Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Времена надежды: Наместник


Опубликован:
29.11.2007 — 29.11.2007
Читателей:
1
Аннотация:
Часть третья.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава
 
 

— ... Усилия пока что выгодны Лесу, и создают очень хорошую основу на будущее для междуречья Ледянки и Лесной. А потому имеет смысл их поддержать. Так, мы посылаем туда войско под рукой Опоясанного, назначенного Советом Леса. Однако, нам было бы желательно...

— А тебе выгодно... — ловко вклинился в паузу Дилин. Скорастадир ожег его взглядом, но фразу не сломал:

— Чтобы Опоясанным в тех землях был ты. На положенный законом срок — пять лет. Тогда ты получил бы право делать все, что сочтешь нужным.

Наступила излюбленная романистами "оглушающая тишина". Барат-Дая несколько раз звякнул ложечкой по вазе с мороженным. Собрание посмотрело на него, как будто он совершил нечто в высшей степени непристойное, и завхоз Академии виновато положил серебрянную фитюльку рядом со своим прибором.

Невидимый безмен качнулся и поплыл. Игнату показалось, что он падает в лифте. Наверное, у него изменилось лицо, потому что Скорастадир изумленно вскинул выгоревшие брови:

— Ты что же, отказаться собрался?

— Да нет, он как раз понимает вилку, в которую влип. — Неожиданно пришел на помощь Аум Синри. — Все, что принадлежит Тэмр, принадлежит Спарку; но верно и обратное.

— Прежде, чем дать ему силу, следует четко определить, что он и его сила принадлежат не только стае, а всему Лесу! — сообразил Ахен. Госпожа Вийви посмотрела на Спарка и неожиданно ему улыбнулась.

— Он должен быть избран представителем волков в Совет, или получить от Совета Леса какуюнибудь должность... — размышлял вслух Скорастадир.

— Но представитель Тэмр в Совете уже есть! — рявкнул Аум Синри.

— ...И его опыт нужен именно для дел Стаи, а не для дел Леса. — заключил Рыжий Маг.

— Я не собираюсь уступать свое место! — продолжил сосед проводника.

— Следовательно, Спарк эль Тэмр должен выучиться управлению, законам Леса... — ректор внушительно посмотрел на недовольного Аума, и тот замолчал. Потом старый маг принялся загибать пальцы:

— Вождению войск, понятию цельности Леса... Немножко магии... Словом, — Великий Доврефьель заговорил громко, почти торжественно:

— По совокупности обстоятельств, Совет Леса решил направить тебя в школу Левобережья, и там выучить на должность Судьи. Либо Опоясанного.

— Будет видно, к чему у тебя окажется больше способностей! — Скорастадир, как и Мастер Лезвия, не мог молчать долго.


* * *

— Долго мне придется учиться?

Гости разошлись. Задержались Скорастадир, Вийви и Дилин. Ахен со Спарком наскоро прибрали комнату, придвинули скобленые лавки к столу. Теперь вокруг него хватало места, и все могли удобно устроиться. Рыжий Маг заклинанием разжег камин. Вийви привычно выкинула объедки в огонь, рассортировала остатки угощения. Того, что было десятку на зуб, пятерым как раз хватило на сытный ужин.

— Должно же быть вам возмещение за беспокойство, — пояснила она.

— Ну и нам вечерю не готовить, — ежик-предсказатель, забравшийся на стол, нахально подмигнул хозяевам.

— Так долго учатся в этой вашей школе? — повторил вопрос проводник. Рыжий Маг пожал могучими плечами:

— По способностям. По уму, по характеру...

Помолчал и сказал прямо:

— Я же видел, ты чего-то испугался в этом предложении. Твой сосед, Аум, он просто не понял. А думал ты не о том, что после говорилось.

Спарк отмолчался. Скорастадир не отступил:

— Во сне ты бредил. И я кое-что узнал о тебе. Ты хотел жить ярко, мечтал о мире, в котором от тебя что-то зависит? Чего же теперь за печку прячешься?

— Гланта жаль, — проводник опустил голову. — Так все было мирно. Так все хорошо начиналось...

— За себя не боишься? — спросила госпожа Вийви, встряхивая у огня алую бархатную скатерть. Красные отблески тревожно перескакивали по белому платью, ведьма вертела и складывала полотнище, а Спарк видел льдинку, серебрянную свечку в багровом закате. Неловко пожал плечами:

— Как-то кажется, что все плохое может произойти с кем угодно, только не со мной...

— Ну, в твоем возрасте рано о смерти думать! — утешил Скорастадир, отставляя очередную опустошенную вазочку. — И вообще, сколько ты еще будешь думать? Пора делать! Сколько можно играться? Уже не мальчик, пора жить набело... — потянулся, и прибавил:

— Люблю мороженное...

— Вот, а холод не любишь... — Вийви последний раз встряхнула бархат перед огнем, с ног до головы покрывшись багровыми бликами. Спарк успел заметить, как страдальчески скривился Дилин. Ежику отчего-то не нравился красный цвет. Потом сложенная в восемь раз скатерть прыгнула на руки Ахену. Тот убрал ткань в шкафчик, и Дилин облегченно потер лапки. Ведьма продолжила:

— Думаю, ты года за два-три пройдешь Школу. И еще думаю: ты зря отворачиваешься от будущего. Представь, насколько проще тебе было бы строить Волчий Ручей и говорить с поселенцами, если бы ты носил Пояс.


* * *

Пояс оказался точно перед глазами, а лезвие прошуршало над головой: сотник успел присесть. Транас мигнул желтыми глазами, извернулся и откатился. Меч Опоясанного со свистом врубился в мерзлую землю. Над схваткой гнойником лопнуло ругательство. Сотник подхватил чей-то щит и сгреб топорик — взамен сломанного клинка. Хотя его доблесть уже ничего изменить не могла: Волчий Ручей был взят.

— Волчий... Ручей... взят... Сдавайся, сотник! — тяжело выдохнул Опоясанный.

— Пошел в туман, зверолюд проклятый! — отозвался Транас, — Вы же нелюди! Как вам можно сдаться?

Опоясанный поднялся на задние лапы и зарычал во всю пасть. Отбросил меч, толкнулся. Черной меховой глыбой врезался в щит. Хрустнула сломанная кость; побелел и не дрогнул Транас. Медвежья лапа прошла над щитом, небрежно коснулась уха — сотник сломанной куклой полетел на стену, запнулся о подножье бойницы, качнулся — и пропал в сырой мгле.

Снизу отозвались волки, сверху — пятерка грифонов, выделенных Лесом для взятия Ручья:

— Готово!

— Сдавшихся нет!

Опоясанный опустился на привычные четыре лапы и выбежал из крепости. Нер подошел к нему слева, окликнул:

— Тайон, все. Что теперь?

Тайон оглядел холм.

— Теперь не полезут. Наши тайницкие в городе донесли, что весной Тракт будут заселять только в том случае, ежели Волчий Ручей устоит. А он, как видишь, не устоял!

Нер тоже посмотрел вокруг. Волки стаскивали трупы. Красные полосы заметал крупный мягкий снег. Окрестности терялись в метели.

— Ловко ты удар задумал, — похвалил Тайон. — Мы всего три десятка потеряли...

— Если б не чьелано, мы бы стены не перескочили, — возразил Нер. — Так что всем чести поровну.

— Чести? — Тайон взялся обеими лапами за белый Пояс. Звякнули серебрянные пластины, зашуршало соединяющее их кольчужное плетение. — Да, чести... — повторил Опоясанный. Рявкнул:

— Захаб!

Черный волк из стаи Хэир проявился в метели:

— Слушаю.

— Того, последнего, которого я со стены швырнул... сотника их...

— Да, нашли его.

— На мясо не берите. Заройте там на вершине, и камень поставьте. Нер надпись выбьет. А шлем его положите у подножия.


* * *

— Там я шишак и подобрал, под камнем. В честь Транаса камень кто-то поставил на холме, — разведчик снова поежился, протянул зябнущие руки к огню. — Верхняя запись на камне по-нашему, а нижние все теми знаками, которые обычно на степных камнях находят.

Корней Тиреннолл, посадник ГадГорода, уныло окинул взглядом шлем на столе. Шлем только чуть тронуло ржавчиной: похоже, его положили на могилу сразу после боя. А Транас всегда содержал доспех в порядке. Наверняка и в последний бой пошел начищенным до блеска... И вообще, все поселенцы были великолепно снаряжены. Людей в войско отбирали самых толковых, самых стойких, самых мужественных. Не помогло! Степь проглотила всех. Даже трупов не оставила. Разведчики нашли только брошенный, постепенно разрушающийся городок.

Посадник пропустил сквозь пальцы посеребренную цепь. Качнулось на цепи золотое солнышко, стукнуло о скобленую столешницу. Корней оглядел собрание:

— Что думаете?

Айр Болл опустил рыжую голову в лисий воротник. Крепкими руками разгладил синий кафтан. Промолчал. Что ему думать о Степне? У него в своей четверти с углежогами ругани — только успевай поворачиваться. Осенью столько навезли железа из ЛаакХаара, что не поспевают лес рубить и уголь для кузниц жечь... Каждый день жалобы: то там, то здесь продают "недопалок". Недожженный уголь — в горне только помеха. Четвертник махнул рукой: дескать, вырвался ты, Корней, в посадники. Нас обошел степной хитростью. Значит, сам теперь и выкручивайся!

Айр Бласт, против обыкновения, с дядей своим согласился. Тоже глазки в пол уставил, словно там девки голые нарисованы. Даже губы облизал. Потеребил бороду, и в свете камина ярко блеснул красный рубин на пальце. Четверть Бласта — "Солянка" — в последнее время придавлена страхом. Сосед у нее грозный: Великий Князь ТопТаунский. Не до иных прочих, когда самому пчела за воротник влезла.

Нового четвертника Степны — Матвея Ворона — нечего и спрашивать. Зеленый еще. Шустрый и толковый, иначе Корней не протащил бы его на свое прежнее место. Лет через пять, как оботрется, да в силу войдет — только держись. Но пока что Матвей на собраниях больше молчит и слушает.

А вот Пол Ковник, от четверти "Горки", молчать не стал. Пришел его час. Глаза полыхнули багровым, темнее кафтана. Потом Ковник двинулся на лавке, и молниями сверкнула его золотая вышивка. Дождался! Как мечтал степную четверть утеснить, как старался Финтьенское железо ввести в город... Корней в посадники пролез, но теперь даже он не сможет помешать.

— Думаю, господин посадник, надо Южный Тракт закрыть на осень и зиму вовсе. А летом и весной... — Ковник махнул рукой, и все поняли без слов: летом и весной тоже нечего ездить. Слишком уж опасно выходит. Как уцелеть обозу на открытом пути, когда добрая крепость с сильным войском не устояла?

Завозился Айр Бласт. Запахнул соболиный воротник бурой замшевой куртки, поежился. Указал прислужнику на очаг. Тот подбросил еще охапку поленьев и вернулся на лавку, в дверную нишу. Ненадолго пахнуло теплом. Всеми забытый разведчик неловко переступил, начал понемногу отодвигаться к выходу, зябко кутаясь в потрепанный лесной плащ.

— Ты бы хотел, конечно, Южный Тракт убить вовсе, — спокойно ответил Корней. Пол привстал, оперся локтями о стол, внимательно и недобро сощурил светлые глаза. Посадник досадливо поморщился, словно горячего хватил. Вытер повлажневшие пальцы о красно-синие клетки скатерти. Продолжил:

— Наложить полный запрет — вовсе без ЛаакХаарских металлов останемся. Второе, наши торговые дворы в ЛаакХааре окажутся брошены. Рано или поздно мы ту торговлишку совсем потеряем. А кто ее подберет? Железный Город не так богат, да и мимо наших ворот им не проехать. Слабого перекупим, сильного на заставах задержим, прочего пошлинами разорим... Нет, ЛаакХаарцы против нас не вытянут.

— А кто ж тогда вытянет? — Ковник подбоченился, готовясь к спору. Никто бы не дал ему сейчас семь десятков лет. Когда еще Матвей Ворон повзрослеет; а Ковник все молод! И спина прямая, как на брань, и оделся в цвет: багровый кафтан с неистовыми золотыми молниями по рукавам, по воротнику. Тиреннолл против него — сиротка приютская в сером плащике.

Каменные змеи, держащие свод палаты, тонули в полумраке. За узкими окошками издыхал день. Корней поглядел словно бы сквозь город — померещились гнилые клыки башен, рассыпанные бревна стеновых срубов; мертвый Волчий Ручей. Злобными искрами укололи глаза — желтые, как у погибшего сотника. Тиреннолл поднял золотое "солнышко", знак посадника — чтобы все видели — и отрезал:

— Будем ездить, как деды ездили: во все времена, кроме осенней Охоты. Мы не можем выпускать из рук Тракт. Потому что подберет его Князь!


* * *

Князь вышел из покоев гневен. Хлопнул дверью, топнул подкованным каблуком. По галерее так разлетелся, что балки гнулись с противным скрипом. Успокоился только на середине двора, перед колодцем. На крышке колодца сидела старшая дочь князя. Рыжая, рослая и своенравная. А вокруг нее кочетом вышагивал воевода Михал Макбет. Рассказывал что-то смешное: княжна легонько улыбалась, то и дело поправляя на плечах теплую воеводскую шубу. Воевода мерз, скрипел зубами, но улыбался тоже.

— Что, воевода, мечтаешь о подвигах?

Макбет тотчас позабыл и о морозе, и о шубе, и даже о княжне. Девушка капризно надула губки, но потом насторожилась: чересчур близко у князя сошлись брови.

Налетел холодный ветер. Снежная крупа полоснула по лицам. Княжна досадливо фыркнула, нырнула в отнятую шубу с головой. Мужчины снега не заметили. Князь был зол, а воевода внимателен.

— Готовь войско под ГадГород! — велел князь. — Года через три созреют. Там с Трактом неладно. Прибыль даже меньше, чем обычно. А железа мы нынче закупили вдоволь. Накуем мечей, наберем людей.

Из шубы появился белый лепесток лица под рыжими волосами:

— И не прискучила тебе война, батюшка?

Князь протянул руку: ступай! Воевода быстро поклонился. Крупными шагами покинул внутренний двор, даже не заикнувшись о шубе.

— Пойдем в тепло, дочь.

До дверной арки дошагали молча. В передней набежали служанки, приняли шубу, со знанием дела переглянулись: нынче девочка воеводу ободрала. Кто-то завтра попадется? Кому еще польстит с княжной поболтать, как с подружкой?

Красавица причесала медноцветные волосы, оправила бирюзовое платье. Насмешливо улыбнулась: много воевод в Княжестве, а шуб еще больше!

— Верно, милая, — сказал князь, точно разгадавший переглядку. — Только эту шубу вернешь сегодня же.

— Алиска, отнесешь! — не моргнув, приказала девушка. — Так что ж ты, батюшка, все воюешь да воюешь? Я тебе не чужая, мне хоть правду скажи! Неужели княжество и в самом деле не может стоять без южного железа? Или тебе дедову славу превзойти охота?

Старый князь оперся на витую стойку лестницы. Дочка забежала под руку, ласково посмотрела в высветленные годами глаза:

— Ты, батюшка, не печалься, я тебе пенять не стану. Каждому своя мечта. Только правду скажи!

Отец оторвал руку от опоры:

— Всего понемногу, дочь. И потом, слава славой, а железо железом... — подумал еще немного, решился:

— Расскажу тебе, сегодня сон видел. Приснился мне человек в желтой одежде до пола, как будто шуба, только застегивается не встык, а большим запахом. И шапочка черная, буханкой хлеба, и вот с такими ушами... — старый князь приставил ладони к голове. Служанки хором прыснули, уронили воеводскую шубу. Девушка ожгла их взглядом — не хуже отцовского:

— Алиска! Я кому велела шубу отнести!

Самая быстроглазая недовольно попятилась, укладывая одежду на руке. Запахнула душегрейку, выбросила поверх толстенную пшеничную косу — и медленно, всем видом выражая возмущение, заскользила к двери. Князь не выдержал, рассмеялся тоже:

— Верни ее. Пусть уж дослушает, — ехидно подмигнул: — Каждому своя мечта, так?

Сложил кисти вычурно: левой взялся за правый локоть, а правой — за левый. Пояснил:

— Вот так этот человек руки держал. Лицо и шуба у него были одинаковые: желтые, гладкие, только что не блестящие. А еще одинаковые глаза и шапка: черные, как сливы в вине. И сказал он... — старик вдруг выпрямился, белесые зрачки налились ясной зеленью. Вместо доброго дедушки в горнице невесть откуда возник Великий Князь ТопТаунский. Даже дочь примолкла, а служанки вовсе попятились.

1234 ... 212223
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх