Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Корректор. Книга первая


Опубликован:
28.11.2016 — 03.02.2017
Аннотация:
Что нужно сделать, что бы вернуть погибших любимых? Нужно просто умереть...
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава
 
 

— Хорошо, тогда расскажи нам о себе. — Попросил он.

— Зачем, — я пожал плечами, — вы и так знаете обо мне всё.

— Это для архива.

— Ну, разве только... — Я вкратце рассказал о своей незавидной жизни.

— Рассказ твой лаконичен и краток и из него не сделаешь вывода о том, что подвигло тебя начать исследования по лечению и предупреждению моровых болезней. Что стало первопричиной этого?

— Смерть и Бог.

-В каком смысле? Поподробнее.

— Во время последней вспышки чумы, умерли дорогие мне люди — бабушка и моя невеста. Этих людей я любил больше всего на свете. Кроме них у меня на этом свете больше не было никого. — Воспоминания накатили на меня с такой силой, что я не смог сдержать слёз. Душа стонала от боли и божьей несправедливости.

— Я понимаю, — мэтр Леже был сама участливость, — и что потом?

— Я проклял Бога!

— Вот как! — он вздёрнул брови. Повернувшись к писарю, попросил — Брат мой, прошу Вас последние слова не записывать.

Повернувшись ко мне, он мягко улыбнулся:

— Не стоит горячиться. Молодости свойственны категоричность и максимализм. Продолжайте, пожалуйста.

Я судорожно вздохнул:

— Мне повезло, и я попал в Сорбонну. Здесь хорошо учат, и я многое узнал о болезнях. А когда узнал, то понял, что не Бог повинен в них, а дьявол. И я простил Бога!

При этих словах Леже обернулся и легонько кивнул писарю. Что я такого сказал?

— Пойми простую истину, сын мой, мы не можем винить или прощать Бога, это не наша прерогатива. Только Бог может карать и миловать. Запомни это и больше не забывай. Каких успехов вы добились на этом поприще?

— Мы поняли, когда и откуда приходит болезнь. Как излечить болезнь — мы ещё толком не знаем, но вот как предупреждать моровые болезни — мы поняли.

— И как же, позвольте знать, их предупредить? — с усмешкой спросил Леже.

— Нужно через кровь заразить человека слабой формой болезни, а он, переболев ею, получит защиту. Будто Ангел будет охранять его от смерти. Но самое ужасное то, что мы не успели выяснить какая должна быть доза препарата и где брать эту слабую форму недуга.

— Вот это хорошо, — с вздохом облегчения произнёс Леже.

— Но почему? — Возмутился я. Он мне не ответил и, повернувшись к писарю, произнёс:

— Брат мой, подайте заключённому допросный лист на подпись. Он человек грамотный и сумеет написать там свою фамилию.

Сложив листы пергамента так, чтобы я мог видеть текст на верхней его части и место для подписи на нижней, монах подал мне перо. Я расписался.

— Всё в порядке, ничего не упущено? — Спросил Леже.

— Всё в полном порядке, мэтр, — поклонился писарь.

— Покиньте нас все!

Все присутствующие, включая стражу, вышли и закрыли за собой дверь. Леже молча смотрел на меня тем взглядом, каким смотрят на нашкодившего мальчишку.

— Что всё это значит, мэтр Леже, объясните мне! Что происходит?

— Не твоё это, сын мой, не твоё, мне очень жаль, но слишком рано. Всему своё время. Нельзя так...

— Что значит не сейчас, мэтр? Что Вы хотите этим сказать? Я не понимаю? — Кричал я в спину уходящего Леже.

Он задержался в дверях и, не оборачиваясь, сказал:

— Мне жаль тебя, мой мальчик, но всему своё время.

Дверь закрылась, и я снова остался в полной темноте...

Как мне показалось, я просидел в тёмной, сырой камере целую вечность, когда меня вытащили во двор. Солнечный свет надолго ослепил. Когда я проморгался, увидел стоящий в центре двора стол, за которым вальяжно расселся незнакомый, дородный монах, с пронзительным взглядом светло-зеленых глаз. Щурясь, он долго смотрел в мою сторону, затем достал стеклянную чечевицу в серебряной оправе, приложил к правому глазу и ещё раз внимательно осмотрел меня.

— Мишель Ломбер! — Звучным голосом произнёс он, — Ты обвиняешься в связи с дьяволом, колдовстве, в организации тайного общества, направленного на захват власти, умерщвлении младенцев, богохульствах и богомерзких деяниях.

— Кто меня обвиняет? — Странно, но я был абсолютно спокоен, хотя и знал, что и одного из этого букета обвинений достаточно, чтобы отправить на костёр.

— Кто обвиняет? — Иронично спросил монах, — Тебе недостаточно, что Я прочитал список твоих преступлений?

— Я не знаю кто ты. И только списка недостаточно для того, что бы человека обвинить в том, чего он не совершал.

— Позвольте мне, Великий Инквизитор! — Только сейчас я заметил за тем же столом мэтра Леже. Бог ты мой, какие люди пришли! Сам Великий Инквизитор!

— Прошу.

— Мишель Ломбер, тебя обвиняют твои же товарищи, — он положил руку на кучу пергамента, — все как один они утверждают, что ты продал душу дьяволу в обмен на его к тебе благосклонность. Тебе дана возможность говорить в своё оправдание. Впрочем, не вижу в этом смысла, слишком очевидна твоя вина!

Я прикрыл глаза, давая им отдохнуть. Ещё раз повторю, почему-то я был абсолютно спокоен, словно всё происходило не со мной. Последние дни работы измотали меня основательно. Мне было очень жаль, что всё, чего мы успели достичь, теперь погибнет безвозвратно. Было очень жаль всех тех, кто умрёт, в дальнейшем от заразных болезней, не ведая, что болезни эти можно было предупреждать.

Мне не было страшно, было противно, потому, что кучка мракобесов решала судьбы многих миллионов человек. Я знал, что все обвинительные показания мои друзья дали под пытками, и поэтому обиды ни на кого не держал. В подвалах Святой Инквизиции заговорит и трёхдневный покойник.

Открыв глаза, я упёрся во взгляд Инквизитора. Странно, но он улыбался. Я вздохнул:

— Понимаю, костёр мой уже сложили. Могу обратиться с последней просьбой?

Мэтр Леже скромно потупился:

— Я думаю, что последнее желание приговорённого — дело вполне законное.

— Тогда я попрошу тебя, мэтр Леже, подойди ко мне и пожми мне руку, как делал это раньше. Я не хочу уносить обиду на тебя, того, кто был нам добрым товарищем.

Сохраняя на лице глупую улыбку, Леже опасливо подошел ко мне, ожидая подвоха. Стражники, стоявшие по бокам угрожающе качнулись ко мне. Но я стоял абсолютно спокойно, протянув руку ему навстречу.

Крепко пожав ему руку, я несколько задержал её, а затем как бы в порыве добросердечной дружбы, обнял и крепко поцеловал его в губы:

— Благодарю тебя, брат мой, за всё, что ты для нас сделал. Возможно, мы несколько опередили время, но ты, в благородном порыве, нас остановил. Поэтому, позволь сделать тебе мой последний, предсмертный подарок.

— О чём ты говоришь? — Леже слегка побледнел.

— Всё очень просто, — победно улыбнулся я, — две недели назад я специально заразился одной болезнью, действие которой хотел проверить на себе.

— Ка-какой болезнью? — он стал даже заикаться.

— Проказой!

Великий Инквизитор покатился от хохота, а стражники отпрыгнули в стороны, яростно вытирая руки об одежду.

— А ты ведь не прост, магистр ордена Шарпентиеров, очень не прост! Жаль, что знакомство наше столь недолгое, я бы с тобою с удовольствием пообщался!

На мэтра Леже было жалко смотреть, он плевал на ладони и тёр ими о рясу столь сильно, словно хотел содрать с них кожу. Напрасно он сплёвывал и протирал губы — проказа болезнь крайне прилипчивая...

И вот апофеоз. Ноздри и глотку разъедал дым, уши терзали вопли толпы, ноги и тело лизало пламя, но мне было всё равно. У меня было впечатление, что я выполняю великую миссию, цель которой от меня пока скрыта. Но точно знаю, что жизнь свою прожил не зря и брошена она на жертвенный алтарь во имя чего то такого, что понять мне не дано, да и не нужно. Пусть всё идет, как идёт, я буду стоек до конц...

_____________________________________________________________

3

Последний рейс.... Именно — последний, возвращаться я уже не собираюсь. Собственно, даже выезжать я тоже не собираюсь. Надоело всё. Почти три года ненавидеть и быть ненавидимым. Думаю, что не всякий сможет выдержать такое. Я — смог. Смог, притом, что ненавидел всеми клетками своего тела тех, кто лишил мою жизнь смысла. Смог, несмотря не то, что все те, кто мог привнести в мою душу хоть какое успокоение меня ненавидели не меньше. Но — мне было всё равно, это был мой последний рейс, последний во всех отношениях. Слишком долго я ждал этого момента. Сегодня всё закончится, надеюсь сообразно моему изуверскому плану.

НЕНАВИЖУ!!! Именно она, благословенная ненависть давала мне силы переламывать себя через колено, сотни раз сжигать душу на костре, пылающем в сердцах тех, кого мог назвать своими товарищами. Вытерпеть все гневные взгляды, плевки в еду и спину и тысячи других, не менее страшных знаков презрения. Но я не мог ни словом, ни взглядом, ни каким-либо другим действием выдать себя. Страшно становится оттого, что может сделать человек во имя цели, которую перед собой поставил. Пусть боятся те, против кого я, собственно выступил. Против кого я объявил персональную войну. Не лично против каждого, против всей системы в целом, допустившей, чтобы человек перестал именовать себя высшим существом, венцом творения Бога и при этом по поводу и без повода провозглашать — "Got mit uns". Matka Boska!!! Если Бог может допустить то, что творят эти, с позволения сказать, твари Божьи, то каким же тогда должен быть сам Бог? Не верю, не верю я в то, что Он может благословить таких зверей и не помочь мне в моей благородной ненависти.

Моя внешность белокурого красавца, родившегося в еврейской семье, всегда была излюбленной темой для незлобных шуток и подначек. Действительно, когда у родителей евреев, не отличающихся друг от друга ни цветом волос, ни формой носа неожиданно рождается ребёнок совершенно славяно-арийского типажа, то это всегда рождает целую кучу пересудов и домыслов. И быть бы, наверное, крупному скандалу, перерастающему в Бог весть что. Ситуацию спасал один из прадедов — Збышек, белокурый гигант, очаровавший всё женское население нашей деревни и которого, в свою очередь, сумела околдовать прабабка Софья. Сама — как серая мышка, тихая и незаметная, вдруг стала единственной, кого увидел мой прадед. Их дети и внуки во всех чертах повторяли облик прабабки Софьи, и ни один не был похож на деда Збышка, что его, конечно, расстраивало, но, наверное, не очень сильно. И тут, наконец, что называется, прорвало. Родился я. Дед Збых был счастлив неимоверно. Именно поэтому родители и решили дать мне его имя. После этого события прадед был на вершине счастья.

Збых и Збышек всегда были неразлучной парой. Пока у деда были силы, а их у него всегда, до самой старости было с избытком, каждую минуту он посвящал мне. Всё, что я знаю и умею, я знаю и умею это всё благодаря моему прадеду. Впрочем, где-то я не прав, конечно, прадед прадедом, но ведь были и другие мои домочадцы. Нужно сказать, что мы жили очень дружной семьёй в большом, красивом доме в самом центре села у костёла.

Тема религии у нас никогда не обсуждалась, хотя, как и многие еврейские семьи нашей округи, мы соблюдали шабот. Однако же, мы жили среди поляков и, где то, были добрыми католиками, как и они. В этом смысле близость костёла была весьма удобна. Когда я был босоногим пацаном, службы весьма утомляли, всегда хотелось пораньше сбежать домой, где всегда была целая куча неотложных ребячьих дел. Иногда это удавалось, за что впоследствии приходилось выслушивать нудные нотации мамы и бабушек. Отец эти проблемы игнорировал, деды делали вид, что всё в порядке и только прадед Збышек, положив мне на голову огромную ладонь, говорил:

— Не могу сказать, что это правильно, но когда тебе всего четырнадцать, о Боге ещё не задумываешься. И, я думаю, так и нужно. Каждому овощу своё время. Не забивай себе голову. Придёт время и всё вернётся на круги своя.

Как жаль, что не всегда до конца понимаешь то счастье, которое тебе в жизни досталось. Осознавать это начинаешь лишь тогда, когда потерю уже не восполнить. Прадед Збых ушёл этим же летом, тихо и незаметно. Вечером, ложась спать он пришёл ко мне в спальню и, целуя на ночь,

сказал:

— Запомни, Збышек, самое ценное, что у нас есть, это наша семья. Остальное, неважно что, это лишь составляющие этого понятия. Ради нашей семьи мы живём, ради неё несем самые большие тяготы. Всё сущее, будь то понятие Родина, патриотизм, и даже Бог — вторично. Когда ты проявляешь заботу о семье, ты заботишься обо всём остальном. Постарайся это запомнить.

Утром мы не смогли его разбудить.

Хоронить дедушку Збыха собралась вся деревня. Я сидел в костёле, совершенно ошарашенный. Органные хоралы выворачивали душу наизнанку. Я так и не смог до конца понять, как это так, ещё вчера, такой живой, тёплый и родной — сегодня холодный, чужой, лежит в гробу и не отзывается. Да, когда тебе всего четырнадцать, не принять несправедливости жизни. Непонятно, почему люди, которые особенно нужны в жизни, уходят, чтобы не вернуться.

Осенью меня отправили в город, учиться ремеслу. Нужно сказать, что как в нормальной еврейской семье меня, естественно, пытались научить тому, что в нормальной еврейской семье считалось престижным. Одно время я брал уроки игры на скрипке, но так как ладони у меня, как у прадеда были размером с лопату, а музыкальный слух отсутствовал напрочь, то после полугода регулярных "кошачьих" концертов родители, наконец, сдались и отдали меня в ученики к ювелиру. Тут дело шло немного лучше. Всё, что связано с механикой меня привлекало с детства. Но подвели опять же руки. Если бы серьги для девушек весили фунтов двадцать, то я смог бы сотворить шедевр, и не один. А так как ушки девичьи весьма и весьма нежны, то всё, что я смог сотворить — это полтора десятка совершенно запоротых заготовок из благородных металлов. За что, с позором был изгнан из мастерской.

Следующий этап моей карьеры были швейные мастерские. Здесь, тем более, говорить не о чем. Мой наставник заявил, что мне ничего, кроме мешков из грубой рогожи доверять вообще нельзя. После долгих споров совет семьи решил, таки, с тяжкими вздохами, отдать меня в ученики автомеханика в соседнем городе. Тем более, что помимо навыков ремонта автомобилей меня там ещё обещали научить и шофёрскому ремеслу. Да, это было не так престижно для чада из уважаемой еврейской семьи. Но, по большому счёту, я ведь тоже, можно считать, нетипичный еврей. Поэтому и профессию выбрал себе нетипичную.

Автомобильное дело мне нравилось. Мой хозяин и наставник Дитрих, плотный такой немец в очках, у него был целый гараж, в котором находились два легковых авто, мотоцикл и моя любовь — новенький, с иголочки, полноприводной трёхтонник Opel-Blitz. Не знаю, где хозяин умудрился его отхватить, но машина была зверь! Я её буквально вылизывал, залезая в самые недоступные места. Руководство по эксплуатации цитировал как главы из Торы. А когда хозяин доверил мне место за рулём моего Опеля, я понял, что больше не о чем мечтать.

Однажды, когда я, как всегда, копался в моторе, подошёл Дитрих и сказал загадочную фразу:

— Как ты себя чувствуешь, Збышек?

Я выпрямился, стоя на бампере:

— Нормально, а что случилось?

— Да, в общем-то, ничего, — пожал плечами Дитрих, снял очки и стал их протирать, глядя на меня светло зелёными газами, — как ты смотришь на то, чтобы съездить домой, на выходные.

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх