезло, и утешился.

В этот момент кошка таки пришла в себя и заорала. От мяуканья в этом вопле оставалось мало чего.

Далила, краснея не то от стыда, не то от ярости: рыболовная сеть практически на голое тело вызывала у нее целую гамму негативных эмоций — решительно развернула начальника за плечи и толкнула его за занавес, прежде чем тот успел присмотреться к ее одеянию.

Дейдара, зачем-то послав смачный воздушный поцелуй совершенно не понимавшему, что происходит, модельеру, шмыгнула следом. Ее подруга на прощание ограничилась другим жестом — она была очень сердита.

В этот раз они всё-таки оказались в темноте. И, что особенно радовало, в собственной одежде. Кошка урчала, извивалась, билась и пыталась перегрызть веревку.

— Что бы это ни было, предлагаю об этом забыть, — голосом, намекавшим на сильную боль в случае возражений, возвестила Далила, раздраженно отдергивая связку с взбесившимся животным в сторону, чтоб щупальца не сопливили ей ногу. — Сделаем вид, что этого никогда не происходило!

— Согласен, — Джозеф был только "за".

— А я — нет, — возразила Дейдара. — Нам придется рассказать об этом Виктору. Почему мы с одного "острова" сразу попали на другой, миновав тьму сознания? Откуда он здесь взялся? Что вообще это за ерунда?

— На тебе не было стрингов с надписью "I'm hot"!

— А на тебе прозрачного лифчика, так что мы квиты.

— Маааааххррррраааааууооооо!!! — надрывалось животное, не замолкая ни на секунду.

— Э-э-э... — Джозеф решил напомнить о своем существовании.

Далила сурово на него посмотрела, как следует, тряхнула многострадальной кошкой, чтоб та заткнулась, и глубоко вздохнула.

— Расскажем Виктору, — согласилась она. — Идемте. Меня всё это уже притошнило, я домой хочу.

Джозеф послушно поплелся за решительно шагавшей неизвестно куда подчиненной. Та производила впечатление человека, знающего дорогу. Других дверей, кроме той, сквозь которую они вышли с подиума, видно не было. И это логично — одно сознание, один вход на "остров". Не понятно, правда, как они сюда попали, но было разумным предположить, что выбраться будет куда сложнее. Джозеф посмотрел на браслет-извещенец. Ну и какая от него здесь могла быть польза?

— Скажите, а на нас нет каких-нибудь там маячков или еще чего-нибудь такого? — обратился он к спутницам. — По которым в Академии могли бы определить наше местонахождение и за нами кого-нибудь послать?

— Нет, насколько мне известно, — отозвалась Дейдара.

— Напрасно, — пробормотал Джозеф, падая духом. — Можно спросить, куда мы идем?

— Ищем выход, — сухо ответила Далила.

— А. Ясно.

— Вы знаете, когда в одной серии Шиниромару-сама засосало в черную дыру...

— Я даже знать не хочу, где он ее нашел.

— О, этот как раз элементарно. Он...

— Говорю же, что не хочу этого знать.

— Между прочим, он оттуда благополучно выбрался, — Дейдара немного обиделась.

— Мы его опыт повторить сможем? — холодно поинтересовалась ее подруга, всё так же уверенно шагая впереди.

— М-м-м... — Дейдара серьезно задумалась. — Нет. Пожалуй, нет.

— Тогда нет смысла об этом разговаривать.

К невероятному удивлению Джозефа впереди замаячила еще одна дверь. Вот это уже ни в какие ворота не лезло, чтоб в одном сознании находилось минимум два входа, и это не считая "острова" Джастина, тоже каким-то боком здесь замешенного. Мысль, что Обладатель подиума мог оказаться очередным его коллегой по новому подразделению, оперативник отчаянно от себя гнал — у него не было ни малейшего желания встречаться с этим человеком когда-нибудь вновь. Не после того, как тот видел его в боа и шортах-трусах.

Вот только других объяснений ему в голову не приходило. Зато тогда был бы в этой истории жирный положительный момент — возможность попасть в "офис".

— Скажите, возможно ли, что кто-то инсталлировал себе еще одну зону рекреации? — всё-таки уточнил Джозеф, пока все трое бежали к расположенной невдалеке дверке.

— Нет, — решительно заявила Далила.

— Мы бы знали, — поддержала ее подруга. — В обход Академии это сделать невозможно. О подобном было бы много разговоров и споров — мимо нас они бы не прошли.

— Значит, это был наш коллега? — Джозефу снова подурнело.

— Я бы предпочла, чтоб это было не так, — Далила затормозила перед дверью и с сомнением уставилась на ручку. — Надеюсь больше никогда в жизни не увидеть его рожи!

Входить было немного боязно: прошлого опыта хватило.

— Зато сейчас это решило бы нам кучу проблем, — Дейдара смотрела на жизнь проще остальных, поэтому без колебаний толкнула преграждавшую вход полированную древесину.

Их взору открылась комната. Посреди нее за столом сидел пухлый ребенок. Он болтал сильно не достававшими до пола ногами, лопал печенье из бумажного пакета и пытался что-то напевать с набитым ртом. Потом мальчишка заметил, что дверь открылась, и стоявших в проходе людей. Замер, не донеся очередной съедобный кругляш до раскрытого рта.

Джозеф тоже остолбенел: этого пацана он уже видел. На своем собственном "острове". И в тот раз тоже фигурировало печенье. В точно такой же упаковке.

По глазам ребенка мужчина понял, что тот его тоже узнал. Не хватало еще, чтоб девушки это заметили.

— Вы... — мальчик докончить мысль не успел.

Джозеф решительно захлопнул дверь.

— Пошли дальше, — максимально небрежно сказал он, стараясь ненавязчиво оттеснить подчиненных от входа на "остров".

— К чему такая спешка? — немного растерялась Дейдара. — По-моему, миленькое место.

— Я домой хочу, а это был явно не "офис". Хотите терять время — без меня, пожалуйста.

У Джозефа возникло подозрение. И если он был прав, то им должна была попасться еще куча дверей.

— Я вообще не понимаю, что происходит, — пожаловалась Дейдара. — Что за бред?! Ну не может же такого быть!

На горизонте показалось еще три входа на "острова". Один из них был оперативнику очень хорошо знаком — тот уже в течение двух лет практически ежедневно сквозь него ходил.

"Таки "архипелаг", — мрачно думал он. — Интересно, как мы сюда попали?!"

Джозеф замедлил шаг: он столкнулся с ужасной дилеммой. С одной стороны, выбираться наружу надо было обязательно, и тот факт, что они вышли к его собственной зоне рекреации, был огромной удачей. Уж куда-куда, а в "офис" отсюда точно можно попасть. С другой стороны, он не представлял, как всё это объяснить подчиненным — в том, что у тех рано или поздно возникнет куча вопросов, он не сомневался. И это не считая того, что их обеих придется пустить в магазин, где в это время вполне могло проходить очередное собрание или твориться иное беззаконие, за которое отвечать придется Обладателю, поскольку "островитян" в Академии никто и никогда ни в чем не заподозрит. Опять же эта ужасная кошка... Заносить проклятое существо в свое сознание он не имел ни малейшего желания.

Выбрать между перспективой вечного блуждания впотьмах и тюрьмой, которая, по мнению Джозефа, светила ему в лучшем случае, было непросто. А вдруг стажерки его пожалеют и не станут выдавать, если узнают правду?

Руководитель скосил оценивающий взгляд на шагавших рядом подчиненных. Додумать мысль он не успел.

— Да неужели! Мама дорогая, это всё же произошло! — Дейдара радостно рванула к одной из дверей.

Не к его.

Джозеф присмотрелся и узнал вход в "офис".

"Они что, его тоже включили в систему "архипелага"?! — рассеянно думал он, испытывая неземное облегчение оттого, что дилемма утратила актуальность. — Вот это наглость!"

Тоже прибавил шаг. Кошка, некоторое время сидевшая спокойно и тихо, снова взялась буйствовать.

Девушки на дверь с колокольчиком даже не обратили внимания — всем слишком хотелось быстрее с этим делом закончить и идти уже спать.

— Викто-о-ор!!!

— Мууууаааааяяяяярррххххууууаааааооо!!!

"Офис" встретил их уже привычными пустотой и тишиной. По черным мониторам лениво ползала эмблема Академии.

Ученый свой лик являть не торопился. Оперативников это не сильно расстраивало — главное, что, наконец-то, выбрались. А разбираться, что за бред творился, уже не их задача. Дейдара плюхнулась на стул и с глубоким вздохом растеклась по столу. Затихла.

— Виктор! — позвала Далила, осторожно кладя связанное животное на пол. — Вы нас слышите?

— Его на месте нет, — на мониторах возникло красное лицо Александра Борисовича. — Вы что здесь делаете?

— Добрый вечер, шеф, — как ни в чем не бывало, среагировала девушка, незаметно ногой отодвигая живой клубок под стол. — Вы не знаете, когда он появится?

— Самому интересно, — буркнул начальник. — Я его уже десять минут жду. Как и ответ на свой вопрос.

— Мы слышали, что на завтра что-то намечается. Хотели бы узнать подробности. Раз уж вы там, не могли бы объяснить нам вместо Виктора?

— И это всё? — глаза на экранах светились подозрением.

— Ну-у-у, да, — пожала плечами Далила. — Нам бы только это узнать, и мы пойдем. Других дел у нас здесь нет.

— И ведь не соврала, — Джозеф всем своим видом излучал согласие со словами подчиненной. — Ни словом не соврала!

— Ясно, — кажется, Александр Борисович всё равно не до конца поверил. — А что с А... хм... с Дейдарой?

— Здравствуйте, шеф, — жалостливо поздоровалась девушка, с трудом отрывая лицо от стола. — У меня такое горе, такое горе... Шиниромару-сама...

— Ясно, — спешно повторился начальник, демонстративно отворачиваясь от Дейдары. — Значит, вы уже знаете, что завтра будет общая встреча всех работников подразделения, потому что (аллилуйя!) остальные, наконец-то соизволили до нас добраться и пройти все необходимые процедуры? О. Привет, Виктор! Угадай, кого мы все тут ждем?

— Добрый вечер, — голос ученого звучал напряженно. — Александр Борисович, можно вопрос? А что вы здесь делаете? Почему еще не спите?

— Нет, ну знаешь ли! Я даже теряюсь, что тебе на это ответить!

— А давайте вы нам скажете, во сколько завтра подходить, и мы пойдем, а? — простонала Дейдара, снова заваливаясь на стол. — Мы сегодня ужасно устали.

Ученый сообразил, что было бы неплохо убрать с выхода координаты "острова" Джастина, чтоб работники подразделения могли попасть каждый в свою голову, а не снова в огород.

— Шеф, пропустите меня, пожалуйста, — полез он к клавиатуре.

— Не видишь, я консультирую их по работе? — проворчал Александр Борисович, нехотя вставая со стула на колесиках.

Несколько секунд оперативники наблюдали на мониторах мелькание одежды и рук.

— Сядьте туда, — Виктор кивнул в сторону. — Я сейчас просто другую камеру на "офис" настрою, и консультируйте дальше.

Экраны погасли. Через пять секунд снова включились.

— Так, теперь по поводу завтрашнего дня...

Джозеф открыл глаза. Боже мой, неужели он действительно лежит в своей постели?! Мужчина облегченно вздохнул и обнял подушку. Последние несколько часов его ужасно вымотали. Хотелось спать-спать и только спать. Не пойдет он ни на какой "остров": слишком многое придется рассказывать торговцу. Слишком долго и слишком подробно. На это не было настроения. Анжеле звонить всё равно поздно. Даже если проклятье на него и перекинулось, одна ночь вряд ли многое изменит. Тем более что встретиться с ней в любом случае удалось бы только после работы на следующий день. Тут уж проклят, не проклят — ничего не поделаешь.

Заснул.

— Больше! — распорядился Джозеф.

Торговец с сомнением на него посмотрел.

— Лейте-лейте, — непререкаемым тоном потребовал Обладатель.

Он и сам не понимал, почему не исполнил задуманное, а всё-таки зашел в магазин.

— Послушайте, это уже не кофе с коньяком будет, а коньяк с кофе, — с укором протянул лавочник, всё-таки добавляя в чашку еще алкоголя. — К тому же, третья порция.

Квирчик молча сидел у него на плече и, чуть склонив голову на бок, наблюдал за гостем. Он был слегка удивлен.

— Ничего страшного. Не водку же стаканами глушу.

Гектор осуждающе покачал головой, но смолчал. Выговориться он успел чуть раньше, когда увидел гнутую лампу и распотрошенный набор начинающего светлого мага. Сюрпризом для него это, конечно, не стало: он предполагал, что так всё и выйдет. Даже удивился, что все остальные вещи не пострадали, а веревку вроде как Обладателю пообещали вернуть.

Старик пока с расспросами не лез — всё-таки в первую очередь он должен был руководствоваться интересами Джозефа и обеспечивать ему душевный комфорт, и лишь во вторую являлся главой "архипелага", начинавшим уже терять терпение из-за того, что некоторые всё никак напиться не могли вместо того, чтоб переходить к делу.

— А где девочка? — будто невзначай спросил он через пару минут, делая вид, что больше заинтересован в разглядывании этикетки коньячной бутылки, чем получении ответа на свой вопрос.

Джозеф мрачно буравил взглядом воздух перед собой. Одним глотком допил свой кофе и с тяжким обреченным вздохом поставил чашку на стол. Начал рассказ.

— И вы согласились отдать кошку этой девушке?!

— А вы бы хотели, чтоб я ее сюда приволок? — огрызнулся Обладатель.

— Да!

— Она вашего попугая бы съела.

— Кё...

Торговец задумался. Посмотрел на питомца, умильно перебиравшего на груди перья.

— Ее можно было бы держать в клетке, — без особой уверенности в голосе проговорил он. — Хотя... Теперь уж поздно об этом говорить.

— Скажите, у вас в "архипелаге" есть "остров" с подиумом и полуголыми манекенщицами? — Джозеф решил проверить свою догадку.

— Да, а откуда вы знаете?

Оперативник дошел в своем рассказе до описания второй половины эпопеи, то есть до Исхода из проклятой зоны рекреации.

Потом они сидели молча.

— Вы что-нибудь понимаете? — первым не выдержал Джозеф.

Старик сокрушенно покачал головой и тоже плеснул себе коньяка в извлеченный из ящика стола древний кубок с самоцветами.

— Скажите, а какая польза "архипелагу" от манекенщиц? — Обладатель отстраненно жевал ватрушку, глядя в никуда.

— Существенная, — в тон ему ответил Гектор, осторожно отставляя опустевшую и безумно дорогую посуду в сторону. — Вот, предположим, нужно идти на переговоры в суровый мужской коллектив. И знаешь, что настроены там по отношению к тебе враждебно, слушать не станут. Тогда берешь с собой пару девушек, они просто стоят рядом с тобой в этих своих... — торговец, забыв слово, жестом изобразил на самом себе лифчик. — Ну вы поняли, о чем я. И общение как-то сразу налаживается.

— А, — с пониманием протянул Джозеф, не меняя выражения лица.

Снова помолчали.

— Скажите, а у вас в "архипелаге" связи между "островами" что собой представляют?

— "Мостики". Я же вам говорил.

— А почему я их не видел? — Джозеф медленно потянулся за очередной ватрушкой, однако ладонь его нащупала пустую тарелку. — Почему их не было? — тупо посмотрел на посуду, соображая, что это он сам в задумчивости всё и съел.

— "Архипелаг" устроен таким образом, что из любой входящей в его состав зоны рекреации можно попасть в любую другую. Непосредственно. Минуя тьму сознания. Открыл дверь, ступил за порог и ты уже на месте. Главное — вход правильно настроить. Это — самое сложное.

— А почему тогда... Это только мне наш разговор напоминает Красную Шапочку?

— Не знаю.

— Ну, в смысле, помните, там тоже...

— Я говорю не о сказке. Я не знаю, где вы оказались. Понятия не имею, почему "архипелаг" выглядел таким образом.

— А, — Джозеф задумался. — То есть, это было не нормально?

— Именно, — Гектор отстраненно полировал кубок платочком, стирая с блестящей поверхности собственные отпечатки пальцев.

— Переходы между "островами" могут оказать воздействие на психику или здоровье? — уточнил Обладатель. — Я имею в виду отрицательное.

Старик пожал плечами.

— Никто из тех, с кем я общаюсь, никаких изменений не чувствовал, насколько мне известно. Только ведь вы-то от нас отличаетесь. На Обладателей это может не распространяться.

С тяжелым вздохом Джозеф откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и помассировал переносицу. К предполагаемому проклятью теперь еще добавлялось потенциальное расстройство психики. Правда, было не понятно, какое отношение оно имело ко всем странностям.

— Как вообще возможно попасть с "острова", не являющегося частью "архипелага", на "остров", таковым являющийся?

— Ну, в принципе, это не так уж и сложно. Я же это делаю, когда приглашаю новых членов, — голос торговца звучал очень неуверенно.

— Но на Обладателей это может не распространяться? — уточнил Джозеф, не разлепляя век.

— Да... Я не понимаю! Не понимаю, как вы трое умудрились попасть в "архипелаг"! — Гектор вдруг сильно разволновался.

Чуть не сшиб свой кубок на пол. Вовремя поймал.

Квирчик восхищенно присвистнул. Он никогда прежде не видел своего хозяина таким возбужденным.

— Это бред какой-то, — спокойней сказал Гектор, убирая старинную посуду в ящик от греха подальше. — У меня в голове не укладывается.

— Скажите, зачем вы включили мой "офис" в состав "архипелага"? — Джозеф раздумывал, к кому обращаться в первую очередь: Анжеле или врачу-мозгоправу.

— В смысле? — торговец растерянно поправил пенсне и с недоумением посмотрел на гостя. — Ничего я не включал. С какой стати я должен был это делать? Какое отношение они друг к другу имеют?

Джозеф распахнул глаза и недоверчиво уставился на старика. Тот, судя по выражению лица, не лгал. Оперативник резко выпрямился в кресле.

— А как так тогда? — пробормотал он.

— Вы выбрались через свой "офис"? — спросил Гектор.

Обладатель рассеянно кивнул.

— Почему сразу не сказали? — хозяин лавки был раздражен.

— Я говорил.

— Цитирую: "А потом там было еще несколько дверей, в том числе в магазин. Я испугался, что придется вести их сюда, но, к счастью, мы выбрались". Как-то так.

— Нет, я сказал, что к счастью, мы выбрались через "офис". Вы меня не слушали!

— Слушал, — неуверенно возразил старик, догадываясь, что мог в этот момент отвлечься на какую-нибудь мысль.

Джозеф понимающе вздохнул и замолчал, давая собеседнику время обдумать новую информацию. Торговец хмурился и вертел в руках лежавший на столе карандаш. Квирчику сидеть спокойно надоело. Он резво сбежал по рукаву вниз и, спрыгнув на столешницу, с утробным урчанием принялся помогать хозяину воевать с канцелярской принадлежностью.

— Связей с "офисом" "архипелаг" не имеет, — медленно проговорил Гектор, аккуратно, чтоб не задеть увлекшегося питомца, откладывая пишущий инструмент в сторону. — Можете мне поверить.

— Ага, — Джозеф поверил.

— Куда делась девочка, вы не поняли.

Обладатель решил, что подтверждения от него никто не ждет, поэтому на эту фразу реагировать не стал.

— Перед исчезновением она коснулась вас. А вы у нас имеете доступ как в "офис", так и в "архипелаг", поскольку этот магазин является его частью.

— Думаете, это как-то взаимосвязано?

— Просто рассуждаю вслух.

Грызть карандаш Квирчику быстро наскучило, и он пошел искать что-нибудь более вкусное.

Джозеф проводил ковыляющую пернатую тушку лишенным эмоций взглядом.

— И что дальше? — ждать, пока торговец сам продолжит рассказ, он скоро утомился.

— Не знаю, — честно признался тот.

— Но вы же зачем-то всё это говорили.

— Просто я подумал, что бы было, если б девочка получила доступ ко всем "островам", на которые есть выходы у вас. Не понимаю, каким образом, правда...

— Это... — Джозеф призадумался. — Теоретически это все существующие на данный момент зоны рекреации, ведь так? Если учесть, что из "офиса" можно попасть куда угодно, плюс "архипелаг"... Хотя его можно не считать: первый пункт его тоже охватывает.

— Не совсем, — возразил Гектор. — Видите ли, оттуда, я говорю о вашем новом месте работы, конечно, можно попасть куда угодно. Но. В реальности переходов из вашего "офиса" было совершено ничтожное количество. Другими словами, огромнейшая часть "мостиков" (вы не против, если я прибегну к привычным терминам?) еще пока не активирована. Насколько я понял, сделать это можно лишь снаружи, так что "архипелаг" с его налаженными связями был бы ей куда полезней и удобней в применении.

— Вы уверены, что девочка?..

— Нет. Просто строю гипотезы.

— "Вас вызывают... Вас вызывают..."

Джозеф открыл глаза. В комнате никого не было. Из зала доносился приглушенный гул телевизора, часы невозмутимо показывали час ночи.

Джозеф недоуменно огляделся. Кому-то же он понадобился! Кому именно? Ларка, что ли, балуется?

Оперативник сел на кровати и потер глаза. Проверил телефон. Непринятых звонков не было. Снова проверил время. Звонить сейчас Анжеле, наверное, было бы верхом неприличия.

Трубка в его руке вздрогнула, экранчик засветился.

— Алло?

— Да я, в общем-то, не сплю, — сказала ведьма.

Джозеф потерял дар речи.

— Когда завтра ко мне идти будете, купите, пожалуйста, килограмм помидор, — как ни в чем не бывало, произнесла колдунья самым будничным тоном. — Недалеко от моего дома есть небольшой рыночек, там старушки торгуют...

— Вы хотите мне что-то сообщить? — Джозеф взял себя в руки.

Анжела секунду помолчала.

— Я так поняла, это вы со мной поговорить хотите. Разве нет?

— Ну, в общем да... — поисковик сообразил, что вопрос "А откуда вы знаете?!" будет звучать глупо.

— Но, вообще-то, вы правы. Я тоже могу вам кое-что сообщить. До завтра. Не забудьте про помидоры.

Колдунья повесила трубку. Несколько секунд Джозеф тупо смотрел на всё еще светившийся экранчик. Потом тот потух.

Спать резко расхотелось.

— Пойду попью, — решил поисковик.

Направился на кухню. Не удивился, что там горел свет. Возле зала Джозеф остановился. Эдуард, развалившись на диване, блаженно спал. По телевизору снова шла программа про жизнь крокодилов. Рассказ диктора о том, как эти рептилии охотятся, сопровождаемый ревом раненой жертвы и плеском воды на заднем фоне, спящему, казалось, совершенно не мешал. Джозеф окинул комнату взглядом. Было заметно, что кто-то пытался навести в ней порядок. А кто-то второй внимания на это не обращал и продолжал раскидывать кругом свои вещи. Верней, не второй, а вторая.

И она как раз сидела с мечтательным видом на кухне за столом, совершенно выпав из реальности.

Джозеф даже засомневался, так ли уж он хочет пить — выражение лица сестры ему категорически не нравилось. Решил не глупить. Вошел. Взял свою кружку. Задумчиво посмотрел на кран. Нет, сырую воду он употреблять не будет. Полез в холодильник в поисках сока. Не нашел. С досадой захлопнул дверцу.

— Добро пожаловать в реальный мир, — Лара его, наконец-то заметила.

— Ага, — буркнул Джозеф, щелкая выключателем на электрическом чайнике.

Девушка, блаженно улыбаясь, снова ушла в свои мысли. Перед ней на столе стояла чашка давно остывшего и покрывшегося пленкой чая. Оперативник вспомнил о своем кофе, посмотрел на чистую и пустую кружку в руках.

— Это ты сделала?! — с легкой досадой поинтересовался он, демонстрируя сестре посуду.

Та нехотя перевела на нее взгляд и попыталась понять, что от нее хотят.

— Я, — призналась она, соображая, что имелось в виду.

— Мой кофе!

— Остыл. Хочешь сказать, что стал бы его пить?

Джозеф нехотя признал, что она была права.

— Это были последние крохи растворимого кофе в моем доме! — проворчал он недовольно.

— Эдуард купил. Посмотри в шкафчике.

Джозеф открыл дверцу.

— Хороший он у тебя, — произнес он, привыкая к зрелищу заполонивших полку одинаковых банок. — Запасливый.

— Не говори.

Чайник щелкнул и выключился.

— Когда ты его бросать-то собралась? — поинтересовался Джозеф, возвращаясь к столу.

— Хоть сейчас готова!

— Две недели еще не прошли, — напомнил девушке брат.

— Именно это меня и удерживает, — поморщилась Лара, разбивая ложечкой чайную пленку. — У него сейчас очень важное мероприятие, он и так весь на нервах. Боюсь, что мой уход может выбить его из колеи. Дождусь, пока он закончит со своими делами.

— Я удивлен. С каких пор ты берешь чувства других людей в расчет?

— Тебя послушать, так я чудовище какое-то, — Лара немного обиделась.

Встала, выплеснула остывший чай в раковину и принялась мыть чашку.

Оперативник не верил своим глазам.

— Можно узнать, что ты делаешь? — осторожно поинтересовался он.

— А ты не видишь? — огрызнулась Лара.

— Тебя с детства невозможно было заставить хоть что-нибудь сделать по дому. В прошлом году ты устроила истерику, когда я попытался принудить тебя собрать свои разбросанные вещи ...

— Если не помнишь, при этом ты швырял моё белье в мусорное ведро! Кто угодно взорвался бы!

— Так по-другому ты не понимала! Я тебя три дня уговаривал собрать свои трусы с пола!

— Это не повод их выбрасывать! — Лара отошла от раковины.

— Ладно, проехали, — повторения давно прошедшей дрязги Джозефу не хотелось.

Лара обиженно сопела, сидя на табуретке и уткнувшись лицом в сложенные на столе руки. Оперативник заварил себе чаю.

— Я не могу представить тебя добровольно моющей посуду, — "проехать" он таки не смог. — Ладно свою чашку — это я еще как-нибудь переживу. Но мою кружку! Стоящую на моей тумбочке! Не мозолящую тебе глаза! Что-то случилось?

— Я нашла мужчину своей мечты! — возвестила Лара, сразу приободряясь.

— А. Да, — помрачнел Джозеф. — Ты что-то такое говорила.

— Понимаешь, он идеален!

— Нет. Не понимаю, — оперативник сообразил, что не стоило поднимать этот разговор. — Я в мужской идеальности как-то не силен.

— Просто поверь мне на слово.

— Ладно.

— Я должна быть его достойной!

— Поздно спохватилась.

— Всегда знала, что ты меня любишь, — раздраженно огрызнулась Лара, снова теряя настроение.

— Нет, посмотри сама в глаза правде. Ты слишком долго была такой, какая ты есть, чтоб измениться до идеальности. Сама же взвоешь и бросишь эту затею.

— А вот и не взвою, — окончательно обиделась сестра.

Джозеф допил свой чай. Почувствовал себя немного виноватым перед родственницей.

— Ну? И где ты его нашла? — поинтересовался он, ставя чашку на стол.

— В журнале, — вяло отозвалась Лара.

— Что? — брат был удивлен. — Мне казалось, когда тебе было пятнадцать, ты твердо решила больше никогда не влюбляться в знаменитостей, после того как тот актер, не помню уже его имени, женился.

— Вот-вот. В этом весь ты. Между прочим, "тот актер" был любовью всей моей жизни целый месяц!

— Ах да, как я мог забыть, — Джозеф снова залил чайный пакетик кипятком.

— И с тех пор, если ты не обратил внимания, я в звезд не влюблялась!

— Да-да, конечно же. А как же этот твой "идеальный мужчина"?

— Он не знаменитость! — Лара немного покраснела. — Он — принц!

— Э-э-э... — Джозеф чуть не лишился дара речи. — А в принцев ты же, вроде бы, не веришь с десяти лет?

Лара смущенно промолчала.

— Знаешь, я думал, ты меня уже ничем не сможешь удивить, — оперативник поставил чайник. — Ошибался.

— Хочешь, я его тебе покажу?! — Лара посмотрела на него с надеждой.

— Э-э-э... Ну-у-у... Давай.

Родственница выбежала из кухни. Через несколько секунд вернулась с пухлым глянцевым журналом.

— Сейчас найду, — заверила она, спешно перелистывая страницы.

— Можешь не торопиться, — Джозеф тупо смотрел на мельтешение реклам косметики, статей о здоровом питании, сексе, моде, фотографий женщин, с которых читательницам следовало брать пример.

— Как его зовут, я пока что не выяснила — увидела только сегодня. Но завтра вечером я уже буду знать о нем всё!

— Не сомневаюсь.

— Вот! Нашла!

Лара с гордостью подняла распахнутый журнал на уровень глаз, смачно поцеловала страницу и шлепнула его перед братом на стол.

— Я, конечно, понимаю, что реклама зубной пасты — это не бог весть что, — девушка сложила руки на груди и мечтательно возвела глаза к потолку. — Но я точно знаю, что у него большое будущее! Вот увидишь, не пройдет и нескольких месяцев, как о нем будут трубить на всех углах! Я должна перехватить его прежде, чем набегут всякие гонящиеся лишь за славой и богатством чувырлы!

Джозеф кое-как оторвал взгляд от страницы. Стоило больших усилий сидеть с каменным выражением лица.

С фотографии улыбался Роберт.

11.

— Ну, как вы себя чувствуете? — заботливо осведомилась на следующее утро Далила, ставя перед начальником привычный вакуумный контейнер с полезным завтраком.

— Ужасно, — пожаловался тот, глядя на полужидкий творог со сметаной, как на классового врага.

— Я вас прекрасно понимаю, — отозвалась Дейдара, лежа на столе в обнимку с собственной сумкой. — Вчера был не день, а черте что...

— Даже вспоминать не хочу, — Джозеф ложечкой подковырнул белую зернистую массу и с тоской на нее посмотрел — неужели так сложно готовить что-нибудь из мяса?!

— Ксо-о-о, — Дейдара зарылась лицом в импровизированную подушку. — Еще Виктору всё пересказывать! А я абсолютно не понимаю, что это такое было.

Слово "ксо" оперативник выучил еще в первую неделю знакомства со стажеркой и даже сам порой вставлял его в речь, за что однажды прослыл в кругу знакомых полиглотом.

— Не выражайся, — буркнул он, с видом великомученика впихивая в себя творог. — Ты же всё-таки девушка.

— Аппетит вам, что ли, порчу? Ну извините. Хотя, учитывая, что вы едите, — не мудрено. Консистенция ассоциации вызывает?

Джозеф скривился, злобно посмотрел на подчиненную и, шмякнув ложку в густую массу, отодвинул от себя контейнер.

Далила снова посмотрела на раскрытый на столе начальника журнал — Джозеф уволок его из дома, пока Лара спала. Вечером следовало его незаметно подкинуть куда-нибудь за диван: если сестра заподозрит оперативника в причастности к пропаже, то скандал ему обеспечен.

— Так интересно, — вынесла свой вердикт девушка.

— А чего такого-то? — отозвалась со своего места ее подруга.

— Как он дошел да такой жизни.

— Возможно, мы его к этому подтолкнули, — предположила Дейдара, лениво отрываясь от стола и подпирая тяжелую клонившуюся вниз голову рукой.

— Значит, не одному мне это подумалось, — вздохнул Джозеф.

— Тогда он должен быть нам благодарным, — зевнула подчиненная.

— Далеко не факт, — Далила взяла печатное издание и равнодушно его пролистнула. — Мне казалось, что предыдущая работа его полностью устраивала.

Джозеф раскачивался на стуле. Девушка осуждающе на него посмотрела.

— Когда-нибудь вы упадете и разобьете голову о подоконник, — предрекла она. — Не говорите потом, что я вас не предупреждала.

— Ага, — Джозеф ее даже не слушал.

К вечеру Лара узнает о Роберте все, что вообще возможно. В способностях сестры оперативник не сомневался — где ей надо, та становилась невозможно ушлой и изобретательной. Точно так же он был уверен в том, что она, как обычно, вывалит на брата все ставшие известными ей сведенья. Впервые в жизни ему они были бы интересны. Всё-таки любопытно, как проводник докатился до такой жизни.

Анжела открыла дверь прежде, чем Джозеф успел нажать на звонок. Тот молча протянул хозяйке пакет с помидорами.

— Спасибо, — на этот раз женщина не была облеплена огурцами или обмазана маской.

И на Далилу к некоторому разочарованию посетителя она оказалась не похожа. Напрасно тот подозревал, что это его подчиненная пряталась за толстым слоем зеленой глины и меняла голос при разговоре с ним.

Колдунья унесла овощи на кухню. Сегодня на ней был старый красный спортивный костюм. На вид ведьме было лет тридцать. Ее можно было даже назвать привлекательной — всё-таки отсутствие бигудей и питательных масок украшает женщину.

Джозеф снял обувь и без приглашения прошел в зал. Сел.

— Проклятье на вас не перешло, — крикнула Анжела из соседней комнаты. — Можете не волноваться.

— Вы уверены?

— Да, — хозяйка вошла с подносом.

На нем стояли две чашки и маленький чайник. Поставила его на стол и тоже села.

— Следы, конечно, имеются, — спокойно продолжила она, не глядя в сиявшие надеждой и облегчением глаза собеседника. — Оно вас задело, но тут же ушло.

— Куда?

— Куда-то, — пожала плечами Анжела, передавая гостю его чашечку. — Не полагайте, что мне известно все.

Джозеф ничего не сказал, но много чего подумал.

— Ну и? — тут же отозвалась на его мысли колдунья. — Что с того? Да, некоторые вещи я могу предвидеть. Далеко не все.

— А почему? — радостная весть об отсутствии проклятья немного притупили умственные способности поисковика.

Анжела раздраженно на него посмотрела.

— Потому что. Что есть, то есть.

Джозеф непроизвольно задумался о целесообразности обращения к ряду других ведьм (газетку с объявлениями он сохранил) для уточнения диагноза, напоролся на осуждающий взгляд собеседницы, устыдился и мысленно попросил прощения.

— Ничего страшного, — отозвалась та.

— Скажите, это вы меня вчера вызвали с "острова"?

Оперативник на работе долго думал над этим вопросом.

— Я, — не стала отпираться Анжела.

— Как?

— Какая разница? — легкое движение плеча можно было истолковать как кокетство. — Профессиональный секрет.

— Вы хотели мне что-то сообщить, — припомнил Джозеф.

— "Хотела" — не совсем верное слово. Я предпочитаю "могла".

— Хорошо. Вы говорили, что можете мне что-то поведать.

— Мне кажется, я смогла снять проклятье, — Анжела твердо посмотрела в глаза собеседника.

Джозеф молчал и ждал, что колдунья скажет дальше.

— Вчера вечером что-то его слегка дестабилизировало, — продолжала она. — Подозреваю, что это вы приложили руку. К счастью, этот момент я не упустила и успела в полной мере им воспользоваться. Говорить наверняка пока не рискну, но полагаю, что мои действия должны оказаться успешными.

— Вы уверены?! — окончательно воспрянул духом Джозеф.

Ведьма посмотрела на него с усиливавшимся раздражением.

— Говорю же, что нет!

— А... Когда вы сможете сказать точно?

— Не знаю.

Оперативник нахмурился. Напомнив себе, что находится в гостях, поборол желание, как обычно делал в задумчивости, покачаться на стуле. Анжела молча за ним наблюдала, изрядно веселясь проносившимся в голове у посетителя мыслям.

— Сколько с меня? — поисковик вернулся к животрепещущему вопросу.

— Я же сказала. Когда наступит результат.

— И всё же? — на этот раз уходить без ответа Джозеф был не намерен. — Представьте, что у вас получилось. Какую сумму я в этом случае должен буду вам заплатить?

— Мне не нужны деньги, — усмехнулась Анжела.

Мужчина напрягся.

— Я имею в виду именно то, что говорю, — колдунья не прекращала ухмыляться. — Это не набивание себе цены и не ложная скромность. Нет, благотворительностью я не занимаюсь, бесплатно не работаю. Если все получилось, то вы заплатите. Ну почему же сразу натурой?!

Ведьма расхохоталась. Джозеф решил, что та над ним банально издевалась.

— А вы были бы не против, да? — продолжала глумиться Анжела. — Я видела, как вы взвешивали эту мысль, так что не отпирайтесь.

— У вас, наверное, очень мало друзей, — предположил гость, мрачнея.

— Что поделаешь? Издержки профессии, — хозяйка успокоилась и тонко улыбнулась.

Молча долила себе чаю. Вся ее веселость исчезла.

— Услуга. Вот что я возьму в качестве платы, — сказала она через некоторое время, аккуратно ставя чайник обратно на поднос.

— Какая?

Анжела равнодушно пожала плечами.

— Не знаю. Возможно, однажды мне понадобиться что-то, что сделать сможете только вы. Тогда я к вам обращусь. И вы должны будете исполнить мою просьбу. Это может произойти завтра или спустя неделю, а то и через несколько лет.

Джозеф молчал и хмурился. Перспектива до конца жизни в любой момент ждать звонка с требованием его не привлекала. Хотелось расквитаться с этим делом как можно скорее.

— Я надеюсь, ничего противозаконного или аморального вам не понадобится? — уточнил он.

Колдунья снова улыбнулась.

— Что есть мораль? — спросила она. — Вещь крайне размытая и расплывчатая. Сегодня ей что-то противоречит, завтра — соответствует. Не говоря уж о том, что все ее понимают по-своему.

Джозеф тяжко-тяжко вздохнул. Он даже думать не хотел о том, что за услугу от него могли потребовать, — живое воображение не способствует сохранению душевного покоя.

— Зачем же так убиваться? — попыталась утешить его Анжела. — Не думайте, что я зверь какой. Ничего из тех ужасов, что приходят вам в голову, я не попрошу. К тому же, вдруг снять проклятье у меня не получилось и не получится? Тогда вы мне ничего не будете должны.

Джозеф обдумал два последних предложения. Немного устыдился мысли, что они показались ему заманчивыми.

— Веревка где? — в "офис" поисковик с подчиненными пришли чуть ли не раньше всех, удостоившись очередного одобрительного взгляда лениво моргавшего в ожидании своих работников шефа.

— Вот, — шепнула Далила, под столом передавая начальнику моток.

— Ты ее постирала? — подозрительно осведомился тот, не решаясь брать его в руки.

— Постирала-постирала, — соврала девушка.

Дейдара сидела в другом конце комнаты и болтала с какой-то своей знакомой, тоже принятой в подразделение от Академии.

— Молодец, — Джозеф столкнулся с вопросом "Где хранить веревку во время собрания?" и пожалел, что не догадался взять с собой какую-нибудь сумку. — Как там кошка поживает?

— Пока сложно судить, — отозвалась Далила. — Напугана и агрессивна. Никого к себе не подпускает. Через несколько дней ясно станет.

— Всем здрасте! — пришел сияющий Ник.

Даже синяя форма Академии на нем смотрелась какой-то лоснящейся и не соответствующей обстановке. Александр Борисович смерил его недовольным взглядом и отвернулся.

— Как поживаете? Ой, что это у тебя такое? А где моё место? Что без меня делали? Уже что-нибудь говорили?

Ник при желании мог заполнять собой очень много пространства. Значительная часть присутствовавших недовольно поморщилась.

— Как дела? Зачем тебе веревка?

— Нормально, — буркнул Джозеф, жалея, что не успел убрать моток под стол.

— А мне через неделю сделают "остров", — похвалился Ник, присаживаясь на свободное место возле Далилы. — Я же тогда заявление написал. Интересно, что это будет?.. Как думаете?

— Здесь занято, — процедила девушка, злясь на не вовремя отошедшую поболтать подругу.

Тут же почувствовала, как что-то острое больно ввернулось ей в плечо.

— Добрый день, — ласково улыбалась Ната, пряча руки за спину.

— Добрый день, — отозвался Джозеф, с опаской поглядывая на слегка зардевшуюся, милую скромную девушку.

Его подчиненная сердито скрипела зубами и потирала нывшую лопатку, косясь на изображавшую невинность коллегу.

— Я заняла вам место на другом конце стола, — сказала та Нику. — Может быть, конечно, вы не хотите сидеть рядом со мной...

— Нет-нет-нет! Ну что ты такое говоришь?! — мужчина поднялся со стула и потрепал ее по голове. — Я просто...

— Тогда идемте! — Ната схватила его за руку и решительно потащила прочь от Далилы, бросая той на прощание свирепый взгляд.

— Вы с ней что, враги? — поинтересовался Джозеф, отстраненно наблюдая за тем, как работники подразделения социальной помощи усаживаются в другом месте.

— Да нет, — отозвалась Далила, наконец, убирая ладонь с травмированного плеча. — У нас с ней хорошие отношения. Просто она бесится, что я отношусь к нему без должного почтения. Любовь зла.

Еще минут пять ждали подхода всех остальных. Джозеф все надеялся, что в подразделение попал кто-нибудь из его знакомых. Отчасти ему повезло — пару людей он совершенно точно видел в столовой, но, к сожалению, даже не знал их имен.

— Всем известно, зачем мы сегодня собрались? — мрачно поинтересовался Александр Борисович, когда все места за столом оказались заняты, а секретарь доложила, что больше никто подойти не должен. — Планировалось познакомить тех, кто друг друга пока не видел. Так вот. Планы меняются.

Шеф вздохнул.

— В связи с определенными обстоятельствами было принято решение о приостановлении инсталляции новых "островов".

Раздался недоуменный гул голосов. Джозеф вопросительно посмотрел на сидевших рядом подчиненных. Они не выглядели удивленными.

Оперативник подумал, что, скорее всего, знал, о каких обстоятельствах шла речь.

Почувствовав на себе взгляд начальника, Далила обернулась и согласно кивнула.

— А как же мой?! — Ник был очень огорчен. — Даже мой, да? А, может быть, вы...

— Что произошло? — громко поинтересовался кто-то из непредставленных Джозефу новых коллег.

— Стоит вопрос о деинсталляции уже внедренных в сознания зон рекреаций, — все тем же тоном продолжал Александр Борисович. — До этого пока дело не дошло, но, кто знает, что будет дальше...

Подразделение слушало молча.

— Поэтому, — в голосе шефа прибавилось решительности и твердости, — с завтрашнего дня начнется полноценная работа. Хотелось бы сегодня, но вы все не готовы. Да и мы сами, честно говоря, тоже не готовы.

Александр Борисович снова вздохнул.

— Завтра вы не идете в свои отделы. Остаетесь дома. Вашему руководству уже направлены извещения. В девять утра все должны быть здесь.

— Да в чем дело-то?! — разозлился так и не получивший ответа на свой вопрос коллега.

Его поддержал согласный гул голосов.

— Подождите, сейчас до этого дойду, — Александр Борисович нахмурился, соображая, что еще должен сообщить. — Короче. Вчера в ходе тренировочного перехода между "островами" наши работники столкнулись с непонятным нам феноменом. Академии он представляется крайне опасным и ставящим под угрозу дальнейшую судьбу зон рекреации и, соответственно, всех нас. Узнал я о произошедшем буквально за час до встречи, поэтому сейчас растерян и слабо себе представляю, что и как мы должны делать. Надеюсь, что к завтрашнему утру в ситуации удастся если не разобраться, то, по крайней мере, хоть как-нибудь сориентироваться.

Шеф всё продолжал тяжко вздыхать.

— Не вижу смысла вводить вас в курс дела сейчас, потому что сам ничего не понимаю. Просто не знаю, как это объяснить... До завтра подождите, пожалуйста. За ночь я постараюсь собраться с мыслями.

— Ты рассказала Виктору? — уголком рта шепнул Джозеф Дейдаре.

— Нет, — отозвалась Далила. — Это я рассказала Александру Борисовичу.

— А, — оперативник косо глянул на подчиненную.

Да, было бы глупо поверить, что та действительно хотела утаить важную информацию, поддавшись эмоциям. Она бы была не она, если б в результате не представила подробный отчет о происшедшем.

— Ладно, можете идти, — начальство махнуло рукой и завозилось на стуле.

Ему явно в этот момент было не до этого собрания.

Работники подразделения стали нерешительно подниматься со своих мест и, оглядываясь на мониторы, двинулись к выходу.

— А, — вспомнил о чем-то шеф. — Вы трое останьтесь. Да, я про вас говорю. Остальные свободны.

К кому он обращался, разобрались практически сразу.

— В общем, — сказал Александр Борисович, когда все лишние разошлись. — Завтра на встречу вам приходить не надо. Вместо этого к тому же времени подъезжайте к нашей больнице. Анализы, компьютерная томография мозга и всё остальное. По полной программе.

Поисковики молча ждали, что он еще им скажет.

— Всё. Тоже можете идти.

Шеф был неразговорчив. Мониторы погасли.

— Ты ему что именно рассказала-то? — поинтересовался у подчиненной Джозеф.

— Всё, — ответила та, вставая со стула. — Про проклятье тоже. В деталях.

— Что-то всё больше и больше людей об этом узнает, — мрачно пробурчал мужчина, подбирая с пола веревку.

— Вы знаете, где находится больница Академии? — поинтересовалась Дейдара.

— Нет. Откуда бы?

— Сейчас объясню.

Девушка объяснила.

— Ясно, — Джозеф примерно понял, как туда можно было добраться. — Спокойной ночи.

Вышел за дверь и ступил на порог второй.

— Веревка, — провозгласил он, помахав мотком в воздухе.

— Чудно, — отозвался торговец со своего места.

На столе были разложены детали разобранной лампы. Обладатель, подойдя ближе, обнаружил, что пара элементов, которые, он совершенно точно помнил, погнулись, были целыми. Старик бережно собирал светильник маленькой отверткой. С закрепленного на его голове обруча на уровень глаз свисала большая лупа.

— Ну что? — поинтересовался Гектор, не глядя на пришедшего.

— Они остановили внедрение новых "остров", — Джозеф сразу перешел к главному.

Лавочник бережно отложил свой инструмент в сторону и только после этого поднял на посетителя взгляд. Из-за увеличительного стекла один из его глаз казался уродливо огромным.

— Обсуждается перспектива деинсталляции уже существующих, — добил владельца магазина Джозеф.

Тот промолчал. Снова занялся своей лампой. Квирчик спрыгнул с жердочки и допорхал до пальмы. Промахнулся мимо ветки, куда хотел приземлиться, и чуть не свалился на пол, лишь в последний момент сумев зацепиться за какой-то лист.

— Когда? — спросил торговец, не обращая внимания на висевшего вниз головой и бешено бившего крыльями питомца, без особого успеха пытавшегося удержаться на дереве.

— До этого пока что дело не доходит. Просто данная фраза прозвучала сегодня на собрании.

— Из-за чего? — старик бережно привинтил на место еще одну детальку.

— Я вам уже рассказывал.

— В Академии об этом тоже узнали?

— Да.

Гектор вздохнул, как бы давая понять, что не одобряет этого, но ничего не может поделать, поскольку "островное" подразделение о подобных вещах знать всё же обязано.

— Вы сообразили, что это могло быть? — поинтересовался Джозеф.

— Я бы хотел взглянуть на кошку, — отозвался лавочник.

— Не представляю, как это можно организовать.

— Тогда я не знаю, — старик повертел в пальцах еще какую-то железку, раздумывая, каким концом и куда ее прикреплять. — Надеялся, что по состоянию животного можно будет судить о том, что произошло с ребенком. Строить версии и предположения.

Обладатель ничего не ответил. Всё-таки стоило попробовать обсудить этот вопрос с Далилой. Если подумать, особой проблемы здесь не было. Главное — найти правильные слова.

— С завтрашнего утра начнется активность нашего подразделения, — вместо этого сказал он. — Не удивлюсь, если кого-нибудь пошлют в зону рекреации Джастина. Допускаю, что тот "остров" с подиумом тоже смогут вычислить по описанию.

— Я понимаю. Предупрежу.

— И мальчика.

— Могли и не говорить.

Джозеф постоял, подумал.

— Как там ваше нейтральное пространство? — спросил он.

— Потихонечку, — ответил торговец, прилаживая на место кристалл.

Поняв, что разговора в этот раз не получится, оперативник ушел.

Лара вопреки обыкновению уже была дома. Сидела за компьютером брата, не обращая внимания на то, что тот уже проснулся и смотрел на нее с неодобрением, и что-то сосредоточенно читала. Холодное рассеянное сияние экрана освещало лицо девушки, придавая ему несколько пугающие черты.

Джозеф шумно заворочался, покашлял, демонстративно сел на кровати. Лара на это никак не отреагировала.

— А ты сегодня рано, — сказал он.

Журнал был сунут под диванную подушку, пока его владелицы не было дома.

— Угу, — отозвалась сестра, не сводя пытливого взгляда с монитора.

Видимо, та его либо уже нашла, либо даже не заметила, что тот временно исчезал.

Подождав еще несколько секунд и убедившись, что ничего более путного от нее в этот раз дождаться не получится, Джозеф лег спать.

Медосмотр занял значительную часть следующего дня. У поисковиков брали кровь, мерили температуру и давление. Смотрели мозг и проверяли рефлексы. Беседовали психологи, показывали разные картинки и просили описать увиденное.

— ... Пятое: восемь канатоходцев в процессе падения во время группового номера. Шестое: землетрясение на тропическом острове. Седьмое толкование...

Джозеф с Далилой с интересом наблюдали за реакцией бедной женщины, на свою беду давшей Дейдаре тесты Роршаха.

— А это нормально? — оперативник тихо шепнул подчиненной.

— Для нее — вполне, — отозвалась та.

— Ладно, с этим пятном мы, пожалуй, разобрались, — провозгласила Дейдара, откладывая картинку в сторону. — Давайте следующее — они мне понравились.

— Я имел в виду, а не завалит ли она тест. Не боишься, что ее сочтут неадекватной и изолируют от общества?

— Нет. Вы драматизируете. Шеф не первый день ее знает, а это — ее нормальное поведение.

— Выйдите, пожалуйста! — в очередной раз взмолилась психолог. — Предполагается, что мы с пациентом должны беседовать наедине!

— Нет, пусть остаются! Они мне не мешают.

Двое все же покинули кабинет, поддавшись на жалобные взгляды врача.

В коридоре стоял кофейный аппарат.

— Фу, — поморщилась Далила, отхлебывая бурую массу из пластикового стаканчика.

— А ты на что надеялась? — Джозеф был менее привередлив и пил практически с удовольствием.

— Да, в общем-то, ни на что, — отозвалась девушка, думая, куда бы вылить невкусный напиток. — Деньги потраченные жалко.

— Интересно, здесь столовая есть?.. — оперативник как всегда не позавтракал, а подчиненная по какой-то причине не принесла свой вакуумный контейнер с едой.

Привыкнув с ее подачи к утренним приемам пищи, Джозеф теперь изнывал от голода.

— Вы опять не поели? — голос Далилы посуровел.

Сверлящий взгляд врезался руководителю стажировки в висок.

— Как маленький, в самом деле! — кипятилась собеседница, после недолгих сомнений выплескивая свой кофе в стоявшую рядом кадку цветов.

Пустой стаканчик полетел в мусорное ведро.

— Как вы вообще умудрились дожить до своих лет?! Стойте здесь, скоро приду.

Далила решительно зашагала куда-то по коридору. Джозеф проводил ее взглядом. Поймал себя на мысли, что стал считать подобное с собой обращение чем-то естественным и само собой разумеющимся. Подумал над этим.

От нечего делать принялся изучать висевшие на стенах медицинские плакаты. Узнал подробности пагубного влияния на организм алкоголизма и табакокурения. Почитал про беременность, кишечных паразитов и СПИД.

Подчиненная вернулась. Принесла еды.

— Выбор был небольшой, — оправдывалась она, выкладывая продукты из пакета на подоконник. — Но сделаю, что смогу.

Джозеф поглядел на огурцы, помидоры, пакетик сметаны, овсяные хлопья, одноразовые тарелки...

— А пирожков каких-нибудь не было? — осторожно поинтересовался он.

Далила достала из сумки свой многофункциональный нож. Со щелчком выскочило лезвие.

— Забудьте о пирожках!

Джозеф решил не спорить. Процесс приготовления салата занял определенное время.

— Интересно, долго еще? — оперативник посмотрел в сторону двери кабинета, где одна из его подчиненных всё еще продолжала издеваться над психологом.

— Возможно, — Далила на пластиковой тарелке кружочками нарезала предварительно помытый в туалете огурец.

Джозеф лениво глядел в больничное окно. Во дворе на скамеечке сидели люди в пижамах и тапочках. Кто-то медленно прогуливался вокруг клумбы, двое играли в шашки.

По бордюру кралась бездомная кошка.

— Я всё забываю спросить, — Джозеф отвернулся от этого скучного зрелища и снова сосредоточился на спутнице. — Что значит "остров" первого поколения?

— А, — Далила щедро плюхнула на овощи сметаны. — Видите ли, научная мысль не стоит на месте. За последние два года зоны рекреации претерпели существенные изменения. Они стали сложнее, эффектней. Начиная со второго поколения, применяется иллюзия большого пространства.

— А сколько поколений всего?

— Пока три. Ешьте.

Джозеф со скепсисом посмотрел на салат.

— К примеру, — Далила задумчиво взвесила в ладони пачку овсяных хлопьев и убрала ее обратно в пакет. — Дейдара как-то придумала "остров". Заброшенный космический корабль, плывущий по просторам Вселенной. Сквозь иллюминаторы видны звезды, планеты и астероиды. Иногда попадаются детали каких-нибудь ракет, топливные баки или что-нибудь еще. По мере продвижения корабля вперед, вид, разумеется, изменяется. Создается полная иллюзия путешествия сквозь космос. Как вы понимаете, на самом деле никто никуда не перемещается, а всё это — не более чем сменяющееся в иллюминаторах изображение. Выйти за пределы звездолета невозможно — "остров" ограничивается его обшивкой.

— Это второе поколение? — уточнил Джозеф.

Заметив, что тот всё еще не начал есть, Далила спохватилась и достала из пакета одноразовую вилку.

— Да. Там вообще интересная идея была у нее. В какой-то момент Обладатель начинает находить свидетельства существования некой внеземной цивилизации: непонятные сооружения и монументы на пролетающих мимо камнях, странные шумы и сигналы в эфире. Еще он может найти бортовой журнал и прочитать там кучу подсказок. На самом корабле они тоже спрятаны. И вот так шаг за шагом ему удастся разгадать, что это была за цивилизация, как она погибла, и когда это произошло.

— А если он не захочет этим заниматься?

— Видите ли, если б мы не были уверены, что он захочет, тогда не стали бы инсталлировать ему именно этот "остров".

— Ну да. И что? Разгадал?

— Не думаю. Она тогда постаралась. Куча посторонней информации: легенды, пророчества, ничего не значащие сведенья, всякие таблицы. Пока он всё это расшифрует, пока сопоставит... Помощников у него нет, только бортовой компьютер с зачатками искусственного интеллекта.

— И сколько у нее ушло времени на то, чтоб всё это придумать? — Джозеф меланхолично доедал салат.

— Четыре часа, — послышался за его спиной девичий голос. — Не считая перерыва на обед.

— Отстала от бедной женщины? — Джозеф обернулся к подошедшей подчиненной. — И какой она тебе диагноз поставила?

— Я не спросила, — Дейдара голодным взглядом прошлась по подоконнику. — А мне поесть ничего не оставили?!

— Он, — Далила обвиняюще указала на руководителя стажировки, — снова не позавтракал!

— Какой кошмар! — притворно ужаснулась Дейдара. — Так для меня что-нибудь купили или нет?

— В столовой мне сказали, что у них всё будет готово через полчаса. Тогда все вместе и пообедаем. Подожди немного.

— Значит, не купили. И почему я не сомневалась?..

Впереди было еще минимум три кабинета.

— Так всё-таки что тебя подвигло ко мне присоединиться? — крикнула с противоположной стороны корта Камилла. — Честно говоря, я была ужасно удивлена, получив твое сообщение.

— Так ты ж сама предлагала, — Джозеф подбросил мячик в воздух и, сосредоточившись, врезал по нему ракеткой.

В этот раз тот хотя бы перелетел через сетку.

— Да, но не сомневалась, что ты откажешься, — юристка, не напрягаясь, его отбила.

— Ну, тогда извини, что навязался, — Джозеф добежать до места падения мяча не успел.

Желтый с белыми полосками мохнатый шарик ускакал в сторону, разминувшись с ракеткой буквально в полуметре.

— Нет-нет. Ничего такого, — Камилла ждала, пока компаньон за ним сходит. — Я не имела это в виду. Просто недоумеваю, что могло заставить тебя изменить свое первоначальное решение?

— Подумал, что было бы неплохо заняться спортом, — буркнул оперативник, подбирая мячик.

— Что? Не слышно!

— Я говорю: решил, что было бы неплохо заняться спортом! — крикнул Джозеф. — Сидячий образ жизни и всё такое!

Если честно, о своем решении поисковик пожалел практически сразу же после того, как надел кроссовки и взял в руки ракетку. Оказалось, что теннис не являлся его призванием вообще никаким боком. Довод, что прежде он никогда этим не занимался, а у Камиллы уже был какой-то опыт игры, утешал всё меньше и меньше. Девушка не уставала с энтузиазмом его подбадривать и убеждать, что у него все отлично получалось. Джозеф, злясь на ни в чем не повинную партнершу, подумал, что было бы неплохо подкинуть ей какую-нибудь книжку об искренности и умении деликатно молчать в подобных ситуациях.

— Вот видишь! — воскликнула юристка, когда посланный Джозефом мяч в очередной раз попал в сетку. — Тебе совсем чуть-чуть не хватило! В следующий раз, я уверена, всё получится! Уже гораздо лучше! Прогресс на лицо!

— Да неужели?!

— Ты что-то сказал? Прости, я не расслышала!

— Тебе показалось.

Камилла недоверчиво нахмурилась. Игра продолжалась.

— И? Как дела с проверкой? — молчать она, видимо, долго не могла.

— Какая проверка? — поинтересовался поисковик, полный решимости непременно отбить следующую подачу.

— Ну как же?! С сегодняшнего дня в вашем подразделении началась масштабная ревизия. Вам на оперативке объявить должны были. Ты на работу что, не ходишь?

— Что еще за ревизия? — о теннисе Джозеф даже как-то забыл.

— Толком не знаю. У тебя как раз выяснить хотела.

Оперативник помрачнел еще больше. Вряд ли эта проверка предвещала хоть что-то хорошее.

Камилла болтала с толпой народа. Джозеф сидел в одиночестве на соседней скамейке и хмуро пил минералку из пластиковой бутылки. Он не уставал удивляться количеству знакомых этой женщины — с ней здоровались абсолютно все в этом спортивном центре. Оперативник, видевший всех этих людей впервые и не отличавшийся кипящей энергией и агрессивным дружелюбием юристки, всеми игнорировался, что его впрочем, не сильно огорчало. Он уже утвердился в мысли, что данный вид спорта не для него, поэтому не видел смысла заводить обреченные на одноразовость знакомства.

Ему было скучно. Снова скользнув взглядом по толпившимся вокруг Камиллы раскрасневшимся и потным людям в шортах, кроссовках и футболках, мысленно попрощался с этим чуждым ему социумом, нехотя встал со скамьи и пошел в раздевалку. Он почти не сомневался, что на утро у него будет болеть всё тело.

Лара была дома. Эдуард, по ее словам, уехал на пару дней в командировку.

— Кушать хочешь? — поинтересовалась сестра.

— Говори сразу, что от меня надо, — Джозеф с детства привык, что за заботой родственницы всегда скрывалось какое-нибудь эгоистичное желание.

Шмякнул черную спортивную сумку на пол.

— Не ломай мне сценарий! Сейчас ты послушно пойдешь есть, потом скажешь: "Спасибо тебе огромное, дорогая сестренка!", — а я отвечу: "Ну что ты, о чем разговор?" А ты мне тогда: "Могу ли я что-нибудь тоже для тебя сделать?" А я: "Нет-нет, мне совсем ничего не нужно!" А ты: "Ой, да ладно! Я ж не смогу заснуть, если не отблагодарю тебя..."

— Короче, — Джозеф лениво стянул кроссовки и, подхватив сумку, прошел из прихожей в коридор.

— Посмотришь со мной пару роликов на Ютубе? — Лара семенила рядом, умоляюще заглядывая брату в лицо.

— Зачем?

— Ну, я хочу их тебе показать. Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

— Ладно. Корми тогда.

Джозеф зашел в ванную, выгреб потные спортивные вещи из сумки, затолкал их в корзину для грязного белья и помыл руки.

— Ты идешь? — донесся до него сквозь шум воды вопль Лары.

Отвечать не стал. Закрыл кран. Пошел переодеваться.

Добрался таки до кухни. Лара нетерпеливо болтала ногой, сидя на столе и грызла пряник.

— Я же просил так не делать, — напомнил Джозеф, плюхаясь на табурет. — Для чего стулья существуют?

Сестра глянула на него, как на старого зануду, и нехотя сползла с дубовой столешницы.

На тарелке лежало что-то очень калорийное и явно мясосодержательное.

— Рагу, — пояснила родственница. — Сама готовила. Борщ Эдуарда прокис, и я его вылила.

— Какая жалость, — суп был вкусным.

Творение сестры тоже оказалось более чем просто съедобным. Готовить она всё же умела, хоть и не любила.

— Ну, ты всё? — поинтересовалась Лара через пару минут.

Джозеф, оторвавшись от ужина, поднял на нее многозначительный взгляд.

— Сама не видишь? — подцепил вилкой кружочек тушеной моркови.

— Сколько можно жрать?! Ладно-ладно... Кушай на здоровье. Я тебя совсем не тороплю.

Лара подошла к окну. Во дворе выла сигнализация кем-то потревоженной машины. Замолкла.

Родственница немного подвинула горшок с единственной на кухне полудохлой, давно не поливаемой фиалкой. Развернула его так, чтоб на виду оказались наименее болезненные листья. Провела по подоконнику пальцем, проверяя слой пыли. Нетерпеливо оглянулась на ужинавшего брата.

— Чай, пожалуйста! — провозгласил Джозеф, отстраняя от себя пустую тарелку.

— А не жирно ли будет?! — огрызнулась Лара, всё же сердито отходя от окна к раковине в поисках кружки.

— Куда ты так торопишься? Сказал же, что посмотрю, значит, посмотрю, — устало вздохнул Джозеф.

После тренировки хотелось спать.

— Давай, я тебе налью, а пить ты там будешь? — предложила Лара, заваривая чайный пакетик кипятком. — Просто я эти ролики еще днем загрузила. Всё ждала, когда ты придешь.

Оперативник сдался.

— Это то, что я думаю? — поинтересовался он, садясь перед компьютером.

Окошко плеера показывало красный диван и застывшего на нем в причудливой позе человека.

— А что ты думаешь? — Лара кликнула мышкой по кнопке на экране.

Замерший кадр зашевелился.

— А теперь поприветствуем нашего нового гостя! — энергично поведал человек, как оказалось, ведущий какого-то ток-шоу.

Раздалась бодрая и громкая, напоминавшая фанфары, музыка.

— Именно это я и думал, — отозвался Джозеф, глядя, как из-за кулис на сцену выходит улыбающийся и машущий рукой Роберт.

— Итак! Здравствуйте! Добро пожаловать на нашу программу!

— Добрый вечер, — гид устроился на диване.

— Для тех, кто не в курсе, перед вами человек, исполняющий главную мужскую роль в одном из самых ожидаемых фильмов года, Роберт Фергюссон!

— Псевдоним, — Джозеф совершенно точно помнил, что фамилия у проводника была другой.

— Почему ты так решил? — недоуменно обернулась уже успевшая десять раз посмотреть этот ролик и не боявшаяся упустить что-нибудь важное Лара.

— Интуиция, — рассказывать о личном знакомстве с новым объектом воздыханий сестры Джозеф был не намерен.

— Еще буквально вчера о вас никто не слышал, — продолжал ведущий. — А сегодня вы уже снимаетесь в "Назови меня своей". Как вам это удалось?

"Да, действительно", — подумал Джозеф.

— О. Видите ли, совсем недавно обстоятельства сложились так, что я попал в больницу. В это же время туда доставили группу туристов...

— Вы же, кажется, работали гидом в национальном парке...

Зрители зачем-то принялись аплодировать.

— Это был не совсем национальный парк, но в целом вы правы.

— И вы попали в больницу. Наверное, это была очень опасная работа. Вас атаковало какое-нибудь дикое животное?

— Нет-нет, — Роберт рассмеялся. — На самом деле, животные очень милы. Возьмем хотя бы тех же горилл. Вот вы знаете, что когда стадо идет на водопой...

— Простите, что прерываю, но вы так и не рассказали о том, что было в больнице, — судя по всему, по наушнику ведущего предупредили, что разговор об обезьянах лучше прекратить.

— А, — бывший проводник, сбившись с мысли, немного растерялся и нахмурился.

— Туристы, — напомнил ему сосед по дивану.

— Да. Они тогда потерялись со своим автобусом, потом их нашли и привезли на обследование. Так вот, среди них оказался помощник режиссера. Он меня заметил и поинтересовался, не хотел бы я попробовать пройти пробы на роль. Я подумал: "Почему бы и нет?"

— Но вам известно, что вашего персонажа изначально должен был играть другой актер? — последние два слова были сказаны с такой многозначительной интонацией, словно речь шла о ком-то столь великом и известном, что его имя можно было не называть.

— Да, мне рассказывали, — просто ответил гость программы, снова ослепительно улыбаясь.

— Но режиссер всё же выбрал вас, — с нажимом проговорил ведущий. — Человека совершенно без опыта и актерского образования. Это было очень неожиданно.

— Да.

— Расскажите, пожалуйста, о своем персонаже.

— Ну-у-у... Он...

— О каком фильме идет речь? — поинтересовался у сестры Джозеф, отворачиваясь от экрана.

— Ты что?! — кажется, та была в шоке. — "Назови меня своей"! О нем все журналы пишут! Ты не мог о нем не слышать!

— Видимо, мы читаем с тобой разные журналы.

— А телевизор ты что, тоже не смотришь?! Экранизация культовой книги, получившей в свое время какую-то там литературную премию, звездный состав актеров, умопомрачительный бюджет, всемирно известный режиссер!

"И он еще каким-то боком сюда затесался..." — Джозеф посмотрел на улыбавшегося с экрана Роберта с уважением.

— А я тебе сразу сказала, что у него блестящее будущее!

— ... И вот, столкнувшись с этой дилеммой, он уходит от людей и селится в глуши, — продолжал рассказывать о своем персонаже бывший проводник. — Начинает жить в уединении, строит себе маленькую хижину, приручает животных...

— Я вижу, вам глубоко симпатичен ваш герой, — заключил ведущий, которому нужно было сворачивать этот разговор, потому что за кулисами уже ждал следующий гость программы.

— О, да! — оживленно воскликнул гид. — Он мне очень близок, ведь...

— Что ж, спасибо еще раз, что пришли к нам сегодня! — громко возвестил его собеседник, вставая с дивана. — Пожелаем Роберту удачи!

Зрители что-то ободряюще покричали и посвистели, не забывая хлопать так, словно делали это последний раз в жизни.

— Я хочу передать привет, — гость понял, что его эфирное время подходит к концу, и тоже поднялся.

— Да-да, конечно! — ведущий был не очень доволен, но мастерски это скрывал.

— Я хочу передать привет трем замечательным людям, — от улыбки говорившего начинали слезиться глаза. — Встреча с ними круто изменила мою судьбу. Я надеюсь, хоть кто-нибудь из них меня сейчас видит. Так вот, пусть он передаст остальным, что я бы ужасно хотел когда-нибудь с ними снова увидеться и вспомнить то время, что мы провели вместе. Ребята, я очень этого жду. Надеюсь, вы тоже. Нам есть о чем поговорить.

Ролик закончился.

— Это угроза? — Джозеф был совершенно уверен, что речь шла о нем и его подчиненных.

Оперативник смотрел на замершее на экране доброе и открытое лицо. Вот уж что-что, а снова встречаться с этим человеком он был не намерен. А что, если тот специально решил стать богатым и знаменитым, чтоб получить больше возможностей отомстить им троим? Всё-таки стоило тогда перед ним хотя бы извиниться и навестить в больнице с букетиком цветов. А то, действительно, некрасиво получилось.

— Сейчас еще один! — Лара запустила следующее видео.

Джозеф отвлекся от своих параноидальных мыслей и приготовился смотреть.

Сначала показали суровое море, фьорды и плывущий по штормовым волнам драккар. Темно, промозгло, дует ветер. На носу корабля стоит одинокий викинг, в котором без труда узнается Роберт. Голос за кадром вещает что-то о тяготах и ситуациях, исход которых может решить любая мелочь. Человек с длинными белокурыми лохмами, частично заплетенными в косички, в рогатом шлеме и каких-то этнических одеяниях напряженно вглядывается в горизонт. Вдруг из воды появляется нечто, сильно смахивающее на Годзиллу. Ревет и явно настроено к викингу враждебно. Тот сначала опасно хмурит брови и тянется к мечу, но на полпути рука его замирает. Воин что-то обдумывает и, судя по всему, на него нисходит озарение. Победно хмыкнув, он вдруг решительно улыбается морскому чудищу. Яркий свет от зубов, вспыхнув над волнами, сначала слепит бедную рептилию, та хрипит, извивается и пытается от него укрыться. Агония длится буквально пару секунд, после чего зверушка зрелищно дохнет и идет ко дну.

"Зубная паста Perladent!" — говорит всё тот же голос. На экране возникает пухлый и красивый тюбик с названием. На заднем фоне всё тот же драккар плывет уже к какому-то тропическому острову по спокойному ясному морю. В одной руке викинг держит половинку скорлупы кокоса с торчащей из нее соломинкой для питья и надетой на край долькой ананаса. Второй — небрежно прижимает к себе какую-то томную, слегка одетую барышню с цветами в волосах и на шее. "Там, где бессильно оружие!"

— Ну вот, собственно, и всё. Что скажешь?

— А что я должен сказать?

— Как он тебе? — Лара, кажется, начинала раздражаться из-за непонятливости брата.

— Главное, чтоб тебе нравился, — привычно ответил Джозеф, вставая со стула. — Компьютер выключи, если он тебе больше не нужен.

— Скажи же, клёвый! — девушка послушно принялась кликать мышкой по экрану.

— Тебе лучше знать, — оперативник стянул с постели покрывало, намекая родственнице, что собирался ложиться спать.

— Фу, с тобой не интересно! — Лара сидела на стуле и явно ждала, что брат на это что-нибудь скажет.

Не дождалась. Всё, что его интересовало, Джозеф уже узнал, так что поддерживать разговор дальше не видел смысла.

— Спокойной ночи, — сдалась девушка с тяжким вздохом.

Ушла.

Джозеф немного постоял, подумал. Пошел в душ.

Он, конечно, помылся еще в спортивном центре сразу после тренировки, однако всегда придерживался точки зрения, что водные процедуры — не только способ очистить тело, но и отличная возможность спокойно поразмыслить над всякими вещами.

Голова пухла от дум, каждая из которых кричала, что ей надо заняться в первую очередь. Помокнув где-то с четверть часа под струями воды и убедившись, что установлению душевной гармонии это не помогало, Джозеф нехотя закрыл кран и отправился спать.

12.

Шеф, кажется, успокаивался. Он перестал кричать и лицо его больше не было таким шокирующе-красным. Теперь начальство лишь сердито сопело и, демонстративно не глядя на подчиненного, крутило в точилке карандаш. Стол перед ним уже был загажен древесной стружкой и грифельной крошкой. Джозеф мудро решил лишний раз не привлекать к себе внимание, а стоял и ждал, когда беседа станет более конструктивной.

— Я тебе что говорил?!

— Не в ущерб основным обязанностям, — отозвался оперативник.

— А ты?

— Дэвид прислал очередной факс...

— Не надо уходить от темы! — глаза шефа снова стали опасно наливаться кровью.

Джозеф поспешно спрятал принесенный документ за спину и принял виноватый вид.

Никаких указаний из "островного" подразделения он не получил и с чистой совестью вышел на основную работу. Оказалось, сделал это совершенно напрасно: во-первых, попал под горячую руку начальства, ужасно не довольного прогулом предыдущего дня, а во-вторых, обнаружил, что стажерок на месте не было. Они как раз находились в Академии и недоумевали, где пропадал их руководитель, который, как выяснилось, тоже должен был туда подъехать. Джозеф так и не понял, почему они так думали — лично он был совершенно уверен, что не говорил и не делал ничего такого, что можно было бы принять даже за самый тонкий намек на охоту поступить подобным образом. Далила в ответ на это утверждение холодно заявила, что его желания никого не волнуют, что любой идиот бы догадался, что раз подразделение начало работать, значит приходить туда надо ежедневно, а не по специальному приглашению. Девушка в раздражении бросила трубку.

Таким образом, с утра на поисковика гневались повсюду.

— Еще раз не явишься на работу — можешь считать себя уволенным! — припечатало начальство, всё-таки протягивая руку за факсом. — Совсем распустился. Ни стыда, ни совести. У нас тут черте что творится, все в мыле носятся, а он прохлаждается где-то! Прихожу вчера, а кабинет заперт, и никого нет. Дожили! Пригрел змею на своей груди!

Насупилось и отвлеклось на содержание врученного документа.

— М-м-м... — Джозеф чувствовал, что напрасно поднимает вопрос, но смолчать не мог. — А что, собственно, происходит? Я слышал, что должна быть какая-то проверка...

Шеф поднял от текста взгляд и оперативник замолк.

— Радует, что тебя это хотя бы беспокоит, — проворчал глава отдела, встряхивая листком и снова углубляясь в чтение.

Подчиненный ждал.

— Надеюсь, ты, по крайней мере, в курсе, что нам хотят урезать финансирование? — поинтересовалось начальство через некоторое время. — Так вот, для этого им нужно узнать, кто самый бесполезный, а кого лучше не трогать.

— А.

— Что "А"? Что "А"?! Ты представляешь, что бы было, если б вчера пришли к нам, а не в архив?! Я даже хотел Джастина из больницы вызвать, чтоб хоть один человек от отдела был на месте! Думал, поседею.

Оперативник поглядел на сиявшую лысиной макушку шефа, но из вежливости воздержался от комментариев.

— Как он там, кстати? — Джозеф сообразил, что, закрутившись, забыл проведать коллегу.

— По крайней мере, новых травм в последнее время не получал. Тьфу-тьфу-тьфу, — начальство постучало по столу.

— Ясно, — сказал Джозеф, чтоб хоть что-то ответить. — А кто проверку проводит? Наши или кто-то независимый и посторонний?

— Смешанная комиссия, — глава отдела окончательно успокоился. — С нашей стороны Джульетта. С ней ходят три каких-то неизвестных мне мужика, так и не понял, откуда они. Она нам, похоже, симпатизирует. Так что ты сейчас пойдешь, купишь большой красивый букет и отправишься признаваться ей в любви, если хочешь и дальше тут работать, получая зарплату в прежнем объеме!

— Что? На глазах у тех трех мужиков? — в критических ситуациях мозг Джозефа работал очень быстро. — Чтоб те пришли к выводу, что мы беспринципны и неразборчивы в средствах? Больше вреда, чем пользы. Зачем заранее настраивать большую часть проверяющих против себя?!

Шеф нахмурился.

— В твоих словах есть зерно правды, — нехотя признал он, явно расстраиваясь.

— Когда к нам придут, не известно?

Начальство отрицательно покачало головой.

— Поэтому на этой неделе будь добр изображать из себя идеального работника. Приходить без опозданий, не спать, ерундой не заниматься. Приберись в кабинете. Короче, будь готов, что в любой момент дверь откроется... Ну и ты понял.

— А почему бы им не сказать, что все на заданиях? Правда ведь! В этом не было бы ничего удивительного — речь идет всё-таки о нашем отделе. Всем известно, что мы вечно в разъездах.

— Выговорился? — недоброжелательно поинтересовался шеф, откладывая факс в сторону.

Джозеф промолчал.

— А теперь подумай. Вот придут проверяющие. "А где, собственно, ваши работники?" — спросят они у меня. "В командировках". "Да-а? Ну покажите тогда документы, это подтверждающие. А то есть у вас тут один. Помнится, слышали мы, что провинился он, что не пошлете никуда его больше, говорили вы. Вот и предъявите приказ и прочие бумажки, раз уж утверждаете, что он в отъезде. Ведь должно же это быть где-то отмечено. По бухгалтерии проведено. Кстати, а куда это ваш труженик поехал? Покажите дело, которое ему поручено". И что мне на это отвечать, а?!

— С какой стати им обо мне спрашивать? — Джозеф не страдал раздутым самомнением. — Кто я такой вообще, чтоб так интересоваться моим местонахождением?

— Единственный работник отдела, который никогда никуда не ездит — тот случай не в счет. Так что иди и всем своим видом показывай, какое для тебя счастье здесь трудиться!

Джозеф пошел — другого выхода он пока не видел.

На столе в кабинете надрывался оставленный им мобильник.

— Да? — устало поинтересовался он, беря трубку и заранее не ожидая ничего хорошего.

— Вы сейчас уже где едете? — интересовалась Далила.

— Я сейчас в кабинете стою возле своего стола и никуда ехать не собираюсь, потому что иначе шеф мне голову открутит. Он, между прочим, бывает страшным, когда злится.

Девушка многозначительно помолчала.

— Вы понимаете, что должны быть здесь? — сухо спросила она.

— А ты понимаешь, что разорваться я не могу?! Вас там почти двадцать человек, а я тут один! И пока эта проверка не закончится, боюсь, мне тут торчать ежедневно, потому что тупо это больше некому делать!

В телефоне послышался тяжкий вздох.

— По вечерам хотя бы в "офис" заходить сможете? — голос подчиненной звучал устало.

— Да, пожалуй. Кстати, результаты нашего обследования известны?

— В какой-то степени. Не все врачи пока прислали ответ, это может занять некоторое время. Но пока что никаких отклонений не замечено ни у кого из нас.

— А что вчера в Академии было, пока мы в больнице торчали?

— Слушайте, у меня сейчас совершенно нет времени с вами говорить, — на заднем фоне слышался гул голосов. — Вечером увидимся — расскажу. До свидания.

Далила повесила трубку.

Джозеф решил прислушаться к указаниям шефа и попытался изобразить идеального работника. Поперебирал какие-то бумажки. Подшил пришедший от Дэвида факс в папку. Порылся в ящиках, в надежде, что там завалялось какое-нибудь откладываемое им "на потом" дело.

Следующий час сидел и самоотверженно сражался со своим отсутствием художественного таланта. Решил, что на этот раз у него получилось гораздо лучше, чем обычно. Вопреки обыкновению рисунки жечь не стал, а спрятал в стол.

Стоял и внимательно разглядывал висевшие на стене постеры. К Шиниромару-сама он за это время успел привыкнуть и даже перестал раздражаться, видя его изображения. Обратил внимание, что к двум плакатам добавилась еще и небольшая приколотая кнопкой открытка. В нарисованном беловолосом существе с фиолетовыми глазами Джозеф узнал Кинтаро. Счел факт, что запомнил имя персонажа, тревожным и отошел от стены от греха подальше.

Делать было нечего. Ни "в себя" уйти, ни в гости к Вилле или кому-нибудь еще. Проклятая комиссия, которая не известно, зайдет ли вообще, портила весь день самим фактом своего существования.

Без подчиненных было немного одиноко.

Проверил почту. Как всегда, никому Джозеф не был нужен, никто не писал ему прочувственных писем. Даже ведомственная рассылка.

Нажал "обновить". А потом опять. На четвертый раз решил, что занимается какой-то ерундой, и ушел со страницы.

Почитал в Интернете анекдоты, залез на какой-то форум. Не нашел там ничего интересного и в раздражении выключил компьютер. Задумался, на каких сайтах могла вечно сидеть Дейдара.

Перешел за ее стол. Некоторое время мучился борьбой этики с любопытством. Последнее достаточно скоро одержало верх, и поисковик потянулся пальцем к кнопке на системном блоке. За дверью послышались приближающиеся голоса и шаги. Джозеф поспешно бросился к своему месту и, схватив первую попавшуюся бумажку, сделал вид, что поглощен ее изучением.

Звуки стихли в другом конце коридора. Оперативник разочарованно отложил документ в сторону и тяжко вздохнул.

Нет, неделю он так не протянет — вконец деградирует и помрет со скуки.

Оставшееся время до обеда занимался тем, что придумывал устройство, которое мгновенно бы его будило при открытии двери в кабинет. От идеи разместить на дверной ручке что-нибудь шумно падающее был вынужден отказаться, как от слишком привлекавшей к себе внимание. Ничего лучше в голову всё равно не пришло.

Потом обедал в столовой и уговаривал всех попадавшихся на глаза более или менее близких ему товарищей заходить в гости, раз уж сам он кабинет покидать был не должен. В обещания некоторых так и поступить не поверил. Мрачный, вернулся к себе на последней минуте перерыва.

Снова проверил почту. К своему удивлению обнаружил краткое письмо от Далилы. Девушка решила не дожидаться вечера, а ввести начальника в курс дела как можно скорей. Сообщала, что группа, посланная на разведку на "остров" Джастина, вернулась благополучно и не столкнулась ни с какими загадками типа множества дверей или выхода в чужую зону рекреации. Опыт проводился многократно, но каждый раз исход был одинаков — ничего странного. Человекообразные овощи и муравьи никуда не делись, ворона тоже иногда вела себя неадекватно. Еще кто-то споткнулся об оставленный на месте невидимый щит и чуть не покалечился. Его тоже записали в аномалии, но девушки уже объяснили, что это такое, так что теперь, возможно, Джозефу предстояло ответить на вопрос: "Откуда у тебя подобное?" "Остров" с подиумом тоже вычислили, в настоящий момент туда отправились Шэл с Шервудом.

Оперативник поморщился — женщина казалась ему слишком умной. Лично он предпочел бы, чтоб расследованием занимались Ник с Натой.

Еще почти уверовал, что они с подчиненными тогда блуждали из-за того, что в составе группы был он. Захотелось срочно поговорить с торговцем: вдруг тот уже додумался до чего-то толкового.

Больше ничего особо полезного Далила не сообщала. "Остров" с мальчишкой пока не нашли — девушки не смогли сообщить ничего существенного, по чему его можно было бы выделить среди десятков ему подобных. Александра Борисовича неявка поисковика рассердила, но он отнесся с пониманием и пообещал не дергать Джозефа с основной работы до окончания проверки.

На этом письмо заканчивалось.

Джозеф пробежал его глазами еще раз. Побарабанил пальцами по столу, задумчиво поглядывая на дверь. Подошел к ней и выглянул в коридор — кажется, никто к нему не шел. По крайней мере, пока. Плотно ее закрыл и обвел кабинет оценивающим взглядом. Взял с одного из столов канцелярский набор и взвесил его в ладони. Это был черный пластиковый стаканчик для карандашей и ручек с присоединенными к нему по бокам секциями для скрепок, резинок и прочего мелкого мусора, который нужно где-то держать.

Аккуратно пристроил его на дверной ручке. Убедился, что при попытке ее повернуть, тот шумно падал на пол. Собрал с пола высыпавшиеся пишущие инструменты с прочей канцелярской мелочью и повторно установил самодельный будильник.

Вернулся на свое место. Несколько секунд прислушивался к звукам в коридоре. Потом скрестил руки на столе, положил поверх них голову и закрыл глаза.

— У меня очень мало времени! — ворвался он в магазин.

Квирчик от неожиданности чуть не выпал из своего колечка и возмущенно загалдел.

— Внимательно вас слушаю, — невозмутимо отозвался Гектор, смахивая с полок пыль.

Обладатель принялся излагать.

— Не нужно так спешить, — поморщился старик, едва поспевая за потоком бессвязных слов. — Сядьте, отдышитесь. Хотите чаю?

— Не получится, ужасно тороплюсь, — Джозеф всё же плюхнулся в кресло.

— А теперь медленней, пожалуйста, то же самое, — сказал лавочник тоном профессионального психоаналитика, устраиваясь на своем месте за прилавком.

— Они нашли "остров" с подиумом. Сейчас там находится группа из подразделения.

— Ничего страшного. Мы ведь с вами предполагали, что так и получится, — Гектор был совершенно спокоен. — Я успел предупредить девушек, связь с этой зоной рекреации мы временно прервали.

— Их будут допрашивать.

— А они будут недоуменно моргать в ответ. У них это чудесно получается. Вы себе не представляете, насколько они в этом хороши. Мальчик?

— Ищут, но пока безрезультатно.

— Хорошо, — торговец кивнул своим мыслям. — Кошка?

— Я пока на эту тему не говорил. Кстати, с "острова" Джастина вышли без проблем.

— Значит, дело действительно в вас. Я бы посоветовал вам снова туда сходить и посмотреть, что произойдет. Хотя, честно говоря, считаю, что тогда был уникальный случай и больше повторить его у вас не выйдет.

— Почему? — Джозеф беспокойно возился в кресле, поглядывая на браслет-извещенец.

— Такое чувство. Думаю, я был прав — девочка каким-то образом получила доступ ко всем "островам", в которые вы имеете выход, и ушла. А вы трое пошли по ее следам. Сейчас ее там нет, и...

— Вас вызывают!

Джозеф молча сорвался с места и бросился к двери.

Резко оторвал голову от стола и выпрямился на стуле, чуть не сваливая на пол стопку папок.

— Что это ты делаешь? — Вилле недоуменно глядел на рассыпанные канцелярские принадлежности.

— А. Это ты, — расслабился поисковик, переводя дух. — Там больше никого нет?

Медик выглянул за дверь и проверил коридор.

— Всё чисто, — доложил он. — А это так и должно лежать, или можно собрать?

— Собери, — великодушно позволил Джозеф, откидываясь на спинку стула.

— Ты так к встрече с проверяющими готовишься? — догадался гость, аккуратно складывая подобранные скрепки в одну из ячеек подставки. — Не самая лучшая идея, хочу я тебе сказать. Много внимания к себе привлекаешь.

Впрочем, комиссия в этот день так и не пришла.

Джастин сидел в постели и с сомнением глядел на подношения.

— Здорово, — выдавил он из себя, вертя в руках одну из баночек.

На этикетке был изображен пухлый улыбающийся младенец. "Яблочно-морковное пюре для детей старше года", — гласила надпись.

— Я очень рад, что тебе понравилось, — жизнерадостно отозвался Вилле, выкладывая на прикроватную тумбочку остальные покупки. — А-то Джозеф со мной спорил и не хотел брать.

— Можно узнать, чем вы руководствовались, при выборе продуктов? — больной перевел взгляд на посетителей.

— Я выступал за колбасу, — заверил его поисковик.

— А я тебе уже объяснял, что организм у него сейчас ослаблен, — нравоучительно занудствовал Вилле. — Поэтому питаться ему нужно легкой, безопасной пищей. А от твоего сервелата и здоровым людям плохо станет.

— Не настолько уж он у меня и ослаблен, — проворчал Джастин, внимательно разглядывая младенца.

— Как самочувствие-то? — поинтересовался Джозеф, скромно присаживаясь на стоявший возле постели стул.

— Тьфу-тьфу-тьфу, — отозвался покалеченный, стуча кулаком по тумбочке. — По крайней мере, не ухудшается.

— Рука заживает? Что врач говорит? Когда выпишут?

Обсудили здоровье.

— Я, наверное, деинсталлирую "остров", — сказал Джастин, вздыхая.

Джозеф насторожился.

— Чего вдруг? — Вилле выскребал остатки пюре со дна баночки.

— Сломался он, — больной равнодушно глядел, как посетитель доедает собственноручно принесенные продукты. — Как считаете, гарантийный срок на зоны рекреации есть? Хочу попробовать хотя бы часть денег вернуть.

— Не знаю, — медик задумчиво облизал ложку. — Джозеф помнить должен: он тогда серьезно к этому делу отнесся.

— А-а-а... Ну-у-у...

— В буклете про это ни слова не было, — Джастин пригладил волосы здоровой рукой. — Я его перечитывал не так давно.

— А если обратиться к разработчикам? — Вилле поставил пустую банку на тумбочку и вопросительно посмотрел на обитателя палаты.

— Стоит попробовать, — задумался тот. — Даже они не смогут отрицать, что "остров" явно неисправен.

— Я так и не понял, что у тебя с ним.

— Как я тебе объясню? Ты ведь не знаешь, что там было изначально.

Джозеф в разговоре участия не принимал, а лишь сидел и слушал.

— Ну, короче, — всё же принялся излагать покалеченный. — Во-первых, куда-то подевались островитяне. Во-вторых, такое ощущение, будто там кто-то бродил. Если б не знал, что это невозможно, то решил бы, что так оно и есть. Вытоптано всё, что вообще можно было вытоптать. Сегодня утром зашел и обомлел — словно орда варваров прошла!

— Интересно, чем это вызвано? — призадумался медик. — Ты как думаешь?

— А я-то тут при чем? — буркнул Джозеф. — Мне-то откуда знать?

— Ну и еще по мелочи, — закончил рассказ Джастин, не горя желанием посвящать посторонних в подробности неприятностей своей зоны рекреации.

— Обратись к разработчикам, — уверенно кивнул Вилле. — Не хватало еще, чтоб они такие деньжищи брали и их не отрабатывали.

— Ты дождешься выписки или прямо сейчас хочешь деинсталлировать? — поинтересовался Джозеф, прикидывая, сколько времени осталось у Академии на изучение многострадального "острова".

Больной неуверенно повел плечом.

— Я пока не знаю. Говорю же, что только начал задумываться об этом. В деталях не планировал.

— А. Ну, думай-думай.

В "офисе" народа было мало. Мониторы показывали лишь интерьер Лаборатории N 4 — видимо, у Александра Борисовича имелись более важные дела, чем бдение перед камерой.

— Добрый вечер, — Джозеф закрыл за собой дверь.

На него не обратили внимания — все присутствующие были чем-то заняты.

Поисковик пододвинул свободный стул и подсел к собравшимся. Его стажерок среди них не было.

— О, привет! — заметил пришедшего Ник — единственный, кого тот здесь знал. — Мы тебя уже ждать перестали!

— Ясно, — Джозеф посмотрел на лежавшие на столе бумаги.

Разговаривать с поприветствовавшим его человеком особого желания не было, но, поскольку остальных он видел лишь второй раз в жизни и даже не был с ними знаком, обращаться пришлось к нему.

— Объясни, пожалуйста, в двух словах, что вы делаете.

— Читаем описания "островов", — отозвался немолодой уже мужчина в очках с дорогой оправой. — Неужели так сложно догадаться?

— Тогда этот тебе. И вот этот тоже. И вот еще, — Джозефу вручили стопку документов.

— И? Что с ними делать?

— Так, введите его в курс дела, — велел Нику коллега с плохим зрением. — Только отойдите подальше, чтоб остальным не мешать. Две минуты даю.

— Кто это? — Джозефу атмосфера в новом коллективе не понравилась.

— Рихард, — шепнул работник отдела психологической поддержки жертв насилия и пострадавших от стихийных бедствий. — Подразделение исполнения наказаний и что-то там еще. Тюрьмы, короче. Кажется, я ему не нравлюсь.

Говорить приходилось чуть ли не возле двери, рискуя оказаться ушибленными, если кто-то резко ее распахнет.

— Значит так, — деловито принялся объяснять Ник. — Мы ищем мальчика. Понимаешь, о чем я? Известно мало, поэтому нам выдали описания всех "островов", где есть дети. Надо их разобрать. Потом по некоторым наши пробегутся, посмотрят, что да как.

— Остальные где?

— Там, — Ник легкомысленно махнул в сторону выхода. — Уже бегают.

— Ага, — Джозеф нахмурился.

Ему ужасно не хотелось, чтоб ребенка нашли.

— Мои девочки тоже? — спросил он.

— Ну да.

— Ясно, — Джозеф оглянулся на компанию за столом. — Кто есть кто, скажи заодно.

— Так, про Рихарда ты понял. Слева от него...

— Время вышло, — человек в очках даже не поднял головы от документов.

Они вернулись за стол.

— Работайте, — сухо велел "тюремщик".

Джозеф пролистнул пару страниц. Избушка в заснеженных горах. Камин, медвежья шкура на полу, кресло-качалка. Островитяне: кудрявый белокурый пятилетний мальчик и его сестра-близнец.

— Не то, — подумал Джозеф, откладывая описание в сторону.

Взял следующее. Древний английский замок, осень. Камин, медвежья шкура на полу, кресло-качалка...

Оперативник задумался. Сравнил с предыдущим "островом". У кого-то были либо проблемы с воображением, либо навязчивая идея.

Почитал дальше. Островитяне: черный дог, красавица-горничная и десятилетний мальчик-паж.

"Сразу видно, что это не Дейдара придумывала", — потянулся за третьим.

— Может быть, вам стоит внимательней изучать документы? — снова подал голос Рихард, холодно глядя на коллегу поверх очков.

— Я и так могу сказать, что это не то, что мы ищем, — отозвался Джозеф, открывая очередное описание.

— Простите, вам сказали, по каким критериям идет отбор? — осторожно поинтересовалась неизвестная поисковику женщина с затравленным взглядом.

— Нет, но я и без этого представляю, как оно должно выглядеть...

Джозеф перевернул страницу и пробежался взглядом по первому абзацу. Кажется, камин с медвежьей шкурой тут отсутствовал.

— Да? И на чем же зиждется ваша уверенность, что вы представляете правильно? — Джозефа в его жизни раздражали очень многие, и представитель подразделения исполнения наказаний быстро и уверенно присоединялся к их числу. — Насколько я помню, эти два дня вас здесь не было, и вы ничего не знаете. Я не прав?

Во избежание скандала, оперативник предпочел не отвечать.

— Я, кажется, велел вам ввести его в курс дела, — Нику тоже досталось.

— Ну, да. Но за то время, что ты дал невозможно рассказать всё...

— Может быть, дело в том, что вы просто не умеете разумно распоряжаться временем и некомпетентны? И еще. Я уже говорил, что не потерплю такой фамильярности в отношении себя!

— Но две минуты — это, правда, очень мало! — Ник растерялся. — Тем более что позвал ты... вы... нас даже раньше, чем они истекли...

— Ой, смотрите, — попыталась отвлечь внимание Рихарда одна из коллег. — Мне кажется, этот "остров" выглядит многообещающе! Почти все критерии совпадают...

— Так вот. Вы не ответили на мой вопрос, — проигнорировал ее тот. — Чем вызвана ваша вера в то, что вы лучше нас знаете, какая зона рекреация нам нужна?

— Тем, что он видел ее своими глазами, — послышался со стороны двери спокойный голос.

— Вы уже вернулись! — искренне обрадовалась женщина с затравленным взглядом.

— Как видите, — Далила пересекла помещение и тоже села к столу.

Пришедшие вместе с ней Ната и какой-то незнакомый Джозефу мужчина последовали ее примеру.

— Всё в порядке? — стажерка внимательно посмотрела на своего руководителя.

— Э. Ну да, — оперативник не вполне понял, о чем та спрашивала, но решил ответить утвердительно.

— Тогда ладно, — Далила перевела взгляд на Рихарда.

Джозефу подумалось, что тот ее тоже раздражал.

— Как понимать ваши слова? — человек в очках склонил голову набок, пристально глядя на новоприбывшую.

Все остальные за столом молчали и либо напряженно следили за происходившим, либо делали вид, что очень увлечены изучением документов.

— Которые?

— О глазах.

— Буквально. Возможно, вы что-то не поняли или невнимательно слушали, но "остров" видело трое. Он в том числе.

Представитель подразделения исполнения наказаний посмотрел на Джозефа.

— Что ж, — проговорил он. — Тогда я снимаю вопрос. Продолжайте работать.

— Посмотрите на это, — женщина, ранее пытавшаяся отвлечь внимание коллег на какую-то зону рекреации, снова показала ее описание. — Я считаю, стоит проверить.

— Вперед, — Рихард забрал у нее документы и кинул их на стол перед Далилой.

Та наградила его долгим спокойным взглядом.

— Сейчас идет новая группа, — напомнила она. — Наш черед отдыхать. Виктор!

— Да? — появилось на мониторе лицо ученого.

— Номер 23-ТХ5678-02, — прочитала Далила наверху первой страницы переданного ей описания.

— Ага, сейчас загружу.

— Пойдете вы, — стажерка протянула бумаги Джозефу. — Решайте, кого возьмете с собой.

— Почему сразу я?! — хотел возразить тот, но, перехватив взгляд подчиненной, передумал.

Инстинкты советовали лучше не спорить.

"Потому что ты знаешь, как выглядит ребенок", — подсказал внутренний голос.

— Что здесь? — Джозеф бегло просмотрел первую страницу.

О. "Остров" третьего поколения! Жаль только, что ему так и не объяснили, что это такое. Описание было гораздо объемней предыдущих и наводило на мысли, что начинки в этой зоне рекреации тоже имелось несравнимо больше.

— У меня всё готово, — поведал Виктор. — Кто идет?

— Я еще не успел ознакомиться! — Джозеф принялся проглядывать документы быстрее.

— Это вилла, — решила помочь женщина, предложившая этот "остров". — Древний Рим, фрески, мозаики и так далее. Много слуг, среди них есть дети.

Оперативник хотел было сказать, что будь тот мальчик одет по-древнеримски, он бы непременно это заметил. Потом вспомнил, что заинтересован в том, чтоб ребенка никогда не нашли, и решил не выпендриваться, а тянуть время всеми доступными способами.

Встал из-за стола.

— Сколько человек с собой брать?

— Мы в основном по двое ходим, — ответил кто-то.

Джозеф оглядел присутствующих. Ник сидел грустный.

— Пошли.

После краткого общения с "тюремщиком" у оперативника выработалось определенное чувство солидарности с работником подразделения социальной помощи.

— Он всегда такой? — Джозеф скептически посмотрел на свои голые лодыжки в сандалиях.

Пришедшие на "остров" оказались наряженными под среднестатистических, не особо зажиточных римских граждан.

— Он меня ненавидит, — пожал плечами спутник.

Обычно зализанные назад волосы рассыпались черными кудрями.

— Я сначала думал, что мне это кажется, — пожаловался он, поправляя бордовую тогу. — Но сегодня убедился, что так и есть. Может быть, я его чем-то обидел?

— Просто человек сволочной.

Комната, где они оказались, была большой и светлой. На стенах красовались обещанные фрески. Возле заваленной подушечками тахты стоял низкий столик с вазой, полной фруктов.

— Ну? И где толпы слуг? — буркнул Джозеф, стараясь не смотреть на призывно свисавшие из посуды грозди спелого винограда.

Прошли в следующую комнату.

— Мне вот интересно, — все никак не мог отвлечься от темы Рихарда поисковик. — Как на него Шэл реагирует?

— Не знаю. Не обратил внимания. Смотри, там на стене женщина в полотенце нарисована!

— Значит, более или менее нормально, — пришел к выводу оперативник.

Его начинал беспокоить "остров". Он был куда больше, чем все, где Джозеф до этого бывал. Из этого помещения вели аж четыре двери.

— Ты случайно не знаешь, чем третье поколение отличается от второго? — спросил он.

— А, это вчера объясняли.

— И? — Джозеф решительно шагнул в ближайший проход.

— Они большие. Они реально большие, но при этом нагружают мозги, как маленькие, — задержавшийся у приглянувшейся ему фрески Ник спохватился и ускорил шаг, догоняя спутника.

— Кто? "Острова"?

— Ну да. Я себе такой же хочу. Надеюсь, мне его всё-таки скоро сделают. Даже придумал, как он будет выглядеть, но мне сказали, что это Академия сама решит. Несправедливо, правда?

Бродить пришлось достаточно долго.

— Знаешь, я совершенно уверен, что это не то место, которое нам нужно, — Джозефу надоело терять время напрасно. — Пошли обратно.

— Хочешь вернуться к Рихарду? — разом погрустнел вернувший некоторую часть своей обычной бодрости Ник.

— Почему сразу к нему? — раздражился оперативник.

— Потому что он сидит в "офисе" безвылазно, только указывает и посылает на "острова" других. Я обратил внимание. Вчера все из походов быстро возвращались, а сегодня уже подолгу пропадают. Мне кажется, они специально время тянут, лишь бы к нему не идти.

Джозеф подумал и согласился, что торопиться в "офис" далеко не обязательно, что можно тут погулять и всё, как следует, изучить. Отнестись к работе со всей ответственностью, так сказать.

Попадаться на глаза слугам не хотелось, поэтому, заслышав голоса, работники "островного" подразделения прятались в соседних помещениях или за предметами мебели. На поиски ребенка они давно наплевали.

Вилла оказалась действительно огромной: с террасой, внутренним двориком, балконом с видом на Рим и таким количеством комнат, что Джозеф опасался не найти дороги к выходу.

Назад они пошли, только как следует нагулявшись. В "офисе" ждал сюрприз — практически все разошлись. Остались лишь две стажерки.

— Рихард сказал, что те, кто трудился эти два дня, не обязаны сидеть здесь после окончания рабочего времени, — возвестила Дейдара, болтая ногами, сидя на столе. — Намекнул, что мы типа бездельники, поэтому наша очередь пахать, а он может идти домой. А Далила ему ответила, что раз он такой умный, то может вообще здесь не появляться. Все остальные тоже разбежались при первой же возможности.

— Я говорила не так, — вторая девушка прилежно продолжала работать.

— Слова ты выбрала другие, но смысл от этого не меняется.

— В любом случае, остались лишь мы трое.

— Четверо! — поправил Ник.

Далила на него пристально посмотрела.

— Ну да. Точно, — сказала она без энтузиазма.

— А как к этому отнесся Александр Борисович? — Джозеф сел к столу.

— Ему не обязательно об этом знать, — отозвалась Далила. — Всё равно особой пользы от всех них не было, только мешались, если уж говорить прямо.

— Ой, да ладно! — Дейдара спрыгнула со стола и обошла его кругом. — Они очень старались и много чего делали.

— Выполняли совершенно лишнюю и бессмысленную работу. Девяносто процентов "островов", которые они отбирали для посещения, можно было вообще не проверять, потому что с первого взгляда становилось понятно, что они здесь ни при чем.

— Тогда зачем ты нас отослала на эту виллу? — спросил Джозеф, подпирая подбородок кулаком.

— Чтоб избавить вас от общества Рихарда. Разве не очевидно? — девушка посмотрела начальнику в глаза. — Он бы вас начал дергать по каждому поводу, придираться ко всему. Я решила, что для всех будет лучше, если вы где-нибудь походите, пока он не уйдет.

— Какая хорошая девушка! — Ник был тронут до глубины души. — Дай я тебя обниму!

— Не стоит, — Далила ошпарила коллегу самым пугающим из своих взглядов.

Тот растерялся.

— Что стоишь? Садись, если еще оставаться собираешься, — Джозеф указал на свободный стул.

За время совместного брожения по "острову" он изменил свое мнение о Нике в лучшую сторону.

Далила была явно не в восторге, но промолчала.

— Ой, а что мы будем делать? Куда еще пойдем? Давайте, я чем-нибудь буду помогать! — привычно оживился Ник, пристраиваясь за столом.

— Никуда пока ходить не нужно, — Далила соображала, как бы отделаться от его общества. — Будем сидеть и изучать документы. Долго, скучно, муторно.

— Я буду стараться! — с жаром заверил ее Ник, хватая какое-то описание.

Минут через пять у него сработал браслет и, извинившись, огорченный работник подразделения социальной помощи удалился.

— Вот и чудно, — резюмировала Далила, как только за ним закрылась дверь. — Теперь можно поговорить.

— Джастин хочет деинсталлировать "остров", — тут же поведал Джозеф. — Когда именно, не знает сам. Возможно, позвонит в Академию. Может потребовать деньги назад.

— Такой корыстный! Что будем делать? — обернулась к подруге Дейдара.

— Работать, — отозвалась та. — Больше ничего сказать не могу.

— Вы завтра тоже не придете? — спросила у Джозефа кудрявая стажерка.

— Разве что вечером. До конца недели можете обо мне забыть — из-за этого сокращения финансирования шеф нервничает, а крайним, как всегда, оказываюсь я. Расскажите вообще, что сейчас происходит?

— Шэл с Шервудом были на том "острове" с подиумом. Вернулись злые: мы забыли их предупредить, что там происходит с одеждой. Беседовали с манекенщицами, но те не сообщили ничего ценного. Похоже, редкостные дуры. Обыск тоже ничего не выявил.

У Джозефа отлегло от сердца.

Ничего принципиально нового и важного девушки больше не сообщили. Разбирать описания зон рекреаций никому не хотелось, поэтому очень скоро все трое тоже разошлись.

На утро Джозефа ждал сюрприз — обе стажерки вышли на работу.

— Мы подумали, что тоже должны быть здесь, — пояснила Дейдара в ответ на недоумение своего руководителя. — Решили не бросать вас в трудную минуту.

— А как же "острова"? — Джозеф был тронут. — Как же ваши обязанности перед Академией?

— Всё в порядке, — коротко ответила Далила.

— Спасибо, — поисковик подумал, как ему повезло с подчиненными. — Правда, спасибо.

— Не за что. Разбудите нас, если комиссия заглянет.

Девушки легли спать.

Джозеф недоверчиво моргнул. Посмотрел сначала на одну лежавшую поверх сложенных на столе рук голову. Перевел взгляд на вторую. Обиделся.

А он-то думал...

Взялся читать принесенную из дома книгу. Всё равно делать, как и за день до этого, было нечего.

Проверяющие снова ходили где-то в другом месте.

— Но ведь у них же должен быть план, когда и к кому идти!

Шеф устало поглядел на подчиненного.

— Наверняка, — согласился он. — Вот только мне его никто не показал. Думаешь, я не пытался выяснить дату их предполагаемого появления?

— У Джульетты не спрашивали? — Джозеф все больше укреплялся в мысли, что эта неделя его в конец доконает.

— Умный, да? — начальство разозлилось. — Иди давай работай. Чтоб не получилось так, что, пока ты тут у меня балду гоняешь, комиссия целуется с запертой дверью в твой кабинет!

— Он открыт, — оперативник, напомнив себе, что эта проверка главе отдела, скорей всего, действует на нервы куда сильней, чем ему, вздохнул и отрешенно пригладил волосы пятерней.

— Еще лучше! Заходи и бери, что хочешь! — брюзжал шеф.

— Да нет, там же девочки...

"... спят", — докончил он мысленно.

Подумал.

— Пойду-ка я, действительно, на место.

У дверей кабинета Джозеф приостановился: изнутри доносились голоса. Заглянул внутрь.

— А здесь мы храним все входящие письма за этот год, — вещала Далила, подсовывая пухлый скоросшиватель незнакомому мужчине. — Как видите, все документы у нас систематизированы и содержатся в полном порядке.

Джульетта медитировала на постеры. Судя по выражению лица, против изображенного на них длинноволосого знойного воина она ничего не имела. Скорее даже наоборот.

Еще два человека топтались возле рабочего стола Джозефа и о чем-то тихо переговаривались, изредка косясь на свою коллегу и плакаты.

— Добрый день, — поздоровался Джозеф, заходя.

— Здравствуйте. Полагаю, вам известно, кто мы? — спросил один из мужчин, протягивая поисковику руку.

— Да, мне тоже так кажется, — пожал ее тот.

Вернулась Дейдара с полным воды чайником. Увидела гостей и немного растерялась. Судя по всему, когда она уходила, комиссии еще не было.

— Хорошо хоть я бодрствовала, когда они пришли, — вздохнула Далила, добавляя кипятка в свою чашку.

Проверяющих пришлось развлекать около трех часов, пока те не отбыли к шефу.

— Что ж, будем надеяться, что мы произвели благоприятное впечатление, — отозвалась ее подруга.

— Что там в "офисе"? — говорить на предыдущую тему Джозефу больше не хотелось.

— Всё так же маются дурью. Тратят время на гулянья по заведомо не тем "островам", — Далила надкусила печенье.

— А ты им об этом говорила? — оперативник тоже налил себе чаю.

— Конечно, но у Рихарда свое мнение на этот счет, — девушка равнодушно пожала плечами. — Кто я такая, что б с ним спорить?

— Ты не вмешиваешься, потому что ждешь, когда он доведет дело до такого состояния, что его от него отстранят, а то и вообще уволят из подразделения? — прямо спросил Джозеф.

Подчиненные перестали жевать и удивленно на него уставились.

— Это что, настолько бросается в глаза?

— Ник мне вчера сказал, что все стараются как можно дольше торчать на "островах", лишь бы только не сидеть в обществе Рихарда. Если даже он это заметил, то ты-то уж — тем более. Подобное поведение не может не мешать работе подразделения, но нужны веские основания для того, чтоб этого человека убрали. Просто натянутых отношений в коллективе недостаточно. Однако если по его вине расследование окажется под угрозой срыва, Александр Борисович обязательно на это среагирует.

— А он неплохо тебя изучил, — весело сказала подруге Дейдара, прихлебывая свой чай.

Далила с гордостью улыбнулась.

"А мальчик-то повзрослел!" — читалось в ее взгляде.

— Тебе не стыдно? — Джозефу было искренне интересно.

— А я ничего не делаю, — девушка взяла еще одно печенье. — Просто не мешаю событиям развиваться. Опять же, даю таким образом Рихарду шанс пересмотреть свое поведение и всё исправить.

— Этот человек меня угнетает, — пожаловалась Дейдара, откидываясь на спинку стула. — Совершенно не слушает, что ему говорят другие, на всё имеет свое собственное мнение, с которого его невозможно свернуть, стремится доминировать в коллективе и вообще противный. Я вчера оттуда даже ушла и весь день "наружи" Виктору помогала.

— Ладно, не будем о грустном, — заключила Далила. — Теперь, когда с комиссией разобрались, можно возвращаться к работе!

"Ты же не хотела говорить о грустном..." — подумалось Джозефу.

— Делаем так: двое идут в "офис", а третий бодрствует на случай возвращения проверяющих.

— Я хочу быть третьей! — заявила Дейдара, решительно ставя кружку на стол. — Больше я туда сегодня ни ногой.

— Ладно. Пойдемте тогда. Мы и так слишком много времени потеряли.

У Лары были гости — в прихожей стояла еще одна пара расфуфыренных туфель на шпильках.

— Привет, это ты? — крикнула с кухни сестра.

— Кто "я"? — Джозеф разулся.

Нужно было возвращаться в "офис" — его отпустили оттуда лишь на время, необходимое для того, чтоб добраться с работы домой.

— Подойди сюда!

Мужчина нехотя поплелся на голос.

— Знакомьтесь, это мой брат, я тебе о нем рассказывала, а это моя подруга Лаура, — Лара почему-то выглядела очень довольной.

Представленная девушка кокетливо хлопнула наращенными ресницами и улыбнулась. Холеные руки красовались длиннющими расписанными и украшенными стразами ногтями. Крашеные блондинистые кудри обрамляли достаточно миловидное лицо.

— Здрасте, — Джозеф не горел особым желанием с ней общаться.

— У нас с вашей сестрой практически одинаковые имена, — зачем-то сказала гостья. — Рада познакомиться. Выпьете с нами за знакомство?

На столе стояла наполовину пустая бутылка мартини и пара фужеров.

— Садись, — суетилась Лара. — Между прочим, Лаура хотела стать манекенщицей!

— Фи! У меня слишком много мозгов для этой профессии! — небрежно бросила девушка.

Не рассказывать же, что провалила кастинг.

— Спасибо, но мне надо работать, — Джозефу категорически не нравился взгляд сестринской подруги.

"Синица в руках", — слишком явно читалось в ее глазах, когда девушка на него смотрела.

— Стой! — всполошилась Лара. — Хотя бы один бокальчик, я же тебе уже налила!

— Не могу, как-нибудь в другой раз, — Джозеф решительно вышел из кухни.

— Ты понимаешь, что ведешь себя невежливо? — Лара догнала его на середине коридора. — Так сложно посидеть с нами полчасика? Между прочим, она только ради тебя пришла!

— Я догадался.

— Тогда...

— Слушай, она мне не нравится. И вообще, занимайся своими делами.

— Ты ее совсем не знаешь! Обустройство судьбы брата как раз и является одним из моих важнейших дел!

— Она мне заранее не нравится. Между прочим, бросать гостей в одиночестве некрасиво. Раз пригласила, иди теперь и развлекай. В мою комнату не заходить.

Джозеф решительно захлопнул перед носом у Лары дверь.

— Для кого я, по-твоему, стараюсь?! — злобно прошипела та на прощание.

Развернулась и пошла на кухню.

— Дорогая, я рассказывала тебе о том, что со мной вчера произошло?

Чуть посомневавшись, Джозеф установил на дверной ручке копилку.

Кто-то подарил ему ее на один из праздников, явно чтоб отвязаться. Это была керамическая совершенно уродская ядовито-розовая свинья. Разобьется — не жалко. Тем более, что накопившиеся за время ее пребывания в доме монетки обязаны были создать интересный звуковой эффект при встрече с полом.

Джозеф переоделся в домашнее, улегся на кровать и закрыл глаза.

Остановился перед двумя дверьми. Чуть посомневавшись, толкнул ту, что вела в магазин.

— Добрый день, — поздоровался он, замечая, что торговец был не один.

Возле стола стояла незнакомая ему женщина с длинными, абсолютно прямыми черными волосами, выбеленным лицом и ярко подведенными углем глазами. Она была одета в широкие бордовые шаровары и свободную тунику персикового цвета с бледным цветочным рисунком. Гостья спокойно посмотрела на недоуменно разглядывавшего ее Обладателя и отвернулась.

— Здравствуйте-здравствуйте, — отозвался старик, склонившийся над чем-то на столе. — Вы как раз вовремя.

— Да? — Джозеф подошел ближе.

Объемные одежды незнакомки закрывали ему весь обзор.

— Вообще-то я ненадолго, — сказал он. — Буквально на минуточку — мне в "офис" надо...

Оперативник замолчал на середине фразы и недоверчиво моргнул.

На прилавке стояла изящная плетеная из тонких гибких веток какого-то дерева клетка. В ней мирно дремала кошка с "острова" Джастина, изредка подергивая во сне щупальцами. Гектор восторженно ее разглядывал. Рядом лежали исписанные его убористым подчерком листы бумаги, карандаш, линейка, градусник и еще несколько предметов непонятного Джозефу назначения.

— Как?!

Поисковик недоуменно поглядел на увлеченного лавочника. Перевел взгляд на загадочную гостью. Та не обращала на него внимания и молчала.

— Я забыл вас познакомить, — старик добавил пару строчек к своим записям. — Это представитель нового члена "архипелага". Ее "остров" к нам присоединился буквально несколько часов назад. Госпожа Таланья была столь любезна, что согласилась показать мне доверенное ей животное.

Женщина едва заметно кивнула.

— Здравствуйте еще раз, — Джозеф зашел в "офис", не дожидаясь отдельного приглашения, сел к столу и взял первое попавшееся под руку описание.

— За то время, что вы шли домой, можно было в другую страну добраться, — прокомментировал Рихард. — Не можете позволить себе машину, так хотя бы общественным транспортом пользуйтесь. Или у вас даже на него денег не хватает, и вы пешком ходите?

Джозеф ничего не ответил, у него было слишком хорошее настроение.

— Его не было всего час, — сухо заметила Далила.

Она сама пришла буквально за пятнадцать минут до этого.

Рихардх сказал что-то еще. Джозеф не прислушивался — глядел на Далилу и в душе гаденько улыбался.

Теперь, когда девушка фактически оказывалась его сообщницей, жизнь начинала казаться несколько проще. Всё-таки ее было очень выгодно иметь на своей стороне. Интересно, говорить ей или нет про "архипелаг" и то, что отныне она тоже заинтересована, чтоб это расследование ничего не выявило?

13.

Прошло примерно недели две. Джастин уверенно шел на поправку — в джунглях уже вовсю шел сезон дождей, но на больном это, похоже, никак не сказывалось. Проверка подразделения закончилась, ее результаты пока не были известны. "Остров" с ребенком нашли буквально на следующий же день, однако это практически ничего не дало: "архипелаг" был к подобному готов, так что все связи с этой зоной рекреации тоже были временно прекращены. Мальчишке велели плакать и на все вопросы говорить, как сильно он испугался, когда к нему некоторое время назад заглянули трое неизвестных ему людей, что тот и делал. К счастью, никто не задумался, почему он не боялся не менее незнакомых ему работников "островного" подразделения. Медицинское обследование не выявило никаких отклонений.

Далиле Джозеф пока решил ничего не говорить о том, во что та без своего ведома оказалась втянута.

— Они мне предложили бесплатно его реинсталлировать, — Джастин сидел на скамеечке во дворе больницы и дышал свежим воздухом. — Старый удалят, новый, точно такой же, установят.

Накануне он звонил в Академию.

— Я бы на твоем месте лучше взял деньгами, — Вилле отчаянно зевал.

— Не. Мне нужен мой "остров".

— Когда это произойдет? — Джозефу места на скамье не хватило, и он просто стоял рядом. — Сам к разработчикам поедешь?

— Что значит "сам"? — возмутился медик. — Его еще из больницы не выписали! Ему нельзя никуда ездить! Кто виноват в том, что у него зона рекреации сломалась?

Джозеф, лучше, чем кто-либо иной, зная ответ на последний вопрос, промолчал.

— Хотелось бы, конечно, как можно скорее это сделать, — задумчиво проговорил Джастин. — Без "острова" тяжко.

— У тебя уже зависимость, — с неодобрением протянул Вилле. — Меня это настораживает. Считаю, что тебе стоит обратить на это внимание. Может быть, подождешь пока с реинсталляцией?

— Отстань. Как думаешь, разработчики смогут сюда подъехать?

— Не ко мне вопрос, — отозвался Джозеф. — Почему ты у них не спросил, когда по телефону разговаривал?

— Мне это в голову пришло только после того, как я трубку повесил. А повторно звонить лень.

— Ладно. Постараюсь узнать, — Джозеф вспомнил о своем решении нести ответственность за произошедшее с коллегой.

Дейдара обдумала вопрос руководителя стажировки.

— Не думаю, что у нас есть переносное оборудование, — отозвалась она. — "Острова" с доставкой — идея, конечно, интересная, но даже на мой взгляд, серьезно опережающая свое время.

— То есть, ему придется ехать сюда? — разговор происходил в Академии.

— Не обязательно. У нас же еще и филиалы есть, — девушка пожала плечами. — Можно договориться с ближайшим к его дому и провести процедуру там.

Подошла Далила.

— Я добыла нам ужин, — возвестила она, кладя на стол перед коллегами объемный пакет.

— Столовая еще работает? — подивилась Дейдара.

— Уже нет. Я забрала свой заказ, и ее закрыли.

— Ты в курсе, что там с "островом" Джастина? — спросил Джозеф у подчиненной, пока вторая заинтересованно рылась в еде.

— Реинсталляция? Да, мне это известно, — отозвалась первая.

— Сосиски в тесте?! — Дейдара выглядела удивленной. — Ты себя хорошо чувствуешь?

Подруга ее проигнорировала.

— Сохраняются детальные описания всех зон рекреации, а также их трехмерные компьютерные модели. По ним ничего не стоит воссоздать "остров" и внедрить его владельцу. Он будет идентичен предыдущему.

— Ой, а вы где еду взяли? — подошел голодный Ник. — Меня не угостите?

— В столовой. Нет, — Далила его по-прежнему не переваривала по одной ей ведомой причине.

— Она еще работает?! — поразился Ник. — Подождите, не ешьте без меня! Я быстро!

Убежал.

— Тебе было сложно поделиться? — осуждающе поглядел на подчиненную Джозеф.

— Я не обязана за свой счет кормить все подразделение, — припечатала та. — И вообще, я впритык купила. Ему бы в любом случае не хватило.

— Как можно быть такой бессердечной?! — кричала на нее позже раскрасневшаяся от гнева Ната, когда работник подразделения социальной помощи вернулся грустный и без сосисок. — Что он тебе сделал?!

— Ничего, — обычно девушка была тиха и застенчива, так что подобное поведение Далилу немного удивило.

— Он такой добрый! Ты себе не представляешь, какой добрый! Однажды он всю ночь играл на гитаре и пел для жертв наводнения, к утру охрип и так расстроился, что они сами принялись его утешать! Люди, лишившиеся крыши над головой и практически всего имущества! Потому что видели, как Ник хочет им помочь хоть чем-то!

— Хорошо-хорошо! Я поняла, извини.

— Нет, не поняла! Сиди и слушай!

— Ну, что? Получила? — поинтересовался Джозеф, когда Ната выговорилась и ушла.

— Не ехидничайте. Вам не идет, — спокойно отозвалась подчиненная.

— Пойдемте домой, — ныла Дейдара, подходя к коллегам. — Я уже не могу здесь находиться. Скоро автобусы ходить перестанут. Я не хочу ночевать в общежитии!

Рихард дулся и демонстративно молчал — Александр Борисович таки провел с ним личную беседу по поводу его отношений с коллективом и их влияния на работу подразделения.

— А результаты проверки пока совершенно случайно не известны?

— Нет, но Джульетта ходит довольная, — отозвался шеф, не отрываясь от изучения каких-то бумаг.

— Хм-м... — Джозеф стоял и переминался с ноги на ногу.

— Я не думаю, что к нам будут какие-то претензии, — продолжило начальство. — Считаю, что мы себя хорошо показали. Молодец! Не ожидал! Девочки твои тоже умницы! Передай им мою благодарность.

— Лишь ты способен остановить Темного Властелина и спасти мир!

— Что я должен делать?— Эрик крепче сжал рукоять Волшебного Меча.

— Ступай на восток, — молвил старец. — В Горах Ужаса заключена демоническая дева-воительница. Убеди ее встать на твою сторону и выпусти на волю. Уже двести лет минуло с тех пор, как архимаги победили ее в бою и, сковав чарами, заточили в пещере. Могучим союзником будет тебе Маргарита, если освободить сумеешь.

— Клянусь Орденом Света, что исполню свое предназначение! Не допущу, чтоб Тьма опустилась на землю! До последней капли крови сражаться со Злом во имя Добра...

— Кстати, — окликнул Обладателя торговец. — Можно вас попросить об услуге?

— Какой? — Джозеф отложил книгу в сторону.

— Не могли бы вы послать ее сочинения в какое-нибудь издательство? Вдруг опубликуют.

— Ее? — оперативник выразительно посмотрел на кожаный переплет. — А вы оптимист, как я погляжу...

Старик посуровел.

— Нельзя говорить наверняка, пока не попытаешься, — нравоучительно возвестил он, задетый столь пренебрежительным отношением к творчеству фолианта. — Вам что, сложно попробовать?

— Как, по-вашему, я вынесу ее опусы "наружу"? Если б с "островов" можно было что-то забирать, то я б уже давно смог захватить мир с помощью всего этого вашего богатства.

— Вы б не стали этого делать. Не такой вы человек — поленились бы, — Гектор задумался. — А если вам запоминать строчку, "выныривать", записывать ее и возвращаться сюда за следующей?

— Вы шутите?

— Нет, просто рассуждаю вслух. Я еще обдумаю этот вопрос.

Лавочник с отсутствующим взглядом принялся протирать со стола пыль.

— Что кошка? — спросил Джозеф, надеясь увести разговор подальше от темы возможной публикации сочинений непризнанного литературного гения.

Несчастное и так судьбой обиженное животное уже вторую неделю подвергалось различным экспериментам и осмотрам. Его таскали с "острова" на "остров" и показывали всем, кто, как надеялся Гектор, был способен понять, какие изменения произошли в ее организме, и какую пользу из них можно извлечь. Проверяли электричеством, водой, огнем и невесомостью. Экспериментировали с рационом, катали в центрифуге и окружали всей доступной религиозной атрибутикой, обладавшей, по мнению исследователей, хоть какой-то святостью.

— Кошка? — отстраненно переспросил торговец, откладывая тряпку в сторону. — Нормально.

Немного помолчал.

— Кстати, мы закончили нейтральное пространство, — буднично продолжил он.

— И вы сообщаете об этом только сейчас?!

Обладатель был удивлен. Отсутствие ликования, празднований и всеобщей радости резало глаза и уши.

— Вы так спокойно об этом говорите, — протянул он, пораженно наблюдая за собеседником.

Островитянин рылся в ящике своего стола.

— Хотите посмотреть? — поинтересовался он, демонстрируя Джозефу извлеченный оттуда небольшой блестящий ключик.

— Ну-у-у... Да, — решил тот. — Если можно.

— О чем вы говорите? Разумеется, вы всегда будете желанным гостем в любой части "архипелага"!

— А другие "острова" об этом знают? — на всякий случай уточнил Джозеф, поднимаясь с кресла.

— Я им сообщу, — Гектор подошел к шкафу и снял с полки одну из своих загадочных вещиц.

Небольшая симпатичная металлическая штуковина, похожая то ли на музыкальную шкатулку, то ли на механическую игрушку — по внешнему виду ее назначение определить было сложно.

— Отойдите, пожалуйста, в сторону, — попросил старик, вставляя ключ в скрытую орнаментом и украшениями скважину в нижней части предмета.

Провернул.

Что-то звякнуло, что-то тренькнуло, что-то щелкнуло. Пара деталей штуковины сдвинулись с места, немного перестроились. Потом еще чуть-чуть. И так до тех пор, пока вещица не стала напоминать своей формой дверную ручку.

Торговец с гордостью посмотрел на гостя. Тот в свою очередь подозрительно глядел на прибор-трансформер.

— И? — спросил он. — Что дальше?

— А дальше вот! — Гектор эффектным жестом выставил предмет вперед, будто вбивая его в воздух там, где только что стоял Обладатель, а затем повернул.

Толкнул.

Часть реальности словно отодвинулась, смялась. Открылся проход.

— Я потрясен, — признался Джозеф.

— Да, когда видишь это впервые, зрелище впечатляет, — лавочник старался звучать и вести себя буднично, но было видно, что он ужасно доволен произведенным эффектом.

Оперативник с опаской заглянул в образовавшуюся темную прямоугольную дыру в пространстве. Где-то вдалеке маячил свет.

— Вы можете зайти, — позволил старик.

Джозеф некоторое время сомневался.

Попугай с застывшим во взгляде презрением к бренности мироздания ритмично раскачивался в своем колечке.

— Идемте, — решительно сказал торговец, первым шагая вперед.

Обладатель послушно последовал за ним.

— Видите ли, мы специально придумали такой вход, чтоб свести к минимуму вероятность того, что сюда сможет попасть кто-нибудь посторонний, — вещал Гектор по пути к свету. — "Фактор дурака" со счета сбрасывать, разумеется, мы не торопимся — возможность того, что какой-нибудь Обладатель на своем "острове" случайно совершит все необходимые действия и нечаянно откроет путь, существует. Но мы надеемся, что этого не произойдет.

Нейтральное пространство оказалось большим, почти пустым и совершенно беспорядочным. Оно напоминало гигантский ангар с бетонными стенами и полом. Сразу становилось понятно, что его только что довершили, устроиться не успели, лишь завезли первую часть имущества и стройматериалов. Тюки, коробки и ящики громоздились кучами. Несколько людей бродили вокруг завалов, словно раздумывая, с какой стороны к ним подступиться.

Выглядело всё это уныло.

— Загляните сюда через пару недель, — старик догадался, о чем думал Джозеф. — И вы глазам своим не поверите! К этому времени мы рассчитываем закончить основную часть работ.

— Всё-таки вы — редкий оптимист, — поисковик по собственному опыту знал, что банальный ремонт в квартире может растянуться на год, и не верил, что за столь короткий срок кто-то способен практически с нуля застроить достаточно большую территорию.

— Я приведу вас сюда через четырнадцать дней, — покровительственно улыбнулся торговец. — С удовольствием послушаю, что вы тогда скажете. Кстати, вас же интересовала кошка? Если хотите, можете посмотреть — она как раз сейчас здесь должна быть.

Несчастное животное было найдено за ближайшим деревянным ящиком. Кто-то добрый поместил его в беличье колесо, теперь стоял рядом и с умным видом смотрел, как зверь внутри бегал. Наблюдающих присутствовала целая толпа, так что было сложно определить, кому эта мысль изначально пришла в голову.

— А если понизить уровень кислорода? — предложил кто-то.

— Подождите, когда ее последний раз кормили? Где молоко? У кого витамины?

— Я больше ее держать не буду, — буркнул человек с перебинтованными руками. — Как хотите, так и давайте ей таблетки. Без меня.

Кошка впечатления страдалицы не производила, лениво перебирала лапами, не обращая внимания на тех, кто ее окружал. Видимо, ко всем этим исследованиям она давно привыкла.

Гектор пообсуждал с присутствовавшими ее состояние и результаты опытов. Джозеф молча стоял рядом и слушал. Ему значения никто не придавал, видимо, считая одним из жителей какого-нибудь свежепримкнувшего к "архипелагу" "острова".

— Вас вызывают! Вас вызывают!

Островитяне, не веря своим ушам, уставились на скромного незнакомого им мужчину.

— Прошу прощения, мне пора.

Джозеф спешно двинулся к выходу. Пробежал короткий темный коридор. Выскочил сквозь дверь с колокольчиком.

— Чай со мной попьешь? — над кроватью нависала Лара.

— Сколько времени?

— Второй час ночи.

— Какой к черту чай?! Мне утром на работу вставать! Иди спать!

— Скучно, — тяжко вздохнула сестра.

— Книжку умную почитай, — Джозеф демонстративно перевернулся на другой бок.

— С печеньками, — не сдавалась девушка.

С Эдуардом она уже несколько дней как рассталась. И он, и его вещи исчезли из квартиры, пока Джозефа не было дома. Дальнейшая судьба бывшего квартиранта была тому неизвестна. Лара же продолжала занимать жилую площадь, как ни в чем не бывало, кажется, даже забыв, что собиралась обременять родственника своим присутствием не более месяца.

Смирившись, сестра ушла чаевничать в одиночестве. Джозеф решил больше на "остров" не заглядывать и нормально выспаться. Он подумал, что это было бы достаточно разумно: скорее всего, остальные "островитяне" не пришли в восторг оттого, что их нейтральное пространство посетил Обладатель. Как бы у Гектора из-за этого не возникло проблем.

— Таким образом, несмотря на то, что данные зоны рекреации были опознаны и осмотрены, нами не было найдено ничего, что могло бы пролить свет на происходящее, — подвел итог Александр Борисович, — У кого-нибудь есть какие-либо идеи и предложения?

Работники подразделения сидели в "офисе" и делали вид, что думают, сосредоточенно глядя на мониторы с лицом начальника.

— Ах да, реинсталляция мутировавшего "острова" будет произведена через пять дней. Так что, у нас практически не осталось времени на его исследование.

— А его нельзя как-нибудь законсервировать? — поинтересовалась Шэл.

— Хороший вопрос, — послышался голос Виктора. — Я как раз пытаюсь придумать, как это сделать. Результат не обещаю, но делаю всё , что могу.

— Но на данном этапе развития технологии это невозможно? — уточнила криминолог.

— Ну, в общем, да, — не стал отпираться ученый.

— То есть, он исчезнет? — включилась в разговор Ямаха — член Академии, проходившая стажировку в зооведческом подразделении.

— Только в том случае, если у меня ничего не получится, — жизнерадостно отозвался Виктор.

Джозеф мысленно тяжко вздохнул — ему было жаль оставленный там щит.

Александр Борисович уже допытывался, что это еще за "походный набор начинающего светлого мага", о котором говорилось в отчете Далилы. Джозеф честно ответил, что раздобыл его на собственном "острове", что существовал тот в единственном экземпляре, в ходе действий был практически полностью истрачен, поэтому предоставить для ознакомления оперативник его не мог. К счастью, об остальных имевшихся у него тогда вещах, применить которые не пришлось, Далила нигде не упоминала — поисковик не сомневался, что иначе бы его попросили пожертвовать их родному подразделению.

— Вас вызывают! Вас вызывают...

— А, черт! Прошу прощения! — сопровождаемый осуждающими взглядами коллег Джозеф выскочил из "офиса".

На столе звонил телефон. Обитатель кабинета поднял трубку.

— Да, слушаю.

Стрельнул взглядом на лежавших на своих рабочих местах стажерок — после того, как обследования опознанных "островов" ничего не дали, руководство Академии приуныло и перестало требовать от работников ежедневного присутствия в научном центре.

— Спишь, как всегда? — послышался недовольный голос шефа.

— Как вы могли подумать?! — Джозеф откинулся на спинку стула и пригладил волосы рукой.

-Ну да, ну да, — пробормотало начальство. — Говори это кому-нибудь другому — я тебя знаю. Как облупленного. Зайди ко мне.

На другом конце провода послышались гудки.

С тяжким вздохом Джозеф лениво побрел к одному из своих руководителей.

— Я тебя поздравляю, — поисковик сразу напрягся — лицо шефа праздника не сулило. — Мне тут сообщили результаты проверки.

— И? — подчиненный насторожился еще больше.

— Нашему отделу финансирование урезать не будут — на комиссию произвела неизгладимое впечатление речь кого-то из твоих девочек о том, как тяжко вам живется.

— В чем подвох? — Джозеф не сомневался, что он где-то был.

— Циничен ты и подозрителен! — начальство явно было довольно. — Не по возрасту. Проще надо быть. Доверчивей.

— Ага, — уныло отозвался Джозеф, не желая спорить. — И всё же?

— Джульетта обвинила меня в том, что я гроблю твое здоровье — сидячая работа, на свежем воздухе почти не бываешь, развиваешь гиподинамию и прочие болезни, — оперативнику стало страшно. — Поэтому возрадуйся, за счет подразделения тебе приобретен абонемент в спортивный центр!

Джозеф приуныл — одного единственного занятия теннисом и последовавших за ним двух наполненных болью нывших мышц дней ему хватило для того, чтоб потерять всякое желание когда-либо снова заниматься спортом. Сделать исключение он готов был лишь для шашек или чего-то подобного.

— На полгода! — шеф явно получал удовольствие от этого разговора. — Повезло тебе, а? По заданиям не ездишь, физическую форму теряешь. Между прочим, когда ты сюда только пришел, то выглядел куда здоровей. Шанс хотя бы вернуться в исходное состояние, да?

— Здорово, — отозвался Джозеф.

Тот факт, что у него будет абонемент, еще не значил, что он всё бросит и побежит в тренажерный зал.

— Не забудь поблагодарить нашего любимого бухгалтера за проявленную заботу. Она очень четко дала понять, что будет пристально следить за положительными изменениями в твоем телосложении.

Джозефу поплохело.

— Ты же не хочешь ее разочаровать? — похоже, начальство отыгрывалось за все промахи и проступки подчиненного всех четырех лет его службы в подразделении. — Будешь проводить там не менее часа в день. Я не поленился, позвонил в центр и договорился, чтоб раз в неделю мне скидывали информацию о твоих спортивных успехах: когда пришел, во сколько ушел, чем занимался и занимался ли вообще или просто на скамеечке в фойе просидел. Всё знать буду! А потом разговаривать с тобой на эту тему.

— Шеф, простите, но вы перегибаете палку! К чему вам лишние хлопоты?!

— Забота о благополучии подчиненных — мой святой долг! Уделить минуту времени в неделю на то, чтоб убедиться, что у одного из них всё хорошо, мне совершенно не жалко.

Джозеф не стал говорить, как фальшиво звучали эти слова. Начальство веселилось.

— Я очень сомневаюсь, что у меня ежедневно будет лишний час свободного времени, — оперативник решил попытаться зайти с другой стороны. — Давайте я лучше буду заглядывать туда тогда, когда смогу? Или отпускайте меня пораньше с работы.

— Вот еще! Выдумал тоже! — разом посуровел глава отдела. — Никаких "пораньше с работы"! И так ничего не делаешь, балду пинаешь только весь день. Неблагодарный! Меня не волнует, где ты этот час возьмешь! Как вариант — вставай в шесть утра. Центр работает с семи, так что до начала рабочего времени ты вполне успеешь в бассейне поплавать, обсохнуть и сюда добраться. Или увольняйся из того своего второго подразделения! Сразу куча времени освободится. Всё. Иди. Джульетту поблагодарить не забудь. И, не дай бог, из-за тебя и этого абонемента она обозлится на наш отдел! Ты меня понял?

— Да, — буркнул Джозеф, удаляясь.

Девушки по-прежнему находились в "офисе". Кисло поглядев на их спящие лица, мужчина растолкал обеих.

— Обед, — провозгласил он в ответ на недоуменные взгляды.

Стажерки подумали и согласились, что на еду перерыв сделать стоило.

— Так что радуйтесь, что легко отделались, — Дейдара раздирала жареную курицу вилкой и ножом. — Могло быть и хуже.

— Скажи, ты ведь можешь с этим что-нибудь сделать? — оперативник с мольбой посмотрел на вторую подчиненную.

Та флегматично жевала капустный салат и в разговоре участия не принимала.

— Могу, но не стану, — ответила она. — Потому что считаю, что вам пойдет это на пользу.

— В "офисе" я смогу бывать как минимум на два часа меньше, — Джозеф так просто сдаваться был не намерен. — Дорога туда-обратно, время в раздевалке и душе, не говоря уж о самих занятиях. Пострадает работа.

— Я знаю, — Далила доела свою капусту и промокнула губы салфеткой. — И всё равно остаюсь при своем мнении.

Джозеф насупился и до конца обеда сидел молча.

— Хочу вас поздравить! — заявил с мониторов Виктор.

Эту фразу Джозеф за этот день уже однажды слышал, поэтому заранее приготовился к худшему.

— Я добился того, чтоб на территории чужих "островов" вы могли по своему желанию становиться невидимыми! — ученый был собой очень горд.

— Ух, ты! — восхитился Ник. — Ты такой молодец!

— Да, я знаю, — без лишней скромности согласился изобретатель, что-то шустро печатая. — Так что готовьтесь — сегодня будем тренироваться. Подождите пару минут, сейчас я закончу.

Подразделение подождало.

— Ага, — Виктор оторвал взгляд от клавиатуры и посмотрел в камеру. — Проверьте браслеты.

Джозеф без особого желания выполнил распоряжение ученого.

— Не вижу никакой разницы, — ответил он за всех.

— А так?

— Тоже, — на этот раз сказала Ямаха.

— Странно, — изобретатель задумался. — Ладно, давайте испытаем на каком-нибудь "острове". Добровольцы есть?

— Я! — тут же вызвался горевший энтузиазмом Ник.

— Хорошо. Второй?

— Я.

— Нет, Ната. Извини, но ты не пойдешь, — к всеобщему удивлению запретил Виктор. — Я хочу заслать подопытных куда-нибудь, где тебе не стоит находиться. Пора уже начинать осваивать менее безопасные зоны рекреации. Кто еще из мужчин желает поэкспериментировать?

Почти все тут же сделали вид, что ужасно чем-то заняты. Шервуд нерешительно оглядывался по сторонам, раздумывая, не вызваться ли самому. Рихард, твердо уверенный, что его напарником Ника не сделают, зная об его к нему отношении, спокойно протирал стекла очков кусочком замши.

Джозеф даже не удивился, когда ученый велел идти ему, поскольку других добровольцев не нашлось.

— Я очень рад, что эта штука всё-таки работает, — поделился он с коллегой, едва они оказались на "острове".

Расслабляться можно разными способами. Обладатель этой зоны рекреации, к примеру, дрался. И не просто, а не на жизнь, а на смерть. Посыпанная песком арена кое-где темнела бурыми пятнами свернувшейся крови. Бойцы избивали друг друга с остервенением. Крики, глухие звуки ударов, тяжелое дыхание, кашель. У стены за пределами арены лежали носилки. Возле них дежурила бригада врачей, равнодушно следивших за разворачивавшимся боем. Один из медиков бинтовал руку сидевшему перед ним на стуле мужчине с разбитым лицом. Остальные присутствовавшие отличались крепким телосложением и развитой мускулатурой. Они явно ждали своей очереди выйти на арену к разошедшемуся Обладателю.

— Как думаешь, нас не только не видно, но и не слышно или только первое?

Джозеф пожал плечами. Друг друга коллеги различали очень даже хорошо, так что и невербальному общению находилось применение.

— Думаю, на всякий случай лучше помолчать, — отозвался он, как можно тише.

— Вы правы! — на всю округу провозгласили браслеты-извещенцы голосом Виктора. — Боюсь, полной незаметности мне пока добиться не удалось. Как вам, кстати, моё переговорное устройство?

Мужчины синхронно обхватили правые запястья ладонями в попытке приглушить звук, и испуганно оглянулись на местных жителей. От тех посторонние шумы не укрылись.

— Посмотрите, что там, — велел Обладатель прохлаждавшимся у стены без дела "островитянам", сплевывая на пол кровь.

Четыре бугая с не предвещавшим ничего хорошего видом, шаря взглядом по сторонам, направились туда, откуда раздался голос.

Работники подразделения запаниковали: один из самых шустрых и сообразительных местных жителей закрыл собой выход.

— Хорошо, что я вас запускал в трехминутном режиме, — ученый пытался скрыть смущение. — Время истекло и вас автоматически выкинуло.

— Я тебе очень за это благодарен, — Ник сел обратно к столу. — Никогда не умел играть в жмурки.

— Будь добр, — буркнул Джозеф, — сделать так, чтоб твое переговорное устройство слышали лишь те, к кому ты обращаешься, а не все вокруг!

— Да-да, — рассеянно отозвался Виктор. — Еще раз прошу прощения, что подверг вас опасности.

— Ой, да ладно! — отмахнулся Ник. — С кем не бывает?! Проехали.

— Тогда докладывайте, как работает режим невидимости.

Джозеф хмыкнул. Он надеялся, что ученый будет терзаться угрызениями совести чуть дольше.

Ник взялся рассказывать. Его временный напарник устроился на стуле и, делая вид, что внимательно слушает, задумался о том, в какое время ему удобней ходить в этот спортивный центр, будь он не ладен, и какие там могли быть наименее энергозатратные занятия.

— Бассейн, — подумав, решила Лара. — И сауна.

Брат с сестрой сидели вечером на кухне и пили кофе.

— Эх, память об Эдуарде, — с легким налетом ностальгии произнесла девушка, вертя в руках банку растворимого напитка. — Да будет земля ему пухом.

— Бассейн — это хорошо, — протянул Джозеф, игнорируя последнюю реплику родственницы.

— Массаж там, наверное, тоже есть, — продолжала раздумывать та. — Только, полагаю, за отдельную плату.

— Тогда отпадает.

— Шейпинг?

— Издеваешься?

Выпили по второй чашке.

— А я записалась на курсы актерского мастерства! — торжественно провозгласила Лара.

— Так, и сколько по времени они займут? — напрягся Джозеф, отрываясь от напитка.

— Шесть часов в неделю.

— Итого. В днях и месяцах. Сколько ты у меня еще жить собираешься?

— Ой, да ладно! — уклонилась от прямого ответа Лара. — Я же тебе совершенно не мешаю! Ты уже, поди, так привык к моему обществу, что сам не хочешь, чтоб я уезжала!

— Ой-ой-ой! Ни стыда, ни совести! — общение с начальством наложило свой отпечаток на личность оперативника. — И как долго ты продержишься? Два занятия? Три? Танцы живота бросила в первый же день. На моей памяти ты лишь курсы визажа довела примерно до середины. Это твой непобитый рекорд.

— К тому моменту самому главному меня уже научили! Смысла продолжать обучение я не видела. Теперь же у меня есть веская причина пройти эти курсы целиком.

— А. Ну-ну, — буркнул Джозеф, прекрасно понимая, кто имелся в виду. — Собираешься стать актрисой и таким образом подобраться к Роберту?

— О! В этот раз ты запомнил имя! Делаешь успехи, брат! Еще немного и я поверю, что тебе не наплевать на то, чем я живу! Да! Именно так! Покорю режиссера, снимающего "Назови меня своей", напрошусь в массовку, сыграю так, что все обалдеют. Меня поставят на роль главной героини — фильм пока не доснят, так что поменять актеров не поздно. И, считай, дело в шляпе. Все остальное — дело техники. Это — идеальный план!

Джозеф демонстративно захлопал в ладоши.

— Браво. Бис.

— Хватит издеваться, — огрызнулась Лара, обижаясь. — А-то кофе тебе за шиворот вылью!

— Ты поблагодарил Джульетту? — сурово поинтересовался первым делом утром шеф.

— Да, — солгал Джозеф во избежание нравоучений.

— Врешь? — угрожающе прищурилось начальство.

— Вру, — не стал отпираться оперативник.

— Так и знал! — глава отдела по какой-то причине торжествовал. — Иди!

Джозеф пошел.

— Спасибо большое, — вяло мямлил он, стараясь не встречаться взглядом с кокетливо хлопавшей ресницами бухгалтершей.

— Ну что вы, молодой человек! — Джульетта томно вздохнула, загадочно накручивая на палец прядь волос. — Не стоит благодарности. Следить за здоровьем и благополучием кадров — мой долг. Надеюсь, вам пойдет это на пользу.

— Ага, еще раз спасибо...

— Кстати, возможно мы с вами там увидимся: по чистой случайности у меня тоже есть абонемент в этот же спортивный центр.

— Ага, понадеемся на лучшее, — Джозеф не стал уточнять, что таковым являлось в его понимании.

Спешно ретировался прежде, чем Джульетта предложила ездить туда вместе. Вопрос времени посещения спортзала встал еще острее — перспектива увидеть бухгалтера в купальнике практически ужасала.

— Таким образом, "остров" третьего поколения, по сути, является совокупностью зон рекреации первого и второго поколений, загружающихся по очереди, по мере перемещения Обладателя. Поскольку единомоментно тот может находиться лишь в одной комнате, в его сознании в этот момент располагается лишь данное конкретное помещение, — скучно вещала Далила, параллельно разгадывая кроссворд. — Они сменяют друг друга тогда, когда Обладатель шагает через разделяющий зоны порог. Может возникнуть логичный вопрос: "А где в это время хранятся все остальные части "острова"?" Вы меня слушаете?

— Да, конечно, — отозвался Джозеф, лениво раскачиваясь на стуле.

Сказать по правде, этот разговор его практически не интересовал: в общих чертах суть ему уже была известна, и необходимости вникать в детали он не видел. Но огорчать подчиненную не хотелось.

Стажерка подозрительно посмотрела на начальника. Дейдара, как обычно, сидела, уткнувшись в компьютер, и не обращала внимания ни на что больше.

— Я не понимаю, мне не рассказывать, что ли? — посуровела Далила.

— Вот ответь, — Джозеф спешно замял вопрос. — А что будет, если на такой "остров" придет несколько человек из подразделения и все они разбредутся по разным комнатам?

Девушка задумалась.

— Зона рекреации на них не среагирует или воспримет каждого в качестве Обладателя? — продолжал Джозеф.

— Второй вариант, — уверенно сказала Далила. — При создании этого поколения "островов" мы еще не допускали вероятности, что туда сможет попасть кто-то, кроме самого владельца или его гостей, так что они все запрограммированы лишь на один вид доступа. Все реальные люди будут приняты за Обладателей.

— Тогда получается, что одновременно начнут загружаться сразу несколько помещений зоны рекреации, — задумчиво протянул Джозеф. — И к чему это приведет?

— А давайте попробуем! — оторвалась от монитора Дейдара. — Уверена, Виктор нас поддержит.

— Могу предположить, что в худшем случае это вызовет травму мозга Обладателя и разрушение "острова". Я не хочу, чтоб ты об этом даже думала, — Далила пронзила подругу самым суровым из своих взглядов.

— Ясно, — Дейдара послушно вернулась к своему предыдущему занятию.

Джозеф скосил взгляд на Далилу. По выражению ее лица можно было догадаться, что та сама теперь еще не скоро отделается от этой мысли. К чему это всё же приведет? А если действительно попробовать? Подчиненная еле заметно тряхнула головой и решительно уставилась в кроссворд.

— Я доделал переговорное устройство! — таким довольным собой Виктора можно было увидеть нечасто. — Кто желает испытать?

— Я! — снова вызвался Ник.

— Не надо на меня смотреть, — буркнул Джозеф, откидываясь на спинку стула. — В этот раз пусть кто-нибудь другой идет — я уже ходил.

Вообще, он всё больше убеждался, что руководство Академии совершенно не представляло, что делать с новообразованным подразделением и чем его занять. Волна энтузиазма, вызванная необходимостью изучения произошедшего с "островом" Джастина, практически спала. Расследование зашло в тупик, никаких новых зацепок не появилось. Оставалось ждать, пока развитие технологии достигнет того уровня, когда можно будет реально чего-то добиться, а до тех пор работников нужно было чем-то развлекать. Уже не требовалось постоянного присутствия в "офисе", поручать было нечего. Единственная надежда оставалась на Виктора и его коллег, изредка придумывавших что-то, что нуждалось в срочном испытании в "полевых условиях". Это даже радовало — освобождалось время для этих чертовых занятий спортом.

— Ну, давайте, тогда и я пойду, — вызвался кто-то.

Джозеф с мрачным видом прочел вывеску "Фитнесс-центр OXYGEN".

Раздраженно поправил на плече сумку с плавками и спортивным костюмом. Вошел внутрь.

— У меня завтра всё будет болеть, — жаловался он позже в магазинчике, развалившись в любимом кресле.

— Ничего страшного.

Лавочник с умильным видом крошил на стол печеньку, наблюдая за тем, как попугай лениво бродил от одного куска выпечки до другого.

— Ну да, — буркнул Джозеф. — Это же не вас молочная кислота будет изнутри разъедать.

— Боже мой, как же вы любите драматизировать, — Гектор покачал головой и отряхнул ладони.

Квирчик бодро чирикнул, отвлекаясь от угощения. Поковылял в сторону посетителя.

— Скоро привыкнете, — старик, убедившись, что питомец наелся, достал тряпочку и взялся протирать со стола. — К тому же, вам пойдет это на пользу.

— Вы не первый, кто говорит мне что-то подобное, — Джозеф был раздражен. — И чего все ко мне привязались?! Если б я в дверях застревал, или стулья подо мной ломались, тогда одно дело. Уйди, — отдернул он руку от повадившегося грызть рукав попугая. — Отстань, кому говорят?! Уберите от меня свою птицу.

Покровительственно улыбнувшись, торговец перехватил маленькую мягкую бледно-голубую тушку. Посадил себе на плечо.

Джозеф сурово глянул на не чувствовавшую своей вины пернатую бестию. Та уже бодро спускалась по предплечью хозяина обратно на стол, цепляясь клювом и когтями за его рубашку.

— Вам ничего не сказали за то, что вы меня в ваше нейтральное пространство привели? — Джозеф решил просто держать руки вне досягаемости Квирчика.

— Да нет. О том, что вы в курсе дел и даже помогаете "архипелагу", многим известно, так что против вас никто ничего не имеет.

Оперативник посидел в магазине еще немного, а потом пошел "наружу".

— Шла Саша по шоссе и сосала сушку. Шла Саша по шоссе и сосала сушку. Шла Сашша по шшоссе и сосала сушшшку, — старалась где-то в районе кухни Лара.

Заинтересовавшись, Джозеф встал с кровати и пошел на голос.

Сестра сидела за столом, поджав ноги, держала в одной руке тетрадь, а в другой — карманное зеркальце. В последнее она сосредоточенно гляделась, с усердием артикулируя. Джозеф лениво сполз на свободную табуретку напротив родственницы и, подперев щеку ладонью, принялся наблюдать за девушкой. Та послала брату строгий взгляд, не прерывая своих упражнений, и сделала вид, что его в данный момент для нее не существовало.

— Налей мне чаю, — душевно попросил оперативник.

— Я занята. Помоги себе сам. Во дворе трава, на траве дрова. Во дворе трава...

Джозеф громко и жалостливо вздохнул. На Лару это не подействовало. Пришлось вставать и идти за чайником самостоятельно.

Вопреки обыкновению, в этот раз родственница относилась к занятиям со всей ответственностью, чаепитием не соблазнялась и на разговоры не отвлекалась. "По крайней мере, пока", — думал Джозеф, с интересом поглядывая на старания сестры. Ему не верилось, что ее пыла хватит надолго.

— Она разговаривала с Виктором! — с видом триумфатора провозгласила Дейдара вместо приветствия.

Далила ликование подруги игнорировала. Спокойно положила сумку на стол и зашуршала пакетом.

— О чем? — не сообразил Джозеф, вешая пиджак на спинку стула.

Он старался шевелиться как можно меньше — все тело уже немилосердно ныло. С тихим стоном плюхнулся на сиденье.

— Об "островах" третьего поколения! Он сказал, что Лаборатория N 4 к нашим услугам! Говорит, что мы просто обязаны узнать, к чему может привести одновременная загрузка сразу нескольких частей зоны рекреации. Сегодня, когда все разойдутся, будем экспериментировать.

— Давайте, как-нибудь без меня, — жалостливо протянул Джозеф, ложась на стол.

Перед ним появился знакомый вакуумный контейнер. Сквозь мутно-белые полупрозрачные стенки было очень трудно разглядеть его содержимое. Оперативник поднял взгляд на нависавшую над ним подчиненную. Кажется, его последняя фраза не нашла отклика в ее душе.

— Вы сами в состоянии питаться или вас с ложечки покормить? — сурово поинтересовалась она.

— Не надо, — буркнул Джозеф, находя в себе силы выпрямиться на стуле. — Только этого еще не хватало!

— Вот и хорошо, — Далила развернулась и отошла к своему месту. — Ну? Как вчера сходили?

— По мне не видно? — огрызнулся поисковик, кое-как снимая с контейнера крышку. — Я вообще не представляю, что со мной там сегодня будет, и выживу ли я после этого. Шефу ведь наплевать, что мне ходить-то сложно, не то что бегать или с тренажерами корячиться. А вы еще хотите, чтоб я в экспериментах каких-то участвовал.

— Зато будет у вас потом роскошная фигура и торс с "кубиками", — мечтательно вздохнула Дейдара, словно лично ей с этого что-то обломится.

— Я б на твоем месте не обольщался, — Джозеф с некоторым усилием орудовал ложкой: руки практически не слушались. — Не думаю, что до этого дойдет.

— На "острова" попадает сознание, а не тело, так что там у вас болеть ничего не должно, — Далила задумчиво листала свою газету в поисках неразгаданных кроссвордов. — Так что ничто вам не мешает поучаствовать в эксперименте.

Джозеф задумался. И правда! В зоне рекреации потянутые мышцы, скорее всего, не будут о себе напоминать!

Спешно доел. Отодвинул пустую посуду в сторону.

— Спасибо большое. Меня не беспокоить.

Лег спать. Распахнул дверь магазина.

— Добрый день, — поздоровался Гектор.

Джозеф осторожно размял руку. Наклонился вправо-влево.

— Чудно, — довольно заключил он, убеждаясь, что действительно не испытывал при движении никакого дискомфорта.

Торговец с вежливым недоумением наблюдал за действиями Обладателя. Попугай сидел на ветке своей пальмы, склонив голову набок.

— Фиу! — свистнул он многозначительно.

— Как прошло ваше первое посещение спортивного зала? — поинтересовался старик. — Подождите, я схожу заварю чай. Посидите пока.

— Ага, — Джозеф привычно устроился в кресле.

Квирчик шуршал листьями и тихо скворчал. Со стороны кухни доносились шаги и звон посуды.

Джозефу стало скучно. Пролистнул книгу. Та ничего нового с прошлого раза не написала, поэтому он быстро ее закрыл и отложил в сторону.

Вернулся торговец. С подносом и чайником. Как всегда, имелась тарелка разнообразной выпечки. Обладатель обратил внимание, что Гектор уже давно не пытался приготовить что-нибудь новое: судя по всему, дела "архипелага" занимали всё его время.

— Прошу прощения, что так долго, — торговец осторожно поставил на стол изящную чашечку из тонкого фарфора.

На ней были нарисованы ангелы и какие-то райские сады. В избытке присутствовала позолота. Джозеф немного удивился: прежде подобной посуды в лавке он не видел.

— Подарок с одного из "островов", — пояснил старик, заметив интерес Обладателя к чашке. — Сервиз на шесть персон. Кстати, я ушел за чаем прежде, чем вы успели ответить. Так как прошло первое занятие?

Джозеф неопределенно пожал плечами.

— Ну, так, обычно, — отозвался он без особой уверенности. — Ничего интересного. Вот только все мышцы теперь болят.

— Ничего страшного, пройдет.

— Разумеется, пройдет, — Джозеф осторожно отхлебнул чаю — чашка выглядела настолько хрупкой, что он боялся ее раздавить пальцами. — Но до тех пор я у вас пересижу, ладно? "Наружи" мне непросто даже шевелиться.

— О чем разговор?! Это же ваш собственный "остров", вам и вопросы-то такие не должны приходить в голову!

— Ну-да, ну-да, — Джозеф покосился на торговца. — Я еще не забыл, как вы меня отсюда выставили, потому что какое-то собрание проводили.

— Давайте, вспомните еще, что было два года назад! — Гектор был слегка раздражен.

— А что тогда было? — задумался Обладатель, надкусывая ватрушку.

— Ничего.

— Кстати, сколько "островов" уже входит в "архипелаг"? — заинтересовался вдруг Джозеф.

— Сто пятнадцать! — с гордостью поведал старик.

— Ого, — подивился оперативник. — А вы разрослись...

Торговец вдруг нахмурился и приложил к уху левую руку.

— Прошу прощения, — сказал он через несколько секунд, глядя на обеспокоено наблюдавшего за ним Джозефа. — Меня срочно вызывают в нейтральное пространство. Посидите пока без меня?

Обладатель дернул плечом, давая понять, что не возражает и спокойно побудет некоторое время в обществе попугая.

Гектор достал из ящика ключик и повторил все уже известные поисковику манипуляции. Шагнул в образовавшийся проход. Через пару секунд тот исчез.

Оперативник недоверчиво моргнул. Решил, что, скорее всего, торговец соврал, будто ему ничего не сказали по поводу посещения Джозефом нейтрального пространства. Видимо, проблемы у старика тогда всё же были, раз он запер дверь, чтоб Обладатель не забрел туда следом за ним из любопытства или от скуки.

Встал с кресла и осторожно провел рукой там, где буквально только что зиял темный прямоугольник входа. Ничего.

— Ну и ладно, — подумал он, возвращаясь к чаепитию. — Не больно-то и хотелось.

На "островитянина" он обижаться не стал, ибо прекрасно понимал его желание максимально обезопасить себя от лишних проблем.

Попугай перебирал перья под крылом, нагло делая вид, что находится в помещении в одиночестве. Джозеф повертел в руках какой-то непонятный лежавший на столе предмет. Решил, что трогать его в отсутствие Гектора неразумно, ибо мало ли как он действует, и осторожно положил на место.

Вдруг из ниоткуда на него с диким мявом прыгнула кошка. Сервиз на шесть персон автоматически стал рассчитанным на пятерых. Осколки выпавшей из рук чашки и лужа недопитого чая украсили собой пол. Животное, нечаянно зацепившись когтями за рубашку Обладателя, орало, пыталось вырваться и ожесточенно размахивало щупальцами. Джозеф, вскочив с кресла, ругался, в свою очередь не менее остервенело пытался его с себя стряхнуть и старался как можно меньше к нему прикасаться — он так до конца и не уверился, что кошка была не заразной. К тому же наросты на ее спине не вызывали у него ничего, кроме отвращения. Подхваченный общим порывом паники, Квирчик оглушительно галдел и метался по своей пальме, не способствуя общему успокоению.

— О господи! Она здесь! — раздался полный облегчения голос торговца. — Слава богу.

Старик стоял в снова открывшемся проходе и был счастлив.

— Уберите ее от меня! — потребовал Джозеф, нечаянно додавливая ногами хрупкий фарфор.

— Да-да, конечно.

Животное удалось затолкать в принесенную с собой Гектором клетку. Обладатель посмотрел на исцарапанные руки. Перевел полный неприязни взгляд на плененную кошку. Та злобно шипела и утробно ворчала, поджав уши и ощетинившись.

— Я же просил не притаскивать сюда это чудовище! — Джозеф был крайне раздражен.

Торговец, убедившись, что выбраться из узилища зверь не мог, успокоился и снова приложил руку к уху.

— Кошка здесь, — сказал он кому-то. — Всё обошлось.

— Никто ее сюда не притаскивал, — наконец, обратил он внимание на Джозефа. — Она была с нами в нейтральном пространстве, потом вырвалась, прыгнула на меня и исчезла.

Во все еще открытом проходе замаячило несколько человеческих фигур. Гости были взволнованы, переговаривались и явно спешили попасть в магазин.

— Мне кажется, тот факт, что после этого она появилась здесь, доказывает мою теорию о том, что произошло с девочкой, — спокойно продолжил Гектор, замечая втоптанные в пол осколки фарфора. — Сидите-сидите, я потом всё приберу.

— Ой, как интересно! — сказавшего это мужчину Джозеф уже видел за день до этого возле беличьего колеса. — Ну-ка, ну-ка! Покажите ее мне! Кто-нибудь захватил мой чемоданчик?

— Э-э-э... — торговец беспомощно поглядел на Обладателя.

— Да понял я, понял, — буркнул тот, шагая к двери. — Ухожу уже.

14.

— И всё равно, я считаю, что тебе рано выписываться! — Вилле с неодобрением наблюдал за тем, как товарищ собирает вещи. — Полежал бы еще — никто тебя отсюда не гонит.

— Дома полежу, — отозвался Джастин, запихивая кружку в пакет с оставшимися продуктами. — Меня уже тошнит от больницы.

— Знаю я, как ты лежать будешь, — проворчал медик. — Все твои бабы как толпой набегут... Ты помнишь, что тебе нельзя перенапрягаться?

— Помню-помню. А что, Джозеф сегодня не зайдет? Я думал на него свои сумки повесить.

— Не, — Вилле помотал головой. — Сказал, что очень занят. Мне кажется, он предвидел, что его захотят использовать в качестве бесплатной рабочей силы.

Объект беседы в этот момент погибал на беговой дорожке.

— Может быть, хватит? — с надеждой поинтересовался он у стоявшего рядом тренера.

Даже говорить было трудно. Ноги заплетались, сердце пыталось проломить ребра и выбраться на свободу, а правый бок болел нещадно.

— Осталось две минуты, — скучающим тоном ответил тренер, позевывая. — Не сбивай дыхание.

Джозеф стиснул зубы. И зачем он вообще подошел к мускулистому инструктору с вопросом, как пользоваться одним из тренажеров?! Покрутил бы себе педали в комфортном темпе, повисел на турнике и ушел плавать, так нет же! Приспичило привлечь к себе внимание!

Джозеф скосил взгляд на таймер. Нет, осталось совсем чуть-чуть — было бы обидно умереть от разрыва сердца на последних секундах забега.

— Какое "отдохнуть"?! — искренне удивился тренер, когда оперативник таки закончил упражнение и предпринял попытку бездыханным свалиться на скамью. — Лучший отдых — напряжение другой группы мышц! Пошли. Покажу одну замечательную штуку: бицепсы только так накачивает.

В бассейне в этот день Джозеф не плавал, а тихо шел ко дну на мелководье. Такого насилия над организмом он не испытывал никогда в жизни.

Кое-как заполз в родную квартиру, поборол желание свалиться на пол в коридоре посреди обуви, заставил себя вытряхнуть сырую от пота футболку в корзину для грязного белья и, добравшись до кровати, со вздохом облегчения упал на матрас. Полежал неподвижно, наслаждаясь покоем и отсутствием необходимости шевелиться. Поглядел на стоявший на прикроватной тумбочке будильник. Оставалось валяться еще минут сорок: в "офисе" его ждали лишь к одиннадцати. Подумал, что было бы неплохо поужинать, но мысль, что для этого надо вставать и идти на другой конец квартиры, оказалась сильней голода.

— Вы опоздали! — Далила ощутимо нервничала.

Происходящее ей ужасно не нравилось. Виновной в этом она считала саму себя, поскольку не удержалась и обсудила с ученым пришедшую Джозефу в голову мысль. Тот идеей загорелся и, несмотря на все последовавшие возражения, пожелал проверить ее как можно скорее. Далиле оставалось лишь пристально следить за ходом эксперимента, чтоб иметь возможность вмешаться, если тот станет слишком опасным для ничего не подозревавшего Обладателя.

— Прошу прощения. Заснул и не уследил за временем, — Джозеф закрыл за собой дверь и прошел к столу, где уже сидели его подчиненные.

— А мы тут уже "остров" успели выбрать, — поделилась Дейдара. — Видите, как долго вас не было?

Лично она абсолютно не волновалась, надеялась на "авось" и не желала тратить нервы, беспокоясь о благополучии человека, которого даже никогда не видела.

Джозеф подумал, что раз был здесь уж так необходим, то ему могли бы позвонить и разбудить. Так и сказал.

— Ладно, давайте начнем! — у Виктора чесались руки и маниакально блестели глаза. — Не смотри на меня так — сказал же, что буду предельно осторожен, так что ничего плохого не случится.

И они начали.

— В следующий раз надо побольше народа привлечь, — ученый был не вполне доволен результатом эксперимента. — Вас троих явно мало.

Изначально была выбрана максимально "легкая" зона рекреации: много пустого пространства и почти полное отсутствие всяческих излишеств типа мебели, расписных стен и прочей начинки. Сознание Обладателя "остров" почти не нагружал, несмотря на то, что относился к третьему поколению. Опытным путем было установлено, что даже при одновременной загрузке трех его частей, он продолжал исправно функционировать. Виктор, не придававший особого значения данного Далиле обещанию, очевидно, рассчитывал добиться полного коллапса и на достигнутом останавливаться не собирался.

— В следующий раз мы найдем добровольца, согласного предоставить свою зону рекреации, — решительно заявила Далила. — Желательно кого-нибудь из работников Академии. Он будет находиться под постоянным наблюдением врачей, чтоб в случае чего можно было немедленно оказать ему медицинскую помощь и прервать эксперимент.

— Да-да, — Виктор ушел в свои мысли. — Непременно.

Далила нахмурилась. У нее зародилось подозрение относительно того, что работник Лаборатории N 4 имел в виду на самом деле.

— Можно будет следить за импульсами мозга, давлением и всем остальным, — мечтательно продолжил Виктор. — Мне сегодня этого очень не хватало. На какой стадии начинаются изменения? Каков предел выносливости человеческого организма? Я, конечно, ранее пытался смоделировать процессы на компьютере, но это далеко не то же самое. А если у меня под рукой будет живой подопытный...

Далила опасно прищурилась.

— Вас вызывают! Вас вызывают!

Пробуждение Джозефа сопровождалось болью и рядом прочих неприятных ощущений.

— Ты можешь меня не тормошить?! — рявкнул он на сестру.

— Идем скорее! Ты должен посмотреть! — Лара была слишком счастлива и возбуждена, чтоб разыгрывать обиду. — Ну быстрее же!

Убежала в зал. Джозеф с тяжким вздохом крайне нехотя сполз с кровати и поплелся следом.

По телевизору в очередной раз показывали Роберта. Лара сидела на диване с видом религиозного фанатика при виде объекта поклонения вживую.

— ... вам не было страшно? — спрашивал корреспондент.

— Нет, что вы, — беззаботно улыбаясь, отвечал бывший проводник. — Ничего особенного же не произошло.

Лицо интервьюируемого было перемазано сажей. На заднем плане что-то догорало.

— Вы уже прежде сталкивались с пожарами?

— Нет, но однажды мне пришлось драться с крайне ядовитой змеей. Вот тогда я действительно немного испугался.

— "Драться"?! — репортер был в шоке.

— Ну, это я преувеличил, — смущенно рассмеялся актер. — Всего лишь перехватил ее так, чтоб она не могла меня укусить...

— Что случилось-то? — поинтересовался Джозеф.

— Во время съемок произошел несчастный случай и павильон загорелся, — Лара отвечала, ни на секунду не отрывая глаз от экрана. — Роберт в одиночку вывел попавшую в ловушку съемочную команду из огня, держал свалившийся кусок декораций, чтоб тот не перегораживал выход, пока остальные не покинули помещение, а потом еще и вернулся за, как выяснилось, оставленной где-то позади актрисой. Черт, это я должна была быть на ее месте! — Лара принялась нервно грызть ноготь на большом пальце.

Джозеф снова поглядел на улыбавшееся в телевизоре лицо.

— О боже, да у вас ожог!

— Где? — Роберт проследил за взглядом корреспондента. — А. Точно. Да, ничего серьезного.

Потом показали спасенную актрису, тлевший остов павильона.

Оперативник молча ушел в свою комнату. Всё-таки, он не переваривал этого человека: по сравнению с ним Джозеф чувствовал себя ущербным.

На "остров" он в этот день не пошел. Лежал и чуть ли не впервые за много лет думал о том, что надо в себе что-нибудь менять.

— Я смотрю, ты бодрячком! — шеф ликовал.

— Ага, как видите, — Джозеф поморщился.

— В такие моменты, глядя на лучащиеся счастьем и благодарностью лица подчиненных, понимаешь, что не зря прожил жизнь... Ладно, довольно лирики. Зачем пришел?

— Диана просит выслать ей новый металлоискатель.

— А старый где?

— Сломался, — вздохнул Джозеф, предвкушая словесный выплеск начальства.

— Никакого бережного обращения с имуществом, — привычно завел шеф свою шарманку. — Вот и доверяй вам после этого ценное оборудование. Я всем по двум "Г"-образным проволочкам выдам! Ну, знаешь, такими еще воду ищут, — глава отдела изобразил руками, как именно это делается. — Вот их можете и гнуть, и ломать, и терять. "Выслать ей новый металлоискатель"! Ишь, что удумала! Умные все стали! Ладно, у всех вещей есть свой ресурс. Будет ей новый металлоискатель — прежний уже свое давно отработал. Всё, свободен.

На давешнего тренера-добровольца Джозефу не повезло наткнуться сразу же при выходе из раздевалки. Лицо нового знакомого озарило Узнавание.

— Быстрее, не ленись! Мышцы разработаешь — легче станет. Ты меня еще благодарить будешь.

Джозеф остервенело крутил педали велотренажера. Не то, чтоб он этого хотел, но и не то, чтоб у него был выбор.

— Тебя как зовут-то хоть?

Тренер с гордостью указал на приколотый к своей майке бэйджик. "Персональный инструктор Юлий" прочитал Джозеф.

— Как Цезаря, — добавил тот доверительно.

— Я понял. Можно узнать, что ты ко мне привязался? — состояние организма в последние дни проявлению вежливости не способствовало.

— Во-первых, мне за это деньги платят, — резонно заметил Юлий. — Во-вторых, ты такой дрищ, что я просто не могу пройти мимо.

— Сам ты!.. — Джозеф еще раз взглянул на мускулы собеседника. — Ладно, проехали.

На дрища Юлий уж точно похож не был.

Стало обидно.

— Вон, смотри, какая-то девушка в помощи нуждается, — предпринимая попытку отделаться от собеседника, кивнул он на юное, на вид хрупкое существо, зачем-то вцепившееся в штангу.

— Ты за нее не волнуйся, — отозвался персональный инструктор, удостаивая объект разговора лишь мимолетным взглядом.

Уже через пару секунд стало понятно, что "хрупкость" есть понятие относительное, а девушка таки знала, что делала.

Джозеф сдался.

— Тебе не удастся сделать из меня Рембо, — лишь флегматично изрек он, вяло шевеля ногами. — При всем желании.

— Кто не рискует, тот не пьет шампанского! — невпопад ответил тренер, довольный только что одержанной маленькой победой.

— "Риск"?! — мрачно думал Джозеф. — Ладно, понадеемся, что кое-кто просто не умеет правильно выражать свои мысли...

— Как это понимать?! — негодовал по телефону Джастин.

— Что такое? — оперативник агонизировал, лежа на собственной кровати, и не имел ни малейшего желания отчитываться за что бы то ни было.

— Тоже мне друг называется! Между прочим, я уже почти два дня как выписался, а ты даже ни разу не позвонил и не поинтересовался, ничего ли мне не нужно!

— А, точно. Забыл.

— Мне дома скучно. Выходить на улицу я пока без сопровождения опасаюсь, так что единственная надежда на гостей. Бери Вилле, и приходите завтра после работы.

— В чем проблема? Позвони этой своей... не помню, как ее там звали. Или второй, Марии, кажется.

Джастин тяжко вздохнул.

— К сожалению, они узнали о существовании друг друга, так что я временно одинок, словно тополек в степи. Из-за этих идиотских травм даже не имел возможности наладить пошатнувшуюся личную жизнь.

"Так вот почему они не дежурили в палате, кормя больного с ложечки и прогоняя задерживающихся посетителей", — догадался Джозеф, поправляя щекой съезжавшую с плеча телефонную трубку.

— Я надеюсь, ты еще не оприходовал тот коньяк, которым тогда меня в больнице соблазнял?

— Нет. Стоит, тебя ждет. Ты когда на работу-то выйдешь? — Джозеф ненавязчиво сменил тему разговора.

Рассказывать, что в ближайшее время никуда без острой необходимости идти не собирался, и слушать по этому поводу нытье собеседника, ему совершенно не хотелось.

— Да вот не знаю, — задумчиво протянул Джастин. — На задания мне пока рано выезжать — не оклемался я настолько. А сидеть в кабинете... Зачем шефу второй бездельник?

— Да уж, ты там, действительно, ни к чему.

Джозеф вспомнил, что при посторонних он с подчиненными не сможет открыто обсуждать дела Академии и подразделения, а также многострадальный "остров".

— У тебя же послезавтра реинсталляция, да? — уточнил он.

— Да. Откуда знаешь? Я же, кажется, не говорил...

— Значит, всё-таки когда-то да обмолвился. Иначе где бы я еще мог об этом услышать?

— Нет, я совершенно точно помню, что...

— Ладно, пока, — Джозеф спешно нажал на кнопку с красной трубкой.

Джастин был проницательным и обращал внимание на полунамеки и мелочи. Это делало его хорошим специалистом-поисковиком, но порой очень хотелось, чтоб он был хоть немножечко тупее.

— Как бицепсы? — Дейдара ткнула пальцем в плечо развалившегося на столе начальника.

Тот взвыл и чуть не упал со стула на пол. Девушка предусмотрительно отскочила в сторону и, поймав на себе полный ненависти взгляд, отошла еще дальше.

— Больше никогда так не делай, — выдавил из себя Джозеф, подавляя рвавшуюся с языка нецензурную тираду.

— Через несколько дней всё пройдет, — хладнокровно напомнила Далила, поливая цветы на подоконнике. — Потерпите немного.

— А чем я, по-твоему, занимаюсь?! — огрызнулся мужчина, снова устраиваясь поверх документов. — Кстати, вы что-то свои прямые обязанности забросили. Смотрите, сколько скопилось бумаг. Разберитесь с ними.

Стажерка едва заметно усмехнулась, поставила лейку.

— Слушаю и повинуюсь, — провозгласила она, выдергивая стопку из-под непосредственного начальника.

— А мне не больно. Ха-ха, — отозвался тот, не меняя положения, с триумфом глядя на подчиненную из-под челки.

Далила фыркнула и гордо прошествовала к своему столу.

— Чайку попить, что ли?.. — задумчиво протянула Дейдара, даже не сомневаясь, что подруга справится с работой и без ее помощи.

Было темно, дымно и очень шумно. А также тесно и накурено. Джозеф смотрел на дергавшуюся и бесновавшуюся толпу, пытаясь вспомнить, какую картину ему это зрелище напоминало. Что-то связанное с геенной огненной...

Дискотеки с детства лидировали в списке нелюбимых оперативником вещей. Его бесила эта потная подвыпившая толпа, бьющая по мозгам музыка, подобную которой он в обычных условиях с отвращением бы выключил, если б та вдруг заиграла по радио. К сожалению, его классная руководительница придерживалась однозначных взглядов на вопрос, что должно интересовать молодежь, и зорко следила, чтоб все ее ученики как следует "веселились", когда в школе проводились подобные мероприятия. Она вылавливала его с друзьями по углам и пустым кабинетам, где те мирно занимались своими делами, и гнала "танцевать", подходила с вопросами: "Ты чего такой сердитый? Ну-ка улыбайся! Веселее! Веселее!" — и энергично приплясывала рядом, подавая пример.

И вот теперь Джозеф, стараясь не привлекать к себе внимания, стоял у стенки и томился от разбереженной психологической травмы детства.

— Пройди, пожалуйста, через танцпол, — раздался в его ухе голос Виктора.

Тот всё же пришел к выводу, что не стоит изобретать велосипед, и перенес переговорное устройства из браслета в крошечный практически незаметный наушник.

Джозеф послушно отлип от стены и, осторожно скользя между танцующими, принялся прорываться на другой конец помещения.

— Ага, отлично, отлично, — одобрительно бормотал ученый. — Изображение очень четкое. Я и представить себе не мог, что получится так хорошо.

Обращенные на него недоуменно-насмешливые взгляды Джозеф старательно игнорировал. На этот "остров" группу отправили в режиме видимости, но адаптации внешнего вида под среду: избежать столкновений с людьми в такой толчее вряд ли бы удалось, и аборигены чувствовали бы себя неуютно при телесных контактах с "пустым местом". Зачем испытывать новое изобретение Виктора со товарищи, прибор наблюдения за внутренностями зоны рекреации, именно тут, Джозеф так и не понял. Да, стильные темные очки, передающие изображение на монитор ученого, — это, конечно, круто. Но на ночной дискотеке их носитель выглядел полным придурком.

Джозеф, пройдя по залу, выбрался к барной стойке. Целовалась какая-то сильно нетрезвая парочка, чуть ли не валясь с высоких стульев на пол. Оперативник немного от них отодвинулся и принялся выглядывать в толпе своих спутниц. Ната обнаружилась быстро, Шэл нигде не было видно. Еще разок пробежав глазами по дергавшимся головам и, так ее и не найдя, поисковик отвернулся и со скучающим видом принялся изучать стоявшие на полках бутылки. Интересно, здесь выпивка бесплатная? Таки "остров" же, а не реальность. "Маловероятно", — с тоской подумал Джозеф, вспоминая родного торговца-барыгу. На стойке перед ним возник фигуристый бокал с каким-то многослойным коктейлем и нацепленным на край кусочком ананаса. Торчала соломинка.

Джозеф перевел подозрительный взгляд с напитка на бармена. Тот стоял напротив и гостеприимно улыбался, протирая рюмку белоснежной салфеткой.

— Это что? — поинтересовался оперативник.

— Подарок, — блеснул зубами человек за стойкой.

— С какого перепугу? — поисковик в немотивированную щедрость не верил.

— А вы не очень приятный в общении человек, — усмехнулся собеседник. — Коктейль называется "Каникулы на тропическом архипелаге".

Бармен многозначительно замолчал. Джозеф испытующе глядел на него в упор — намек или совпадение. "Островитянин" заговорщически подмигнул. Таки намек.

— Спасибо, — без особого энтузиазма поблагодарил Джозеф, пробуя напиток.

Гектор сдержал обещание — Обладателю магазинчика, действительно, если и не будут рады на любом "острове" "архипелага", то, по крайней мере, эту радость старательно изобразят. Почему только это должно происходить именно тогда, когда на нем передающие изображение очки?! Только бы никому здесь не пришло в голову говорить с ним на всякие щекотливые темы, передавать привет старику и ставить под удар иными способами.

— Ната, как у тебя дела?

— Хорошо, я его засекла. Теперь отслеживаю, — Джозеф слышал все переговоры Виктора с остальными сотрудниками, засланными в эту зону рекреации.

Ната испытывала штуку, определявшую точное местонахождение Обладателя. Данное изобретение Виктора, по общему мнению, было очень важным и позволило бы избегать встреч с владельцами "островов" во время заданий. Вот ее-то как раз в толпе тестировать сам бог велел. Не то, что эти очки.

Джозеф с мрачным видом присосался к своему коктейлю.

— Девушка, а чего это вы за мной всё время ходите, а? — в переговорном устройстве послышался незнакомый игривый мужской голос.

— Ничего подобного, — Ната отвечала неуверенно и явно нервничала. — Не хожу я за вами. Вам всё показалось.

Джозеф обернулся. Нашарил коллегу взглядом. Та испуганно пятилась от наступавшего на нее субъекта.

— Какие мы скромные, — приглушенно звучало в ухе. — Ну пошли потанцуем тогда для начала.

— Спасибо, не хочу, — Ната увернулась от пытавшейся подхватить ее под талию руки.

Джозеф мысленно застонал. Поставил бокал на стойку.

— Это Обладатель! — встревожено сообщил Виктор, получивший показания тестируемого девушкой прибора. — Сделайте что-нибудь, пожалуйста!

— Ага. В процессе, — буркнул Джозеф, пробиваясь сквозь толпу и крайне слабо себе представляя, что делать, когда окажется на месте.

— Не трогайте меня, пожалуйста! — теперь Нату было слышно и так.

— М-м-м... Девушка просит вас ее не трогать, — Джозеф не придумал ничего лучше.

— А чё ты такая борзая?! — возмущался владелец "острова", хватая работницу Академии за запястье.

"Заступника" он даже не заметил.

Джозеф в досаде скрипнул зубами — внутренний голос подсказывал, что, возможно, намечается драка с его участием. Это угнетало.

— Вот ты где! — преувеличенно жизнерадостно провозгласил он, подходя к коллеге и обнимая ее за плечи. — А я тебя потерял. Пошли, нам домой пора.

Ненавязчиво повел ее прочь, надеясь затеряться в толпе. Далеко уйти они не успели.

— Я что-то не понял, ты вообще кто? — в голосе местного Обладателя дружелюбия было не много.

— Э-э-э... Сын, — Джозеф порой сам удивлялся, что выдавал его мозг в критических ситуациях.

Мужчина пораженно поглядел на Нату. Та тоже была немного удивлена.

— Чё ты мне тут!.. — владелец "острова" оперативнику явно не поверил, зато разозлился и настроился на выяснение отношений.

Договорить ему не удалось. К своему удивлению он вдруг оказался на полу с заломленной за спину рукой.

— Если я надавлю чуть сильней, то тебе придется долго ходить в гипсе, — проговорил возле его уха спокойный женский голос.

— Шэл, что ты делаешь?! — вопил Виктор. — Это же Обладатель! Отпусти его немедленно! Кто-нибудь, оттащите от него Шэл!

Началась неразбериха. Музыка всё так же орала, грозясь вдавить слуховые перепонки в мозг, и гулко стучала в черепе. "Островитяне", находившиеся рядом и видевшие происходившее, были растеряны и не совсем понимали, что делать. Ната бегала вокруг коллеги и умоляла ее отпустить жертву. Последняя орала, что Шэл запомнила, что та еще пожалеет и будет на коленях вымаливать прощение.

Джозеф мучался головной болью. Ко всем окружающим шумам еще добавлялись возгласы и "ценные указания" Виктора, видевшего происходившее глазами поисковика и жаждавшего хоть как-то принять участие. Оперативник опустил веки и устало потер переносицу.

— Мы вас просим покинуть "остров", — услышал он рядом с собой спокойный голос.

Ученый в это время активно переговаривался с двумя другими членами группы и на Джозефа внимания не обращал. Тот медленно снял очки и повернулся к неизвестно когда успевшему подойти бармену.

— С радостью бы, — ответил он.

Если уж на то пошло, то Джозеф мечтал покинуть это место с той секунды, как здесь оказался.

"Островитянин" покосился на темные очки, удерживаемые так, чтоб Виктор мог видеть главное.

— Уходите, — велел он разом похолодевшим голосом. — Обладателя я отвлеку. Остальные препятствий вам чинить не станут.

— Это обнадеживает, — буркнул Джозеф, возвращая прибор наблюдения обратно на голову.

Глянул в сторону выхода из зоны рекреации. В принципе, путь был практически свободен. Самое сложное — забрать Шэл. Начал с простого — отослал Нату.

— Пошли отсюда.

Вторая коллега обернулась к нервничавшему Джозефу, пошарила взглядом по округе, увидела, что третий член их группы уже ждал возле двери, равнодушно кивнула, бросила свою жертву и спокойно зашагала прочь. Оперативник, крайне удивленный таким послушанием, спешно последовал за ней.

— Ну всё! — Обладатель, всем обликом излучая жажду мести и праведный гнев, поднимался на ноги. — Вы меня!..

— С вами всё в порядке?! — бармен кинулся ему помогать, при этом больше мешая и роняя обратно. — Сколько пальцев вы видите? — помахал у него перед глазами рукой. — Кто-нибудь, принесите воды!

— А ну стоять!

Хлопнула дверь. Все трое вернулись в "офис". Зареванная и перепуганная Ната повисла у Ника на шее. Джозеф пошел "наружу" пить лекарство от головной боли.

Вилле отстраненно рылся в какой-то коробке.

— Ты же обычно таблетки не ешь, — протянул он, читая этикетку на каком-то пузырьке. — Ждешь, когда всё само пройдет.

— Сейчас не тот случай — такое чувство, что еще немного и голова на куски разлетится, — Джозефу было плохо.

На "островах", по крайней мере, мышцы не ощущались так, будто вот-вот отвалятся от костей.

— Мне кажется, я заболеваю, — просунулась в дверь чья-то голова. — Горло болит и слабость.

— Я занят, — отозвался медик. — Проходите, снимайте обувь. Посидите пока на кушетке — освобожусь и займусь вами.

— Тогда я попозже зайду, — дверь закрылась.

— Значит, не так уж ему и плохо, — задумчиво произнес Вилле, протягивая Джозефу таблетку.

— Водички дай, пожалуйста. Запить.

— А у тебя уже ноги и руки отсохли самому это сделать? — медик всё же встал и пошел за стаканом.

— Не представляешь, насколько ты близок к истине, — вздохнул Джозеф, наслаждаясь тишиной и покоем.

Вилле о внезапно свалившемся тому на голову абонементе в спортивный центр знал, поэтому лишь понимающе хмыкнул. Налил воды. Передал больному.

— Джастину завтра "остров" реинсталлируют.

— Я в курсе. Когда оно теперь подействует? — Джозеф благодарно кивнул и вернул медику пустой стакан.

— Не за что.

— М-м-м... Спасибо, — вспомнил о вежливости.

— Должно скоро, — пожал плечами Вилле.

Голова прошла к обеду.

— На вас поступила жалоба, — сурово провозгласил Гектор, когда Обладатель показался в дверях лавки.

— Могу себе представить, — устало отозвался тот, плюхаясь в кресло и со вздохом закрывая глаза. — Передайте, пожалуйста, мои извинения.

— Вы занимались шпионажем!

Квирчик обличительно кудахтнул и напыжился.

— А? — Джозеф приподнял одно веко и взглянул на торговца. — Очки, что ли? Это была проверка оборудования — работают или нет. Шпионаж тут ни при чем.

— Ну, знаете ли, — старик был задет. — Мало того, что вы невидимыми можете становиться, так теперь еще и это? Ваше подразделение ставит "архипелаг" в очень неудобное положение.

— А что я могу сделать? Вы так говорите, будто от меня что-то зависит!

Лавочник молчал. Обладатель тоже. Тикали часы, а попугай с тихим шелестом грыз разбросанные по столу документы. Спохватившись, Гектор к неудовольствию птицы их собрал и спрятал в выдвижной ящик, подальше от шаловливого клюва.

— Очки у вас с собой? — деловито поинтересовался он, снова обращая внимание на дремавшего в кресле гостя.

Тот отрицательно покачал головой.

— Они работают всё время, — пояснил Джозеф. — Думал захватить их сюда, вам показать, но они ведь постоянно транслируют Виктору всё, что оказывается в их поле зрения. Не представляю, как отключить.

— Жаль. Чай будете? — похоже, старик немного оттаял.

— Давайте, — согласился Джозеф, радуясь, что самая трудная часть разговора осталась позади.

Выпили по чашке. Квирчик сидел на краю тарелки с выпечкой и, словно мстя за то, что у него отобрали бумагу, раздирал находившиеся в его досягаемости ватрушки и плюшки. Во все стороны летели клочья теста и комочки творога. Птица урчала с мрачным удовлетворением. Люди какое-то время наблюдали за ее действиями, потом потеряли интерес.

— Как кошка? — уже привычно полюбопытствовал Обладатель.

— Без изменений, — ответил лавочник. — Жива пока.

Многочисленные опыты и анализы доказали, что животное при контакте с человеком по своему желанию было способно перенестись на родной тому "остров". С тех пор, как это подтвердилось, реальных продвижений в исследованиях не произошло. Распространяется ли этот феномен на взаимодействие с животными и предметами? Почему безымянная девочка попала не в лавку, а в зону рекреации, связанную с Джозефом более чем косвенно? В другие места кошка не перемещается, потому что не может или потому что просто не хочет? Или, может быть, оперативника с подчиненными выкинуло на подиум по какой-то иной, никак не связанной с данной способностью девочки, причине? Эти вопросы пока оставались без ответа, тем более что большинство имевшихся в "архипелаге" ученых и просто талантов билось над тем, как противодействовать невидимым работникам подразделения. Им было не до кошки.

— А почему вы, собственно, не в "офисе"? — поинтересовался торговец. — В это время вы же обычно всегда там.

— Да так. Прогуливаю. Не думаю, что я там нужен — сегодня уже потрудился на благо Академии.

— Кстати, кажется, вашу девочку видели на одном из наших "островов".

Гектор, до этого отстраненно формировавший на тарелке цветочек из печенья, поднял на Обладателя внимательный взгляд. Тот продолжал спокойно пить чай.

— Сведенья неточные, — продолжил старик, подхватывая заинтересовавшегося съедобной конструкцией попугая и пересаживая его себе на плечо. — Мой человек в той зоне рекреации не смог внятно объяснить, что именно он видел, но мы предполагаем, что это была она. На месте уже работает группа наших ученых. Результаты проверки, думаю, будут у меня к вечеру.

— Ясно, — Джозеф поставил чашку на прилавок. — Как у нее дела?

Лавочник поглядел на оперативника с укоризной.

— Существо находилось в поле зрения моего информатора всего лишь чуть больше секунды. Единственное, что он может сказать с уверенностью, так это то, что оно вообще было. А вы хотите, чтоб я поведал вам о том, как девочка себя чувствует и какое у нее настроение?

— Ну а вдруг вам было что ответить по этому поводу, — отозвался Обладатель.

— Вас вызывают в "офис"!

— Видимо, вы напрасно считали, что там не нужны, — старик стряхнул крошки со стола на пол и, подхватив грязную посуду, скрылся на кухоньке.

Джозеф послушно вышел за дверь.

— Итак, как вы знаете, завтра будет проведена реинсталляция поврежденного "острова", — говорил с мониторов Александр Борисович. — Поэтому сейчас мы в последний раз пошлем туда группу.

— Идем мы трое, — шепнула сидевшая рядом Далила. — Я попросила, чтоб отправили нас. Остальные пока об этом не знают.

— А почему всегда посылают именно его?! — возмутился Тревор, когда глава подразделения объявил состав группы. — Нас здесь почти двадцать человек, но каждое второе задание почему-то достается именно ему! Рихард вон вообще ни разу пока никуда ходил.

Рихард как раз таки данным фактом был очень доволен и не хотел, чтоб что-то менялось.

— Что вам мешало вызваться добровольцем, когда была такая возможность? — грозно поинтересовался он, медленно поворачиваясь к борцу за равноправие. — Помнится мне, что вы тогда сидели и особого рвения работать не выказывали.

— А я сразу говорила, что надо это втихаря провернуть, когда все уже по домам разойдутся, — лениво протянула Дейдара, не обращая внимания на тот факт, что ее мог услышать кто-нибудь посторонний.

— Всё равно я считаю, что руководство неоправданно выделяет некоторых работников, — гнул свое представитель аграрного подразделения.

— Молчать, — спокойно произнесла Шэл, даже не поворачиваясь к спорившим.

В помещении "офиса" повисла тишина. Даже собиравшийся что-то сказать Александр Борисович передумал открывать рот. Шервуд откровенно балдел от того, какой эффект умела производить его напарница, и с гордостью на нее поглядывал.

— Ладно, мы тогда пошли, — Далила встала из-за стола.

— Сейчас-сейчас, — послышался голос Виктора. — Координаты только настрою. Кстати, очки не забудьте, пожалуйста.

"Остров" Джастина практически не изменился с тех пор, как Джозеф был здесь в последний раз.

— По крайней мере, не стало хуже, — провозгласила Дейдара, помахивая вырванной из грядки человекообразной морковкой.

Плодовые деревья кривились уродливыми гримасами бугристых наростов. Наглая и упитанная ворона степенно долбила клювом вырванный кем-то ранее и так тут и оставленный слегка подвявший корнеплод. Одна рука и полголовы уже были превращены в богатое витамином А рыжее месиво. Земля действительно выглядела так, будто здесь пробежала какая-нибудь варварская орда со своими стадами — и не подумаешь, что тут топтались лишь несколько человек. Сараюшка зиял темным провалом распахнутой двери. На крылечке валялся старый совок.

Зато больше не было сорняков. Оставшаяся от предыдущих черная зола пачкала обувь и норовила набиться в глаза и нос при малейшем дуновении ветра.

— Брось каку, — попросил подчиненную Джозеф, очень жалея, что в этот раз у него при себе не было маленького костяного оберега.

Дейдара послушно выкинула морковь и вытерла испачкавшиеся землей пальцы об одежду.

— Мда, удручающее зрелище, — подал голос Виктор. — Зайди, пожалуйста, внутрь — хочу оглядеться.

Ученый прежде "остров" не видел, но очень этого хотел. Джозеф послушно зашагал к постройке.

— А щит-то всё еще на месте! — радостно провозгласила Дейдара у него за спиной.

— А что ему будет-то? — флегматично отозвалась Далила. — На совесть поставлен.

В сарае не было ничего интересного, поэтому очень скоро Джозеф с позволения ученого оттуда вышел. Еще какое-то время побродив по территории, все трое вернулись в "офис".

— А кто будет проводить реинсталляцию? — поинтересовалась Ямаха.

— Глупый вопрос. Как будто я кому-то уступлю такую возможность! — голос Виктора звучал с предвкушением. — Разумеется, я сам всё сделаю! Всё-таки, подобная операция будет иметь место впервые.

— Этот "остров" уничтожат? — Ната немного грустила.

— Да, боюсь, что так. Мы так и не смогли придумать ничего, что сохранило бы его вне сознания Обладателя.

"Судя по всему, Анжела таки действительно смогла снять проклятье", — думал Джозеф, нехотя переодеваясь в спортивный костюм.

Тезка великого римлянина бродил где-то неподалеку, и было лишь вопросом времени, когда оперативник попадется ему на глаза.

"Возможно, скоро она потребует плату", — натянул правый кроссовок.

Зашнуровал.

"Знать бы еще, что это будет", — натянул левый кроссовок.

Зашнуровал.

Джозеф тяжко вздохнул. Фраза "что-то, что сделать сможет только он" ему категорически не нравилась. Хотелось конкретики. Вспоминались разные сказки и истории, где платой были либо душа, либо ребенок по достижении им определенного возраста. Детей у оперативника пока не было и в ближайшее время не планировалось. А от его души, если, конечно, исходить из того, что она вообще существует, вряд ли будет много толку. Кто он вообще такой с точки зрения ценности для мироздания?

Телефон звякнул и засветился, сигналя о полученном сообщении.

"Вот-вот", — писала Анжела.

Юлий уже ждал в коридоре. Он был бодр, свеж и кипел энергией. Джозеф мрачно поздоровался. Судя по всему, у тренера была сеть шпионов, извещавшая его, когда бедный несчастный оперативник появлялся на территории спортивного центра.

— Пошли, я тебя кое с кем познакомлю, — инструктор зашагал в сторону лестницы.

— С кем?

— Мой хороший друг. Ведет здесь секцию "основы восточных единоборств".

— Спасибо, я лучше пойду поплаваю, — Джозеф развернулся и попытался скрыться в раздевалке.

Это ему не удалось.

— Мне казалось, ты согласился с тем, чтоб я сделал из тебя Рембо, — немного удивленно протянул тренер.

— Я сказал, что у тебя это не выйдет, — поправил его Джозеф. — А соглашался я на твои занятия в тренажерном зале. О единоборствах ты мне ни слова не говорил.

— Поверь мне, это очень интересно, — Юлий подобно буксиру волок за собой вяло упиравшегося клиента к двери в конце коридора. — Сам не заметишь, как втянешься. В конце концов, Брюса Ли из тебя никто делать не собирается, так что ничему сверхсложному тебя учить не станут.

— Вчера то же самое говорилось о Рембо, — напомнил Джозеф. — К тому же, не думаю, что в тот час за день, что я здесь провожу, можно уложить и тренажеры, и эту твою секцию. Я вообще еще поплавать хочу успевать...

— Значит, будешь оставаться на два часа, — пожал плечами инструктор, толкая дверь. — Привет, я тут тебе ученика привел.

У подъезда на скамеечке сидел Эдуард. Грустный, нетрезвый и явно кого-то ожидающий. Джозеф замедлил шаг, раздумывая, как бы проскочить мимо него незамеченным. Вот уж чего-чего, а общаться с несостоявшимся родственником не хотелось совершенно.

— Вы понимаете, я ее так люблю, так люблю, — изливал душу бывший квартирант.

Оперативник, так и не сумев от него скрыться, молча сидел рядом и ждал, когда собеседник выговориться, чтоб уже, наконец, от него избавиться и иметь возможность пойти домой.

— Почему она со мной так, а?

Джозеф неопределенно пожал плечами.

— Я ведь всё для нее делал! — Эдуарда, похоже, не смущало, что в беседе участвует он один. — Разве я это заслужил?!

Он всё говорил и говорил, Джозеф изредка кивал или отрицательно качал головой, украдкой поглядывая на часы. Ему пока хватало деликатности делать вид, что чужие проблемы ему не безразличны.

Потом, придя к выводу, что женщины — зло и проникшись к брату бывшей "невесты" искренней симпатией, собеседник принялся зазывать того в какой-то известный ему бар пить пиво.

— Ага, сейчас всё брошу... — мрачно думал Джозеф.

Пьянствовать в компании несостоявшегося родственника ему хотелось даже меньше, чем с ним разговаривать.

Кое-как объяснил, что чувствует себя нехорошо, что ему рано утром идти на работу. Посадил огорченного Эдуарда в такси и с облегчением вздохнул, когда машина скрылась за поворотом.

Лары дома не было — она пришла где-то спустя полчаса, уставшая, измученная, но довольная.

— Ходила на кастинг, — провозгласила она, лениво сбрасывая туфли.

— И? — крикнул с кухни Джозеф, в этот раз решивший себя пересилить и таки поужинать.

— Не взяли! — Лара тоже зашла в комнату и плюхнулась на табуретку. — Сделай мне кофе.

Огорченной она не выглядела.

Джозеф, немного подумав, решил раз в жизни не препираться и полез в шкафчик за ее чашкой.

— Ты не особо расстроена, — заметил он.

— Ну разумеется! — Лара широко улыбнулась. — Я сразу понимала, что так и будет: в конце концов, я хожу на курсы всего ничего. Ясное дело, что там должны были быть куда более опытные актрисы. Хотела просто попробовать и осмотреться, узнать, как это всё происходит. Было интересно.

— Что за кастинг-то хоть? — Джозеф был немного удивлен.

Снял с полки банку кофе.

Обычно неудачи полностью выбивали Лару из колеи. Она в таких случая долго ревела, говорила, что судьи были куплены победителем, что она куда талантливей и красивее лауреатов, что у кого-то просто не хватает мозгов это заметить, и что всё было по отношению к ней нечестным. После этого она теряла к делу всякий интерес и принималась за что-то новое.

— Реклама нижнего белья. Набирали массовку. Кстати, меня похвалили! Сказали, что у твоей сестры есть потенциал! — Лара была счастлива.

— Тогда я за тебя рад.

Джозеф плеснул в чашку кипятка. Родственница благодарно приняла ее из его рук и, блаженно улыбаясь, подула на напиток, вдыхая его аромат с таким видом, будто это был не дешевый растворимый кофе, а элитный, молотый и сваренный по всем правилам.

Джозеф мирно завтракал. Дейдара с сосредоточенным видом вперялась в монитор, с кем-то остервенело споря на одном из форумов о сексуальной ориентации Шиниромару-сама. Далила глядела в окно, задумчиво вертя в ладонях свою овечью кружку. Поскольку Виктор с утра и до неопределенного времени был занят сначала подготовкой к реинсталляции, а затем и ей самой, в "офисе" в этот день делать было нечего.

Здесь, в общем-то, тоже.

После обеда внезапно появился Джастин. Он эффектно распахнул дверь и прошествовал в кабинет. Это выглядело бы очень торжественно, если б не Вилле, готовый в любой момент поймать больного, если тому вдруг резко поплохеет, и бормотавший о том, что ему нельзя себя перенапрягать.

— Ты что здесь делаешь? — вместо приветствия выдал слегка удивленный Джозеф.

— Не очень-то вежливо, — Джастин был слегка задет.

— Что с реинсталляцией?

— Уже закончилась, — ответил медик. — Я тебя умоляю, сядь! Сейчас я тебе стул принесу. Говорил же, что не нужно сюда ехать.

Покалеченный послушно устроился на пододвинутом к нему предмете мебели.

— И как?

— Нормально. Кстати, ты не познакомишь меня с двумя очаровательными девушками?

Стажерки наградили новоприбывшего непроницаемыми взглядами и снова вернулись к своим делам.

— Зовите меня Джастин, — представился тот сам, не дожидаясь, когда это вместо него сделает коллега.

Обольстительно улыбнулся.

Далила с Дейдарой прежде жертву проклятья не видели, поэтому на этот раз проявили к нему больше интереса. Джозеф мысленно усмехнулся определению "очаровательные" и назвал ведомственные имена подчиненных.

— Скажите, а как вы себя чувствуете? — оживилась Дейдара, подаваясь вперед.

— Уже гораздо лучше, спасибо, — Джастин был приятно удивлен такой заботой. — А вы что, знаете, что со мной было?

Вилле куда-то ушел.

— Вы себе даже не представляете, сколько всего нам о вас известно! — с жаром заверила Дейдара. — Вы бы в ужас пришли, если б всё-таки представили.

Джастин вопросительно глянул на Джозефа. Тот сидел со скучающим видом, буквально излучая непричастность.

— Вы знаете, я так хотела на вас посмотреть, — призналась Дейдара, мечтательно подпирая щеку ладонью.

— Э-э-э... — у вышедшего из больницы оперативника возникли ассоциации с каким-нибудь редким животным в зоопарке, которое мирно сидит в клетке и жует морковку или раскачивается на ветке к полному восторгу посетителей.

Почему-то стало немного неловко.

— Извините, а можно я с вами сфотографируюсь? — добила его Дейдара, вынимая из кармана сотовый телефон и наводя на больного камеру.

Мужчины растерялись. Переглянулись.

— Ну, ладно, — пожал плечами Джастин.

— Вот спасибочки! — обрадовалась Дейдара, вскакивая со стула и подбегая к начальнику. — Вот эту кнопочку нажмите, пожалуйста.

Передала аппарат.

— Ты что делаешь? — глухо, чтоб коллега не слышал, поинтересовался Джозеф.

— Это первый человек, которому реинсталлировали "остров"! Ходячая история! — восторженно прошептала в ответ Дейдара, сияя глазами. — Так прикольно!

"Ходячая история" тем временем чувствовала себя всё неуютней и неуютней. Голова зудела изнутри, будто кто-то медленно, но настойчиво сверлил в ней дырки. Мысленный образ милого пушистого зверька за решеткой уступил в его сознании место изображению крошечного муравья под громадной лупой с не менее гигантским глазом, неотрывно глядящим сквозь нее. "Огромное лишенное век око, объятое пламенем", — вспомнилась фраза из фильма и книги. Обернулся.

Далила быстро сделала вид, что увлечена изучением собственных ногтей.

Вилле вернулся с коробкой конфет и мармеладом. С недоумением поглядел на позировавшую на фоне Джастина Дейдару. Положил сладости на стол.

Стажерка стояла и гордо улыбалась. Джастин скромно сидел на стуле, неуверенно поглядывал на окружающих и чувствовал себя обезьянкой. Предпринял попытку девушку приобнять, но был вежливо отстранен.

— Может быть, хватит? — поинтересовался Джозеф, делая очередной снимок.

— Еще один раз. Последний, — попросила подчиненная. — С другого ракурса.

— Я поставлю чай? — поинтересовался медик, поворачиваясь к делавшей вид, что сидит здесь сама по себе и не имеет к остальным никакого отношения, Далиле.

— Конечно, — великодушно позволила девушка, убирая пилочку для ногтей в выдвижной ящик. — Чувствуйте себя, как дома.

У нее бодро запиликал телефон. Судя по мелодии сигнала, звонили из Академии. Джозеф немного напрягся и с опаской глянул на посторонних.

— Алло... Да, нам уже известно... Да... Нет... Понимаю... К сожалению, в данный момент этому есть определенные препятствия... Конечно, как только появится такая возможность. До свидания.

Как ни в чем не бывало, Далила повесила трубку. Многозначительно посмотрела на Джозефа. Тот всё понял — от гостей надо было избавляться.

— Ладно, давайте быстрее пить чай, — твердо сказал он, возвращая Дейдаре телефон. — Тебе пока не стоит себя перетруждать. Вообще, напрасно не послушал Вилле и сюда приехал. Так что по одной чашечке и отправляйся-ка домой выздоравливать.

— Ты говоришь, как старая бабка, — проворчал Джастин, чуя неладное. — С чего это ты меня гонишь? Задумал что-то?

— Просто у меня нет ни малейшего желания бегать вокруг твоего бездыханного тела, если ты вдруг грохнешься в обморок. Не думай, что я всё брошу и потащу тебя обратно в больницу на своем горбу.

Посетителей удалось выставить минут через двадцать.

— Ладно, идемте тогда в "офис". Зовут.

15.

— А что, больше никого не будет? — уточнил Джозеф, оглядывая пустое помещение "офиса".

— Вам нужен кто-то еще? — Дейдара жевала захваченную с собой "снаружи" мармеладку.

Джозеф ее проигнорировал.

— Все поняли, зачем я вас позвал? — Виктор аппетитно чавкал с экранов многослойным бутербродом с сыром, зеленым салатом, ветчиной и помидорами. — Хотите поглядеть "остров" после реинсталляции?

— В общем-то, не особенно, — признался оперативник, чем заслужил три раздраженно-недоуменных взгляда.

Понял, что его мнение никого не интересовало, и решил не спорить — категорических возражений относительно очередного посещения зоны рекреации Джастина у него тоже не имелось.

Девочка оказалась милой: сарафанчик с подсолнухами, курносый нос и каштановые волосы, собранные в два коротких высоких хвостика. Кошка, как выяснилось, тоже изначально была красивой. Ей очень шло отсутствие щупалец на спине. И сарай был симпатичным, и плодовые деревья с грядками. Короче, всё в этом месте производило самое благоприятное впечатление.

Невидимые работники подразделения молча смотрели, как ребенок гладит своего питомца, сидя на крылечке. На "острове" царили идиллия и покой.

— Понадеемся, что таковым всё и останется, — заключила Далила, когда они вернулись в "офис". — Что говорит ваша ведьма?

— "Вот-вот", — процитировал Джозеф последнее полученное от той сообщение.

— К чему это? — заинтересовалась Дейдара.

— Ну-у-у...

— Вас вызывают! Вас вызывают! — сработавший браслет-извещенец избавил Джозефа от необходимости посвящать окружающих в свои размышления о ценности души.

— Значит так, — начальство по какой-то причине было недовольно.

Подчиненный на всякий случай приготовился к плохому.

— Сразу говорю, делаю это не потому, что мне так хочется, но из-за того, что нет другого выбора, — шеф сердито открыл и, сообразив, что там ему ничего не нужно, тут же закрыл выдвижной ящик своего стола. — От слов своих отказываться я был не намерен, бог мне судья. Ты меня слушаешь?

— Да-да, — поспешно отозвался Джозеф, уже и не зная, что думать.

Глава отдела взял в руки какую-то бумажку и, насупившись, в нее вчитался. В кабинете повисло молчание.

— Видел? — начальство встряхнуло документом, вопросительно глядя на поисковика.

— Нет.

— Действительно, глупо было спрашивать, — буркнул шеф, возвращаясь к чтению. — Тут только что заявка поступила. Ознакомься.

Передал через стол изучаемый им лист бумаги.

— Берешь своих девочек и немедленно туда выезжаешь, благо речь идет о парке Революции. Надеюсь, вы ничего такого, о чем пришлось бы мучительно жалеть, сделать не успеете. С удовольствием бы поручил это дело кому-нибудь другому, но ты и сам прекрасно знаешь, что я лишен такой возможности.

Джозеф рассеянно кивнул, уделяя больше внимания содержанию документа, чем бурчанию шефа.

Парк Революции находился буквально в пятнадцати минутах езды от здания подразделения. И там потерялся какой-то важный иностранец. Принимающая сторона, всполошившись, решила не мелочиться и сразу обратилась за помощью в ведомство.

— И из-за этого нужно было нас беспокоить, — ворчала Дейдара, кидая уткам очередной кусок булки.

Хлебный мякиш пускал круги по глади пруда, покачиваясь на воде. Птицы, которых гуляющие вокруг водоема ежедневно закармливали чуть ли не до потери сознания, поглядывали на угощение с легким презрением, недвусмысленно давая понять, что их тестом не удивишь. Девушку это не смущало — она была твердо намерена покормить уток, и их желание питаться ее не интересовало.

— Да ладно, — отозвался Джозеф, опираясь на кованое ограждение. — Зато немного прогулялись. Вот когда ты последний раз на свежем воздухе была?

— Сегодня утром, — подчиненная швырнула корку в ближайшее водоплавающее. — Пока на работу из дома добиралась.

Потерявшийся иностранец нашелся практически сразу же по прибытии на место и успешно отбыл вместе с принимающей стороной на какую-то конференцию. Поисковикам было сказано, что рабочий день для них закончится тогда, когда они завершат дело, и ни минутой раньше. Доложились шефу. Тот, не ожидавший, что подчиненные управятся так скоро, сердито посопел, но нехотя подтвердил, что те могли быть свободны.

— Ага, посчитай еще мгновения между выходом из подъезда и входом в автобус.

— А что я, по-вашему, имела в виду-то? — Дейдара отряхнула от крошек руки, с удовлетворением глядя, как одна из уток принялась лениво пощипывать угощение.

Парк Революции вопреки своему названию выглядел степенным, добропорядочным и консервативным. Здесь были статуи, и тенистые аллеи, и пруд с кованой оградой, и фигурно стриженые кусты. Гуляли женщины с колясками и старички с маленькими собачками на поводках. Не переставало преследовать чувство, что стоит на секунду зажмуриться, как из-за поворота выйдет какая-нибудь дама с зонтиком от солнца, вся в кружевах, в шляпке и белых перчатках. Парку больше подошло бы имя, связанное с монархией или какой-нибудь палатой Лордов.

Джозеф оглядел своих спутниц. Ни одна из них на даму в кружевах не тянула: одна, как макака, сидела на ограде, подзывая к себе уток, а вторая явно с неодобрением думала о нерациональном расходовании продуктов в условиях голодания африканских детей. Разочарованно вздохнул: порой душе невыносимо хотелось романтики.

— Что такое? — нахмурилась Далила, ловя на себе оценивающий взгляд.

— Ничего, — буркнул Джозеф, отворачиваясь.

— А пойдемте в кино, — предложила Дейдара, теряя к птицам интерес.

— Нет, мне еще домой надо заскочить, спортивную форму взять, потом на тренировку идти... Не успею. А что там сейчас идет?

Задумались.

Далила достала из своего портфельчика газету. Нашла расписание сеансов.

— Ерунда какая-то, — заключила она, пробегая глазами по названиям фильмов.

— "Души неприкаянные" это про что? — поинтересовался Джозеф.

— Вы же не успеваете, — напомнила ему Далила.

— А я и не говорил, что иду, — огрызнулся мужчина. — Просто спрашиваю.

Почитали краткое описание. Пришли к выводу, что на подобную ересь деньги тратить жалко. Медленно побрели по аллее в сторону остановки.

Несколько детей младшего школьного возраста торопливо спрыгивали с дерева: к ним с гневными воплями и большой палкой бежал то ли местный садовник, то ли сторож. С радостными визгами бросились прочь.

— Эх, меня бы в их годы... — мечтательно протянула Дейдара, уходя мыслями в прошлое.

— И что бы ты сделала? — покосился на нее Джозеф.

Воображение щедро подкинуло ему пару картин, на что могла быть способна подчиненная в детстве.

— Ничего такого. Не нужно на меня смотреть так, будто вы считаете, что я убила бы этого сторожа или выжгла весь парк! Да будет вам известно, я была милой скромной воспитанной девочкой!

— Что-то как-то слабо верится...

— Нет, правда! — Дейдара была немного уязвлена такими сомнениями. — Ангельский ребенок! Чего нельзя сказать об этой мадам.

Далила наградила подругу высокомерно-презрительным взглядом. Та бессовестно улыбнулась в ответ.

— Скажите, вы с какого возраста знакомы-то? — прежде Джозеф считал, что подчиненные встретились в Академии.

— Лет с шести где-то, — отозвалась Далила, отстраненно наблюдая за беготней детей и сторожа по газону. — Сначала школа, потом так сложилось, что обе продолжили образование в одном высшем учебном заведении...

— А вы знаете, когда мы были в третьем классе, мальчишки поспорили: кто залезет на дерево выше всех, тому она и достанется! — блеск в глазах Дейдары говорил о том, что стажерка была твердо намерена выдать в этот день парочку позорящих подругу фактов.

Далила устало закатила глаза и покачала головой: к подобным выходкам она уже давно успела привыкнуть.

— Да, она пользовалась определенной популярностью в то время, — продолжала Дейдара, замечая скепсис во взгляде слушателя.

— И? Кто победил? — Джозеф медленно повернулся к невозмутимо шагавшему рядом объекту разговора.

— Разумеется, я, — с легким раздражением отозвалась Далила. — Никто не смог подняться выше второй ветки. Я разозлилась и показала, КАК нужно лазить по деревьям. И вообще, какой смысл ввязываться в то, в чем ты ни на что не годен?!

Дейдара развела руками и покачала головой, словно говоря: "Что и следовало ожидать!".

— После этого они как-то приуныли и потеряли к ней интерес, — сказала она вслух. — Вот так, дорогуша, ты и обломала себе личную жизнь.

— Третий класс. О какой личной жизни ты вообще говоришь?! — разговор этот имел место не впервые и Далиле уже изрядно поднадоел. — И вообще, мое мнение спросили? Что-то не припоминаю. Кто я, по их мнению? Переходящий приз типа "вымпел"? А дальше какие соревнования были бы? Кто дальше плюнет, кто громче пукнет?!

Джозеф подумал, что о его присутствии, возможно, забыли. Шел и молча слушал непривычно эмоциональную речь подчиненной. Судя по всему, ей только что прошлись по весьма болезненной душевной мозоли.

— Там бы ты тоже побеждать полезла? — веселилась Дейдара.

Далила остановилась и выразительно на нее посмотрела. Ее подруга, подумав, решила тему дальше не развивать.

— Всё. Молчу-молчу.

Инструктор по основам восточных единоборств с грустью глядел на нового ученика. Тот отвечал ему тем же. Обстоятельства складывались так, что секцию грозились закрыть из-за очень плохой посещаемости, поэтому тренер держался мертвой хваткой за каждого пришедшего в зал во время занятий, даже если человек просто ошибся дверью. Уже второй день подряд не появлялся никто, кроме Джозефа. Оставалось обрушивать свой педагогический талант на него одного.

— Ты повторял дома захват, который я тебе вчера показал? — поинтересовался инструктор, сурово хмуря брови.

— Нет, — признался Джозеф. — Мне не на ком тренироваться.

Говорить, что совершенно забыл о том, что должен был это делать, а если б и помнил, то всё равно поленился бы, он не хотел.

— Не на сестренке же, — добавил немного виновато.

— Ладно, — инструктор с выражением мирской скорби во взгляде, задумчиво потер подбородок. — Судя по всему, больше сегодня никто не придет. Начинаем.

Оперативник заметил, что его тело уже более или менее свыклось с творимыми над ним издевательствами и болело всё меньше и меньше. Это радовало неимоверно. В приступе эйфории по данному поводу Джозеф даже был морально готов записаться еще в какую-нибудь секцию, хоть и знал наперед, что по своей воле этого не сделает.

— Ну? Какую очередную пакость придумало ваше подразделение?

— Вам тоже добрый вечер, — Джозеф закрыл за собой дверь и недоуменно огляделся.

Гектор выглядел так, будто не спал уже несколько дней. Под глазами залегли синяки, щеки ввалились, а в одежде царил несвойственный ему беспорядок: воротник рубашки расстегнут, а рукава закатаны до локтя. Состояние магазина было соответствующим. Пальма и кресло сдвинуты ближе к стенам, на освободившемся пространстве в центре помещения валялись бумаги с грубыми зарисовками, какими-то записями и таблицами. На прилавке громоздились грязные чашки, стопки книг, документов, предметы непонятного назначения, тряпки и, невиданное дело, маленькая клетка с Квирчиком. Попугай, птица вольная, был мрачен и угрюм. Никогда прежде его не держали взаперти, и теперь, столкнувшись с суровой реальностью жизни обычной комнатной пичуги, он был шокирован и морально раздавлен. Судя по тому, что торговец так поступил с любимцем, происходило что-то серьезное.

— Что-то случилось? — Джозеф вопросительно указал пальцем на кресло.

Не услышав возражений, аккуратно обошел беспорядок на полу, прокрался к любимому месту и принялся разворачивать его так, чтоб было удобней сидеть.

— Так что произошло-то? — повторил он свой вопрос.

— Да, ничего такого, — отозвался старик, нехотя сдвигая грязные чашки к краю стола. — Обычный мозговой штурм. Просто прибраться до вашего прихода не успел.

— А? — Джозеф мотнул головой на неподвижно сидевшего за решеткой насупившегося Квирчика. — "Обычный мозговой штурм", говорите?!

Гектор молча кивнул, и, закрыв глаза, устало потер ладонями лоб. Оперативник немного подумал.

— Я всё это уберу, если вы не возражаете, — вздохнул он, выбираясь из кресла.

Отнес посуду на кухню. Решив, что мыть ее не обязан, просто свалил в раковину. Вернулся в основную комнату. Собрал с пола бумаги и пишущие инструменты, поставил на прежнее место пальму. Открыл клетку. Попугай недоверчиво покосился на своего освободителя, моргнул, с чувством собственного достоинства проковылял к распахнутой дверке и прыгнул наружу.

Джозеф вернулся в кресло.

— Благодарю, — отозвался торговец, встряхивая головой в попытке согнать сон.

— Мне уйти? — поинтересовался Обладатель.

— Нет-нет, что вы?! — старик, спохватившись, принялся сноровисто прибираться на прилавке. — Приношу свои извинения, что ваш "остров" встретил вас в таком состоянии.

— А почему нельзя было это всё в вашем нейтральном пространстве делать? — Джозеф поймал чуть не упавшую на него со стола стопку книг, неосторожно задетую лавочником. — Строили вы его, строили...

— Благодарю. Еще раз прошу прощения. Видите ли, дело в том, что обстановка там к интеллектуальной деятельности совершенно не располагает. Невозможно сосредоточиться. Подайте, пожалуйста, вон тот листочек.

— И? До чего-нибудь додумались? — оперативник поднял с пола бумажку с какими-то расчетами.

— Считайте, что мы победили вашу невидимость, — Джозеф заметил, что чем больше Гектор гордился своими достижениями, тем буднишней он о них сообщал.

— Да неужели? — проявил заинтересованность, чтоб потешить старика.

— Представьте себе, — равнодушно пожал плечами глава "архипелага". — К завтрашнему утру уже все "острова" будут оснащены всем необходимым и полностью готовы к встрече незваных гостей.

— Я очень рад за вас.

— Благодарю.

Засиживаться Джозеф не стал. Гектор, конечно, бодрился и делал вид, что посетитель ему совершенно не мешает, однако у того всё же имелась совесть, настойчиво шептавшая, что старику надо отдыхать, а ему самому вполне можно пойти и посмотреть телевизор или что-нибудь почитать.

— Полнейшая ересь! — жаловалась Дейдара, сосредоточенно разделяя волосы подруги на две равные части.

Распрощавшись с руководителем за день до этого, девушки таки пошли в кино.

Далила спокойно читала принесенную из дома книгу, никак не реагируя на очередную попытку придумать ей альтернативную прическу.

— Герои — безликие. Сюжет — предсказуем, — Дейдара перебирала длинные русые пряди.

Ее запястье стягивала тонкая черная резинка для волос. На столе кучкой лежали шпильки и невидимки — на этот раз она подготовилась, как следует.

— Я уже после первых десяти минут могла с уверенностью рассказать, что будет дальше. Ой, извини. Больно?

— Терпимо, — отозвалась подопытная, переворачивая страницу.

— Ошиблась лишь в одном, — продолжала "парикмахерша", энергично орудуя расческой. — Соперника главного героя не трамваем переехало, как я надеялась, а спалило при пожаре. Согласитесь, мой вариант и то интересней.

— Даже не знаю.

— Я, конечно, не ожидала, что создатели фильма проявят фантазию — по описанию уже можно было достаточно уверенно предсказать, на что нас зазывают. Но, черт возьми, если ты пишешь "с шокирующей развязкой", сделай эту самую развязку хотя бы такой, чтоб зритель, то есть я, был хоть капелюшечку удивлен!

— В фильме про любовь неожиданной концовкой можно считать любую, где главные герои не остаются в итоге вместе, — Далила слегка поморщилась, когда подруга слишком сильно дернула волосы. — Ай, — спокойно сказала она.

— Извини, — Дейдара отложила расческу в сторону и вооружилась шпилькой.

— Неужели всё настолько плохо? — Джозеф был рад, что сэкономил немного денег, не пойдя в кино вместе с подчиненными.

— Ну, как вам сказать... — Далила немного задумалась. — Там была пара красивых пейзажей, атмосфера и одна очень удачная сцена.

— С поездом, — согласилась Дейдара, раздраженно выдирая из неудавшейся прически всё железо и снова хватаясь за расческу.

— Но всё это как-то забывается, когда вспоминаешь о персонажах. Слушай, я так без волос останусь.

Дейдара обращенную к ней фразу проигнорировала.

— Это, знаете, две такие безликие серости, — продолжала Далила, ни капли этим не смущенная. — Они что-то делают, ходят, страдают и якобы даже друг друга любят, но всё это настолько невыразительно... Больше всего симпатий вызывает кот девушки. Он там самый адекватный из всех.

— Смотрите, как ей идут два хвостика! — Дейдара отчаялась начесать что-нибудь интересное. — Почему ты всегда так не ходишь?

— Как ты себе это представляешь? — Далила отстранила от своей головы руки заигравшейся подруги и пригладила волосы ладонями.

— Ну и ходи тогда косматая!

Прошло еще несколько дней. Организм Джозефа окончательно привык к нагрузкам, сам оперативник перезнакомился чуть ли не с половиной инструкторского состава спортивного центра. Причиной невиданного всплеска общительности с одной стороны являлся Юлий: было в нем что-то камиллоподобное и робертообразное. То ли руководствуясь принципом "мы в ответственности за тех, кого приручили", то ли просто так, он как-то выкроил время и протащил Джозефа по всем этажам здания, представляя своих друзей-тренеров и рекомендуя те или иные секции. Другая сторона же звалась Джульеттой. После того, как поисковик чуть было не столкнулся с ней в коридоре, издалека заметив бухгалтершу в обтягивающих розовых лосинах и успев свернуть в один из классов, он пришел к выводу, что знакомства с персоналом ему не помешают. По крайней мере, можно будет выяснить, каких мест и в какое время лучше сторониться во избежание нежелательных встреч.

— Заходите. У меня к вам серьезный разговор.

Обладатель устроился в кресле. Гектор был сосредоточен и угрюм.

— У нас проблемы, — сказал он, поднимая на посетителя взгляд.

— "У нас" это у "архипелага"? — на всякий случай уточнил тот.

— Не только, но в том числе.

Ответ Джозефу не понравился.

— Скажите, что у вас там в подразделении? Всё еще идут разговоры о деинсталляции всех "островов"? — спросил вдруг торговец.

— Нет. Эта тема уже давно не поднималась, — оперативник шарил взглядом по помещению в поисках попугая. — Кажется, руководство Академии успокоилось. Возможно, даже возобновили установку новых зон рекреации. Не знаю, не интересовался.

— Ясно.

Квирчик был обнаружен молча сидящим на одной из полок. Обиженный и изображающий гордую независимость от хозяина.

— А что? — Джозефу было неспокойно.

— Не исключено, что разговоры на эту тему возобновятся, — старик отстраненно провел пальцем по столешнице, поглядел на прилипшую к нему пыль. — "Острова" начали разрушаться.

— Как это?

— Вот так, — пожал плечами торговец. — Повреждены уже четыре. Везде одно и то же. Пока изменения незначительны, мы стараемся с ними разобраться и не допустить того, чтоб Обладатели узнали, что с их зонами рекреации что-то не так. Все силы "архипелага" брошены на это, надеюсь, скоро мы узнаем причину происходящего.

— Я что-то могу сделать? — на всякий случай спросил Джозеф.

— А что вы можете сделать? — Гектор горько усмехнулся. — Разве что не позволить вашему подразделению ввязываться.

— Ну-у-у... Я постараюсь.

Джозеф слабо себе представлял, как этого добиться. Единственная стоящая мысль в общих чертах выглядела как "принудить Далилу к сотрудничеству и взвалить эту проблему на нее", благо рычажок воздействия на девушку имелся. Даже два, если считать угрозу вообще перестать питаться в случае ее отказа помогать "архипелагу".

— Расскажите мне детали, — попросил Обладатель.

— В этом нет необходимости. Это дело "островитян" и мы сами с ним справимся.

— Ну, как знаете, — Джозеф обиделся.

Встал с кресла и ушел.

Лара сидела на диване зареванная. Услышав шаги, обернулась.

— Ты чего в темноте? — хмуро поинтересовался хозяин квартиры, входя в зал и щелкая выключателем.

Вспыхнул свет. Девушка поглядела на брата. Вдруг губы ее задрожали, а глаза снова налились слезами. Джозеф растерялся.

— Эй, ты чего?

— В кино с подругой ходила, — Лара по-детски стерла выступившую влагу тыльной стороной ладони. — Такой фильм жалостливый...

Не удержалась и зарыдала в голос, обнимая подвернувшуюся под руку диванную подушку.

— О, — всё встало на свои места.

Джозеф вышел из комнаты — раз ничего серьезного не произошло, его присутствие там не требовалось. Лара с детства умудрялась плакать даже на комедиях, и там отыскивая хоть один душещипательный момент.

Однако девушка была явно настроена поговорить, поэтому, без конца всхлипывая, увязалась следом.

— А ты неплохо держишься, — заметил Джозеф, ставя перед сжавшейся на табуретке сестрой кружку кофе.

Лара сидела, прислонившись спиной к стене, и обнимала колени. Углы захваченной из зала подушки кокетливо выглядывали из-под ее подмышек.

— Это ты меня просто после выхода из зрительного зала не видел, — Лара уткнулась подбородком в слегка потертую ткань наволочки. — Я уже успокоиться успела.

Оценивающе взглянула на предложенный напиток. Пододвинула его чуть ближе к себе.

— Спасибо, — шмыгнула носом.

Зная свою сестру, Джозеф мог предположить, что этим всё не ограничится.

Не ошибся.

— Это такой фильм, такой фильм. Обязательно посмотри! Такая любовь! Столько страсти! Я все два часа, что он шел, пошевелиться не могла, взгляд от экрана оторвать. Изревелась вся! Завтра опять пойду.

Лара сделала паузу, чтоб высморкаться в салфетку.

— Там такой мальчик играет, — продолжила она, всё-таки принимаясь за уже успевший поостыть кофе. — Такой лапочка — невозможно не влюбиться! Талантище!

— Так что, Роберт теперь по боку?

Лара наградила брата пламенным взглядом, приберегаемым для тех случаев, когда была им ужасно недовольна или разочарована.

— Разумеется, нет! Мне что теперь и на других мужчин нельзя посмотреть, что ли?! Ну так вот. Я так болела за главных героев. Так хотела, чтоб они были вместе! Как вообще можно было сделать другую концовку?! Убила бы сценариста своими руками!

Рассказчица, изо всех сил борясь с очередным приступом слезливости, крепче сжала кружку в ладонях и с ненавистью во взгляде ко всем авторам, не заканчивающим истории хэппи эндами, шумно отхлебнула кофе.

— "Души обреченные"? — Джозеф был уверен, что не ошибся.

— "Души неприкаянные"! — поправила его сестра. — Ты уже смотрел, что ли?

— Просто слышал об этом фильме.

— Да? И что говорили?

Джозеф умело ушел от ответа — врать не хотелось.

Потом он лежал в темноте и думал. Сон категорически не шел, с черного электронного табло будильника светили крупные зеленые цифры "02:37". Было тревожно. Последний разговор с торговцем беспокоил, отказ старика рассказать, что именно происходило, злил и обижал.

Немного посомневавшись, Джозеф протянул руку за сотовым телефоном. Снова взглянул на время. Принялся набирать сообщение.

"Академия возобновила установку новых "островов"?"

Отправил. Конечно, скорее всего, Далила прочтет это лишь утром, когда проснется, так что можно было просто задать вопрос на работе.

— Можно узнать, почему вы по ночам не спите, как все нормальные люди? — подчиненная стояла у окна, скрестив руки на груди, и чуть ли не осуждающе притопывала ногой.

Джозеф наградил ее мрачным взглядом, закрыл за собой дверь в кабинет и молча пошел к своему столу. Он решил попробовать новую стратегию поведения в таких ситуациях — игнор.

— А? — оживилась Дейдара, отрываясь от монитора. — Что такое? Вы что-то сделали?

Джозеф невозмутимо снял пиджак. Повесил его на спинку стула. Сел. Принялся рыться в документах. Далила вздохнула с видом великомученицы.

— Да, — ответила она. — Мы возобновили проектирование и установку новых "островов".

— И о тотальной деинсталляции речь больше не идет? — тут же отозвался начальник.

— Нет, не идет. А почему вы спрашиваете?

— Эй! Ну скажите мне, что произошло! — ныла Дейдара. — Что вы ночью делали?

— Просто вдруг пришло в голову. Понял, что не знаю этого, хотя стоило бы.

— Ничего интересного. Успокойся.

Следующую пару дней Джозеф в магазинчике не появлялся. С одной стороны, понимал, что в это время там было не до него, с другой — немного дулся на торговца.

Потом не выдержал и всё же пошел.

В лавке царил бардак. Складывалось такое впечатление, что там уже несколько дней никто не прибирался. Квирчик снова был заперт в клетке. Судя по флёру отрешенности, окружавшему попугая, он к этому почти привык и даже смирился с таким положением дел. Гектор спал за столом. Он заметно похудел и поседел за то время, что Обладатель его не видел. Впалые щеки заросли щетиной.

Джозеф замер на пороге. Подумал, что ему стоило уйти, развернулся к двери. Услышал за спиной жалобный скрип. Птица стояла на полу клетки, просунув клюв меж прутьев решетки, и глядела на мужчину с необъятной тоской.

— Кё-ё-ё... — еле слышно протянул попугай, чуть ли не пуская слезу.

Джозеф остался. Стараясь не разбудить спавшего, накормил разом повеселевшего Квирчика принесенным из кухни печеньем. Тот проникался к посетителю всё большей симпатией и удовлетворенно курлыкал.

— Сколько времени?

— Не знаю, — Обладатель поглядел на устало трущего глаза старика. — Куда делись ваши часы?

— Да так... Понадобились в другом месте, — Гектор, подслеповато щурясь, принялся обшаривать завалы на своем столе в поисках пенсне.

— Как у вас дела? — Джозеф отряхнул руки от крошек. — Решили свою проблему?

— Сказать правду? — лавочник спокойно и неторопливо протер таки обнаруженные среди бумаг очки краешком рубашки и водрузил их на место.

Джозеф даже растерялся.

— Да, — ответил он.

— Тогда слушайте. Мы не можем ее решить.

Гектор предпринял неуверенную попытку прибраться на столе, но практически тут же плюнул на это дело.

— "Острова" страдают один за другим, а всё, на что способен "архипелаг", это замедлять процесс разрушений и скрывать от Обладателей происходящее. Зато мы выяснили причину. Знаете, из-за чего всё?

— Нет.

— Вернее "из-за кого", — поправился старик. — Это всё ваша девочка. Да-да, она самая. Мы абсолютно уверены, что это она портит зоны рекреации. Правда, неизвестно, зачем ей это нужно.

— Вы ее видели? — Джозеф осторожно присел на подлокотник заваленного всяким барахлом кресла.

— Лично я — нет. Врать не стану. Несколько моих подчиненных — да. Пытались поймать. Она уничтожает любые ловушки. Что бы мы ни придумали. Бьёмся, бьёмся...

Гектор замолк. Попытался привести свою одежду в божеский вид: отряхнул жилет, застегнул верхнюю пуговицу рубашки. Джозеф терпеливо ждал.

— Не знаю, что делать, — признался торговец.

— Когда это началось?

— Четыре дня назад поступил первый сигнал. Однако мы ничего не можем сказать об "островах", не входящих в "архипелаг". Возможно, туда она добралась еще раньше.

— Я могу чем-нибудь помочь? — повторно задал вопрос Джозеф.

Старик пожал плечами. Развел руками.

— Я не знаю, — проговорил он, вздыхая.

— Кстати, Академия снова устанавливает зоны рекреации. Я интересовался, — Джозеф решил подбодрить лавочника. — И о деинсталляции больше речи не идет.

— Это, конечно, хорошо.

Обладателю показалось, что у ответа должно было быть продолжение. Что-то типа "но нам это ничем не поможет".

— То есть, вы согласны оказать нам содействие, если возникнет такая необходимость, — пробормотал Гектор, скорее для самого себя, чем гостя.

— А что делать-то надо? — насторожился тот.

— Пока — ничего. Но если у нас появятся какие-нибудь стоящие идеи на ваш счет, я обязательно к вам обращусь, — пообещал торговец.

Спохватившись, распахнул дверцу на клетке с попугаем. Тот сделал вид, что этого не заметил, продолжая сидеть на крошечной жердочке и делать вид, что ничто в целом мире его не интересует так, как собственное отражение в маленьком круглом свисающем с потолка узилища зеркальце.

— Обиделся, — расстроился старик, просовывая указательный палец меж прутьев решетки.

Квирчик никак на него не отреагировал. Спокойно подошел к кормушке и с чувством собственного достоинства принялся лузгать пшено.

— Да, — вспомнил Гектор, отчаявшись привлечь внимание бунтующего питомца. — Моя просьба скрывать происходящее от Академии остается в силе.

Джозеф равнодушно пожал плечами. Как будто бы он стал рассказывать в подразделении об "архипелаге" и своей с ним связи!

— Ну, наконец-то, ты пришел! — Лара выбежала в прихожую на звук открываемой двери.

Джозеф кинул спортивную сумку на пол. Принялся разуваться.

— Говори сразу, что от меня надо, — не очень вежливо попросил он.

— Будешь со мной репетировать! — Лара не спрашивала, а утверждала. — Вот, смотри. Это твой экземпляр сценария...

— Можно я сначала разденусь, умоюсь, поем, а уж потом решу, хочу я это делать или нет?

— А. Ну, ладно. Только быстро. Пятнадцати минут тебе хватит?

— Вот только не надо!..

— Всё, молчу. Я там пиццу купила.

Лара ушла в зал, на ходу бормоча себе что-то под нос, то и дело сверяясь с текстом.

— Ты закончил? — заглянула она на кухню через некоторое время. — Десять минут прошло.

— Отстань.

Джозеф демонстративно взял из коробки следующий кусок пиццы. Нетерпеливо фыркнув, Лара снова скрылась из вида.

Вернулась.

— У тебя, кстати, фигурка получше стала, — сказала и ушла.

Джозеф с сомнением поглядел на скрытый свободной футболкой торс. Лично он никакой разницы не видел.

— Нам на курсах задали порепетировать дома с членами семьи вот эту вот штучку. В общем, смотри. Ты читаешь за Ромео, я — отыгрываю Джульетту, — Лара сунула стопку распечаток в руки брату.

Тот скептически проглядел слова.

— Из меня выйдет отвратительный Ромео, — предостерег он воодушевленную сестру.

— Я не прошу у тебя игры, достойной Оскара, — Лара встала с дивана и вышла в центр комнаты. — Просто произноси нужные слова в нужное время. Так, здесь у меня будет балкон...

— Из тебя отвратительный Ромео, — согласилась она через пять минут, плюхаясь на диван.

— Я предупреждал, — флегматично отозвался Джозеф.

Излишне буйное воображение упорно рисовало ему бухгалтера подразделения в лучах луны. Душераздирающее зрелище, не способствующее пробуждению актерского таланта.

— Будешь няней, — решила Лара, находя нужную страницу. — Соберись. У тебя получится.

— Да я как-то по этому поводу и не переживаю.

Джозеф был немного удивлен: у Лары, действительно, выходило неплохо.

— Ты не на меня смотри, ты в текст смотри, — сестра недовольно надула губы. — Ладно, я начинаю. Готов?

Хозяин квартиры задумался.

— Слушай, как ты смотришь на то, чтоб мы к тебе завтра вечерком в гости заглянули?

— "Мы" это кто? — деловито осведомился Джастин.

— Я с Ларкой. Могу Вилле захватить, — Джозеф поправил телефонную трубку.

— То тебя не дозовешься, то сам напрашиваешься... — товарищ решил вредничать. — Скажи, что-то тебе от меня нужно?

— Мне? Ничего, — оперативник почти не соврал. — Так я не понял, приходить нам или нет?

— Что за глупые вопросы?! Разумеется, приходите!

— Ну, тогда пока.

Усмехнулся.

— Завтра идем к Джастину, — крикнул Джозеф бродившей где-то по квартире сестре. — Будет тебе и Ромео, и Тибальд, и даже няня, если повезет.

— О, круто! — отозвалась в ответ Лара. — Он согласился со мной порепетировать? Такой лапа!

— Пока нет, но куда денется?!— довольно промурлыкал себе под нос Джозеф.

Лег спать.

— Представляешь, мне поставят "остров"!

Ник был так счастлив, словно сбывалась мечта всей его жизни.

— Поздравляю, — Джозефу даже было немного завидно: последний раз он так радовался велосипеду в далеком детстве.

Ставший привычным ежедневный утренний сбор подразделения обещал быть таким же скучным и бессодержательным, как и все предыдущие на этой неделе.

— Первым делом я всех вас туда позову, — заявил коллега, разваливаясь на стуле возле собеседника. — Захватим вина, шашлычков, овощей каких-нибудь и отметим это дело, как следует!

Джозеф не поверил своим ушам.

— Ната, ты какое вино любишь? Красное сухое? Будет тебе красное сухое! А мне как-то полусладкое ближе. Я надеюсь, ты не очень огорчишься, если Рихарда я приглашать не стану? — с надеждой обратился Ник к Джозефу. — Если честно, он мне не очень нравится. Нет, если ты, конечно, считаешь, что это будет некрасиво, то я его позову.

— Сам решай, — выдавил из себя тот.

Лично его сама мысль о том, что к нему на "остров" нагрянет толпа едва знакомых людей с едой и выпивкой, ввергала в уныние и душевный дискомфорт.

— Да, ты прав! Тогда я пойду думать, сколько чего нам может понадобиться!

— Действительно, ушел, — прокомментировала Далила, провожая Ника взглядом. — Боже мой, сколько энергии...

— Интересно, мне купальник брать? — задумалась Дейдара. — Как считаете, там у него какой-нибудь водоем будет?

— Прошу прощения за опоздание, — до этого темные мониторы на столах вспыхнули и явили лик Александра Борисовича. — Попросили прочитать лекцию в одном из учебных корпусов, только сейчас освободился.

Шеф сказал стандартный набор фраз, Виктор продемонстрировал свою новую разработку.

— Ну, кто хочет испытать ее в деле?

— Я! — тут же вызвался Тревор, чуть ли не вскакивая со стула. — На этот раз пойду я!

— Хорошо.

Доброволец триумфально поглядел на Джозефа. Тому было глубоко наплевать.

— Так, а теперь...

Ученый не договорил. Сидящие за столом заметили, что он пораженно смотрел куда-то поверх их голов. В недоумении оглянулись.

Возле раскрытой двери стояло трое. Один, центральный, был худощав, молод и, судя по тому, как он себя держал, самоуверен до наглости. Крайние же отличались крепким телосложением, угрюмостью и угрожающими взглядами.

— Здрасте, — поздоровался первый, судя по всему, главный среди них, шагая вперед.

На нем был длинный плащ. Такие обычно в кино носят либо бандиты, либо, наоборот, крутые детективы. Для завершения образа не хватало лишь сигары да надвинутой на глаза шляпы.

Работники подразделения потрясенно молчали, напрочь лишившись дара речи, и пребывали в глубоком ступоре.

— Что? Никто не воскликнет: "Кто вы такие? Что вам здесь нужно?" — пришедший был немного разочарован.

Огляделся.

— Ну, и кто вы такие? — спокойно, будто делает великое одолжение, поинтересовалась Далила.

Незнакомец окинул ее оценивающим взглядом. Улыбнулся. Двое других всё так же стояли у дверей, не меняя поз и выражений лиц.

Люди за столом постепенно выходили из оцепенения и начинали волноваться. Слышались вопли Виктора, призывавшего к монитору начальника подразделения, чьи-то взволнованные перешептывания, скрип стульев, шарканье ног.

У Джозефа возникло нехорошее подозрение. На то, чтоб задавить рвавшуюся наружу панику, требовались нехилые затраты силы воли.

— Мы из "архипелага", — ответил человек в плаще. — Нам нужен самый главный.

Так и знал! Такизналтакизналтакизнал!!! Ну почему не ошибся?!

За пару секунд Джозеф успел вспотеть, побледнеть, покраснеть, снова побледнеть. И даже подивиться крепости своего самоконтроля: искреннее желание провалиться сквозь землю, побиться головой о столешницу или хотя бы сбежать из "офиса" достаточно успешно блокировалось. Джозеф испуганно огляделся — не заметил ли кто его реакции. В принципе, из общей массы своим поведением он практически не выделялся. Если уж на то пошло, то окружающим в этот момент было не до него. Их больше волновало, что в место со строго ограниченным доступом, как к себе домой, пришли некто, кого, возможно, всё это время они искали, с совершенно непонятными намерениями, а никто не знал, как в этой ситуации себя вести. Немного успокоился.

— Что вы стоите?! Хватайте его! — вскочил, роняя стул, Рихард, снова примеряя на себя роль главного в подразделении.

Двое у входа пошевелились.

Началась паника. Многие резко решили, что не хотят сидеть за столом, однако к призыву не прислушались, а наоборот постарались максимально увеличить дистанцию между собой и посетителями.

— А что такое "архипелаг"? — вопрошал Ник, беззаботно обращаясь к игнорировавшим его окружающим.

Лично его, похоже, ситуация совершенно не напрягала. Однако ответа он так и не смог ни от кого добиться.

— Так, всем успокоиться! — наконец-то, смогли отыскать и притащить к мониторам вышедшего покурить Александра Борисовича. — Заткнулись и сели! — рявкнул он, когда первое распоряжение осталось без внимания.

Это подействовало.

— Вы здесь главный, — определил незнакомец в плаще и без сигары.

— Да, с кем имею честь общаться? — лицо шефа пошло красными пятнами, по виску катилась капелька пота.

— Посол из "архипелага", — мужчина широко улыбнулся.

Лично его происходившее очень забавляло. Подмигнул Шэл. Женщина не только осталась за столом, но даже не сменила позы и выражения лица.

— Что такое "архипелаг"? — шепотом поинтересовался Ник у Далилы.

Та отстраненно пожала плечами.

— Это... Как бы... Что... Чем я могу помочь? — Александр Борисович терялся в избытке просившихся с языка вопросов.

— Мы — независимый союз "островов". И мы хотим предложить вам работу.

В Академии грянул скандал.

— Объясните, — у Джозефа не было душевных сил даже на то, чтоб гневно возмущаться.

Он мог лишь валяться в кресле, глядеть в пространство остекленевшим взглядом, даже не обращая внимания на топтавшегося у него на плече и ласково курлыкавшего в ухо Квирчика.

— "Острова" самостоятельно не способны решить эту проблему, — Гектор посвежел, побрился, переоделся и даже прибрался в магазине. — Теперь мы можем с уверенностью это утверждать. Девочка, не напрягаясь, уничтожает что угодно, созданное в зонах рекреации или являющееся их частью. Все наши ловушки, а также предметы, к которым она прикасалась, буквально рассыпаются на глазах. Честно признаться, я сам едва не погиб. Полез с ней разговаривать, когда ей того не хотелось. В итоге остался без сумки и рубашки. Но, знаете, что я заметил?

— Нет, — попугай принялся дружелюбно грызть мочку уха своего кормильца-освободителя.

— У меня с собой было это, — торговец продемонстрировал какую-то небольшую книжку. — Узнаете?

Джозеф нашел в себе силы сфокусироваться на обложке.

— Это я вам приносил, — сообразил он. — Для поднятия образовательного уровня вашей писательницы.

— Именно! Как видите, она совершенно не пострадала. Всё остальное, находившееся тогда в сумке, превратилось в труху. Понимаете, что это значит?

— Вещи, прибывшие на "острова" извне, остаются целыми? — оперативник немного оживился и даже выпрямился в кресле.

— Да, так и есть. Мы специально проверяли эту мысль. Никакой ошибки.

— И вы решили привлечь Академию? Не самая лучшая идея, — Джозеф вспомнил, что творилось в подразделении после того, как послы отбыли.

Александр Борисович и всё руководство глотало успокоительное. Сам факт того, что "островитяне" обладали волей и были способны делать что-то, выходящее за пределы, установленные их создателями, был достаточным для того, чтоб произвести в их головах революцию и крепко выбить из колеи. Существование же у Академии под носом "архипелага" вообще ни в какие рамки не лезло. Даже известие о разрушавшихся зонах рекреации произвело на шефа и его подчиненных меньшее впечатление. Зато Дейдара была очень довольна, она сбилась со счета, сколько раз в этот день произнесла фразу: "А что я вам говорила?!"

— На самом деле, идея лучше, чем вы о ней думаете, — к Гектору полностью вернулись его собранность, спокойствие и едва заметная полуулыбка человека, который слишком многое знает и понимает.

— Вы так старались скрыть существование "архипелага", а тут вдруг пошли и чуть ли не сдались Академии? — Джозеф поймал щекотно перебиравшего ему волосы попугая в кулак и пересадил на стол. — Хотите НАНЯТЬ ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ?! А чем расплачиваться планируете?

— Информацией. Более того, я считаю, что мы уже осуществили предоплату. Как думаете, на что бы пошло ваше руководство ради того, чтоб узнать о существовании "архипелага" и воочию увидеть его представителя, если б мы сами не объявились?

Птица, вспорхнув, приземлилась Обладателю на руку и принялась решительно карабкаться обратно на плечо, цепляясь когтями за рубашку.

— Не боитесь? — Джозеф увернулся от тянувшегося к его уху клюва. — Мне кажется, вы рискуете.

— Конечно, рискуем, — охотно согласился Гектор. — Нет ни единого шанса, что Академия потеряет к нам интерес, когда вопрос с девочкой будет улажен. Я не сомневаюсь, что вы постараетесь определить все наши "острова" и, если и не уничтожить "архипелаг", то, по крайней мере, поставить его под свой полный контроль. Как видите, у нас нет иллюзий на этот счет.

Джозефа немного раздражало, что лавочник говорил "вы", формально причисляя и собственного Обладателя к числу враждебных его союзу лиц, однако ничего по этому поводу не говорил — тот всё же был прав, хоть и тоже формально.

— И? — Джозеф снова ссадил попугая на стол. — Я знаю, вы что-то придумали.

Гектор гордо улыбнулся.

— Во-первых, иметь дело с вашим подразделением мы будем исключительно либо на вашей территории, либо на специально созданном для этой цели нейтральном пространстве, которое мы уничтожим сразу же после того, как дело будет закончено. Понимаю, что ваших визитов хотя бы на часть "островов" не избежать: в конце концов, нужно будет осматривать пострадавшие зоны рекреации, преследовать ребенка, опять же его ловить... С этим, ничего поделать нельзя. Необходимая жертва. Скорей всего, придется исключить их из "архипелага" и оборвать все связи, чтоб обезопасить остальных. Мы все с этим согласились и готовы пойти на такой риск.

— Ой, сомневаюсь, что вас это спасет, — Джозефу оптимизм никогда не был особенно присущ.

— Согласен. Боюсь, особого выбора у нас не было: девочка представляет нешуточную угрозу. Зарегистрировано уже шестнадцать пострадавших от ее действий "островов". Самое ужасно, что процесс разрушения всё продолжается. Каждый день ситуация там становится хуже и хуже. Медленно, но верно они рассыпаются. Так что нам просто необходима помощь Академии. Вы в одиночку бы ничего не сумели сделать, если б я попросил вас о помощи: вы не ученый и не изобретатель, а усилий одного обычного человека явно недостаточно.

— Как знаете. Я вас только умоляю, пусть всем занимаются ваши заместители. Пожалуйста, держитесь от моих коллег подальше, не дайте им даже предположить, что мой "остров" связан с "архипелагом"!

Гектор нехорошо улыбнулся. Джозефу стало немного жутко.

— Я человек деликатный и не стану показывать пальцем, из-за кого бедная девочка стала тем, кем стала, и кто виноват во всем происходящем. Однако спешу вас успокоить.

Старик поглядел на Обладателя с нескрываемой гордостью и превосходством.

— Даже если вскроется, что одна из входящих в наше объединение зон рекреации принадлежит вам, для вас не наступит никаких серьезных последствий. Видите ли, мы время зря не теряли. "Острова" всех работников подразделения, обладающих таковыми, отныне входят в состав "архипелага".

16.

"Архипелаг", действительно времени зря не терял.

— Мы давно следим за вашим "офисом", — спокойно поведывал Гектор. — Квирчик собрал тогда очень ценные сведенья. То, что мы не могли попасть внутрь, не запрещало топтаться у двери. Дни и недели наблюдений за выходом, перехват сигналов браслетов. Сколько-то времени ушло на то, чтоб определить, у кого из находящихся внутри имеются "острова", еще сколько-то — на их идентификацию и обнаружение. Потом налаживание с ними отношений, убеждение к нам присоединиться. Некоторые сначала не хотели понимать всей выгоды вступления в "архипелаг", но тонкая дипломатия, верно подобранные слова и аргументы смогли указать им на всю глубину их заблуждений. А там и взломать вашу защиту на входе удалось.

— Вы что, кому-то угрожали? — подозрительно осведомился Джозеф, обращая внимание на вычурность фразы.

Торговец вопрос проигнорировал, лишь едва заметно улыбнувшись своим мыслям.

— Извини, но тебе придется ехать к Джастину без меня.

— Как так?! — голос Лары звучал обиженно.

— Да у меня тут... на работе ЧП произошло, — Джозеф начинал волноваться, автобус всё не приходил. — Внезапно дел стало выше крыши. Кстати, домой сегодня даже не жди.

— Ничего себе заявочки! — из телефонной трубки буквально сочился сарказм. — Неужели таки бог внял моим молитвам, и у моего брата снова появилась девушка?!

— Ты вообще слушала, что я тебе говорил? Мне на работе ночевать придется.

— Да поняла я, поняла. Уж и помечтать нельзя! — Лара вздохнула с нарочитым разочарованием. — Если так, то я тоже к Джастину не пойду. Что мне там одной делать?

— Вилле будет, — на горизонте, наконец, замаячило что-то автобусообразное. — Сходи, а? А то этот больной меня потом живьем съест за то, что на него, бедного несчастного, всем наплевать, никто его не навещает.

Далила с Дейдарой молча топтались рядом, то и дело поглядывая на большие электронные часы на здании напротив.

— Знаешь, где он живет? Короче... — Джозеф продиктовал адрес. — Я тебя прошу, проведай.

— Ладно уж, пользуйся моей добротой.

— А вам ничего не будет за то, что вы сегодня тренировку прогуливаете? — поинтересовалась у начальника Дейдара, когда тот повесил трубку.

— Будет, наверное, — отозвался он. — Только что я могу с этим поделать?

Прямо перед троицей гостеприимно распахнулись двери подошедшего средства транспорта.

— Ничего, — согласилась Далила, шагая внутрь.

Академия их встретила суетой, гамом и атмосферой напряженности. Первый шок сменился гневом и еще большим шоком. Руководство срочно пыталось разобраться в сложившейся ситуации, понять, кто виноват в том, что об "архипелаге" стало известно лишь после того, как тот заявил о себе сам, а также по чьей вине его существовании вообще стало возможным.

— Давай же, ищи, — красный Александр Борисович стоял у Виктора над душой. — Они должны были оставить следы. С какого "острова" явились? Как вышли на "офис"? Хоть что-то!

— Я уже понял, — огрызнулся ученый, с остервенением тыча пальцами в клавиатуру. — Вы мне это в пятый раз говорите.

Руководитель подразделения промокнул мятым носовым платочком со лба пот. Протер шею. Через плечо подчиненного глянул на монитор, горевшие на нем строки кода. Ничего не понял.

— Вот это что значит? — указал на какое-то нагромождение символов.

— Так. Уйдите отсюда! Уйдите, вы мне мешаете! Лиза! Уведите отсюда Александра Борисовича!

Ассистентка практически сразу же материализовалась возле своего начальника.

— Все уже собрались в конференц-зале, — блеснула очками она.

Шеф мерил шагами помещение. Его подчиненные сидели за столом и молча следовали за ним взглядами.

— Мы пробили сегодняшних гостей по всем базам. Ни на одном "острове" согласно нашим данным никого подобного быть не должно! Остается надеяться, что они просто переоделись и постриглись, а не додумались до более сложных способов смены внешности. Нам неизвестно, каков уровень развития этого "архипелага", на что он способен и так далее. Мы вообще ничего о нем не знаем! Виктор пытается обнаружить следы, ведущие в зону рекреации, из которой эти люди прибыли. Вы знаете, что на двери стоит датчик, записывающий, кто, во сколько и откуда вошел в "офис"? Так вот. В этот раз он зафиксировал лишь время и количество человек. Понятно, что идентифицировать их у него возможности не было, однако почему он не определил, с какого "острова" они явились?! Не могли же они прийти из ниоткуда!

Александр Борисович остановился и в раздражении пнул ножку стула.

Елизавета посмотрела на наручные часы.

— У нас осталось четыре часа до их повторного визита, — спокойно провозгласила она. — К этому времени мы должны определиться, какое решение принять.

— Ну разумеется мы согласимся на их предложение! — шеф вернулся за стол. — Это даже не обсуждается. Поэтому меня сейчас гораздо больше волнуют другие проблемы.

— Чего вы от нас хотите? — озвучила Шэл.

Немые взгляды остальных работников выражали тот же вопрос.

— В первую очередь, чтоб все вы понимали, что происходит. Ха-ха. Было б здорово, если б хотя бы у меня это получилось, — Александр Борисович откинулся на спинку стула и, закрыв глаза, принялся массировать виски. — Ладно, сменим "понимали" на "знали всё, что на данный момент известно". Еще я жду от вас предположений, теорий и готовности посвящать этому делу все силы и время. Лиза, у тебя нет какой-нибудь таблетки от головы?

Ассистентка принялась рыться в портфеле.

— Сходите кто-нибудь, узнайте, как там дела у Виктора, — попросил шеф. — Он, когда занят, телефон не берет.

Далила встала и вышла. Елизавета принялась отпаивать начальника каким-то лекарством.

— Ничего, чем стоило бы гордиться, — донесла Далила, возвращаясь.

— Ясно, — Александр Борисович в угрюмой задумчивости постучал по столу карандашом.

Помолчал.

— У нас не подразделение, а ... одно сплошное недоразумение! — воскликнул он с горечью, отшвыривая пишущий инструмент в сторону. — Предполагается, что "острова" — наша территория, где мы чуть ли не всемогущи и способны решить любую проблему! А что на самом деле?! Мы практически беспомощны! Когда уже наступят те золотые времена, когда мы будем в состоянии адекватно отвечать на брошенные нам вызовы?!

Немного успокоился.

— Только, пожалуйста, без обид, — добавил он, соображая, что подчиненные не виноваты.

— Я полагаю, при разговоре с ммм... другой стороной соглашения вовсе не обязательно присутствовать всем, — Елизавета выразительно поглядела на начальника. — Вы не думаете, что вполне хватит пятерых? Не считая вас, предлагаю оставить Далилу, Шэл и еще кого-нибудь на ваш выбор.

— Спасибо, что хоть меня посчитала, — буркнул Александр Борисович.

— У вас есть замечания по предложенным мной кандидатурам? — Джозеф обратил внимание, что саму идею помощница подвергать сомнению даже не собиралась.

Он, в общем-то, тоже был уверен, что в итоге всё выйдет так, как она хотела.

— Давайте вызывать духов! — Дейдара стояла в дверях комнаты общежития, подсвечивая себе лицо фонариком.

— Иди спать! — огрызнулся с постели разбуженный Джозеф.

— Так рано ж еще! — девушка разочаровано опустила светильник. — Вы же сами хотели дождаться окончания встречи и узнать, до чего они там договорились.

— А я жду. Не видишь, что ли? — оперативник перевернулся на другой бок и, нашарив рукой плед, запахнулся.

— Вижу я, как же... — настроение у подчиненной испортилось.

Беседа с представителями "архипелага" продолжалась уже третий час. Тем, кто не был к ней привлечен, позволили пойти отдохнуть, пока она не закончится. Предполагалось, что после переговоров все соберутся опять и устроят мозговой штурм, так что спать ночью не получится.

— Ну хотя бы одного духа вызовем?! Я уже зеркало приготовила, свечку добыла.

— Попроси кого-нибудь другого.

— О! Вы не спите! — в приоткрытую дверь заглянул Ник. — Отлично! А чего в темноте сидите? — потянулся к выключателю.

Комнату озарила вспышка света. Джозеф глухо зарычал, пряча лицо в подушку и натягивая плед на голову.

Ночных гостей совершенно не смущало, что кое-кто пытался немного вздремнуть.

— Может быть, вы всё-таки в другом месте поговорите, а?! — рявкнул Джозеф.

Из коридора послышались приближающиеся голоса и шаги.

— Блюдце шевельнулось?! Вы не заметили? Я видел, оно дернулось!

— Шшшшш! Не спугни! Есть ли кто-нибудь здесь? — последняя фраза была произнесена торжественным шепотом.

Джозеф из последних сил старался игнорировать укрывшееся одеялами возле его кровати сборище "медиумов" в количестве пяти штук. Хорошо хоть свет им был не нужен, и его выключили.

— Я не хочу, мне страшно, — всхлипнула Ната. — Можно я уйду?

— Сиди, — властно велел голос Дейдары.

— Осторожно, свечу уроните.

— А давайте все заткнутся! — сдали нервы у студенческого друга организаторши всего этого безобразия, волей случая тоже оказавшегося в эту ночь в общежитии.

Джозеф выразительно кашлянул. Куча одеял тут же замолкла и замерла.

— Кто-то явился! — просипели с одного ее края.

Безуспешно пытавшийся поспать оперативник решил, что, возможно, проще будет ему самому переехать, чем надеяться, что у незваных гостей проснется совесть, и они свалят.

Сердито слез с кровати, протопал к выходу и демонстративно хлопнул дверью.

— Почему вы не спите? — с Далилой они столкнулись на лестнице. — Возможно, нам до утра теперь бодрствовать придется. Пользовались бы возможностью отдохнуть, пока таковая имеется.

— Ага, — буркнул Джозеф, останавливаясь.

Всё равно он не знал, куда теперь податься.

— Как всё прошло?

— Нормально, — пожала плечами Далила, скрещивая руки на груди. — Шеф велел собраться через час. Они пока с Виктором о чем-то думают.

— Ясно.

Стажерка внимательно посмотрела на руководителя.

— Идемте, — велела она.

— Куда? — не понял тот.

Выяснилось, что выгонять "медиумов" из его комнаты.

— Мы же вам совсем не мешали, — обижено буркнула Дейдара, удаляясь с измазанным какой-то гадостью зеркалом.

— У вас есть час, — Далила закрыла дверь.

Однако совещание главы подразделения с ученым продлилось несколько дольше.

В лавке не было никого, кроме попугая. Тот остервенело разрывал в труху какую-то неосмотрительно оставленную на столе бумажку. При виде посетителя приветственно свистнул и взялся за дело с удвоенной силой. Убедившись, что разузнать, что к чему, раньше всех у него не выйдет, Джозеф ушел. Можно было догадаться, что в данный момент у торговца имелись дела более важные, чем ожидание визита Обладателя.

В дверь постучали. Джозеф нехотя разлепил глаза.

— Ну вы и горазды дрыхнуть! — уважительно протянула Дейдара, не дожидаясь ответа, входя в комнату. — Вставайте, а то завтрак проспите.

— Завтрак? — переспросил оперативник, настораживаясь. — Сейчас сколько времени?

— Шесть утра, но если вы не хотите опоздать на работу, то поднимитесь сейчас. Отсюда долго выбираться, — Дейдара попыталась изобразить манеру речи подруги.

— А как же общее собрание? Передай, пожалуйста, мои джинсы.

— Уже давно закончилось, — подчиненная кинула Джозефу висевшую на спинке стула одежду.

— Как так?! А я?

— Далила попросила вас не будить, сославшись на то, что вы всё равно ничего не соображаете, когда не высыпаетесь, так что проку от вашего присутствия никакого не было бы.

— Боже, какая забота, — буркнул Джозеф, не зная, то ли испытывать к подчиненной благодарность, то ли на нее злиться. — Какой смысл тогда вообще был тащить меня в Академию, оставлять здесь на ночь, если вы прекрасно обошлись и без меня?!

— Кто ж знал-то? — Дейдара легкомысленно пожала плечами. — Вы пока одевайтесь, а я по этажу пробегусь — вдруг еще кто-то до сих пор спит.

По пути на другое место работы девушки рассказали начальнику о том, что происходило и обсуждалось в его отсутствие. Джозеф убедился, что знал о происходившем больше, чем всё остальное подразделение, даже несмотря на то, что пропустил все значимые разговоры прошлой ночи. Послы "архипелага" новым союзникам не доверяли, информацию предоставлять не торопились. Зато выдали начавшие подвергаться разрушению "острова". Джозеф не сомневался, что перед этим все связи с ними были порушены.

— Пока вы спали, мы обсуждали складывающуюся ситуацию, но ни к чему в итоге не пришли, — говорила Далила, равнодушно разглядывая пейзаж за окном автобуса. — Много спорили. Мне кажется, Александр Борисович серьезно задумается о необходимости дальнейшего проведения таких вот общих собраний. Куча времени теряется на пустую болтовню. Те, кто реально может предложить что-то дельное, пусть думают, разрабатывают планы и стратегии, а остальные — исполняют их решения. Не зря же человечество изобрело разделение труда.

— Что подразделение намерено делать? — Джозеф посмотрел на наручные часы.

На работу они явно успевали.

— Исследовать эти поврежденные "острова".

— Виктор пока думает над тем, как обезопасить тех, кто туда пойдет, и что им понадобится в процессе, — включилась в разговор Дейдара. — Надеюсь, он с этим разберется к тому моменту, как мы доберемся до места, и можно будет сразу пойти на разведку.

— Ты так хочешь посмотреть на разрушения? — Джозеф лениво жевал мятную жвачку, чтоб хоть как-то компенсировать тот факт, что за день до этого не догадался, зная, что будет ночевать не дома, купить зубную щетку.

— Я так хочу поболтать с людьми из "архипелага". Наверняка они тоже там будут.

Далила едва заметно нахмурилась.

Джозеф подумал, что было бы неплохо заскочить в лавку и на всякий случай захватить в прошлом хорошо себя зарекомендовавших амулетов. Ученый, конечно, талантлив, но мало ли как будет работать то, что он изобретет на этот раз, а вот в костяных оберегах поисковик почти не сомневался.

Вспомнил слова торговца о том, что на принесенные извне вещи разрушительная сила девочки не действовала, понадеялся, что к людям это также относилось.

Судя по выражению лица Виктора, тот тоже решил в сие верить. Сказав, что он, разумеется, попытался, но придумать за столь короткий срок что-нибудь стоящее практически невозможно, принялся грузить координаты первого "острова".

В "офисе" присутствовал давешний посол "архипелага". Телохранителей в этот раз с собой приводить он не стал, сидел, закинув руки за голову, а ноги на стол, и о чем-то думал. Обращенные на него любопытные и испуганные взгляды игнорировал. Выспаться этой ночью ему тоже не удалось, так что все общение с окружающими он старался свести к необходимому минимуму.

— На "островах" вас встретят представители наших новых э-э-э... коллег, — Александр Борисович осуждающе глянул на позу гостя. — Они вам всё покажут, всё расскажут на местах. Я надеюсь, не надо объяснять, что вести себя с ними нужно вежливо и уважительно?

— Пусть каждый возьмет, — "островитянин" лениво пошарил в кармане своего плаща и швырнул на стол средних размеров картонную коробочку. — На всякий случай.

Внутри лежали уже знакомые Джозефу обереги.

Далила нахмурилась. Перевела вопросительный взгляд с фигурок на руководителя. Тот пожал плечами и сделал вид, что сам удивлен: ему крайне не хотелось, чтоб его зону рекреации первой среди "островов" работников подразделения связали с "архипелагом". Судя по тому, как девушка нахмурилась, это ее не успокоило.

— Что это? — не все присутствовавшие знали о назначении амулетов.

Объяснения и прощальные напутствия отвлекли Далилу от поисков связи между Джозефом и каменными оберегами из "архипелага". По крайней мере, поисковик на это очень рассчитывал, шагая сквозь дверь вместе с Ямахой.

На "острове" их уже ждал взволнованный и явно желавший находиться в этот момент где угодно, только не здесь, представитель "архипелага".

— Нам сюда, — буркнул он, поздоровавшись, и куда-то пошел.

Джозеф поправил очки-трансляторы — ими были снабжены все отправленные на расследования группы подразделения. В Лаборатории N 4 Виктор получал изображения сразу с почти десятка зон рекреации. Он особо подчеркнул, что желал видеть всё в мельчайших подробностях.

— Что у нас тут? — Джозеф с опаской приоткрыл показанную "островитянином" дверь в одну из комнат особняка.

Выждав секунду, распахнул ее полностью. Ямаха пораженно присвистнула при виде ожидавшего их зрелища. Стены помещения были покрыты толстым слоем густой черной слизи, по занавешивавшим окно тяжелым портьерам ползла буйная, буквально кипевшая жизненными соками плесень. Виднелся наполовину провалившийся в пол диванчик, смятое потускневшее покрывало грязной тряпкой свисало с резного подлокотника. Через все пространство комнаты тянулась широкая трещина.

— Вау, — добавила Ямаха, боязливо заглядывая в дверной проход. — Я надеюсь, мы внутрь заходить не станем?

Джозеф посмотрел на сжимаемый в руке оберег. Тот уже потихоньку начинал крошиться.

— Думаю, обойдемся без этого, — сказал он.

Ямаха достала небольшой блокнот и шариковую ручку. Обернулась к старавшемуся держаться подальше от раскрытой двери "островитянину".

— Скажите, пожалуйста, — бодро провозгласила она, делая пробную закорючку в углу страницы, — как давно это началось?

Вопреки ожиданиям Гектор оказался на месте.

— Возьмите, — Обладатель скинул на пол объемную охапку. — Это вам.

Торговец недоуменно поглядел на подношение.

— Рыболовная сеть, — пояснил Джозеф. — Самая прочная, какую только нашел. Надеюсь, пригодится.

— А... — старик слегка растерялся.

— Вас вызывают!

— Посмотрю, что еще достать удастся, — спешно махнув на прощание, Джозеф выскочил за дверь.

Кто-то бережно хлопал его по щеке.

— Мужчина, с вами всё в порядке? — вопрошал встревоженный женский голос.

— Да-да, — оперативник открыл глаза и сел. — Просто немного закружилась голова.

— Вам вызвать скорую? — продавщица с беспокойством наблюдала за тем, как потенциальный покупатель встает с пола и отряхивается.

— Спасибо, мне уже гораздо лучше. Не стоит, — вспомнив, что "болен", пошатнулся и, сжав пальцами виски, зажмурился.

— Вы уверены? — женщина с сомнением покосилась на посетителя.

— Да, еще раз спасибо, — решил, что переигрывать тоже не стоит, ободряюще улыбнулся. — Извините, я тут у вас... — беспомощно поглядел на валявшуюся на полу сеть, стащенную с прилавка во время "обморока".

— Ничего страшного. Я подниму.

Еще раз попросив прощения, Джозеф вышел из магазина "Рыболов-охотник", раздумывая над своим дальнейшим маршрутом. До конца обеденного перерыва оставалось двадцать минут — вполне можно было успеть заскочить куда-нибудь еще.

Съел купленный на улице хот-дог: в столовую не пошел специально, так как попадаться Далиле на глаза прежде, чем придумает убедительное объяснение по поводу оберегов, не хотел. Не сомневался, что та о них не забыла и жаждала поговорить на эту тему. Поскольку Джозеф с подчиненными оказались в разных группах, неприятной беседы во время нахождения на "островах" можно было не бояться.

Больше полезных магазинов в непосредственной близости от ведомственного здания не оказалось. Пришлось возвращаться в кабинет.

Там его ждал сюрприз.

— Привет, — за своим столом, развалившись, сидел Дэвид.

— Опа, — Джозеф удивленно замер в дверном проходе. — Какими судьбами?

— Между прочим, я сообщал, что сегодня возвращаюсь, — с осуждением протянул коллега.

— А, — Джозеф смутно припомнил, что передавал шефу известие о том, что Дэвид со своим делом разобрался. — Ты что, сюда прямо с самолета?

— А что, это так бросается в глаза? — встревожился Дэвид, принюхиваясь к своей одежде.

Провел ладонями по длинным, собранным в хвост волосам, проверяя на ощупь степень их сальности.

— Нет, успокойся, — Джозеф закрыл дверь.

Внимательно посмотрел на недоверчиво изучавшего свой вид товарища. Его присутствие могло бы сильно мешать всем этим "островным" делам. По крайней мере, от разговоров о втором подразделении точно придется на какое-то время воздержаться.

— Ты к нам надолго?

— Не знаю, — коллега пожал протянутую ему руку. — С шефом надо поговорить на эту тему. Что это такое?

Дэвид указал на постеры.

— А, — Джозеф объяснил.

— Добрый день, — вошли настороженно переглядывавшиеся девушки.

— А вот, собственно, и они, — невыездной оперативник махнул в их сторону рукой.

— Здрасте, — повторно поздоровались его подчиненные.

— Ну, как вам у нас? — растерянность стажерок Дэвид списал на девичью скромность. — Нравится?

— Э-э-э... да, — Далила послала начальнику вопросительный взгляд.

— Это Дэвид, — представил тот коллегу, соображая, что пока тот рядом, допроса с пристрастием о том, где Джозеф в свое время достал обереги, не последует. — Вернулся с дела.

— Надолго? — голос Далилы звучал не очень радушно.

— Сомневаюсь, — Дэвид был слишком утомлен перелетом, чтоб заметить едва прикрытую враждебность. — Доложусь, отосплюсь, а потом меня наверняка снова куда-то отправят.

— О. Понятно, — равнодушно проговорила стажерка, направляясь к своему столу.

— Шеф куда-то ушел, — Дэвид похлопал по карманам потертой кожаной куртки. — Я его уже почти час дожидаюсь. Девчонки, сгоняйте мне кто-нибудь за сигаретами, пожалуйста. Деньги вот.

Далила посмотрела на появившуюся на столе кучку мятых купюр и пустую пачку-образец курева, перевела взгляд на человека, уверенного, что стажеры являются кем-то вроде рабов или посыльных отдела, в который попали, на неизвестно когда успевшую зарыться в бумагах и изобразить жуткую занятость подругу. Джозеф старательно делал вид, что увлечен делами не меньше своей кудрявой подчиненной.

Решив, что даже необходимость присутствия в это время в "офисе" не является причиной к тому, чтоб разрушать образ простой студентки, набирающейся опыта под чутким руководством работников подразделения, Далила хмуро сгребла деньги и стремительно покинула помещение.

Воспользовавшись тем, что нежданный коллега завязал разговор с Дейдарой, Джозеф, извинившись, ушел "в себя".

— Опаздываете, — прокомментировал его появление по-прежнему ошивавшийся в "офисе" посол от "архипелага" — единственный, кто в это время там был.

— Непредвиденные осложнения на работе, — буркнул Джозеф. — Девочки могут задержаться.

Плюхнулся на свободный стул. Немного посидели молча.

Внезапно "островитянин" нахмурился и приложил ладонь к уху.

— Ее засекли! — воскликнул он через пару секунд, обращаясь к мониторам. — Мы нашли ребенка!

Экраны равнодушно демонстрировали интерьер Лаборатории N 4. И Виктор, и Александр Борисович в это время находились где-то еще.

— Вот гадство! Она же сейчас снова вырвется и убежит! — представитель "архипелага" злился и начинал нервничать.

— А на том "острове" никого из наших нет? — поинтересовался Джозеф, из-за опоздания пропустивший отправку групп в зоны рекреации, неисследованные до обеда.

— Нет, — мужчина оценивающе поглядел на единственного собеседника.

До чего-то додумался. Тяжко вздохнул.

— Эх, не посольское это дело, — посетовал он, стягивая свой плащ и кидая его небрежной кучей на стол. — Собирайся, со мной идешь.

Джозеф проигнорировал проснувшееся у пособника Гектора панибратство. Он лишь сейчас сообразил, что одежда "островных" гостей не превращалась в форму Академии. Решил, что в настоящий момент это было несущественно.

— Без Виктора не получится настроить координаты, — напомнил он, вставая со стула.

— Воспользуемся возможностями "архипелага". Не стой столбом. Мы, между прочим, торопимся, — представитель зон рекреации прошествовал к двери в "офис".

Распахнул ее.

— А. Ладно, — Джозеф решил не спорить.

— Пошли, — "островитянин" подтолкнул замешкавшегося и не вполне понимавшего, что от него требуется, Обладателя к выходу.

Схватил его за плечо и шагнул во тьму сознания.

Джозеф увидел вторую дверь. Своего собственного "острова". Посол по-хозяйски надавил на ручку. Колокольчик звякнул.

— Э-э-э...

Попадя в магазин, "напарник" отпустил немного растерявшегося от такой наглости оперативника и полез торговцу в стол. Нашел ключ.

— Тебя как звать-то? — Джозеф решил довериться "островитянину" и не вмешиваться в его действия.

— Генри, — отозвался тот, заводя ручку-трансформер.

Квирчик со своей жердочки наблюдал за посетителями с неподдельным интересом. Последние дни его хозяин чуть ли не круглосуточно где-то пропадал, и птица дичала со скуки.

— Вы же ходите между "островами" без посредничества Обладателей, — Джозеф не был удивлен, что посол знал, кем он являлся. — Зачем за меня было цепляться?

— Ваш "офис" — другое дело. Вы его весьма неплохо обезопасили от непрошенных гостей, — Генри распахнул проход в нейтральное пространство.

— Вам это не помешало, — Джозеф шагнул следом за ним в темный коридор.

— Попасть туда было сложней, чем ты можешь себе представить. К тому же, находясь там, мы отрезаны от сети "архипелага" и весьма скованы в перемещении между зонами. Так что легче всего — выбраться на любой из "островов" традиционным способом, а там уж расправить крылья. К счастью, мне попался именно ты, так что это многое упрощает: нет нужды таиться и отвечать на тупые вопросы. Подожди меня здесь.

Джозеф послушно остался на входе. Генри куда-то убежал. Оперативник прислонился спиной к стенке и скрестил на груди руки. Огляделся. Да уж, нейтральное пространство развивалось и застраивалось неправдоподобно быстро. Люди занимались своими делами, ходили туда-сюда. Из непонятно откуда ведшей трубы валил дым. Слышались стук, лязг, ропот голосов, гул.

— Всё, пошли дальше, — возвращение посла Джозеф, увлекшись разглядыванием окружавшей действительности, пропустил.

— Мы сюда что, переодеваться заходили? — мельком глянул он на изменения во внешнем облике временного напарника.

— А ты предлагаешь гробить совсем новые туфли и хороший костюм? Кстати, мой плащ у вас в "офисе" никто не утащит?

— Да кому он нужен?! — огрызнулся Обладатель, без особого энтузиазма следуя за снова нырнувшим в темноту прохода спутником.

На "острове" их уже ждали.

— Она пока что ведет себя спокойно: заняла беседку и не пытается никого атаковать, — доложил встречающий, пожимая Генри руку, а Джозефа удостаивая лишь мимолетного кивка. — Мы ее окружили, но ничего не предпринимаем.

Оперативник огляделся. "Остров" как минимум второго поколения, пышно цветущие яблони, выложенные пластинами цветного стекла тропинки, бабочки, оставляющие за собой в воздухе искрящиеся следы. Разглядеть, что было дальше, представлялось затруднительным из-за загораживавших собой весь вид крон деревьев. Небо прорезала яркая и четкая радуга.

— Не спи, — посол хлопнул его по плечу. — Мы сюда пришли не местными красотами любоваться.

— А я и не сплю, — буркнул Джозеф, уже привычно шагая следом за своим спутником.

И зачем вообще он здесь нужен? "Островитяне" явно прекрасно обходились и без его помощи — вон как замечательно разговаривают друг с другом, практически его игнорируя. И почему к среде зоны рекреации подстраивалась только его одежда?

— Ты-то здесь что делаешь? — удивился кто-то, обращаясь к Генри, когда трое подошли к основной группе. — Мы думали, кто-нибудь из этих придет.

Джозеф выразительно кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Добрый день, — хмуро поздоровался он. — Кто-нибудь из этих пришел, как видите.

— Только один? — еще один "островитянин" недоуменно разглядывал фэнтезийный костюм оперативника.

— Больше не было, — развел руками Генри.

Джозеф с тоской думал, что стоило хотя бы оставить в "офисе" записку, куда они пошли, или найти иной способ предупредить Виктора и коллег. Хотя, конечно, ученый всегда мог просмотреть запись происходившего в помещении в его отсутствие и таким образом всё узнать. Вот только координаты "острова" тогда в ходе беседы не прозвучали. Интересно, а по браслету можно отследить, где именно находился его носитель? Джозеф задумчиво глянул на сковывавшее правое запястье металлическое кольцо.

— О, а вот и вы, — услышал он знакомый голос.

Гектор, похоже, был искренне рад его видеть.

— А вот и я, — отозвался Джозеф, пожимая протянутую руку.

— В курсе, что происходит? — старик поманил Обладателя за собой.

— В общих чертах, — тот послушно побрел следом.

— Смотрите, — остановившись возле одного из стволов, Гектор указал куда-то пальцем.

Глянув в указанном направлении, Джозеф увидел обещанную беседку.

— Вы уверены, что ребенок там? — с сомнением уточнил он.

Сооружение было изящным и ажурным, сочетавшим резьбу по мрамору с коваными серебряными решетками, светлым и воздушным. На крыше сидели белоснежные голуби, а в прозрачной воде небольшого прудика плескались золотые рыбки. Вдоль дорожек обильно цвели пёстрые фуксии. Никакого сравнения с джастиновской хибарой для садового инвентаря. К тому же, спрятаться там было крайне сложно: постройка просматривалась чуть ли не насквозь.

— Там-там, — заверил старик, прислоняясь к дереву. — На полу сидит.

— Нам кажется, это место ей нравится, — человек, встретивший их у входа, отколупал от коры блестящую капельку застывшей смолы, повертел ее в пальцах и выбросил. — Она здесь уже около получаса и до сих пор не пыталась ничего разрушить.

— Неудивительно, — буркнул кто-то. — Не "остров", а рай для маленьких девочек. Только фей да розовых пони не хватает.

— Ясно, — Джозеф оторвал взгляд от беседки и посмотрел на присутствовавших. — И? Что вы собираетесь делать?

— Хороший вопрос, — Гектор скрестил на груди руки и вздохнул, собираясь с мыслями. — Мы как раз сами над ним думаем. И да, боюсь, вам придется к ней пойти.

— Мне?!

— Да, вам. А чего вы хотели? Для любого из нас контакт с этим ребенком может быть смертельно опасен, вы же не пострадаете, даже если она проявит агрессию.

— Это еще не доказано! Э-э-э... Ладно, — Джозеф вспомнил, что с девочкой уже сталкивался и хуже себя от этого чувствовать не стал. — Предположим. И что я должен буду сделать?

— Попытаться поговорить. Успокоить. Подружиться, — старик неопределенно пожал плечами. — Мы надеемся решить этот вопрос миром. Не удастся — будем пробовать другие методы.

Джозеф заметил краем глаза, как кто-то расстилал на земле его сеть. Торговец проследил за его взглядом.

— Да, в первую очередь этот, — кивнул он.

— Я, конечно, попробую, — вздохнул оперативник, поправляя съехавший на глаза бархатный берет с павлиньим пером. — Но ничего не обещаю. Она меня боится.

— Подумаешь, разок испугалась! — возвестил Генри, судя по всему, неплохо осведомленный о Джозефе и его прошлом. — Она тебя забыть уже десять раз успела, могу гарантировать. Тем более что тогда темно было, могла и не разглядеть. А теперь посмотри на себя — принц да и только. Какой никакой. По крайней мере, шмотки подходящие.

Оперативник фыркнул.

— По возможности постарайтесь, пожалуйста, избежать с ней физического контакта, — напоследок напутствовал торговец. — А то сбежит, и где ее потом искать? Оберег у вас с собой?

— Ага, — Джозеф посмотрел на браслет-извещенец.

Странно, почему "офис" до сих пор не пытался с ним связаться? Пусть переговорное устройство поисковик не захватил, но ведь всегда можно кинуть ему вызов. Или им там в подразделении глубоко наплевать, где пропадает их работник?

— И да, попытайся у нее выяснить, зачем она рушит "острова", — Генри снова панибратски похлопал Джозефа по плечу.

— А что тут выяснять? И так всё понятно, — послышалось со стороны.

Возле одного из деревьев стояла женщина в парчовом камзоле с широкими тяжелыми рукавами и коротких штанишках, украшенных снизу по бокам атласными бантами. Каштановые волнистые волосы незнакомки были перехвачены на затылке бордовой лентой. В руках она держала объемный сверток.

— О, вы уже пришли, — поздоровался Гектор.

— То, что вы просили, — "островитянка" передала ему свою ношу.

Вернулась к прерванному разговору.

— Все проблемы начались после реинсталляции, — женщина прислонилась спиной к дереву и скрестила на груди руки, лениво наблюдая за тем, как старик осторожно разворачивал хрустящую бумагу. — Очевидно же, что это ее задело. Возможно, ребенок вернулся домой и что же там увидел? Другую девочку, точную копию ее самой. Она больше не нужна, ей нашли замену. Дети очень впечатлительны, знаете ли, а в такой ситуации и не каждый взрослый бы спокойно среагировал.

— Согласен, это самое вероятное объяснение, но до тех пор, пока у нас не появится достаточно доказательств этой версии, я б не стал утверждать столь категорично, — Гектор вытащил из слоев обертки большую и очень красивую куклу. — Вам не жалко? — обернулся он к ее хозяйке.

Та равнодушно пожала плечами.

— Новую сделаю. Мне не сложно.

— Держите.

Джозеф принял протянутую ему игрушку. У той были золотистые кудрявые волосы, фарфоровая головка, настоящие ресницы, голубые глазки и наряд, наверняка стоивший целое состояние. Одна только вышивка мелким жемчугом чего стоила. Творение мастера-кукольника было страшно держать в руках, настолько хрупким оно казалось.

"Островитяне" к беседке подходить опасались, ограничившись тем, что взяли ее в плотное кольцо, стараясь при этом как можно реже попадаться девочке на глаза. Джозеф же открыто и очень медленно шел по яркой, сверкавшей на солнце стеклянной дорожке, раздумывая, как лучше начать разговор.

Интересно, девочка его уже заметила? Может быть, стоит погромче топать, чтоб не застать ее врасплох своим появлением или начать беседу с расстояния? Хотелось надеяться, что выглядел ребенок не очень страшно, был в хорошем настроении и готов к плодотворному диалогу.

— Могло быть и хуже, — философски заметил Генри, подходя к поднимавшемуся с земли Джозефу.

— Она украла куклу, — доложил тот, кашляя.

— Украла? Не уничтожила? — уточнила кукольный мастер, оживляясь.

Оперативник отрицательно помотал головой. Маленький оберег в кулаке снова рассыпался песком.

— Я же просил к ней близко не подходить! — Гектор даже не пытался скрыть разочарования. — Вот куда она теперь убежала?!

— Ага, хотите сказать, я сам, что ли, на нее бросился?! — Джозеф был раздражен. — Между прочим, это вы ее напугали. Меня она хоть и побаивалась, но вела себя нормально, пока вы со своей сетью шастать не начали!

— Мы ее распутывали! — возразил кто-то. — Кто ж знал, что девочка это заметит: нам казалось, что она была полностью увлечена игрушкой!

— Ладно, давайте успокоимся, — попросил торговец. — Вы заметили за время общения с ней что-нибудь, что может представлять какую-нибудь ценность?

— То, что между нами было, общением назвать сложно, — Джозеф сдернул с головы уже порядком надоевший берет. — Но да, я заметил одну крайне порадовавшую меня вещь: у ребенка нет щупалец.

— Это нам и так известно, — буркнул мужчина с сетью.

— Да? А вот для меня стало приятным сюрпризом!

Джозеф помолчал, собираясь с мыслями.

— Девочка не была настроена агрессивно. Я вызвал у нее интерес. Еще немного, и она бы пошла на контакт. Больше пока ничего сказать не могу, но обещаю подумать.

По яблоневому саду сновали "архипелажцы": у некоторых из них были дела более важные, чем стояние праздной толпой вокруг поисковика.

— "Остров" совсем не пострадал, — из беседки вышел человек в защитном костюме и респираторе.

Постучал пальцем по экрану какого-то измерительного прибора.

— Ну, что я говорил? — с облегчением стянул с себя маску и толстые резиновые перчатки. — Все показания в норме.

В воздухе рассеивалась искристая пыльца, отмечавшая траекторию полета пропорхавшей мимо бабочки. Двое осторожно, стараясь не запутать, складывали расстеленную на земле сеть.

— Всё-таки поспешили вы с обращением к подразделению, — Джозеф сидел на перилах беседки и лениво наблюдал за тем, как "островитяне" собирали принесенное сюда имущество. — Вполне бы смогли сами с ребенком договориться. В крайнем случае, меня бы позвали.

Гектор стоял рядом, следя, чтоб подчиненные ничего не забыли.

— Это не самое сложное, — ответил он. — Нужно как-то остановить разрушение уже поврежденных девочкой зон рекреации. Я вам говорил, что нам это пока не под силу. Сильно сомневаюсь, что удастся самостоятельно решить этот вопрос в ближайшее время.

— Кстати, мы здесь еще нужны? — подошел скучавший и не знавший чем себя занять Генри.

— Можете идти, — торговец был даже рад поскорей спровадить собственного Обладателя. — Мы тут сами со всем закончим.

Джозеф нехотя спрыгнул на землю. Отряхнул штаны.

— Сначала переодеться забежим, — посол бодро шагал к выходу с "острова".

— Зачем? — Джозеф едва поспевал за спутником. — Нормальная одежда.

— Я, как официальный представитель "архипелага" должен выглядеть презентабельно и солидно, — Генри пнул ажурную калитку и шагнул во тьму сознания, пока Джозеф раздумывал, сообщать тому, что любимый плащ солидности и презентабельности облику ну никак не добавляет, или уж не разбивать его хрустальных иллюзий.

"Офис" был пуст, по темным экранам мониторов медленно ползали эмблемы Академии.

— Виктор, — позвал Джозеф.

Ноль реакции.

— Тоже мне работнички, — усмехнулся Генри, подбирая со стола оставленный плащ. — Чувствую, зря мы на вас какие-то надежды возлагаем.

— Куда все делись? Ты же был тут во время распределения, — Джозеф был удивлен и немного встревожен.

— Честно говоря, — посол лениво натянул плащ, одернул воротник. — Я и сам немного опоздал: когда вернулся сюда после обеда, уже никого не было. Ты почти сразу же после меня пришел.

Джозеф удостоил его кислого взгляда.

— Ладно. Ты как хочешь, а я пошел отсюда. У меня не настолько много времени, чтоб тратить его на бессмысленное торчание в пустой комнате. Пока.

"Островитянин" ушел. Обладатель последовал его примеру через пару минут, придя к выводу, что если будет нужен, то ему всегда смогут позвонить и наорать за то, что его нет на месте.

Открыл глаза.

Родной кабинет тоже пустовал. Исчезли даже сумки стажерок, обычно всегда висевшие на спинках стульев, если их хозяйки бродили где-то по зданию. На всякий случай посмотрел на часы. Нет, время ухода с работы он не проспал.

— Дэвида я отпустил домой, — шеф был настроен мирно и благодушно. — Пусть отдыхает до понедельника. Девочки твои тоже отпросились.

Поглядел на подчиненного с подозрением.

— Только не говори, что для тебя это сюрприз, — помрачнел. — Опять спал? — глаза начальства начали медленно наливаться кровью.

— Пойду-ка я с Дианой свяжусь — узнаю, получила она металлоискатель или нет, — Джозеф спешно ушел.

Поведение стажерок интриговало. Оперативник раздумывал, а не позвонить ли им и не выяснить, куда они без предупреждения удалились, но пришел к выводу, что, скорее всего, это имело отношение к Академии, так что в свое время его тоже поставят в известность. Если же девушки куда-то направились по своим личным делам, то Джозефу было совершенно не обязательно сие знать.

В "офис" он решил больше не заходить, хоть и после некоторой внутренней борьбы. Не то, чтобы их с Генри вылазка дала какие-то результаты, так что, в принципе, докладывать особенно было нечего. Это могло подождать до понедельника, если, конечно, его не вызовут в выходные, как уже не раз бывало. Джозеф досидел рабочий день до конца и пошел домой.

Сходил в спортивный центр. Пользуясь тем, что, вроде бы, ему никуда торопиться не было нужно, всласть наплавался в бассейне, полежал в сауне. Пришел к выводу, что в последнее время много подвергался стрессу и заслужил спокойный вечер, который не мог омрачить тот факт, что довольно скоро Юлий его разыскал и утащил к тренажерам. Это даже способствовало установлению душевной гармонии, помогало освободить разум от бурливших там тревожных мыслей. Инструктор по боевым единоборствам сначала дулся на чуть ли не единственного ученика за пропуск прошлого занятия, но Джозеф уже выяснил, что за обращение "сенсей" тот был готов простить что угодно.

Девушка на ресепшене мило улыбалась и кокетничала напропалую. Ничто не действовало на нервы и не раздражало. Душу грела мысль, что с утра никуда не нужно идти, так что теоретически можно было с чистой совестью спать до обеда.

Этот день заканчивался явно неплохо.

Лара отстраненно жевала шоколадку, наблюдая за тем, как брат лениво стягивал кроссовки.

— Джастин сказал, — проговорила она, — что, если ты его не навестишь до конца недели, то он сотрет твой номер из памяти телефона и вырежет тебя со всех общих фотографий.

— Даже так? — Джозеф пошел в ванную. — Ладно, тогда забегу к нему завтра.

— После обеда он едет в больницу на процедуры, — крикнула Лара из коридора.

— Заскочу к нему с утра, — с мечтой дрыхнуть до обеда с сожалением пришлось расстаться.

Выпячивающий свою обиду и душевные страдания коллега был куда страшнее легкого недосыпа. Последний, по крайней мере, не ноет, не совершает демонстративных действий и не жалуется на твою бессердечность окружающим.

Джозеф в очередной раз напомнил себе, что собирался нести ответственность и искупать совершенное в отношении товарища злодеяние.

— Давай вместе фильм посмотрим, — предложила Лара, когда переодевшийся в домашнее хозяин квартиры вошел в зал.

— Какой? — зевнул тот.

Девушка молча продемонстрировала обложку диска. "Души неприкаянные", — прочитал Джозеф, сфокусировавшись.

— В который раз уже видишь? — поинтересовался он, резко теряя интерес к идее семейного кинопросмотра.

— Четвертый всего лишь, — ответила Лара с гордостью.

— Здорово, — Джозеф снова зевнул. — Спасибо, но я что-то сегодня устал. Пойду лучше посплю.

— Скучный ты, — притворно вздохнула Лара, всё равно включая телевизор и DVD-плеер.

— Какой есть.

— А то давай посмотришь? — не отставала родственница. — Это настолько потрясающий фильм, что у меня просто слов нет! Я даже в фан-клуб вступила! Думаешь, я бы зашла так далеко, если б оно того не стоило?

Джозеф мысленно перебрал все фан-клубы, что сестра на его памяти сменила за последние восемь лет. Решил ничего не говорить по этому поводу.

— Кстати, смотри, что у меня есть! — Лара протянула руку к своей валявшейся на диване сумочке.

Порылась в ней. Вытащила какой-то купон.

— Пригласительный билет на двух человек на закрытый ночной показ угадай какого фильма! — провозгласила она радостно. — Будет куча бонусов, сюрпризов, придет главный актер общаться со своими поклонниками, то есть нами! Повезло, так повезло, да? И раз уж я временно одинока, идти со мной придется тебе!

— Мы это потом обсудим, — поняв, что слишком хочет спать, чтоб продолжать разговор, где требовалась вся его изворотливость, Джозеф спешно покинул комнату, пока на него не повесили еще какую-нибудь обязанность.

Из Академии так и не позвонили. На "острове" явно делать было нечего, поэтому мужчина просто разделся, лег в постель и заснул.

17.

Джастин был подчеркнуто вежлив, равнодушен и замкнут. На вопросы отвечал односложно, беседу поддерживать не стремился и изображал полностью самодостаточного человека. Подаренную бутылку коньяка убрал в барчик. Пакет апельсинов наградил взглядом, красноречиво гласившим, что у больного уже скоро на них аллергия начнется, и бросил на кухонном подоконнике, сухо поблагодарив принесшего их гостя. Судя по всему, он надеялся услышать извинения за то, что его оставили страдать в одиночестве, сопровождаемые битьем в грудь от угрызений совести и сознания собственной бессердечности. Не дождался. Насупился еще больше.

Промаявшись с коллегой около часа и в очередной раз убедившись, что профессия тамады закрыта для него навсегда, Джозеф сдал его с рук на руки пришедшему, чтоб сопровождать товарища в больницу, Вилле и с чувством выполненного долга направился домой.

В прихожей стояли смутно знакомые туфли. На кухне Лара смеялась и заливалась соловьем, взахлеб о чем-то рассказывая.

— Ты уже вернулся? — крикнула она, услышав хлопок двери и звон ключей.

— Да, — Джозеф снова глянул на обувь.

Где-то он ее уже точно видел.

Пошел к себе в комнату: встречаться с гостями сестры не хотелось.

— Иди сюда! — у Лары на его счет явно были другие планы.

Раздраженно вздохнув, сделал великое одолжение и послушался.

За столом сидела Далила. Она спокойно попивала красное вино и чувствовала себя, как дома. Едва заметно кивнула застывшему в дверях от шока руководителю и снова сфокусировалась на странице лежавшей у нее на коленях книги. Приглядевшись, Джозеф к собственному ужасу узнал свой детский альбом.

— Всё-таки тихушник ты, братец! — у Лары на лице застыла такая широкая ухмылка, что в ее обществе становилось неуютно. — Я тебя сколько раз спрашивала, а?!

— Ты что здесь делаешь? — к Джозефу, наконец, вернулся дар речи.

— Меня сюда пригласили, — отозвалась подчиненная, как ни в чем не бывало, переворачивая страницу.

— Кто? — Джозеф требовательно уставился на сестру.

— Вика вчера тебе звонила, но, так как ты уже спал, я сама взяла трубку. Мы разговорились, и я позвала ее в гости... — Лара запнулась под бурлившим ненавистью взглядом брата.

— Всё именно так и было, — спокойно подтвердила гостья, разглядывая фотографии дошкольного периода жизни своего руководителя.

Тот, спохватившись, грубо отобрал у нее альбом, демонстративно его захлопнул и небрежно бросил на холодильник. Далила еле заметно усмехнулась. Лара недовольно нахмурилась. В раздражении кинула в брата своим пушистым розовым тапком. Промахнулась.

— Викусик, тебе еще чего-нибудь хочется? Могу сделать бутерброды с паштетом, — широко улыбаясь, повернулась к стажерке.

— Лара, — Джозеф подтолкнул валявшуюся вверх подошвой обувку в сторону ее хозяйки.

Сестра всем своим видом давала понять, что с этого момента будет считать себя единственным ребенком в семье.

— Выйди, пожалуйста, нам с... Викой поговорить нужно. Наедине, — выразительно посмотрел на родственницу.

Та пару раз недоуменно моргнула, потом ее лицо озарило Понимание. Торопливо покивав головой и многозначительно подмигнув брату, Лара покинула кухню, деликатно прикрыв за собой дверь.

— Что ты ей наговорила, Викусик? — раздраженный Джозеф уселся на освободившийся табурет.

— Ничего, — Далила отставила опустевший фужер в сторону. — Говорила как раз таки она. Я же молчала и просто не опровергала ее слов.

— Ладно, — интересоваться, до чего в своих умозаключениях дошла сестра, необходимости не было: это и так ясно. — Что ты хотела?

— Кое-что спросить.

— Ты не против, если я первым задам тебе пару вопросов? — Джозеф вспомнил, что так и не придумал убедительного объяснения тому, откуда взял обереги, и решил потянуть время в надежде на внезапное озарение.

— Да, конечно, — Далила равнодушно дернула плечом.

— Куда это вы вчера свалили посреди рабочего дня, меня в известность не поставив? — Джозеф грозно постучал пальцем по столу.

— Потребовалось немедленно выехать в Академию. Вы там нужны не были, так что я решила, что будить вас нецелесообразно, — Далила наколола на зубочистку фаршированную лососем оливку.

Съела.

— Что-то случилось? — поинтересовался Джозеф, тоже решая подзакусить и обзаводясь вилкой.

Изображавший оскорбленное достоинство Джастин о том, чтоб покормить гостя, не подумал.

— Всё то же самое, — неопределенно отозвалась подчиненная.

— Я вчера после обеда приходил в "офис". Там никого не было, — пожаловался Джозеф, налегая на колбасу. — Даже Виктор не отвечал.

— Это потому что вы опоздали. Тех, кто пришел вовремя, предупредили, что их помощь в этот день больше не потребуется, и отпустили. Академии было не до подразделения.

— Значит, что-то всё-таки случилось, — Джозеф плеснул себе вина в фужер сестры.

Выпил.

— Обычное совещание.

Оперативнику показалось, что Далила была не в настроении.

— Руководство встревожено. Александра Борисовича вызвали на ковер для дачи объяснений, Виктор консультировал по техническим вопросам, все это растянулось чуть ли не до вечера. Как видите, дальнейшее обследование поврежденных "островов" пришлось отложить.

— А "архипелаг"-то об этом предупредили?

— Я не знаю, — вздохнула Далила обессилено.

Джозеф встревожился по-настоящему. Обратил внимание, что у подчиненной вокруг глаз залегли темные круги.

— У тебя всё в порядке?

— Да, вполне.

— Может быть, ты не высыпаешься? Питаешься регулярно?

Далила фыркнула и посмотрела на собеседника, иронично изогнув бровь.

— Скажите, это вы сейчас что, мне мстите?

— Я уже что, не могу проявить заботу? — деланно возмутился Джозеф.

Несколько секунд смотрели друг на друга в упор. Джозеф старался излучать искренность, Далила — заметить признаки лжи.

— Какое отношение вы имеете к "архипелагу"? — спросила она, когда у собеседника уже начинали слезиться глаза.

— Что? — сморгнул тот.

К подобному вопросу Джозеф, конечно, готовился, но подчиненная всё равно застала его им врасплох.

— Ваш "остров" в него входит? — Далила внимательно следила за его реакцией.

Джозеф порадовался, что в стрессовых ситуациях первым делом впадал в ступор, а не демонстрировал снедавшие его эмоции мимикой. Почти мгновенно взял себя в руки.

— Я не знаю, — нахмурился, будто впервые задумался над этим вопросом. — Не могу ничего утверждать.

— А обереги?

Пожал плечами. Подцепил вилкой еще один кружок колбасы.

— Когда мне их давали, я не спрашивал о том, откуда они взялись, — Джозеф был даже слегка впечатлен, насколько убедительно у него получалось врать.

— Напрасно, — Далила осуждающе поджала губы.

— А ты? — оперативник решил не только оправдываться, но и нападать.

— Что я? — не поняла девушка, отвлекаясь от размышлений.

— Твой "остров" входит в "архипелаг"? — постарался выразить во взгляде настороженность и подозрение.

Всё-таки поразительно, как одна маленькая репетиция с сестрой смогла повлиять на его актерское мастерство.

Далила пару раз удивленно моргнула.

— Я не знаю, — призналась она. — Всякое возможно.

Джозеф еще несколько секунд на нее недоверчиво поглазел, потом снова перевел внимание на содержимое тарелок.

— Ладно. Вот, собственно, и всё, о чем я хотела поговорить, — Далила встала.

Многозначительно посмотрела на собеседника. Тот, вспомнив о вежливости и отложив столовый прибор, последовал ее примеру.

Возле холодильника стажерка остановилась. После секундных колебаний открыла дверцу. Изучила содержимое. Удовлетворенно кивнула. Закрыла. Вышла из кухни.

Джозеф проводил ее мрачным взглядом. Ей богу, уже хотелось истерично смеяться от всего этого.

— Где моя лучшая подруга Виктория? — услышав хлопок входной двери, в коридор выглянула Лара.

— Ушла. С каких пор вы стали лучшими подругами?

— Так скоро?! — сестра стояла с таким лицом, будто у нее на глазах рушился мир. — И со мной даже не попрощалась?!

— Велела передать тебе "пока", — соврал Джозеф, направляясь в свою комнату.

— Ну! Колись! — мгновенно оживившаяся родственница семенила рядом, преданно заглядывая брату в лицо. — Давно вы с ней? Почему мне ничего не говорил?

— Нечего рассказывать. Прости, но я хочу спать. Поговорим в другой раз, — Джозеф попытался закрыть дверь в свою комнату.

Лара тянула ее в противоположную сторону.

— Ты же проснулся всего четыре часа назад, — упиралась она ногами в пол, скользя на линолеуме. — Какое еще, к черту, "хочу спать"?!

— Иди фильм свой по десятому кругу смотри, — оперативник оказался сильнее.

Лара пару раз дернула дверную ручку. Сдалась.

— Спишу твое хамское поведение на застенчивость, — возвестила она, гордо удаляясь.

К удивлению Обладателя, заглянувшего к себе на "остров" без особой надежды застать там торговца, тот был на месте. Впрочем, также здесь находилась еще целая толпа "островитян", включая Генри. При появлении оперативника оживленная и эмоциональная дискуссия мгновенно прекратилась. Присутствовавшие глядели недоверчиво и достаточно враждебно. Джозеф растерялся: он был уверен, что с "архипелагом" у него сложились если и не дружеские, то, по крайней мере, положительные отношения.

— Добрый день.

— Фиу! — радостно свистнул из своей клетки Квирчик.

— Здравствуйте, — Гектор медленно встал из-за стола.

Он явно чувствовал себя не в своей тарелке.

— Простите за грубость, но не могли бы вы зайти позже? — попросил лавочник немного виноватым голосом. — Боюсь, в данный момент...

— Поболтать надо, — сурово буркнул Джозеф.

Не дожидаясь ответа, обогнул прилавок и, велев старику следовать за ним кивком головы, прошел в кухню. Раз "островитяне" не желали, чтоб Обладатель слышал их беседы, то и он совсем не обязан говорить в их присутствии.

— Я вас внимательно слушаю, — терпеливо вздохнул торговец, прикрывая за собой дверь.

— Что происходит? В Академии проводятся какие-то подозрительные совещания, моя подчиненная ведет себя странно. Вот только не надо смотреть на меня невинными глазами и делать вид, что не понимаете, о чем речь! Судя по поведению сборища в соседней комнате, вы все тоже в теме, — Джозеф требовательно уставился на собеседника.

— Не подумайте, что я цепляюсь или стараюсь вас оскорбить, — Гектор неторопливо снял очки и принялся их меланхолично протирать краем жилетки. — Но вашим умозаключениям недостает логики. Вы приходите к выводам, опираясь исключительно на подозрения и ощущения, которыми вы пытаетесь компенсировать отсутствие фактов...

Джозеф многозначительно откашлялся.

Старик замолчал на середине предложения и снова вздохнул.

— Вы сообщили Академии о том, что вчера нам практически удалось поймать ребенка? — спросил он вместо того, чтоб самому ответить на заданный ему вопрос.

— Нет. Не успел, — Джозеф, устав стоять, сел на крепкий деревянный стул с резной спинкой.

— Я вас убедительно прошу, и не сообщайте. Вашему руководству совершенно не обязательно об этом знать.

— Кажется, вы разочаровались в идее сотрудничества с нашим подразделением.

— Что-то типа этого, — пробормотал торговец. — Что-то типа этого.

— Может быть, всё же объясните? — эта атмосфера секретности и недомолвок раздражала неимоверно.

Джозеф начинал злиться. Гектор помолчал в нерешительности.

— Простите, но я не стану этого делать, — сказал он, наконец. — Не подумайте, что я вам не доверяю. Ни в коем разе. Тем не менее, мы бы предпочли, чтоб вы не вмешивались в это дело. По крайней мере, пока. "Архипелаг" должен сначала сам всё, как следует, обдумать.

— Вот, значит, как? — с показным равнодушием протянул оперативник, вставая со стула и поправляя рубашку.

— Вы в любом случае скоро всё узнаете в своей Академии, — старику было немного неловко. — Наверное.

Обладатель гордо удалился.

Делать было нечего. Джозеф лежал на кровати и думал. И Академия в лице Далилы, и "архипелаг" не торопились посвящать его в свои секреты. Это задевало и тревожило. Обычно весьма флегматичное и индифферентное любопытство вдруг оживилось и настойчиво требовало ответов на свои вопросы. К кому еще можно обратиться за разъяснениями? К Дейдаре? Маловероятно, что она знает. По крайней мере, сам оперативник не стал бы посвящать девушку в курс дела, которое бы стремился оставить в тайне. Всё-таки не производила она впечатление человека, способного держать язык за зубами. Хотя, с другой стороны, она в это же время ездила в Академию, так что можно попытаться с ней поговорить. Подумал об Анжеле с ее телепатией. Вспомнил, что еще не расплатился за ее прошлую услугу, и вообще не ясно, как будет это делать, поэтому от этой мысли быстро отказался.

Зашел в "офис". Там снова никого не было, зато отозвался Виктор.

— Скажи, что происходит? — обратился к нему Джозеф, старательно гася в голосе нотки недовольства.

— Анализирую информацию по обследованным "островам", — отозвался с мониторов ученый.

Он выглядел печальным и разочаровавшимся в жизни.

— Я не спрашивал, чем ты занимаешься, — стремление уйти от ответа не укрылось от Джозефа. — Что обсуждалось на совещании? — проговорил он с нажимом и легкой угрозой.

— Кто-то из девочек проболтался? — Виктор устало потер глаза.

— Слушай, мне казалось, что подразделение — это сплоченная команда, люди, связанные общим делом и целью, — Джозеф никогда так не считал и ко всем пламенным речам Камиллы о единстве и общем порыве всех работников ведомства относился скептически. — Я уже ничего не понимаю. Почему у Академии от нас какие-то секреты?! Кто мы для вас?! Чернорабочие, не являющиеся даже полноценными членами коллектива?! Или тупые болванчики, которых используют, а потом задвигают в темный угол на период, когда они не нужны?! Ответь, мне крайне интересно узнать! Или я даже этого не достоин?!

Джозеф замер в позе человека, раненого в самое сердце жестокостью окружающих, и перевел дух. Ученый выглядел пришибленным и немного жалким. К удивлению поисковика, его слова того задели. Ну, надо же! Может быть, еще не поздно сменить профессию и податься в актеры?

— Всё совсем не так, — тяжко вздохнул собеседник. — Просто... Просто... Понимаешь?..

В раздражении убрал руки от лица и откинулся на спинку стула. Пару секунд посидел молча. Осторожно огляделся.

— "Острова" ведь не только обычным людям установлены, — продолжил он, убедившись, что никого, кроме него, в Лаборатории не было. — Бизнес-элита, члены правительства... Да мало ли кто?! Целая толпа очень влиятельных людей, причем не только отечественных, но и зарубежных ходит с зонами рекреации в головах! Представляешь, что начнется, если они узнают о том, что "островитяне" сколотили самоуправление, о том, что те, на самом деле, разумны?! Что можно просто так ходить туда-сюда между сознаниями?! На Академии можно будет смело поставить крест. Скандалы, судебные процессы, компенсации за моральный вред. И это — в лучшем случае.

Джозеф выдвинул из-за стола стул и сел, всем своим обликом излучая готовность слушать и сопереживать.

— Руководство рвет и мечет. Вчера полдня шефу кровь пили. "Господин Борисович, как вы можете объяснить сложившуюся ситуацию? Какие меры уже предприняты для решения возникших проблем?" И главное, ответить-то нам на это нечего!

Ученый снова замолчал, закинул руки за голову и в раздражении покачался на стуле.

— И тогда? — Джозефу надоело ждать.

— Слушай, то, что я тебе рассказываю, не передавай дальше, ладно? — попросил Виктор. — Нам самим это всё не нравится.

— Что не нравится? — насторожился оперативник.

— Обещаешь, что не будешь болтать?

Джозеф неопределенно повел плечами. Собеседник расценил этот жест как согласие.

— В общем, "архипелага" не должно существовать. Нам это совершенно четко дали понять.

— О, — в принципе, Джозеф не был удивлен. — И что вы с ним сделаете?

Ученый болезненно поморщился.

— Сейчас ничего, — ответил он. — До тех пор, пока ребенок не пойман, всё останется по-прежнему: нам удалось убедить руководство, что без содействия "островитян" с девочкой не справиться. Но, как только этот вопрос будет решен, нам придется принимать меры. Как раз их разрабатываю.

— Поврежденные "острова"?

Виктор отмахнулся.

— Это проще всего. Координаты Обладателей у нас есть. Мы можем в любой момент с ними связаться, извиниться за причиненные неудобства, выплатить небольшую денежную компенсацию и за счет Академии провести реинсталляцию. Придумать убедительное объяснение, откуда нам стало известно о разрушениях, несложно. Те же твои девчонки за пару минут справятся.

— Находящиеся там "островитяне" погибнут, — Джозеф чувствовал, как в животе у него проворачивается холодный склизкий ком.

— Исчезнут, — поправил его ученый. — И будут заменены точными копиями себя, так что в итоге ничего, по сути, не изменится. Все останутся при своем, если не считать наших финансовых потерь, но в свете нынешних событий это такая ерунда, которую можно и не упоминать.

Мнение Джозефа о собеседнике понизилось на несколько делений воображаемой шкалы человеческой привлекательности. Наступил на горло поднимавшемуся раздражению и напомнил себе, что "архипелаг" в любой момент мог эвакуировать население приговоренных к реинсталляции "островов".

— И что? Все с планом согласны? — достаточно прохладно спросил он.

— Я же сказал, что многим это не нравится. Но мы выполним решение руководства, потому что приоритетом для нас обладают интересы наших клиентов и самой Академии.

Виктор злился. Он говорил спокойно, тихо, даже с некоторой ленцой, но от Джозефа не укрылась клокотавшая в глубине его глаз злость. Ученый явно тоже относился к числу тех, кто был не в восторге от данной идеи. Это его немного реабилитировало в глазах собеседника.

— Так всё-таки, что вы сделаете с "архипелагом"? — Джозеф задал вопрос таким тоном, будто интересовался просто из вежливости, чтобы поддержать разговор.

— Узнаешь в свое время, — огрызнулся ученый, теряя терпение.

Экраны погасли. Обитатель Лаборатории N 4 ясно дал понять, что не желал продолжения беседы.

Оставшийся в одиночестве Джозеф откинулся на спинку стула, вытянул ноги и, закрыв глаза, задумался. Из "офиса" его никто не гнал, никто его здесь не отвлекал, так что вполне можно было тут задержаться. Судя по всему, Гектору уже были известны планы Академии насчет его организации. По крайней мере, торговец знал, что девочку нельзя находить. Интересно, откуда у него эти сведенья? Не мог же сам догадаться?

— Мне нужно поговорить.

Джозеф обвел суровым взором так никуда из лавки и не девшееся сборище. Решительно прошествовал мимо него на кухню.

— Я вас очень внимательно слушаю, — в этот раз торговец уже вздыхал с утомлением.

Весь облик лавочника словно излучал мысль, что Обладатель — крест всей его жизни, который он вынужден смиренно тащить в гору под палящим солнцем.

— Я, конечно, подозреваю, что вам это уже известно, тем не менее, считаю своим долгом сообщить...

Джозеф сообщил. К его некоторому разочарованию, старик не выглядел удивленным. А ведь так хотелось надеяться, что "архипелагу" не известен весь масштаб грозившей ему опасности, что добытые сведенья представляли собой ценность.

— Почему вы все это мне рассказали? — огорошил Джозефа лавочник.

— А?! — растерялся тот, никак не ожидавший подобного вопроса. — В смысле?

— Вы же относитесь к подразделению, подчиняющемуся Академии, — напомнил Гектор.

— И что? Вы только сейчас заметили?! Прежде вы наоборот считали это очень удобным и не видели ничего против того, чтоб добывать моими руками интересующую вас информацию.

Джозеф, и так бывший в этот день не в духе, насупился еще сильнее.

— Прежде ситуация была несколько иной, — торговец скрестил на груди руки и прислонился спиной к дверному косяку. — Тогда о существовании "архипелага" никто не знал. Вы могли сообщать мне всё что угодно, совершенно не опасаясь последствий: это невозможно было заметить, проверить или отследить. Сейчас всё иначе. Если в Академии заметят, что их действия не приносят результатов, потому что мы успеваем им что-то противопоставить, что мы явно ориентируемся в ситуации, они поймут, что кто-то из своих сливает нам информацию. И будут искать, кто это делает. Вы понимаете, что это для вас опасно? Отдаете себе отчет о возможных последствиях?

Джозеф мрачно молчал. Гектор покачал головой.

— Вы же всегда старались избегать ненужных проблем любой ценой. Вспомните, как сложно иной раз было уговорить вас сделать какую-нибудь мелочь на благо "архипелага".

— Вы мне не доверяете?

Старик обреченно вздохнул.

— Я просто слишком хорошо вас знаю. Скажите, вы сами-то верите, что добровольно будете рисковать ради совершенно чужих вам людей... Даже не людей! Программ, по какому-то недоразумению развивших в себе волю и индивидуальность! Возможно, вы пока об этом не задумывались, но, помогая нам, вы пойдете против и Академии, и ведомства. Ради чего, спрашивается? На кону ваши работа, материальное благосостояние, свобода, наконец! А взамен? Взамен ничего, кроме глубокого морального удовлетворения, что сделали доброе дело. Так вот. Простите, но я в это не верю.

Джозеф снова молчал, стиснув зубы. Сказать было нечего. Торговец опять покачал головой.

— У меня к вам единственная просьба, — сказал он, берясь за дверную ручку. — Если... Вернее, когда всё это начнется, возьмите, пожалуйста, больничный. Не хочу, чтоб вы в этом участвовали.

Старик вышел. Обладатель не двинулся с места. Тугой клубок негативных эмоций: обиды, злости, досады, огорчения, беспомощности — искал и не находил выхода наружу. Джозеф подобрал с пола зачерствевшую от времени печенюшку — Гектору последнее время было явно не до уборки. Поглядел на песочного цвета кругляш, повертел его в пальцах. В голове звенела пустота. Мысли тараканами разбегались по самым укромным углам сознания, ускользая и сопротивляясь любой попытке уцепиться хотя бы за одну из них. Джозеф разжал кулак, с удивлением уставился на порезанный палец, на обломки печеного теста в ладони. Мда, нервы, похоже, скоро пора будет лечить. Стряхнул крошки обратно на пол, задумчиво облизал рану.

— Почему я всё еще здесь? — буркнул себе под нос, возвращаясь к реальности.

Ушел.

Выходные прошли отвратительно. Хуже них было лишь то, что в понедельник требовалось выйти на работу, в том числе и в "островном" подразделении.

Александр Борисович почти не появлялся, Виктор был раздражителен, Далила с Дейдарой — мрачны. Генри вел себя, как обычно, но избегал встречаться с Джозефом взглядами. Судя по поведению остальных, они ничего не знали. Группы снова ходили по поврежденным зонам рекреации, посол "архипелага" передавал якобы ценные сведенья о том, где девочка могла находиться, присутствовавшие живо обсуждали идеи, как остановить разрушение "островов" и поймать ребенка. Джозефа от всего этого тошнило. Актерские способности, которыми он так гордился пару дней назад, исчезли столь же внезапно, как и появились. Сидеть с равнодушным выражением лица, болтать с Ником, раздосадованным, что инсталляция его зоны рекреации снова откладывалась на неопределенный срок, о какой-то ерунде, даже просто находиться в "офисе" было трудно. Джозеф утешал себя мыслью, что знавшие его лучше всех в подразделении подчиненные были поглощены собственными мыслями и душевными муками, так что им было не до того, что их руководитель порой вел себя странно. Остальным же, по его мнению, на него по большему счету было наплевать, и они в любом случае бы ничего не заметили.

— С вами всё в порядке? — спросила Далила у начальника в пятницу.

— А? — попытался изобразить непонимание тот.

Негодование шефа поискового подразделения по поводу того, что Джозеф совсем обнаглел и уже даже не пытается делать вид, что работает, впервые в жизни прозвучало музыкой для ушей оперативника. Александр Борисович в положение подчиненного вошел и разрешил тому отлучаться на основное место службы, раз уж он там был так нужен. Уцепившись за эту возможность, Джозеф с головой ушел в дела родного отдела, лишь бы только не возвращаться в "офис". За последние три дня он сделал чуть ли не больше, чем за предшествовавшие им два месяца. Начальство было приятно удивлено и втайне гордилось своими педагогическим и управленческим талантами, принесшими, наконец, плоды.

— Вы ведете себя странно, — пояснила Далила, выравнивая стопку документов.

Дейдара мирно спала за своим столом, даже не собираясь принимать участие в трудовом порыве руководителя стажировки.

— За всю неделю ни разу не уходили к себе на "остров", — продолжала подчиненная, пристально глядя Джозефу в глаза. — Выглядите неважно. Стали раздражительней, чем обычно...

— Виктор мне всё рассказал, — прервал перечисление странностей оперативник. — Я всё знаю.

— А, — лицо Далилы окаменело, взгляд потускнел.

Девушка отвернулась.

— Тогда понятно, — с показным равнодушием сказала она, снова возвращаясь к своим делам.

Не знай Джозеф свою стажерку достаточно хорошо, не заметил бы этих почти неуловимых изменений ее настроения.

— Что ты думаешь по этому поводу? — спросил он, упираясь подбородком в сложенные на столе кулаки.

— По какому? — был черед собеседницы изображать непонятливость.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я, — у Джозефа не было ни малейшего желания объяснять.

— А что я должна думать? — Далила тоже не хотела озвучивать проблему первой.

— Хорошо. Спрошу прямо. Ты согласна с решением Академии уничтожить "архипелаг" и реинсталлировать поврежденные "острова", что неминуемо приведет к гибели обитающих там людей?

— Это не люди, это...

— Программы, по какому-то недоразумению развившие в себе волю и индивидуальность, — негромко, будто для самого себя, проговорил Джозеф.

Далила помолчала. Кивнула.

— К тому же, в результате реинсталляции они будут заменены точными копиями самих себя, так что...

— ... в итоге ничего, по сути, не изменится?

— Вот именно! — Далила твердо посмотрела начальнику в глаза.

— Ты сама в это не веришь, — Джозеф чуть ли не впервые в жизни легко выдержал ее взгляд.

Девушка устало вздохнула.

— Послушайте, — начала она, подпирая лицо руками. — Не нужно ничего говорить про этику, про убийство разумных существ, про то, что можно считать критерием, делающим человека человеком, и его связь с искусственным интеллектом. Если уж на то пошло, то я вам гораздо больше на эту тему рассказать могу. Так что не думайте, что ваши слова перевернут моё мировоззрение, откроют истину и так далее. Не то я прочту вам лекцию на тему "Что такое долг и ответственность". Уверены, что хотите этого?

— Что ж, это может оказаться интересным. Давай.

Далила немного растерялась. Удивленно моргнула. Снова вздохнула, сдаваясь.

— Вкратце, — сказала она, выпрямляясь на стуле и полностью восстанавливая слегка пошатнувшийся самоконтроль. — Академия предоставила своим клиентам "острова", заверив их в абсолютной безопасности и подконтрольности своего изобретения. Как вы сами прекрасно знаете, мы гарантировали герметичность зон рекреации, то есть невозможность как выхода из них, так и проникновение на их территорию кого-то постороннего. Более того, нами разве что клятва не была принесена, что "островитяне" существуют исключительно на благо своих Обладателей, в своем поведении руководствуются исключительно их интересами, действуют строго в соответствии с заложенными в них алгоритмами поведения и ни при каких условиях не помыслят о причинении тем вреда. Что мы имеем в итоге? Вопрос риторический. Мы сами виноваты, что так вышло. Виктор разобрался, как всё это стало возможным. Нашел незначительную на первый взгляд ошибку в программе, за счет которой спустя некоторое время после инсталляции "острова" у его населения начинает развиваться и усложняться личность. Понял, каким образом возможны иные, кроме как через "офис", перемещения между зонами рекреации. Да, это всё наши недоработки, невнимательность, возможно, даже халатность. И Академия несет за них ответственность перед своими клиентами, поверившими ей и, несмотря на все опасения, пустившими в свое сознание.

Далила перевела дух. Встала, взяла свою кружку, плеснула туда из чайника воды.

— Минуточку, — попросила она.

Выпила. Поставила чашку на место. Села обратно за стол.

— Так вот. Я остановилась на ответственности. Ладно, еще короче. Мне известно, что то, что мы сделаем, нехорошо по отношению к "островитянам". Это негуманно и всякие правозащитные организации, если об этом узнают, даже могут заточить на нас зуб. Да, общественность, если это станет известно, возможно, вознегодует и будет глубоко шокирована, но я могу вам гарантировать, что Обладателей среди них будет немного, — Далила поняла, что отвлеклась, и, собравшись с мыслями, вернулась к тому, что хотела сказать изначально. — В общем, мне известны все доводы "за" и "против" принятого Академией решения. Не стану врать, что одобряю его, но я и не вижу ему приемлемой альтернативы. Наш долг — в первую очередь думать о наших клиентах, поэтому я буду делать то, что должна.

Далила замолчала. Джозеф задумчиво ее разглядывал. Да уж, если та сделала осмысленный, тщательно взвешенный выбор, то ничего здесь уже не поделаешь.

Стоп. Оперативник нахмурился. Он что, что-то собирался делать? Немного удивился. Вспомнил о последнем разговоре с Гектором, стиснул зубы и снова с головой ушел в работу. И почему ее было так мало?!

Далила отвернулась и тоже чем-то занялась. Дейдара всё спала. Прошло еще около часа.

— М-м-м... А ты не знаешь, — словно мимоходом, не отрывая глаз от бумаг, поинтересовался Джозеф, — что в итоге с "архипелагом"-то сделаем?

На последнем слове немного кольнуло сердце. Больше не хотелось ассоциировать себя с Академией. Торговец был прав: лучше взять больничный или уехать в отпуск до тех пор, пока всё не закончится. По крайней мере, не придется участвовать в процессе, а потом ненавидеть себя за это. Уж лучше презирать за то, что сбежал.

— Виктор что-то говорил об исправлении ошибки в программе, — отозвалась Далила. — Толком не поняла.

Ужинали в тишине. Лара неуверенно поглядывала на мрачного брата. Атмосфера за столом угнетала.

— Последнее время ты какой-то подавленный, — решилась заговорить сестра. — Проблемы на работе?

— Типа того, — буркнул Джозеф, нехотя жуя хлеб.

— Почему бы тебе не сходить куда-нибудь? Не отвлечься? — Лара, зная своего родственника, ожидала услышать в ответ что-нибудь раздраженное и сердитое.

— Не хочу, — отозвался тот без намека на эмоции в голосе.

Слегка приободренная тем, что Джозеф не спешил гневаться на то, что к нему привязываются с вопросами, Лара, чуть посомневавшись, сказала:

— Завтра суббота!

— Я в курсе.

— Знаешь, что это означает?! — глаза родственницы сияли восторгом.

Джозеф не ответил.

— Что вечером мы с тобой идем на закрытый показ самого лучшего в мире фильма! Ты мне обещал, — капризным голосом добавила Лара, готовясь ломать отчаянное сопротивление брата.

Тот просто встал из-за стола и молча покинул комнату.

На прикроватной тумбочке звякнул телефон. Джозеф нехотя протянул к нему руку.

Сообщение от Далилы. "Завтра в два часа дня быть в "офисе". Лаконично и императивно. И ведь не сошлешься на занятость: как назло, выходной.

Джозеф с тяжким вздохом небрежно бросил трубку на место. Та скользнула по полированной древесине и с жалобным стуком упала на пол. Подбирать не стал.

С утра оперативник сходил в спортивный центр — ежедневный "час здоровья" никто не отменял. Потом отдал скупую дань дружбе, зайдя по дороге домой в гости к Джастину. У того уже сидела какая-то томная девица в рубашке хозяина квартиры чуть ли не на голое тело, так что, поняв, что сейчас здесь не до него, Джозеф практически сразу же ушел.

До назначено времени оставалось еще полтора часа.

Лары дома не было, зато билеты на фанатский просмотр "лучшего в мире фильма" лежали на самом видном месте, мозоля глаза.

Джозеф поел. Послонялся по квартире без дела. И лишь когда тянуть дальше уже не представлялось возможным, пошел в "офис".

Из тех, кто был ему знаком, на месте была лишь Далила. Остальных четверых присутствовавших он видел в Академии, но частью подразделения они никогда не являлись. Джозеф недоуменно замер на входе, наблюдая за тем, как те собирали какой-то странный агрегат на месте куда-то убранного стола. Стулья были сдвинуты к стенам. Мониторы вернулись в исходное состояние — один большой экран под потолком.

Поисковик закрыл за собой дверь. Растерянно осмотрелся.

Далила мельком на него глянула, едва заметно кивнула в знак приветствия.

— Держите следующую часть, — лицо Виктора выглядело помятым и обтрепавшимся.

Спал он, судя по всему, последнее время немного и беспокойно.

На свободном участке пола материализовалась загадочная на вид хрупкая штука, состоявшая из стеклянных трубочек, проводков и тонких металлических деталей, удерживавших всю эту совокупность вместе. Двое тут же подняли ее с величайшей осторожностью и принялись аккуратно подсоединять к уже собранному аппарату.

— Что это? — Джозеф, обойдя толпу конструкторов, подошел к подчиненной.

— Последнее изобретение Академии, — равнодушно проговорила она. — Точнее, одного из ее лучших ученых, что смотрит сейчас на нас с экрана.

— Я догадался, — буркнул Джозеф. — А где все остальные?

Некоторая витиеватость фразы его насторожила: не свойственна была Далиле подобная манера речи. Оперативнику подумалось, что стажерка нервничала.

— Больше никого не будет, — спокойно отозвалась та. — Им совершенно не обязательно здесь сейчас находиться.

Поисковик напрягся. Снова посмотрел на собираемую машину.

— Объясни, — потребовал он.

— Всё просто. "Архипелагу" сегодня конец.

— Что? — не поверил ушам Джозеф. — Как это "сегодня"?! Девочку ведь еще не нашли!

Далила отстраненно пожала плечами.

— Пришли к выводу, что эта проблема решится сама собой в процессе, — ответила она. — Так что нет необходимости ждать дальше. Всё готово.

Джозеф почувствовал, что начинает паниковать. Беспомощно огляделся. Почему он должен сейчас находиться здесь?!

— Потому что вы и так в курсе происходящего, — Далила нервно заправила за ухо выбившуюся из косы прядь. — Мы не хотели, чтоб работники подразделения узнали: это бы их выбило из колеи. Не каждый день хладнокровно уничтожается сообщество думающих и чувствующих существ. Были бы споры, речи об этике и правах человека, слезы, упреки, возможно, акции протеста и увольнения. Всем остальным официально о произведенных действиях сообщат в понедельник. Это, во-первых, сбережет всем немого нервов, во-вторых, будет гуманно по отношению к ним.

Далила помолчала.

— Но, поскольку вы уже всё знаете, я решила, что вам стоит здесь присутствовать. Как и мне. Проводить "архипелаг", быть свидетелями его уничтожения — тоже своего рода долг. Некая дань уважения. Это большее, что мы можем для него сделать.

Паника набирала обороты. "Я не хочу в этом участвовать! Сегодня выходной, мне вообще уже пора собираться с сестрой в кино! Я не принимал этого решения и не должен нести за него моральную ответственность, наравне с тобой! Почему нельзя было проявить гуманизм по отношению ко мне?! Отпустите меня кто-нибудь на больничный!" — всего этого Джозеф не сказал. Он просто беспомощно глядел то на собираемый агрегат, то на собеседницу, вполуха слушая, что та говорила. Хотелось присесть, а еще лучше прилечь. В ногах ощущалась слабость, сердце билось редко и слабо, неприятно клюя грудную клетку изнутри.

— Вряд ли это займет много времени, — сообщила Далила. — Машину почти закончили. К ней подведут базу данных с координатами всех инсталлированных на данный момент "островов". Подключат к двери. Во все зоны рекреации она направит небольшие дополнения к программе "обитатель", исправляющие ошибку, о которой я вам уже говорила. У всего местного населения мгновенно окажутся стертыми те части личности, что не были предусмотрены разработчиками. Все станут такими, какими изначально и задумывались. Ни намека на волю и свободное мышление. "Архипелаг" исчезнет сам собой. И никто не умрет.

Джозеф немного успокоился. Пожалуй, это звучало не так плохо, как он боялся. Воображение подбрасывало ему куда более жестокие способы расправы. То, что придумала Академия, было, с его точки зрения, вполне приемлемым вариантом. Никаких больше толп в магазине, просьб покинуть помещение, враждебных взглядов и всего прочего. Снова просто мирный угол сознания, где можно укрыться от мира, сидеть в своем кресле, читать тупые опусы книжки-графоманки, пить любимый чай и порой играться с чудесными вещицами, которые Гектор хранил на полках и в выдвижных ящичках своего стола-прилавка. Тихо, спокойно, надежно.

— Ребенок явно находится на одном из "островов", так что тоже попадет под влияние этой штуки. Портить зоны рекреации перестанет, как и перемещаться между ними. Нам останется дождаться, пока какой-нибудь Обладатель не обратится с жалобой, что у него в сознании находится странная посторонняя девочка, и забрать ее оттуда. Отсутствие заявлений нас тоже вполне устроит: тот факт, что источник угрозы, по сути, обезврежен и заперт в одном месте, можно будет счесть удовлетворительным результатом.

— О, привет, — Виктор обратился к кому-то, находившемуся вне поля зрения камеры. — Подожди, сейчас последнюю деталь отправлю, и...

Изображение исчезло. Экран заполнила темно-серая рябь. Находившиеся в "офисе" люди удивленно переглянулись. Вопросительно уставились на монитор. Обещанная деталь не появилась.

Прошла минута.

— Может быть, провод из розетки нечаянно ногой выдернул, — предположил кто-то.

Остальные конструкторы неопределенно пожали плечами. Торопиться было некуда, можно и подождать, пока в Академии решат проблемы с техникой.

— М-м-м... А снаружи запустить программу нельзя? — Джозеф смотрел на недособранный агрегат.

Тот холодно поблескивал железом и стеклом. Вызывал ассоциации с операционной. Стерильной, прохладной, подсознательно вызывающей страх и ощущение неуюта. По спине у Джозефа пробежали мурашки. Он поежился.

— Нет, — отозвался один из подчиненных Виктора. — Только отсюда. Нам даже в сознанья пришлось себе двери инсталлировать, чтоб собрать и запустить здесь эту штуку.

Вынул из кармана пачку сигарет. Поглядел на механизм и, чуть посомневавшись, с легким сожалением убрал обратно. Сначала нужно закончить работу.

— А. Ясно, — отозвался Джозеф.

Заметил, что ладони у него немного дрожали и потели.

"С одного, например, поступает ваш любимый чай. Его больше нигде нельзя добыть".

Стиснул кулаки и упрямо отвернулся от насмешливо поблескивавшей машины.

Далила стояла неподвижно, спокойно скрестив руки на груди, и делая вид, что ситуация ее ни грамма не тяготит. Молча разглядывала пол под ногами.

"Вы понимаете, что нас признали?! Ради нас создают специальное подразделение. Как можно после этого закрыться?! Это было бы неуважением к самим себе и тем добрым людям, что увидели в нас силу. Мы примем этот вызов. Посмотрим, что из этого выйдет".

— Вот и посмотрели, — мрачно буркнул Джозеф себе под нос.

— М? — вопросительно посмотрела на него Далила.

Отрицательно покачал головой.

— Сходить, что ли? Узнать, что случилось? — нехотя протянул конструктор с сигаретами.

— Вас вызывают! Вас вызывают! — загундосил у кого-то браслет.

— О, — усмехнулся его владелец, направляясь к двери. — Практически телепатия.

Ушел.

— А... Кхм, — Джозеф откашлялся, прочищая пересохшее горло. — Дейдара почему не пришла? Она ведь знает?

Далила кивнула, медленно пожала плечами.

— Я сама удивлена.

Оба сделали вид, что с интересом изучают рябь на мониторе.

"Я просто слишком хорошо вас знаю. Скажите, вы сами-то верите, что добровольно будете рисковать ради совершенно чужих вам людей..."

Джозеф зло стиснул зубы. "Приемлемый вариант"... Как же! Массовая лоботомия. Низведение мыслящих живых людей до состояния роботов или двигающихся кукол с навеки прописанными схемами поведения вместо личностей. Какое еще, к черту, "тихо, спокойно, надежно"?!

"Простите, но я в это не верю".

Конечно. Так и есть. Будь старик не прав, Джозеф бы уже давно что-нибудь сделал, а не сидел, как дурак, мысленно порицая происходившее, страдая, что находится здесь, а не в любом другом месте, но даже и не пытаясь ничего предпринять. "Вряд ли это займет много времени". Да, и вечером он пойдет в кино на этот тупой фильм. И соврет сестре, что ему понравилось. А на все вопросы: "Что случилось?" — будет отвечать: "Ничего". В понедельник подаст заявление на деинсталляцию "острова" и постарается обо всем забыть. С головой уйдет в спорт, и даже выиграет какой-нибудь местный чемпионат по бодибилдингу. Уломает шефа посылать его на задания во все уголки света наравне с остальными работниками отдела, станет специально выбирать самые опасные, чтоб мозг всегда был занят мыслями о сегодняшнем дне и вопросами выживания, не вспоминая о прошлом... Ага, как же. Вот только не нужно заниматься самообманом. Будет всё свободное время тупо валяться на кровати, предаваясь унынию и размышлениям о собственной никчемности. Как будто он себя плохо знает...

Дверь открылась. Вошла запыхавшаяся Дейдара. Огляделась.

— Привет, что там у вас случилось? — раздраженно поинтересовался злившийся, что уже десять раз успел бы покурить, конструктор.

С удивлением уставился на сжимаемый девушкой лом.

— Ничего, — легкомысленно ответила та, мельком улыбаясь. — Всё в полнейшем порядке. А у вас как дела?

Прогулочным шагом направилась к машине.

— Вы представляете! — ворвался в дверь уходивший "наружу" ученый. — Анна разнесла Виктору компьютер и сбежала!

Дейдара на секунду замерла, стрельнула взглядом на опешивших от подобной новости коллег, поморщилась и бросилась вперед.

Кто-то оказался быстрее нее, перехватил за руку. Дернул назад.

— Эй, ты чего?! — бдительный конструктор еле увернулся от просвистевшего в воздухе лома. — Эй! Перестань! Стой, кому говорят?! — еле удержал девушку за запястье. — Помогите же мне кто-нибудь!

Первый, откликнувшийся на призыв, получил каблуком по лодыжке. Второй оказался более удачлив и, избежав травм, сумел поймать нападавшую сзади за талию. Поволок ее прочь от механизма, к которому та продолжала ожесточенно рваться, пинаясь и размахивая руками.

— Сдурела?! — орал третий, держась за поцарапанную щеку, и преграждая собой путь к машине.

Дейдара не отвечала, всю энергию и силы направляя на целенаправленное оттаптывание ног удерживавшего ее коллеги. Ученый, среагировавший первым, безуспешно пытался отобрать у нее лом, пока она кого-нибудь серьезно не покалечила.

— Идиотка чертова! Ты мозгами думаешь, нет?! — злобно шипел он, в очередной раз вынужденно отскакивая в сторону во избежание телесных повреждений разной степени тяжести. — Вы так и будете стоять?! — рявкнул он растерянным Далиле с Джозефом, потрясенно наблюдавшим за эпической битвой "четыре мужика против одной хрупкой девушки". — Не кажется, что могли бы уж и помочь?!

— А, — еле слышно произнес Джозеф, выходя из оцепенения.

Огляделся.

— Послушай! Послушай меня! — Далила пыталась достучаться до благоразумия подруги. — Я всё понимаю, но ты же и сама прекрасно знаешь, что...

Дальнейшие ее слова потонули в грохоте, скрежете и звоне бьющихся стеклянных трубочек.

Все замерли, пораженно глядя на раскуроченную машину и стоявшего рядом с ней Джозефа. Шокированного чуть ли не больше всех остальных вместе взятыми.

— Ой, — сказал тот, переводя взор с выведенного из строя агрегата на сжимаемые в руке гнутые обломки стула. — О-о-ой...

Кажется, он только что помог не той стороне.

18.

Еще десять секунд назад он ничего подобного делать не собирался. Если уж на то пошло, то Джозеф ВООБЩЕ ничего подобного делать не собирался. Просто в какой-то момент оперативник вдруг обнаружил, что стоит с покореженным стулом в руках, а пол у его ног усыпан осколками. Как до этого дошло, он как-то пропустил.

Посмотрел на замерших в растерянности зрителей. Подкралось осознание того, что теперь грозят Последствия. Способность трезво мыслить критически оценила ситуацию, заявила, что ни на что такое не подписывалась, и удалилась, громко хлопнув дверью. Ее место тут же занял написанный огромными неоновыми с подсветкой буквами вопрос "ЧТО ТЕПЕРЬ БУДЕТ?!"

Выражение удивления на лице Дейдары преобразовалось в довольную улыбку с легким налетом безумия. Воспользовавшись тем, что державшие ее люди утратили бдительность, она резко вырвала из чьей-то хватки пустую руку, сунула ее в карман жакета, что-то вытащила, затолкала в рот. Проглотила.

Ближайший к ней ученый даже обратил внимание на ее действия, однако то ли не придал им значения, то ли не успел вмешаться, то ли всё еще находился в глубоком ступоре и ничего не понял. А затем нападавшая дернулась вперед и его объятья опустели.

Смазанная тень скользнула мимо машины. Раздался лязг и грохот. Буквально через секунду Джозеф почувствовал, как кто-то схватил его за локоть. Оперативник краем глаза заметил взмах кудрявых каштановых волос, а потом его резко сорвало с места. Комната со всеми, кто там находился, промелькнула за миг, перед глазами на мгновение возникла дверь из "офиса", тут же сменившаяся тьмой сознания. От скорости закладывало уши, ветер пытался вдавить глаза вглубь черепа, трепал волосы. Джозеф успел подумать, что у него вот-вот вылетит рука из плечевого сустава, как вдруг все закончилось.

Дейдара резко и безо всякого предупреждения застопорилась. "Ой", — испуганно сказала она и зажмурилась. От последовавшего фееричного падения и качения кубарем это ее, конечно, не спасло, зато то, что в последний момент девушка успела отпустить спутника, снизило уровень возможного травматизма. Хорошо хоть лом остался торчать из окончательно раздолбанной машины: возьми его стажерка с собой, кто-нибудь из них двоих непременно бы покалечился.

Джозеф, готовый к незапланированной остановке даже меньше успевшей понять, что им грозило, подчиненной, лежал неподвижно и осмысливал ситуацию. Чувствовал он себя так, будто на полном ходу столкнулся с кирпичной стеной. Инерция — страшная сила. Оставалось надеяться, что в процессе торможения кости в конечностях не раздробились на кучу мелких осколков.

— Что это было? — просипел он, пытаясь пошевелиться.

— Всего пять секунд, — задумчиво отозвалась его спутница, с трудом перекатываясь со спины на бок. — А я-то думала...

— А? — Джозефу удалось приподняться на локте и даже сесть.

Перед глазами все плыло, голова кружилась. Пришлось снова прилечь.

— Ладно, по крайней мере, мы оттуда выбрались, — Дейдара смогла достаточно бодро подняться на ноги. — И на том спасибо.

Огляделась.

— Хватит валяться, — махнула рукой руководителю. — У нас нет на это времени.

— Ты можешь мне ответить, что это было?! — Джозефа начинало бесить, что его вопросы игнорировались. — Что ты делаешь?

Сфокусировался на Дейдаре, стягивавшей с запястья тугой браслет-извещенец.

— Как видите, — отозвалась та, с усилием выдергивая ладонь из объятий металлического кольца. — Вам советую поступить так же: мы же теперь вроде как на нелегальном положении. Не хотелось бы, чтоб из-за вас наше местонахождение было известно всем и каждому в Академии.

— А, — Джозеф снова сел.

— По первому вашему вопросу, — Дейдара зашвырнула браслет куда-то в темноту. — Помните, вы таскались с какой-то штукой, замедляющей время? Мне идея понравилась, и я придумала свой вариант ее реализации. Сработало, конечно, не совсем так, как я планировала: не думала, что моя скорость настолько увеличится, и что эффект исчезнет уже через пять секунд.

— Теперь "архипелаг" не тронут?

— Ага, как же! — фыркнула подчиненная. — Мы выиграли немного времени, которое понадобится на то, чтоб заменить и настроить Виктору технику, а также снова загрузить этот агрегат. Так что на то, чтоб придумать, как дальше быть, у нас есть максимум часов пять. И то по самым оптимистичным и смелым подсчетам.

— Куда это? — Джозеф продемонстрировал снятую железку.

— Выкиньте просто, — легкомысленно махнула рукой Дейдара. — Нет никакой разницы...

Нахмурилась. Побледнела. Зажала ладонью рот. Испуганно посмотрела на недоуменно наблюдавшего за ней спутника. Пошатнулась и бессильно осела на пол.

— Дура, — угрюмо ворчал Джозеф, таща практически бессознательную девушку на закорках. — Будешь знать, как всякую гадость в рот совать. Это ж надо было додуматься! Съесть какую-то дрянь, не убедившись, что та безопасна! Нормальные люди сначала на крысах новые изобретения обкатывают, а уж потом сами их пробовать рискуют. А что, если тебе еще хуже станет?

— Что мы теперь будем делать? — пробормотала жертва собственного творения.

У нее был жар. Била дрожь.

— Хороший вопрос, — одобрил Джозеф. — Ты не могла им задаться прежде, чем похищать меня и скрываться в неизвестном направлении?!

Джозеф раздраженно вздохнул. Ему не давала покоя мысль, что, возможно, ему бы удалось как-то уладить проблемы с Академией, замять это дело, однако возвращаться в "офис" в надежде, что там его поймут и простят, что-то не тянуло.

— Ты сейчас где находишься? — спросил он у спутницы.

— В такси, — еле слышно отозвалась та. — Оно в данный момент должно ехать где-то между Виндейре и городом. Надеюсь, водитель окажется порядочным человеком и ничего не сделает беспомощной спящей девушке.

Дейдара невесело хохотнула.

— Ну-ну, — мрачно отозвался Джозеф. — Слушай, держись крепче, а! Мне уже надоело тебя поправлять.

Стажерка оказалась тяжелее, чем можно было представить, и так и норовила сползти со спины на пол.

— И всё же. Что мы будем теперь делать? — подчиненная послушно обняла Джозефа за плечи.

— Сначала предупредим "архипелаг", — ответил Джозеф, успевший многое обдумать, с тех пор, как в связи с нетрудоспособностью спутницы груз ответственности за принятие решений целиком пал на него.

— Они знают, — промурлыкала Дейдара. — Я еще неделю назад им всё сообщила.

— Каким образом? — от удивления Джозеф даже остановился и попытался обернуться к собеседнице.

— А я спросила у своих "островитян", входит ли моя зона рекреации в "архипелаг". Они ответили, что входит. И тогда я попросила передать, кому надо, весточку.

Джозеф был впечатлен. Как всё просто. Пошел дальше.

— Надо выйти "наружу" и переместиться в безопасное место, — поделилась мыслью Дейдара. — Вы же сейчас дома? Там вас в два счета найдут.

— Я в курсе. Считаешь, я об этом не думал? — огрызнулся Джозеф. — Ты в таком состоянии вынырнуть сможешь?

Девушка задумалась.

— Никогда не пробовала, — призналась она. — Почему бы и нет?

Немного помолчала.

— Но чувствовать себя после этого я явно буду паршиво, — добавила она мрачно.

— Поэтому давай экспериментировать не станем. Я тебя сейчас где-нибудь оставлю, а сам вынырну, заберу твое тело из такси...

— Где оставите-то? На наши "острова" идти нельзя: там в первую очередь искать будут...

— Скажи, ты меня за дурака держишь? — разозлился Джозеф.

— Нет.

— Тогда молчи и не действуй мне на нервы! Кстати, мы сейчас в чьей тьме сознания? Твоей? Эй! Ты меня слышишь?

— Вы же велели молчать... — буркнула Дейдара, цепляясь за футболку спутника.

Джозеф снова остановился и раздраженно закатил глаза.

— Я не знаю, — девушка решила не искушать судьбу и быть паинькой. — Может быть, и в моей.

— Хорошо. Где у тебя здесь дверь на "остров"?

— Но...

— Ты можешь не пререкаться, а просто ответить?!

Дейдара устало вздохнула.

— Где-то здесь, — ответила она. — Точнее сказать не могу, потому что мы уже куда-то отошли. Без браслета ее будет гораздо сложней отыскать.

— Спасибо, ты мне очень помогла, — буркнул Джозеф, бредя наугад.

Дейдара молчала. "Возможно, потеряла сознание", — предположил мужчина. Проверять не стал. Задумался о своей трагичной участи.

Минуты через три нашел какую-то дверь.

— Эй, — встряхнул он спутницу. — Это твое?

Та нехотя выглянула из-за его головы и с трудом сфокусировала взгляд.

— Ага, — ответила она, снова бессильно утыкаясь лицом в плечо своему носильщику.

— Ну, слава богу, — тот осторожно, стараясь не уронить свою ношу, освободил одну руку и нажал на дверную ручку.

— Вы очень обидитесь, если меня на вас стошнит? — слабо поинтересовалась Дейдара.

— Смертельно, — отозвался Джозеф, заходя на "остров".

Закрыл за собой. Огляделся. Практически пустая комната в традиционном японском стиле. Здесь была ширма с журавлем, а на стене висел какой-то лозунг, написанный иероглифами. Также имелось что-то типа столика с разбросанными вокруг него подстилками для сидения и, кажется, что-то еще: гостю было не до изучения интерьера, так что присматриваться он особо не стал. Если честно, он был здорово разочарован. Ожидал увидеть что-нибудь более оригинальное.

— Третье поколение еще, небось? — уточнил он, разом мрачнея.

— Ну да. А это имеет значение?

— Еще какое, — буркнул Джозеф, решая, куда свалить почти бесчувственное тело.

Бросить на пол пока не позволяла совесть.

Найти здесь ключ и вход в нейтральное пространство становилось задачей почти нереальной. Задумался. Бегать по комнатам в поисках обитателей, потом убеждать их, что пришел с миром, что ему можно доверять и помогать, не хотелось.

— Я к себе отсюда попасть смогу? — Джозеф по чужим "островам" ходил только через "офис" и никогда прежде не наносил дружеских визитов другим Обладателям, так что не вполне представлял себе процедуру.

— Да.

— Как?

Дейдаре, похоже, становилось хуже.

— Просто идите туда, — пробормотала она, цепляясь холодными пальцами за футболку спутника.

Так и не дождавшись дальнейших объяснений, Джозеф раздраженно вздохнул и решил буквально следовать данному совету. Радовал тот факт, что пока Виктор не установил новую технику, можно было не опасаться визита на "остров" всяких нежелательных личностей из Академии: ученый банально не мог настроить "офис" на выход в его зону рекреации.

Джозеф, сконцентрировавшись на мысли, как сильно он хочет в магазинчик, вышел во тьму сознания. Сразу увидел родную дверь. Она висела в воздухе буквально в пяти метрах от него. Надо же, как всё, оказывается, просто...

В лавке никого не было, что Обладателя, в общем, совсем не удивило. Отсутствовали даже Квирчик с книгой. Вот это уже было странно.

— Я думала, вы категорически против того, чтоб пускать к себе посторонних... — пошевелилась Дейдара, лениво оглядываясь.

— Хочешь сказать, у меня есть выбор? — Джозеф бесцеремонно свалил свою ношу в кресло. — Тебя такси где выбросить должно?

Порылся в выдвижном ящике стола. Нашел ключ.

— Возле зоопарка.

Джозеф прикинул время, которое могла занять поездка от Академии до места назначения. По приблизительным подсчетам, если водитель действительно являлся человеком порядочным, до прибытия машины оставалось около получаса.

Оперативник взял с полки странный предмет непонятного гостье назначения. Принялся его сосредоточенно разглядывать в поисках замочной скважины.

— Что вы делаете? — Дейдара с непониманием наблюдала за действиями спутника.

Тот помолчал, раздумывая, стоило ли говорить что-нибудь подчиненной, а если да, то как подобная откровенность могла ему аукнуться в будущем.

— Скажи, что ты знаешь об "архипелаге"? — спросил он, пока хитроумная штуковина в его руках принимала надлежащий вид.

— Боюсь, на перечисление всего...

— Ладно, — прервал ее Джозеф. — О нейтральном пространстве тебе что известно?

Дейдара посмотрела на него в упор тяжелым, немигающим взглядом.

— Ничего, — ответила она. — Впервые слышу.

"Значит, скорее всего, от Академии его существование удалось скрыть", — подумалось оперативнику.

Эта мысль его обнадежила и немного рассеяла туман в мыслях. Возможно, все эти метания в итоге даже будут иметь смысл.

— Что это?

— Долго рассказывать, — Джозеф воткнул дверную ручку в воздух и сдвинул часть пространства, открывая темный проход. — Пошли.

Не дожидаясь ответа, подхватил девушку на руки.

— Что ж ты такая тяжелая-то? — пошатнулся, но устоял.

Дейдара комментарий проигнорировала. Лезть с расспросами у нее сил не было, соображалось тоже всё хуже и хуже. Закрыла глаза и тяжко вздохнула.

Джозеф бросил на нее внимательный взгляд. Состояние подопечной волновало его всё сильней и сильней. Оставалось надеяться, что в "архипелаге" имелись врачи.

Оперативник шагнул в коридор, параллельно продумывая пламенную речь на случай, если "островитяне" будут не особо рады его видеть. Что именно так всё и будет, он не сомневался.

Нейтральное пространство стало гораздо тесней и шумней, чем в предыдущие посещения его Джозефом. Оно производило впечатление вокзала после прибытия особо популярного поезда: всюду громоздились тюки и ящики, туда-сюда сновали взволнованные и крайне занятые люди. Со всех сторон кто-то кричал, отдавая команды и призывая к чему-то окружавших. Часть народа либо сидела на всех доступных горизонтальных поверхностях, стараясь не мешаться под ногами, либо бессистемно носилась, всем предлагая свою помощь.

Прибытие Джозефа осталось незамеченным. Все были слишком заняты, чтоб обращать на него внимание. Это его даже немного задело.

Он решил вести себя понаглее, как человек, имеющий все основания здесь находиться. С деловым видом пошел искать Гектора.

— Где начальство? — сурово поинтересовался Джозеф у какого-то наивного и доверчивого на вид паренька.

— Там, — махнул тот в неопределенном направлении и побежал дальше.

Джозеф раздраженно скрипнул зубами. У него был не бесконечный запас времени, чтоб тратить его на поисковые прогулки по этому человеческому муравейнику.

— Куда это вы меня принесли? — полюбопытствовала Дейдара откуда-то из района его груди.

Ей снова стало чуть лучше.

— "Архипелаг", — коротко бросил Джозеф, шагая туда, куда, как он решил, ему указал "островитянин".

— Вам многое мне рассказывать придется, — задумчиво протянула Дейдара. — Я ведь не отстану.

— Не сейчас только, — оперативник остановился и огляделся.

Ну? И куда идти-то?

— Ты что здесь делаешь?! — услышал сбоку знакомый голос.

Обернулся.

Генри выглядел так, будто последнее время только и делал, что разгружал мешки с углем, лазил по чердакам и подвалам, наплевав на сон и питание. Рукава рубашки, которая в лучшем случае могла надеяться на будущее половой тряпки, были закатаны выше локтя. Драные на коленях штаны оставалось разве что сжечь. Посол был удивлен, но явных признаков враждебности пока не проявлял.

Джозефа это устраивало.

— Держи, — решительно протянул Дейдару опешившему от такого поворота событий "островитянину". — Быстрее, а то у меня руки сейчас отвалятся!

— Зачем она мне? — Генри тупо посмотрел на вяло помахавшую ему в знак приветствия девушку.

— Просто возьми, — Джозеф попросту взвалил подопечную на не успевшего отступить посла. — Ей срочно нужна медицинская помощь. Всё, я пошел.

Развернулся.

— Эй, как это понимать?! — успел схватить его за плечо окончательно сбитый с толку Генри, кое-как удерживая нежданный подарок одной рукой.

— Она всё объяснит. Поверь мне, в ваших же интересах ее вылечить, — Джозеф, бесцеремонно отцепив от себя чужую ладонь, принялся ненавязчиво продвигаться в сторону выхода.

— Что за...

— Я очень тороплюсь! — крикнул он, оборачиваясь. — Честно! Говорю же, она всё объяснит! Скоро вернусь!

Побежал к выходу, стараясь ни в кого не врезаться.

— Понимаете, как мой руководитель, он весьма обеспокоен неустроенностью моей личной жизни, — услышал краем уха за спиной абсолютно серьезный голос своей подчиненной. — А вы — весьма достойная партия...

Продолжение "объяснений" перебил царивший здесь гвалт. Поборов желание вернуться и дослушать, Джозеф ускорил шаг. Раз Дейдара снова взялась валять дурака, значит, точно жить будет.

Джозеф резко распахнул глаза. Соскочил с постели. Бросился к окнам проверять, не приехала ли уже за ним черная машина с тонированными стеклами и молчаливыми суровыми людьми в темных очках. Не увидел даже микроавтобуса с выпрыгивавшими из него спецназовцами и прокрался к входной двери. На лестничной площадке тоже было пусто. Закрылся, прислонился спиной к стенке, глубоко вздохнул и собрался с мыслями.

Потом он носился по квартире, заталкивая в рюкзак, снятый с верхней полки шкафа, всё, что, по его мнению, могло оказаться полезным.

Лара снова где-то пропадала, что существенно облегчало процесс сборов. По крайней мере, никто не путался под ногами и не лез с расспросами.

Джозеф посмотрел на часы. До приезда такси ориентировочно оставалось минут этак десять. Хорошо, что зоопарк находился неподалеку. Вот только от дома оперативника туда не ходил ни один автобус.

Он спешно сменил домашние штаны на джинсы, натянул кроссовки, схватил существенно потяжелевший рюкзак, выскочил в подъезд, захлопнул дверь и побежал вниз по лестнице.

Джозеф со всех ног несся по городу, убеждая себя, что заказывать такси было бы глупо, потому что неизвестно, когда бы оно приехало, а тут каждая минута на счету. К тому же снова взыграла паранойя, подсказывавшая, что телефон уже могли поставить на прослушку и вместо водителя прислать кого-нибудь, чьего общества оперативнику в данной ситуации следовало бы избегать, либо же направить к зоопарку группу приветствия, готовую принять в свои распростертые объятья как поисковика, так и его подчиненную.

Джозеф впервые был искренне признателен Джульетте с шефом за то, что те вынудили его заняться спортом: еще совсем недавно подобный забег был бы для него практически неосуществим. Оперативник бы просто свалился от физического истощения уже через пару кварталов.

Он чуть не сшиб пару прохожих, едва не наступил на кошку. Бежал, словно последний раз в жизни, думая, зачем, собственно, ему всё это было нужно. Ответа на данный вопрос не находил, но по какой-то причине не мог остановиться и, бросив это дело, идти звонить в Академию с извинениями в надежде на снисхождение.

Таксист таки оказался человеком порядочным и привез Дейдару туда, куда она просила, а не в ближайший лесок. "Приехали", — возвестил он. Пассажирка не реагировала. Водитель посмотрел на нее, снова окликнул. Вышел из машины и открыл заднюю дверь. Похлопал Дейдару по щекам. Отчаявшись ее добудиться, уже собирался везти клиентку в больницу, как вдруг кто-то бросился на его машину. Таксист подскочил на месте от неожиданности и чуть не упал на асфальт, споткнувшись о колесо. Странный человек обессилено вис на открытой дверке, прижимаясь лбом к холодному стеклу, и жадно хватал ртом воздух. Лицо и футболка его были мокрыми от пота. С плеча свалился рюкзак. Таксист, непроизвольно отшатнулся и испуганно огляделся. Джозеф, всё так же тяжело дыша, нащупал ручку дверцы переднего сиденья, без спроса ее открыл, сел, оставив ноги на улице, уперся локтями в колени и мельком глянул на спавшую девушку. Отвернулся и облегченно закрыл глаза.

— Эй, ты... — немного оправившись от удивления, водитель приготовился изгонять подозрительную личность из своего автомобиля.

Джозеф жестом попросил его подождать. Наклонился к валявшемуся под ногами рюкзаку, порылся, извлек бутылку минералки. Залпом выхлебал чуть ли не половину. Вытер лицо собственной футболкой и вздохнул с удовлетворением.

— Здрасте, — впервые обратил внимание на растерянного таксиста.

Снова поглядел на подчиненную.

— Я за ней, — кивнул в ее сторону.

Забрать Дейдару оказалось куда сложнее, чем Джозеф мог себе представить. Таксист ему определенно не доверял и отказывался отдать находившуюся без сознания пассажирку первому встречному, тем более, такому подозрительному. Мало ли кем тот мог оказаться? Требовал немедленной госпитализации Дейдары, потому что "вдруг с ней что-то серьезное". Джозеф его уверял, что всё с той было в порядке, что такое с ней происходит регулярно, "чего еще ждать от наркоманки?". Водитель припомнил поведение девушки до того, как она уснула, и, кажется, поверил. Резко потерял интерес к ее судьбе, зато тут же припомнил, что пассажирка с ним не расплатилась.

— Сколько-сколько?! — обалдел оперативник, услышав сумму.

Таксист повторил.

Джозеф гневно глянул на спящую подчиненную.

— Ладно, потом назад стребую, — решил он, нехотя доставая кошелек.

Машина уехала, оставив мужчину с девушкой на руках и рюкзаком за спиной.

— Просто отлично, — мрачно думал он, прикладывая все силы, чтоб не свалиться под их весом. — Мы чудно не привлекаем к себе внимания. Буквально сливаемся с окружающей средой. А пол улицы пялится не на нас, а на того бомжа на скамейке.

Он был в растерянности и совершенно не представлял, куда теперь идти и что делать. Одно Джозеф знал точно — если он в ближайшее же время не свалит куда-нибудь свой груз, то точно останется без рук и сорвет себе спину. Не придумав ничего лучше, таки потеснил бездомного, усадив Дейдару рядом с ним, сам же брезгливо остался стоять и думать.

— Давай размышлять логически, — воззвал он к себе, размеренно вышагивая перед скамейкой взад-вперед.

Что будет делать Академия? Наверняка свалит необходимость поимки беглецов на соответствующие подразделения ведомства. Не станут же ученые и дизайнеры выбивать дверь в его квартиру и бегать за ним по городу, стреляя по ногам. А если учесть, что ни домой, ни к кому из друзей Джозеф не пойдет, поэтому так просто его не поймают, к кому они обратятся? Правильно. К поисковикам. А единственный доступный работник оперативного отдела у нас кто? Тоже верно. Теоретически есть еще Джастин, но не факт, что у них поднимется рука на больного. Чуть ли не впервые в жизни Джозеф испытывал удовлетворение от своей профессии. Хотя аналитики могли представлять большую опасность.

Оперативник остановился, сунул руки в карманы и огляделся. Прохожие давно потеряли к нему интерес и перестали с любопытством посматривать.

Да, аналитики могли доставить проблем. Джозеф таки подавил брезгливость и тоже сел рядом с бомжом. Однако в этом был и жирный плюс: они все уверены, что знают поисковика, как облупленного, или, по крайней мере, настолько, чтоб точно предсказать его действия. Что ж, придется их всех разочаровать...

— Боже мой, о чем я думаю?! — простонал Джозеф, хватаясь за голову. — Что стало с моей мирной жизнью?! Как я вообще умудрился в это вляпаться?! — добавил он мысленно.

Снова поглядел на спавшую Дейдару. Глубоко вздохнул, смиряясь со своей судьбой, и решил попытаться не жалеть о содеянном, а смело смотреть в будущее и решать проблемы по мере их накопления.

— Эх, Юлий, Юлий, — сокрушенно произнес Джозеф, снова подхватывая подчиненную на руки. — Что ж ты так и не сделал из меня Рембо?..

Нужно было срочно переместиться в какое-нибудь менее людное место, где б никому и в голову не пришло их искать. Вариант "снять в гостинице номер" был отвергнут сразу: оперативник не сомневался, что отели проверят в первую очередь.

Следующие несколько часов Джозеф так и таскался со своей ношей с места на место, не зная, куда приткнуться. Уйти на "остров" и через него в "архипелаг" он не мог: не бросать же без присмотра два беззащитных тела и рюкзак! Оставалось надеяться, что Дейдара там рассказала обо всем, что произошло, и у Гектора появилась пара идей, как быть.

Пощупал у подчиненной пульс. Жива. Что ж, хоть это радует.

Джозеф понял, что голоден, и полез в рюкзак, радуясь, что догадался упаковать туда полхолодильника.

Дейдара проснулась, когда он доедал уже второй бутерброд.

— Где мы сейчас? — спросила она первым делом, резко выпрямляясь на скамейке.

Джозеф от неожиданности подавился и закашлялся.

— Почему именно здесь? — стажерка уже самостоятельно опознала Аллею Влюбленных.

— Потому что это — одно из немногих мест, где мужчина, несущий на руках девушку, воспринимается как нечто обыденное, — ответил поисковик, хлопая себя по груди.

Дейдара подозрительно на него посмотрела.

— Чего? — буркнул Джозеф, откручивая крышку почти выпитой бутылки минералки.

— Надеюсь, вы не позволяли себе ничего лишнего? — шаловливо осведомилась подчиненная.

Руководитель ей кисло улыбнулся.

— Спешу тебя огорчить, но...

— Фу, вы не интересный, — разочаровалась Дейдара, с жадностью поглядывая на бутерброды.

— Я смотрю, тебя подлатали, — Джозеф посмотрел на часы.

Время, необходимое по подсчетам стажерки на переустановку и настройку техники, подходило к концу.

— У меня на вас огромный зуб! — заявила вдруг та.

— Даже так? — оперативник припомнил, через что прошел, таскаясь с телом Дейдары полдня, и решил, что та была неблагодарной стервой.

— Вы всё это время знали об "архипелаге" и не говорили мне о нем ни словечка! Вы злой, я вас больше не люблю!

— Хочешь сказать, до этого любила? — иронично поглядел на нее Джозеф.

— Нет, но это не важно! — Дейдара нагло подтащила к себе рюкзак и принялась рыться в продуктах. — У нас с вами чисто деловые отношения.

— Слава богу, — буркнул Джозеф.

Он уже так устал и замучался, что беспокойство притупилось настолько, что хотелось просто сидеть, ничего не делать, болтать о всякой ерунде и не задумываться о проблемах.

— Ладно. Смена дежурства, — Дейдара решила вернуться к делам. — Теперь я посторожу, а вы туда идите.

Достала питьевой йогурт и нарезку копченой колбасы.

— Тебе потом плохо не будет? — поинтересовался Джозеф, глядя на выбор продуктов.

— Вы за меня не волнуйтесь, — стажерка решительно отвинтила крышку и сделала большой глоток. — Короче, к моменту моего ухода Академия не предпринимала никаких действий, "архипелаг" ведет эвакуацию населения в нейтральные пространства...

— Их что, несколько? — это было что-то новенькое.

— Аха! Чего-то вы всё же не знаете! Так вам и надо!

Джозеф фыркнул, закрыл свою минералку, кинул бутылку в рюкзак, устроился удобней и закрыл глаза.

Отворив дверь магазинчика, он удивленно замер на пороге. Лавка была пуста, причем на этот раз не только в плане "островитян". Исчезли пальма и кресло. Пыльные полки шкафов, еще днем набитые разными жидкими радугами, ловцами ветра да замедлителями времени, теперь щеголяли наготой. Стол остался на месте.

Джозеф, напомнив себе об эвакуации, прошел внутрь и направился к прилавку. Не могли же и ручку, открывавшую вход в нейтральное пространство, тоже забрать?! Наверняка ее переложили в один из ящиков. Гектор, если б решил порвать все связи со своим Обладателем, попрощался бы надлежащим образом, а не ушел по-английски.

"Бегите отсюда!" Джозеф недоуменно моргнул. Взял записку — единственное, что было в выдвижном ящичке, в руки, заново перечитал. Проверил обратную сторону листа. Ничего. Ни "здрасте", ни "до свидания". Оперативник обиделся.

Ну да, конечно, кто он такой, чтоб ему доверять? Подумаешь, ради "архипелага", по сути, поставил крест на своей жизни, нажил себе кучу проблем и утратил представления о будущем! Как будто это что-то значит! Конечно же, нет. Подумаешь, ерунда какая! Всего-то! Разве это повод...

Джозеф заметил под столом какой-то странный бочонок. Прервав мысленные излияния, присел перед ним на корточки и присмотрелся. В сторону кухни от находки вел тонкий проводок. Такие же, как теперь обратил внимание Обладатель, змеились по шкафам и стенам. Над входной дверью крест накрест липкой лентой был закреплен подозрительный завернутый в промасленную бумагу прямоугольный сверток.

Джозефу стало дурно от своей догадки. Он бросился на кухню.

В центре помещения стояло три таких же опутанных проводами бочонка. "Я же велел вам бежать!" — гласил прилепленный к дверце шкафа всё той же липкой лентой большой лист бумаги. Красные цифры на небольшом электронном табло, установленном поверх бочек, гласили "00:02".

Джозеф тут же решил, что будет мудрым последовать совету, и со всех ног кинулся прочь.

Когда прогремел взрыв, он уже находился возле прилавка. В спину ударила взрывная волна, мужчину швырнуло на пол. Рядом падали обгоревшие обломки мебели и куски штукатурки. Решив, что разлеживать у него не было времени, Джозеф спешно поднялся и побежал к выходу, всей душой молясь, чтоб бочонок под столом рванул уже после того, как он покинет "остров".

Дернул дверь на себя, прыгнул во тьму сознания. Почувствовал, как его кто-то поймал и куда затащил. Последовал новый взрыв. Из открытого входа в магазин, опаляя жаром Джозефу спину, брызнуло пламя. В последний раз тоскливо звякнул колокольчик.

Джозеф обернулся. Лавка была объята огнем. Он ревел, трещал и жадно облизывал дверь. Рвануло в третий раз, и всё исчезло. У оперативника больше не было "острова".

— Грустное зрелище, не правда ли? — услышал он знакомый голос.

— Кё, — мрачно добавил попугай.

Бывший Обладатель тупо поглядел на державшего его за плечи торговца. Тот был чумаз и оборван, словно это он выбирался из эпицентра взрыва. Квирчик сидел нахохлившись на его плече.

— А-а-а... — Джозеф беспомощно указал туда, где совсем недавно стояла дверь.

— Мне тоже очень жаль, — заверил его Гектор.

Оперативник посмотрел вниз. Он сидел на какой-то странной серой платформе.

— Средство транспорта, — предугадал его вопрос глава "архипелага". — В отличие от вас, мы не можем свободно передвигаться по тьме сознания. Пришлось выкручиваться.

— Вы сдурели?! — слабо поинтересовался Джозеф. — А если бы я погиб? Если б меня...

— Этого бы не произошло, — с неоправданной уверенностью сказал лавочник. — Процесс уничтожения "острова" начался лишь после того, как вы выдвинули нужный ящик. Первый взрыв следовал через минуту после этого. Данного времени вам должно было оказаться более чем достаточно, чтоб разобраться в ситуации и покинуть помещение.

— А если бы я в ней не разобрался?! — разозлился Джозеф, вставая. — Между прочим, я еле успел выбраться!

Платформа тронулась с места и куда-то плавно полетела.

— Две записки и табло с огромными красными цифрами обратного отсчета, разложенная на видных местах взрывчатка, — старик тонко улыбнулся. — Вы себя недооцениваете. С подобными намеками и дурак бы всё понял, а вас я таковым никогда не считал.

— Можно было просто написать "помещение сейчас взорвется", — пробурчал Джозеф, раздраженно отряхиваясь.

Тот факт, что большую часть отведенного ему времени он потратил на рефлексию и мысли о несправедливости жизни и окружающих, его бесил невозможно. Чуть не погиб по собственной же вине.

Гектор не стал ничего отвечать.

Средство транспорта миновало какую-то дверь. Невдалеке маячило еще несколько. Джозеф задумчиво на них посмотрел.

— Как вы этого добились? — спросил он спутника.

— Вы не будете скандалить, что я уничтожил ваш "остров"? — подивился тот.

— Я догадываюсь, зачем это было нужно. Теперь Академия не сможет до меня добраться через "офис", да? Зону рекреации Дейдары вы тоже уничтожили?

— Как видите, — старик указал на свою одежду, рваную, закопченную и местами обгоревшую. — Ох и помаяться там пришлось... Столько помещений...

— А вторую дверь почему оставили?

— Мы пришли к выводу, что в случае уничтожения вашего "острова" она станет открываться лишь в одну сторону. Работники вашего подразделения теперь не смогут ходить этим путем в ваш разум: некуда. Однако мы допускаем вероятность, что у нас может возникнуть необходимость попасть в "офис", так что целесообразно ее пока оставить. Кстати, спасибо.

— Ага, — говорить "не за что" Джозеф не стал, ибо считал, что благодарить "архипелагу" его как раз было за что. — И всё-таки. Как вы этого добились? — проводил он взглядом очередную дверь.

— Вы сами мне рассказали, как очутились в межостровном пространстве, последовав за девочкой, помните?

— Я догадался, где мы находимся. Я спрашиваю, как вам удалось сюда выйти, — терпеливо пояснил Джозеф.

— Сказать по правде, мне самому не вполне понятно, что сделали наши ученые, — признался Гектор, вынимая из кармана и протягивая сразу же оживившемуся питомцу печеньице. — Просто, когда благодаря вам стало известно, что существует место, куда выходят двери привязанных к вам "островов", я поставил перед ними задачу придумать, что с этим можно сделать. Как видите, они ее с блеском выполнили. Как оказалось, в разуме человека сохраняются отпечатки всех входов в зоны рекреации, на территории которых он побывал. Обычно их не видно, и Обладатель даже не догадывается об их существовании, однако ребята нашли способ их проявить и сделать открытыми для доступа. Нам очень повезло, что у нас есть вы: именно ваш разум мы взяли за основу. У вас есть двери не только во все лично посещенные вами "острова", но и во все части "архипелага", а также зоны, куда хоть раз заходили из вашего "офиса". С вашей подчиненной, конечно, та же ситуация, однако впервые она заявила о себе лишь около недели назад, а с вами мы ведем работу уже долгое время.

— Чудно, — буркнул Джозеф. — Меня только почему-то об этом в известность поставить забыли.

Квирчик перепорхнул с плеча торговца на Обладатели и ласково цапнул его за ухо. Тот попытался от него отмахнуться и только в этот момент заметил, что его правое запястье стягивал браслет-извещенец. Ощущение прикосновения холодного металла к коже было настолько привычным, что Джозеф уже давно перестал обращать на его внимание.

Удивленно моргнул. Судя по всему, он заново появлялся каждый раз, когда человек уходил "в себя". Что ж, значит, выбрасывать его придется многократно. Джозеф с усилием стянул стальное кольцо с кисти и зашвырнул его куда-то в темноту. Тут же осознал, что без браслета "снаружи" его вызвать невозможно.

"Интересно, далеко ли Дейдара сможет меня оттащить?" — невесело подумал он.

Посмотрел на наручные часы. Нужно будет самостоятельно "вынырнуть" через пару часиков. Ночь всё же стоило провести под крышей, а не на скамеечке в парке.

— Мы сейчас куда? — спросил Джозеф.

— Закину вас в штаб, а сам поеду контролировать процесс эвакуации, — ответил Гектор.

Штабом оказалось то самое нейтральное пространство, которое Обладатель считал единственным. Как пояснил старик, с тех пор они успели создать еще четыре больших и огромное число маленьких, примером которых являлась и его летучая платформа.

— Всё дело в том, — рассказывал Генри, вольготно раскинувшись в любимом кресле Джозефа, стоявшем тут же, — что "островитяне" не могут существовать вне "островов". Место, где мы сейчас находимся, — он окинул широким жестом захламленное помещение штаба, — паразитирует на десятках зон рекреации. Оно не является их частью, однако очень близко к тому, чтоб таковой быть. Средства транспорта действуют по тому же принципу — они всё время связаны с каким-либо из "островов". По мере продвижения, эта связь перебрасывается на тот, что находится ближе всего, таким образом...

— Ты почему не работаешь? — сварливо вклинился в объяснения Джозеф.

Посол обиженно на него посмотрел.

— Я сегодня три часа грузил на платформы мешки с черноземом, потом организовывал заготовку древесины, лично обеспечил полную эвакуацию двух "островов", не говоря о том, что в таком режиме я живу уже больше недели, и у тебя хватает совести говорить, что я не работаю?! — Генри был возмущен до крайности. — Я впервые за день присел отдохнуть, а ты...

— Ладно, извини.

"Островитянин" выглядел настолько измотанным и грязным, что легко верилось в каждое его слово.

— А еще ты повесил на меня девушку, — добавил он, подумав.

— Ты предпочел бы мешок с черноземом?

— В обычных условиях нет, но в этот раз у меня была куча других неотложных дел, кроме как носиться по округе в поисках врача!

— Спасибо.

— Да ну тебя, — буркнул Генри. — И вообще, я отдыхать сюда пришел. Дай выспаться.

Лишившись единственного собеседника, Джозеф вышел из-под шатра, в котором располагался штаб, и пошел гулять по нейтральному пространству. Делать ему было нечего, "островитяне" прекрасно справлялись и без его помощи. Оперативник начинал думать, что напрасно сюда пришел и что только зря теряет время. Всем окружающим было не до него. Работали станки, из труб печей поднимался черный дым, было жарко, душно, влажно, шумно, тесно. Джозеф нашел пекарню и кузницу, лесопилку и небольшой кирпичный заводик. "Архипелаг" забирал с "островов" всё, что только мог. Исходя из слов посла о мешках чернозема, он пришел к выводу, что где-то еще и поднимали сельское хозяйство.

— Академию ждут тяжелые времена, когда десятки, а то и сотни Обладателей обнаружат свои зоны рекреации ободранными до нитки и дружно потребуют компенсацию, — невесело усмехнулся Джозеф.

Посмотрел на часы. Пора бы, конечно, уже "выныривать"... Оперативник бы давно это сделал, если б не опасался, что без магазина не сможет сюда вернуться. Пошел обратно в штаб.

Генри уже куда-то делся. Джозеф сел в кресло и огляделся в поисках чего-нибудь интересного. Заприметил лежавшую на углу стола книжку-графоманку. Открыл.


ДЕКЛАРАЦИЯ НЕЗАВИСИМОСТИ


Мы, многоостровной народ "архипелага", руководствуясь всякими разными идеями, верой в высшую справедливость и недопустимость проявления агрессии в отношении разумных существ, такого-то числа, такого-то месяца, такого-то года, в целях сохранения самобытности и соблюдения прав человека, свергаем иго угнетателей и постановляем следующее:..."

Джозеф фыркнул. "Всякими разными идеями" особенно его умилило.

— Прям так и тянет запеть "Марсельезу", — заявил он кожаной обложке. — Жаль, слов не знаю.

Убрал книгу с глаз долой, чтоб не травмировать ее ранимую творческую душу хихиканьем над текстом.

Минут через двадцать вернулся изможденный Гектор.

— Мне надо на некоторое время уйти, но я не знаю, как сюда потом вернуться, — сказал Джозеф, освобождая старику кресло.

— Идите, — отозвался тот, принимаясь рыться в куче какого-то барахла в противоположном углу шатра. — На месте вашего "острова" оставим платформу. Дорогу, надеюсь, вы запомнили.

— Честно говоря, нет, — признался Обладатель.

— Ничего. Разберетесь. Там всё просто.

Джозеф проснулся. Дейдара снова что-то ела.

— А вы быстро, — заметила она.

— Три часа, — оперативник выпрямился на скамье и потянулся, разминая затекшую спину.

— Ну? От Академии никаких подарков не приходило? — Дейдара вытерла губы тыльной стороной ладони.

— Не знаю. Кажется, пока что нет. По крайней мере, мне о них не говорили.

— Странно, — стажерка нахмурилась. — Что ж они задумали?

— Ладно, пойдем отсюда, — Джозеф застегнул рюкзак и встал.

— Куда? — заинтересовалась подчиненная.

— Лично я предпочитаю ночевать в помещении.

— Есть идеи? — заинтересовалась Дейдара. — Надеюсь, вы понимаете, что в гостиницах и у друзей-товарищей нас найдут в два счета?

— Не волнуйся, — с мрачным торжеством усмехнулся Джозеф. — Там, куда мы пойдем, никому и в голову не придет нас искать.

Дейдара смотрела на афишу со смесью ужаса и восхищения.

— Знаете, я начинаю вас уважать, — произнесла она, наконец. — Никогда бы не подумала, что вам в голову может прийти настолько зверская идея.

Джозеф решил не уточнять про "начинаю".

— По крайней мере, до пяти часов утра нас здесь никто не тронет, — заявил он мрачно, оглядываясь по сторонам.

Кажется, Лары тут не было. Но скандала потом всё равно не миновать. Пропажу билетов она уже давно должна была обнаружить.

— Обнимите меня, что ли, — потребовала Дейдара. — А то с этим рюкзаком мы и так выбиваемся из толпы.

Кругом были целующиеся и милующиеся парочки. Кавалеры, впрочем, выглядели куда менее довольными, чем их спутницы.

— Обойдешься, — буркнул Джозеф, всё еще не забывший "начинаю". — Пошли.

— Кя-я-я! Как я ра-а-ада-а-а! — всё-таки повисла на его локте Дейдара, когда они поравнялись с женщиной, проверявшей на входе билеты. — Ты — прелесть! Не могу поверить, что мы сюда попали, дорогой! Спасибо тебе за то, что ты есть!

— Всегда обращайся, милая, — выдавил из себя улыбку Джозеф, стараясь как можно скорее миновать подрабатывавшую привратницей активистку фанклуба "Душ неприкаянных".

— Почему она так на нас смотрела? — шепнула подчиненная, когда они таки вошли в фойе кинотеатра. — Видели, как ее перекосило? Я же не переиграла, нет?

— Это моя бывшая, — отозвался оперативник, ненавязчиво стряхивая с себя девушку. — Она просто в шоке.

— От чего? — заинтересовалась та.

— Да так... — уклонился от ответа Джозеф. — В принципе.

— Плохо, — нахмурилась Дейдара. — Ей же не придет в голову к нам подсаживаться, приставать с разговорами о прошлом и всё такое? Это было бы очень некстати.

— Сомневаюсь, что она подойдет.

Джозефу тоже было тревожно, он бы предпочел избежать встреч с кем бы то ни было, знакомым с ним настолько, чтоб узнать в лицо. Еще где-то ходила катастрофа по имени "Лара", связавшись с которой любой желающий без особого труда мог догадаться, куда направился ее брат.

"Всё-таки стоило оставить ей хотя бы записку с просьбой никому ничего не говорить", — с тоской думал он, стоя у стенки и, на всякий случай, не выпуская вход из поля зрения.

Дейдара, отыгрывая свою роль на всю катушку, побежала брать у кого-то автограф и фотографироваться. До начала показа оставалось десять минут.

Джозеф пожалел, что оставил телефон дома, чтоб по нему нельзя было определить его местонахождение, подумал, а не попросить ли у кого трубку позвонить, напомнил себе, что, скорее всего, и номер сестры, и домашний, и его собственный поставлены на прослушку, а звонок будет равносилен публичному объявлению их местонахождения. Отказался от этой идеи. Оставалось молиться, что за день родственница нашла себе новое увлечение, ушла в него с головой и не заметила исчезновения брата с билетами.

— Сколько у нас времени? До пяти утра, говорите? — серьезно уточнила Дейдара, устраиваясь в кресле.

— Не знаю. Может быть меньше.

В зале потушили свет.

— Ладно, постараемся использовать этот срок по полной, — Дейдараа решительно закинула руку Джозефа себе за спину и сложила голову ему на плечо. — Маскировка под мирную влюбленную парочку завершена. Эх, сколько романтики и всё за один день! После этого я, как порядочная девушка, обязана буду взять вас в мужья.

Джозеф фыркнул, но от комментариев воздержался. На экране появился логотип кинокомпании.

"Что за ерундой я занимаюсь?.." — по инерции подумал он, закрывая глаза и уходя "в себя".

Оба бы, пожалуй, разочаровались, узнав, что Академии по большому счету было глубоко наплевать, где они в данный момент находились. Никто не обращался к поисковикам и не опрашивал родственников и знакомых, решив, что навредить больше, чем они уже сделали, беглецы не смогут. В это время там занимались другими делами — заканчивали инструктаж срочно вызванных в "офис" работников "островного" подразделения.

19.

Сиротливо стояла оставшаяся в одиночестве дверь в "офис". Несмотря на уверения Гектора, что никто сквозь нее пройти не сможет, она всё равно внушала Джозефу опасения. Хотя, с другой стороны, даже если кто-то и попадет во тьму его сознания, чего стоило опасаться? Раз уж даже взрыв "острова" не причинил никакого вреда, то что станется с того, что кто-то здесь немного походит? Кстати о взрыве... Оперативник нахмурился. Этот вопрос еще стоило хорошенько обсудить с торговцем.

Джозеф уже привычным движением стянул с запястья браслет. Выбросил. Пошел искать обещанную платформу. Та обнаружилась практически сразу же. Вот, кстати, и повод волноваться — а что, если б ее нашел не он, а шпионы из Академии?

Разобраться со средством транспорта, действительно, оказалось просто.

— Ну что? — спросил Джозеф, входя в штаб.

— Пока ничего нового, — ответила восседавшая в кресле Дейдара, играясь с попугайчиком.

— Ты как сюда добралась так быстро?! — опешил оперативник.

— Долго ли умеючи? — туманно отозвалась девушка, тыкая пальцем пытавшуюся ее цапнуть птицу в мягкий пернатый бок.

В помещение забежал незнакомый мужчина, схватил груду какого-то тряпья и выскочил наружу. Через несколько секунд он же вернулся за стоявшими в углу палками. Гектор с сосредоточенным видом рылся в бумагах, почти никак не реагируя на то, что происходило вокруг.

— У нас беда, — в ворвавшемся в штаб человеке Джозеф узнал главного помощника и самого верного последователя торговца, имени которого пока не знал. — Кажется, началось.

Научный центр "архипелага" располагался в соседнем здании. Поскольку заложили его в нейтральном пространстве еще до того, как начались основные проблемы с Академией, постройка была куда капитальней палатки штаба. Здесь уже находилась целая толпа народу.

— Где Эдвальт? — на ходу бросил торговец, вбегая внутрь.

— Связывается со всеми эвакуационными группами, — ответил один из присутствовавших.

— А что происходит? — Дейдара с интересом оглядывалась, не обращая внимания на то, что мешала большому количеству людей, стоя прямо на дороге.

Интерьер был во многом похож на убранство Лаборатории N 4: куча разнообразной техники, мерцающие мониторы, попискивающие приборы, металл, пластик и кнопочки.

— Получен сигнал, что из "офиса" вышло шестеро, — докладывал Гектору кто-то, не обращая внимания на Дейдару.

— Э-э-э, — понимающе протянула та, ни капли этим не задетая. — Они привлекли подразделение... Теперь ясно, почему так долго ничего не происходило.

— Имела место попытка проникновения в уничтоженные зоны, так что теперь им известно, что тех больше не существует.

Джозеф косо глянул на подчиненную. Интересно, она вообще в курсе, что речь шла и об ее "острове"? Та никак не среагировала — то ли потому что всё знала, то ли просто не придала значения сказанному.

— Зачем им это нужно?.. — бормотал глава "архипелага", глядя на висевший в воздухе экран-голограмму с каким-то странным цветным графиком. — В чем смысл засылать людей?

Дейдара решительно растолкала столпившийся люд, пролезла вперед и, встав рядом с Гектором, тоже присоединилась к изучению. Джозеф заметил, что в отличие от него самого, она понимала, что это такое было.

— Что отмечено зеленым? — спросила она.

— Полностью эвакуированные "острова", — ответил кто-то.

— И кто-то из "офиса" как раз заходил на один из них, — Дейдара ткнула в какую-то точку на яркой картинке.

Та на секунду моргнула и исказилась от соприкосновения с пальцем. Стажерка поспешно отдернула руку.

— Другими словами, в Академии знают, что вы вывозите всё, что только можете, — продолжила она, не смущаясь. — Значит, есть куда. Скорее всего, люди нужны для того, чтоб обнаружить это место. Поскольку в "офисе" предполагают, что вы осведомлены о действии машины, следовательно, понимаете, что ни в одной зоне рекреации не будете в безопасности, их должен занимать вопрос, что вы задумали.

— Тебя не смущает, что сначала работники подразделения вышли на "острова", а уж потом узнали, что, по крайней мере, часть из них ободрана до нитки? — Джозеф иронично изогнул бровь.

— В любом случае, теперь они точно будут заниматься и этим тоже, — подчиненную не смущало. — Какой бы ни была изначальная цель их отправки.

— Какова вероятность того, что ваши ученые не смогли восстановить разрушенную машину и были вынуждены думать над альтернативным планом? — обратился к Дейдаре оттесненный ей прежде мужчина в очках.

Та задумалась.

— Она очень мала, — сказала она, наконец. — Виктор всегда всё копирует. Ни за что не поверю, что в этот раз его программа существовала в единственном экземпляре и погибла вместе с компьютером.

— А дверь в "офис" взорвать никак нельзя, чтоб оттуда невозможно было ни выйти, ни что-нибудь вбросить? — Джозеф вспомнил о трагичной участи собственного "острова".

— М-м-м... — задумался один из "островитян". — Проблема в том, что она ведет сразу во все зоны рекреации. Невозможно пройти по всем ним, уничтожая выходы, потому что их, как таковых, в большинстве случаев нет. Проходы от вас на "острова" не постоянны, а возникают при настройке двери на координаты конкретной зоны. Разрушение же входов, установленных в ваших сознаниях, вообще ничем нам не поможет, поскольку...

— Можно, — сказала вдруг Дейдара. — Если взрывать изнутри "офиса", то можно.

Стажерка чему-то пугающе заулыбалась.

— Ты же не... — напрягся Джозеф.

— А что? Это очень хорошая мысль! Дайте мне взрывчатку, я всё сделаю!

Присутствующие переглянулись.

— Стой-стой! — оперативник очень жалел, что задал свой вопрос. — Во-первых, это опасно, как для тебя, так и для тех, кто находится внутри...

— Мы можем сделать мину направленного действия, — вякнул кто-то.

— Вот! — Дейдара триумфально указала на него пальцем. — А что во-вторых?

— Э-э-э... — этот пункт Джозеф придумать не успел.

Понял, что проиграл. Пришлось утешаться мыслью, что не его посылали взрывать "офис".

— На какой стадии находится эвакуация? — Гектор перешел к следующему голографическому экрану.

— По "архипелагу": население — 70 %, особо ценное имущество — 55 %, ресурсы — 27%... И это не считая прочих "островов". Там еще конь не валялся. Боюсь, у нас до них руки так и не дойдут, — доложил кто-то. — Времени не хватит.

— Пошли пока пообщаемся, — Дейдара куда-то поволокла "островитянина", заикнувшегося про мину.

Гектор стоял, задумавшись. Растерянный и не знающий, что делать.

— Как протекает сооружение новых нейтральных пространств? — спросил он отстраненно.

— Еще одно было завершено несколько минут назад, остальные...

— Бросайте остальные, — распорядился старик. — Все силы на эвакуацию.

Джозеф чувствовал себя лишним. От него ничего не требовалось, ничто ему не поручали. Оперативник уныло слонялся по штабу, стараясь никому не мешать.

— А на нейтральных пространствах как-нибудь скажется, если "острова", на которых они паразитируют, подвернутся обработке этой программой? — спросил он торговца, когда тот был относительно свободен.

— Нет, — ответил Гектор, не отрываясь от изучения какой-то бумажки. — Если успеть запечатать выходы на них, то ничего не случится.

Приложил ладонь к уху. Нахмурился, прислушиваясь.

— Ждите! Сейчас подойду! — ответил он кому-то, вскочил и ушел.

Джозеф в одиночестве пробыл недолго. Вскоре прибежала Дейдара.

— Где этот милый старичок? — спросила она, оглядываясь.

Позади нее переминался с ноги на ногу отловленный ей ученый.

— Ушел, — оперативник никогда не думал, что слово "милый" применимо к торговцу.

— Именно тогда, когда он так нужен! — Дейдара раздраженно растрепала себе волосы. — Эй, ты! Можешь с ним связаться? — обратилась она к своему спутнику.

— В процессе, — заверил тот ее, прижимая ладонь к уху. — Алло? Алло-о-о? Занято.

— Что это? — Джозеф обратил внимание на стоявший в ногах у "островитянина" чемоданчик.

— Бомба, — спокойно отозвалась Дейдара. — Хотим получить разрешение на ее применение.

— Послушай, — Джозеф постарался звучать убедительно. — Неужели ты действительно собираешься идти в "офис"?!

— А что? — пожала плечами собеседница. — Идея взорвать дверь принадлежала вам. Мне она нравится.

— Я не спорю. И понимаю, что сделать это можно только изнутри, но неужели этим должна заниматься ты? Ты же девушка! Это опасно! В "архипелаге" полно сильных мужиков, которые наверняка...

— Видите ли! — перебила Джозефа Дейдара. — Дело в том, что установить бомбу смогут лишь двое: я и вы. Считаете, что Академия ничего не сделает для своей безопасности? Ей известно, что здесь знают о ее планах и уже начали действовать. Думаете, там ничего не предприняли на случай нападения из "архипелага"? Я почти не сомневаюсь, что "офис" уже обработан этой срезающей лишние мозги ерундой Виктора, чтоб каждый "островитянин", вошедший на его территорию, становился безвредным улыбчивым чурбанчиком. Из нас двоих же у меня самые большие шансы преуспеть. Вы только, пожалуйста, не обижайтесь.

Джозефу на это возразить было нечего.

— Разрешение получено, — сообщил ученый, все это время не оставлявший попыток связаться с начальством.

— Круто, — кивнула Дейдара. — Вы не знаете, где мои вещи?

— Думаю, их разместили во втором ангаре...

— Показывайте.

Джозеф выскочил из штаба следом за ними.

— Что именно ты хотя бы собираешься делать? — на ходу спросил он подчиненную. — Я надеюсь, план-то у тебя есть?

— Конечно, — отозвалась та. — Подойти, открыть дверь, прилепить на ее внутреннюю сторону мину, захлопнуть и скрыться. Бомба рванет через три секунды после соприкосновения с поверхностью. На всё должно уйти несколько мгновений. Надеюсь на фактор неожиданности — всё произойдет так быстро, что никто даже не успеет сообразить, что что-то нужно делать.

— А ты не думаешь, что Академия готова к тому, что кто-нибудь из нас попытается провести какую-нибудь диверсию, и уже предприняла необходимые меры? — Джозеф чуть не врезался в бежавшего ему навстречу человека с пыльным мешком.

— Академия готова к тому, что Я попытаюсь провести какую-нибудь диверсию, — поправила его Дейдара, заходя следом за "островитянином" в большие металлические двери ангара. — Насчет вас они не волнуются, так что можете расслабиться.

— Почему это?! — Джозефу было немного досадно.

— Потому что если кому и поручили нашу с вами нейтрализацию, то только Вике... Далиле. Она знает нас лучше всех. А у нее на ваш счет сложилось однозначное мнение. Ну? И где здесь мои вещи? А. Вижу-вижу!

— Какое это? — сварливо поинтересовался Джозеф, наблюдая, как Дейдара рылась в коробках.

— А-то вы не знаете? — отозвалась та, выкладывая на пол какие-то предметы.

Оперативник решил, что догадывается. Почувствовал раздражение.

— Что это? — спросил он, чтоб сменить тему разговора.

— Мои разработки, — отозвалась Дейдара, не возражая против этого. — Захвачу с собой на случай, если придется отбиваться. Как думаете, милый старичок одолжит мне ту замедляющую время штуку? А то что-то как-то мне пока не хочется повторять опыт со своим аналогом.

— Не знаю. Спроси сама. Думаю, что не откажет.

Джозеф помолчал.

— Тебе не жалко свой "остров"? — спросил он, наконец, понимая, что раз Дейдара знала о том, что ее имущество эвакуировано, значит, была в курсе постигшей его судьбы.

— Жалко, — ответила та. — Я сама его проектировала, создавала, спорила с психологами о том, что там должно быть, а чего нет. Однако в некоторых ситуациях определенные жертвы неизбежны. Он навсегда останется в моем сердце и памяти. Так. Я готова.

— Я с тобой пойду, — мрачно сообщил Джозеф, когда Дейдара закончила расталкивать свои разработки по карманам.

Та удивленно к нему обернулась. Пару раз недоуменно моргнула.

— Зачем? — спросила, наконец, она.

— Затем, что я буду себя очень погано чувствовать, если отпущу тебя одну, — буркнул Джозеф.

— Да?!

— Это что, настолько удивительно?! — разозлился он, увидев лицо подчиненной с выражением смеси недоверия и крайней степени растерянности.

— Да, — не стала изворачиваться та. — Немножко. Только мы там друг другу мешаться будем, — быстро увела разговор в сторону от щекотливого момента.

— Одна ты не пойдешь, — заупрямился Джозеф.

Дейдара глубоко вздохнула, прикидывая варианты. Она не сомневалась, что присутствие руководители лишь всё усложнит. Всё же не стоило так акцентировать внимание на том, что никто его всерьез не воспринимал.

— Ладно, — нашла выход она. — Будете стоять на стрёме. Если у меня возникнут проблемы, вмешаетесь и поможете.

Гектора всё-таки выловили и выпросили у него замедлитель времени.

— На сноуборде кататься умеете? — спросил он у Дейдары.

— Э-э-э... Не знаю, — отозвалась та, жадно разглядывая прочие вывезенные из магазинчика диковинки. — Ни разу не пробовала. А что?

— И при этом не знаешь? — усмехнулся Джозеф, прикидывая, чем бы ему тоже вооружиться для самоуспокоения.

— Вдруг у меня врожденный талант!

— М-м-м... Ну, давайте, это проверим, — торговец махнул рукой, приглашая следовать за ним.

Наличие в нейтральном пространстве стоянки Джозефа даже не удивило — платформы же явно где-то нужно было держать. Они, подобно лодкам, привязанным к пристани, парили во тьме сознания, держась у "причала" не понятно за счет чего. Широкая бетонная полоса, выполнявшая его функции, одним концом упиралась в дверь, о существовании которой Джозеф и не подозревал. "Ну да, логично, что здесь есть запасной выход", — подумал он.

— Вот. Генри для себя заказал. Управлять сложно, зато скорость и маневренность гораздо выше, чем у стандартной модели.

Гости посмотрели на скромный серенький сноуборд, притулившийся среди крупных неповоротливых транспортных средств.

— Ездить на нем он так пока и не научился, — добавил старик с легкой усмешкой.

— А он не будет возражать, если я его возьму? — поинтересовалась Дейдара, подтягивая крошечную платформу к себе.

— Ты же не умеешь кататься! — напомнил ей Джозеф.

— Так, ноги втыкаются сюда... — стажерка его игнорировала, разбираясь с устройством попавшей ей в руки игрушки. — Помогите кто-нибудь затянуть крепления.

— Послушай, это ведь чистое самоубийство! — взорвался оперативник. — Ты сломаешь себе шею прежде, чем доберешься до "офиса"! Или свалишься вместе с бомбой и подорвешь саму себя!

— Кажется, нормально, — Дейдара, самостоятельно справившись с задачей, пошевелила ногами, убеждаясь, что те были крепко зафиксированы.

— У тебя нет ни малейшего представления, как управлять этой штукой!

— Не правда! Я видела по телевизору! Успокойтесь, я сейчас попробую, если ничего не получится, то откажусь от этой идеи. Могу я хотя бы попытаться?!

— Хорошо, — успокоился Джозеф. — Попытайся.

Дейдара принялась кочевряжиться со сноубордом. Тот, судя по всему, тоже задумывался парящим в воздухе. Стажерке даже удалось поднять его вверх, и теперь она стояла, раскачиваясь и отчаянно размахивая руками, стараясь сохранить равновесие. Джозеф с Гектором с интересом за ней наблюдали, временно позабыв о делах. Иные коровы на льду смотрятся изящней.

— Я хотел спросить, — бывший Обладатель отстраненно глядел, как его подчиненная, навернувшись, силилась подняться с пола. — Подрыв "острова" никак не скажется на моем здоровье?

— Думаю, нет, — отозвался старик.

— Думаете?! — Джозеф сразу потерял к девушке всякий интерес.

— Успокойтесь, всё в порядке. Вы почувствовали какие-нибудь изменения в самочувствии? Полагаю, нет — иначе уже давно бы об этом сказали. К тому же, особенность примененной взрывчатки заключается в том, что она уничтожает лишь зоны рекреации и их порождения. Всё остальное остается невредимым.

Джозеф задумался.

— А для "офиса"...

— То же самое. Исходя из того, что "острова" созданы Академией и взрываются только так, мы не видим причин, почему с ним ситуация должна быть иной. Так что находящиеся внутри люди в полной безопасности.

Джозеф вспомнил, как он выбирался из полыхавшего магазинчика, рискуя обгореть и получить крупным обломком по голове или любой другой части тела, но решил не акцентировать на этом внимание старика. Тот все равно бы ответил что-то из разряда: "Но в итоге же вы не пострадали".

— Я поняла, как это делается! — радостно воскликнула Дейдара, пролетела несколько метров и снова упала.

В итоге Джозеф гордо ехал на большой неторопливой платформе, куда свалили и чемоданчик с миной, и прибор, замедляющий время, и вообще всю кучу барахла, что они захватили с собой на всякий случай. Дейдара сидела на краю, свесив ноги в сноуборде, которым она таки действительно в последний момент научилась сносно управлять.

— Вы меня слышите? — раздалось в ухе у Джозефа.

— Да, — отозвался тот, прикладывая к нему ладонь.

— Это я — ученый, сделавший бомбу. Буду держать с вами связь в течение всего времени, пока вы не закончите. Можете звать меня Биллом.

— Хорошо, Уильям. У нас пока всё хорошо — до места даже не добрались.

— Шеф просил передать, что почти все работники подразделения, вышедшие на "острова", вернулись в "офис". Вне его в настоящий момент находятся лишь двое.

Дейдара вяло прислушивалась к разговору, вертя в руках какую-то из своих разработок. Ей тоже выдали крошечный наушник, однако принимать участие в беседе она не сильно стремилась. Стажерка была мрачна и задумчива. Джозеф решил, что она, наконец, начала волноваться, и что ей это полезно.

На горизонте замаячила искомая дверь.

— Остановите здесь, — попросила Дейдара.

Джозеф подчинился.

— Мы прибыли, — сообщил он Биллу.

Дейдара осторожно извлекла мину из чемоданчика, положила ее рядом с собой. Занялась сборкой устройства, замедляющего время. Оперативник смотрел на это с осуждением — он сделал бы все в обратном порядке.

— Ладно, я пошла, — стажерка спрыгнула с края платформы и немного неуверенно воспарила на доске.

Убедилась, что держать равновесие не разучилась, задумчиво уставилась на прибор, сиротливо лежавший там, где она его оставила. Пришлось примотать его веревкой к груди — занимать руки чем-то, кроме мины, Дейдара не хотела.

— Ждите тут, — сурово велела она Джозефу.

— Я с первого раза понял, — раздраженно буркнул тот в ответ.

Помедлив пару секунд, Дейдара сгребла бомбу в охапку и щелкнула тумблером устройства. Время для нее сразу же потекло гораздо медленней, чем для всего остального мира.

— Она приступила, — сообщил Джозеф по переговорному устройству.

Он напряженно следил за тем, как девушка неестественно быстро полетела к двери. Успел подумать, что большой для них неудачей являлось то, что та открывалась внутрь, а не наружу, что бы существенно облегчило задачу. Дейдару явно что-то тяготило и беспокоило. Объяснение этого обычным волнением перед опасным делом уже не казалось исчерпывающим. Джозеф заметил, что у него вспотели ладони. На всякий случай завел платформу и приготовился в любой момент либо ехать выручать подчиненную, либо же быстро мотать в обратную сторону, если та справится самостоятельно.

Дейдара остановилась у входа в "офис" и с тяжелым сердцем посмотрела на мину. Она сама толком не могла понять, что ей не нравилось. Вздохнув, ухватила взрывчатку удобней и решительно нажала на дверную ручку.

Так. Теперь спокойно и осторожно. Движения четкие, выверенные. Без паники. Открыть дверь наполовину. Сунуть в образовавшуюся щель руку с бомбой. Прижать последнюю к двери. Подержать две секунды, чтоб она закрепилась. Выдернуть руку. Закрыть вход. Улететь к платформе.

Дейдара снова глубоко вздохнула, концентрируясь, и приступила к выполнению. Проблемы начались сразу же — за дверью стоял Ник, явно планировавший выйти. Увидев бывшую коллегу, он растерялся. Дейдара, смешавшись лишь на долю секунды, широко ему улыбнулась. Тело двигалось само: рука пролезла в щель, прицепила мину. Всё-таки удобно быть раза в два быстрее всего остального мира. Ник недоуменно на это всё смотрел, соображая, что надо бы привлечь внимание остальных работников подразделения к происходившему. Однако времени, что потребовалось Дейдаре на то, чтоб всё закончить, не хватило ему даже на то, чтоб додумать эту мысль до конца. Убедившись, что бомба прикрепилась, диверсантка приготовилась отступать, но, посомневавшись, наоборот влетела чуть дальше в "офис" и из-за всех сил толкнула Ника рукой в грудь, отшвыривая его от эпицентра будущего взрыва.

Почувствовала, как что-то холодное обмотало ее запястье. Дейдара стрельнула взглядом в сторону. Ну так и есть. Это изобретение Виктора она знала — ученый чуть менее недели назад жаловался ей, что разрабатываемая им система защиты "офиса" от несанкционированного проникновения срабатывала не мгновенно, а с задержкой в две с половиной секунды. Возле входа были установлены узкие почти незаметные панели, плевавшиеся клейкими слизистыми соплями в каждого, кто заранее не был внесен в список допущенных лиц, связывая и обезвреживая. Еще утром их не было. Чёрт! А мина вот-вот рванет!

Дейдара, прежде чем последует второй залп густой плотной слизи, схватилась за дверную ручку и со всех сил рванула назад, силясь захлопнуть дверь и обрубить обвивший ей руку противный отросток. Тот оказался прочным, сильным и стремившимся попасть обратно внутрь "офиса", захватив с собой и свою добычу. Девушка не удержала равновесие и упала. Услышала, как от удара у нее на груди щелкнул тумблер устройства, возвращая ее личному времени нормальную скорость. В оставшуюся щель между дверью и косяком к ней тянулись новые полупрозрачные склизкие щупальца.

В этот момент таки прогремел взрыв. Из приоткрытого дверного прохода полыхнуло огнем. Дейдара почувствовала, как кто-то схватил ее за плечи и резко дернул назад и вверх. Вцепившаяся в нее плеть слизи лопнула и безвольно повисла на запястье. Дверь, наконец, захлопнулась.

— "Ждите тут", "ждите тут", — послышался раздраженный голос. — Ладно я ближе подлетел, не то сидела бы сейчас обгорелая.

— А, — Дейдара поглядела на своего мрачного руководителя. — Нет. Мне же, вроде, пламя бы вреда не причинило, — не очень уверенно произнесла она. — Билл же говорил...

Вспомнила, как сама инстинктивно полезла "спасать" Ника, в результате потеряв драгоценные доли секунды и попав под защитные сопли. Перевела взгляд на прицепившийся к руке оплавленный слизистый отросток. Попробовала его от себя отодрать. Тот держался намертво. Всё-таки идея лезть в "офис" с замедляющим время прибором была хорошей — перемещайся Дейдара чуть медленней, ее оплело бы куда сильней и, скорее всего, выбраться бы ей не удалось.

— Эй, ну что у вас там? — услышали оба голос ученого.

— Кажется, закончили, — ответил Джозеф. — Столкнулись с рядом трудностей, но, думаю, теперь всё в порядке. Уже возвращаемся.

— Погодите пока, — Дейдара сунула руку в карман и извлекла уже знакомую ему наклейку.

Прилепила ее к обрывку своих пут. Снова дернула. Тот отвалился и растекся вонючей лужей.

— Ты обокрала Далилу? — спросил Джозеф.

— Нет, просто, зная принцип действия, ничего не стоит воссоздать... Вот гадство!

На коже девушки вокруг запястья в месте соприкосновения с соплей краснел ряд слегка кровоточивших проколов.

— Виктор-зараза! — прорычала Дейдара, стирая кровь ладонью. — Что тебе стоило закончить эту свою систему защиты чуть позже?!

— Что это? — напрягся Джозеф.

— Это — гарантия того, что в Академии теперь будет известно мое местонахождение. Эта склизкая мерзость ввела мне под кожу микропередатчики!

— Я тебя поздравляю! — буркнул Джозеф. — Значит, тебе теперь и близко нельзя подходить к нейтральному пространству. На этом твое участие в спасении "архипелага", считай, заканчивается.

— Че-е-е-рт! — Дейдара сердито сорвала с груди замедляющее время устройство, стащила с ног сноуборд, плюхнула его рядом с собой на платформу.

— Что у вас там? — повторился Уильям, слышавший разговор, но не понявший, о чем речь.

— У нас проблемы! — рявкнула Дейдара. — Похоже, я выбываю. Ухожу "наружу" и, видимо, уже не вернусь. Прощайте!

— Как это?!

Стажерка гневно отключила наушник.

— Подкиньте меня до моей тьмы сознания, пожалуйста! — попросила она начальника.

— Каким это образом, интересно?

Оба гневно друг на друга уставились. Вынырнуть можно, лишь находясь в собственном сознании, они это знали. Для своих целей "архипелаг" приспособил межостровное пространство Джозефа, так что для того, чтоб попасть отсюда к девушке, необходимо было, как минимум, вернуться в "архипелаг" и через него выйти, куда нужно.

— Хм-м... — нахмурилась стажерка.

— Объясните, что происходит! — Билла слышал теперь лишь оперативник.

— У нас серьезные проблемы, — ответил тот. — Дейдара не может вернуться в нейтральное пространство, потому что это выдаст его местонахождение Академии. Уйти "наружу" — тоже, потому что в данный момент находится в моем сознании и по понятным причинам отрезана от своего. Как-то так.

В наушнике глубокомысленно молчали.

— Минуточку, — сказал, наконец, ученый и отключился.

Они посидели в тишине возле двери в "офис".

— Сколько понадобится времени на то, чтоб восстановить выход? — поинтересовался Джозеф.

— Немного, — ответила Дейдара. — Около получаса.

Джозеф раздраженно вздохнул — стоило ли тогда вообще устраивать эту диверсию, раз она почти ничего не давала?! Решил, что за тридцать минут тоже можно многое успеть, и успокоился.

— Двое, которых не было внутри, получается, теперь заперты на "островах", где находились в момент взрыва?

— Да, пожалуй, — согласилась Дейдара. — Радует, что мы так и не дошли до способа путешествовать по зонам рекреации, минуя "офис"...

Снова нахмурилась.

— Мне не нравится... — начала она.

— Что?

— Мне не нравится количество человек, вышедшее на "острова". Зачем это было нужно?

— Шесть? Это имеет значение?

— Не знаю, — Дейдара откинула со лба длинную кудрявую челку. — Может быть. Просто для того, чтоб в зонах рекреации было проще ориентироваться, они поделены на шесть групп в зависимости от того, какие у них координаты. Меня беспокоит...

— Алло, вы меня слышите? — раздался в наушнике голос Гектора.

— Да-да, — отозвался Джозеф.

— Мне сообщили о вашей ситуации. Короче, недалеко от вас находится недостроенное нейтральное пространство. Мы были вынуждены его забросить, оно держится на уже полностью эвакуированных "островах", и, по сути, представляет собой просто большую платформу. Там нет ни двери, ни стен. Оттуда невозможно перейти в другое сознание или какую-либо зону рекреации. "Архипелагу" оно не нужно, если на него выйдет Академия — ничего страшного. Езжайте пока туда, я объясню, как. Мы подумаем, что можно сделать, чтоб вывести девушку "наружу", но, боюсь, в настоящее время у нас куча других дел и проблем, представляющих для нас куда большую важность. Извините.

— Да, хоро...

— Скажите, вы обследовали "острова", куда заходили люди из "офиса"? — неизвестно когда успела снова включить свой наушник Дейдара.

— Я не рискнул туда никого посылать на случай, если их уже обработали этой программой, — ответил торговец. — Но несколько минут назад мы запустили туда роботов с видеокамерами. Сейчас с вами разберусь и вплотную займусь этим вопросом.

— Потом мне сообщите, пожалуйста, — попросила Дейдара.

— Ладно. Теперь объясняю дорогу...

Недостроенное нейтральное пространство оказалось именно таким, каким его себе представлял Джозеф — огромная серая унылая площадка. "Островитяне" не успели до конца вычленить ее из тьмы сознания. Не понятно, правда, чьей — насколько оперативник помнил объяснения торговца, нейтральные пространства находились вне какого-либо конкретного разума, черпая силы сразу из многих. Однако со стороны заброшенная стройка выглядела так, словно целиком и полностью находилась в голове у Джозефа. Успокоив себя мыслью, что, скорее всего, такое впечатление возникало из-за того, что "архипелаг" проявил и открыл для доступа его межостровное пространство, а не потому что та действительно там базировалась, тот всё же решил потом, когда все закончится, полежать в больничке под капельницей. Все эти манипуляции с его сознанием серьезно его волновали.

— Спасибо, что подвезли, — Дейдара соскочила на бетонную площадку. — До свидания.

— Что значит "до свидания"? — не понял Джозеф, припарковывая платформу.

— Вы не поедете обратно в "архипелаг"? — удивилась Дейдара.

— Во-первых, я там не нужен. Если буду — мне сообщат. Во-вторых, ты что, принимаешь меня за человека, способного бросить свою подчиненную в одиночестве в опасную минуту?

— Ой, да где вы опасность-то разглядели? — небрежно махнула рукой Дейдара. — Я бы чудно посидела тут одна, покаталась бы на сноуборде, подумала о вечном...

— Я не понял, ты меня что, гонишь?

— Нет, просто... Ладно, как хотите.

Джозеф тоже спустился с платформы и аккуратно смотал небрежно брошенную девушкой веревку — он помнил, как Гектор дрожал над своими вещами и не хотел лишний раз нервировать его в и без того трудную минуту.

— Ты не знаешь, — окликнул он Дейдару, всё еще беспокоясь из-за взрывов в своем сознании, — что это за взрывчатка, что не причиняет вреда Обладателям?

— А. На основе вытяжки из кошки, — отозвалась та, отстраненно бродя по площадке.

— Что? — Джозеф решил, что ему послышалось.

— Ну а что? Вы же сами знаете, что девочка разрушает "острова". Кошка подверглась той же мутации, что и ребенок, так что данная способность у нее тоже имеется, хоть и в менее выраженной форме. Ученые взяли ее кровь, в лабораторных условиях хорошенько с ней поработали, увеличили концентрацию... Ну и так далее. В итоге получили взрывчатку.

— И как Академия не забрала животное себе? — недоуменно буркнул Джозеф.

— А зачем оно там? Далила приносила его как-то в "офис". Ямаха его даже осмотрела. Все подивились и покачали головами. Однако, поскольку отсутствовали какие-либо возможности изучения кошки, Вика отнесла ее обратно. Это вам не "архипелаг", где можно найти специалистов чуть ли не любого профиля и проводить самые невероятные эксперименты. Впрочем, эту проблему как-нибудь бы решили, если б в тщательном обследовании кошки была острая необходимость. А так, напрягаться из праздного любопытства, когда есть куча других неотложных дел...

— Ясно.

— Кстати, вы обратили внимание, что они с девочкой — похоже, единственные "островитяне", способные перемещаться по межостровному пространству без платформ?!

— А. Да, — Джозеф впервые над этим задумался.

Интересно, эвакуировал ли ребенка "архипелаг"? Оперативник чувствовал себя ответственным за судьбу маленькой "островитянки": всё-таки это ведь по его вине она стала тем, чем стала.

— Алло, — послышался взволнованный голос Билла. — Шеф сказал, что вас интересует результат осмотра "островов"...

— Да-да! — оживилась Дейдара.

— Короче, там всё тухло. На всех шести установлены какие-то непонятные устройства. При приближении к ним наши роботы вышли из строя. Зафиксировано какое-то исходящее от них излучение. Мы пытались забросить новых, но вход в эти зоны рекреации оказался заблокирован. Мы не можем туда попасть. Согласно записи, переданной разведчиками до поломки, находящиеся там "островитяне" ведут себя неадекватно: спокойно ходят, занимаются всякой ерундой, забросив приготовления к эвакуации. Короче, мы их потеряли. Ладно додумались не людей послать на разведку, а машины... — ученый замолчал.

— Что это такое? — обратился к помрачневшей подчиненной Джозеф.

— Понятия не имею, — буркнула та.

Дейдара злилась, что от нее сумели скрыть столь крупную разработку.

— Спроси про группы "островов".

— Я и без того уверена, что все эти зоны рекреации находятся в разных. К тому же, сомневаюсь, что "архипелагу" известна принятая Академией для собственного удобства их классификация.

— Тебе сложно уточнить?

— Алло, Билл. Би-и-илл! Вот видите, он уже отключился.

Дейдара решительно прошагала к платформе и взялась перебирать лежавшие там вещи.

— Что потеряла?

— Ничего. Просто готовлюсь к битве, — совершенно серьезно ответила она.

— Считаешь, она будет? — насторожился Джозеф.

— Если в Академии найдут способ, как сюда попасть, то непременно.

— Думаешь, там настолько нас опасаются, что бросят все и займутся нашей нейтрализацией? По мне так ты слишком преувеличиваешь наше значение.

— Отнюдь, — Дейдара отложила в сторону уже знакомый ей по вылазке на "остров" Джастина футуристический пистолет. — Я в настоящее время представляю для них огромный интерес, как единственная зацепка за то, что могли задумать в "архипелаге". Виктор или кто-то еще из-за этих чертовых микродатчиков получает сигналы о том, что я нахожусь где-то за пределами всех "островов". Это явно наведет их на мысль, что "островитяне" могут эвакуироваться сюда же или в подобное место. Поэтому обнаружение, захват и допрос меня сейчас стоит у них среди первоочередных задач.

Джозеф задумался. Пожалуй, подчиненная была права. У них оставалось примерно полчаса на то, чтоб отослать ее "наружу", иначе...

— Что ты делаешь? — оперативник отвлекся от своих мыслей, увидев, что Дейдара выдергивала пробку из бутыли с жидкой радугой.

— Устраиваю поле боя так, как мне удобно, — ответила та, с опаской нюхая содержимое.

Пахло дождем.

— Мне интересно, чем ты руководствовалась, когда брала это с собой, — Джозеф скрестил руки на груди, недоуменно наблюдая за тем, как Дейдара капала разноцветную гелеобразную жидкость то там, то здесь на бетонной площадке.

— Вдохновением, — отозвалась та.

Яркие лужицы уходили в пол, не оставляя и следа.

— Я думал, что оно иначе выглядеть будет, — произнес Джозеф слегка разочаровано.

Подчиненная продемонстрировала ему бок бутылки с приклеенной к нему слегка изменяющей свойства вещи наклейкой.

— А.

Так и не поняв, зачем это Дейдаре было нужно, Джозеф решил ничего не спрашивать, понадеявшись, что та знала, что делала.

— Вы всё еще хотите остаться? Может быть, всё же уйдете?

— Отстань от меня уже! Где хочу, там и нахожусь, понятно, да?!

— Ладно-ладно, не кипятитесь, — Дейдара с жалостью поглядела на практически опустевшую ёмкость и выплеснула остатки радуги на пол.

Направилась к платформе за следующим выпрошенным у торговца чудом.

— Говоришь, сюда Далилу пошлют, да? — немного нервно поинтересовался Джозеф, представляя, насколько опасным противником могла оказаться его вторая подчиненная.

— Да. Вика, правда, не хотела бы со мной сражаться и согласится с большой неохотой...

— Ты настолько веришь в вашу дружбу? — немного цинично усмехнулся оперативник.

— Нет. Просто я знаю, что она меня боится и в обычных условиях предпочла бы не связываться, — спокойно ответила Дейдара, волоча на удаленную часть площадки какое-то устройство.

— Что? — переспросил Джозеф, шагая следом. — Как это?

— Видите ли, — девушка остановилась, налепила очередную наклейку на пол и поставила поверх нее свою ношу.

Та утонула в бетоне так, словно тот был еще жидким, а не давно затвердевшим.

— Я могу предсказать ее действия в восьмидесяти шести процентах случаев, она мои — только в двадцати четырех. Ей это тоже известно. Не зная, что в следующий момент придет мне в голову, она чувствовала бы себя крайне неуверенно в качестве моего противника. К тому же, помимо собственной бешеной фантазии на моем счету еще десятки просмотренных аниме. Можете мне поверить, от некоторых использованных в них идей я сама до сих пор в легком шоке. Разум неподготовленного человека же вообще при столкновении с ними, скорее всего, отключится, чтоб избежать глубокой психологической травмы.

Дейдара с довольным видом похлопала себя по карманам, где лежала часть ее разработок.

— Ты сама хоть что-нибудь изобрела? — поинтересовался Джозеф. — А то пока всё, что я видел, где-то тобой подсмотрено...

— Вы меня пытаетесь оскорбить? — стажерка снова пошла к платформе.

— Нет, просто спрашиваю. Кстати, а мне что делать?

— Сидеть в уголке и не мешаться, — буркнула Дейдара, снова принимаясь рыться в куче вещей на платформе. — Э-э-э... В смысле, я сейчас закончу и все вам объясню. Подождите немного.

Джозеф решил пропустить первую фразу мимо ушей, придя к выводу, что было не время и не место для возмущений, обид и воспитательных бесед.

— Я тут подумал, — сказал он. — А не лучше ли бросить платформу здесь, а самим уйти в тьму сознания пешком? Тогда Академия не увидит нейтрального пространства, не поймет принципа его работы и не будет знать, что ей искать.

— Можете не волноваться, — отозвался неизвестно когда вернувшийся на связь Уильям. — Поскольку место, где вы сейчас находитесь, не завершено, оно разительно отличается от того, чем должно было стать в итоге. Если ваши ученые попытаются выйти на "архипелаг", используя сведенья, полученные при изучении этого недостроенного нейтрального пространства, то смогут обнаружить лишь такие же заброшенные стройки.

— К тому же, вероятность того, что работники подразделения смогут попасть ко мне в разум...

— Не больше и не меньше возможности, что они найдут дорогу сюда, — закончил за оперативника Билл.

— Но... — Джозеф хотел сказать, что Гектор уверял, будто дверь из "офиса" теперь работает лишь в одну сторону, так что никто сквозь нее не пройдет, потом вспомнил о собственных сомнениях по этому поводу, а также древнюю угрозу Далилы, что Академия сможет до него добраться через сознание, даже если он деинсталлирует "остров".

Глубокомысленно замолчал. Мда. Действительно, пусть уж лучше битва произойдет в никому не нужном, заброшенном месте, чем в его и без того ставшей проходным двором голове.

— Так, ладно. Это вам, — Дейдара, судя по всему, сделала всё, что хотела.

— Что это? — Джозеф принял из ее рук охапку непонятной ерунды, из которой он узнавал лишь тонкую стопочку наклеек.

— Сейчас расскажу. Пистолет, кстати, на всякий случай, тоже возьмите...

— Ты предлагаешь мне пристрелить твою подругу?!

— Я же сказала "на всякий случай"! Да, эти штуки, — Дейдара указала на собственную реализацию украденной у Далилы идеи, — теперь многоразовые. Я их усовершенствовала.

— Надеюсь, хотя бы перед применением убедилась, что они работают, как надо? — мрачно полюбопытствовал Джозеф, припоминая, как подчиненная уже однажды отравилась своим изобретением.

— За кого вы меня принимаете?! — делано оскорбилась собеседница.

Ответить, за кого именно, оперативник не успел.

Площадка содрогнулась. Из пола невдалеке от людей стала подниматься грубая, впопыхах сделанная дверь. Дейдара, не теряя времени зря, подбежала к платформе и разбила об нее небольшую стеклянную сферу.

"Невидимость?" — рассеянно подумал Джозеф, которому Гектор в свое время что-то такое показывал.

Он оказался прав. Средство транспорта со всем, что продолжало на нем лежать, исчезло. Насколько Джозеф помнил, лишь человек, разбивший прозрачный шарик, продолжал видеть скрытый предмет.

— Полчаса же еще не прошли, — неуверенно проговорил он, глядя на практически полностью появившуюся дверь.

— Значит, они справились раньше, — буркнула Дейдара, спешно оглядываясь, не забыла ли она чего-нибудь сделать.

— А если попробовать ее подстрелить? — оперативник задумчиво глянул на врученный ему пистолет.

— Попробуйте.

Джозеф выстрелил и даже попал. Брызнули щепки. Однако снесенная красным энергетическим снарядом верхняя часть двери очень скоро вернулась на место.

Оперативник пальнул еще пару раз. Дверь всё равно тут же восстанавливалась. Стрелок был разочарован и немного злился.

— Что со всем этим делать?! — указал он на ворох загадочных карточек в свободной от оружия руке. — Как пользоваться?!

— Наклейки — клеить, загадывая, как именно должны измениться свойства объекта. Остальным — кидайтесь во врагов. Объяснить подробней уже не успею, — Дейдара нахмурилась и приготовилась.

Дверь окончательно выросла. Приоткрылась. В щель что-то влетело, стукнулось о пол и взорвалось. Дым тут же рассеялся. Джозеф никакой разницы не почувствовал.

— Зря тратите боеприпасы, — крикнула Дейдара. — "Островитян" здесь нет.

— А ты ломанулась бы в неизвестное место, не обеспечив минимум предосторожностей? — послышался мрачный голос Далилы.

Дверь распахнулась и она вошла.

— Здрасте, — поздоровалась хмуро. — Давно не виделись.

— Как поживаешь? Надеюсь, у тебя всё хорошо? — похлопала глазами Дейдара.

— Полагаю, лучше, чем вы, — Далила огляделась. — В общем, предлагаю пойти со мной. Это сэкономит время и силы всем нам.

— Знаешь, а у меня сегодня как раз такое навязчивое стремление тратить. Будь я сейчас в магазине, спустила бы кучу денег на всякий ненужный хлам...

— Ты одна? — спросил Джозеф недоверчиво.

— Нет, — отозвалась Далила. — На "острове", с которого я сюда зашла, остался Шервуд. Сейчас он закончит фиксировать вход и тоже подойдет.

— А быстро вы восстановили дверь, — протянула Дейдара, пристально рассматривая подругу, надеясь определить, что у той с собой было.

— Работы всё еще ведутся. Просто мы сразу находились вне "офиса", — ответила Далила, с интересом оглядываясь. — Значит, "архипелаг" способен создавать такие площадки и теперь надеется укрыться на них?

— Черт, как неудачно, — вздохнула Дейдара, складывая на груди руки. — Тебе что, было сложно сидеть внутри? Нет чтоб Нату взрыв застал на "острове"... Это очень подло с твоей стороны, да будет тебе известно.

— Ну уж извини.

Джозеф стоял и смотрел, как его подчиненные болтали, как ни в чем не бывало. Происходившее пока не сильно походило на эпичную битву, к которой он себя морально готовил.

— Те штуки, что вы установили в каждом секторе. Это благодаря ним вы теперь можете ходить по зонам рекреации без посредничества "офиса"? — поинтересовалась Дейдара.

— Да, — Далила ответила так легко, словно говорила не с человеком, предавшим Академию, и от которого следовало бы скрывать все ее секреты. — Они образуют единое информационное поле, объединяющее "острова" одной группы, в пределах которого можно перемещаться, не возвращаясь из каждой зоны рекреации в "офис" для того, чтоб перенастроить координаты. Переходить из одного поля в другое пока нельзя, но, к счастью, мы оказались на "острове" той же группы, что и часть тех, на которых зиждется эта штука. Кстати, как она называется?

— Нейтральное пространство, — ответил Джозеф.

Далила наградила его внимательным взглядом.

— Если вы пойдете со мной и согласитесь рассказать, что знаете, то, я обещаю, что смогу убедить Александра Борисовича и всех остальных не применять в отношении вас санкций и освободить от ответственности.

— Заманчиво, конечно... — горько вздохнул Джозеф, дивясь самому себе. — Но что-то как-то...

Он не знал, как закончить фразу. За этот день оперативник уже привык к мысли, что на его жизни поставлен жирный крест. Теперь же, когда ему предлагали вполне реальный выход из ситуации, в которой он внезапно для самого себя оказался, почему-то не хотелось соглашаться на предложение. Джозеф просто покачал головой и твердо посмотрел в глаза бывшей соратнице.

— Знаете, я рада, — к его удивлению ответила та, слегка улыбаясь. — Меня немного волновали ваша апатия и полное отсутствие мотивации к чему-либо. Так что я довольна, что в этот раз вы проявили характер.

Джозеф злобно скрипнул зубами. Его уже реально бесили эти разговоры.

Дверь снова открылась, вошел Шервуд. В руках он нес небольшой чемоданчик.

— Ничего личного, — вздохнула Далила, вынимая из кармана жакета какую-то вещицу. — Я просто делаю свою работу.

— Подожди! — воскликнула вдруг Дейдара, оживляясь. — Давно мечтала когда-нибудь это сказать, а тут такой случай представился.

Девушка встала в пафосную позу и надменно произнесла:

— Я всегда знала, что однажды нам придется скрестить с тобой мечи.

Далила не удержалась и фыркнула.

— Что ж... Давайте надеяться, что в итоге нас пошлют на один и тот же лесоповал, — весело подмигнула начальнику бунтарка и вдруг топнула ногой.

Из пола взмыли яркие радужные столбы.

20.

Выглядело это красиво и очень эффектно. Сверкающие семицветные колонны, вырвавшиеся чуть ли не из-под ног представителей Академии, на пару секунд выбили из колеи даже Джозефа. Однако Далила, судя по всему, к чему-то такому была готова. Пока ее напарник беспомощно озирался, теряясь и не зная, как реагировать, она быстро хлопнула себя по лацкану жакета, и вокруг нее с Шервудом тут же вырос защитный прозрачный купол. Дейдара довольно оскалилась.

— Я вас очень прошу, — шепнула она Джозефу. — Делайте вид, что ужасно не хотите соприкасаться с радугами.

Стажерка торопливо сунула руку в карман.

Оперативник серьезно кивнул.

— А что они делают? — поинтересовался он, с опаской глядя на цветные лучи-прожектора.

— Украшают местность, — пожала плечами Дейдара, подкидывая в воздух крошечную фигурку птички. — Настраивают меня на лирический лад...

— И всё?! — не поверил своим ушам Джозеф, ожидавший чего-нибудь крайне опасного или неприятного для противников.

— Они же об этом не знают, — взмыв достаточно высоко, игрушка превратилась в огромную пернато-чешуйчатую крылатую тварь, заверещавшую дурным голосом. — И будут нервничать из-за моих радужек, отвлекаться на них, пытаться нейтрализовать или уничтожить.

"Птица" бешено вращала глазами, не затыкаясь ни на секунду, и парила кругами над площадкой. Со стороны щита в нее тут же полетели какие-то снаряды.

— Видите ли, — так же шепотом продолжила Дейдара, спешно вертя в руках какую-то очередную свою пакость, — Вика верит в причинно-следственные связи. Везде ищет логику и тайный смысл. Ей и в голову не приходит, что иногда банан — это просто банан. В этом ее главная слабость.

— Огромная страшная вопящая тварь, летающая над нами, — это просто огромная страшная вопящая тварь, летающая над нами? — уточнил Джозеф свою догадку.

— Именно! Для атмосферы.

Оперативник поглядел на спешно рывшегося в своем чемоданчике Шервуда, на производившую какие-то манипуляции со щитом Далилу. Отделявшиеся от него и летевшие в чудище крупные снаряды-капли свистели в воздухе, не причиняя вреда успевавшему уклоняться существу. Эти двое явно не считали "птичку" просто декоративным элементом.

Джозеф вспомнил, что тоже должен что-то делать. Отошел подчиненной за спину. Прикрыл рот ладонью, чтоб посторонние не слышали его переговоров с "архипелагом".

— Уильям, вы тут? — Джозеф проводил задумчивым взглядом армию упитанных тараканов в маленьких будёновках, пробежавших в сторону купола, размахивая саблями с криками "Ура-а-а!". — Билл!

— Тут, — устало отозвался ученый.

— Место, где мы находимся, подверглось обработке этой штукой, так что никому из вас сюда нельзя, — быстро докладывал оперативник, наблюдая за противником на случай, если Дейдаре могла понадобиться его помощь. — Академия открыла сюда проход с "острова". Нас обнаружили. Более того, теперь работники подразделения могут переходить из зоны в зону без посредничества "офиса". Там шесть каких-то секторов, я не понял, как они работают.

— Ясно, — после непродолжительного молчания отозвался Билл. — Я сообщу шефу.

— Скажите, что мы здесь долго продержимся, — бросила через плечо Дейдара, кидая перед собой какую-то карточку. — Пусть не волнуются за этот бой. Передайте, что у наших противников нет шансов.

Прямоугольник плотной бумаги с изображением неизвестного Джозефу символа, коснувшись пола, образовал лужу непонятного густого вещества, взмывшего вверх и поглотившего синий переливчатый сгусток, выпущенный Шервудом из фенообразной штуковины, вынутой из чемодана. Волна лопнула и расплескалась обратно.

Последнюю фразу подчиненной Джозеф встретил со скепсисом, но всё же ученому передал.

— Вы "остров" Джастина эвакуировали? — спросил он торопливо, почувствовав, что собеседник собирался закончить разговор.

— Я понятия не имею, — отозвался тот.

— А девочку нашли?

— Нет. Честно говоря, мы ее больше и не искали. Извините, но у меня тут неотложное дело.

Уильям отключился.

Джозеф задумался, отстраненно наблюдая за сражением. Лужа чуть переместилась и вновь взметнулась, ловя очередной снаряд из "фена". Ее снова разорвало изнутри.

— Скажи, я тебе здесь сильно нужен? — нахмурившись, поинтересовался у Дейдары оперативник.

— Нет, — тут же ответила та. — Мне без вас даже удобней будет.

— Тогда я сейчас быстренько кое-куда сгоняю и вернусь, — Джозеф решительно зашагал к предполагаемому месту расположения платформы.

Нашарил ее рукой и прилепил одну из наклеек. Ага, невидимость средства транспорта на него больше не распространялась.

— Да вам, в общем-то, возвращаться не обязательно...

— Нет уж, я вернусь! — разозлился Джозеф, садясь на пол и подтягивая к себе сноуборд.

— Вы же не умеете им пользоваться! — от Дейдары последний маневр не укрылся.

— Вдруг у меня врожденный талант?! — огрызнулся оперативник, приляпывая к доске очередную наклейку. — Ты уверена, что продержишься без меня? — обернулся он к подчиненной, затягивая на ногах крепления.

— Абсолютно.

— Если почувствуешь, что не справляешься, тут же дай мне знать!

— Да уедете вы сегодня или нет?! — раздраженно буркнула Дейдара, равнодушно глядя, как ее лужа шустро перетекала по полу и ловила каждый новый залп.

Когда Джозеф, наконец, скрылся во тьме сознания, она окинула поле боя задумчивым взглядом. Ее птичка летала в вышине невредимая, зато почти все милашки-тараканчики были безжалостно уничтожены. Далила, похоже, уже начинала задумываться над тем, что на них время и силы можно было не тратить, однако пока не до конца свыклась с этой мыслью. Шервуд, убедившись, что его выстрелы, кроме тех, что были направлены на уничтожение воинственных насекомых, с упорством маньяков бросавшихся на щит, не приносили никакого результата, снова рылся в чемоданчике. Отбытию одного из противников они не препятствовали — сокращение их количества им было лишь на руку. Тем более что изначально они шли сюда за одной лишь Дейдарой. Та глубоко вздохнула и полезла в карман.

— Ладно, — сказала она, чему-то загадочно улыбаясь. — Не будем оригинальничать.

Метнула вперед еще одну карточку. Та взорвалась. Во все стороны брызнули искры и крошечные звездочки. Клубы сизого дыма практически тут же рассеялись, явив миру черноволосую фигуру в китайских доспехах. Невесть откуда взявшиеся лепестки сакуры опали на пол. Явившийся окинул округу томным взором и презрительно фыркнул.

Судя по выражению лица Далилы, Шиниромару-сама она узнала, но удивлена, увидев его здесь, не была. Она закатила глаза, покачала головой, вздохнула с видом "Кто бы сомневался" и тоже что-то вынула.

Знойный длинноволосый мужчина шагнул вперед. Далила напряглась и нахмурилась: воинов стало двое. Потом четверо. Затем восемь. Шестнадцать... Шервуд растеряно глядел на всё возраставшее количество вооруженных мечами одинаковых противников и думал, что рановато убрал свой "фен".

Очень быстро толпа заполнила чуть ли не всё свободное пространство вокруг барьера. Радужные блики играли на высокомерно-презрительных лицах и бронзе доспехов. Представители Академии приготовились к бойне — взгляды всех Шиниромару-сама не предвещали ничего хорошего.

И тут все двойники, как по команде, начали раздеваться...

Джозеф летел сквозь тьму сознания мимо мелькавших по бокам от него дверей. Идея, что раз он не умеет кататься на сноуборде, то тому придется научиться его на себе возить, к его собственному удивлению, сработала. Пока доске успешно удавалось пассажира не ронять и продвигаться вперед достаточно быстро. Джозеф оглянулся назад. Оставалось надеяться, что подчиненной хватит ума ему сообщить, если у нее возникнут проблемы. Оперативник всё равно вряд ли бы смог ей существенно помочь, но об этом он предпочитал не думать. У него было дело, которое он просто обязан был завершить.

— Билл, вы меня слышите? — позвал он, прикладывая ладонь к уху.

В ответ тишина. Черт! Просто так летать по межостровному пространству, надеясь в итоге нарваться на нужную дверь, времени не было.

— Билл! — рявкнул Джозеф, незаметно для себя ускоряясь еще больше.

— Он сейчас занят, — послышался усталый незнакомый голос. — У вас что-то важное? Если нет, то...

— Как найти "остров" Джастина? — бесцеремонно прервал его Джозеф.

— Кого? — не понял "островитянин".

— Зона рекреации, откуда родом кошка и девочка, которую недавно все искали, — торопливо перевел оперативник.

— А, — собеседник помолчал. — Короче, это будет седьмая дверь по правую сторону от вас, если считать с того места, где вы сейчас находитесь.

— Спасибо.

Джозеф не стал спрашивать, откуда "островитянину" было известно его местонахождение — он удивился бы, если б выяснилось, что платформы нельзя отследить. На горизонте показался первый из семи входов на "острова".

Куда побежит напуганный ребенок? Домой — в место, где он будет чувствовать себя надежнее всего. Туда, где ему всё знакомо. А подвергшаяся сильной мутации одинокая девочка, чья жизнь, по сути, превратилась в сплошной стресс в условиях тотальной эвакуации, паники и подготовки к локальному Апокалипсису? Э-э-э... Если, конечно, эти вещи еще способны ее напугать. Оставалось надеяться, что тоже домой. Если ее там не окажется, то придется отказаться от поисков и возвращаться к подчиненной: где еще искать ребенка, Джозеф просто не представлял. Не на "острове", где только розовых пони не хватает, же!

Нужная дверь показалась минуты через три. Слишком разогнавшись, оперативник чуть было не пролетел мимо нее.

Эту зону рекреации таки уже успели эвакуировать — судя по всему, мешки чернозема Генри таскал в том числе и отсюда. На месте грядок осталось месиво из грязи, обломанной ботвы и прочего мусора. Плодовые деревья были срублены под корень: "архипелагу" нужна древесина. По-прежнему сиротливо возвышался сарайчик. Его не разобрали на доски и не забрали с собой. Джозеф решил, что, возможно, на это уже просто не хватило времени. Расслабив крепления и высвободив ноги, он бережно положил доску у входа.

Бедный Джастин — не успел реинсталлировать себе "остров", как с ним такая вот ерунда приключилась. Оперативник огляделся. Никого. Понятное дело, что новых ребенка с кошкой "островитяне" забрали с собой, однако Джозеф искал не их. Он сфокусировался на домике. Секунду посомневавшись, пошел к нему.

Остановился возле двери. Пожалел, что не догадался попросить у Гектора парочку оберегов. Взялся за дверную ручку и медленно потянул ее на себя. Внутри клубился уже знакомый мрак. Джозеф с облегчением вздохнул и сполз на пол, прислонившись спиной к косяку.

Несколько секунд сидел молча.

— Привет, — сказал он, наконец. — Ты меня помнишь?

Тишина.

— Мы уже с тобой виделись. В первый раз со мной была лампа, а во второй — ты украла у меня куклу.

Тишина.

— Как она, кстати, поживает? Если уже сломалась, то я могу попросить, чтоб тебе сделали другую. Возможно, меня даже послушают... — Джозеф решил быть максимально честным.

Тишина.

Мужчина снова вздохнул. Он вглядывался в темноту, пытаясь, как в прошлый раз, разглядеть глаза ребенка. Не получалось. До него дошло, что полчаса, теоретически необходимые Академии на восстановление двери "офиса" уже подходили к концу. Так что, возможно, уже очень скоро должна была начаться обработка "островов".

— Слушай, как тебя зовут? — девочку нужно было забирать как можно скорее, однако оперативник оправданно опасался, что та снова могла испугаться и сбежать. — Меня — Джозеф. Или Джо, если хочешь. Джеф, конечно, немного из другой оперы, но на это обращение я тоже не обижусь. А тебя?

Тишина.

— Может быть, Салли? — Джозеф уже начинал отчаиваться получить ответ. — Или Бетти? — он нахмурил лоб, пытаясь сообразить, какое имя могла носить маленькая девочка. — А! Знаю! Ты — Полли!

В темноте послышалось недовольное сопение. Ребенок явно был не в восторге от перспективы зваться Полли или Салли.

— Э-э-э... Оюшминальда? — добившись хоть какого-то отклика, Джозеф решил закрепить успех.

Сопение стало более гневным и обиженным. А еще оно теперь звучало чуть ближе. Джозефу, обратившему на это внимание, стало немного неуютно, но, с другой стороны, именно этого он и добивался.

— Даздраперма фон Кац? — поисковик подумал, что еще парочка таких имен, и ему врежут по голове чем-нибудь тяжелым.

— Нет... — услышал он тихий шелест совсем рядом с собой.

По спине пробежались крупные наглые мурашки.

— А как? — стоило определенного труда не вскочить и не отпрянуть в сторону.

Ответа не последовало. Джозеф решил попытаться зайти с другого края.

— А я недавно твою кошечку видел. Она по тебе скучает.

Оперативник замолчал, давая "собеседнице" возможность обдумать его слова.

— Слушай, идем со мной, а?! — жалобно попросил он через несколько секунд.

У него уже сдавали нервы просто сидеть и ждать. Особенно, если учесть, что в это время где-то сражалась его подчиненная, к которой он обещал быстро вернуться, а в "офисе", возможно, уже приступили к своим планам по "исправлению ошибки". Оставаться спокойным в таких условиях было все труднее и труднее.

— В "архипелаге" тебе будет весело, — Джозеф старался звучать бодро, дружелюбно и убедительно. — Там много всего интересного! Куча детей, животных, игрушек! Можно играть хоть целый день!

Джозеф почувствовал, что стало чуть холодней.

— Не бойся! Тебя там постараются вылечить! Там очень добрые и хорошие люди! Для них не имеет значения, как ты выглядишь!

Оперативник начинал паниковать. Если ребенок не согласится с ним пойти, то он просто не представлял, что ему делать. С одной стороны, у него не было времени на долгие и, возможно, бесперспективные уговоры, однако с другой — бросить девочку он тоже не мог. В конце концов, именно он был виноват в том, что с ней произошло. А если уж смотреть в глаза правде, то и во всей этой ситуации с Академией и "архипелагом". Однако если во втором случае Джозеф мало чем мог помочь, то спасение ребенка считал своим главным долгом. Вплоть до: "Я не смогу смотреть на себя в зеркало, если не сделаю этого". Здесь, конечно, он сильно преувеличивал и прекрасно отдавал себе в этом отчет, однако продолжал так думать, потому что эта мысль его очень мотивировала.

Ответа снова не последовало. Джозеф глубоко вздохнул и поднялся.

— Можно я зайду? Ты же не против? — постоял, прислушиваясь к звукам из сарая.

Ярко выраженных возражений не дождался. Сделал маленький шажок в темноту.

— Ты знаешь, это я во всем виноват, — неожиданно для самого себя признался Джозеф, безуспешно напрягая глаза, силясь разглядеть хоть что-нибудь. — Однажды я очень сильно разозлился на твоего Обладателя и захотел сделать ему маленькую гадость. Сделал. Я и представить себе не мог, к чему всё это приведет. Вот. Теперь тебе известна правда. Ненавидишь меня?

Девочка никак не отреагировала. Джозеф решил, что, возможно, она не поняла, о чем он говорил.

— Ты имеешь полное право меня ненавидеть. Я на твоем месте именно так бы, скорее всего, и поступил, — он прошел еще чуть дальше в помещение.

Оперативник очень жалел, что в этот раз у него при себе не было той лампы.

— Пожалуйста! Пошли со мной! — повторил он еще жалобней.

Джозеф чувствовал, что звучал крайне неубедительно. А монолог с саморазоблачением так вообще худшее, что можно было сказать в данной ситуации.

— Я тебя не прошу меня простить. У меня на это хватает совести. За такое не прощают. Просто позволь мне довезти тебя туда, где тебе постараются помочь! Я тебя на доске покатаю. Это весело. На нее встаешь, а потом быстро летишь вперед. Еще можно ускоряться или мотаться из стороны в сторону. Даже выделывать всякие трюки, только я не умею.

Джозеф снова замолчал и беспомощно огляделся. Впереди мутным светлым пятном висело окошко. Потом оно вдруг стало куда четче. Проступила обшивка стен и пустые полки — прежде стоявшие на них банки тоже забрали на благо "архипелага". Мрак таял и рассеивался. Через пару секунд исчез совсем. В домике больше никого не было.

Джозеф шарил взглядом по углам в отчаянной надежде, что девочка всё еще оставалась здесь. Очень быстро убедился, что это не так. Обреченно вздохнул, по привычке откидывая челку со лба. Очень хотелось швырнуть в стену чем-нибудь бьющимся. Как назло ничего такого под рукой не имелось. Стиснув зубы, злой на самого себя и мироздание, он развернулся и зашагал к выходу. Что ж... По крайней мере, попытался. Теперь надо возвращаться к Дейдаре и посильно ей помогать в сражении. Самобичевание можно отложить до лучших времен.

Вышел на крыльцо. Окинул раскуроченный и уже дважды оскверненный огородик Джастина прощальным взором. Тряхнул головой, побрел к выходу и... получил по затылку комом земли. Недоуменно обернулся и поймал второй снаряд грудью. Удивленно поднял взгляд.

Возле одного из яблоневых пней стояла маленькая чумазая растрепанная девочка. От ее глаз к подбородку тянулись полосы черных слез. Губы были плотно сжаты в гримасе обиды и готовности зареветь во весь голос. Она прижимала к себе существенно подурневшую и обтрепавшуюся за это время куклу — способность разрушать "острова" не сделала исключения и для игрушки. Та выглядела так, будто ее кто-то заботливо искупал в кислоте. Убедившись, что ее заметили, девочка наклонилась, подобрала очередной ком почвы и со всех сил швырнула его в Джозефа. А потом еще и еще. Тот даже не пытался уклоняться. Затем ребенок потерял равновесие и шлепнулся на землю. Обиженно зыркнул на объект обстрела, всхлипнул и заревел, утыкаясь в волосы некогда прекрасной куклы. От этого та мгновенно потемнела, потрескалась и рассыпалась черной трухой. Девочка заплакала еще надрывнее, обнимая саму себя за плечи и прижимаясь лицом к коленям.

— Прости.

Джозеф стоял, боясь пошевелиться.

— Прости, — повторил он, забывая, что за пару минут до этого уверял, что не станет просить прощения.

Ребенок нашарил возле себя еще ком земли и, не глядя, его швырнул. Тот до цели даже не долетел.

Чуть посомневавшись, Джозеф сделал маленький шажок вперед, наблюдая за реакцией девочки. Та не придала этому значения. Осмелев, он подошел еще ближе, следя за малейшими изменениями в поведении жертвы своей глупости. Только бы она не попыталась снова сбежать!

Маленькая "островитянка" шмыгнула носом и подняла на тут же остановившегося оперативника злой взгляд. В отличие от кошки, внешне она изменилась не очень сильно. Посерела кожа, почернели губы, вокруг глаз образовались темные круги и по всему лицу вздулись вены. Волосы неестественно блестели и иногда шевелились, то скользя по голове змеями, то топорщась иголками или обвисая безвольными плетьми. Девочка куталась в явно где-то украденную тряпку, в лучшие свои дни являвшуюся не то полотенцем, не то скатертью, не то шторой. Побуравив Джозефа сердитым взором, она демонстративно отвернулась и плотнее запахнулась в свою импровизированную накидку. Оперативник, чуть подумав, тоже сел на землю.

Оставалось надеяться, что Дейдара там действительно справлялась самостоятельно. По крайней мере, сигналов бедствия от нее не поступало. Она ведь в состоянии адекватно оценивать ситуацию и поступать разумно? Далеко не факт.

— Ты пойдешь со мной? — Джозеф уже не знал, что сказать.

Был полностью проигнорирован. Подполз чуть ближе к ребенку. Тот это заметил, но протестов не выказал. Обнадеженный этим поисковик сократил дистанцию еще немного. Подобрался к девочке почти вплотную.

— Ну, так как? Покатать тебя на доске?

Та резко к нему обернулась и, вдруг бросившись вперед, со всех сил вцепилась ладошкой ему в запястье. Вырвавшийся из-под ее ногтей мрак мгновенно окружил руку оперативника. Тот испуганно дернулся и, вскочив на ноги, инстинктивно попытался его с себя стряхнуть. Девочка отпрянула в противоположную сторону и с мрачным любопытством принялась выглядывать результат своих действий. Черная дымка развеялась. Никаких изменений в конечности Джозеф не заметил. Он пару раз сжал руку в кулак, повертел ей, пристально разглядывая и прислушиваясь к ощущениям. Так и есть. Ничего необычного. Ребенок даже и не пытался скрыть своего разочарования.

— Извини. Твои силы на меня не действуют, — Джозеф чувствовал себя за это немного виноватым. — Но всё равно это было очень больно. А еще ты меня сильно напугала. Честное слово.

Кажется, "островитянку" это немного успокоило. Она шмыгнула носом и поглядела на поисковика чуть дружелюбнее.

— Билл. Би-и-илл? Эй, кто-нибудь меня слышит? — Джозеф начинал раздражаться.

Просто везти девочку в нейтральное пространство, предварительно не проконсультировавшись с Гектором или кем-нибудь из ученых, он опасался. Не хватало еще, чтоб из-за этого оно взялось разрушаться в и без того тяжелое время. "Островитянин" не отвечал. Джозеф сердито выковырял переговорное устройство из уха и внимательно на него поглядел. Как-то же можно переключаться на других собеседников! Здесь просто обязан быть какой-нибудь тумблер или еще что! А то как связываться с кем-то, кроме подчиненной да дежурного ученого, ему не объяснили.

Ребенок тем временем с любопытством изучал сноуборд, бродя вокруг него кругами и осторожно щупая. Джозеф немного опасался, что тот его испортит, но решил ничего девочке не говорить, чтоб не разрушить хрупкий мостик доверия, который ему таки удалось между ними протянуть.

Оперативник, так и не найдя никакого переключателя, вернул переговорник на место и снова попытался дозваться ученого.

— Ладно. Кошка же по нейтральному пространству шастала, и ничего, — подумал он, приходя к выводу, что Уильям или кто-нибудь, его заменявший, не были настроены общаться с ним в этот момент.

Придется надеяться, что Гектора и его людей не хватит удар, когда они увидят в штабе маленькую гостью.

К счастью, желание девочки полетать на доске оказалось сильнее обиды и неохоты показываться на глаза посторонним людям. Она больше не пыталась убегать и даже позволила взять себя на руки для транспортировки.

Нейтральное пространство встретило их привычной суетой. На прибывшего Джозефа с ребенком в охапке внимания никто не обращал. Последний стеснялся, очень нервничал, боялся и, кажется, начинал жалеть о том, что согласился сюда ехать. Беспокойно озирался и всё крепче вцеплялся в шею своего спутника, грозясь его задушить. С головой кутался в свою тряпку, прячась за тканью от взглядов прохожих.

— Пошли твою кошку поищем, — Джозеф ставить девочку на пол опасался, потому что не вполне был уверен, что она не начнет разрушать всё вокруг себя.

Сначала он прикасаться к ней брезговал, но тщательно это скрывал, чтоб снова не настроить против себя, потом смирился, затем привык. Даже к заползавшим за ворот футболки и неприятно скользившим по коже волосам. Поездкой "островитянка" была разочарована. Она явно ожидала чего-то более увлекательного. Джозеф же, во-первых, сам ездить не умел, во-вторых, боялся уронить свою ношу или потерять равновесие и грохнуться вместе с ней на пол, поэтому, мягко говоря, не лихачил.

— Смотрите, кто к вам пришел, — возвестил он, входя в штаб.

Тут же понял, что зря потратил слова: на месте был только Квирчик. Попугай присвистнул и принялся суетливо бегать вдоль прутьев своей клетки.

— Ясно, — Джозеф тяжко вздохнул и, перехватив заинтересовавшуюся птицей девочку поудобней, высвободил одну руку и приложил ее к уху. — Билл, если вы мне немедленно не ответите, я заявлюсь в научный центр и за последствия отвечать не буду.

— Последствия чего? — тут же отозвался ученый.

— О, так вы тут, — мрачно прокомментировал Джозеф, удерживая пытавшегося спуститься на пол ребенка.

— Только что подошел. Что у вас?

— Я сейчас нахожусь в штабе. Девочка со мной. И очень хочет к своей кошке, — как можно невинней ответил поисковик, жалея, что не мог видеть лица собеседника.

— Вы притащили ее в нейтральное пространство?! — в голосе Уильяма сквозили недоверие и ужас.

— Да. Я пытался с вами связаться — вы не отвечали, поэтому...

— Подождите. Оставайтесь там, — Билл оборвал связь.

Скоро за ребенком пришли и куда-то забрали. Поскольку среди этих людей была женщина-кукольник, явно детей любившая и умевшая с ними ладить, за подопечную Джозеф не переживал. Ей притащили целую кучу разнообразных кукол и игрушек, так что оперативника девочка оставила без сожалений.

— Эй, ты меня слышишь?! — Джозеф бежал к брошенному на парковке сноуборду, полный решимости немедленно приняться за выполнение данного подчиненной обещания. — Алло!

— Да, чего вам? — отозвалась та недовольно.

— Как ты?

— Всё отлично, — слышались истеричные птичьи вопли, звуки выстрелов и еще какие-то невнятные звуки.

— Сейчас буду. Жди.

— Не смейте приходить!!! — в ужасе воскликнула Дейдара.

Джозеф от неожиданности даже остановился.

— Вы мне все испортите! Я никогда вас не прощу, если вы сюда придете! Прокляну!

— А?!

— Ладно, вы меня отвлекаете. Отключаюсь. Пока.

Джозеф даже растерялся. С одной стороны, он считал своим долгом помочь подчиненной, с другой — понимал, что польза от него там будет невелика, и, возможно, Дейдара не преувеличивала, утверждая, что он будет лишь мешаться. Развернулся и медленно побрел обратно в штаб.

Квирчик отрешенно глодал собственную ногу, не замечая ничего вокруг себя. Оперативник плюхнулся в родное кресло и с тоской оглядел безлюдное помещение — все были где-то чем-то заняты. Один он снова чувствовал себя лишним и бесполезным. Что ж... По крайней мере, одно хорошее дело он точно сделал. Джозеф рассеянно протянул руку за книгой-графоманкой и пролистнул страницы без особого интереса. Та всё сочиняла свою декларацию независимости.

Вообще это всё немного странно. Далила говорила, что работников подразделения специально не ставили в известность о том, что планировалось сделать с "архипелагом", чтоб избежать споров, шока, призывов к гуманизму и акций несогласия. А тут вдруг даже рвавшийся помогать каждому жучку-паучку патологически добрый Ник безо всяких возражений вышел на работу.

Каждый "остров" имеет право на безопасность, самобытность и стремление к счастью. Насилие и агрессия против его жителей — недопустимы...

Видимо, их не ввели в курс дела. Либо же вообще ничего не сообщили, и они просто послушно выполняют поручения, не понимая их сути, либо же представили события таким образом, что Академия кажется белой и пушистой, а все ее действия идут "архипелагу" лишь на пользу.

Никто не имеет права ущемлять интересы "островов", препятствовать реализации их прав и законных интересов. Каждому даруются равные возможности и доступ к материальным благам. Дискриминация по "островному", расовому, религиозному, языковому, половому, возрастному и прочим признакам запрещена!

— Слушай, ты на заказ пишешь? — спросил вдруг Джозеф у книги, с запозданием соображая, что та вряд ли как-то смогла бы ему ответить.

Возникавшее в тот момент предложение о том, что еще мог "архипелаг", и что запрещалось его недругам, замерло на середине. Похоже, контакт с фолиантом был установлен.

— Мне нужна большая статья о том, как бедные хорошие "островитяне" сражаются со злой и бессердечной Академией за право быть собой. Интервью с детьми и стариками, куча эпитетов, лозунги, речи лидеров... Так, чтоб у читателей слезу вышибало. Чтоб они негодовали и сочувствовали "архипелагу". Сможешь?

Пару секунд книга обдумывала идею, потом решительно перелистнулась на чистую страницу — Джозеф и не знал, что она так умела, — и принялась что-то энергично строчить.

Оперативник решил ей не мешать, закрыл и положил обратно на стол.

"Интересно, у них здесь печатный станок или хотя бы ксерокс имеется?" — встал с кресла и пошел выяснять этот вопрос.

Что ж, раз Дейдара настолько против того, чтоб он ей помогал, придется открывать свой фронт. Еще никто не отменял информационные войны.

Дейдара тем временем с легкой грустью глядела, как истекал срок действия толпы Шиниромару-сама и все они рассыпались лепестками сакуры.

— Браво, — Далила демонстративно похлопала в ладоши. — Ты превзошла саму себя.

— Рада, что тебе понравилась, — ее подруга сделала книксен и картинно поклонилась.

— Когда они начали раздеваться, я и предположить не могла, что в итоге всё ограничится ирландскими танцами. Зная тебя, я ожидала совсем другого.

— И кто из нас после этого похотливая извращенка? — Дейдара сокрушенно покачала головой. — Кстати, ты сегодня какая-то вялая.

— Жду, когда у тебя исчерпается запас этой ерунды — жалко тратить на нее боеприпасы.

— Долго ждать придется, — девушка гордо похлопала по карманам. — Я целую неделю готовилась.

Шервуд был растерян. Алогичность "битвы" выбивала его из колеи. Он честно старался отстреливать всех Шиниромару-сама, слишком близко подходивших к барьеру, и в первую очередь тех, что слали ему воздушные поцелуи и многозначительно подмигивали, однако их было слишком много, и на месте уничтоженных тут же появлялись новые. Потом Далила велела ему экономить заряд и не поддаваться на провокации. Делать это было сложно — непрекращавшиеся истошные птичьи вопли действовали на нервы получше звука пенопласта по стеклу, не известно, какой эффект оказывали радуги (вдруг всё это время чем-то облучали?), опять же массовый танцевальный номер с элементами стриптиза... Всё это мало способствовало сохранению хладнокровия. Периметр вокруг щита уже был завален горами лепестков и пестрил черными воронками от взрывов.

— Удиви меня, — сказала вдруг Далила противнице. — Я знаю, ты можешь. И не каким-нибудь бессмысленным шоу, способным разве что ненадолго ввести в ступор, а чем-нибудь стоящим.

— Чего бы тебе такого предложить?.. — Дейдара сделала вид, что задумалась. — У меня, конечно, есть одна идейка, но я не уверена, что она тебя так уж шокирует...

Девушка снова что-то вертела в руках.

— Как раз где-то сейчас должно сработать, — доверительно сообщила она. — О. Я же говорила.

Барьер вдруг мигнул и потух. Позабытые и выпущенные из поля зрения тараканы довольно потирали передние лапки, сидя кружком вокруг работников Академии на месте, где только что соприкасались щит с полом. Шервуд, заметив их, инстинктивно шарахнул по ближайшей группе из своего "фена". В воздух взлетели ошметки насекомых и бетонная крошка. Повторить залп ему не удалось — из ближайшей к нему кучи лепестков скользнуло до того прятавшееся там длинное чешуйчатое тело, мгновенно обвившее парня и повалившее его на землю. К выроненному в процессе Шервудом оружию мгновенно кинулись шустрые тараканчики. Потерпели неудачу — Далила тоже не дремала. Добравшись до "фена" первой, она тут же уничтожила всю усатую компанию выстрелом почти в упор и кинулась на помощь напарнику. Тот был без сознания, его плечо крепко держали зубастые челюсти крупной розовой змеи, размерами, конечно, не дотягивавшей до гигантов из телепередач про огромных удавов и анаконд, но всё равно весьма впечатлявшей. Стрелять по ней Далила не решилась, боясь задеть и Шервуда. Краем глаза заметила, как на нее летела раскинутая сеть, и, придя к выводу, что убивать бывшего коллегу Дейдара бы не стала, а он бессознательный будет ей лишь мешать, Далила спешно что-то швырнула себе под ноги и быстро взмыла вверх. Ловушка схватила пустое место и упала на пол рыхлой кучей.

— А не многовато ли у тебя с собой барахлишка для просто случайно оказавшейся вне "офиса" девушки? — прищурившись, поинтересовалась ее противница, снова полезая за чем-то в карман.

— Я никогда не говорила, что оказалась там случайно, — Далила увернулась от тут же проявившей к ней интерес "птички".

Стоя в воздухе, стрельнула по ней с близкого расстояния. Та легко уклонилась и, всё так же оглушительно вереща, пошла на новый заход.

— И я тоже готовилась, прежде чем сюда идти, — Далила снова хлопнула себя по лацкану жакету, создавая щит на этот раз для себя одной. — Кстати, что с Шервудом?

— Ничего особенно. Проспит шесть часов, потом оклемается.

Крикливая тварь принялась глодать возникший перед ее носом барьер, временно затыкаясь. Далила выстрелила ей в морду. Полностью увернуться на этот раз птице не удалось — снаряд оторвал ей ногу. Выяснилось, что она могла верещать гораздо громче. Впав в ярость, птичка взялась хлестать по щиту хвостом и крыльями, царапать его когтями уцелевшей конечности и пытаться пробить клювом. То ли Дейдара сказала Джозефу не всю правду, то ли сама этого не знала, но оказалось, что существо годилось не только для создания атмосферы и украшения собой поля битвы. Не выдержав такого напора, барьер грохнулся на пол вместе с напиравшим на него созданием и лопнул. Мощный залп в грудь разнес тварь в клочья.

— Так, мальчик, стой тут, — Джозеф поставил маленького ангелоподобного ребенка на фоне каких-то тюков. — Держи мишку.

— Фу, он дланый, — дитя с неприязнью оглядело протянутую игрушку. — И глязный!

— Именно то, что надо, — поисковик покрутил колесико на добытом фотоаппарате. — Вкусная конфетка?

— Угу, — отозвался "островитянин", сжимая в липкой ладошке красивый леденец на палочке.

— А злой дядя взял и забрал ее у тебя, — Джозеф выхватил у ребенка сладость и быстро навел на него объектив. — Дядя сам ее съест. Бе-бе-бе. А тебе ни кусочка не оставит!

— Уа-а-а!!! — мальчишка надрывно заревел, вцепляясь в предварительно извалянного в пыли и лично истоптанного Джозефом медвежонка с оторванным глазом.

— Могу я узнать, что вы делаете? — недоуменно поинтересовалась у оперативника какая-то женщина, пока тот старательно запечатлевал детское горе с разных ракурсов.

— Душераздирающие листовки, — фотограф вернул ребенку леденец и потерял к нему всякий интерес. — Кстати, вы тоже не могли бы мне попозировать?

Джозеф, выяснив, что в "архипелаге" можно сделать практически что угодно, не говоря уж о размножении текста, находился в творческом подъеме. О том, куда потом девать его результаты, он старался пока не задумываться.

— Алло, ты там как?

— Вы мне что, теперь каждые пять минут названивать будете?! — рявкнула ему в ухо Дейдара. — Нормально всё!

Послышался взрыв.

— Если что, сразу зови, — повторил Джозеф просто из вежливости, втайне надеясь, что подчиненная прекрасно справится сама, как и утверждала.

— Ага, непременно, — бросила та, отключаясь.

Защитную лужу сковывала корка льда. Она застыла эффектной волной, всплеснувшейся навстречу новому снаряду, полностью утратив текучесть и способность передвигаться.

Неподалеку зиял всё еще дымившийся кратер, у ног Дейдары пол кое-где был выщерблен.

— В Шервуда, значит, мы стрелять опасаемся, а по мне так можно! — громко заявила она, обращаясь к противнице.

— Ты всё равно выкрутишься, — отозвалась та, наконец, скидывая лишь мешавшиеся туфли на каблуке. — А вот в нем я не настолько уверена.

Далила окинула себя беглым взглядом и слегка поморщилась: колготки были порваны в нескольких местах, вся одежда испачкалась, запылилась и пришла в полную негодность, волосы растрепались и лезли в глаза.

— Ну вот — совсем другое дело! — Дейдара осторожно обошла ближайший к себе радужный столб, выбираясь на площадку поровней. — Ты, вроде, взбодрилась.

Создала перед собой сразу две ползающие лужи. Ее подруга и противница отбросила в сторону растративший заряд "фен" и сняла жакет. Под ним оказалась жилетка с нашитыми чуть ли не по всей поверхностями кармашками.

— Смотрю, ты действительно тоже готовилась, — прокомментировала Дейдара, мысленно прикидывая, что в них могло находиться, и раздумывая, как бы уничтожить установленную Академией дверь.

Чуть посомневавшись, снова топнула ногой. Утопленный в полу до начала боя ловец ветров включился и выпустил свой улов. Поднялся ураган.

Джозеф, беспокойно поглядывая на часы, ждал, когда будут готовы его листовки. Книга превзошла все его ожидания — сочиненный ей опус вышибал слезу даже у него самого, хоть оперативник и понимал, что в статье многое было преувеличено и излишне драматизировано.

— Что вы собираетесь с этим делать? — спросил "островитянин", помогавший с изготовлением печатной продукции, кладя на стол еще теплые пачки бумаги.

— Пока точно не знаю, — Джозеф сгреб их в охапку, сунул в бумажный пакет и зашагал к парковке.

Листовки как-то нужно было доставить в "офис" и заставить находившихся там людей их прочесть. Делались они впопыхах, чуть ли не на коленке за десять минут. Плачущий ребенок с уродской игрушкой. Растрепанная усталая женщина в драном бесформенном платке, глядящая в объектив с печалью и укором. Старушка, гложущая беззубым ртом корочку хлеба. Всё это сопровождалось громкими хлесткими лозунгами и должно было заинтересовать людей настолько, чтоб они, побросав все дела, взялись читать длинную статью, выпущенную отдельной брошюркой. Джозеф еще хотел сфотографировать щенков или котят, но искать их времени катастрофически не хватало.

И всё же. Как доставить всё это богатство в "офис"? Попадать под защитные сопли, хватавшие всех, кому там не рады, оперативнику не хотелось. Подумав, он захватил по дороге длинную палку и веревку. Что если раскрыть дверь первой, швырнуть стопку в проход, а потом, потянув за предварительно привязанную к дверной ручке вторую, быстро ее захлопнуть? Не факт, что сработает, но всяко лучше, чем попадать в плен самому.

Джозеф уже привычным движением затянул на ногах крепления, поднял с пола свой багаж и отчалил.

"Стоп, — подумал вдруг он, пролетая мимо дверей. — Если защита "офиса" срабатывает на людей, значит, теоретически ничто не мешает ей хватать и предметы. Это было бы логично. Наверняка, так и есть. Что выходит? Моя гениальная идея провалится, утонув в соплях?!"

Джозеф притормозил в замешательстве. Было б обидно, если б всё так и вышло.

— Скажи... — связался он с Дейдарой.

— Нет времени! — крикнула та, тут же отключаясь.

Джозеф успел услышать рев ветра на заднем фоне. Похоже, его подчиненной приходилось туго. С тоской поглядел на свой пакетик. Фу, бесит!

Нехотя развернул доску и помчался в сторону поля боя, вообще не представляя себе, что собирался там делать.

Заброшенное нейтральное пространство он увидел издалека. Над ним вилось что-то розовое и клубящееся. Подлетев поближе, оперативник понял, что это кружились поднятые ураганом лепестки. Сквозь бушевавший вихрь пробивались радужные столбы.

Пока Джозеф думал, как, а главное — зачем, ему здесь высадиться, ветер вдруг утих -ловец опустел. Медленно лепестковое облако оседало на пол. Дверь с хлопком исчезла — воспользовавшись хаосом и неразберихой, последние из героических тараканов пролезли в щель между ней и косяком, добрались до поддерживавшего ее на "острове" устройства и с чувством выполненного долга его сломали. Даже их изобретательница, как раз собиравшаяся привести в действие сложный план по уничтожению входа, была удивлена. Жучки, находившие уязвимости в программах и разрушавшие их, были своего рода ее гордостью, однако она не ожидала от них особой изворотливости и большого ума, поэтому исчезновение двери с их деятельностью не соотнесла.

Далила была поражена еще больше, хоть и не показывала этого. Она-то знала, что вход был устойчив к любого вида прямым атакам на дверь, что "остров", с которого его открыли, уже подвергся обработке, поэтому никто из "островитян" не мог вмешаться. Ей было ужасно интересно, как же подруге удалось решить эту задачу.

— Раз уж ты теперь тоже застряла здесь вместе со мной, может быть, имеет смысл прекратить драться? — крикнула Дейдара, отвлекая ее от попыток разобраться в произошедшем.

— Разве что ты расскажешь мне, как попасть отсюда в "офис" альтернативным способом, и пойдешь со мной добровольно, — Далила босой ногой откинула хвост змеи в сторону.

Ранее она размозжила ей голову, когда та, решив, что Шервуда можно отпустить, попыталась незаметно подползти и атаковать уже ее.

Джозеф чуть в отделении парил на своей доске, незамеченный обеими подчиненными. Похоже, без него тут действительно вполне неплохо обходились, и он совершенно напрасно мчался на помощь, отложив реализацию своего гениального плана. Оперативник был слегка раздосадован. Он окинул взглядом местность. Завалы лепестков, радуги, куски обгоревшей плоти, разбитый пол, валяющийся Шервуд... Джозеф задумчиво остановил взгляд на последнем. Девушки снова схлестнулись в битве. Чуть посомневавшись, поисковик приложил ладонь к уху.

— Только не ори и не возражай! — велел он первым делом.

Как ни странно, Дейдара послушалась.

— Что с Шервудом? Не верти головой по сторонам! Да, я здесь, но Далиле об этом знать не обязательно!

— Всё с ним нормально, что за него все так волнуются?.. — тихо буркнула подчиненная, неумело отбиваясь огромным сияющим мечем от противной шустрой совокупности острозубой челюсти и клубка тонких ножек.

— Можно я его заберу? Он тебе не сильно нужен? — Джозеф прикидывал, как бы незаметно подобраться к бывшему коллеге и увезти его с минимальными для себя неудобствами.

— Берите, если надо, — кажется, девушка была немного удивлена.

— Сможешь увести подругу свою от него подальше и чем-нибудь ее занять?

Дейдара ничего не ответила. Вместо этого она нахмурилась и свободной рукой снова полезла в карман. Через несколько секунд в полу под ногами у ее противницы завертелся круг, составленный вязью каких-то загадочных письмен. Резко сорвавшись с места, он скользнул в сторону, утаскивая ее с собой. От неожиданности Далила потеряла равновесие и упала. Дейдара как-то исхитрилась пришпандорить агрессивной бросавшейся на нее твари на лоб наклейку, и та, тряхнув головой в растерянности, развернулась и побежала атаковать уже собственную хозяйку.

— Ага, спасибо, — Джозеф помчался к неподвижно лежавшему телу.

Приземлился рядом и принялся поднимать с пола.

Интересный, конечно, вопрос, как его транспортировать. Шервуд — не маленькая девочка, на руках особенно не поносишь. Снимать с ног доску Джозеф не стал, чтоб иметь возможность как можно быстрее отчалить, о чем теперь жалел: это серьезно усложнило и без того непростую задачу.

Далила с собственной зверушкой не церемонилась и пришлепнула ее без намека на жалость. По сторонам пока не больно оглядывалась, судьбой коллеги не интересуясь и давая Джозефу возможность подумать, как именно его тащить. Дейдара же следила за процессом с нескрываемым интересом, как-то совмещая наблюдение с ведением боевых действий. Оперативник кое-как придал бесчувственному телу сидячее положение и попытался закинуть его себе на плечо. Даже в этом преуспел, хоть чуть и не потерял равновесие и не грохнулся на своем сноуборде на пол. Пошатываясь под весом ноши, выпрямился. Нет, так дело не пойдет — при полете всё время кренить в сторону будет. Джозеф торопился и нервничал — место, время и обстановка как-то не располагали к длительному раздумью и привередливому выбору наиболее комфортного варианта.

Тревожно глянул на старательно занимаемую альтернативными делами Далилу. Именно в этот момент та решила, наконец, посмотреть, куда постоянно посматривала ее противница, и обернулась. К ее некоторому удивлению уверенность, что ее таким образом просто пытались отвлечь, не оправдалась.

Джозеф мгновенно пришел к выводу, что нет никакой разницы, как именно вывезти отсюда Шервуда — главное, чтоб немедленно, — и, крепче вцепившись в тело, свисавшее с плеча, взлетел и постарался умчаться в горизонт.

Далила выскочила из зоны круга и побежала в его сторону, параллельно кидаясь чем-то в свою основную противницу. Тут же приготовила что-то еще. Джозеф, поняв, что так просто ему скрыться никто не позволит, а союзница прикрыть его не сможет в связи с занятостью, вспомнил о том, что тоже вооружен. Сунул руку в карман, схватил первую попавшуюся карточку из числа тех, что дала ему Дейдара, и, рискуя свалиться вместе с Шервудом и сноубордом, неловко бросил ее себе за спину.

Услышал хлопок. Краем глаза увидел взметнувшиеся черные волосы, лепестки сакуры и перекошенное ненавистью лицо Далилы. Вторая подчиненная заливалась неконтролируемым смехом. Джозеф решил не тратить время на то, чтоб посмотреть, что именно он там сделал, и прибавил скорость. Скоро нейтральное пространство осталось позади.

Через какое-то время, удостоверившись, что погони не последовало, оперативник плавно опустился на землю, сбросил украденное тело и достал веревку. Принялся приматывать свой пакет с листовками Шервуду на грудь.

Он — свой. Его защита "офиса" без вопросов пропустит. Как и то, что он с собой принесет. Последнее Джозеф не знал наверняка, но решил, что это было бы логично. Затянул узел. В идеале хотелось бы, чтоб листовки рассыпались по полу и привлекли внимание как можно большего количества народу, однако поисковик не представлял, как этого можно было добиться. Решил не изгаляться, а просто закрепить хоть как-нибудь, рассчитывая, что посылка в любом случае дойдет до адресата.

Убедившись, что пакет держался крепко, с тяжким вздохом он снова принялся затаскивать тело на доску. Интересно, вход в "офис" уже отремонтировали? Полчаса с момент его разрушения давно прошли, так что теоретически уже должны были управиться. Придется узнавать опытным путем — других способов прояснить этот вопрос Джозеф не видел.

Скоро он уже парил возле знакомой двери, жалея, что был вынужден бросить припасенную для ее открывания палку на поле боя: с ней перетаскивать нелегкого Шервуда было бы куда сложнее. Подумал, что, скорее всего, Далила передала в Академию сведенья о том, что он забрал тело одного из ее работников, и что, возможно, здесь уже были готовы ко всякому. Тяжко вздохнул, серьезно размышляя, а не отказаться ли от своей идеи и не вернуться ли в штаб "архипелага", предварительно закинув свой груз туда, где взял. Внезапно разозлился.

— Ничего от меня не ждете, говорите?! Инертный и без амбиций?! — Джозеф придал бесчувственному коллеге вертикальное положение, ставя на доску перед собой.

Пришлось отклониться назад, чтоб восстановить равновесие транспортного средства.

— Отлично! Мне же лучше! Продолжайте ничего не ждать! — оперативник схватил Шервуда за руку и надавил его ладонью на дверную ручку: мало ли что Виктор намудрил в очередной раз в целях защиты "офиса" от всяческих опасностей.

Черт, всё-таки стоило взять эту палку! В раздражении Джозеф врезал по двери кулаком, тут же со всех сил толкая Шервуда в спину, чтоб тот упал в распахнувшийся проем, а не сполз вниз, пользуясь тем, что его больше ничто не держало. Чуть не кувыркнулся вперед и вынужденно схватился за косяк, чтоб по инерции не последовать вслед за коллегой. Вот и выяснил, что всё уже отремонтировали.

Что ж, вам посылка. Распишитесь в получении! Увидел обалдевшие глаза Ника, свалившегося под весом внезапно рухнувшего на него тела — видимо, у того был талант оказываться возле входа в неудачное время. Зато можно не волноваться, что Шервуд бы ушибся при падении на жесткий пол.

Распахнутая со всех молодецких сил дверь врезалась в стену и отскочила назад. Медленно поехала в обратную сторону. Джозеф, наплевав на меры предосторожности, схватился за добровольно вернувшуюся к нему дверную ручку и резко дернул ее на себя, захлопывая вход. Отпрянул в сторону, ожидая какой-нибудь пакости.

— Ладно, — подумал он, немного расслабляясь. — Посмотрим, к чему это приведет.

Неуверенно развернулся и полетел в "архипелаг".

21.

Джозеф успел обдумать, а не спрячет ли кто-нибудь злобный и осведомленный его творение, прежде чем остальные успеют его заметить и ознакомиться с содержанием, когда услышал в ухе незнакомый голос:

— Внимание. Академия приступила к обработке "островов". Всем группам эвакуации немедленно покинуть зоны рекреации и вернуться на ближайшее нейтральное пространство. Повторяю. Немедленно покинуть...

Джозеф растерялся. Как так?! Они что, правда не читали листовки?! Помчался в штаб так быстро, как только мог.

— По "архипелагу": население — 83%, ресурсы — 35%, ценное имущество — 62%. Боюсь, больше мы ничего не успеем сделать. Лезть на "остров", не зная, в какой момент они доберутся до него, — слишком опасно.

— Согласен. Дальнейшая эвакуация рискованна. Однако необходима. Считаю, что поручить ее можно добровольцам. Честно расскажем о сложившейся ситуации и возможных угрозах, если кого-то это не остановит...

— Не забывай, что мы с самого начала были образованием, построенным добровольцами. Велика вероятность, что вызовутся очень многие из тех, на ком держится "архипелаг". В этом случае мы рискуем потерять их всех.

— А эти люди сами уйти не могут, прихватив с собой всё ценное? — поинтересовался Джозеф, до этого сидевший молча и в разговор не вмешивавшийся.

— Проблема в том, что в последнее время мы настолько разрослись, что банально не успели установить на многих новых зонах рекреации проходы к нейтральному пространству, — хмуро пояснил Билл. — Те, кто были способны эвакуироваться самостоятельно, уже так и поступили.

— Знать бы, по какому принципу определяется порядок обработки "островов", — Гектор глубоко вздохнул и устало оглядел собравшихся. — Должна же быть закономерность...

— А вы у Дейдары спросить не пробовали? — прервал его Джозеф. — Она что-то говорила про шесть групп зон рекреации.

— Пробовали, но на тот момент она не могла сообщить нам ничего важного по данному вопросу. Обещала подумать.

— Наверняка уже что-то придумала. Спросите еще раз.

— Девушка занята. Полагаете, она в состоянии совмещать эффективное ведение боевых действий с дачей подробной научной консультации? — с налетом сарказма поинтересовался кто-то из ученых. — Будучи лишенной возможности видеть показания приборов и воспринимая информацию исключительно на слух?!

— Она и не на такое способна. Не нужно ее недооценивать, — Джозеф почему-то обиделся за свою подчиненную.

— Он прав. Свяжитесь с ней.

— Если на уже обработанных "островах" осталось что-то ценное, я могу вывезти. Мне-то ничего не будет, — предложил поисковик, немного посомневавшись.

"Островитяне" переглянулись.

— Хорошо. Мы будем иметь в виду, — отозвался Гектор, немного подумав. — В таком случае, кстати, можно полностью сконцентрироваться на эвакуации людей: всё остальное вывезем потом, не торопясь.

Джозеф напрягся и немного пожалел о своем предложении, оказавшемся куда щедрее, чем он предполагал. Это ж сколько ему понадобится времени, чтоб в одиночку перетащить оставшиеся 65% ресурсов и 38% ценного имущества?! Хотел что-то возразить, но передумал, решив, что ситуация еще десять раз успеет измениться.

В итоге, чтоб не терять время понапрасну, его послали эвакуировать жителей одного из "островов".

Едя к месту назначения на куда более медлительной, чем ставший уже привычным сноуборд, обычной платформе, Джозеф успел взгрустнуть о том, что его идея, которой он так гордился, не принесла никакого результата.

— Всё в порядке? — от скуки связался с Дейдарой.

— Опять вы?!

На заднем фоне что-то приглушенно скрежетало и грохотало.

— Тьфу на тебя, — обиделся Джозеф, собираясь отключиться.

— Зачем вам Шервуд? — успела поинтересоваться девушка прежде, чем он это сделал.

Послышался взрыв, за ним последовал вой аварийной сирены.

Оперативник, немного заинтригованный последним звуком, таки снизошел до ответа. Собеседница впала в безудержное веселье.

— Я надеюсь, вы не забыли выбить у него гвоздями на лбу надпись "и так будет с каждым!"?! — отсмеявшись, уточнила она.

Джозеф напрягся и задумался.

— Хотя, конечно, это мелким шрифтом пришлось бы делать, чтоб вся фраза поместилась, — продолжала развивать мысль подчиненная. — А в этом случае вышло бы нечитаемое кровавое месиво. Хотя, если выбивать на спине или груди, то всё нормально. Или же гвоздики тонкие взять...

— Да ну тебя, — вяло огрызнулся Джозеф, соображая, что его идея, возможно, была далеко не такой хорошей, как ему казалось вначале.

— В общем, зря я сразу не спросила, что вы собирались с ним делать, — голос Дейдары резко посерьезнел. — Сама виновата.

— Думаешь, они расценили это как угрозу? — настроение оперативника, и так весьма паршивое, испортилось еще больше.

— Не знаю, как и что они там расценили: здесь возможны варианты. Скорее уж как вызов. Скажу лишь, что Шэл это явно должно было разозлить. У нее к Шервуду трепетное, я бы даже сказала, нежное отношение. И подобное с ним обращение не могло ее не задеть. А она не тот человек, которого хотелось бы иметь во врагах. Ой... Извините, тут я еще кому-то нужна. Отключаюсь.

Джозеф остался в тишине.

Нужная дверь нашлась практически сразу же после этого.

— Ну наконец-то! — сварливо ворчал мальчуган, глядя на гостя с нескрываемым разочарованием. — Мы уж думали, что за нами никогда не приедут.

Джозеф на это ничего не ответил — он пялился на уши ребенка. Действительно, с чего он взял, что "островитянами" являлись лишь люди? Если подумать, то эльфы должны были бы пользоваться бешеной популярностью среди потенциальных клиентов Академии. Даже странно, что прежде они ему не попадались.

— Эрелас, будь вежлив с добрым незнакомцем, — из соседнего помещения показалась девушка с объемным свертком в руках. — Он старается нам помочь в меру своих скромных сил. Благодарность — это великое светлое чувство...

Мальчишка наградил эльфийку мрачным взглядом, развернулся и пошел к сваленным грудой тюкам, не обращая никакого внимания на все ее разглагольствования.

— Может быть, всё же поможете? — раздраженно обернулся он к Джозефу. — Вы здесь не на экскурсии, насколько мне известно.

— Именно поэтому, Эрелас, так важно проявлять по отношению к людям доброту, — девушка завершила мысль, ни капли не уязвленная отсутствием должного внимания, и сгрузила свою ношу в руки слегка растерянного оперативника. — Осторожно, это моя арфа. С ней нужно обращаться крайне бережно.

Джозеф послушно отнес инструмент на платформу. Вернулся.

— Не помню, куда положила свою заколку с изумрудами! Наверное, оставила на столике в спальне. Сейчас вернусь!

— Она в кармане бордовой сумки вместе со всеми остальными твоими побрякушками. Может быть, всё же поторопимся, а?! Ну а вы чего опять встали?! Не видите, сколько еще вещей?

— Слушай, пацан, я тебе не носильщик, — огрызнулся Джозеф, раздражаясь. — Тяжести перетащить помогу, а всякую мелочь сам неси. Вот, к примеру, этот мешочек ты вполне в состоянии поднять, — взял с пола тряпичную котомку и протянул ее эльфенку. — Давай. Вперед и с песней.

Эрелас наградил его высокомерным взглядом, презрительно фыркнул и, проигнорировав предложенную ношу, поволок к выходу что-то гораздо более объемное и тяжелое.

— Правда, он милый? — девушка принялась неторопливо рыться в груде вещей.

Джозеф буркнул что-то нечленораздельное. В одном с мальчишкой он был согласен — оставаться здесь дольше необходимого не стоило.

— Так, я несу вон то, — оперативник решил поторопиться, — а вы берите...

— Это, — эльфийка гордо продемонстрировала колчан со стрелами и лук.

— Как угодно, — Джозеф закинул на плечо самую массивную из сумок.

Услышал, как у него за спиной хлопнула дверь. Обернулся. Не увидел ничего особенного.

— Вы друг нашего Обладателя?

— А? — снова поглядел на собеседницу.

"Островитянка" радушно улыбалась.

— Я бы почувствовала, если б он пришел. Как вы сюда попали? — вопросительно склонила голову набок.

Джозеф стоял молча. Больше можно было не спешить: он уже опоздал.

— Я ошибся адресом, — выдавил немного хрипло, беря себя в руки. — Уже ухожу.

Ребенок находится вне "острова", так что, возможно, его обработка не коснулась. Однако если он явится узнавать, почему остальные задерживаются...

— Кто вы? — собеседница нахмурилась и напряглась. — Вас не должно быть здесь.

— До свидания, — Джозеф неловко попятился к выходу.

Девушка ловким движением выхватила из колчана одну из стрел. Что она собиралась делать с ней дальше, оперативник смотреть не стал. Со всех ног бросился к двери, раздумывая, а не сбросить ли тяжелую сумку, чтоб не мешалась.

Дернул на себя ручку. Успел заметить лежавшую у входа на полу круглую плоскую металлическую пластину с эмблемой Академии. Выскочил во тьму сознания. Услышал позади себя хлопок тетивы. Захлопнул дверь. Прижался к ней спиной, тяжело дыша.

— Нельзя ли осторожней?! — возмущенно поинтересовался Эрелас, чудом успевший отскочить в сторону и не получить по голове. — Все люди такие варвары?!

Джозеф не ответил. Выровнял дыхание и тряхнул головой, сосредотачиваясь на неоконченном деле. Молча сгрузил свою ношу на платформу к уже находившейся там арфе, сумке и мальчишке.

— Никаких манер, — ворчал последний. — Хоть бы прощения попросили, что ли!

— ... извини...

Ребенок насторожился и внимательно поглядел на собеседника. Его интонация и поведение ему не понравились.

— Где Иваэль? — спросил он тихо.

Джозеф не знал, как ответить. Просто посмотрел Эреласу в глаза и отрицательно помотал головой. Тот всё понял.

В нейтральное пространство ехали молча. Мальчишка изо всех сил боролся со слезами, пытался выглядеть спокойным, невозмутимым и самостоятельным. Джозеф делал вид, что не замечает предательских всхлипов и того, как маленький спутник украдкой протирал рукавом глаза. Было паршиво. Сложно описать, насколько.

— Вы успели? — раздалось в ухе.

В "архипелаге" о судьбе "острова" уже знали.

— Не совсем, — после секундной паузы отозвался Джозеф.

— А... — собеседник замолк. — Ладно, в любом случае, возвращайтесь поскорее — дел еще много.

Связь прервалась. Оперативник послушно прибавил скорость. На пассажира он старался не смотреть: ему уже надоело чувствовать себя виноватым. Очень хотелось верить, что Академия начала обработку зон рекреации не потому, что ее работники разозлились при виде покусанного, находящегося без сознания Шервуда, небрежно брошенного на пол с мешком на груди.

Крепко сидевшая в душе заноза саднила всё сильней, раздражая и выбешивая. Джозеф чувствовал, что начинал звереть. Усталость, злость на самого себя, ощущение беспомощности не находили выхода и всё росли.

Платформа не требовала от своего водителя особо активного участия в управлении собой и прекрасно скользила вперед практически без его вмешательства. Лишенный возможности найти успокоение в тяжком труде и выпустить все накопившееся наружу Джозеф вынул из кармана врученные ему подчиненной боеприпасы, чтоб хоть как-то себя отвлечь.

Знать бы еще, как они работали и что делали. Оперативник покрутил в пальцах пару карточек и хмуро убрал их обратно. Если Дейдара хотела, чтоб враги в случае попадания к ним ее изобретений не смогли ими воспользоваться, то своего она добилась: по внешнему виду картонок было невозможно угадать их предназначение.

За спиной давился слезами ребенок. Джозеф рассеянно откинул челку со лба и тяжко вздохнул.

Машину нужно было повторно ломать. Иначе никак.

Привез мальчишку с его вещами в нейтральное пространство.

— Как вообще обстановка? — поинтересовался он, затаскивая сноуборд на платформу.

Новый адрес ему уже сообщили и велели разобраться с ним как можно быстрее.

— Ну-у-у... так, — Генри с неодобрением глядел, как его имуществом без спросу пользовались все, кому не лень. — Наши, кажется, начали понимать, в какой очереди "острова" подвергнутся обработке. Что, конечно, радует: теперь можно вернуться к эвакуации зон рекреации, не опасаясь попасть под эту дрянь. С другой стороны, теперь точно известно, кого мы спасти уже не успеем.

— Приглядишь за парнем, ладно? — Джозеф запрыгнул на свое средство транспорта и отчалил.

"Островитянин" не стал говорить, что у него куча неотложных дел и что забота о детях в его планы никак не вписывалась. Подхватил багаж мальчишки и жестом велел ему следовать за ним. От причала отходило еще несколько платформ, отправлявшихся на "острова", занимавшие в очереди на обработку не первые места. От Джозефа же требовалось постараться вывезти тех, к кому в данных обстоятельствах могли сунуться лишь самоубийцы.

"Машина должна быть сломана". Но как?

Джозеф спешил к месту назначения на максимальной скорости. На доске было бы куда быстрее, однако несколько человек на ней не увезешь.

Дейдара бы что-нибудь придумала. Ей бы хватило наглости ворваться в "офис" и разнести там всё, до чего она бы успела дотянуться. И ее бы не смутило, что перспектива оказаться схваченной и обезвреженной была бы не вероятностью, а неизбежностью. Далила — тем более. Ей, скорее всего, это бы даже сошло с рук. А вот он...

Джозеф тряхнул головой, отгоняя упаднические мысли: для них было не лучшее время и место. Главное сейчас — успеть добраться до "острова" вовремя и всех оттуда забрать. На этот раз у него всё получится. На этот раз он первым делом всех "островитян" выгонит на платформу, а их багаж уж как-нибудь сам дотащит. Больше никто не пострадает...

— Алло. Это Билл. Задание меняется. Немедленно отправляйтесь к вашей подчиненной.

— А...

— Академия выслала подкрепление, так что скоро ей придется иметь дело с несколькими противниками. Даже она согласна с тем, что не справится в одиночку.

— А как же "остров"?.. — растерялся Джозеф, слегка притормаживая. — Я же еще не эвакуировал жителей...

— Поздно. Минуту назад он подвергся обработке. С ним уже ничего не поделаешь.

Оперативник совсем остановил платформу. Силы, что у него еще оставались после всех событий этого дня, словно разом куда-то исчезли. Навалилась свинцовая усталость. Захотелось всё бросить и уйти "наружу" или просто лечь спать, устроившись в любимом кресле. Джозеф, болезненно морщась, потер кулаком лоб и зажмурился.

— Сколько их? — спросил нехотя.

— В настоящий время — двое. Находятся в зоне рекреации, откуда пришла первая группа. Полагаем, что в данный момент пытаются открыть проход к вашей девочке.

— А кто? — поисковик снова тряхнул головой, открыл глаза и медленно развернул средство транспорта.

— Вот уж, чего не знаем, того не знаем, — буркнул ученый.

Джозеф немного помолчал.

— Скажите, что будет, если Академия всё же захватит кого-то, кто знает о нейтральных пространствах? — платформа поехала в сторону поля битвы, стремительно набирая скорость. — В смысле Дейдару или меня.

Собеседник задумался.

— Если девушку, то это очень плохо: ей известно, как у нас что устроено, по каким принципам работает и так далее. Вы — другое дело, потому что, хоть и сотрудничаете с нами гораздо дольше нее, совершенно в этом не разбираетесь. Так что в случае вашей поимки последствия для "архипелага" будут незначительными, — сказал, наконец, он. — Это, конечно, крайне не желательно, но, если всё же что-то такое произойдет... В общем, мы выкрутимся. Для вас же...

Поисковик бесцеремонно отключился, не захотев слушать дальше: у него хватало воображения, чтоб представить последнее самостоятельно. Неуверенно провел ладонью по карману с боеприпасами. Снова разозлился.

Принял решение.

Заброшенное нейтральное пространство было истерзано и разбито. Следы копоти, воронки от взрывов, выбоины и трещины, мусор всех видов и бьющие вверх радуги покрывали всю его поверхность. Небольшой человекообразный пилотируемый робот, громко топая и поскрипывая сочленениями, пытался добраться до своей противницы. Далила не очень понимала, чего пыталась этим добиться ее подруга, засевшая внутри и довольно скалившаяся из-под прозрачной крышки кабины управления, и просто дырявила его обшивку лазерами из угрожающего вида очков.

Джозеф незамеченным парил на доске, наблюдая за происходившим с высоты. Платформа мирно стояла неподалеку. Оперативник уже в который раз вынул из кармана и бегло просмотрел успевшие слегка помяться карточки, силясь догадаться о назначении хоть одной. С другой стороны, ему было четко сказано, что ими нужно кидаться в противников, так что, видимо, вопрос "что именно делает каждая из них?" был несущественен. Какая, по сути, разница?

Джозеф снова перевел взгляд на поле боя, проверяя, не произошли ли там какие-нибудь существенные изменения. На краю сознания мелькнула мысль, что ему полагалось бы волноваться, сомневаться и не находить себе места. Вяло отметил практически полное отсутствие данных эмоций и состояний: злость, смешанная с адреналином, глушила их на корню.

Из выщербленного бетонного пола стала подниматься дверь. От девушек это явно не укрылось, однако ни та, ни другая не стали ничего предпринимать. Джозеф подобрался, готовясь в любой момент начать действовать. Вход показался полностью. Открылся.

Так-так. Ник и Тревор. ОЧЕНЬ удачно. Оперативник сорвался с места и заскользил вниз. Доска разгонялась всё сильнее, стремительно приближаясь к пока не подозревавшим о его присутствии мужчинам. Джозеф практически сразу понял, что с ускорением сильно погорячился — процесс торможения явно грозил обернуться существенными трудностями. Оперативник попытался замедлиться, потерял равновесие, завертелся и завихлялся в воздухе, рискуя свалиться вместе со сноубордом.

Работники Академии, выйдя из двери и увидев поля боя, немного растерялись и застопорились. Громыхавший и сотрясавший пол робот произвел на обоих неизгладимое впечатление. Несколько секунд с тупым недоумением они наблюдали за происходившим, смутно соображая, что им тоже нужно было что-то делать, а потом в них неожиданно врезался Джозеф. Упали все трое.

Тревор получил доской в живот и отлетел в сторону. Несмотря на то, что оперативнику удалось существенно замедлиться при подлете и успеть схватиться за Ника, тем самым погасив силу удара, ему должно было достаться более чем прилично. Девушки палили друг по другу, чем ни попадя, словно совсем не опасаясь возможных последствий, так что, возможно, полученные здесь увечья "наружи" не представляли существенной проблемы. Поисковику оставалось утешаться лишь надеждой на это. Впрочем, особо он не переживал: Тревор никогда ему не нравился, поэтому в данный момент его судьба Джозефа практически не волновала. Кинул в поверженного противника первой попавшейся под руку карточкой, чтоб уж наверняка его нейтрализовать. На чудище, из нее появившееся, даже не стал смотреть. Ник, также на ногах не устоявший, постепенно выходил из состояния дезориентации в пространстве и начинал неуверенно шевелиться.

Джозеф, игнорируя боль в бедре и локте, сильно ушибленных при падении, поднялся настолько резво, насколько только мог с зафиксированными доской ступнями. Действовать нужно было быстро, пока противник не пришел в себя. С перекошенным суровой решимостью лицом оперативник, жалея, что нельзя было снять ужасно мешавшееся средство транспорта, допрыгал до державшегося за голову коллеги. Тот, заметив его приближение, замахнулся кулаком с явным намерением ударить. О. Именно для таких случаев подходил один из немногих боевых приемов, что Джозеф таки освоил на добровольно-принудительных тренировках. Он его применил, перехватывая вражескую руку и заламывая ее Нику за спину. Не удержал равновесия и таки свалился поверх, снова прикладывая уже почти вставшего противника плечом об пол. Тот зашипел от боли и попытался вырваться. Бить его Джозефу не хотелось, однако особой альтернативы он не видел: надеяться, что коллега поддастся уговорам и мирно согласится сотрудничать, было поздно.

Думать, как вырубить уже, похоже, бывшего товарища, нанеся ему минимальный вред, приходилось быстро. Ударил в солнечное сплетение. Не то чтобы сильно, однако Ник бойцом тоже не был. Звон в ушах и черноту перед глазами ему на какое-то время это обеспечило. Не дожидаясь, пока противник очухается, Джозеф спешно поднялся, затащил оглушенное тело на доску, очень надеясь, что после всех его действий с нее не отвалилась наклейка. Взмыл в воздух и на полной скорости полетел прочь, стараясь не уронить свою ношу.

Далила с Дейдарой тупо смотрели ему вслед, наплевав на собственную битву.

Неподалеку крупная слюнявая мохнатая тварь катала по полу бесчувственного Тревора. Одна из девушек, чуть поколебавшись, стащила с головы излучавшие лазер очки. С тихим шипением выпускаемого воздуха откинулась крышка кабины управления робота второй. Подруги недоуменно переглянулись.

— Жвачку будешь? — поинтересовалась Дейдара спустя несколько секунд.

Джозеф свалил Ника на платформу. Быстро снял сноуборд и, наблюдая за своим пленником, в очередной раз ушибленным об пол, завел средство транспорта.

— Сдурел?! — кашлянул похищенный, медленно ворочаясь.

— Предупреждаю! Я вооружен! Если что-нибудь выкинешь — взорву тебя, себя и всё вокруг! — рявкнул Джозеф, угрожающе выбрасывая перед собой руку с зажатой карточкой.

Где и когда оставил пистолет, гораздо более уместный в данной ситуации, он не помнил и вспоминать не хотел.

Ник послушно замер, с опаской поглядывая на мятый прямоугольник плотной бумаги.

— Я думал, мы друзья, — обиженно пробормотал он.

— Друзья, — согласился Джозеф. — Сдавай оружие. Я не поверю, что ты пришел на поле боя с пустыми руками. И без глупостей! — помахал у коллеги перед глазами своей картонкой. — Ты себе не представляешь, на что способна эта штука! Если со мной что-то случится, она сработает автоматически! Погибнем оба!

Доверчивый Ник испуганно моргнул и, посомневавшись, медленно полез в нагрудный карман, вынул оттуда какую-то вещь и положил ее перед собой.

— Дальше, — потребовал Джозеф, ногой скидывая предмет с платформы.

— Это всё, — грустно отозвался пленник.

Он выглядел так, словно разочарование в людях и дружбе лишили его воли сражаться и жить. Тяжко и душераздирающе вздохнул.

— Что ты со мной сделаешь? — печально поинтересовался он через пару секунд.

— Ничего, — мрачно буркнул Джозеф, управляя средством транспорта.

— Зачем я тебе тогда?

Собеседник ничего не ответил, с гордым и неприступным видом направляя платформу сквозь тьму сознания. Ник какое-то время молчал, сидя на полу и послушно не делая глупостей.

— Скажи, почему? — спросил он, наконец, собираясь с духом.

— М? — Джозеф нехотя на него покосился.

Пленник, справедливо решив, что его вопрос понятен и без уточнений, ждал ответа, буравя вынужденного спутника требовательным взглядом. Помолчав несколько секунд, тот недоверчиво уточнил:

— То есть, листовки ты не видел?

— Рихард сказал, что это — дешевая провокация.

— С каких это пор его мнение тебя волнует?! — издевательским тоном уточнил Джозеф.

Слегка утихшая ярость снова забурлила и запузырилась.

— А... ну... — Ник задумался. — Ведь... Вы практически убили Шервуда...

— Он просто спит! — рявкнул поисковик, выходя из себя. — Часов через пять проснется и будет чувствовать себя лучше, чем я сейчас!

Грязно выругался, скрипнул зубами и бегло оглядел платформу в поисках того, что можно было бы пнуть или разломать, чтоб выпустить пар. Ничего подходящего не нашел.

— Говорить можете? — поинтересовались в ухе.

Джозеф буркнул что-то утвердительное, больше думая о том, насколько адекватным поступком будет попрыгать по сноуборду, разбивая его на куски, чем об общении с "островитянином".

— Как у вас дела?

— Чудно, — отозвался оперативник, шаря взглядом по горизонту в поисках заветной двери.

Уильям недоуменно молчал, ожидая более развернутого ответа.

— В смысле? — уточнил ученый, так и не дождавшись. — Что с подмогой из Академии?

— Билл, помните, о чем я вас спрашивал во время последнего разговора?

— Э-э-э... — собеседник сосредоточился, проматывая в голове предыдущую беседу. — О последствиях вашего пленения?

— Именно. Вы еще сказали, что выкрутитесь в этом случае.

— Эй! Что-то случилось? — забеспокоился собеседник. — Что у вас происходит? Какие-то проблемы?

— В общем, — вздохнул Джозеф, устало потирая переносицу. — Начинайте-ка вы уже потихоньку выкручиваться.

— Немедленно объясните, что!..

— Пока ничего, — оперативник в раздражении прервал ученого. — Но полагаю, что через несколько минут ситуация изменится. Прощайте. Приятно было с вами познакомиться. Передайте всем от меня пламенный привет и пожелание долгих лет жизни.

Не слушая взволнованный гомон, Джозеф вытащил из уха переговорное устройство и швырнул его вдаль. Блеснув на прощание металлом, то скрылось из виду. Поисковик тряхнул головой и привычным движением откинул челку со лба. Лишившись возможности выйти на связь, почувствовал себя одиноким и потерянным. Ладно, он сам так решил, так что меланхолия по этому поводу была бы по меньшей мере глупой.

— Это правда? — подал голос Ник.

— Что именно? — нехотя поинтересовался Джозеф, отвлекаясь от своих мыслей.

— То, что написано в тех бумажках, — пояснил коллега.

Выглядел он потерянным и полностью дезориентированным.

— Да. Правда, — оперативник тяжко вздохнул.

Какой смысл теперь об этом говорить? Идея с листовками, казавшаяся столь удачной, в лучшем случае не привела ни к какому результату. "Дешевая провокация". Ха!

— Ты не врешь? — пленник с лучащимися надеждой глазами подался вперед.

Джозеф снова предостерегающе помахал в воздухе карточкой. Ник замер и послушно вернулся на место.

— Мне всё равно, веришь ты или нет, — показалась нужная дверь. — Действительность от этого не меняется.

Глупо было ожидать, что, прочитав статью, рядовые работники Академии взбунтуются и добьются отмены обработки "островов".

Платформа плавно приблизилась к входу в "офис". Что ж, раз уж на судьбе и так поставлен крест, то пусть он хотя бы будет монументальным, гранитным и с позолоченными завитушками.

— Приехали, — буркнул Джозеф, останавливаясь.

Провел ладонями по одежде, проверяя, не осталось ли у него при себе чего-нибудь, имевшего отношение к "архипелагу". Спрыгнул на землю. Ник продолжал сидеть в той же позе, глубоко задумавшись и даже не заметив, что поездка подошла к концу.

— Эй, — Джозеф не очень вежливо похлопал его по плечу.

Пленник вздрогнул и обернулся. Увидел, куда они прибыли. Кажется, немного удивился.

— Спускайся, — велел поисковик, на всякий случай снова демонстрируя карточку. — Стой и ничего не делай. Никакой самодеятельности и игр в героизм, понял, да?!

Ник молча слез с платформы. Немного подумав, Джозеф снова на нее запрыгнул, завел, развернул, запустил. Торопливо соскочил с тронувшегося с места средства транспорта. Обернулся, чтоб убедиться, что то уезжало прочь от "офиса". Решив, что "островитяне" его обязательно найдут и заберут, оперативник снова сосредоточился на возвышавшейся перед ним двери.

— Открывай, — велел он спутнику, кивком указывая на ручку.

Тот послушно за нее взялся.

— Так, подожди, — спохватился Джозеф.

Спешно удостоверился, что оставшиеся у него боеприпасы находились под рукой и могли быть применены в любой момент. Немного подумав, крепко уцепился за плечи несколько удивленного таким поворотом событий коллегу.

— Не пойми меня неправильно, — предостерег он его на всякий случай. — Теперь открывай.

Ник, нервно косясь на прилипшего к его спине Джозефа, нажал на ручку и толкнул дверь. Оперативник же в этот момент вдруг подумал, что он и маленький пакетик — совсем не одно и то же. Тот факт, что второй удалось протащить сквозь систему защиты, прицепив к допущенному в "офис" лицу, еще не гарантировал, что это же удастся провернуть и с первым. Прежде Джозефу это в голову не приходило: мысли в парализованном адреналином и злостью мозгу носились по прокатанной колее, не видя ничего по сторонам. Теперь же, когда он непосредственно приступил к делу, его сознание существенно успокоилось и принялось задавать себе неприятные вопросы. Пожалуй, никогда прежде поисковику не приходилось думать так быстро.

Интересно, сколько мозгов у этой плюющейся соплями гадости? Хотелось надеяться, что мало. Александр Борисович вечно жаловался на недоразвитость технологий Академии, не могли же они резко эволюционировать! Хотя... особо надеяться на это не стоило.

Дверь открылась. Джозеф рванул вперед, толкая перед собой Ника. Миновав порог, швырнул, куда попало, уже порядком замусолившуюся карточку. Тут же, не дожидаясь, пока та сработает, полез в карман за новой. Отметил краем сознания присутствовавших здесь людей, пока не сообразивших, что к чему, разглядел в дальнем углу помещения машину. Обхватив пленника свободной рукой как можно крепче, поволок его в сторону металлического агрегата.

Джозеф, не успев сделать и двух шагов, почувствовал, что его ногу что-то обвило. Потом талию. Вторую ногу. План "обмануть систему защиты, выдав себя за кусок Ника" с треском провалился. С негромким хлопком в комнате появился огромный осьминог, тут же принявшийся хватать мясистыми щупальцами тех, кому не посчастливилось оказаться рядом с карточкой в момент ее активации. Кто-то завопил. Джозеф, убедившись в бесполезности своего пленника, оттолкнул его от себя, освобождая руку.

Нужно разрушить машину.

Со всех сил швырнул в сторону агрегата очередную картонку. Склизкие плети поймали запястье и, плотно облепив ноги и корпус, свалили оперативника на пол. Поползли по второй руке. Скрипнув в бешенстве зубами, еле успел вырвать ее из кармана и шлепнуть на упругую массу одну из наклеек. Сопли вокруг той забурлили и взорвались. Во все стороны брызнули слизистые ошметки. Запахло паленым. Джозеф, не обращая внимания на боль, постарался подняться на ноги и отбежать подальше от входа. Мысленно дал себе подзатыльник: идея облепить наклейками систему защиты, чтоб та на него просто не реагировала, пришла слишком поздно. А еще было бы неплохо сначала думать, а уж потом устраивать на себе взрывы: бедро было обожжено и ушиблено.

Щиколотку снова обхватила холодная влажная плеть. Решив, что добраться до машины у него, видимо, не выйдет, Джозеф выхватил все боеприпасы, что у него остались, и всей стопочкой бросил в ее сторону, надеясь, что хоть что-то да сработает. Снова упал, сваленный шквалом обрушившихся на него соплей. До закружившихся в воздухе прямоугольников клейкие тенета не дотянулись: те успели активироваться.

В "офисе" начался хаос. Осьминог метался, крушил стулья, и пытался схватить кого-нибудь из бегавших вокруг людей. С воплем "Ура!" носились уже знакомые Джозефу тараканы в буденовках. Ната визжала, забравшись с ногами на кого-то из ученых: она не переносила насекомых. Под потолком клубилось что-то газообразное и вонявшее серой, порой принимавшее антропоморфную форму и бросавшееся на кого-либо из людей. С экрана под потолком орал Виктор. В основном что-то малосодержательное, но очень эмоциональное. Прогремел взрыв: красивый переливчатый шар натолкнулся на барьер, отделявший угол, где находилась машина — в этот раз ученые проявили осторожность и постарались ее защитить от возможных вредителей. Послышались звуки выстрелов, брызнули ошметки осьминожьей плоти — Шэл спокойно и методично в упор расстреливала извивавшееся в конвульсиях существо. Пахло порохом и гарью. По полу бессистемно скользил образованный вязью круг, перетаскивая и роняя людей, мебель и ее обломки с места на место.

Джозеф тоскливо лежал, связанный по рукам и ногам, отстраненно размышляя, сколько микропередатчиков отныне было напихано ему под кожу, и лениво наблюдал за творившимся безобразием. То, что разрушить агрегат у него уже не выйдет, он прекрасно понимал.

Один из тараканов неприятно хрустнул под туфлей Шэл. Медленно размазав его по полу, женщина повернулась к меланхолично валявшемуся оперативнику. Дружелюбия в ее взгляде он не заметил. Решил, что наглядная экзекуция насекомого была ему намеком, и что следующим на очереди был он сам. Однако в этот момент перемещающий круг протащил мимо коллеги так и не пришедшего в сознание Шервуда, и избиение Джозефа тут же утратило для нее свою первостепенность.

Тот поелозил по полу, пытаясь устроиться удобней: плечо, на котором он лежал, уже начинало затекать. Недавняя злость с сопровождавшим ее приливом сил уступали место апатии и безразличию. В принципе, несмотря на неудачу, содеянным он в глубине души был доволен: всегда мечтал сопроводить свое появление феерическим шоу. Так же всячески услаждало душу зрелище придавленного осьминожьей тушей Рихарда — по чистой случайности карточка активировалась в непосредственной от него близости. Огромный морепродукт лежал неподвижной раскуроченной грудой и признаков жизни больше не подавал. Исчез клубившийся под потолком газовый агрессор. Куда и почему, Джозеф не заметил. Работники Академии постепенно брали ситуацию под контроль.

— Что у вас там?! — Александр Борисович, сменивший на мониторе Виктора, выглядел неважно.

Глава подразделения окинул взглядом царивший в помещении погром, узнал индифферентно валявшееся в сопливом коконе тело. Посуровел и нахмурился.

— Я-я-ясно, — протянул он, многозначительно глядя на Джозефа.

Тому было лень хоть как-то реагировать, он вспомнил, что жутко хотел спать: день выдался уж слишком насыщенным и долгим. Что ж, всё равно рано или поздно пришлось бы сдаваться: поисковик не смог бы скрываться всю жизнь. Чуть раньше, чуть позже... Разница, по сути, небольшая. Закрыл глаза в надежде немного вздремнуть. Голоса вокруг него звучали всё дальше и глуше.

Потом вдруг по ушам резанула знакомая какофония из скрежета и звука бьющегося стекла. Джозеф вздрогнул и, резко подняв голову, обернулся к ее источнику. В помещении повисла почти полная тишина. Ник небрежно отшвырнул покореженный стул в сторону и, спокойно отойдя от обломков машины, направился в сторону своего пленителя. Сел рядом с ним на пол, подпер голову ладонью и глубоко вздохнул. Видимо, в этом углу, по его мнению, располагалась зона для содержания врагов Академии.

— И этот туда же... — пораженно прошептал кто-то.

— А как?! — недоумевал кто-то из ученых, беспомощно поглядывая на коллег. — Там же барьер был...

По стене деловито пробежал довольный собой и жизнью таракан.

Джозеф пару раз недоуменно моргнул. Опустил голову обратно на пол. Задумался. Таки не зря были листовки, не зря...

— Откуда они пришли? — доносился усталый голос Александра Борисовича.

— По всему выходит, что из сознания Джозефа, — бурчал с экрана Виктор под энергичное клацанье клавиш.

— Проверили, что там?

— Не выходит. Не знаю, что они сделали, но дверь на его "остров" по-прежнему не открывается.

— Так узнайте! — рычал шеф где-то вне зоны видимости.

— А я что, по-вашему, делаю?! — сорвался в ответ ученый.

Частично развязанный Джозеф сидел, прислонившись спиной к стене, и вяло прислушивался к происходившему. От сопливых пут его освободили, однако запястья и щиколотки на всякий случай стянули его же веревкой, крепившей в свое время пакет к Шервуду. Тщательно обыскали и отобрали оставшиеся наклейки. В "углу для провинившихся" теперь еще обитала и Ната, пошедшая и пнувшая многострадальную машину ради того, чтоб присоединиться к Нику. Последний был нетипично сосредоточен и молчалив. Рихард с Шервудом в сознание пока не приходили и лежали на уцелевших стульях, поставленных рядком в другом конце комнаты.

— Джозеф, солнце моё, ты ничего не хочешь нам рассказать? — с надеждой выдавил из себя Виктор, вымученно улыбаясь.

Поисковик лениво покачал головой, прикидывая, как бы ему удобнее устроиться на сон.

— Ну что тебе жалко, что ли? — ученый был уже на грани нервного срыва: ему в этот день тоже досталось изрядно.

Джозеф вопрос проигнорировал. Зевнул.

— Я уже заколебался эту машину собирать, — обреченно простонал Виктор, роняя голову на клавиатуру. — Словами не передать, насколько!

— Так не собирайте, — спокойно сказала Далила, заходя в помещение.

При звуке ее голоса Джозеф вздрогнул и обернулся, отчего-то разом просыпаясь.

Девушка шмякнула на защитную панель до боли знакомую наклейку. Не успел оперативник додумать вопрос "Зачем ей это нужно?", как следом за подругой прошмыгнула Дейдара. Соплями в нее не плюнуло.

— Всё в порядке, — твердо изрекла первая, пресекая начавшееся в рядах присутствовавших воинственное оживление при виде второй.

Обвела всех суровым взглядом, удостоверяясь, что ее поняли и суету прекратили.

— Что именно, по-твоему, в порядке? — глухо пробубнил Виктор, отрывая лицо от клавиатуры и фокусируясь на лицах вошедших.

Увидел Дейдару. Напрягся и растерялся. Вспомнил, что по большому счету ломать в "офисе" больше нечего, и немного расслабился. Девушка приветливо помахала ему рукой.

— Александр Борисович, — позвал ученый, не отрывая взгляда от нежданной гостьи. — Александр Борисович!

— А вы миленько здесь всё устроили, — задумчиво протянула Дейдара, оглядывая разгромленное помещение немного удивленным, но довольным взглядом.

Ей явно стоило определенных усилий сохранять серьезное выражение лица. Джозеф тупо пялился на подчиненную, гадая, зачем она сюда явилась, и как вообще понимать ситуацию.

— Шеф, "архипелаг" предлагает переговоры, — услышал он голос Далилы.

Насторожился и прислушался, переводя взгляд на монитор и багровевшее на нем лицо Александра Борисовича. Интересно, а Гектор вообще знает об этом, или Дейдара возомнила себя полномочным представителем, и развила самостоятельную деятельность?

Глава подразделения растерялся и нахмурился.

— Я уже обсудила с другой стороной сложившуюся ситуацию и считаю, что ее предложение для нас приемлемо. Окончательное решение, разумеется, за вами, но, думаю, вы согласны, что, если есть возможность решить проблему мирным путем, то ей нельзя пренебрегать, — Далила замолчала, выжидающе глядя на Александра Борисовича.

— Лиза бы тобой гордилась, — буркнул тот, снимая очки и протирая лицо замусоленным носовым платочком.

Вздохнул.

— Ладно, я согласен. Как и когда вы их хотите провести?

Дейдара шагнула вперед, молча вынула из уха переговорное устройство, гордо его продемонстрировала. Достала из кармана наклейку, прилепила ее на наушник.

— Добрый день, — разнесся по залу голос Гектора. — Меня хорошо слышно?

На заднем фоне заливисто чирикал Квирчик. У Джозефа защемило сердце.

— Да, — отозвалась Дейдара.

— Я являюсь главой "архипелага". И мне бы хотелось кое-что обсудить.

Джозеф слушал разговор, не издавая ни звука. Ему почему-то не хотелось, чтоб старик знал, что он в этот момент находился в "офисе". А еще вдруг впервые за всё это время он в полной мере осознал, что "острова" у него больше не было. Стало грустно.

Торговец просил о том, чтоб Академия остановила обработку зон рекреации и дала возможность эвакуировать уцелевших жителей. Говорил, что ей в любом случае придется реинсталлировать все входящие в "архипелаг" "острова", потому что ни один из них не сохранился в первозданном виде. Напоминал, что степень опустошения зоны рекреации никак не влияла на сложность или стоимость ее замены на новую. Уверял, что члены его союза уйдут туда, где не будут пересекаться с "островным" подразделением и кем-либо из Обладателей, никоим образом не ущемляя их интересов. Обещал подарить несколько прекрасных площадок, одну, правда, слегка разбитую, на которых можно разместить что угодно. Указывал, что, если б Академия создавала их самостоятельно, то потратила бы на это примерно столько же средств, сколько ей понадобится на реинсталляцию всех эвакуированных "островов", так что, по сути, она не останется в убытке.

— Одну минуточку, — прервал его Александр Борисович. — Все выйдите, пожалуйста, — обратился он к находившимся в "офисе". — Вас позовут, если понадобитесь.

Он с запозданием сообразил, что не стоило вести этот разговор в присутствии подчиненных. Те явно вспомнили написанное в прилагавшейся к листовкам статье, прониклись тяжелой судьбой "архипелага" и теперь были не способны мыслить непредвзято. Взгляд шефа остановился на Джозефе с Дейдарой. Чуть посомневавшись, он добавил:

— Вы двое тоже. Идите отсюда. И чтоб в Академию приехали немедленно! Ясно?

Он, судя по всему, и мысли не допускал, что те могли ослушаться.

— А мы не можем отсюда выйти! — жизнерадостно сообщила Дейдара. — У нас "островов" больше нет, дверь в наши сознания не откроется!

— Как? Куда дели? — опешил Виктор где-то за кадром.

Гектор деликатно промолчал и не стал говорить, что в "архипелаге" были уверены, что на таком уровне судьбу зон рекреации Академия отследить в состоянии.

— В принципе, я сказал всё, что хотел, — произнес он. — Давайте тогда мы свяжемся с вами через полчаса. Полагаю, этого времени вам хватит, чтоб всё обдумать и разобраться с посторонними вопросами.

Джозеф решил, что под одним из посторонних вопросов подразумевался он. Стало немного горько.

— Хорошо, я понял, — отозвался Александр Борисович, погружаясь в размышления.

Заметил, что присутствовавшие не больно торопились покидать помещение, продолжая нерешительно стоять на своих местах.

— Я попросил всех выйти, — строго напомнил он.

— Что вы сделали с "островами"? — устало обратился он к Дейдаре, когда основная часть народа всё же подчинилась.

Пока та рассказывала, Далила, распоряжение шефа без зазрений совести проигнорировавшая, развязывала Джозефа.

— А Тревор где? — вспомнил тот. — Он, я надеюсь, более или менее в порядке?

— Мы решили, что две хрупкие девушки не обязаны тащить на себе крупного мужчину, и оставили его там. Кто-нибудь за ним потом сходит.

Второй вопрос Далила проигнорировала, так что поисковик решил считать, что в принципе коллега пострадал несильно.

— Ну? И что теперь делать? — мрачно поинтересовался Александр Борисович, выслушав рассказ о судьбе, постигшей "острова".

— Взорвать — не аккуратно деинсталлировать, — отозвался Виктор. — Они там, наверное, всё подчистую разворотили.

— В общем так, — решил шеф. — Вы сейчас говорите, где находитесь, я шлю людей вас оттуда забрать, они доставляют вас в Академию, мы заново устанавливаем вам хотя бы минимум того, что нужно, что б вы смогли выйти "наружу". Других вариантов я не вижу.

— Я думал, вы нас давно нашли и перевезли куда-нибудь в подвалы Виндейре, — признался Джозеф, встряхивая освобожденными руками. — Тебе бы ничего не стоило узнать наше местонахождение.

— Если вы имеете в виду вариант "позвонить вашей сестре и хорошенько ее расспросить", то я его пробовала, — ответила Далила, бережно сматывая веревку. — Успехом он не увенчался. Сначала Лару удивил мой вопрос о том, где вы могли быть. Затем она недоуменно поинтересовалась: "Разве ты сейчас не с ним?" Когда я ответила, что нет, — явно смутилась, растерялась и принялась горячо меня убеждать, будто вы пошли в гости к другу в сугубо мужской компании. Всё чинно, пристойно и очень скучно. Мне кажется, она решила, что вы мне изменяете, — подчиненная тонко улыбнулась и посмотрела на оперативника с сарказмом.

Да уж, Лара порой могла оказаться неожиданно полезной. Джозеф подумал, что, несмотря ни на что, с сестрой ему повезло.

— Как думаете, их в зал-то пустят? Тех, кто за нами придет, — задумчиво протянула Дейдара, качаясь на стуле. — Представляете, если все эти бешеные фанатки полезут в драку?

— С какой стати? — вяло поинтересовался Джозеф, убедившийся, что выспаться ему в ближайшее время не удастся.

— Ну-у-у, типа без билетов, — пожала плечами девушка. — Вторгаются в самый душещипательный момент, шляются между рядами, шумят, смотреть мешают.

В "офисе" остались они вдвоем. Далила просто ушла. Виктор с Александром Борисовичем отключили монитор и обсуждали предложение "архипелага" вдали от лишних ушей и глаз. Даже Шервуда с Рихардом куда-то унесли. Сидели уже минут десять. Джозеф от нечего делать интереса ради попытался открыть дверь. Та не поддалась. Всё-таки стоило ее зафиксировать в открытом виде, ворвавшись в "офис". Тогда б удалось отсюда выйти. Хотя... с другой стороны, это позволило бы и работникам Академии попасть к нему в сознание. Задумался, насколько б это было нежелательно, учитывая нынешнее положение вещей.

— Они закрыли ваше "межостровное" пространство, — сообщила Дейдара, лениво наблюдая за действиями собеседника.

— Ты уверена, что об этом стоит здесь говорить? — нахмурился Джозеф.

— А что такого? — девушка небрежно дернула плечом. — Далила тоже всё это знает, так что ничего секретного я не выдаю.

— Ну-ну...

— Так что теперь в вашем сознании есть лишь одна дверь. Сюда. Свободно между "островами" больше у вас не походишь. Даже нам для того, чтоб выбраться с той площадки, пришлось идти через зону рекреации, с которой прорубали вход все, кому не лень.

— О.

В голове было пусто и гулко. Думать не хотелось совершенно. Говорить — тем более. А где-то в недалеком будущем маячило пробуждение в стенах Академии, разговор по душам с кучей недружественного народа и всяческие последствия, на которые в данный момент было глубоко наплевать.

— Алло, — сказал голосом Гектора лежавший на одном из стульев наушник.

Оба промолчали.

— Алло, — настойчиво повторил старик. — Я знаю, что вы меня слышите.

— Полчаса еще не прошли, — нехотя отозвался Джозеф, убеждаясь, что его подчиненная отвечать была не намерена. — Александра Борисовича пока нет.

— Я на это и надеялся.

Оперативник вздохнул. Он с трудом представлял, о чем говорить. Тем более в "офисе", где их могли подслушать.

— Как дела? — решил начать с банальности.

— Как вам сказать... Неплохо. Да, весьма неплохо. Тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить.

— Фиу! — послышалось хлопанье крыльев.

— Ясно. Рад за вас.

— А как вы поживаете? — на заднем фоне скворчал попугай. — Не хотите мне что-нибудь рассказать? Возможно, вас что-то тревожит?

Джозеф невесело рассмеялся. Почесал лоб.

— М-м-м... Пожалуй, всё же нет, — сказал он, усмехаясь. — Сегодня у меня был совершенно скучный день. Не произошло ничего, что стоило бы упоминания.

— Что ж, бывает. Простите, что не предлагаю вам чай: кругом царит такой бардак, что чашки решительно невозможно найти.

Джозеф недоуменно моргнул.

— О, не переживайте, — успокоил он торговца, подыгрывая. — Я просто так посижу.

— Жаль, что вы не видите, какая чудная вещь лежит сейчас передо мной. Красное дерево, резьба, инкрустация серебром. Тончайшая работа. Красота невероятная. Минуточку — сгоню Квирчика, а то он грызет инкрустацию серебром.

Послышались гневные попугайские вопли.

— Ну вот... Согнал.

Помолчали.

— Это же наш последний разговор, да? — Джозеф задумчиво уткнулся подбородком в сложенные на спинке стула ладони.

— По всей видимости, — спокойно отозвался Гектор. — Если, конечно, вы не примете участие в переговорах.

— Не думаю, что меня до них допустят, — поморщился оперативник.

— Значит, последний, — резюмировал старик.

Снова повисло молчание. Дейдара мирно занималась своими делами, разговор полностью игнорируя.

— Тогда... прощайте, — небрежно пожал плечами Джозеф, борясь с подступившим к горлу комом.

Всё-таки ему будет ужасно не хватать маленькой пыльной лавки, набитой чудесами и пропахшей свежей выпечкой. Вредного хворого попугая, грызущего всё на своем пути, и книжки-графоманки. Вечных чаепитий и разговоров ни о чем. Своего собственного "острова".

— Да. Пожалуй, это слово подходит для данной ситуации лучше всего, — Гектор немного подумал. — Мне будет вас не хватать. Квирчику тоже, я в этом почти не сомневаюсь, — помолчал еще чуть-чуть. — И Генри просил передать привет. За мальчиком он обещал приглядеть. Что бы еще вам сообщить?.. Ах, да. Девочка, кажется, у нас прижилась. Подружилась с самой собой, только здоровой.

— Ясно. Я очень рад, — было грустно.

— И еще... Мы все хотим вас поблагодарить. "Архипелаг" вам очень признателен за помощь. Спасибо. Вы были хорошим Обладателем. Это уже я от себя лично говорю.

Торговец снова затих. Доносилось лишь негромкое птичье курлыканье. Потом послышался щелчок, и связь отключилась.

— Ненавижу прощания, — подала голос Дейдара. — Всегда так и тянет позорно разреветься.

Джозеф ничего не ответил. Сидел и думал. Подчиненная тоже попыток развить тему не предпринимала.

— Скажи, — произнес оперативник спустя пару минут. — Как думаешь, Академия согласится? Позволит "архипелагу" уйти в нейтральные пространства?

— В теории должна, — меланхолично откликнулась Дейдара. — Не вижу ни одной веской причины, почему нет.

Дверь открылась и вошла Далила.

— Идемте, — велела она, кивая головой в сторону выхода. — Посидите у меня на "острове", пока идут переговоры.

Как выглядела зона рекреации до того, как ее полностью эвакуировали, Джозеф спрашивать постеснялся.

Через два часа их с Дейдарой смогли вывести "наружу".

Эпилог

Джозеф ехал по заснеженной равнине. Из-за начавшегося бурана было сложно различить, где заканчивалось небо и начиналась земля. Ветер завывал и царапал лицо ледяным крошевом. Оперативник остановил снегоход и огляделся — еще не хватало тут заблудиться. Натянул капюшон пониже, поправил закрывавший пол-лица шарф и поехал дальше.

Со дня "битвы за "архипелаг"" прошло почти пять месяцев. Александр Борисович доложил руководству, что Академия решила проблему раз и навсегда. Что все зоны рекреации обработаны, что потенциально опасных жителей в них больше не осталось, что все выявленные ошибки полностью исправлены, и что ситуация взята под контроль. Он решил не распространяться на тему достигнутой с Гектором договоренности: начальству, озабоченному тем, как всё произошедшее скажется на судьбе учреждения, она бы вряд ли понравилась. Шквал жалоб и судебных исков со стороны взбешенных Обладателей, нашедших свои зоны рекреации разоренными, не способствовал проявлению гуманизма и понимания. О существовании нейтральных пространств и том, что "архипелагу" было позволено на них укрыться, Александр Борисович умолчал, оправдано опасаясь, что руководство сочло бы такие меры недостаточными и настояло бы на полном уничтожении союза. Его подчиненные, знавшие об истинном положении вещей, согласились молчать: в научном центре, занимавшемся созданием зон рекреации, ярых сторонников идеи насильственного решения вопроса не было.

Официальная версия, донесенная публике, гласила, что проблемы с "островами" были вызваны небольшой и уже исправленной ошибкой в программе. Что было чистой правдой. Однако по этому сообщению заключалась она якобы в том, что в какой-то момент зоны рекреации самопроизвольно регрессировали до состояния одной из стадий неполной инсталляции. Джозеф предполагал, что без его бывших подчиненных сочинение этого объяснения не обошлось: он не знал больше никого, кто за пару часов мог придумать правдоподобную теорию о какой-то там неполной инсталляции и даже выделить у нее стадии. Академия взяла на себя обязательство бесплатно реинсталлировать "острова" всем пострадавшим и горячо уверяла, что приняла все меры к тому, чтоб ситуация впредь не повторилась. Клялась, что всё это время Обладатели были в полной безопасности, и что выявившиеся со временем дефекты "островов" ни в коей мере не влияли на разумы их носителей и были совершенно безвредны. Даже публиковала сложные расчеты и доказательства данных утверждений, выглядевшие и звучавшие весьма убедительно. Однако скандала избежать не удалось: гневные статьи в прессе и всяческие ток-шоу на телевидении не прекращались очень долго. Негодовали политики и общественные деятели, шумели представители шоу-бизнеса, занудно бубнили эксперты в различных областях.

Академии нужно было как-то отвечать на выпады в свой адрес: признания вины и готовности бесплатно реинсталлировать "острова" общественности было мало. Требовался человек, которого можно было бы обвинить во всем случившемся. Поскольку Александр Борисович приложил все усилия, чтоб никто за пределами возглавляемых им научного центра и подразделения не узнал о той роли, которую в произошедшем сыграли Джозеф с Дейдарой, крайним автоматически стал он сам. Его обвинили в халатности, некомпетентности и прочих грехах. Показательно уволили. Впрочем, быстро и без лишнего шума восстановили на прежней должности: руководство Академии прекрасно понимало, что лучше него никто с этой работой не справится. К тому же, "военные трофеи" в лице нескольких недостроенных нейтральных пространств, полностью покрывшие собой расходы на реинсталляции, буквально кричали в его пользу. Зачем шеф выгораживал их с Дейдарой, Джозеф так толком и не понял, но был бесконечно ему признателен. Лично он отделался лишь увольнением из "островного" подразделения. По сравнению с теми возможными последствиями, что поисковику рисовало воображение, — настолько незначительный пустяк, что он еще долго не верил, что этим всё ограничится, и ждал подвоха. Дейдару обязали возместить стоимость разбитой ей техники и временно отстранили от всех важных и интересных ей проектов — Александр Борисович счел ее слишком ценным кадром, чтоб просто взять и выгнать. Нику же вообще всё полностью сошло с рук, что его даже слегка обидело.

Сквозь буран стали проглядываться очертания гор. Джозефа, уже подумывавшего о том, чтоб повернуть назад, их появление приободрило.

Оперативник остановил снегоход у подножья и, стирая с защитных очков налипший снег, оглядел нагромождение камней, выделявшееся на склоне. Да, кажется, местные жители говорили именно об этом месте.

— Давно не виделись.

В обледенелой пещере, сбившись в кучу, чтоб меньше мерзнуть, сидела толпа в пуховиках, горнолыжных штанах и теплых ботинках. При виде человека с фонарем она оживилась и заволновалась.

— Вы?! — узнал Джозефа владелец банка, щурясь от бившего ему по газам луча света.

— Я, — согласился поисковик, вынимая из кармана телефон и набирая какой-то номер. — Алло, Джамиля, — произнес он спустя несколько секунд. — Ну, я их нашел. Шли спасателей с медиками.

Убрал трубку обратно. Посмотрел на сборище. Вздохнул.

— Объясните мне, как вы на этот раз умудрились потеряться? — попросил он, проходя глубже в пещеру.

Свет фонаря выхватил из полумрака уродское каменное идолище какого-то местного божка, стоявшее на постаменте у дальней стены. Туристы от этого вопроса явно смутились и принялись бубнить что-то оправдательное нестройным хором.

Спасатели с медиками подъехали лишь после того, как утих буран. Потерявшихся напоили горячительным и увели грузиться в машины. Джозеф, убедившись, что никто его не видел, подошел к статуе и, чуть поколебавшись, положил на пьедестал шоколадку: раз Анжела была в изваянии заинтересована, значит, стоило проявить к нему хоть капельку почтения. Пошарил взглядом по полу в надежде найти самостоятельно отвалившийся от идола кусок. Не нашел. С тяжким вздохом отбил фонариком часть орнамента постамента. Теперь, теоретически, он ведьме больше ничего не должен...

В кармане, извещая о полученном сообщении, звякнул телефон.

— А фактически я от вас пока ничего не получила, — прочитал Джозеф, подбирая каменный осколок.

Ну да. Зато через пару дней, когда он вернется домой и доберется до ее логова, долг будет списан.

— Главное, проклятье какое-нибудь не подцепить за порчу изваяния, — мрачно подумал оперативник, с подозрением глядя в застывшее выражением тупого недоумения лицо статуи.

— Эй, ты идешь? — в пещеру вернулся один из спасателей. — Мы отъезжаем.

— Ага, — Джозеф сунул кусок камня в карман и заторопился прочь.

Джамиля была неприветлива, недовольна и раздражительна. Она сидела перед ноутбуком, закутавшись в теплое одеяло, и пила уже третью чашку горячего кофе. Чугунная печь, раскаленная чуть ли не докрасна, помещение прогревала плохо. Изба, выделенная работникам ведомства старостой деревни, много лет не знала ремонта и чуть ли не разваливалась под порывами ветра.

— Вернулся, — констатировала Джамиля, удостаивая вошедшего оперативника лишь беглого взгляда. — Закрой дверь. Если из-за тебя дом остынет еще больше — убью!

Джозеф послушался. Сел за стол и тоже потянулся за термосом. Вспомнил, что еще не доложился начальству, плеснул себе кофе в кружку и нехотя вынул телефон.

— Алло, шеф. Ну, я их нашел. Все живы. Медики ими уже занялись.

— А я знаю. Мне сообщил глава аналитического отдела, — с показным равнодушием отозвался собеседник.

Джозеф промолчал. Ощущение дежавю и так не покидало его с тех пор, как ему поручили поиск группы туристов, отправившихся подзаряжаться какой-то там энергией и пропавших. И усилилось, когда он увидел фотографии. Хорошо хоть климатическую зону в этот раз они выбрали другую. Хотя... слушая завывания ветра за окном и глядя на озлобленную замерзшую Джамилю, Джозеф готов был пересмотреть последнее утверждение.

Закончив разговор с начальством, он таки добрался до своего кофе: шеф бы не простил, если б подчиненный чавкал и хлюпал в трубку во время беседы с ним.

Из динамиков ноутбука звучали овации, торжественная музыка и чья-то невнятная, но очень бодрая речь — Джамиля смотрела трансляцию какого-то мероприятия.

— Что показывают?

— Кого-то награждают, — нехотя буркнула аналитик. — Церемония.

Джозеф налил себе еще кофе. Всё-таки, стоило взять с собой в дорогу какую-нибудь книжку: в свободное от работы время было решительно нечем заняться. Прежде досуг ему обеспечивал "остров", и привыкнуть к его отсутствию было непросто. Еще одним последствием "дела об "архипелаге"" являлся запрет Александра Борисовича на установку Джозефу новой зоны рекреации. Тот в любом случае к этому не стремился: замена магазинчика и его обитателей на их рафинированные копии казалась ему кощунством и совершенно не прельщала. Ноутбук постоянно был занят Джамилей, а отбирать у нее единственную на время данного задания отраду было чревато угрозой здоровью и жизни. Оставалось развлекать себя рисованием, благо бумагу и карандаш коллега, хоть и нехотя, но выдавала.

Вдруг лицо аналитика удивленно вытянулось. Несколько секунд Джамиля пялилась в монитор и недоверчиво моргала.

— Подойди-ка сюда, — позвала она.

— Что там? — Джозефу вставать со стула ну совершенно не хотелось.

— Ты можешь шевелиться быстрее?! — рыкнула Джамиля. — Сюда иди, говорю!

Оперативник со вздохом послушался. Еще не успев обойти стол и подойти к экрану, услышал:

— Ита-а-ак! В номинации "Лучшую мужская роль" побеждает... Роберт Фергюссон! "Назови меня своей"! — рев толпы, визги, овации, фанфары.

Джозеф ускорил шаг. Встал рядом с коллегой и увидел, наконец, изображение.

— Нехило так, да? — задумчиво протянула Джамиля. — Только я подумала, что его для полноты картины не хватало... Как по заказу.

Джозеф не ответил. Он смотрел на сцену. Рядом с радостно улыбавшимся и махавшим рукой Робертом прыгала... смеялась... висла у актера на локте... бросалась ему на шею... лезла целоваться... в розовом платье... Лара?! Джозеф зажмурился, тряхнул головой и поглядел снова. Не показалось. Действительно Лара! Как она умудрилась?!

С сестрой оперативник не поддерживал отношений уже почти пять месяцев. Она обиделась за билеты, собралась и уехала в тот же день. Извинения слушать не хотела, кричала, плакала и демонстративно хлопала дверьми, пока искала все свои вещи. Всё же не стоило ей признаваться, что в кино пришлось идти по работе, а не в целях устройства личной жизни: последний вариант Лара бы даже приветствовала. Джозеф пару раз ей звонил, чтоб показать, что "ему не всё равно", прекрасно зная, что трубку она не возьмет из вредности, и со спокойной душой стал ждать, когда родственница успокоится и сама к нему нагрянет с чемоданами и очередным ухажером.

Полагавшуюся по случаю благодарственную речь Роберта Джозеф пропустил мимо ушей. Дивясь ушлости собственной сестры, он думал, что стоило хотя бы у родственников поинтересоваться, как у нее дела, чтоб не узнавать об этом по телевизору. Отвлекся от мыслей, лишь когда ведущие перешли к объявлению следующей номинации.

Вернулся на свое место и допил кофе.

В помещение с улицы протиснулась массивная фигура одного из спасателей.

— Ну, и чего вы сидите? — под гневным взглядом Джамили он поспешно захлопнул за собой дверь. — Через час уезжаем. Вы уже собраны?

— Ура. Наконец-то валим из этого холодильника, — пробубнила аналитик из глубин своего одеяльного кокона.

— Поторопитесь, а то если погода испортится, неизвестно, когда мы отсюда улетим. Обещали буран.

Джамиля принялась спешно выключать компьютер, параллельно заталкивая в сумку термос и сигареты. Джозеф лениво огляделся, проверяя, не валялось ли где его вещей. Поскольку он с самого начала решил не распаковываться, то теоретически все они и так должны были находиться в рюкзаке. А, нет. Всё-таки кое-что осталось.

Оперативник встал, пересек комнату и сгреб с кровати стопку корявых рисунков. Задумчиво пролистнул. Пожалуй, забирать их с собой смысла не было. Чуть посомневавшись, он подошел к печке, осторожно, стараясь не обжечься о раскаленный металл, открыл дверцу. Скрутил бумагу и сунул ее внутрь. Пошел помогать Джамиле со сборами.

Листы чернели и скручивались, загорались и истаивали. Человечки и пейзажи, портрет курившей аналитика, за который та обозвала "художника" безруким, вспыхивали и с тихим треском превращались в золу. Непонятное дерево с расщепленной макушкой и единственным яблоком, луна над ним и какая-то закаляка, в которой при должном уровне абстрактного мышления можно было узнать зайца, холм и совершенно не получившийся у Джозефа могильный камень. Край рисунка лизнул язычок пламени. Надкусил за угол. И съел.

КОНЕЦ

 
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх