Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Ведьмочки в Академии боевых магов


Опубликован:
29.05.2016 — 09.09.2016
Аннотация:
Куда девалась пропавшая подруга? И кто скрывается под личиной таинственного темного элементаля? Выстоит ли Академия Боевой Магии, если среди ее адептов вдруг затесалась неудержимая в своем рвении к знаниям ведьмочка? А если таких три? Бывают ли фамильяры с пятачком и можно ли заставить поросенка колдовать? А подлеца - помогать? И еще подружиться с врагом? На эти и другие вопросы предстоит найти ответы провинциальной ведьмочке Цветане, да не где-нибудь, а в столичной Академии, и еще при условии, что ведьминский факультет недавно открылся после десятилетнего перерыва и что-то уж слишком много желающих его снова прикрыть. Но вредные ведьмы не сдаются ни колдунам, ни симпатичным преподавателям, вот так-то! Купить книгу "Шагренья. Из рода Черных Королев" в интернет-магазине Лабиринт Продолжение от 14 октября.
 
↓ Содержание ↓
 
 
 

Ведьмочки в Академии боевых магов



Пропавший факультет,



или



Ведьмочки в Академии боевых магов





Аннотация:

Куда девалась пропавшая подруга? И кто скрывается под личиной таинственного темного элементаля?

Выстоит ли Академия Боевой Магии, если среди ее адептов вдруг затесалась неудержимая в своем рвении к знаниям ведьмочка? А если таких три?

Бывают ли фамильяры с пятачком и можно ли заставить поросенка колдовать? А подлеца — помогать? И еще подружиться с врагом?

На эти и другие вопросы предстоит найти ответы провинциальной ведьмочке Цветане, да не где-нибудь, а в столичной Академии, и еще при условии, что ведьминский факультет недавно открылся после десятилетнего перерыва и что-то уж слишком много желающих его снова прикрыть. Но вредные ведьмы не сдаются ни колдунам, ни симпатичным преподавателям, вот так-то!

Глава 1

Башни древнего замка уходили далеко вверх и терялись в клочьях тумана. Запрокинув голову до боли в шее, я скользнула по ним взглядом от земли до самых шпилей и не смогла сдержать счастливой улыбки. Вот она, столичная Академия Боевой Магии! Не совсем то, о чем мечтала, но на ведьму можно и здесь выучиться. Зато Милу увижу...

И непременно выскажу все, что о ней думаю!

Эта вредина за несколько недель не прислала ни единой весточки.

Предвкушая сразу несколько самых приятных моментов в моей пока еще не особенно длинной жизни, я вошла в гостеприимно распахнутые ворота, не забыла вежливо улыбнуться сторожу и уверенной походкой направилась к двустворчатой двери с выгравированным на ней вороном. По пути бегло огляделась. Мало ли, вдруг повезет встретить подругу прямо сейчас... Но ничего такого не случилось. Двор не был пуст: деловито спешили по своим делам преподаватели в черных рабочих мантиях, сбившись в небольшие компании, болтали о чем-то своем студенты, дворник зачаровывал метлу. Но единственная девушка, которая попалась мне на глаза, больше походила на тощего паренька, но никак не на ведьмочку.

В отличие от боевых магинь, мы всегда ухоженные и аккуратненькие, и уж точно не станем стричься "под мальчика" и не влезем в широкие потертые штаны. И почему маги нас так не любят?

Поиск ответа на этот вопрос мучил уже не одно поколение ведьм, но находиться он не спешил. А вот возможностей убедиться в явно предвзятом отношении к ведьмам случалось предостаточно. Как у меня сейчас.

Взгляд почувствовала на мгновение раньше, чем прозвучали колкие слова.

— Ведьминские школы находятся на окраине города, — издевательски растягивая слова, сообщил парень в форме студента. — Тебе не сюда, здесь учатся приличные маги.

Вздернув подбородок, я ускорила шаг. Ну и огромная же здесь территория! И все смотрят так, будто пытаются дырку прожечь... Будто увидели что-то непривычное.

Сама я тоже аккуратно рассматривала местную публику. Особенно того болтливого, он как раз вышел вперед и, кажется, собирался продолжить задираться. Тренированный, светлые волосы коротко подстрижены, голубые глаза смотрят холодно и с легким превосходством. Боевой маг, как раз такой, о каких большинство ведьмочек тайком мечтают...

Но точно не я! Честно.

— Отстань от нее, Феликс, наверняка она к парню пришла, — дружески хлопнула задиру по плечу та самая девица в потертых штанах. — Что с этих ведьм взять, только и думают, как бы отхватить себе мага посильнее!

Я скрипнула зубами, но героически продолжила двигаться вперед. Тем более до заветной двери осталось совсем немного.

Но оставлять ведьму в покое никто не собирался.

— Ну и кто пал так низко? — поинтересовался заносчивый Феликс. — Если с нашего курса, лично прослежу, чтобы жизнь медом не показалась!

Посыпались смешки и шутливые советы не завидовать.

Все, они меня достали! В конце концов, ведьма совершенно не обязана быть сдержанной.

И заклинания я давно научилась плести без сопровождения слов и движений руками. Такая магия требовала заметно больше усилий, но зато будущие боевые маги ничего не заметили... вернее, заменили, но только когда Феликс схватился за горло и сдавленно замычал. А когда открыл рот, чтобы высказать все, что обо мне думает, прозвучали совершенно не те слова:

— Какая красивая ведьма! И умная! И, несомненно, талантливая! — проорал писклявый голос, который имел мало общего с настоящим голосом Феликса. — Прости, я был непозволительно груб.

Однокурсники нахала недоверчиво замерли. Феликс побледнел, трясущейся рукой потер шею и снова попытался сказать гадость. Почему гадость? А потому что иначе заклинание не подействовало бы!

— А я — бездарь, потому что простая деревенская ведьмочка легко обошла мою защиту.

Двор взорвался хохотом. И народ все подтягивался... Кажется, я знаю, кого ждет веселая жизнь в ближайшие месяцы.

Феликс подумал об этом же, иначе с чего бы он так побагровел? Но боевые маги — народ крайне упертый, так что вместо того, чтобы сделать выводы и угомониться, он предпринял третью попытку. Уж не знаю, что собирался сказать, пакостное заклинание все переиначило:

— Я очарован! Околдован! Покорен! Клянусь до конца года каждый день дарить тебе цветы!

И тут — бац! — над местом, где мы стояли, полыхнула алая молния. Сила приняла клятву.

Боевой маг сменил цвет физиономии на зеленоватый и, кажется, собрался смотаться в глубокий обморок. Надолго. Народ смеялся в голос, кое-кто даже подвывал. У-у, маги! Никакого сочувствия к ближнему, пусть даже он один из них! Я же отчетливо поняла, что мне пора, мило улыбнулась и триумфально вошла в Академию. Потому что хорошая ведьма всегда найдет способ обойти защиту и хорошенько напакостить, но только лучшая ведьма безошибочно знает, когда пора делать ноги.

Просторный холл заливал приятный глазам полумрак. Стоило массивной двери грохнуть за спиной, я почувствовала себя значительно лучше, но все равно остановилась ненадолго, чтобы перевести дыхание и успокоиться. Несмотря на свою величественность, это место вовсе не казалось чужим и холодным. Каменный пол и светильники в виде воронов должны были сделать его мрачным, но льющийся из "птичек" приглушенный свет и золотистые панели на стенах с утонченными узорами успешно с этим боролись.

— Круто ты с Феликсом, — послышалось откуда-то сбоку. — Но и правильно, он давно напрашивался.

Подпрыгнув от неожиданности, я поискала взглядом говорившего. Фу-х, пугать-то так зачем?!

Парень... хотя скорее молодой мужчина... стоял у одной из статуй и изучал меня взглядом. Но открытой неприязни, как у тех, во дворе, не было, скорее сдержанное любопытство. Что ж, можно расслабиться и ответить взаимностью. Я тоже, не таясь, присмотрелась к неожиданному собеседнику. А хорош! Если Феликс — розовая мечта большинства ведьмочек, то этот — самая смелая фантазия. Черная форма великолепно сидела на тренированном теле воина, отросшие волосы пребывали в беспорядке, трехдневная щетина делала красивое лицо немного диким. И от ауры исходила просто невероятная мощь, даже попятиться захотелось. Но взгляд зеленых глаз был умный и чуточку ироничный. Возраст... самый старший курс или высшее отделение, где обучают лучших из лучших, которым потом суждено стать элитными императорскими магами.

— Если собираюсь здесь учиться, а я точно собираюсь, — ответила наконец, — лучше сразу поставить на место тех, кто может потом осложнить жизнь.

— Разумно, — одобрил такую позицию незнакомец. — Но ты точно уверена, что хочешь поступать именно сюда?

Ну вот, и этот туда же. Да что они все заладили?!

— Это проблема? — вопрос прозвучал чуть резче, чем надо бы.

— Нет, просто... — он замялся, подбирая слова. — Ведьм здесь одиннадцать лет не было, вряд ли с твоим появлением что-то изменится.

Ах вот оно что... Я выдохнула.

— Ты ошибаешься, — заявила уверенно и улыбнулась. — Я точно знаю, что месяца четыре назад сюда поступила как минимум одна. Правда, всего лишь на подготовительные курсы, но уже это кое-что да значит.

— Верно, поступила, — склонил голову мужчина. — Но вылетела почти сразу.

Милица? Быть такого не может!

— И где она сейчас? — спросила упавшим голосом.

— Понятия не имею, — пожал плечами маг. — Но точно знаю одно: никаких ведьм здесь нет и не предвидится.

В грубоватом голосе сквозила такая уверенность, что мне стало страшно. А когда я боюсь, то становлюсь упрямой, напористой и вообще просто невыносимой.

— Это мы еще посмотрим! — воскликнула в сердцах и решительно застучала каблучками по каменному полу.

Где тут у них документы принимают?

— Стой, сумасбродка! — мага душил смех. — Там переход к мужскому общежитию. Думаю, тебе туда не надо. Идем, отведу к секретарю.

Старательно сохраняя невозмутимое выражение на лице, я развернулась и послушно прошла за магом в правильную сторону.

Он проводил меня до нужной двери и ушел по своим делам.

Когда шаги вдалеке стихли, я решительно постучала. И, получив разрешение, вошла.

— Здравствуйте, — а ведьмочки вообще народ вежливый и доброжелательный! Если специально не злить. И не специально тоже.

Но хмурая тетка с унылым пучком на голове настроения моего не разделяла. Больше того, при одном звуке моего голоса неуловимо напряглась. Потом все-таки оторвалась от чтения каких-то жутко важных документов, поверх которых лежал раскрытый кулинарный журнал, замаскированный магией, и придирчиво оглядела меня. Судя по некрасивой складке, обозначившейся между ее бровей, я ей не понравилась.

— Физподготовку не сдашь, — оценила абитуриентку тетка. — А если каким-то чудом пройдешь первый этап, завалишься на технике боя. И вообще, кто приходит поступать в Академию Боевой Магии в платье и на каблуках?

— Ведьма, — честно призналась я, после чего прошествовала к столу и протянула ей уже написанное заявление вместе со всеми прочими документами. — Цветана Перелеска. Я пришла поступать на ведьминский факультет.

К складке добавилось кислое выражение лица.

Да что ж они тут все такие предвзятые? Между прочим, ведьма — это очень хорошо, полезно и для глаз приятно, а они морщатся, будто на завтрак одни лимоны давали! Притом всем без исключения.

— Шла бы ты, девочка... в ведьминскую школу, например, — по лицу было видно, что послать меня хотели гораздо дальше, но сдержались. — Наш ведьминский факультет закрыт в связи с отсутствием в Академии ведьм.

— Но я-то есть! — от возмущения даже притопнула.

— И что, ради одной тебя преподаватели должны лекции читать?

Нимало не смутившись, ибо ведьме полагается быть хотя бы иногда наглой, я молча положила поверх журнала выдержку из листовки с императорским указом об обучении магически одаренных. В нем говорилось, что ведьмы и маги в правах равны, в Академиях должны действовать ведьминские факультеты независимо от количества студенток, каждому желающему попробовать свои силы в учебе должен быть дан шанс... ну и так далее.

Сложно было только на словах. На самом же деле маги на ведьм смотрели свысока, ведьмы в их Академии старались не соваться, а если вдруг какая исхитрялась пролезть, организовать обучение было легко. Для этого только и надо, что ведьма-наставница. Предмета у нас всего три — общая магия, зелья и вредительство. Программа построена таким образом, что с обучением магов практически не пересекается. Ну, разве что подопытные для вредительства понадобятся... В общем, имелись все шансы несколько лет проучиться в одном заведении и друг другу не мешать. Вообще не сталкиваться.

Секретарь читала и все больше мрачнела, я бы даже сказала, зверела. И поглядывала на меня так... почти с ненавистью поглядывала. А я терпеть не могу, когда меня ненавидят, вот бзик у меня такой! Имеет право ведьма на свой личный бзик? Имеет. Значит, надо ситуацию срочно исправлять.

— Понимаете, меня не возьмут в ведьминскую школу...

— То есть для школы ты не достаточно хороша, а вот для Академии — в самый раз? — не прониклась вредная тетка. — А ты ничего не перепутала, деточка?

Спокойно, Цветана, мы ее дожмем. Привыкнет.

— Ведьминству меня обучал ведьмак, — разъяснила терпеливо. — И теперь по правилам нужен наставник, а не наставница. В столичных школах ведьмаков нет, я узнавала. Остается Академия.

Довод был непоколебимый, как каменная глыба. Секретарь невзлюбила меня окончательно, но все же кивнула и магическую печать на заявление поставила.

— Ладно, завтра в девять приходи на экзамен. И не вздумай опоздать! — сквозь зубы процедила она. И совсем тихо себе под нос проворчала: — Что ж вам наставниц не хватает, что ли? Зачем было к ведьмаку в обучение идти?

— Ну... так получилось, — смущенно пробормотала я.

— Вот и еще одна такая же несуразная приходила, — вздохнула тетка, вписывая меня в какую-то книгу.

Меня будто молнией ударило. Она помнит Милицу!

— Знаю, это моя подруга! Мы вместе учились у ведьмака.

— Оно и видно, — бурчание смешалось со скрипом чернильной ручки по бумаге.

Ухватившись за шанс хоть что-нибудь узнать, я посмотрела на угрюмую сотрудницу Академии жалобно-жалобно.

— А... вы не знаете, за что ее выгнали?

Оторвавшись от писанины, секретарь как-то странно взглянула на меня сквозь стекла очков. Помолчала какое-то время. Ее замешательство ощущалось слишком явно.

— Не припомню что-то, — наконец выдавила она. — Была девчонка, носилась тут на метле, кота фамильярам притащила, магов взбаламутила... а потом вдруг все спокойно стало, прямо как раньше. Была ведьма и пропала.

Ответ меня, мягко говоря, напугал. Ведьмы просто так не исчезают!

— Но документы об отчислении должны были проходить через вас! — забывшись, воскликнула я.

И замерла, прижав похолодевшие ладони к пылающим щекам.

— Может, и проходили. Не помню, — секретарь снова уткнулась в бумажки.

Неладное что-то творится в этой Академии. Вот чуяло мое сердце, не просто так Милка писать перестала. И если до этой самой минуты я еще сомневалась, нужно ли мне это поступление и вся прочая докука с противными магами, то сейчас точно поняла. Нет, скорее почувствовала: еще как нужно! Мила лучше меня в ведьминстве разбиралась, была усердной, спокойной и внимательной. Ну не могла она сделать ничего такого, за что ее следовало бы отчислить! Просто не могла. Значит, бессовестные маги просто хотели избавиться от нее и снова прикрыть ведьминский факультет. Ну уж нет, дудки! Я во всем обязательно разберусь и, если ее выгнали несправедливо, найду способ сделать так, чтобы Милица доучилась. Она же так мечтала! Больше меня. Понятно теперь, почему не писала — ей, наверное, жутко стыдно. И домой по той же причине не вернулась, наверняка где-то в городе работу нашла.

— Значит, я пишу, что ты от общежития отказываешься? — распугал решительные мысли голос секретаря.

Я вздрогнула и вернулась в реальность.

— Отказываюсь? С какой это стати?!

Вредная же она особа, не упустила случая хоть по мелочи ужалить.

— Оно мужское, — не скрывая мстительного удовольствия, просветила меня... только сейчас на столе табличку с именем заметила... Наина Гусыня. Ничего такое имечко, особенно вторая часть ей подходит. Так и запомним! — Право там жить у тебя есть, но свободных комнат нет. Если хочешь, подселю к четырем парням. Пойдешь?

Оценив перспективу во всей красе, я энергично помотала головой. Скрыть разочарование даже не пыталась. Узнавать о Милице, живя вне замка, будет трудновато.

— А как же другие девушки? — ухватилась за соломинку. — Я видела одну во дворе.

— Снимают жилье в студенческом квартале, — безразлично пояснила Гусыня.

— Ладно, и я сниму.

Надо сказать, в этом ничего особенного не было. Учебных заведений в Лавиенне, столице Азарийской империи, много, и далеко не все имеют при себе общежития. Большинству студентов приходится селиться в городе. Может, так даже и лучше. Иногда менять обстановку и отвлекаться от несносных магов мне не повредит, к тому же, смогу сама выбрать, где жить и с кем, никакого комендантского часа, опять же. И комната будет в моем личном распоряжении. Деньги на это удовольствие есть.

Пять минут спустя я получила подробное объяснение, куда явиться завтра для прохождения вступительных испытаний, и листок с адресами, где можно поселиться, после чего покинула кабинет, перед которым уже выстроилась очередь человек в пять. В коридоре листок смяла и простеньким заклинанием обратила в пыль. Наверняка же Гусыня, невзлюбившая меня с первого взгляда, написала адреса каких-нибудь клоповников!

Что ж, пойду искать себе уютное место...

Вышла за ворота, и будто дышать стало легче. Будто стальной обруч, до того сжимавший шею, распался, пропал. Щеки погладил приятный ветерок, поиграл с косами, принес запахи свежей сдобы и дорогих духов.

Сразу же захотелось и того, и другого!

Есть, правда, все-таки больше, поэтому, не раздумывая, я завернула в ближайшую кондитерскую. Со вчерашнего вечера во рту ни крошки не было, пора это дело исправлять. Подкреплюсь булочкой с какао, потом найду жилье, устроюсь... а если экзамен успешно сдам, сделаю себе подарок — флакон дорогих духов. На том с собой и договорилась.

В кондитерской звучала приятная музыка и глаза разбегались от вкусностей, выставленных на прилавках. Сразу же захотелось попробовать и то, и это, и еще вон ту корзиночку со взбитыми сливками и красной вишенкой, и съесть кусок шоколадного торта. Пришлось напомнить себе, что я голодная, а в таком случае лучше остановить выбор на несладкой булочке с творогом и какао.

Специально села спиной к небольшому залу, лицом к большим, во всю стену, окнам. За стеклом спешили по своим делам прохожие — нарядные дамы, мужчины в строгих костюмах, стайки парней и девушек. Вся эта кутерьма казалась непривычной и завораживала. Я откусила первый кусочек, блаженно зажмурилась и оказалась потеряна для всего остального мира до момента полного исчезновения вкусностей.

Как раз решала, не купить ли что-нибудь еще, когда у самого уха взвизгнули:

— Милка, ты где пропадала?!

Повернувшись, я с недоумением обозрела белокурую официантку в форменном платьице и белом переднике.

— Ой, простите, — она жутко смутилась. — Я вас приняла за другую.

— Откуда ты знаешь Милицу? — ходить вокруг да около было лень, и я спросила прямо.

— А ты? — вконец растерялась девчонка.

Потом сообразила, что вроде как фамильярничает с посетительницей и зажала рот ладошкой, но слова назад не затолкаешь.

— Я — Цветана, — ну вот как тут объяснить, чтобы коротко и понятно? — Мы с Милой...

— Знаю, ты ее подруга из провинции, приехала в Академию поступать, — объяснять ничего не пришлось, она и так все знала. Все, кроме самого главного. — Мила мне рассказывала, она часто сюда забегала, с магами-то не больно поболтаешь. А где она сама?

Заказать пирожное все же пришлось, а потом "случайно" уронить его на пол и наступить. Пока девушка, назвавшаяся при ближайшем знакомстве Марицей, убирала безобразие, как раз успели поболтать.

Оказывается, они дружили. Мила, вот точно так же, как я сейчас, забрела сюда после первого посещения Академии, накупила пирожных, села за столик и так горько расплакалась, что Марица не выдержала, нарушила все правила — подошла и стала утешать. Так и познакомились. Мила прибегала после занятий всякий раз, как маги ее доставали, а это случалось регулярно. Марица сама от задиристых парней не была в восторге, так что взаимопонимание девчонки нашли быстро. Чем могли, помогали друг другу: ведьмочка вылечила бабке Марицы спину, помогла отвадить крысу от кондитерской и неугодного жениха от новой подруги, а та в свою очереди показывала ей город и всячески отвлекала от тягот жизни ведьмочки в окружении магов.

Но однажды Мила просто не пришла... И больше Марица ее не видела.

— Давно? — я почувствовала, как что-то внутри холодеет.

— Уже с пару месяцев примерно, — прикинула официантка. — Ты извини, что накинулась. Просто она, когда впервые тут появилась, вот точно так же выглядела: две косы, клетчатое платье, только еще сумка дорожная была.

— У меня тоже есть, просто ее не видно, — поделилась секретом.

Версия с отчислением и тем, что Мила стыдится этого, трещала по швам. Ладно, мне не написать, но новой подруге она постоянно жаловалась на магов, которые не упускали случая задеть ведьмочку. И если бы ее выгнали из Академии, наверняка первым делом побежала бы жаловаться к ней и заедать обиду сладеньким. Да и, если верить Марице, с ведьмой и ведьмаком отношения у единственной ведьмочки на всю Академию сложились теплые, она на них нарадоваться не могла. Метлу себе раньше времени купила, фамильяра завела...

Так что же произошло на самом деле? И куда девалась наша подруга?

Ответ пугал хотя бы тем, что ничего путного или хотя бы правдоподобного в голову не приходило.

Знакомство с Марицей оказалось полезным не только тем, что удалось расспросить о Миле. Она мне дала имя и адрес ведьмы-наставницы, потом рассказала, что один из постоянных посетителей кондитерской как раз сдает комнаты, человек он хороший, дом у него приличный, а просит совсем недорого. А в довершение всего насоветовала, в каком магазинчике лучше метлу покупать, где запасаться ингредиентами для зелий и куда идти за подходящим фамильяром.

Так что, когда выходила из кондитерской, я хотя бы знала, куда податься.

Бумажка с адресом привела меня к старому, но ухоженному каменному дому с башенками. Здесь даже небольшой садик имелся. И до Академии рукой подать, не нужен ни портал, ни извозчик. Мечта, а не жилье!

Лишний раз сверившись с адресом на листке, потом с табличкой на фасаде, я с легким недоверием поняла, что попала именно туда, куда нужно. Но дом совершенно не походил на жилье под сдачу, и это внушало определенные опасения. Хотя... может, у хозяина возникли временные финансовые трудности, и он решил таким образом поправить положение? Марица предупредила, что он живет с внучкой примерно нашего возраста, да и кроме меня еще одна жиличка будет.

Прокрутила все это в голове и на звонок нажала почти без страха.

Звука не последовало. Магическая вещица.

Через минуту на крыльце показался сухонький старичок с прямой осанкой и забранными в хвост седыми волосами.

— Горислав проточный. Чем могу служить? — церемонно раскланялся хозяин дома, миновал коротенькую, уложенную камнями дорожку и взялся за ручку калитки.

А что, есть варианты?

— Здравствуйте. Марица сказала, вы сдаете комнату? Меня зовут Цветана, я...

— Идем в дом, угощу тебя чаем, познакомлю с внучкой, покажу жилье, там и поговорим, — он доброжелательно улыбнулся, распахнул передо мной калитку и сделал знак следовать за ним.

Шагнула во владения Проточных и сразу почувствовала... будто невидимый глаз в самую душу заглянуть попытался. Неслабая у них тут защита. Но вместо того, чтобы почувствовать себя неуютно, я расслабилась.

Было бы неплохо здесь жить. Чувство полной безопасности окутывает еще у калитки, а в доме пахнет яблочным пирогом с ванилью и корицей. М-м-м... Потянуло щуриться и улыбаться.

На достаточно просторной и уютной кухне меня напоили вкуснейшим травяным чаем с... ну да, с яблочным пирогом. Хозяин оказался личностью во всех отношениях примечательной — выправка военного и манеры аристократа вызывали вихрь вопросов — и когда он признался, что почти сорок лет преподавал в Академии и является профессором, магистром и обладателем еще нескольких званий, которые я не запомнила, удивляться почему-то не потянуло. Вот оно что! Его внучка, Краса, пухленькая белокурая девушка с ясными синими глазами, с первых минут отнеслась ко мне доброжелательно и по страшному секрету рассказала, что у нее завтра тоже вступительный экзамен.

Куда? В Академию Боевой Магии!

Подробности? А на многострадальный ведьминский факультет!

Они с дедом, когда пару часов назад записываться ходили, как раз видели мое имя в списке. И еще чье-то. Краса вписалась третьей, и уж внучку магистра никто задирать не посмел.

Итак, я не буду единственной ведьмой среди агрессивно настроенных магов.

Да после такой новости мне уже без разницы, как выглядит предлагаемая комната! Хоть в гостиной на диване поселите, я хочу здесь жить!

— Двенадцать серебряных монет раз в два месяца и примерное поведение, — назвал цену хозяин. — Если сейчас денег нет, я подожду, пока выдадут стипендию.

Сумма была великовата, как на мой непривычный к столичным ценам провинциальный взгляд, но условия того стоили. Да и его тоже понять можно: хочется ведь приличную жиличку и заработать совсем не грех. Так что я доброжелательно улыбнулась, не испытывая при этом никаких лишних движений души.

— Не беспокойтесь, заплачу сегодня же.

Горислав окинул придирчивым взглядом мое простенькое клетчатое платье и не замедлил сделать выводы:

— И откуда же у деревенской ведьмочки деньги? Это я еще молчу, что в ближайшее время тебе метлу, фамильяра и все необходимое для учебы покупать. Не подумай, что допытываюсь, но у меня тут внучка живет, не хотелось бы на нее дурного влияния.

Краса, которая до этого мирно сидела, обхватив ладонями чашку, и прислушивалась к нашему разговору, так и подпрыгнула.

— Деда!

— Что "деда"? — ласково передразнил внучку старый маг, но взгляд его сделался строгим. — О тебе же пекусь, пигалица.

Ведьмочка сникла.

Мне, наверное, стоило обидеться, но пока они препирались, я успела остыть и понять, что предосторожность не лишняя. Мало ли кого могло на порог дома принести? И то, что я ведьмочка, совершенно ничего не значит.

— Слышали когда-нибудь о Марине Перелеске? — начала издалека.

— Известная художница? — наморщив лоб, припомнил старый маг. — Она еще мозаику в Храме Древней Силы делала, когда его реставрировали.

— И жутко модная! — Краса тоже поняла, о ком речь. — Сейчас в каждой обеспеченной семье обязательно есть портрет ее работы.

— Но причем здесь ты? — хозяин дома бросил на меня очередной подозрительный взгляд.

Пришлось объяснять, хоть и не люблю я об этом говорить. Все время кажется, что звучит так, будто хвастаюсь.

— Марина — моя мама. Как понимаете, проблем с деньгами у меня нет.

Минуту магистр с внучкой пребывали в искреннем шоке, после чего передо мной извинились за слишком рьяное любопытство и повели показывать комнату.

Все лишние вопросы разом отпали.

Маму знали, как талантливую художницу и мозаистку, а уважали еще и за скромность, и за то, что она, будучи свободной женщиной, не появляется на великосветских мероприятиях, не меняет любовников и вообще после смерти мужа целиком и полностью сосредоточена на работе и дочери. На самом деле он не умер, а ушел от нас. И после того снова женился. Но тогда мама не была такой знаменитой, вот эта история и ускользнула от сплетников. До сих пор почти никто не знает. Мама не хотела, чтобы ее ошибка испортила мне жизнь, поэтому взяла с изменника магическую клятву не распространяться. Так и живем.

Комнат было две, а я пришла первой, так что имела полное право выбирать. Первая спаленка сразу же произвела впечатление. Идеальная комната для ведьмочки! Помимо всего необходимого для жизни, здесь были светильники, имитирующие живой огонь, место для фамильяра, большая книжная полка и мягкий ковер. Я уже почти согласилась, чисто из любопытства сунулась в дверь в самом конце коридора.

И как только приоткрыла ее, отчетливо поняла: я дома!

Здесь было все то же самое, только вместо коричневого преобладали все оттенки зеленого. Но именно у этой комнаты имелось одно огромное преимущество. Она угловая, и сразу две стены занимало одно сплошное окно, зачарованное с улицы от глаз любопытных прохожих. И из него лилось столько света, что все помещение казалось золотистым. Открывалось оно магически, Горислав научил, как. Таким образом можно было выбраться на часть крыши первого этажа, где оборудована площадка для сушки трав и прочих ингредиентов.

— Эту? — понимающе блеснул глазами старый маг.

— Ага!

Я вытащила из-за пояса сумку, поколдовала, возвращая ей нормальный размер, и покачнулась. Заклинание при снятии честно взяло все силы, затраченные за время его действия.

Сумку бросила на пол и надолго застряла у необычного окна.

Все, теперь точно дома!

Степень своего везения я осознала, когда утром в компании Красы и Горислава бежала на экзамен. Мы безнадежно опаздывали. А все потому, что кто-то из нас страшная копуша. И этот кто-то — не я.

Хоть бы успеть! Хоть бы успеть! Хоть бы успеть!

Что примечательно, мы с Красой пыхтели, как больные хомячки, а вот старый маг бежал вполне резво, одышкой не мучился и время от времени сбавлял скорость, чтобы подождать отстающих нас. Вот что значит — боевой маг! Я их даже зауважала. Чуточку. Потому что у самой уже через перекресток в боку закололо и дыхание заняло, через два мне почти расхотелось в ведьмочки, а на третьем весь свет стал не мил. Что ж за наказание-то такое?!

Хорошо, бежать было недалеко.

В распахнутые ворота Академии мы влетели ровно за пятнадцать минут до начала экзамена.

— Успели! — простонала Краса, согнувшись и жадно хватая ртом воздух.

Занятая тем же самым, я даже говорить толком не могла.

Горислав же даже не запыхался, а потому мучений ведьминских попросту не понимал.

— Решено, с завтрашнего дня буду гонять вас на утренние пробежки, — маг насмешливо поглядывал на нас, с трудом приходящих в себя.

Оценив перспективу, я заскучала. Но ненадолго, ведьмы вообще долго скучать не приучены.

— Решено, завтра же покупаю метлу, — заговорщицки прошептала Красе на ухо.

— Я тоже! — ответила она мне громким шепотом и по-ведьмински хитро улыбнулась.

Дед только глаза закатил и пробормотал что-то о несносных девчонках.

Сегодня территория перед Академией была пуста, и до крыльца, а потом и до нужного зала мы доли без приключений. Где-то на подступах к заветной двери меня охватило волнение, такое сильное, что коленки затряслись.

Вдруг не сдам? Вдруг специально не примут, чтобы с ведьмами не возиться?

Табличка на двери гласила: "Тишина! Идет экзамен у ведьм!".

Просторный зал с колоннами и большими окнами вместил сразу три длинных стола, за каждым сидело по три преподавателя в парадных мантиях разных цветов. Взгляд выхватил синий, бордовый, белый, коричневый и зеленый бархат. На маленьком стульчике перед одной из комиссий, возглавляемой тощим высоким стариком с крючковатым носом, уже лепетала что-то миниатюрная черноволосая ведьмочка.

— Удачи, — пихнула меня в бок Краса.

— И тебе, — прошептала я и направилась к ближайшему столу.

Пока шла, успела оглядеть своих экзекуторов. Главным был маг лет сорока, тренированный, с перстнями на пальцах, холодными темно-зелеными глазами и аккуратной, ухоженной бородкой. По высокомерной физиономии понятно: на всю голову боевой, наверняка еще и элитный. Как-то сразу не по себе стало. Рядом с ним со скучающим лицом сидела красивая ведьма в остроконечной шляпе. Вид у нее был такой, будто мыслями она не здесь, и движение, коим ведьма то и дело поправляла вьющиеся мелкими колечками черные волосы, свидетельствовало о том же. Присутствие ведьмы вдохновляло. А вот третий меня ошеломил... Главным образом тем, что мы уже виделись раньше.

Облаченный в дорогущую коричневую мантию, в самом конце стола сидел тот самый молодой мужчина, с которым я столкнулась в холле вчера, после того как отделалась от задиристых студентов.

Мамочки!..

В живот свалился комок холода.

Я же его за старшекурсника приняла! И разговаривала, как с равным!

Надеюсь, глупостей не наболтала...

Но, справедливости ради, стоит признать, что и сейчас, не сиди он за преподавательским столом и не будь напротив него таблички с именем, никто ни за что бы не догадался, что этот взъерошенный небритый тип может что-то преподавать! Но табличка была. "Глеб Полуденный, младший преподаватель" — сложились буквы в слова.

— Что застряла? — обратил на меня внимание предмет моего удивления. — Или раздумала поступать?

Передумала? Я? Вот еще, не дождутся!

— Извините, уже иду, — и заторопилась к своему месту.

Эмоции были слишком сильны, и двигалась я до раздражения медленно, будто воздух превратился во что-то вязкое и пробираться сквозь него стоило огромных трудов. Но больше меня не торопили. Промедление преподаватели использовали в своих целях.

— Преподаватель Полуденный, хочу напомнить вам, что с этого года вы больше не студент, — магистр с перстнями и бородкой словно пощечину молодому коллеге дал. — Забудьте свои ерничанья и ведите себя соответственно новому статусу. Да, еще одно... держите дистанцию с адептами и особенно с адептками.

— Учту, — на красивом даже со щетиной лице ни один мускул не дрогнул.

Важный маг одарил его неприязненным взглядом и скрипнул зубами. Да он даже на меня так недружелюбно не смотрел! Хм... что примечательно, как раз на меня магистр Богдан Полуночный взирал спокойно, даже с легким любопытством. Это внушало надежду. Может, не все так трудно будет с этим поступлением?

Полуденный и Полуночный. Даже фамилии у них противоположные. Чует ведьминская интуиция, что это неспроста!

Я поспешила занять свой стул, краем глаза исследую табличку напротив ведьмы.

Эсмеральда Ворожейкина.

И ей явно не улыбалось сидеть между двух огней.

— Ну что ж, ведьмочка, я вижу, умеешь ты немало, — вдруг выдал магистр, чем окончательно вверг меня в ступор.

— Видите? — пролепетала, вцепляясь пальчиками в край стола.

— Ты затемнила свою ауру, — со снисходительной улыбкой пояснил Полуночный. — А это не так-то просто.

— Ой, совсем забыла, — я виновато улыбнулась. — Еще в экспрессе наложила заклинание, чтобы один любопытный ведьмак с расспросами не доставал. Похоже, я уже вторые сутки так хожу.

А Горислав вчера наверняка видел, но ничего не сказал. Ох, и вредные же эти маги! Совершенно бессовестные. Даже лучшие из них.

— Так и запишем, что уровень силы высокий, и за общую магию сразу ставлю "отлично", — кивнул глава приемной комиссии.

И все? Вот так просто? Во внезапную удачу верилось с трудом, и единственный вывод был неутешителен: если сейчас все легко, то дальше обязательно будет какая-нибудь гадость. На то они и маги.

Но получив меня в свое распоряжение, ведьма злодействовать тоже не стала.

— Неплохо ты вчера сделала этих магов, — хитро улыбнулась она и поправила декоративную бородавку справа под нижней губой. — Так их, паршивцев! За вредительство высший балл, и это еще только начало!

Пришлось стиснуть зубы, чтобы не выглядеть глупо с открытым ртом. С ума сойти можно... Второй экзамен сдала играючи!

Ожидаемая пакость пришла с неожиданной стороны.

Как только я перешла в его распоряжение, Глеб прищурился, многообещающе улыбнулся и... встал.

— Прошу следовать за мной, — изрек он, направляясь к выходу.

Я замешкалась, лихорадочно соображая, что вообще происходит.

Остальные преподаватели тоже не пришли в восторг, особенно магистр Полуночный.

— Младший преподаватель Полуденный, — сквозь зубы процедил он и не забыл сделать акцент на первом слове, — хочу напомнить, что вы преподаете общую магию. Предмет в основном теоретический. И мы уже выяснили, что у нашей ведьмочки там полный порядок. А сейчас спросите у нее состав какого-нибудь зелья и успокойтесь.

Ясно. Похоже, его взяли в комиссию для количества и просили особо не отсвечивать.

Глеб остановился, но смутиться, а тем более образумиться, даже не подумал.

— Насколько помню правила, которые я вчера три часа добросовестно читал, — въедливо заметил молодой преподаватель, — каждый, кто заявлен в комиссии, имеет право задавать любые вопросы и предлагать любые тесты в пределах профиля поступающего. Я ничего не перепутал?

Зубовный скрежет повторился.

Ручка в унизанной перстнями руке треснула, на столе образовалась темно-синяя лужица чернил.

— Ничего.

— Вот и отлично! — потер руки победитель этой небольшой схватки. — Прошу всех за мной!

Что поделаешь, пошли. Причем все, даже недовольный Полуночный вылез из-за стола. Чувства были смешанные. Сердце от страха стучало едва ли не громче, чем каблучки по каменному полу длинного коридора. Но ближе к середине пути меня разобрала такая злость! Вот где на свете справедливость?! Даже магистр, которому по определению полагалось встретить меня агрессивно, отнесся по-человечески, а этот что выделывается? Я думала, он нормальный, а он... Вот так бы и напакостила, честное слово!

Извилистые коридоры привели нас к одному из боковых выходов. Дверь беззвучно открылась, а там... большая площадка с сетками и перекладинами. В общем, что-то похожее на полигон.

По ведьминским меркам, гадость несусветная.

Глава 2

Глеб остановился в паре шагов от начала беговой дорожки, победно оглядел ничего не понимающих преподавателей, одарил насмешливым взглядом меня и скомандовал:

— Вперед! — так сразу и не поймешь, он серьезно или издевается.

И не я одна задавалась этим вопросом, потому что магистр чистой рукой аккуратно отодвинул меня в сторону и глухо рыкнул:

— Полуденный, ты что вытворяешь?!

Кто-то был страшно зол. И из-за чего? Из-за какой-то ведьмы! Нет, ну бывают же на свете чудеса!

— Провожу смотр физподготовки, — как ни в чем не бывало сообщил тот.

Я тоже начала звереть. Да он же серьезно! А я в платье и туфлях. И как бежать?

— А ничего, что я — ведьма, и у нас даже предмета такого нет? — бросилась защищать справедливость в ведьминском понимании и свой внешний вид заодно я.

— А ничего, что ты имеешь все шансы стать адепткой Академии Боевой Магии? — передразнил... подозреваю, мой самый нелюбимый преподаватель. — Здесь такой предмет есть у всех. Кстати, круга уже три. Еще одна попытка пререкаться, и их станет пять. Потом семь.

Глотая слезы бессильной злости, я поплелась к дорожке. Всего несколько шагов... На последнем в голову пришла просто отличная мысль. Я же ведьма? Ведьма. А бежать в платье и на каблуках как-то глупо. И вообще, про бежать он ничего не сказал, только "вперед"!

Ну так я ему сейчас такой "вперед" организую, до выпускного не забудет! Моего.

Поначалу собиралась пакостить и подло мстить... то есть, прилично выражаясь, практиковаться во вредительстве ведьме Эсмеральде на радость... но глянула через плечо на ухмыляющегося Глеба, отчетливо осознала, что мне еще у него учиться. А этот процесс хотелось сделать как можно менее травматичным, потому пакостную месть лучше отложить и хорошенько обдумать. Сейчас же лучше пойти другим путем.

Быстро наложила маскирующие чары и под ними выпустила слабенькое поисковое заклинание. Ну же... давай... на огромной территории замка должна быть хоть одна...

— На старт! — рявкнул молодой маг.

Есть! Лети сюда, родимая...

— Внимание...

— Метла! — направила я заклинание призыва.

Ведьма-наставница просияла, магистр пробормотал что-то одобрительное и восхищенно сверкнул глазами, Глеб... радостно ухмыльнулся. Непрошибаемый тип!

Метла сопротивлялась, однако на всех парах неслась ко мне. Буквально сбила с ног, поднырнула под попу, я только успела покрепче вцепиться в черенок — и мы рванули вперед. Дважды с ветерком облетели тренировочную площадку, а третий круг сделали вокруг всего замка.

Когда приземлились перед довольным Глебом, Эсмеральда не утерпела и похлопала в ладоши. Полуночный сдержанно улыбался, но ведьминские действия безоговорочно одобрял.

Следовало, наверное, объяснить свой поступок, как-то оправдаться, сказать про платье и туфельки на каблуках, но... не хотелось. И относиться к Глебу Полуденному, как к жутко важному преподавателю, от которого прямо сейчас зависит ведьминская судьба, почему-то не получалось. Правильно говорят, что первое впечатление дважды не произвести. Как увидела его вчера старшекурсником, так он в моем восприятии им и остался. И как не пытаюсь призвать себя к порядку, ничего не выходит.

Постояли, смерили друг друга оценивающими взглядами.

Вот пусть только попробует не взять, прокляну на месте!

Другие преподаватели тоже уже начинали нервничать...

Наконец, Глеб прервал эту эффектную паузу, улыбнулся чуть шире и заговорил:

— За вредность и изобретательность ставлю "отлично", — но не успела я обрадоваться и издать победный визг, как он решил в очередной раз подтвердить, что достоин самой коварной и безжалостной ведьминской мести. — А за зелье — "сойдет".

Отчего-то мне вчерашние противные маги вспомнились. И вообще все то, что среди ведьм о них говорят. Потом пришло осознание: с таким характером этот Глеб далеко пойдет, станет самым лучшим, самым сильным, самым элитным магом. Потому что большей заразы я не только не встречала, но и вообразить себе не могла.

— Какое зелье? — простонала обреченно. — Я же не варила никакого зелья!

— Но я в тебя верю, поэтому авансом ставлю "сойдет", — доброжелательно улыбнулся мой учебный кошмар.

Мысленно я застонала.

Требовалось еще вернуться в зал, где проходили вступительные испытания, чтобы Полуденный заполнил свою часть ведомости, но радости уже сейчас не было предела.

Сдала! Я поступила!

У ворот Академии меня ждал Феликс с букетом белых роз и таким скорбным видом, что почти захотелось его пожалеть.

К этому времени я уже знала, что ведьминский факультет в Академии Боевой Магии снова действует, на нем учатся три ведьмы, и занятия начинаются через день. Третья ведьмочка звалась Сателлой, была тихой и неразговорчивой, но почему-то вызывала у меня симпатию. И когда Краса сообщила, что Сателла будет жить с нами, я совершенно не удивилась. Даже обрадовалась. Вместе веселее и учиться легче.

Горислав дождался результатов экзамена, после чего ушел по каким-то своим делам, предупредив, что будет поздно. Посему к воротам мы подошли втроем. А там Феликс! С цветами! И все мне!

— Кто-то уже успел обзавестись поклонником, — прокомментировала Краса. — А он симпатичный!

Черноволосая Сателла только сверкала любопытными черными глазами, но ничего не говорила.

— Только когда молчит, — предупредила я подруг. — Сейчас сами убедитесь.

И точно. Облаченный в парадную мантию, с ослепительной улыбкой на губах, будущий боевой маг подошел к нам, словно ожившая ведьминская мечта, протянул мне цветы и выдал:

— На, подавись! — потом сунул букет мне в руку, наградил испепеляющим взглядом, круто развернулся и зашагал прочь.

Волшебство момента разлетелось в пыль. Именно это сейчас читалось на разочарованных мордашках моих соседок.

— Странные у вас отношения, — первой отмерла, как ни странно, новая знакомая.

Мы прошли ворота и не спеша направились к дому Проточных. Погода была чудесная, ярко светило солнце, по светло-голубому небу плыли редкие облака, легкий ветерок касался щек, не позволяя жаре мучить прохожих, которых в этот час на столичных улицах было немало, и принося с собой разные запахи, в зависимости от того, какие магазинчики или таверны с кофейнями находились поблизости. Мы специально не торопились, чтобы погулять подольше, прийти в себя после нервотрепки экзаменов и немного поболтать.

— У нас не отношения, у нас порча, месть и пакость, — призналась я.

Разочарование с девичьих лиц улетучилось, в следующий же миг на меня сверкнули две любопытные пары глаз.

Пришлось рассказывать о своем первом посещении Академии и о стычке со студентами. Даже про встречу в холле с Глебом призналась и поведала про свой шок, когда увидела его в числе преподавателей, чем изрядно повеселила соседок. Только про Милицу не заикнулась, это казалось чем-то слишком личным.

Надо признать, этому Феликсу крупно не повезло. Маги ведьм хоть и не любят, что не стесняются активно демонстрировать, но при этом стараются не переступать некую грань, за которой заканчивается ведьминское терпение и начинается пакостная месть. Потому как сила у нас разная, и если мы еще можем немного вмешиваться в их плетения, хватило бы сил, то они с нашими чарами поделать не способны ничего. Вроде как, таким образом природа защищает более слабых ведьм. Но на самом деле, я думаю, тут все дело в том, что в ведьминской голове такое творится, что ни одному магу разобраться не под силу. Не понимают они нас. Соответственно, и нашей магии тоже.

Попал Феликс, крупно попал. И даже если найдет сердобольную ведьму, которая согласится освободить его от пакостной порчи, все равно ничего не получится. Меня ведь обучал ведьмак... весьма примечательный ведьмак... посему в моих плетениях разберется только одна из тех ведьмочек, что тоже у него училась.

А нас таких всего трое. Было.

— Влип маг, — ухмыльнулась Краса, заправляя за ухо белокурый локон.

— Снимать порчу ты, конечно, не собираешься? — деловито уточнила Сателла.

— Ни за какие коврижки, — не разочаровала девчонок я. — Пускай все хорошенько прочувствует и осознает, потом я подумаю, что для него можно сделать. В конце концов, дарить девушке цветы — не такая уж и порча.

Ведьмочки понимающе заулыбались и закивали. Вот так и чувствую, что как минимум одна из них прямо сейчас прикидывала, на кого бы нечто похожее наслать. А я что, против? Могу и заклинанием нужным поделиться.

— Ой, что-то мне его уже жалко, — хихикнула Краса. — Бедненький, симпатичненький...

— А мне жалко Цветану, — перебила ее Сателла. — Потому что, если маги начнут мстить, жизнь в Академии медом ей не покажется.

По пути домой мы заглянули в кондитерскую и купили пирожных. Успешно сданные экзамены надо было отметить! Этому же делу послужила смородиновая настойка, которую Краса достала из дедовских запасов. Похоже, Горислав специально ушел, чтобы дать нам возможность хорошенько повеселиться.

Настойка помогла расслабиться и на время отрешиться от всех переживаний, теперь от радости поступления меня отвлекала разве что болтовня с соседками. А о плохом обязательно подумаю завтра. И начну действовать. Жареные крылышки индейки с салатом из творожного сыра и овощей утолили голод, а пирожные с ароматным чаем... какая ведьмочка откажется от сладостей и чая? Даже Сателла расслабилась и предложила называть себя Эллой.

Вопросами, порой наглыми и совершенно бестактными, Краса заставила ее рассказать о себе.

Жутко смущаясь и отводя глаза, наша новая знакомая созналась, что она из семьи некромантов. Старого пошиба, которые еще живут общинами и практикуют запрещенную магию. Таких, если уж ловят на чем, сразу казнят, поэтому их немного осталось. Но нам в соседки достался редкий экземпляр.

— Ну что, все еще хотите жить со мной под одной крышей? — Элла подозрительно посмотрела на нас.

Перед ней стояла чашка с нетронутым, почти остывшим чаем и совершенно целое пирожное на тарелочке. Она его даже не надкусила! Ну и выдержка!

Но Краса совершенно не впечатлилась ее признанием.

— Только чур мертвяков в дом не приводить, — Проточная даже пошутила на эту тему. — Кстати, ты почему в ведьмочки с такой родословной?

— Всю жизнь мечтала, — с почти незаметной улыбкой объяснила свой странный поступок некромантка, а, осознав, что выставлять вон ее никто не собирается, расслабилась и даже сделала осторожный глоток из чашки. — Родители обучили меня своему ремеслу, но призвания нет, а без него все равно ничего путного не получится.

Мы понимающе закивали.

— А я тоже всегда мечтала, — вдруг заявила Краса. И, выдержав эффектную паузу, продолжила, — стать боевым магом.

— Ты?! — удивились мы с Эллой в один голос.

Беленькая, пухленькая, воздушная Краса совершенно не походила на одного из боевых магов, коими, в ведьминском понимании, могли быть только наглые, злобные, заносчивые типы, подлежащие срочному наведению порчи, а лучше трех, в целях пробуждения совести и исправления характера. И даже такие экстренные меры не факт, что помогут.

— Два года поступала, но срезалась уже на смотре физподготовки, — тоскливо призналась блондинка. — Девочки, мне сейчас так стыдно... но тогда я всерьез думала, что это дед со своими связями все подстроил. Не одобрял он мою мечту.

— А на ведьминский факультет с чего пойти решила? — вернула ей вопрос Элла.

— Дед посоветовал, — вздохнула Краса. — В третий раз у меня документы на боевой факультет не взяли. Я так плакала... А он поспрашивал у знакомых, узнал про этот пустой факультет и предложил попробовать. Не боевой маг, конечно, зато в их Академии. Я подумала и согласилась.

Правильно сделала. Ради нас с Эллой ведьминский факультет открывать бы не стали, если бы не удалось срезать прямо на экзаменах, выперли бы потом, как Милу, похоже. А вот ради любимой внучки магистра... Интуиция подсказывала, что можно расслабиться и за место свое в Академии не бояться.

Еще я вдруг отчетливо поняла вот что: старый маг, похоже, очень любит внучку, ради нее и за ведьминский факультет похлопотал, и подруг-соседок организовал. Вряд ли Красе когда в чем-то отказывали.

— А ты, Цветана? — взгляды соседок переместились к моей задумавшейся персоне.

— Что? — я встрепенулась.

— Теперь твоя очередь рассказать что-нибудь о себе, — напомнила Краса.

Ох... Не люблю я это. О маме уже говорила, что еще сказать? Не такая уж я примечательная личность.

— Я... училась у ведьмака, — пожалуй, это был единственный интересный факт в моей биографии.

Поздним вечером мне не спалось. Усталость за день накопилась приличная, с девчонками мы еще два часа назад разошлись по комнатам, почти сразу я забралась в мягкую кровать с темно-зеленым пологом, но сон упрямо не шел. И у необычного окна, так нравившегося мне днем, сейчас обнаружился большущий недостаток: в него беспардонно заглядывала круглая желтая луна. Она разбавляла полумрак, царящий в комнате, своим обманчивым светом, искажала очертания предметов, разбрасывала по стенам жутковатые тени. Шторы были необычного кроя, они оставляли большую часть окна открытой, так что препятствием ночной проказнице не служили. И та этим пользовалась, мешая уснуть и будоража совесть.

Она словно бы говорила: "Спишь, предательница? А где сейчас Мила? Есть ли у нее мягкая подушка, одеяло или хотя бы крыша над головой?".

И это действовало. Я вертелась, как уж на сковородке.

Выдержки хватило ненадолго, в конце концов, я встала, сунула ноги в тапочки и подошла к окну. Было непривычно тихо. Это днем столица гудела, подобно улью, ночью же все затихало, будто умирало, чтобы перед самым рассветом родиться вновь. Сон соседей — это святое, так что в Лавиенне действовали строжайшие правила: никакого шума с наступлением темноты. Никаких развеселых компаний, шастающих по улицам, никакой нечисти в черте города. На увеселительные заведения владельцам полагалось накладывать сдерживающие шум заклинания в три слоя. Только патрулю, обходящему улицы, позволялось переговариваться вполголоса, и редким экипажам припозднившихся со службы горожан можно было грохотать колесами по мостовой, развозя уставших хозяев по домам.

Кое-где еще горели огнями окна, вспыхивали заклинания на одной из башен Академии, которая виднелась вдалеке над домами, но, даже распухнув окно, я не услышала ничего, кроме шелеста ветерка и листьев.

Так странно... В родном Натсаре все было иначе. Выйдя ночью во двор, можно было услышать голоса парней и смех девчонок, гуляющих по улицам, иногда звуки вечеринки, или как воет нечисть. В наших краях водилось много самой разной нечисти, и ведьмак Роланд научил нас с ней справляться. По большей части, договариваться, но и справляться тоже.

А тут обманчивая тишина.

Ночная прохлада принесла ясность в мысли. Постояв немного у распахнутого окна, я все же решилась. Глубоко вдохнула, медленно выдохнула, припомнила нужное плетение, собрала силу на кончиках пальцев — и выпустила сразу десять поисковых заклинаний. Мерцающие серебристые точки покружились возле меня, подобно блестящим мошкам, и разлетелись в разные стороны. Силы на них ушло столько, что я покачнулась и едва не перелетела через подоконник.

В последний момент за шиворот ухватилась чья-то рука, чуть сорочку не порвала.

— Далеко собралась? — хмуря брови, уточнила Краса.

Ответа она не ждала, потому что мне в губы сразу же ткнулся стакан с чем-то травяным. По запаху опознала восстанавливающий отвар и с благодарностью принялась глотать. На эти поисковики я и вправду истратила все силы. Элла аккуратно придерживала стакан.

— Сп-пасибо, — пробормотала я, когда на дне не осталось ни капельки.

— Спасибом не отделаешься, — покачала головой Краса. — Рассказывай, что ты тут ведьмачишь.

Я прикусила губу. Вот этого я и боялась. И как теперь быть?

Посвящать посторонних в личные дела не хотелось, я никогда особенно не любила откровенничать. Но сказать что-то надо... Хотя тот факт, что обе соседки вломились ко мне в комнату, возмущал до глубины души. Никакого личного пространства! Они еще и запасным ключом, похоже, воспользовались.

— Слушай, ты мне нравишься, — не выдержала моего молчания та, что мечтала стать боевым магом. — Но затемненная аура, учеба у ведьмака и эти заклинания... Такое чувство, что у тебя что-то случилось, а ты рассказывать не хочешь.

И светловолосая ведьмочка обиженно насупилась. Сразу видно, ей редко в чем-то отказывали.

Порыв взбрыкнуть я сдержала. Ссориться с соседками не хотелось. А при взгляде на Проточную вообще потянуло улыбаться. Все-таки никакой она не маг, а самая что ни на есть настоящая ведьмочка. Вон как интуиция работает!

— Если будем знать, мы сможем помочь, — серьезно сказала Элла, прямо глядя на меня.

Глаза у нее черные, будто один зрачок, совсем без радужки. Диковато, если честно. Но и эта никакая не некромантка, а сострадательная ведьмочка.

— А вдруг я натворила что-то нехорошее? — задала провокационный вопрос, подозрительно поглядывая на соседок. — Вы ведь меня не знаете совсем.

— Чем сможем, постараемся помочь, — тихо сказала Элла, а Краса просто кивнула.

С соседками мне повезло. Вот бы еще Милу отыскать...

— Ладно, расскажу, — я прошла к столу, порылась в одном из ящиков... где же оно?.. вещи-то я разложила, но к новому жилищу пока не привыкла и что где лежит не запомнила. О, нашла! — Протяните руки ладошками вверх, — скомандовала, возвращаясь к девчонкам.

Внучка уважаемого мага не задумываясь сделала, как говорят, а Элла сперва настороженно спросила:

— Зачем?

— Клятву с вас хочу взять, — поражаясь собственному безрассудству, сообщила соседкам я. — Иначе никак. Простите, но это не только моя тайна.

Кажется, из всего сказанного ведьмочки разобрали только заманчивое слово "тайна". В их глазах взметнулись любопытные огни. И в тот же миг передо мной оказались уже две ладони.

Ну что ж...

Предмет, который я держала в руках, походил на чернильную ручку, с той лишь разницей, что вместо пера на конце торчало острое лезвие. Отринув сомнения, я крест-накрест оцарапала ладони Эллы, шепнула заветные слова... и Краса тоже вскрикнула. На ковер упали две алые капли.

А в следующий миг совершенно одинаковые ранки на руках девушек засветились серебром. Магия начала действовать.

— Клянитесь, что сказанное мной не выйдет за пределы этой комнаты!

Соседки по очереди пролепетали нужные слова. Когда замолчала Элла, говорившая последней, полумрак моей спальни озарила серебряная вспышка. Ранки пропали. На их месте остались едва различимые белесые шрамы, не заметные, если не приглядываться нарочно.

Магическая клятва была принята и наполнена силой.

Думаю, не надо им объяснять, что последствия ее нарушения могут быть плачевными.

Мы забрались на мою кровать, опустили полог, Краса наколдовала круглый комочек золотистого света, так можно было хотя бы видеть лица друг друга. И я шепотом заговорила:

— Все началось, когда ведьмак Роланд взял меня и еще двух ведьмочек в обучение. Мы с первых дней подружились, а потом и вовсе стали ближе сестер.

— Повезло тебе, — вклинилась Краса. — А я училась дома и подруг у меня до вас с Элькой не было. Ни одной.

Элла тут же строго цыкнула и ткнула болтушку в бок.

— Да, мне очень повезло, — я не стала спорить.

Считаясь известной художницей и мозаисткой, моя мама оставалась человеком скромным и выходам в свет всегда предпочитала уединенную жизнь в провинции. Там же воспитывала и меня, категорически отказавшись отдавать в пансион для благородных девиц или еще какое-нибудь похожее заведение. Всему необходимому приличной девушке меня обучила бабушка, когда еще была жива.

Мама втайне мечтала, что я тоже однажды буду рисовать, но не сложилось. Помню, как в детстве она брала меня с собой в мастерскую и предлагала выкладывать картинки из разноцветных камешков... в лучшем случае, картинки оживали и носились по мастерской пестрыми пятнами, устраивая жуткий беспорядок, в худшем, я просто взрывала что-нибудь. Краски мне вообще давать в руки не стоило, ибо чревато. Уже тогда было ясно, что родилась ведьма. Странно, учитывая тот факт, что до меня ни у кого в семье способностей не было. И, надо признать, маму это нисколько не радовало.

Поначалу мой интерес пытались переключить на что-то другое. Не вышло. Мне было лет двенадцать, когда родные сдались и позволили пойти в обучение к ведьмаку Роланду. Ведьмы в Натсаре тоже были, но учениц брали не все, а те, которые брали, не устраивали либо меня, либо маму с бабушкой. Одна склочная, другая гулена и к фляге приложиться не прочь, третья объясняет непонятно... Подозреваю, в том, что я оказалась у ведьмака, была существенная доля коварства: путь в большинство ведьминских школ мне был заказан, но тогда это не казалось важным, тем более что у Роланда я познакомилась с Надин и Милицей.

В первый день мы подрались до царапин на лице и выдранных волос, но потом крепко подружились. Вместе учились, вместе сбегали на вечеринки, вместе получали свои нагоняи, поверяли друг другу самые сокровенные тайны, знали друг о друге все.

Вместе же решили поступать в столичную Академию. Вообще-то, это наш ведьмак придумал. Он нарадоваться на нас не мог, все повторял, что ведьмы у него учатся талантливые и редкие красавицы, таким грех в провинции чахнуть. Он даже маму убедить сумел, чтобы отпустила меня!

Подруги обе были на год старше меня, соответственно, и поступать им предстояло раньше.

Но красота помешала.

Жил в Натсаре один аристократ. Не то, чтобы очень богатый, но дом у него был большой, хотя и запущенный немного. И несмотря на витающую вокруг славу черного вдовца — как-никак четырех жен уже сменил — женихом тот господин считался завидным. А как же, при деньгах, хоть и небольших, дом в центре, из родственников один брат, да и тот далеко. Ну, еще старая нянька. Опять же, благородно было оставить ее в доме и назначить содержание. А то, что жены, как мухи мрут, никто вроде бы и не замечал. Сплетницы, конечно, шушукались, перемывали косточки с удовольствием, но больше из интереса.

Надин стала пятой. Замуж она совершенно не стремилась, но родители уж очень хотели хорошо пристроить дочь, вот и ухватились за возможность. Надавили, заставили, запретили даже помышлять об отъезде в столицу. Надо отдать господину Невнятному должное, ухаживал он на совесть: цветы, конфеты, прогулки, долгие разговоры и никаких поползновений до церемонии. Обещал сделать счастливой и разрешить дома сколько угодно колдовать, даже ходить к ведьмаку Роланду. И в какой-то момент сердце девичье дрогнуло.

Трех месяцев не минуло со дня свадьбы, как Надин упала с лошади и убилась. И вроде бы все чисто, ничего подозрительного, а нас с Милой при одном только виде Невнятного в холод бросало. Поначалу даже ведьмак Роланд не верил. Но мы были настойчивы, а ни один мужчина не выдержит женских рыданий на два часа, да еще в двойном объеме. В общем, ведьмак наш уступил и согласился провести ритуал раскрытия грани, вызвать призрак нашей Надинки и у нее спросить, как все было.

Явившаяся девушка из белой дымки на нашу улыбчивую и непоседливую подругу походила мало.

— Убили меня. Я его полюбила, а он предал, — вот и все, что она сказала.

Дымка растаяла, грань закрылась, а мы поклялись отомстить.

Сдержали слово скоро. Ведьмак Роланд не напрасно учил нас с нечистью в первую очередь договариваться, хоть в учебниках и пишут, что делать этого ни в коем разе нельзя. В результате, за несколько лет обучения у него мы приобрели немало хвостатых, шипастых и даже покрытых корой и ядовитых друзей. К ним-то за помощью и побежали. А поскольку Роландовы ведьмочки не раз выручали мирных нечистиков, они с радостью откликнулись.

И в одну безлунную ночь на дом Невнятных напала разом вся окрестная нечисть. Дом сгорел, хозяину спастись не удалось. Тем утром следы на наших руках вспыхнули и превратились в застарелые шрамы, почти невидные. Надинка была отомщена.

Потом Мила уехала поступать на подготовительные курсы в преддверии открытия вожделенного ею ведьминского факультета, а я осталась в Натсаре еще почти на полгода. Мы поддерживали связь, каждую неделю слали друг друга письма через магическую почту... пока подруга вдруг не пропала. И вот теперь выясняется, что в Академии ее нет, а я не знаю, что и думать.

... Рассказ закончился, и какое-то время мы просидели в тишине. Сквозь складки полога в наше убежище один за другим влетали серебристые остатки поисковых заклинаний и таяли на моих пальцах. Вернулись все десять, Милу не нашли.

— Конечно, мы поможем, — заверила Элла и пристроила свою ладошку поверх моей.

— Обязательно поможем! — кивнула Краса, присоединяя к нашим и свою руку. — И подругу твою найдем, и виновных в ее отчислении накажем, и как ее восстановить в Академии, придумаем.

Глаза кольнули слезы благодарности. Волнение было таким сильным, что я даже носом шмыгнула разок.

— Спасибо, — прошептала дрожащим голосом.

— Ерунда, — подмигнула Проточная. — Мы, ведьмочки, должны держаться вместе, особенно в окружении вредных боевых магов.

Знаки на наших ладонях ярко вспыхнули и тут же погасли. Ведьминская магия наполнила эти обещания силой.

Глава 3

Решение отправиться за покупками всем вместе созрело за завтраком. Поздним, потому что Горислав нас пожалел, не стал будить и на пробежку не погнал, а сами мы вылезли из кроватей только после десяти. Умылись, сонными мухами доползли до кухни, а там уже общими усилиями выяснили наши планы на день.

Сегодня в Академии вступительные экзамены у будущих целителей и у кого-то там еще, для остальных замок закрыт. Завтра будет распределение у всех, а у нас, ведьм, определение профилирующих способностей и знакомство с кураторами. Таковых должно быть двое — ведьмак и ведьма. Общая магия и травы с зельями ложатся на плечи первого, обучать нас вредительству будет вторая. Вроде как, ведьмаки вредительством не занимаются.

В Натсаре Роланд еще как занимался! Правда, не признавался даже нам. Но мы его поймали и заставили нас всему научить. Так что ведьму ждет приятный сюрприз.

Вместе с документами о зачислении нам каждой выдали по списку того, что необходимо купить до начала занятий: книги, разная утварь для приготовления зелий, набор часто используемых трав, заготовки под амулеты, разные камешки ну и еще по мелочи. Надо заметить, мелочи были приятные, так что мы быстренько взбодрились, слопали кашу с кусочками засушенных яблок и принялись за чай. Заодно договорились, что готовить будем по очереди, и подновлять бытовые заклинания тоже.

В моих личных планах на сегодня еще значился поиск ведьмы, которая учила Милу, но еще до выхода из комнаты я успела прочитать на листке, который дала Марица, что той ведьмой была Эсмеральда, и этот пункт из программы вычеркнула. Поговорю с ней в Академии.

— Еще немного, и дом превратится в непрекращающийся шабаш, — сокрушался Горислав, улыбаясь. — Три ведьмы на одного мага! Вредные фамильяры, у метелок тоже, говорят, характер паршивый... Что тут начнется!

— Деда, не волнуйся, мы обещаем доставать только зазнаек из Академии, — заверила его внучка. — Вот им точно достанется.

— Пусть знают, что с ведьмами шутки плохи, — без тени улыбки поддержала Элла и допила свой чай.

Да, если с этой стороны поглядеть, даже жаль, что нам не хватило места в общежитии. Уж мы бы там такое устроили!

Марица все в той же записке посоветовала, а Горислав ее поддержал, и идти за ведьминскими покупками пришлось достаточно далеко. За одной из школ для ведьмочек находились торговые ряды, где, по утверждениям тех, кто в этом разбирается, можно было найти лучшие магические товары. Туда мы и направились.

Путь был не близок, но нанимать извозчика не стали. Просто мы так здорово смотрелись! Три ведьмочки: белокурая пухленькая Краса в кремовом платье с оборками, черноволосая, черноглазая и болезненно худая Элла в длинном черном одеянии... я, конечно, только с большущей натяжкой могла сойти за рыжую, но мои каштановые волосы, привычно заплетенные в две косы, самую малость отливали рыжиной на солнце, и глаза были темно-зеленые, по-ведьмински хитрые. Мы шли шаг в шаг и в предвкушении покупок так улыбались, что прохожие без труда узнавали в трех симпатичных девушках ведьмочек и спешили убраться на противоположную сторону улицы. Да что там прохожие, от нас даже черные коты шарахались!

Ведьминская школа занимала небольшой по сравнению с Академией особнячок с цветами на окнах и красивыми коваными перилами на крыльце. На миг сердце сдавило сожаление. Вот была бы у нас с Милой возможность поступить в такую, может, и не пришлось бы мне сейчас разыскивать подругу. Ну да что теперь...

Обошли школу полукругом и уткнулись в торговые ряды. Чего там только не было! От всяческих магических штучек просто глаза разбегались. Неспешно двигаясь от одного прилавка к другому, мы сначала купили все нужное для учебы, и только после этого, сгибаясь под тяжестью сумок, направились к магазинчикам, приткнувшимся за торговыми рядами.

Вот теперь можно отвести душу!

В первом была форма. Парадная, которая представляла собой красное платье с белым кружевом на рукавах и подоле, и повседневная — синее, зеленое или клетчатое платье вроде моего. И хотя таких в моем гардеробе имелось штук пять, я не смогла отказать себе в покупке нового. К каждому платью полагалась остроконечная шляпа. Мы столько всего перемерили! И в каждом вдохновенно вертелись перед зеркалом минут по пятнадцать.

Покончив с платьями, завернули обратно к торговым рядам, а именно туда, где продавали сережки-поганочки, декоративные бородавки и прочую красоту. Покупок стало больше. Зато теперь можно наложить на сумки уменьшающие заклинания, потому как больше в них ничего не добавится.

А дальше начались плюсы учебы в Академии.

Обычным ведьмочкам, которые учились в школах, фамильяр полагался лишь с третьего курса, а собственная метла не полагалась вообще. У волшебных метелок правда характеры те еще, с ними только сильная ведьма управится. Но учредители Академии то ли считали, что в их славное учебное заведение способны поступить только очень сильные ведьмы, то ли просто хотели осложнить нам жизнь. А потому и то, и другое дозволялось иметь уже с первого курса. Нет, строгого предписания не было, но... какая ведьма устоит?

Никакая.

И мы трое, не будучи исключением, почти бегом рванули к магазинчику с метелками.

На движущейся вывеске фигурка ведьмы с развевающимися волосами неслась куда-то на метле. Вдохновляет.

— Зеленые еще совсем, — с порога оценила нас старушка с вполне себе настоящей бородавкой на крючковатом носу. — Куда вам метлы?!

Дружно насупившись, мы слаженным движением вытащили свидетельства о зачислении в Академию Боевой Магии на ведьминский факультет и протянули хозяйке магазинчика. Маленькие черные глазки под нависшими веками забегали, изучая документы. Но мгновения шли, а морщинистое лицо мрачнело все больше.

— Опять, значит, проклятущий факультет открыли, — неодобрительно покачала головой в шляпке-поганке старая ведьма. — Снова будут над девчонками измываться, ироды.

Мы с соседками переглянулись.

— О чем вы, бабушка? — спросила Краса, как самая обаятельная и общительная из нас.

Ведьма вдруг стала жутко важной и окинула нас таким взглядом, точно на нашкодивших котят смотрела: отругать вроде бы есть за что, а жалко, мелкие еще.

— Нечего приличной ведьме среди напыщенных магов делать, ни к чему хорошему это не приведет, — строго поджала губы она. — Ладно, ваш выбор. Идем, покажу товар.

Собственно, мы его и так прекрасно видели. Метлы были развешаны на стенах в специальных креплениях. Новенькие, каждая с блестящей рукоятью и аккуратными чистенькими прутиками. В глазах быстро зарябило от самых разных цветов. На некоторых были вырезаны древние символы, к другим крепились амулеты в невероятном количестве, попадались и совсем экзотические — покрытые мхом, плесенью, с поганками или мухоморами. С одной в комплекте штурманом шел бурундук. Часть метелок при нашем появлении начинала дергаться в креплениях, привлекая к себе внимание, иные наоборот затихали, словно не хотели, чтобы их выбрали.

Поначалу глаза разбежались, и мы с минуту простояли в центре магазинчика, не в силах решить даже, в какой стороне искать "свою" метлу.

Первой отмерла Элла и решительно направилась куда-то вправо. Не спрашивая разрешения, она отстегнула крепление и вернулась к нам с самой обыкновенной метлой, разве только на ореховых прутиках несколько амулетов в виде золотых монет с вдетыми в них ленточками болталось.

— Беру эту, — спокойно сообщила ведьмочка.

Метла вела себя прилично и никаких признаков магической активности не подавала.

— Надежный и экономный вариант, — одобрила ее выбор старая ведьма. — Протестируешь, чтобы потом сдавать не пришлось?

Элла кивнула и отпустила руки. Метла зависла на миг в вертикальном положении, после чего плавно перевернулась и застыла в воздухе возле будущей хозяйки.

— Похоже, ты ей понравилась, — торговка метлами даже улыбнулась.

Устроившись на метле, ведьмочка сделала неспешный круг по торговому залу, вернулась к нам, спрыгнула на пол и достала кошель.

Одна есть.

Краса пребывала в раздумьях, посему, чтобы не терять времени, я решила пока выбрать ведьминский транспорт для себя. На самом деле варианта было аж три, но одна из них на меня никак не реагировала, а вот с двумя другими было сложно. Обе метелки рвались из креплений и трещали прутиками. И обе мне нравились. Достаточно простые, с гладко отполированными коричневыми рукоятками и золотистыми ореховыми прутьями. Почти одинаковые, только у одной шли защитные узоры по древку, а у другой в прутьях запуталось несколько амулетов.

И вот как тут определиться?

Кусая губу в нерешительности, я несколько минут топталась на месте. Нет, так дело не пойдет! Надо уже определяться. Но метла для ведьмы — очень важный выбор и... И тут его сделали за меня! Ярко полыхнуло, я будто ослепла на миг, когда же резь в глазах прошла, на рукояти метлы, где не было узоров, красовалась гравировка с моим именем.

Э?! Не поняла.

Стою, хлопаю глазами и пытаюсь решить, радоваться или злиться на метелкино самоуправство.

— Поздравляю, тебя выбрали, — старая ведьма улыбнулась еще шире, чем до этого Эльке. — Такое редко случается.

Ну... зато у меня именная метла. Смириться получилось быстро, значит, все произошло так, как и должно было произойти. Я отстегнула крепление, прокатилась на метле, отсчитала нужное количество монет.

А вот с Красой возникли проблемы.

Она так долго мучилась сомнениями, что не только местная ведьма, но и мы с Элллой уже готовы были ее хорошенечко пнуть. А когда все же выбрала, все трое открыли рты в немом изумлении.

— Эта! — победно объявила магистерская внучка.

Пухленькие ручки вынимали из крепления совершенно черную метлу без всяческих украшений. Больше того, транспортное средство на потенциальную хозяйку совершенно не реагировало.

— Уверена? — старая ведьма только что за голову не схватилась. — Это самая вредная и опасная метла из всех, что у меня есть. Может, вон ту розовую с ленточками и бантиками возьмешь?

Напрасно она так. Внучке магистра никогда ни в чем не отказывали, и сейчас простое предостережение она восприняла едва ли не как личное оскорбление. Попыхтела обиженным хомячком, потом как полыхнет глазами, да как рявкнет:

— Хочу эту!

Старая ведьма неодобрительно оглядела упрямицу и скомандовала:

— Ладно, попробуй полетать.

Краса просияла, отпустила руки... и метла с грохотом упала на пол. Сие действо повторилось раз пять, с каждым из которых кругленькое личико ведьмочки наливалось краской все ярче. Уж она и просила, и уговаривала, обещала беречь и летать только по праздникам, потом принялась шипеть и угрожать. А метле хоть бы веники! Валяется себе на полу и признаков магической активности не подает.

Кончилось тем, что Краса не выдержала и как шандарахнет по ней магией... Мы с Элькой и старой ведьмой аж подпрыгнули.

Торговка метлами уже открыла рот, чтобы высказать несдержанной покупательнице много "приятного", но... подействовало. Метла нехотя поднялась в воздух и замерла на такой высоте, чтобы Краса смогла на нее сесть.

— Вот увидите, — пропыхтела девушка, устраиваясь удобнее, — мы обязательно поладим!

Ее будущая собственность, похоже, имела на этот счет несколько иное мнение. Летела метла слишком быстро и то и дело на что-нибудь натыкалась, но Краса стиснула зубы и стоически терпела, не жаловалась. А когда они вернулись к нам и ведьмочка уже собиралась слезть, метла предприняла последнюю попытку спастись от неугодной хозяйки. Надо заметить, довольно радикальную.

Полыхнуло, ну точно как с моей, когда на рукоятке имя появилось.

Запахло горелым, и дым откуда-то повалил.

Краса с воем бухнулась на пол, а пакостная метла отлетела на пару шагов и зависла. Нагло так зависла, с чувством выполненного долга, можно сказать. Когда серые клубы немного рассеялись, нашим взорам открылось пропаленное на попе платье. И не только платье. Подозреваю, что сама попа тоже пострадала, потому что на лице ведьмочки застыла гримаса боли, а из глаз ручейками текли слезы, хоть Краса и кусала губы в тщетных попытках не показывать, как ей на самом деле больно.

— Ну что, пакую розовую? — с тщательно скрываемым торжеством уточнила торговка метлами.

— Эту беру, — Краса, все еще не в силах подняться с пола, указала на черную. — Мы обязательно подружимся. Я ее буду воспитывать.

Старая ведьма ее, кажется, даже зауважала.

Определившись с покупками, пришлось задержаться в магазине еще на полчаса. Я, насколько это вообще было возможно без мазей, подлечила пострадавшую часть тела и наложила обезболивающее заклинание. Хватит, чтобы добраться до дома, а уже там займемся лечением более обстоятельно. Потом Краса вытащила из сумки форменное платье и переоделась в него, а испорченное выкинула, потому как восстановлению оно не подлежало.

Мы с Эллой, естественно, предложили сразу идти домой, но магистерская внучка уперлась и потащила нас в магазинчик с фамильярами.

— Вот еще, стану я из-за этой паршивки отказываться от помощника! — заклинание действовало, но ходить Проточной все равно было больно, однако она пыталась хорохориться. — Если не сейчас, тогда только на третьем курсе. Лично я так долго ждать не хочу!

Что ж, она лучше ориентируется в правилах Академии.

А в магазинчике с волшебными зверюшками отличилась уже я.

Наученная горьким опытом с метлой, тут Краса выбрала быстро, причем взяла того, кто сам первый к ней подбежал. Счастливицей оказалась кислотно-розовая шиншилла с горящими желтыми глазами. А когда усатый продавец, улыбаясь, сообщил, что она еще и ядовитая, и зелья варить умеет, больше сотни рецептов знает, счастью ведьмочки не было предела.

Элла купила традиционного черного кота и сразу же назвала его Матвеем.

Зато я прочно застряла. Никак не могла выбрать! Клетки были всюду, стаяли на прилавках и под ними, висели на стенах и даже спускались с потолка. В них сидели самые разные зверюшки, от привычных котов, до таких, названия которым я подобрать затруднялась. Почти все шуршали, пищали, ломились в прутья, — в общем, всячески намекали, что выбрать следует именно их. А я бродила по магазину в полной растерянности и не знала, за кого хвататься.

Душа, если честно, не лежала ни к одному.

Девчонки терпеливо ждали, но когда я начала обходить зал по третьему кругу, послышался вежливый зубовный скрежет. Признаться, было совестно перед ними, но что я могу поделать? Фамильяр, это же как метла, — очень важный выбор для ведьмы... Это же на всю жизнь! Делается магическая связка, благодаря которой животное проживет столько же, сколько и хозяйка. Тут торопиться нельзя! И ошибиться нельзя ни в коем случае.

Я уже подумывала отложить выбор до третьего курса, когда вдруг услышала, как скребется кто-то.

Моргнула, выпала из задумчивости и обнаружила, что стою перед дверью в подсобку.

Дальше все получилось само собой — я ее открыла. Просто не успела себя остановить.

— Не суйся туда, там нет ничего интересного! — местный продавец через зал торопился ко мне.

Но было уже поздно. Я успела разглядеть того, кто всеми силами пытался привлечь к себе внимание. Можно сказать, хватался за последний шанс.

В коробке с не слишком чистыми тряпками копошился поросенок. Мелкий еще, по виду, так неделя от роду. Такой умильный...

— Закрой дверь, пожалуйста, — подошедший продавец попытался воплотить эту просьбу своими силами, но я намертво вцепилась в ручку.

— Кто это? — пропыхтела, всем своим весом повиснув на двери.

— Карликовый свин, — пришел неожиданный ответ. — Но он не продается.

— Почему?

Сердце затопила такая тоска, будто рассталась с кем-то близким.

— Бракованный потому что, — сообщил усатый дядька. — Видишь маленькое черное пятнышко на боку? А его не должно быть, свин весь должен быть розовый. Дефектного его никто не купит, так что отдам в некромантское училище, им там кровь для ритуалов всегда нужна.

Услышав это, несчастный фамильяр взвизгнул и попытался зарыться в тряпки.

Во мне взметнулась злость, смешанная со страхом за беззащитное существо.

— То есть он взрослый?

— Да.

— А с магией у него как?

Просто если свин не будет соответствовать общим требованиям, мне не разрешать сделать его фамильяром.

— Общая магия на довольно неплохом уровне, все остальное зависит от связки с ведьмой, — терпеливо пояснил продавец. — Но ты зря интересуешься, других таких у меня нет.

Подумаешь!

— Этого беру, — заявила я.

— Но так не делается... — промямлил продавец.

— Лучше его убить да?! — взъярилась я.

Девчонки солидарно засопели, даже шиншилла угрожающе щелкнула зубами.

— Ну-у... — засомневался продавец, уже с полной уверенностью отнесенный мною в категорию самых злодейских злодеев.

Разве ж можно беззащитное существо некромантам на ритуалы сдать?! У-у, так бы порчу и наслала!

Но пока приходилось уговаривать и торговаться.

— Я хорошо заплачу, — отчаянную надежду в глазах постаралась скрыть.

Свин высунул из кучи тряпок розовый морщинистый пятачок и благодарно хрюкнул.

Усатый не то правда раздумывал, не то просто трепал нам нервы, но молчал он долго. Так долго, что предмет торга опять предпочел скрыться, шиншилла затрещала зубами громче прежнего, а я почувствовала, как слезы собираются в глазах.

И вот как быть, если он не согласится? Не воровать же себе фамильяра?! Да за такое меня в два счета из Академии выкинут! Но и оставить несчастное животное в руках негодяя я не смогу... В общем, наша со свином дальнейшая участь уже виделась мне беспросветно печальной, когда продавец наконец заговорил:

— Ладно, — кивнул он.

А потом назвал сумму в четыре раза большую, чем стоит самый дорогой фамильяр.

Повезло еще, что у меня эти деньги есть. Без лишних слов я достала кошель и принялась считать монеты. А вот рациональная Элла не удержалась от вопроса:

— Почему столько много?

— Потому что некроманты хорошо платят за отданных им фамильяров, — не постеснялся сказать правду усатый.

Пальцы дрогнули, серебряная монета выскользнула из них, покатилась по полу и завалилась в щель.

Нет, каков негодяй! Мало на него порчи, тут и целое проклятие покажется слишком мягким наказанием!

Мы с девчонками переглянулись, синхронно кивнули и принялись обдумывать пакость. Во всяком случае, лица ведьмочек стали... ну как у меня сейчас. Невинными и отсутствующими.

Наконец монеты перекочевали в липкие ручонки торговца магической живностью, а счастливо похрюкивающий свин — в мои руки. Противный тип, будто и не говорил только что о своих планах на "бракованного" фамильяра, принялся порхать вокруг меня, нахваливать покупку и предлагать к ней клетку, поводок и прочие мелочи.

Исключительно потому, что больше было негде, мы с девчонками купили у него мисочки и спальные подушечки своим магическим помощникам. Когда же он потерял бдительность, а мы, обвешанные торбами, почти дошли до двери, началась излюбленная ведьминская забава под названием "месть врагу".

Шиншилла вывернулась из рук Красы, вскарабкалась к ней на плечо и кааак плюнет!

— Аааа! Мои глаза! — взвыл усатый.

Ой, точно, она же ядовитая!

Оставаться не у дел не хотелось, и я торопливо зашептала заклинание. Магазинчик озарила вспышка, решетки на клетках исчезли. Ой, сработало! Фамильяры, фырча, пища и шипя, рванули наутек.

— Мой товар! — орал дурниной продавец. — Ведьмы проклятущие, вы что творите?!

Элла не собиралась участвовать в безобразии, она у нас вообще скромная и рассудительная девушка. Но на ведьму проклятущую она обиделась. А когда ведьма с некромантскими корнями обижается, типу, недальновидно вызвавшему ее гнев, лучше спрятаться в бронированный гроб и захорониться как можно глубже. Желательно, навсегда, потому что ведьмы вообще народ злопамятный, а если они еще и темного происхождения...

В магазинчике еще раз полыхнуло.

И фамильяры, вместо того, чтобы улепетывать прочь, вдруг ощерились и стали наступать на торговца.

— Бежим отсюда, пока патруль на шум не явился, — Элла потащила нас с Красой куда-то в обход торговых рядов.

Что там кричал усатый, разобрать уже не получалось, хотя очень хотелось.

Но далеко мы не ушли.

Смотавшись на безопасное расстояние, чтобы в случае появления работников магического правопорядка на нас сразу не подумали, мы остановились отдышаться. Главным образом из-за Красы, ей сейчас и ходить-то было трудно, не то, что бегать. Стоим, пыхтим, никого не трогаем... Волшебная живность, пользуясь случаем, присматривается к хозяйкам и принюхивается друг к другу. Вроде все в порядке, только мой свин выглядит так, будто собирается свалиться в обморок.

И тут из гущи ведьм, снующих по торговым рядам, вышла одна, в цветастом платье и со спутанными волосами, обвела затуманенным взглядом улицу и, покачиваясь из стороны в сторону, направилась к нам.

Интуиция даже у молодых ведьмочек работает отменно, так что мы, почуяв надвигающиеся неприятности, честно попытались смыться. Но не сложилось, Краса с трудом ковыляла, а бросить подругу мы с Эллой не могли.

Так что подозрительную ведьму встретили втроем, крепко держась за руки и готовя защитные заклинания. Ну, мы с Красой защитный, а Элька — что-то темное и пакостное, я сильно не присматривалась.

Пестрая особа застыла в каком-то шаге от нас.

Черный кот зашипел и выпустил когти.

Элла чертыхнулась — когти впились ей в руку, даже рукав платья не спас.

— Одна из вас хранит страшную тайну, — закатив глаза, принялась вещать ведьма. — Опасную для всей империи. И когда тайна откроется, тот, кто считался подлецом, придет на помощь, а те, кто отрекся, заплатят...

Ведьма оказалась предсказательницей.

Ее сильно передернуло, после чего ведьма вздрогнула, моргнула, выпадая из транса, с недоумением оглядела нас и побрела прочь.

А мы так и простояли некоторое время, глядя друг на друга широко открытыми глазами.

Пока рядом не появилась Эсмеральда. Тоже, видно, пришла за покупками и углядела нас.

— О, мои ученицы! — на наставнице по вредительству было красивое синее платье и теплый платок, наброшенный на плечи. — Испугались? Не тряситесь, Илиса не провидица, просто сумасшедшая. Во всяком случае, ее бредни ни разу еще не сбывались.

Мы с Красой сразу успокоились, даже заулыбались. Все-таки взрослые ведьмы — они такие... уютные, что ли. Скажут пару слов, утешат, и уже мир кажется светлее, хочется улыбаться и ничего на свете не страшно.

Только Элла не спешила приходить в себя, так и стояла бледной тенью, прижимая к груди кота. Да так крепко, что бедняга не выдержал и опять выпустил когти. А потом одарил хозяйку укоряющим взглядом. Мол, что же ты ценного фамильяра душишь?!

Пробормотав слова благодарности наставнице, мы наконец отправились домой.

Путь наш оказался долог и непрост. Заклинание переставало действовать, Краса временами тихонько постанывала от боли, но упрямо сжимала губы и шла вперед. Нанять извозчика тоже был не вариант, сидеть она все равно не сможет. В общем, так и плелись.

— А еще дед отчихвостит, — приближение к родным пенатам вызвало у белокурой ведьмочки не много радости.

— И сдалась тебе именно эта метла?! — напустилась на нее Элла. — Почему было не выбрать нормальную?

— Ясно же, что ты ей не нравишься, — поддержала благое дело я. — А каждой ведьме известно, что недружелюбно настроенная метла — это очень опасно. Вдруг ты на шабаш полетишь, а она тебя сбросит?

На фразе про шабаш черная метла встрепенулась и зашевелила прутиками. Идея ей понравилась. Вот напрасно я ляпнула!

— Девочки, вы не понимаете... — тягостно вздохнула Краса. — Я ведь всю жизнь мечтала!

— О метле, которая тебя убьет? — недоверчиво сморщила нос Элла.

— Стать боевым магом! — почти выкрикнула Проточная.

— А это тут при чем? — не уследила за ее логикой я.

Внучка старого магистра какое-то время шла, угрюмо глядя себе под ноги. Но разговор помогал хоть немного отвлечься от болезненных ощущений, наверное, только поэтому наша упрямица стала что-то объяснять.

— Может, они увидят, что я с такой опасной метлой справилась, и передумают, возьмут меня учиться на настоящего мага.

Метелка снова затихла. В каком виде ее настигли слова новоявленной хозяйки, в таком и затихла. С растопыренными в разные стороны прутиками. Хорохорится, вредина, а сама бои-и-ится! Потому что если уж ведьмочке взбрело чего в голову, лучше сильно не сопротивляться, иначе только щепки в разные стороны полетят!

— Разве плохо быть просто ведьмочкой? — самую малость обиженно уточнила Элла, поглаживая своего фамильяра.

Кот тоже взирал на Красу крайне неодобрительно.

— Хорошо, — вздохнула Проточная. — Но... девчонки, мне очень надо!

И такое отчаяние звенело в ее голосе, что я сердцем почувствовала: дело тут совсем не в том, что ей в кои веки не принесли желаемое на блюдечке с золотой каемочкой. Все намного глубже.

— Зачем? — мы с Эллой внимательно всмотрелись в поникший облик ведьмочки.

— Понимаете... — она запнулась, подбирая слова. — Моя мама была очень талантливым магом, она умела открывать временные и пространственные порталы. В одном из них и сгинула. Я подумала, что, если тоже научусь этому, смогу ее отыскать. Глупо, но...

Договорить она не успела, мы с Элькой крепко обняли ее. Придушенный кот опять взвыл, но на него никто не обратил внимания. У всех троих на глазах блестели слезы.

— И ничего не глупо, — заверила я.

— Отец к тому времени тоже умер, а бабушка и дедушка с маминой стороны почему-то никогда не хотели с нами общаться, — закончила свой рассказ Краса. — Дед Горислав меня очень любит, он вообще замечательный, но так хочется настоящую большую семью! И маму, чтобы обнимала и можно было всякими секретами делиться. Я, конечно, не особо надеюсь, но... а вдруг?

Как интересно. Оказывается, Горислав — дед с отцовской стороны. И у них еще есть родственники, которые не желают поддерживать связь. Понятно теперь, почему он так балует внучку. Ей и без того досталось.

Возле калитки нас ждал Феликс. Вернее, он меня ждал. С букетом белых роз и перекошенным от злости лицом. Последнее не порадовало: как все боевые маги, перевоспитанию он поддавался из рук вон плохо. Видно, не живет в них доброе и светлое. Или спит так крепко, что даже ведьминской местью не разбудишь.

Ну, хоть в пакостничестве попрактиковалась.

В этот раз удалось сыграть на опережение.

— Не подавлюсь! — рявкнула я, затем выхватила из рук изумленного студента букет и вместе с девчонками скрылась за калиткой.

Красивые розы, дорогие. Можно пустить на духи, зелье для проверки дружбы или слабенький любовный эликсир. Цветы в ведьминском хозяйстве никогда не пропадут.

Глава 4

Утро в доме, где обитают сразу три ведьмочки, быть спокойным по определению не может. Мы с девчонками носились между кухней и комнатами, собираясь в Академию, путался под ногами карликовый свин, которому я в порыве вдохновения наколдовала желтые атласные штаны и такую же рубашечку, сыпала искрами черная метла, печалясь, что о ней как-то все забыли, розовая шиншилла, уже поименованная Ядей, осваивала сто первый рецепт зелья под кодовым наименованием "каша овсяная на молоке" — уже третью кастрюлю сожгла! Усевшись за стол и подперев подбородок кулаком, с мученическим видом наблюдал за всем этим Горислав. Его опасения оправдались, в доме творился настоящий тарарам. Но чего не вытерпишь ради любимой внучки! А рядом со старым магистром, прямо на столе расселся черный кот Матвей и изредка весьма выразительно стучал лапой по голове. Другого способа сообщить, что он обо всем этом думает, у кота не было.

Но зато ожоги у Красы уже почти зажили, а Ядя рвалась полностью взять готовку на себя. Правда, готовить она умела только зелья, потому после распределения нам предстояло зайти куда-нибудь и купить еды. Розовая вредина щелкала зубами, рычала и к кастрюлям и поварешкам никого не подпускала.

В итоге завтрак нам заменило зелье для привлечения удачи. Голод не утолило, но в сегодняшних обстоятельствах было не лишним. А то еще назначат нам в наставники какого-нибудь особо вредного мага, замучаемся в нем доброе и светлое пробуждать!

Получив в напутствие пожелание удачи от Горислава и притворившись, что не услышали его облегченного вздоха, мы расселись по метлам и полетели в Академию. Сегодня даже не опаздывали. Даже с учетом того, что черная поганка через каждые десять шагов роняла Красу, та себе всю спину отбила, но в стремлении укротить непослушную метлу осталась непоколебима. Моя же метла меня заранее обожала, как-никак сама выбрала, а Элькина оказалась смирной — той всего-то раз хватило на нее цыкнуть, и все, метла была уже ее всеми прутиками.

Явление студенток вновь открытого ведьминского факультета с фамильярами и на метлах могло превратиться в незабываемое действо, но вот беда — у будущих боевых магов уже началось какое-то там построение, так что все самое интересное они пропустили. Мы с девчонками спешились перед воротами, как того требуют правила, и чинно прошли к замку под неодобрительными взглядами дворника и двух целительниц.

— Закрытый факультет все же открыли, — недовольно протянула рыжеволосая особа в белой хламиде целительского факультета. — Это были не просто слухи.

— Теперь приличную Академию превратят в ведьминский шабаш, уж я этих нахалок знаю, — поджал губы дедок с самым что ни на есть обыкновенным веником в руках.

— Не волнуйтесь, это ненадолго, — предрекла брюнетка, тоже целительница, судя по одеянию. — Помните, как тогда получилось? Месяца не пройдет, а этих негодяек тут уже и духу не будет.

Переговаривались они громко, нас не стеснялись. Будто специально нарывались на хорошую порчу. Но пакостить преподавателю при его коллегах — фи, как недальновидно! Мы себе не враги. Поэтому спокойно вошли в замок, будто и не слышали ничего обидного.

Позади грохнула тяжелая дверь.

— Похоже, нам тут не рады... — отстраненно отметила Элла.

— Ничего, привыкнут, — безразлично отозвалась я.

— Даже полюбят! — воодушевилась Краса.

Кабинет Наины Гусыни ожидаемо встретил нас постной миной хозяйки.

— Ведьмы... — протянула она, тоскливо оглядывая наши сияющие энтузиазмом лица. — Кого бы вами осчастливить?

И принялась копошиться в бумагах с деловитым видом. На самом же деле просто вспоминала, кого из преподавателей она ненавидит настолько, чтобы подсунуть ему заранее нелюбимых всей Академией нас. Как ни странно, таковой находиться не спешил. Лицо противной тетки все больше мрачнело. Хм, неужто у нее тут со всеми отношения хорошие?!

Честно говоря, было немного страшновато. Вот подсунет нам сейчас какого-нибудь особо несносного мага, мучайся с ним потом! Пока наладим отношения, учиться будет некогда.

— Ну, должна вас разочаровать, — объявила итог своей поисковой деятельности Гусыня, — ведьмаков сейчас в Академии нет. Последний месяц назад на пенсию ушел.

Трагедией это являлось только для меня, так что девчонки понимающе вздохнули и с двух сторон взяли меня за руки. Что ж, никто и не обещал легкой жизни. Теперь главное найти кого-то, с кем хотя бы приблизительно совпадет моя магия.

— Вторым куратором согласилась быть ведьма Эсмеральда, — продолжала тем временем Гусыня. — А кто бы мог стать первым, ума не приложу...

И тут в дверь громко постучали...

Мы трое, как по команде, повернули головы. Хозяйка кабинета и так смотрела в том направлении.

Не утруждая себя ожиданием разрешения, кто-то очень наглый распахнул дверь и вломился туда, где в этот самый момент, можно сказать, решалась судьба трех ведьмочек.

Предсказуемо, нахалом оказался печально знакомый мне младший преподаватель Глеб Полуденный. Сегодня он был еще более растрепанный, запыхавшийся, зато чуть менее небритый.

— Фу-х, успел! — пропыхтел он, закрывая за собой дверь.

— Я занята ведьмами, зайдите позже! — рявкнула Гусыня.

Но она недооценила упертость молодого преподавателя.

— Именно насчет ведьм я и пришел, — заявил он и окинул нас изучающим взглядом.

Секретарь учебной части истолковала эти слова по-своему. Впрочем, скажи их кто-то другой, я бы о том же подумала. Другой, но не Глеб. Он странный, конечно, и зараза редкостная, но не злой. Не как другие маги.

— Ведьминскому факультету, быть. Приказ декана, и это не обсуждается, — сжала губы в строгую нитку Гусыня. — Так что, если вы не желаете стать куратором этих милых девочек, прошу на выход. И не отвлекайте меня больше всякой ерундой!

Мужчина и не подумал никуда уйти. Напротив, подошел к столу Наины ближе и широко улыбнулся.

У меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло.

Куратором? Он?!

Только не это!

— Желаю, — спокойно сообщил Полуденный. — Оформляйте их ко мне.

— К вам? — приподняла широкую черную бровь Гусыня.

— Почему нет? — младший преподаватель повел плечами. — Как вам известно, магия моей семьи на стыке темной и светлой, и ведьмы в роду случались, мне будет несложно управиться с ними.

Я непроизвольно покосилась на метлу, оставленную возле стены. Вот так бы его ею и треснула!

— А он симпатичный, — прошептала мне на ухо Краса.

— И вроде бы нормальный, — добавила Элла.

— Девочки, вы даже не представляете, насколько мы попали! — простонала я.

Подруги и не хотели ничего представлять. Они смотрели на Глеба так восторженно, будто он только что предложил сразу вручить нам по диплому. Наивные! Ведь даже не догадываются, какой кошмар нас с ним ждет!

Однако незримые силы сегодня были на моей стороне.

— Хорошо, — согласилась Гусыня.

И тут дверь распахнулась и в кабинет влетело еще одно действующее лицо. Еще один преподаватель.

Богдан Полуночный собственной персоной.

Определив в нем боевого мага, девчонки пискнули и с удвоенной силой вцепились в меня. Даже всегда спокойная Элька почему-то занервничала. У меня же, без явных на то причин, будто камень с души свалился.

Присутствие молодого коллеги Полуночный проигнорировал, сразу прошел к столу и кивнул Наине.

— Ведьм оформляй ко мне, с Эсмеральдой я уже договорился.

Ух ты! А я-то во время экзамена подумала, что ему вообще до нас дела нет...

— Вообще-то, эти ведьмы уже заняты, — напомнил о своем существовании Глеб. — Поищи себе других.

Своего он добился — его заметили.

— Не вынуждай меня напоминать о своем более высоком положении здесь, — процедил сквозь зубы магистр. — Если уж на то пошло, ты вообще еще не дорос до того, чтобы брать учениц.

Их ненавидящие взгляды встретились. Только что гром не грянул, потому что пару магических молний я, кажется, увидела.

— За тринадцать лет работы в Академии ты ни разу не брал личных учеников, — прошипел Глеб, зло сверкая глазами. — Неужели так хочется перейти мне дорогу?

— Не льсти себе, мальчик, — недобро усмехнулся Полуночный. — Если бы я этого хотел, в свое время взял бы в ученики тебя и сделал все, чтобы ты с треском вылетел из Академии. Сейчас жалею, что мне хватило благородства не поступить так. Ведьмы мои. Точка.

Ведьмы, которых в данный момент натуральным образом делили, не сговариваясь, попятились к двери. Сматываться поздно и вообще ниже нашего достоинства, но почему-то хотелось стоять поближе к метелкам.

— Но Наина уже успела вписать их куратором меня, — попробовал схитрить Глеб.

Брошенный на секретаря учебной части выразительный взгляд ничего не дал. Похоже, эта особа была и с преподавателями вредной. Или питала к Богдану Полуночному чуточку больше симпатии, чем к его молодому коллеге.

— Вообще-то, нет, — гаденько улыбнулась она и потом некоторое время с видимым удовольствием наблюдала, как эти двое препирались.

Я всем сердцем болела за магистра. Глеб после выходки на экзамене откровенно раздражал, а вот Полуночный... Глупо, но он чем-то напоминал мне ведьмака Роланда. Интуиция подсказывала, что мы сработаемся.

Когда представители явно враждующих родов уже готовы были вызвать друг друга на магическую дуэль, Наина решила, что ее кабинет ей нравится и вообще лишиться его из-за каких-то ведьм будет обидно.

— Пойду посоветуюсь с ректором, — сообщила она, перед тем как исчезнуть на несколько минут.

До ее возвращения в кабинете висела напряженная тишина. Даже метлы щелкать прутиками не рисковали.

Остается уповать, что ректор — не какой-нибудь родственник Полуденного. В этом случае он должен занять сторону магистра Богдана. В памяти всплыл портрет, который я мельком видела в зале, где проходил экзамен. С полотна маленькими, близко посожженными глазками смотрел старикашка с пигментными пятнами на лысине. Вспомнила, внутренне скривилась и осторожно взглянула на Глеба. Хорош, негодяй! Черная форма боевого мага выгодно подчеркивала великолепную фигуру, встрепанный и небритый вид лишь придавал ему мужественности, в зеленых глазах блестело озорство, а в ауре будто вихри закручивались. Последнее, несомненно, должно свидетельствовать об упрямстве и взрывном характере.

Нет, они с ректором точно не родственники!

Значит, Богдан. Оно и хорошо, от магистра так и веет спокойствием и уверенностью, не самый худший вариант куратора. Вот только очень надеюсь, что он не вынашивает тайный план, как раз и навсегда прикрыть ведьминский факультет...

Мысль оборвала открывшаяся дверь. Гусыня вернулась.

— Указом ректора, деканом вновь открытого ведьминского факультета назначен магистр Богдан Полуночный. Он же будет исполнять обязанности главного куратора и наставника для этих трех ведьм, — объявила секретарь учебной части, силясь отдышаться.

Прощай, младший преподаватель Глеб! Я не выдержала и бросила на враз помрачневшего мага торжествующий взгляд. На разочарование, затопившее все внутри, постаралась просто не обращать внимания. Все произошло так, как и должно было.

Богдан Полуночный сделался ну очень довольным. Никогда бы не подумала, что боевой маг может быть в таком восторге от перспективы проводить несколько часов в день в обществе ведьм. Может, он неправильный какой-нибудь маг?

Тем временем Гусыня отдышалась и продолжила:

— А младший преподаватель Глеб Полуденный назначается ответственным за практическую часть занятий, кроме вредительства, которым со студентками будет заниматься ведьма Эсмеральда.

Если мы трое удивленно заморгали, то мужчины молниеносно сориентировались в ситуации и вперили друг в друга возмущенные взгляды.

— Я против. Категорически, — холодно бросил магистр.

— Я тоже, — не остался в долгу Глеб.

— Этот юноша к моим ведьмам не подойдет, — Богдан Полуночный даже злиться умел с достоинством.

— Да ты понятия не имеешь, что вообще с ними делать! — вспылил его оппонент. — До сегодняшнего дня ты ведьмами как-то не интересовался. А когда одна из них сюда поступала на подготовительные курсы... как ты ее назвал?.. ах да, доморощенной магичкой-неумехой, недостойной даже мыть ступени крыльца Академии, не то что учиться в ней. Я ничего не перепутал?

Магистр прикрыл глаза, глубоко вдохнул и медленно выдохнул, стремясь не утратить контроль нал собой. А когда угроза срыва пропала, размеренно произнес:

— Я был тогда сильно не прав. Теперь это понимаю.

Пришлось мне прикрыть рот ладошкой, чтобы не выглядеть совсем уж глупо. Речь ведь о Миле! Они могут что-то знать!

И правда, с чего такие перемены в ранее непримиримом боевом маге?

Глеб тоже сильно удивился, потому как сразу с ответной репликой не нашелся, а потом уже и не понадобилось, его опередили.

— Довольно, — вклинилась Наина. — Приказ подписан и обсуждению не подлежит. Получите своих ведьм, господа преподаватели. Ректор считает, что вам пора поучиться в течение длительного времени находиться в одном помещении и не кидаться друг на друга с уничтожающими заклинаниями.

Боевые маги, словно провинившиеся подростки, опустили глаза в пол.

— Мы не...

— Случай с неделю назад в гостях у Заречных, — с нескрываемым наслаждением напомнила Гусыня. — И за три дня до того на королевском приеме. Дальше продолжать?

Господа маги как-то совсем сникли.

— Не стоит, — выдавил магистр Богдан, ослабляя узел на шейном платке.

М-да, очевидно, проблемы там давние и серьезные.

Другие ведьмочки тоже это заметили, потому как что-то подозрительно оживились.

— Надо их помирить, — чуть слышно прошептала Элла.

— И побыстрее, иначе учиться спокойно не дадут, — поддержала ее Краса.

Я же посмотрела на боевых магов почти с сочувствием. Бедняги еще даже не представляют, насколько они попали!

При виде роскошного букета белых роз, просунутого между прутьев калитки, розовая шиншилла радостно подпрыгнула, тоненько пискнула и посмотрела на меня с такой надеждой, что сердце ведьминское дрогнуло.

— Можно, дорогая, — улыбнулась я.

Ядя спрыгнула с рук хозяйки, ухватила зубами и передними лапками букет, который был раза в три больше нее самой, и поволокла его куда-то в сторону кухни. Хорошо, что мы додумались купить пирожков, потому что в царство кастрюлек сегодня прорваться вряд ли удастся.

— А разве не предполагалось, что этот студентик сам должен носить тебе цветы? — поджав губки, уточнила Краса, пока мы через двор шли к крыльцу.

— Вообще-то, это подразумевалось, — безразлично отозвалась я, больше думая о преподавателях, чем о Феликсе.

Ведьмочки — существа отходчивые. После хорошей пакости обиды мгновенно забывают.

Но в моей пакости наглому студенту главным был отнюдь не тот факт, что ему каждый день придется разоряться на дорогущие цветы, а унижение. Это ж представить только, будущий боевой маг таскает веники какой-то ведьме, и ничего с этим поделать не может! Красота!

Однако сегодня он меня не ждал. А значит...

— Кто-то сдался и пошел искать ведьму, которая снимет порчу, — со знанием дела сообщила Элла.

— В таком случае его ждет большое разочарование, — пакостно улыбнулась я.

На этом Феликс временно, до следующего дня, был подзабыт, потому как горячие еще пирожки и всяческие домашние заботы показались нам важнее, чем какой-то боевой маг.

Час спустя, когда мы переоделись в домашнее и спустились в гостиную, а Горислав наполнил миски фамильяров и разложил по тарелкам пирожки, пришло время отчитываться о прожитом дне. Рассказ предоставили Красе, все-таки она внучка, ей и отдуваться.

Старый магистр выслушал ведьмочку и покачал головой.

— Я и забыл, что ведьмак Ян в Академии больше не преподает, — удручился он, впрочем, не сильно. — Но вам очень повезло с Богданом, он хороший маг, думаю, и с ведьминскими делами разберется, и обижать вас сильно не позволит.

Вот! Я же чувствовала!

— А не сильно? — забеспокоилась Краса.

— Сам будет, — улыбнулся ее дед, с теплотой глядя на внучку. — Потому как с вами, ведьмами, глаз да глаз нужен и твердая рука.

Ведьмы были не согласны и вообще против, но кто нас спрашивал?

— А Полуденный? — зачем-то спросила я и, поймав понимающий взгляд Эллы, внезапно заинтересовалась костюмчиком развалившегося у меня на коленях свина.

— Он не учился у меня, — охотно ответил старый магистр. — Но, насколько я слышал, призвания преподавать у этого молодого человека нет. На него семья давит. Все никак не угомонятся, если у Полуночных что-то есть, Полуденным это же подавай. Полуночные, впрочем, от них не отстают.

Вот мы и подошли к интересному. Даже Элла с жадностью ловила каждое слово, так что и я решила не отставать. А что такого? Ведьмочке по определению полагается тяга к знаниям, даже если эти знания касаются подозрительных боевых магов. Особенно если они их касаются!

— И давно враждуют? — заинтересовалась Элька.

— Да уже четвертое поколение, — вздохнул Горислав.

Ведьмочки тоже вздохнули. Краса и Элька со всей ясностью осознали, что процесс примирения может оказаться долгим и болезненным — для них, а я... за компанию, наверное.

— Причина, надеюсь, уважительная? — как-то слишком строго получилось, но девчонки взглядами меня поддержали.

Горислав кивнул и отставил опустевшую тарелку.

— Их прадеды оба претендовали на должность советника императора, уж чего они только ради этого не сделали, — маг выдержал многозначительную паузу, давая нам время придумать себе всяких ужасов. — До принятия решения оставались всего сутки, когда, по слухам, до каждого из них донесли информацию, что желаемая должность достанется тому, кто сделает все возможное и невозможное, чтобы ее заполучить. Тем же вечером жена Полуденного упала с лестницы, а утром он отказался от работы, о которой так мечтал. Советником стал Полуночный, а по столице поползли слухи, мол, это он убил бедную женщину, чтобы отодвинуть в сторону противника. А ведь до того они дружили семьями...

— Ужас какой! — выдохнула Краса.

Мы с Элькой солидарно промолчали.

А Горислав тем временем продолжал рассказывать историю вражды двух влиятельных семейств, и... это было увлекательно.

Через год Полуденный собрал доказательства виновности Полуночного и представил их, куда надо. Но враг к тому времени хорошо зарекомендовал себя на должности советника, так что ему ничего не было. Не считать же разнос от императора настоящим наказанием? Естественно, Полуденный не был удовлетворен такой справедливостью и вызвал бывшего друга на магическую дуэль. В дуэли он проиграл, потом был отправлен на каторгу, там и сгинул.

Сменились поколения.

Дед Полуденного потратил большую часть жизни, чтобы вернуть семье былое положение и преуспел. Он стал элитным боевым магом, получил высокое звание, потом был назначен первым заместителем главы тайной службы. А дед Полуночного, воспитанный в роскоши, проиграл почти все состояние и в итоге оказался должником заклятого врага своей семьи. По слухам, где-то в доме Полуденных до сих пор хранятся те закладные, но ни выкупить их, ни украсть Полуночным так и не удалось. Если же поверить самым смелым сплетням, Полуденные полученной властью пользовались и частенько заставляли подвластного им врага унижаться. Отказаться от должности, поучаствовать в глупом розыгрыше, которые так любят при дворе, выставить себя на посмешище... Конечно, ничего не доказано, но сплетни над столицей витают по сей день.

Отцы наших преподавателей почти не пересекались, но по старой памяти сыновей воспитали в ненависти друг к другу. Старший сын Полуночного был пьяницей и игроком, а вот Богдан сделал неплохую карьеру и не собирался останавливаться на достигнутом. Видя его успехи, от Глеба семья требовала того же, личные устремления парня в расчет не принимались. Его это бесило, и он задирал Богдана при малейшей возможности. Тот пока сдерживался, но в свете считали, что надолго его не хватил, даже ставки уже делали.

Тут и появились мы.

И как минимум две из нас задались целью их помирить.

Меня пока больше интересовала пропавшая подруга и собственная учеба, вникать в дрязги столичных аристократов желания не было. Но за процессом примирения заклятых врагов под строгим ведьминским контролем с удовольствием понаблюдаю!

Договорившись с собой, что днем в Академии обязательно найду способ переговорить с ведьмой Эсмеральдой, я забралась под одеяло.

Чем быстрее уснешь, тем быстрее наступит утро. Вся ведьминская натура была с этим полностью согласна, так что уплыла в дрему я мгновенно. Чувство безопасности накрыло с головой. Мне даже снилось что-то... Подруги, большущая черная дыра, которая утягивала Милу, как ни пытались мы ее вытащить, злодейский смех и зеленые глаза, в которых сверкали искорки озорства.

Беспокойный выдался сон.

Но пробуждение запросто могло с ним посоперничать.

Главным образом потому, что случилось оно несвоевременно. Кажется, только глаза закрыла, как... вой! Такой пронзительный, что уши заложило. И не стихает...

Первая мысль: девчонки!

Но на крик звук совсем не походил.

Вторая: фамильяры!

Однако защита дома была в порядке, а свин, кот или шиншилла, пусть даже магические, вряд ли способны так верещать, что, кажется, на другом конце города слышно.

Что же это тогда?

И главный вопрос: как его заткнуть?

Обхватив голову руками, я села в кровати и обвела комнату мутным со сна взглядом. Свин вскочил на ножки и теперь неопределенно топтался в своей корзинке.

Нечисть, что ли, какая в город прорвалась?

В дверь затарабанили.

— Цветана, хватит спать! — дрожащим от волнения голосом позвала меня Краса. — Ты что, вообще ничего не слышишь?!

— Слышу. К сожалению, — пробурчала я, сползая с кровати. — А что это? И когда уже замолчит?

— Сигналка на Академии сработала, — громко, чтобы все слышали, объяснил Горислав. — Девушки, одевайтесь и бегом туда. Звук не прервется, пока не соберутся все адепты и преподаватели.

Ой... Ничего ж себе!

Мы со свином растерянно переглянулись.

Потом в голове словно щелкнула что-то, вся сонливость разом слетела, и я, точно молнией ужаленная, принялась носиться по комнате, наспех натягивая на себя одежду, одевая свина и заталкивая в сумку все, что могло понадобиться.

Это ж подумать только, в самой Академии что-то случилось! Было страшновато немного, но ведьминское любопытство... ну, тяга к знаниям, в смысле... билось в конвульсиях, так хотелось поскорее узнать подробности.

В итоге спустилась в холл меньше, чем через десять минут с сумкой на плече, свином в руках и сопровождаемая летящей рядом метлой. Там уже стояли одетый с иголочки Горислав и Элька с аккуратными косами и в идеально выглаженном платье. Однако... Она что, какое-то особое заклинание знает?

Красу пришлось ждать, а потом торопить, но, выскочив на улицу, мы увидели компанию спешащих студентов с боевого факультета, а за нами пристроились заспанные и растрепанные целительницы. Не опаздываем! А если еще учесть, что в нашем распоряжении были метлы, а у этих всех — только ноги, несложно угадать, кто успел первый. И злобные реплики позади — мы теперь точно это знали — были вызваны не неприязнью к ведьмам, а элементарной завистью.

Перед Академией собралось столько народу, что иголке негде было упасть. Что примечательно, присутствовали только те, кому полагалось, никаких зевак. Видимо, противный звук слышали только свои.

Маги все пребывали... потом уже подходили лишь редкие опоздавшие... а сигналка никак не умолкала.

Ну кто там так долго копается?!

— Девушки, это, кажется, по вашу душу... — обратил наше внимание Горислав на что-то в стороне.

Дружно повернув головы в указанном направлении, мы заметили в толпе Богдана, который пытался делать какие-то знаки. Похоже, что нам.

Пришлось проталкиваться к нему.

Рядом с деканом вновь открытого ведьминского факультета уже стояла ведьма Эсмеральда, а с другой стороны к ним пробирался Глеб.

— Ведьмочки, — приветственно кивнул нам магистр.

— За скорость реакции и пакостный вид хоть сейчас высший балл ставь, — умиленно сложила ладони взрослая ведьма.

Еще бы вид был не пакостный! Спать жуть как хочется, а нельзя, и противная сигналка воет... У-у, так бы и наслала порчу! Хоть на кого, для собственного успокоения.

Посмотрели мы на преподавателей — двоих, потому что Глеб до нас еще не добрался — и что-то стало не по себе...

— Мы ничего не делали! — сообщили на всякий случай.

Нет, ну правда, чего оно воет?!

— Знаю, — добродушно улыбнулся Богдан Полуночный.

— А откуда? — заинтересовалась Краса.

— Вряд ли три ведьмочки-первокурсницы могли отмочить что-то такое, чтобы сюда среди ночи согнали всех, — пожал широкими плечами опытный боевой маг.

Наи-и-и-ивный!

И вообще, это утверждение прозвучало как вызов.

Мы с девчонками переглянулись. Многозначительно так. Ведьма Эсмеральда эти взгляды перехватила, но не выдала.

А вот Глеб ведьмочек оценивал правильно.

— Вижу, со студентками все в порядке, — когда все-таки прорвался сквозь толчею, с облегчением выдохнул он, оглядывая нас. — Это радует.

— Да что с ними могло случиться? — отмахнулся его старший коллега.

— Уже случилось. Три беззащитные ведьмы среди целой Академии враждебно настроенных магов, и все это на наши головы, — Полуденный был реалистом. — И хотя волноваться по большей части следует за магов и Академию, не хотелось бы, чтобы с вверенными нам ведьмами что-нибудь произошло.

А сегодня он просто прелесть! Наградой за дельные мысли стали два восторженных взгляда и один быстрый и задумчивый — мой.

Поймал. Почему-то во время своих рассуждений младший преподаватель смотрел именно на меня.

— Эти ведьмы — не самое слабое звено на нашем факультете, — мстительно заметил магистр Полуночный. — Даже знать не хочу, откуда сигналка вытащила тебя. Судя по расхлябанному виду, тебе было весело.

Глеб оглядел себя, насколько позволяла возможность, и так и не понял, что начальству не нравится.

— Нормальный вид. Я был на семейном совете.

— Ну, какая семья, такой и вид, — буркнул Полуночный.

В зеленых глазах молодого преподавателя взметнулась злость. Почти ненависть. Но дать выход вспыхнувшему чувству он не успел, сигналка наконец смолкла. Кажется, вся площадь вздохнула с облегчением. Повернув голову, я заметила примкнувшего к толпе Феликса. Так вот по чьей милости у меня сейчас голова раскалывается! И еще говорят, будто это у ведьм совести нет.

Почти боевого мага спас от срочной ведьминской мести только тот факт, что вид у него был и без того плачевный. Одежда в беспорядке, рукав мантии порван, на щеке большая ссадина и выражение лица несчастное и злое. Еще магией фонит так, что я даже с приличного расстояния чувствую. Потому что это моя магия. И моя порча. И никаким другим ведьмам снять ее не под силу, пусть даже не рассчитывает!

Феликс и сам это понимал, потому что, отыскав меня взглядом, посмотрел так... в общем, лучше бы мне прямо сейчас провалиться сквозь землю. Безопаснее. Но у ведьм в таких случаях инстинкт самосохранения отказывает напрочь, так что я вызов приняла и пакостно улыбнулась.

А ведь от него всего-то и требовалось — извиниться. Порча испарилась бы сама собой.

— Похоже, кто-то ходил к ведьме, — прошипела мне на ухо Элла.

Ответить не успела, потому что как раз в этот момент зазвучал усиленный магией голос ректора.

— Охранные заклинания засекли присутствие запрещенной магии в стенах Академии, — как всякий боевой маг, он говорил коротко и по делу. Никаких лишних виляний вокруг да около. — Концентрация ее столь высока, что сомнений быть не может: здесь побывал темный элементаль. И раз уж проблемы начались сейчас, выходит, им является кто-то из новых преподавателей или первокурсников.

Собравшиеся взволнованно загудели. Новость им почему-то не понравилась.

— Устроим им проверку прямо сейчас? — кто-то из магистров тоже усилил голос.

— Бессмысленно, — отклонил идею ректор. — Если верить следам, считанным с охранки, элементаль еще не вошел в полную силу. Ни одна проверка ничего не покажет, пока он или она не выпьет свою первую жертву.

Одно радовало: в кои-то веки произошла гадость, а никто обвиняюще не смотрел на ведьм.

Важные маги обменялись еще несколькими совершенно непонятными нам, скромным ведьмочкам, фразами, после чего всем посоветовали внимательно присматривать за первокурсниками и преподавателями, подпадающими под подозрение, и распустили с миром и испорченным настроением. Толпа, жужжа, словно растревоженный улей, стала растекаться по столице. Ректор в компании трех магистров скрылся внутри замка. Видимо, будут срочно думать, что делать.

— Тебя не позвали, — нашел способ поддеть кровного врага Глеб. — Попал в немилость?

Но Богдан на провокацию не поддался. Сейчас его больше интересовали ведьмы, то есть мы.

— Поняли хоть что-нибудь?

Три притихшие ведьмочки дружно затрясли головами. Вот как-то даже не любопытно! И спать так хочется...

— Прошу за мной, — скомандовал Полуночный и, круто развернувшись, зашагал к замку.

Мы с девчонками проглотили зевки и послушно засеменили следом.

— Следовало ожидать, что ведьм в руках боевого мага не ждет ничего хорошего, — тихонечко проворчала я.

Позади неопределенно хмыкнул Глеб. Взял дельную мысль на вооружение, не иначе.

Замок был пустынен и тих. Ни души на пути не попалось. Мы поплутали по коридорам, взобрались по двум лестницам, свернули направо и оказались у двери с новенькой табличкой "Ведьминская мастерская".

— Сбежавшее зелье, нам уже и место выделили! — не сдержалась Краса.

Место, к слову, оказалось достойно всяческих похвал. Жестом заправского фокусника магистр Полуночный распахнул дверь и провел нас внутрь. Все небольшая компания замерла в восхищении. Даже вошедшие последними ведьма Эсмеральда и Горислав не остались равнодушными.

Войдя в мастерскую, первым делом мы попали в просторную классную комнату с письменными столами, удобными глубокими креслами и книжными шкафами, расставленными у стен. Также были предусмотрены места для метелок и фамильяров. И окно, выходящее на площадь. Красота! Открытая дверь вела в лабораторию со всем необходимым, даже котлы из дома тащить не придется. Глаза просто разбегались от числа баночек и пузырьков. В лаборатории была предусмотрена кладовка для ингредиентов. Заполненная. А вернувшись вниманием в класс, я заметила еще одну дверь с табличкой, на которой значилось имя нового декана ведьминского факультета.

— Я же говорил, что им с тобой повезло, — первым отмер Горислав. К этому моменту мы уже знали, что когда-то магистр Богдан был его учеником, так что свойскому обращению не удивились. — Выбил старые ведьминские помещения!

— А в середине года мне занять их не позволили... — как бы между прочим заметила Эсмеральда.

— Хотят ведьминский факультет, пусть предоставят нам удобное место для занятий, — невозмутимо сообщил Полуночный. — Я согласился работать только на таких условиях.

Наверное, он имеет определенное влияние даже на ректора. А маги просто обзавидуются, если прознают обо всем об этом! Подумала так, и настроение улучшилось. Даже спать стало хотеться чуть меньше и любопытство слабо шевельнулось.

Полуночный встал у окна и сделал знак садиться нам. Разговор предстоял долгий.

Глеб молча занял стол в дальнем углу и, судя по виду, это место за ним и останется. В кабинете декана имелись и столы для двух других преподавателей, но делить кабинет с давним врагом Полуденный не желал. Мы же, как ни странно, чувствовали себя в обществе молодого преподавателя свободно и против его постоянного присутствия в классной комнате ничего не имели. В том числе и я.

Остальные расселись кто где. Столов было больше, чем нас сейчас, что внушало надежду и на восстановление Милы, и на то, что в следующем году будет новый набор ведьмочек. И потом тоже.

— Вы когда-нибудь слышали о темном элементале? — уточнил магистр, видимо, пытаясь понять, насколько мы дремучие.

Мы с Эллой обменялись растерянными взглядами. Нет, не слышали. Да и что нам за дело? Ну, балуется кто-то запрещенной магией, и что? Надо его, конечно, наказать за это, но мы здесь совершенно ни при чем.

А вот Краса, будучи внучкой магистра, не могла не знать. И пока мы шли к мастерской, у нее было время собраться с мыслями.

— Это своего рода воплощение черной магии, — как могла, объяснила она. — Появляется редко и, я где-то читала, что при рождении такой ребенок убивает мать. Потом живет, как ни в чем не бывало, может даже сам не знать, кем является. Пока не проснется жажда... Тогда он начинает убивать, проводить кровавые ритуалы, пытается протащить в наш мир чудовищ из-за грани, ну и так далее, чем там еще положено заниматься великому злу?

Богдан медленно кивнул.

— Умница. Хотя от учителя я другой внучки и не ожидал.

Неприкрытая лесть или мне почудилось?

— Если элементалями тьмы бывают только маги, то причем здесь мы? — подавив очередной зевок, спросила Элла.

— Долгое время считалось, что совершенно ни при чем, — вместо Полуночного на этот раз отвечала Эсмеральда. — Но последним элементалем была ведьма... И она столько дел наворотила, что ни одному магу в кошмарном сне не снилось. Знаете про опустевшие города? Ее рук дело.

Тут даже Элька понятливо кивнула, а вот я ни сном, ни духом. Возмутительные пробелы в образовании по части черной магии.

Глеб первый это заметил и влез с объяснениями, даже язвить не стал. Так вот, темная проводила какие-то свои ритуалы, чтобы призвать из-за грани тьму, тем самым увеличив силу темных магов и сделав всех прочих почти беспомощными. Но что-то пошло не так. Тьма призвалась, но сожрала три города и ушла. На их месте только руины остались. Восстанавливать не стали. Пару раз посылали строителей... но те словно канули, а руины как стояли, так и стоят. Ведьму убили, а нового элементаля вот уже пятьдесят лет не было.

— Так, может, это ты наш элементаль? — магистр Богдан, сузив глаза, присмотрелся к молодому коллеге. Я кожей почувствовала какое-то движение в воздухе. Он его еще и прощупывал! — А что, все сходится... Преподаешь ты только с этого года, а та ведьма, если не ошибаюсь, приходилась твоей матери троюродной теткой?

Легкая бледность была единственной эмоциональной реакцией, которую Глеб себе позволил.

— Ничего не сходится, — буркнул он. — Я здесь семь лет учился. — Если бы элементалем был я, защита почуяла бы раньше.

— Жаль, такой шанс избавиться от тебя пропал, — опечалился Полуночный.

— Прости, что разочаровал, — ухмыльнулся его кровный враг. Пакостнее, чем у любой ведьмы получилось. — И на будущее: не смей трогать мою мать, иначе уже я избавлюсь от тебя!

Разъяренные взгляды столкнулись. В воздухе заискрило. Похоже, оба мага с трудом сдерживались, чтобы не начать швыряться заклинаниями.

Может, и не сдержались бы, но они не учли одного — присутствия поблизости ведьм в количестве четырех вредных, но добросердечных особ. О нас, похоже, просто забыли. А мы были тут и все видели! И страшно переживали, потому что любая агрессия, если только она не направлена на хорошую пакость в исполнении нас самих, нам, ведьмам, глубоко противна. Ну что они в самом деле?! Вот разнесут сейчас тут все, а мы уже как-то привыкли, даже обживаться начали. Вон, карликовый свин себе корзинку облюбовал...

Призывать преподавателей к порядку мы с подругами пока постеснялись, а потому дружно повернули умоляющие мордашки к ведьме Эсмеральде. Она ведьма взрослая и самостоятельная, ей все можно!

Равнодушной к нашим страданиям наставница не осталась.

— Живо угомонились! — рявкнула она так грозно, что мы с девчонками даже подпрыгнули. — Взрослые мужчины, а ведете себя хуже первокурсников. А еще маги! И после этого они говорят, что это ведьмы без конца создают проблемы.

Если Глеб на ее выпад промолчал, то магистр Богдан явно не привык, чтобы его вот так отчитывали. Он напустил на себя самый высокомерный вид, на который только был способен, и, сквозь зубы цедя каждое слово, начал:

— Леди, а вы не...

— Я не леди, я ведьма, — перебила его Эсмеральда. — И если подобное еще повторится, с удовольствием доложу об этом ректору и подам прошение отстранить вас обоих, чтобы не мешали процессу обучения молодых ведьмочек. И вообще... считайте, что вы приглашены на первый практикум по вредительству.

— З-зачем? — пока магистр пребывал в шоке, забеспокоился Полуденный.

— В качестве подопытных, — с предвкушением улыбнулась ведьма-наставница и потерла ладони с таким видом, будто сама на них практиковаться собралась. — Не волнуйтесь, мы потом снимем с вас все порчи!

Мужчины затравленно переглянулись. И такое единодушие читалось в тех взглядах! Куда и девалась вся неприязнь? Как говорится, общий враг, как ничто другое, объединяет.

— Мы не согласны! — возопили они. Тоже единодушно.

— А кто вас спросит? — хихикнула Эсмеральда. — Больше того, дату практикума я вам не скажу!

Вид у магов был бедный, бледный и вообще самый разнесчастный.

А нам, ведьмам, первая победа была необычайно сладка.

— Есть! — обрадовались мы и вчетвером ударили по рукам.

Первый шаг к примирению сделан. Но это еще только начало!

Глава 5

Новое зелье под названием "каша полезная" шиншилла освоила уже на следующий день. Всего-то и требовалось, что сменить кастрюлю на более привычный ей котел. И процесс не только пошел, но и увенчался успехом!

Выспаться все-таки удалось. Посовещавшись, наши преподаватели решили, что после бессонной ночи вверенным им студенткам нужен отдых и велели приходить в Академию к трем часам. Приятно, конечно, но интуиция подсказывает, что заботились они больше о себе.

— Как думаете, элементалем окажется кто-то с боевого факультета? — жуя кашу с кусочками фруктов, Краса все никак не могла оставить в покое эту тему.

— Или из целительниц, они тоже противные, — высказала свое мнение Элла.

— Да уж, темных целительниц у нас еще не бывало.

Я ела молча. Могла, конечно, вставить пару слов о том, что преподаватели тоже не внушают доверия, но сама их со счетов давно сбросила. Магистр Богдан вчера обмолвился, что новых преподавателей в Академии всего двое: Глеб, который точно вне всяких подозрений, и какая-то дама с целительского факультета, но ей уже хорошо за пятьдесят.

И вообще, главное, что на нас никто не думает. С остальным пусть маги разбираются, а мне подругу надо искать.

Решив так, я потихоньку улизнула из-за стола. Соседки были до того увлечены разговором, что даже не заметили моего побега.

Я же на цыпочках прокралась в комнату Красы.

Дверь оказалась не заперта. Нехорошо, конечно, вторгаться на чужую территорию, особенно без разрешения, но причина у меня уважительная. Сегодня и во все прочие дни нам предстоит добираться до Академии на метлах. Не то чтобы это так уж необходимо, но надо же соответствовать ведьминскому статусу! И хотелось бы, чтобы полеты занимали как можно меньше времени, что невозможно, если Краса так и будет падать через каждых два шага.

Вредная метла нашлась у стены. Стояла себе, как ни в чем не бывало.

Я подошла к ней, встала напротив, грозно сдвинула брови.

Не реагирует.

— Слушай меня, паршивка черная!— зашипела грозно. — И нечего веником прикидываться, я знаю, что ты все понимаешь. Так вот, еще раз нарочно уронишь мою подругу, будешь иметь дело со мной!

Метла качнулась, вроде бы согласно... а потом как выстрелит искрами!

— Ай! Фссс...

Нос обожгла.

Вот же гадость темномагическая!

— Ну все, ты напросилась! — почти сочувственно сообщила я и извлекла из кармана тоненькую розовую ленточку, специально прихваченную с собой.

Метла обеспокоенно затрещала.

Ага! Испугалась!

Выставив щит и наложив на руку защитное заклинание, чтобы не схлопотать второй ожог, я схватила поганку за рукоять. Потом мееедленно сдвинула руку к прутикам. И, закусив губу от усердия, прицепила ленточку к одному из них. Получился симпатичный розовый бантик.

Злобная метла сначала исступленно дергалась и швырялась искрами, но, в конце концов, смирилась со своей незавидной участью и затихла.

— Пока бантик один, — покончив с воспитательной деятельностью, предупредила я. — Но уронишь Красу сегодня, и завтра утром я вернусь. Принесу еще ленточек, много. Потом обклею прутья стразами. А если и после этого не угомонишься, выкрашу тебя в белый цвет и напишу на рукоятке "лапочка". Все ясно?

Реакции не последовало.

Ну и ладно, мое дело предупредить.

Отпустив метлу, я пошла к двери. И только сделала несколько шагов, как послышался грохот.

Когда оглянулась, увидела, что метла упала. Обморок изображает, что ли?

Быстро-быстро, на случай, если девчонки что-то услышали и спешат сюда, я выскочила из комнаты Красы и скрылась у себя. Фу-х!

Стразы не понадобились, метла доставила Красу до Академии в целости и сохранности, только лететь старалась подальше от меня. Что ж, в этом я ее даже понимаю.

— Я ее укротила! — радовалась внучка старого магистра, шагая через двор к замку. — Как знать, может, еще и получится из меня боевой маг!

Может. Уверенность в себе — уже половина успеха любой авантюры.

Украдкой погладив болящий кончик носа, я улыбнулась.

— Цветик, а с носом что? — мои движения, конечно же, не укрылись от внимательной Эльки.

Пришлось объяснять.

— Я его сунула в чужие дела, за что и поплатилась.

Слова эти, конечно, были приняты за шутку. Девчонки звонко рассмеялись.

Возможно, они и стали бы допытываться, но тут наше внимание отвлекли боевые маги. Вернее, Феликс и его свита.

— Вот, твои цветы, — парень шагнул ко мне и протянул букет привычных уже белых роз.

Розовая шиншилла на плече Красы радостно пискнула.

Я застыла на миг, рассматривая парней за спиной Феликса. Будущие боевые маги. Судя по наглющим физиономиям, элита своей группы. Вообще-то, странно, что они до сих пор общаются с ним, после всех-то унижений...

Мысль промелькнула и сбежала, я же нарисовала на лице вежливую улыбку. Фелиск ведет себя прилично, и я тоже так могу!

— Спасибо, — приняла букет.

Розы были красивые, с идеальными шелковистыми лепестками, нигде ни единого сухого листка, и пахли просто изумительно. Похоже, магия не позволяла Феликсу покупать цветы попроще.

— Вчера я ходил к одной ведьме, она считается самой лучшей в столице, — зачем-то сообщил будущий боевой маг.

Если бы он не стоял у нас на пути, мы бы уже давно неслись к мастерской, а так приходилось слушать.

— Знаю. И что? — на самом деле мне было не интересно.

— Она не смогла снять твою порчу, — вроде бы ровно произнес парень, но посмотрел на меня как-то странно.

— У меня свои секреты, — я не имела в виду ничего такого, но парни переглянулись... нехорошо так переглянулись. Мурашки под платьем поползли, а девчонки инстинктивно встали поближе ко мне.

— Я же говорил, — победно усмехнулся Феликс. Не мне, друзьям. — Я понял, ведьма, в чем твой секрет!

Какие же они все-таки надоедливые, эти боевые маги!

— Поздравляю, — хмыкнула я. — Может, уже дашь нам пройти?

Но его так распирало от этого понимания, что он просто не мог им не поделиться:

— Ты — темный элементаль!

— Что-о?! — в один голос удивились мы с девчонками.

— Ну а чем еще объяснить тот факт, что какая-то девица с никчемного ведьминского факультета заколдовала меня так, что ни я сам, ни мои друзья, ни даже старая ведьма не смогли справиться с элементарной порчей? — и, что пугало больше всего, Феликс был абсолютно серьезен.

И его дружки ненавязчиво так стали нас окружать, пресекая путь к бегству.

Они это на самом деле? Интуиция подсказывала, что да.

Попали, — молоточками в висках стучало понимание.

— Сам ты Черная Ведьма! — попробовала отбиться я.

— Говорил же, что она не сознается, — куда-то в сторону бросил Феликс.

— Придется хорошенько припугнуть, — с предвкушением сказал рыжеволосый тип с длинным носом и попытался схватить меня за локоть.

Естественно, мы с девчонками принялись защищаться. Полыхнули заклинания. Но эти поганцы заранее позаботились о защите! В итоге им как с гуся вода, а нам досталось: Эльку на несколько шагов отбросило, а Красе платье подпалило. Пока они приходили в себя, подлые боевые маги схватили меня за руки и потащили к замку. Тогда на мою защиту попытался встать свин. Он путался в ногах у магов, существенно замедляя движение, и пользовался своей магией. Она, к слову, оказалась весьма специфической: желтая вспышка, гнилостный запах — и сапоги Феликса развалились на глазах.

Парней это только разозлило сильнее, и пихать меня стали с удвоенной силой, особо при этом не церемонясь. Я брыкалась, ругалась, царапалась. Свин колдовал, но после еще пары испорченных сапог его пинком отшвырнули в сторону.

Свин взвизгнул и пропал. А я вдруг решила, что назову его Татошей.

Сбежавшее зелье, о чем только думаю?!

И самое обидное, что кругом сновала масса народу, но никто и не подумал прийти на помощь вляпавшейся в неприятности ведьмочке.

Узнать, что задумали подлые маги, мне было суждено. Притом, не просто узнать, а прочувствовать на своей шкуре.

Меня втолкнули в просторный зал без окон. В свете зеленых магических огней в глаза сразу бросился начертанный на полу круг с пентаграммой. Кругом чувствовался ореол чуждой мне силы. Трезво оценив, что шанс против четверых тренированных магов у меня не велик, я закусила губу. А потом вообще зацепилась за выступающий камень и растянулась на полу.

Страх сковал не только тело, но и мысли. Они застыли, словно желе, и упорно не желали придумать хоть какой-нибудь выход.

Еще было стыдно и унизительно. Но я выкручусь! И обязательно отомщу!

— Лучше признайся по-хорошему, — прошипел тот самый рыжий, выплетая заклинание, которое должно было запомнить все, сказанное мной в этом зале, и продемонстрировать потом всем желающим.

— Иначе что? — зло сузила глаза я.

Даже с учетом того, что, сидя на полу, приходилось смотреть на врагов снизу вверх, получилось убедительно.

Будущие боевые маги поежились. У Феликса так и вовсе задергался глаз.

— Зря ты спросила, — по-змеиному улыбнулся незнакомый коротко стриженный брюнет.

— В круг ее! — скомандовал тот, кто вот уже несколько дней таскал мне белые розы.

Упирающуюся изо всех сил меня потащили к белой линии круга. Я дергалась, вырывалась, толкалась, ругалась, даже проклятие наслать попыталась, но мерзкие маги были явно сильнее.

— Руки уберите, тушканчики сушеные! Вам за это влетит! У-у, я до вас доберусь! Такую порчу придумаю, до конца жизни на коленях прощение вымаливать будете!

Ничего не действовало. Угрозами будущие боевые маги совершенно не впечатлились. Что с них взять, маги они и есть. Ни совести, ни чести, ни сострадания к несчастной ведьмочке, загнанной в угол!

Сама не знаю, в какой момент по щекам потекли крупные горячие капли.

Последний рывок, сильный толчок — и я перелетела линию, оказавшись внутри круга. Время на миг будто замерло, по коже продрал страх. Подлые людишки! Ну вот что я им сделала? Я утерла тыльной стороной ладони мокрые щеки и попыталась подбодрить себя мыслью о том, как именно буду мстить, но ничего путного придумать не успела.

Линия круга вспыхнула. Пространство за ее пределами затянула белая дымка.

Это еще что такое?! Я лихорадочно озиралась по сторонам, но ничего за пределами круга разглядеть не могла. Только наливающуюся зеленью пентаграмму внутри... И вырваться не получилось, у магов хватило ума наполнить контур силой, в одиночку мне его не прорвать.

— Ну и что дальше? — нарочито храбро спросила своих мучителей. — Будете держать меня тут, пока кто-нибудь кого-нибудь окончательно не достанет? В таком случае победа явно будет не за вами.

По ту сторону белой пелены послышались смешки.

— У нас есть идея получше, ведьма.

Зелень узора вспыхнула ярче.

И тут до меня запоздало дошла одна истина: таким цветом светятся пентаграммы, наполненные темной магией — самоуничтожающиеся порталы, всякие некромантские штучки, пентакли призыва разных потусторонних тварей... Ой, мамочки! Вот это я попала!

Да что ж мне так с магами не везет? Не маги, а шакалы какие-то, честное слово!

Узор полыхнул так, что я ослепла на миг. Когда же в глазах прояснилось, в центре пентаграммы медленно поднималось, будто из самого пола вырастало, чудовище. Мохнатое тело, размером с медведя, жуткая морда с клыками и горящие алым потусторонним светом маленькие глазки.

Места внутри круга как-то сразу стало возмутительно мало. Я завизжала на высокой ноте и почти вжалась в невидимую стенку. Прорваться, естественно, не удалось.

Монстр одобрительно фыркнул, почуяв жертву, и сфокусировал на мне взгляд.

Страшно было до тошноты. В таком состоянии я готова была признаться в чем угодно, даже в том, к чему никакого отношения не имею. Мамочки-и-и!..

— Давай же, ведьма, скажи правду! — подначивали маги.

Их уродец еще раз фыркнул, оскалился и стал надвигаться на меня. Может, правда, стоит согласиться со всем? Тогда все закончится... Но вместе с новой волной панического ужаса пришло чувство протеста. Вот еще, ведьмы магам не сдаются!

И я не собираюсь. Я им всем еще покажу!

— Правду? Хорошо! — крикнула, борясь с дурнотой. — Вы недалекие, мстительные и мелочные. Это недостойно боевых магов и мужчин вообще. Такая правда устроит?

Разобрать ответ не успела, потусторонний монстр бросился на меня.

Не соображая, что делаю, я начала колдовать. Лихорадочно, необдуманно, изо всех сил. Первое заклинание, призванное разорвать противника в клочья, с обиженным шипением прошло сквозь него. Но жутик притормозил, а я выиграла время. Контур содрогнулся — а вот это даже не понимаю, отчего. Идея выставить щит провалилась с треском. Понятия не имею, что эти недомаги тут наворотили, но защитные заклинания в круге не работали. Вообще. Никак. Оставалось только нападать. Я это не особенно люблю, но чего не сделаешь ради спасения собственной жизни и последующей ведьминской мести!

Сперепугу все заклинания, которые практиковала на хищной и агрессивной нечисти, припомнила!

А чудовищу хоть бы хны. Только разозлилось сильнее.

От непрестанного колдовства и хождения по кругу меня начало мутить. Сил осталось совсем мало. А тут еще ногу подвернула, и как плюхнусь на попу! Больно, между прочим. Монстр использовал неожиданную фору для броска. Прямо передо мной разверзлась зубастая пасть... и, похоже, эти зубы давненько не чистили, потому что пахло оттуда не очень приятно.

Потусторонний рыкнул, дыхнул.

Фу-у!

Нервы у меня сдали окончательно.

Примерно в тот же момент слух стал улавливать звуки. Парни сдавленно шептались, споря, не пора ли прекратить... потом грохнула дверь... и стало очень шумно. Но я уже ни на что не обращала внимания. Собрала все силы, так, что в глазах потемнело, а из носа хлынула кровь, — кончики пальцев сделались очень горячими от застывшего на них заклятия. Я использовала его только раз, вместе с подругами, когда мстили за Надинку, но порядок действий хорошо помню.

Перед внутренним взором сплетались ниточки магии, темнея от бледно-желтых до темно-золотых. Они двигались, собираясь на кончиках пальцев. Когда пальцам стало так горячо, что терпеть не осталось сил, я с силой швырнула проклятие в потустороннего монстра... который до сих пор почему-то не напал...

Пу-х-ф-ф-ф-с!..

Жуткое чудовище с противным шипением исчезло, оставив после себя лишь едкий запах серы.

Что, вот так просто?

Но проклятие было уже выпущено, вернуть его я никак не могла.

Темно-золотое плетение, пульсирующее магией, лишь слегка задело контур — и тот мгновенно растворился. А оно, все такое же сильное, устремилось под потолок огромного зала. Мутная пелена рассеялась, теперь я могла видеть, что творится вокруг... Собственно, только то и могла, что сидеть и широко распахнутыми глазами смотреть.

Маги, впрочем, были заняты тем же: сбились у стены и неверяще наблюдали, как потолок затягивает мое колдовство.

Ой, и Глеб тут! Стоит у двери, такой грозный, и на этих огнями в глазах полыхает. Меня спасать пришел. Так приятно стало... И вдруг захотелось хихикать.

— Идиоты, — сквозь зубы процедил младший преподаватель. — Я с вами потом разберусь.

— Мы же не виноваты, что она не смогла отличить иллюзию, — попробовал выступить Феликс. — И вообще, это же традиция, разыгрывать новичков! Мы ей знак симпатии, можно сказать, оказали!

Глеб бросил на него взгляд, обещающий весьма неприятные последствия, и медленно, выставив руки перед собой, стал приближаться ко мне.

— Цветана... Цветана, ты меня слышишь? Спокойно, все уже закончилось. Эти гусеницы безмозглые просто решили тебя разыграть.

Просто?!

Тяжелая пустота в голове взорвалась сотнями раскаленных искр. Меня начало трясти, и в глазах снова собрались слезы.

Полуденный все бормотал и бормотал что-то успокаивающее. Я не особо слушала. Облегчение и злость навалились так внезапно, что даже силы откуда-то появились.

Добравшись до меня, Глеб опустился рядом, прямо на пол, не заботясь об одежде и статусе преподавателя, и притянул трясущуюся меня к себе. Крепко сжал. Я благодарно уткнулась мокрым лицом ему в шею и зажмурилась. Неужто все закончилось? Вот так просто?!

Тем временем колдовство исправно вершило свою разрушительную деятельность. Стены неуловимо завибрировали, слух уловил все нарастающий гул, от потолка отвалилось несколько камней и, кажется, кому-то из недомагов засветило по затылку. Поделом.

— Еще и накажут из-за этой... ведьмы, — шептались они.

— Она ничего не смыслит в иллюзиях высшего порядка, а отдуваться нам.

Такое зло меня разобрало! А ничего, что у нас сила разнонаправленная, и я их плетений вообще не вижу? Ничего, что меня напугали до полусмерти и вообще не церемонились? И главное, ведь не факт, что, если бы Глеб не появился, они бы вообще остановились!

Как раз утвердилась в решении мстить им, пока всей душой к ведьмам не проникнутся, когда Глеб отстранился и проникновенно посмотрел мне в глаза.

— Цветана, я понимаю, что эти лоботрясы перед тобой очень виноваты. И они ответят, обещаю. Но сейчас твое заклинание угрожает разрушить тренировочный зал, а у меня совершенно нет времени с ним разбираться.

Ой, да. Я переусердствовала. Но так испугалась и так хотела вырваться из круга... Да и тренировочного зала магов жалко не было вот совсем. Подумаешь! Не ведьминская мастерская же страдает.

В крайнем случае, всегда можно сказать, что я нечаянно, и вообще меня довели.

— И что? — спросила заранее враждебно. — Вобрать обратно я его все равно не могу.

Чистая правда, кстати.

— Это и не нужно, просто перенаправь его.

Прямо скажем, совет был дельный, но я не собиралась прислушиваться. Я же нечаянно и все такое... Пусть этих элитных негодяев хоть камнями закидает, что ли!

— Ведьмочка, я прошу! — рыкнул Глеб, но взгляд его остался все таким же проникновенным.

— Вот еще, — возмущенно фыркнула я, глотая опять почему-то подступившие слезы. — Они же даже не маги, они... настоящие свинтусы!

Под потолком, чуть ниже темно-золотой сетки, которую видела одна я и немножко Глеб, полыхнула алая молния. Следом послышался грохот.

Ой... Кажется, оно само перенаправилось.

Что ни говори, а эта Академия меня любит! Уже второй раз помогает отомстить.

— Ну, хоть так, — вздохнул Полуденный, заинтересованно поглядывая на мечущихся у двери хряков.

Жертвы ведьминской мести с ужасом взирали друг на друга, заполошно хрюкали и, путаясь в ногах, которых внезапно стало аж в два раза больше, носились по залу.

Хорошо, хоть ругать не стал. Я благодарно вздохнула и отчего-то опять разрыдалась у него на плече. От облегчения, наверное.

— Живо прекратили этот визг и пошли к куратору за наказанием! — скомандовал Глеб. — И до ректора этот инцидент дойдет, можете не сомневаться. Ведьминский факультет сейчас на особом контроле.

— Хрю...

— Хрю!

— Ви-и-и-и-и!!!

— Ладно, сначала к ведьме Эсмеральде, потом к куратору, — смилостивился Глеб.

Еще минуту после их ухода он терпеливо слушал мои всхлипы и даже гладил по спине, потом подхватил на руки и понес к выходу.

В коридоре меня чуть не затискали совершенно счастливые девчонки.

А Глеб до самой мастерской нес. А это две лестницы и много-много коридоров! Приятно-о-о...

Наказание в форме недельного дежурства на кухне и еще двух недель неоплачиваемой работы в патруле лично меня не впечатлило. Напугали бедную ведьмочку... ну, можно сказать, что до поросячьего визга, а им за это почти ничего не было?! Отработку в патруле вообще можно считать дополнительной практикой.

Несправедливо.

К тому времени, как в мастерскую вернулась ведьма Эсмеральда с новостями, я успела выпить успокаивающий отвар, перестать трястись и убедиться, что с Татошей полный порядок. Еще узнала, что девчонки, когда эти изверги меня уволокли, первым делом побежали звать Глеба. Ну и теперь вот про наказание.

Интуиция подсказывала, что противные маги на этом не успокоятся.

Ну и ладно. Будем решать проблемы по мере их возникновения.

От предложения отпустить меня с занятий домой я отказалась. Что я, больна, что ли? Страх давно прошел, оставив после себя невнятное чувство стыда. Еще на девчонок было немножко досадно: ну зачем они позвали Глеба? Почему не Богдана? Перед Полуденным почему-то было особенно неловко.

— Что же, раз инцидент исчерпан, можем приступить к главному на сегодня, — Богдан неспешно расхаживал среди столов, а нам порой приходилось выворачивать шеи, чтобы уследить за его перемещениями. — Сейчас определим профиль каждой из вас. Потом младший преподаватель Полуденный прочитает вводную лекцию о технике безопасности, а я тем временем составлю расписание. Получите листы на руки и до завтра можете быть свободны.

Похоже, он и сам рассчитывал сегодня уйти пораньше, но не тут-то было. Уже на стадии определения преобладающих способностей, а вместе с ними и будущей специализации, начались проблемы. А как иначе, с ведьмами ведь дело имеют!

Первой была Элька. Она сама вызвалась.

Делалось это достаточно просто. Богдан держал в руке незаряженный кристалл на цепочке, ведьмочке же предстояло послать в него первое заклинание, которое в голову придет.

Элла и послала! Что-то темно-синее, пульсирующее. Оно пронеслось мимо, оставляя в воздухе быстро тающий желтоватый след и гадостный запах, и впиталось в кристалл. Прозрачный камень пожелтел и покрылся плесенью. Фу!

— Вредительство, — резюмировал магистр Богдан.

Мы с Красой переглянулись и спрятали улыбки. Ну, Элька! Кто бы мог подумать! А такой рассудительной и уравновешенной казалась, совсем даже не мстительной.

— Моя ученица, — умиленно проворковала ведьма Эсмеральда.

Возражений не последовало, и декан ведьминского факультета сделал какую-то пометку в ведомости.

Следующей к нему подошла я. Вот тут-то и начались первые проблемы.

Но дело было вовсе не во мне! Я была такая злая после случая с магами, что просто чуяла — сейчас в кристалл врежется порча, и меня тоже Эсмеральда заграбастает себе, потому как за пакостничество у нас именно она отвечает. Но не тут-то было!

Вспышка — визуальный эффект от заклинания — получилась искристо синей. Она молнией пролетела по классной комнате и врезалась в новый кристалл. Сильно врезалась, потому что магистр Богдан покачнулся и выругался сквозь зубы.

Звяк! — сказал кристалл и разлетелся на осколки.

— Простите, я не нарочно, — пролепетала я и, вооружившись чистым платочком, бросилась к магистру, по руке которого стекал алый ручеек.

Многовато от меня проблем для одного дня.

— Ничего, бывает, — Полуночный выдавил слабую улыбку и позволил мне обмотать ладонь платком, предварительно убедившись, что там не осталось осколков. Только после этого огласил вердикт: — Общая магия. С тобой буду заниматься я сам.

С сердца словно камень свалился. Не разозлился! В ученицы берет!

Но не успела я вернуться на место, как из дальнего угла, который занимал Глеб, прилетело сдержанно недовольное:

— Возражаю.

Я дернулась, словно молнией ужаленная, и садиться пока не стала. Кажется, сейчас меня будут делить.

— Прошу прощения? — с холодным выражением на лице и высокомерно вздернутой бровью Богдан Полуночный больше походил на аристократа, чем на мага.

— У нее одинаковые способности ко всем видам магии. И довольно неплохие, могу заметить, — объяснил свою позицию молодой маг. — Я тоже могу с ней заниматься.

Вот этого я и боялась. Что-то так неуютно стало, хоть в окошко выскакивай! Но тут третий этаж, а внизу колючие кусты роз, и метла надежно зажата в креплении... В общем, от необдуманных телодвижений пришлось воздержаться.

— Цветана уже моя ученица, — начал злиться магистр. — Это решено.

— Ничего не решено, — Глеб только входил во вкус. Перспектива заполучить в обучение меня и одновременно позлить заклятого врага ему необычайно нравилась. — С ней должен заниматься ты, если ведьмочка хочет обучаться общей магии. Но это же скучно! Тем более ты даже плетений ее полностью не видишь, не сможешь указать на ошибку, в случае необходимости. А я, благодаря толике ведьминской крови, могу! И вообще, вдруг она хочет варить зелья, создавать амулеты или специализироваться на нечисти? Тогда однозначно ко мне!

Правильно все он говорил, но что-то мне совсем тоскливо стало. Просто набор стандартных заклинаний — это действительно скучно. Большей части из них меня еще ведьмак Роланд научил. От учебы в Академии хотелось чего-то иного: научиться разбираться в иллюзиях и защищать себя от магов, для начала. Интуиция уверяла, что с Глебом рамки будут шире. Он еще молод, сам недавно был на моем месте, с ним учеба вполне может оказаться веселой. Но не слишком ли веселой? И не взъестся ли на меня за такие дела магистр Богдан? Да и становиться подопечной Глеба, после того как он нес меня на руках, а я рыдала у него на плече, было слегка странно. Сегодня я во всей полноте осознала, что значит чувствовать себя между двух огней.

— Если появится необходимость, я обращусь к тебе за консультацией, — сквозь зубы процедил Полуночный. — Цветаной занимаюсь я сам. Точка!

Зеленые глаза молодого преподавателя нехорошо вспыхнули, но тут Эсмеральда решила вмешаться:

— Что вы спорите? Нет, чтобы девочку спросить!

Логично, в общем-то. Но как я хотела этого избежать...

В итоге не только мужчины, но и я посмотрела на ведьму с нескрываемой "благодарностью".

— Ладно, — сдался магистр, но чувствовалось, что ему это против шерсти. — Цветана, выбирай.

Задумчиво проскользив взглядом по мастерской, я подавила желание напроситься второй подопечной к ведьме и неопределенно пожала плечами.

— Даже не знаю...

— Тогда давайте с Красой разберемся, — внесла еще одно разумное предложение ведьма Эсмеральда. — А Цветану заберет тот, кому ведьмочки не досталось.

Маги в восторг не пришли, но согласились.

Декан ведьминского факультета вооружился очередным амулетом.

Краса встала, потопталась немного, наморщила лоб — и выпустила, наконец, заклинание.

Амулет лишь слегка качнулся в руках магистра и... сделался ярко-розовым, в точности как фамильяр Красы. Шиншилла даже щелкнула зубами ревниво.

— Зелья, — с безмятежной улыбкой объявил магистр боевой магии. — А это значит...

Глеб с мрачным видом вернулся на свое место.

А вот Краса так легко сдаваться не собиралась.

— Ни за что!

— Адептка Проточная, — Полуночный упреждающе сузил глаза. — Кристалл определил ваши способности. И лучше всего вам удаются именно зелья.

Последнее, кстати, было правдой. За время, которое мы жили вместе, мне уже доводилось пару раз пробовать ее отвары. Краса готовила их без энтузиазма, спустя рукава, но результат всегда оказывался выше всяческих похвал.

Кислое, как лимонный сок, разочарование, разлившееся в груди, я постаралась проигнорировать. Это же хорошо, что я не попадаю к Глебу. Впрочем, речь идет в основном о написании диплома, над которым надо начинать думать уже сейчас, потому что что в ведьминской школе, что в Академии, учиться нам всего три года.

— Плевать! — взвилась обычно спокойная и улыбчивая девушка, в ее глазах взметнулась злость. — Я — внучка магистра! Я укротила черную метлу! Я способна на большее, чем всякие чаечки полезные варить!!!

Упомянутая черная метла, до того мирно висящая в своем креплении, скептично затрещала прутьями. Пришлось осадить ее предупреждающим взглядом. Нехорошо, конечно, получилось: теперь Краса снова надеется стать боевым магом, но если бы метла сбросила ее с большой высоты, было бы еще хуже. Только это мою совесть и успокаивало.

Треск стих, но оба боевых мага уже успели обратить на нас с метлой внимание. И такие у них взгляды заинтересованные стали... Странно, что они не друзья, при такой-то схожести мышления.

Отвернувшись к окну, я спрятала пылающие щеки под прохладными ладонями. Хоть бы смолчали!

— Проточная, занимаясь зельями, вы в любой момент можете доказать, что отлично умеете что-то еще, — проявил дипломатичность наш декан. — Я буду только рад. Но пока указываю именно этот профиль.

Злые искорки в глазах внучки магистра сменились слезами.

— Вы не понимаете... — всхлипнула она и, поникшая, поплелась к своему месту.

— Чего именно? — заинтересовался магистр Богдан.

Краса глянула на него обвиняюще и со слезами в голосе ответила:

— Если бы я стала очень сильной ведьмой, я бы потом, после выпуска, попробовала поступить на боевой факультет...

— И провалилась бы с треском, — жестко оборвал мужчина. Его дипломатичность я все-таки переоценила.

— П-почему? — прохныкала ведьмочка.

— Собственно, по той же причине, по которой все боевые маги Империи не смогли в свое время остановить ведьму, оказавшуюся элементалем, — меланхолично пояснил Полуночный. — Разная специфика магии. Ты же просто не увидишь их плетений! Максимум можешь стать очень слабеньким теоретиком. Оно тебе надо?

Краса кивнула, вроде как сдаваясь, но упрямый взгляд, брошенный на магистра Богдана, лучше любых слов говорил, что она так легко не отступит. Пока же инцидент был временно исчерпан, и учебный день пошел по плану: магистр Богдан отправился в свой кабинет составлять и заверять расписание, а Глеб вышел из своего закутка на свет, чтобы прочитать нам вводную лекцию по технике безопасности.

Последняя сводилась всего-то к нескольким зыбким правилам.

От боевых магов держаться подальше.

Боевых магов, по возможности, не проклинать.

А если все же прокляли, сматываться быстро и далеко и все отрицать.

В общем, относительно безопасным это все было для магов. Но приятно оказалось еще раз убедиться, что наши преподаватели на нашей стороне.

Глеб закончил достаточно быстро, и у нас образовалось немного свободного времени. Краса усиленно дулась, Элла принялась собирать с пола осколки разбитого мною кристалла, я же решила провести эти минуты с пользой и подсела к ведьме Эсмеральде.

— Что случилось, моя хорошая? — наставница по вредительству ободряюще улыбнулась. — Хочешь о чем-то спросить?

Собравшись с духом, я все же начала:

— Помните, здесь с полгода назад одна ведьмочка училась?

— Милица? — черные брови удивленно взлетели. — Конечно. Но чем она могла тебя заинтересовать?

Пришлось объяснять.

— Это моя подруга, мы выросли вместе. Потом она уехала поступать... Договорились встретиться в Академии, но ее здесь нет. Может, вы слышали, за что ее исключили?

Эсмеральда наморщила лоб и задумчиво накрутила на палец прядь кудрявых волос.

— Ее не выгоняли, она сама ушла.

Что?! Да быть такого не может!

— Не правда! — возмутилась я.

— Еще какая правда, — продолжая теребить кудряшку, сообщила ведьма. — Тогда ведьминский факультет еще не открыли, старичок-ведьмак как раз на пенсию ушел, с Милицей одна я занималась. Я же у себя на столе ее заявление об исключении нашла, потом заверяла у Гусыни.

— А она не сказала, что это ей в голову взбрело? — я жалобно посмотрела на наставницу.

— Нет, извини, — с искренним сожалением развела руками Эсмеральда. — Она так внезапно пропала, что я даже спросить не успела.

Разговор, который должен был хоть что-то прояснить, только добавил вопросов. Что такое должно было случиться, чтобы Мила ушла из Академии по доброй воле? Неужели будущие маги ее так достали? И где она теперь? Почему поисковые заклинания не смогли ее найти?

Настроение упало окончательно. Я вернулась на свое место и просидела там тихой мышкой до самого появления магистра Богдана.

— Вот и все на сегодня, — улыбнулся он, раздавая нам листы с расписанием. — Встречаемся завтра в девять.

Как водится, без неожиданностей не обошлось. И не сказать, что они оказались приятными.

Ведьмы изучали всего три предмета, что являлось причиной плохо скрываемой зависти тех же боевых магов, которых гоняли в хвост и в гриву. Общая магия давала знания по части заклинаний, ритуалов и управления силой, зелья и травы... ну, тут название говорит само за себя, и вредительство, оно же пакостничество, где изучали всяческие порчи, проклятия и мелкие подставы разных видов. Учеба для нас была не слишком сложной и всегда веселой. Может, поэтому нас и ненавидят? Никакой физподготовки или заунывных лекций о том, что в жизни точно не пригодится, но знать зачем-то надо, притом обязательно.

Итак! Понедельники отводились на общую магию с магистром Богданом и младшим преподавателем Глебом, практические занятия по ней же и организационные встречи с куратором. Этот день недели обещал быть непростым, но полезным хотя бы. А вот вторник угрожал стать настоящим ведьминским кошмаром! Главным образом потому, что проводить его придется с магами, целителями и всеми прочими, кто учится в Академии. Магистр Богдан с совершенно довольной улыбкой сообщил, что выбил для нас разрешение посещать поточные лекции. История магии, азы целительства, самооборона, и да, физподготовка. По ведьминскому факультету пронесся горестный стон.

По средам, согласно плану, мы должны заниматься травами и зельями с Глебом. По четвергам — вредительством с ведьмой Эсмеральдой. Пятницы выделялись на практику по вредительству в домашних условиях, которая особо не контролировалась. Можно считать, дополнительный выходной.

Не так уж все и плохо, но... физподготовка?! Они это серьезно?

Мы с девчонками обозрели неприлично довольных боевых магов и взялись за руки под столом. Ничего, прорвемся! Все занятия во вторник не влекут за собой экзаменов или зачетов, они нужны просто для общего развития, так что можно немножечко почудить.

Глава 6

Новенький котел пришлось отдать под приготовление пищи, а Красе купить другой. Теперь раздувшаяся от осознания собственной важности и сегодня какая-то особенно розовая шиншилла Ядя вдохновенно ваяла нам омлет с ветчиной, который в ее списке значился зельем номер сто девять, а мы с соседками, вдыхая изумительные ароматы и блаженно жмурясь, обсуждали учебные дела.

Поточные лекции мы начнем посещать только со следующей недели, потому пока дела шли неплохо. Богдан покорил нас своими знаниями, и мы, словно губки, старались впитать как можно больше. Преподаватель и маг в магистре оказался сильнее, чем аристократ, и, не видя наших плетений самостоятельно, Полуночный не гнушался обращаться за помощью к Глебу. Они все так же умудрялись вызвериться друг на друга при малейшей возможности, но процессу обучения вверенных им ведьм это нисколько не мешало.

Сам Глеб гонял нас, как если бы мы были боевыми магами. В среду устроил зачет по травам, а в четверг занял у ведьмы Эсмеральды два часа от ее любимого вредительства и затеял лабораторную по лечебным зельям. Самые сложные выбрал, изверг! Те, где на крупицу какого-нибудь корешка ошибешься, и все, прощай, зелье.

Нет, то есть это мы сами во всем виноваты. Изначально Полуденный собирался читать нам вводную лекцию о травах, растущих в центральной части Империи. Но мы это все прекрасно знали, а потому дружно сморщили носы и потребовали научить нас чему-то полезному и интересному, достойному Академии. В итоге нарвались на зачет и лабораторную. Ими Глеб остался доволен и со следующей недели обещал подкорректировать программу в сторону чего-то более сложного и необычного.

Разозленная его поведением Эсмеральда со следующей недели перенесла основные занятия по вредительству в ведьминскую школу, в которой официально работала. А нам только в радость! Если так посчитать, противных магов придется видеть всего три дня в неделю.

Сегодня была пятница. Та самая, которая предполагала домашнюю практику по вредительству, а на самом деле являлась дополнительным выходным. И пусть противные маги и вредные целительницы опухнут от зависти!

— Девчонки, как думаете, бывает так, чтобы магией заразиться можно было? — вдруг спросила Элла. — Ну, знаете, коснулся тебя кто-то, и ты перенял часть его умений.

Отвлекшись от мыслей о еде, мы с Красой обеспокоенно посмотрели на подругу. Странная она в последнее время... Бледная, невыспавшаяся, от каждого шороха вздрагивает. Вот и сейчас, несмотря на то, что было тепло, Элька куталась в шаль и даже ни разу не повела носом в сторону котла.

— Знаешь же, что так не бывает, — настороженно отозвалась внучка старого магистра.

— Иначе все к тридцати годам уже были бы магистрами, — добавила я.

И что это ей в голову взбрело? Надо же было такое придумать!

— Вот и я была уверена, что не бывает, — почесала кончик носа наша вредительница.

— А спрашиваешь тогда зачем? — продолжала допытываться Краса.

За Эллу вдруг стало так боязно, что мы даже писк розовой шиншиллы, возвещающий о готовности завтрака, проигнорировали. Не до того сейчас! К счастью, магия Яди прекрасно позволяла перемещать зелья в сосуды, а еду в тарелки. Это спасло омлет от подгорания и безвестной кончины в мусорном ведре. Зато Ядя, лишенная утренней порции восхищения, смертельно обиделась и укусила хозяйку за палец.

— Просто... — Элька совсем поникла. — Я вроде бы заразилась...

— Что-о?! — мы с Красой так и подпрыгнули, чуть стол не сшибли.

Потом выдохнули, посмотрели друг на друга, на нашу страдалицу разнесчастную, и принялись задавать более конкретные вопросы:

— От кого? Надеюсь, не от какого-нибудь мага несносного, — это Краса. — А то станешь такой же заразой, а нам воспитывай тебя потом, пробуждай доброе и светлое!

— А чего нахваталась-то хоть? — я была более рациональна. — Если чего-то полезного, может, не так и плохо?

Отчаявшись обратить на себя внимание, Ядя заставила тарелки переместиться на стол. Впрочем, интерес к завтраку не вернули ни летящие по воздуху тарелки, ни аромат, от которого еще недавно слюнки текли. Вот что с честными ведьмочками любопытство делает!

Элька меж тем совсем затосковала.

— Помните ту сумасшедшую ведьму с торговых рядов? — упавшим голосом спросила она.

— Ага! — мы с Красой дружно кивнули.

— Она тогда меня за локоть сильно схватила, — обняв себя руками за плечи, продолжала наша страдалица. — И после того мне стали сниться эти сны...

Сознайся она в подобном боевым магам, они бы ее на смех подняли, но мы, ведьмы, привыкли считать, что невозможного не существует. А потому, даже смутно себе представляя, как чокнутая ведьма могла повлиять на сны нашей подруги, мы с Красой придвинулись ближе и обняли Эльку с обеих сторон.

— А что снится-то хоть? — уточнила я и не стала возражать, когда Элла пристроила голову ко мне на плечо.

— Страшное, — пожаловалась наша начинающая провидица.

Ну не считать же родную подругу сумасшедшей? Пусть уж лучше провидицей будет.

— Рассказывай! — затребовала Краса.

— Академия, но там пусто и мрачно... — начала перечислять Элла. — Алтарь со страшными узорами. И ведьмочки, им плохо и больно. Они заперты и не могут выбраться.

— Похоже на обычный кошмар. — Меня передернуло.

— Еще мне слилось, что Цветана целуется сначала с Феликсом, а потом с Глебом, — слабо улыбнувшись, поделилась Элька.

Краса тихонько, чтобы не обидеть меня, хихикнула.

— Не смей больше снить непотребства с моим участием! — возмутилась я.

Ишь, чего удумала! Противного Феликса я трехкратно проклясть готова, а потом просто прибить, что же до Глеба... хватит того, что я рыдала у него на плече. Теперь без всяких поцелуев смотреть на него боюсь.

— А еще, что Краса пишет диплом по зельям. Усовершенствованному приворотному, которое раскрывает истинные чувства, — продолжала откровенничать ведьмочка. — И на следующий день Красу правда определили заниматься зельями. Теперь вы мне верите?

Не знаю, но на всякий случай постараюсь держать дистанцию и с Феликсом, и с Глебом.

Омлет жевали холодный. Потом Краса битый час сюсюкала над шиншиллой и чесала ей спинку, пока та не согласилась подогреть нам чай. Пока же вода в котле закипала, внучка старого магистра придумала план действий:

— Надо аккуратно расспросить у деда, бывает ли так.

— Только про меня пока не рассказывай, — взмолилась Элька. — Не то я со стыда сгорю.

— А обо мне тем более! — строго предупредила я.

Надо же было такое напророчить! Между прочим, мне вообще не до поцелуев, подругу искать надо.

Хлопнула дверь, и некоторое время спустя в кухню заглянул как всегда бодрый и полный сил Горислав.

— Вот вы где, — кивнул он нам. — Решаете, что надеть на праздник, или будете сражать магов порчами, пакостями и приворотами?

— Ты о чем, дедушка? — забеспокоилась Краса, но, зная за собой вину, встала, чтобы помочь Яде разлить чай по чашкам.

Горислав прошел к своему месту и благодарно кивнул, когда к нему прилетела тарелка с омлетом.

— Как это — о чем? — он даже удивился. — Сегодня в Академии праздник начала учебного года. Я, когда мимо шел, видел мельком, как маги колдуют над эффектным освещением и фейерверками, а целительницы украшают замок цветами.

На минуту над кухней воцарилась нехорошая тишина. Мы с девчонками переглянулись, мысли в головах крутились одинаковые, потому что, не сговариваясь, мы дружно кивнули и сверкнули по-ведьмински вредными улыбками.

— А ведьм, значит, не пригласили... — нехорошо так протянула Элла.

— Наверное, потом скажут, что наши приглашения затерялись где-нибудь, — понуро склонила голову Краса.

— Ничего, мы сами придем, — предложила хороший план я. — Ну а что, у нас же практика по вредительству? А испортить этим зазнайкам праздничное настроение — чем не пакость?

Идею одобрили и всецело поддержали. А к тому времени, как чай в чашках закончился, мы решили, что должны выглядеть лучше всех.

— Как раз успеваем смотаться в лавку готовой одежды, — воодушевилась Краса. — Девчонки, по метлам!

Собрались в рекордные сроки и с метлами наперевес выскочили во двор. Мне вдруг подумалось, что сегодня здесь Феликс не появится. Учитывая, что извиняться будущий маг не торопится, дарить цветы он мне будет еще долго, но вряд ли его кто-то предупредил, что по пятницам у ведьмочек выходной. Так что букет получу на празднике, у всех на виду.

Мелочь, а пакость! И от этого так приятно на душе становится, так солнечно...

Пришлось замешкаться ненадолго, чтобы отпихнуть от себя черную метлу, которая почему-то вдруг забыла, что у нее другая хозяйка. Но уже через несколько мгновений путаница была устранена, и мы взмыли над городом.

С высоты ведьминского полета Лавиенна была потрясающе красива. Каменные домики с садами или хотя бы цветами на окнах, старинные здания, королевский дворец, замок Академии и несколько замысловатых строений других учебных заведений, парки с фонтанами, кондитерские и трактиры... Некоторое время мы просто летали, любуясь красотой. Потом Краса сориентировалась, нашла взглядом нужный магазинчик и дала команду снижаться. Со вздохами сожаления мы с Элькой последовали за ней.

Наряды выбирали часа два, не меньше. Но результат того определенно стоил.

В милом персиковом платье Краса выглядела непривычно хрупкой. Элька выбрала алое, с короткими рукавами-колокольчиками и пояском под грудью, и в этим наряде она сделалась особенно жгучей брюнеткой. Кажется, даже бледность исчезла в неизвестном направлении. А я надела фиолетовое с серебряной вышивкой, а на праздник решила расплести косы и немного поколдовать над волосами, чтобы они действительно были рыжими.

Возвращались домой пешком. И если мы с Эллой преспокойненько пристроили покупки на метлы и шли налегке, наслаждаясь прогулкой, то Красе приходилось тащить коробку с платьем, туфельками и еще несколькими купленными мелочами. Собственно, мы потому и шли, что черная метла ни за что не согласилась везти хозяйку вместе с коробкой. Или хотя бы одну коробку. Вот одну Красу — это пожалуйста, но платье, в понимании волшебной метлы, должно было попасть домой самостоятельно. И даже злобные взгляды в моем исполнении не подействовали.

Ну не зараза ли?! Обклею стразами, будет знать!

Идти было не особенно далеко, и путь наш лежал по центральной части города, так что мы заинтересованно вертели головами и даже Краса, разглядывая вывески и витрины, забыла о неудобствах. Все же возможность хорошенько напакостить магам-зазнайкам стоила небольших жертв!

Вот они "обрадуются", когда мы все-таки придем! А счастью целительниц вообще предела не будет.

— Стойте... — вклинился в мои мысли голосок Эльки. — Я ненадолго.

И она зашагала к лавке старьевщика.

Мы с Красой переглянулись, наказали метлам не сметь никуда улетать, и поспешили за подругой. А то ее без присмотра оставь, еще каким-нибудь даром разживется, а нам потом мучайся.

Внутри царил полумрак и пахло пылью и старыми вещами. Многочисленные полки были заняты книгами в старых кожаных обложках, украшениями, надежно запрятанными под стекло, старыми лампами, магическими жезлами, коллекционными куклами и прочими интересными вещами. Лавки, подобные этой, частично находились вне закона, в том смысле, что хозяин платил в казну завышенный втрое налог, а взамен никто не спрашивал, откуда у него появилась та или иная вещица. Порой попадалось действительно что-то стоящее. Например, вон та ведьмина книга может оказаться полезной... Это я к тому, что нас с Красой не особенно удивило желание Эллы заглянуть сюда.

Элька уверенно прошла к прилавку, за которым чистил старый жезл из черненого серебра пожилой хозяин, мы же остались у входа, с любопытством разглядывая все вокруг, но и за подругой не забывая присматривать.

Посещение ею лавки действительно не заняло больше минуты.

— Вот это кольцо, пожалуйста, — она точно знала, чего хочет.

— Две серебряные монеты, — хозяин, в котором маленькие черные глазки и заостренные волосатые уши выдавали родство с нечистью, тоже.

— Всего-то?! — ведьмочка даже подпрыгнула.

Впрочем, она быстро взяла себя в руки и полезла за кошелем.

— А хочешь дать больше? — быстро сориентировался хваткий тип.

— Только попробуй задрать цену, нашлю порчу на бедность! — не осталась в долгу ведьмочка.

Они смерили друг друга оценивающими взглядами, после чего в руки к Эльке перекочевало желанное кольцо, а нечистик заполучил свою плату. Расстались эти двое совершенно довольные друг другом.

Мы с Красой этого радужного настроения разделить не могли. Нас грызло любопытство.

И как только все трое оказались на улице, мы поспешили разобраться, что тут к чему.

— Дай посмотреть! — мы с двух сторон атаковали Эльку.

Деваться нашей скрытнице было особенно некуда, и она протянула руку, позволяя рассмотреть простенькое кольцо на своем пальце. Выглядело оно дешево: имитация старого серебра и лунный камень овальной формы. И почему она так удивилась, когда старьевщик назвал цену в две монеты? Лично я бы и одной за эту безделушку пожалела.

Объяснение могло быть лишь одно.

— Оно тебе снилось? — осторожно предположила я.

Чтобы не привлекать лишнего внимания, мы поманили за собой метлы и неспешно направились к дому.

— Что? — удивленно взмахнула ресницами Элла.

— Да кольцо же! — нетерпеливо фыркнула Краса.

Окинув нас каким-то усталым взглядом, Элла вздохнула и решила сказать... ну, надеюсь, что правду:

— Оно мое.

Сказать, что мы удивились, значит, ничего не сказать.

— Не может быть!

— Как?!

Правильнее было бы спросить, каким образом вещица попала в лавку. И с какой радости Элла стала за него платить, если она и так принадлежит ей?

Впрочем, мыслили мы примерно одинаково, даром, что ведьмочки, так что подруга обозрела наши слегка вытянувшиеся мордашки и принялась отвечать на незаданные вопросы.

— Его украли, когда я в город приехала. Сама виновата, ходила с раззявленным ртом, по сторонам глазела, а за вещами не следила. Вот и получила. Думала, уже не увижу его, а тут иду, а оно в витрине лежит себе спокойненько. Чудом заметила.

Пока все с трудом, но увязывалось.

— Колечко такое важное, да? — Краса еще раз мазнула взглядом по серебру и лунному камню и в ожидании ответа переключила внимание на Эльку.

— Да нет, — пожала плечами та, — просто мне мама его перед самым отъездом подарила, жалко было потерять.

— А зачем платила за него? — мое любопытство было более настороженным и рациональным. — Почему не призналась, что вещь твоя?

Всегда бледные щеки Эллы залил чуть заметный румянец.

— Растерялась! — выпалила она и сверкнула на нас глазами. — Хватит уже меня допрашивать!

Скажи она это спокойно, я бы и сама угомонилась, но сейчас... Чует ведьминская интуиция, здесь зарыта какая-то тайна!

Хочешь, чтобы на тебя гарантированно обратили внимание, опоздай. Но не сильно, чтобы не пропустить чего-нибудь интересненького.

Но припозднились мы не поэтому. Сначала, как всякие приличные ведьмочки, долго собирались, потом я запихивала свина в новенький костюмчик из черного атласа, пристегивала шейный платок с блестящим камешком и уговаривала надеть поводок. А перед самым выходом мы с Элькой, ноя и канюча, упрашивали Красу зачаровать нам духи. Что ни говори, а работа со всяческими зельями, маслами и эликсирами удавалась ей лучше, чем кому.

И вот наконец три метлы снизились перед воротами Академии.

Мы спрыгнули на мостовую, оглядели друг друга, одобрительно кивнули и щелкнули каблучками.

Готовы! Ну, держитесь, недомаги!

— Шухер, ведьмы! — заорали из пристройки для сторожа.

Но с первого раза никто не услышал, а второго не случилось — Элька уже направила туда немую порчу действием до трех часов. А что, у нас же внеклассная практика по пакостничеству! И вообще, может, нам обидно видеть, что даже сторож тут против ведьм!

Гордо вскинув головы, мы прошествовали к крыльцу.

Там нас, конечно, заметили, а самые смелые даже рискнули препятствовать. Двое незнакомых старшекурсников встали поперек дороги, одарили незваных гостий в наших симпатичных лицах нахальными улыбками и продемонстрировали раскрытую папку с какими-то каракулями.

— Видите, вас нет в списке приглашенных, — с деланным сочувствием вздохнул один — с уложенными по последней моде русыми волосами и яркими синими глазами. — Забыли включить.

— Нам очень жаль, — сочувственно-издевательски кивнул его друг — широкоплечий брюнет с татуировкой в виде древнего символа на шее.

Мы с девчонками понимающе переглянулись. Кажется, нас только что относительно вежливо послали. Но поскольку с этими храбрецами мы раньше не пересекались, решили проявить гуманность. Ну, в ведьминском понимании.

Нацепив на лица вежливые улыбки, мы попятились. Недомаги победно просияли.

Да что ж они такие наивные-то?! Или самоуверенные? Метлой клянусь, это сказывается недостаток ведьм в Академии! Уж мы бы их быстро спустили с самодельного пьедестала на грешную землю...

Улыбнувшись своим мыслям, я вскинула ладонь.

Листы, аккуратно вложенные в папку, полыхнули оранжевым и рассыпались пеплом.

Почти уже боевых магов перекосило.

— Теперь в списках никого нет, — заверила Элька.

— И что же, разгоните всех из замка? — победно ухмыльнулась Краса.

— Девчонки, вперед! — скомандовала я и, бесцеремонно отпихнув преграду с дороги, стала подниматься на крыльцо.

Ведьмочки рванули следом. Метлы и фамильяры не отставали.

— Вы что творите?! — отмерли старшекурсники.

Бедняги были в таком шоке, что даже швырнуть в нас чем-то магическим не попытались. Какая жалость! Зря я, что ли, полтора часа защиту выплетала?!

— А вы думали, можно безнаказанно праздновать без нас? — возмутилась Краса.

— Запомните, — расщедрилась на дельный совет я, — если кто-то встает на пути ведьмы к веселью, он тут же бывает проклят, сглажен и испорчен. С фантазией!

Старшекурсники взвыли. Видимо, вспомнили, что сила у нас разнонаправленная, и, если уж мы там чего наведьмачим, то избавиться от чар только мы и поможем, больше никто.

А из окна первого этажа за творящимся безобразием наблюдал Феликс и откровенно посмеивался над вляпавшимися "коллегами". Ох уж эти боевые маги! Никакого единства, сплошная конкуренция.

— Они что, нас еще и прокляли? — простонал синеглазый.

— Н-не знаю, — всхлипнул татуированный. — Чувствуешь что-нибудь?

— Нет.

— И я нет.

Но пришли они почему-то не к самому логичному выводу:

— Ведьмы!!!

Мы с Красой польщено раскраснелись, а Элла обернулась, полыхнула огнями в глазах и предупредила:

— А еще раз нам на пути попадетесь, я вас еще и на танец приглашу!

Магов тут только и видели.

Зато мы наконец совершенно беспрепятственно вошли в холл.

В честь праздника замок украсили цветами и переливающимися гирляндами, а по залам и коридорам неспешно летали круглые желтые огоньки. Звучала музыка, кто-то из преподавателей толкал поздравительную речь, повсюду сновали нарядные парни, реже попадались девушки. И если магини явились в штанах, рубашках и корсетах, которым, впрочем, нечего было подчеркивать, то миловидные целительницы ради такого случая достали свои лучшие платья.

Некоторые девушки и вправду казались достаточно миловидными. Но лишь до того момента, как при виде нас их очаровательные мордашки исказила злоба.

Мордашки превратились в перекошенные морды. Об очаровании тактично промолчу. Поклонники, которыми самые удачливые уже успели обзавестись, нервно икнули и шарахнулись в разные стороны.

А еще целительницы называется! Нет уж, лично я к ним на прием не пойду, лучше буду полтора часа Красу на зелье уламывать. Она хоть и вредничает, но не со зла же.

— Что они тут делают?! — прошипела рыжая красотка в черно-золотом одеянии. — Мы же договаривались...

Зря она об этом упомянула. Пока нас пассивно ненавидели, мы еще могли бы невозмутимо напакостить, но теперь... какая уважающая себя ведьма в своем уме откажется от мести? Мы с девчонками переглянулись и обменялись понимающими улыбками.

Целительница не смотрела. Слишком занята была, выслушивая извинения смутно знакомого мне парня с факультета боевой магии.

— Татоша, взять! — шепотом скомандовала я, после чего целеустремленно направилась ко входу в большой бальный зал.

Поводок был длинный, и свин вроде как по собственной инициативе решил прогуляться мимо целительниц.

Его близости противные девицы не обрадовались.

— Аааа! Уберите от меня это чудовище! — взвыла мирная с виду шатенка в милом розовом платье. — Оно меня испачкает!

— И наверняка оно воняет, — сморщила хорошенький носик белокурая лекарка в темно-синем струящемся наряде.

— Что вы хотите, она же из деревни приехала, — фыркнула печально знакомая мне рыжая. — Не могла не взять дурные привычки с собой.

Объяснять, что провинция — это не обязательно деревня, а свина я купила уже в Лавиенне, было бессмысленно. Насчет ведьм вообще и меня в частности местная элита уже все решила и менять своего ошибочного мнения никто не собирается.

Что же... Значит, придется заменить элиту. Как минимум на один вечер, потому что пока они здесь, нам повеселиться нормально не светит.

Торговец фамильярами не ошибся, свин был бракованный. И выражалось это не только в лишнем темном пятнышке, но и в том, что полагающаяся ему стандартная магия средненького уровня оказалась деструктивной и работала только на порчу имущества. Но я питомца любила таким, каков он есть, а он взамен был послушным, дома ничего не портил... и наоборот портил, когда я просила. Как, например, сейчас.

Целительницы и их поклонники были так заняты, обсуждая меня, что нападения как-то не ожидали. И когда послышался треск ткани, натурально окаменели, кто в какой позе стоял, некоторые даже рты закрыть не успели.

Швы на платьях разошлись. Разноцветные лоскутки, словно листья осенью, осыпались к ногам девчонок. Для парней мы со свином ограничились всего лишь расклеившимися сапогами.

Довольно повизгивающий свин подбежал ко мне. Я присела на корточки, погладила любимца в знак поощрения, после чего отстегнула поводок.

И тут отмерли целительницы.

— Ааааа!

— Ведьма!

— Как ты посмела, дрянь деревенская?!

Ни одна уважающая себя ведьма не откажется от возможности хорошенько отомстить. И каждая из нас твердо знает, что, сделав свое черное дело, надо драпать. Желательно, не оглядываясь.

Визжа так, что уши закладывало, девицы похватали остатки платьев, наспех наложили хиленькие иллюзии и поспешили испариться.

— Что там происходит? — расслышала я, когда мы уже почти добрались до большого бального зала.

Голос был женский, но пожилой. Видимо, кто-то из преподавательниц.

— Скорее всего, пришли ведьмы, — а вот этот голос я отлично узнала. Глеб! — Все в порядке, госпожа Истейна.

Подбодренные его присутствием, мы с девчонками вошли в зал.

Надо отдать преподавателям должное, на наше появление они прореагировали совершенно индифферентно. К слову, их было не очень много: одна пожилая дама и трое молодых мужчин, назначенные следить за порядком на празднике. Но первая сонно хлопала густо накрашенными глазами и так и норовила найти местечко поспокойнее, чтобы минутку вздремнуть, а остальные сами развлекались вовсю.

Отпущенный на свободу свин отправился разбираться с оставшимися целительницами. А мы решили ни в чем себе не отказывать и направились к столу, где стоял трехэтажный поднос с пирожными.

Слопав по клубничной корзиночке, мы запили это дело морсом, а когда огляделись, внезапно обнаружили, что являемся единственными девушками в зале. Ну, если не считать пожилой преподавательницы и магинь, которые больше походили на худосочных парней. Последняя целительница с визгом убегала прочь, ловя разлетающееся на ходу платье.

Глеб понимающе улыбался.

— Далеко пойдут! — отметил один из молодых преподавателей.

— Мои ведьмы, — Полуденный так и лучился самодовольством.

Его ведьмы? Хм! Это еще как посмотреть. Если с нашей стороны, то это он — наш маг!

Но лимит вредности мы на сегодня исчерпали, поэтому прояснять этот вопрос не пошли.

Вечер шел своим чередом. Без целительниц, от которых почему-то особенно явно веяло неприязнью, будто даже дышать стало легче. Маги не нарывались. Кое-кто из них пригласил танцевать магинь, другие ели, потягивали слабое вино, обсуждали что-то свое, боевое, некоторые время от времени мотались на улицу, чтобы раздобыть чего покрепче разбавленного вина. Преподаватели притворялись, будто не замечают.

И только мы так и торчали у стола с пирожными, которые, ввиду своей доступности, уже перестали казаться такими привлекательными. На нас смотрели, кто с интересом, кто с неприкрытым раздражением, но никто не подходил.

— Как танцевать хочется, — тягостно завздыхала Краса.

— Ага, — я сама не ожидала, что скажу это!

— Мало было избавиться от злобных соперниц, — проворчала Элька, из-под опущенных ресниц поглядывая на занятых своими делами магов. — Мы им не нравимся.

— Скорее, они нас боятся, — задумчиво пробормотала я, отставляя опустевший стакан. — И я не понимаю: почему этих противных целительниц не боятся, а от нас шарахаются, как от чумных!

Так обидно вдруг стало! Ну чем мы хуже этих мегер, у которых силы унция, а зазнайства — в котел не вместишь?!

— Странно, что это нужно объяснять, — прозвучал рядом приятный голос и, повернув головы, мы увидели одного из преподавателей. Не Глеба. — Если целительницам вдруг взбредет в головы колдовать, маги, особенно не напрягаясь, справятся с любыми их кознями. В то время как простейшую пакостную порчу один из моих лучших студентов до сих пор на себе носит. Кстати, не хотите снять?

Обращенный исключительно на меня взгляд заставил занервничать.

— Нет.

— Так я и думал, — с преувеличенным сожалением вздохнул молодой препод, а потом взял и галантно поклонился Красе. — Не потанцуете со мной?

Ведьмочка замялась. Танцевать ей жутко хотелось, но принять приглашение преподавателя было страшновато. В итоге, как это обычно и бывает с ведьмами, после минуты внутренних терзаний "хочу" победило, и Краса вложила дрожащую от смущения ладошку в руку мужчины.

Они присоединились к немногочисленным парам, кружащимся на выделенном для этого свободном пространстве.

Не успели мы с Элькой испустить по завистливому вздоху, как перед подругой обозначился целитель из старшекурсников. Эльку тоже увели.

И ко мне двигался кто-то смелый, но... на полпути сменил траекторию. А вслед за ним и второй. Потом третий.

Я уже почувствовала неладное и изрядно рассвирепела, когда рядом возник сначала букет привычных уже белых роз, потом протянутая рука, и только потом Феликс.

Стоит. Молчит. И нахально ухмыляется!

Последнее — настоящий вызов для ведьмочки.

Но если букет я сразу взяла, то насчет танца серьезно сомневалась.

— Хочешь пригласить меня? — уточнила, опасливо косясь на предлагаемую ладонь.

Впервые за время знакомства Феликс улыбнулся почти доброжелательно.

— Ну, ты же, наверное, хочешь потанцевать...

— Если честно, я еще не простила тебя за иллюзию, — избавиться от настороженного отношения к нему не получалось.

— Я тебя за порчу тоже не простил, — хмыкнул парень. — Так что мы квиты.

А вот это уже наглость несусветная!

— Сравнил тоже маленькую безобидную порчу с зачарованным кругом и монстром! — возмутилась я.

— Между прочим, из-за твоей маленькой и безобидной мне скоро подрабатывать придется, — кисло скривился в ответ будущий боевой маг. — Розы, знаешь ли, стоят недешево, а твое колдовство заставляет брать самые лучшие.

Совесть слегка шевельнулась в укромном уголке души.

— Тогда действительно квиты, — ослепительно улыбнулась я и вложила руку в его ладонь.

Двигался Феликс отменно, при этом не лапал, держал дистанцию и за следующий час умудрился ничем не взбесить меня. Напротив, даже веселил. Например, он признался, что таким умением танцевать обязан боевым тренировкам. Я не поверила, но смеялась от души. Избавление от свинячьего облика и вытянувшиеся лица целительниц в устах парня тоже превратились в захватывающую байку. И дежурство в патруле. И даже помощь по кухне, где провинившийся студент предстал чуть ли не героем, спасшим главную домовиху от едва не выплеснувшегося на нее колчана с супом.

Я, конечно, лапшу с ушей потихоньку снимала, но немного расслабиться и повеселиться себе позволила. А вздумает что-нибудь выкинуть, опробую защиту, которую выплетала полтора часа. Я внесла в заклинание небольшие изменения, вот заодно и узнаю, работает ли оно в таком виде.

Увы, план Феликса оказался до безобразия прост и не имел ничего общего с местью или пакостью.

Устав от танцев, я остановилась у окна, чтобы отдышаться. Огоньки кружили по залу, создавая волшебную атмосферу, краем глаза я успела заметить, что подруги сменили партнеров и теперь танцевали со старшекурсниками, Феликс принес мне бокал с тем самым слабым вином. Ну, это для тренированных парней оно слабое, а у меня уже со второго глотка голова пошла кругом и потянуло хихикать.

Недомаг выждал еще немного, и только убедившись, что жертва его обаяния дошла до нужной кондиции, аккуратно завел интересующий его разговор:

— Слушай, раз мы так хорошо общаемся, может, снимешь свою порчу, а?

Маневр я просекла, но настроение было до того хорошее, что решила сжалиться. Все-таки он правда старается.

— Ладно. Давай сейчас ты попросишь прощения, я приму твои извинения, и будем считать инцидент забытым.

Хотела еще пояснить, что это я не из вредности, просто изначально условие снятия порчи было именно таким, не выполнив его, даже я с пакостным заклятием ничего поделать не могу. Но мага так перекривило, что я трусливо решила промолчать.

— Прощения? У ведьмы?! — изумился Феликс.

— У меня, — внесла ясность и на всякий случай отступила на шаг.

Он прожег меня ненавидящим взглядом и выплюнул:

— Ладно, извини. Больше не повторится.

И в тот самый момент, когда волшебные слова были сказаны... ничего не произошло. То есть совсем ничего.

— Ой, я не успела сказать... — и еще на шажочек отошла. — Извиняться надо искренне, от чистого сердца, и прилюдно.

Будущий боевой маг посмотрел так, что мне в срочном порядке захотелось провалиться и проинспектировать местные подземелья. Там наверняка масса всего интересного!

— Ты издеваешься?! — простонал Феликс, полыхая глазами.

— Нет, — ответила честно. — Но когда насылала порчу, я была дико зла.

— Или просто пыталась привлечь к себе внимание, — фыркнул этот на всю голову боевой маг.

Настал мой черед возмущаться.

— Что?!

— Сама посуди, — пустился в объяснения он, привалившись плечом к стене. Таким образом происходящее выглядело так, будто мы просто мило болтаем, — если бы ты тогда не напакостила, я бы через минуту и думать о тебе забыл. А так по сей день цветы таскаю.

Негодование было таким сильным, что я на минуту онемела. Да как он смеет? Что этот маг о себе мнит?!

Конечно, он не мог не воспользоваться ситуацией.

— Интересно, на что ты рассчитываешь? — вкрадчиво уточнил Феликс и как-то внезапно оказался совсем близко ко мне.

— П-поверх порчи прокляну! — забеспокоилась я и попыталась метнуться в сторону, но не успела, в локоть железной хваткой вцепились пальцы.

— Могу предложить только это, не больше, — прошипел недомаг, склонив свое лицо к моему... а в следующий миг впился в губы поцелуем.

Нагло, дерзко и немного грубо. Мне совсем не понравилось.

Да он чуть меня не задушил!

Терпение мое иссякло в тот миг, когда воздуха стало не хватать. Дернулась — он не отпустил, наоборот, удвоил старания. Я сильнее дернулась — недомаг не прореагировал. Пришлось ущипнуть его за ухом. Вот теперь Феликс отпрянул и с удивлением уставился на меня.

А вид какой самодовольный... И все смотрят...

И Глеб.

Щеки словно кипятком обдало. Гусь самовлюбленный! Да как он вообще посмел?!

Утерев губы тыльной стороной ладони, я коротко сообщила, что думаю по поводу случившегося:

— Фу!

Затем развернулась, подхватила юбки и бросилась бежать прочь из зала.

Глава 7

Опомнилась в одном из коридоров. Не предполагалось, что кто-то из студентов поднимется наверх, поэтому праздничное освещение наколдовали только для первого этажа. Пришлось создавать золотистый комочек света собственными силами. Справилась я без проблем, и когда окружающее пространство озарило теплое сияние, обнаружила, что забрела в административное крыло. На ближайшей двери, из-под которой прорезалась полоска света, висела табличка с именем ректора.

Разумнее было бы покинуть замок и лететь домой, но для этого придется пройти через холл, а попадаться кому-то на глаза не хотелось. Они все такие противные! И ненавидят ведьм!

А мы им ничего не сделали!

Лучше отсижусь в мастерской, а когда все разойдутся, спущусь за метлой.

Как раз вспоминала, как отсюда пройти к ведьминскому факультету, когда за ректорской дверью послышались шаги. И у меня сработал инстинкт. Плохо соображая, что вообще творю, я метнулась вперед по коридору и спряталась за кадкой с декоративным деревом. Там уже осознала, что сделала глупость. Вот до чего приличных ведьмочек всякие маги доводят!

Следом пришло другое понимание: правильно сделала, что спряталась.

Просто шаги приблизились к двери, дверь приоткрылась, и прозвучал хорошо знакомый голос:

— И все же я категорически против.

Богдан! И он был чем-то крайне недоволен.

Резко выбросив руку вперед, я поймала свой светящийся кругляш и сжала в ладони, заставляя погаснуть. Незачем привлекать к себе лишнее внимание.

— Повторяю, для их же собственного блага ведьмы должны быть отчислены, и чем быстрее, тем лучше, — проскрипел ректор.

Что-то так холодно стало... Я обхватила себя за плечи и затаила дыхание.

Треклятая Академия! Даже ректор тут нас ненавидит!

— Сломать девчонкам жизнь — что-то не похоже на благо, — едко хмыкнул магистр Полуночный, чем живо напомнил мне Глеба.

У этих двоих куда больше общего, чем они хотят признать.

— Лучше отчисленные, но живые, — сказал ректор совсем уж страшное.

— Смею вас уверить, я способен позаботиться о своих студентках, — бросил ему наш маг и, не дожидаясь ответа, зашагал прочь.

— Наглый мальчишка, — вздохнул ректор и закрыл дверь.

Я выдохнула и выбралась из укрытия.

Ну и что все это значит? Надеюсь, они просто боятся, что недомаги что-то с нами сделают. Потому что какая еще опасность может подстерегать ведьмочек в столичной Академии, лично я не представляю.

С этими мыслями и направилась к родной двери. Шла без опасений, поскольку Богдан скрылся в другой стороне. Домой, наверное, отправился.

Прятаться уже расхотелось, внутри зрела потребность поделиться услышанным с подругами. Однако когда вспыхнул наколдованный свет, и я увидела Глеба, застывшего спиной к окну, не сдержалась и вскрикнула.

— Фу, напугал!

— Почему-то подумал, что ты придешь сюда, — Глеб заставил дверь за мной закрыться, а сам отлепился от подоконника и шагнул навстречу.

— А о том, что я захочу побыть одна, не подумал? — его присутствие нервировало.

— Должен признать, такая мысль закралась ко мне в голову, но потом я решил, что немного шоколада и бокал вина тебе не помешают, — обезоруживающе улыбнулся молодой маг и кивнул куда-то в сторону своего стола.

Последний находился в самом темном углу учебного помещения, и мне пришлось отправить туда золотистый комочек света, чтобы хоть что-нибудь рассмотреть.

О, да он подготовился!

На столе обнаружился поднос с тарелочкой шоколада разных видов, двумя кусочками торта и двумя же бокалами.

Я повела плечами и попятилась к двери. Пустая мастерская, да что там — весь этаж пустой! Все это — и мы вдвоем. Как-то неловко стало. Особенно учитывая тот факт, что внутренне воспринимать Глеба старшим, важным и далеким не получалось.

— Преподаватель Полуденный... — пролепетала я и запнулась, не зная, что дальше сказать.

— Что? — вызывающе улыбнулся он.

Ведьминская натура вызов приняла сразу же. И я поняла, что попала.

— Вы обо всех студентках так же заботитесь? — уточнила ядовито.

— Нет, только о самых интересных и многообещающих, — хмыкнул Глеб и, сделав знак следовать за ним, прошел к своему столу. — Ты первая такая. Кстати, в неформальной обстановке зови меня просто по имени. Все эти регалии раздражают.

Ага, меня тоже. Ведьминскому чувству справедливости вообще противно признавать чье-то превосходство. Ну, разве только более сильной и красивой ведьмы, но всегда с надеждой добиться того же.

— Цветана? — мое имя в его устах звучало приятно.

Помявшись немного, я все-таки подошла к столу.

Ничего же плохого не случится, если я сделаю пару глотков и возьму кусочек шоколада!

— Ты всегда сбегаешь от парней, которые тебя целуют? — демонстративно глядя куда-то в сторону, спросил Полуденный.

Я вспыхнула.

Какие эти маги все-таки!.. Даже лучшие из них.

Будто у меня так много опыта в подобных делах!

— Феликс меня не целовал! — возмутилась искренне. Потом поняла, что сказала не совсем правду, и пустилась в объяснения: — То есть, не совсем. Он просто уговаривал меня снять порчу, а когда не вышло, попытался уязвить. Надо было сглазить его, а не убегать!

Красивое лицо неуловимо разгладилось.

— Наглый мальчишка испортил моей ведьмочке все веселье?

Вредность потребовала немедленно расставить приоритеты: не их ведьмы, а наши маги! Но я так обрадовалась тому, что Глеб мне верит, что наглое замечание пропустила мимо ушей.

— Ага!

Полуденный улыбнулся как кот, углядевший оставленную без присмотра плошку сметаны, и подал мне бокал.

— Что же попробуем заменить неприятные воспоминания хорошими...

— Ладно, только недолго, — отчего-то смутившись, залепетала я. — А то подруги будут волноваться.

Когда брала бокал, наши пальцы соприкоснулись на миг, и от этого простого и совершенно ничего не значащего касания вверх по руке побежали горячие мурашки.

— Не будут, — отмахнулся Глеб. — Я сказал им, что потом приведу тебя домой.

Ну и наха-а-ал! Ведьминская вредность присвистнула и вообще удивилась, как это он с такими данными не ведьмак. Такой талант пропадает!

— И они согласились? — уточнила недоверчиво.

— Я был убедителен, — маг отсалютовал мне бокалом.

Первый глоток был несмелый... а потом все закрутилось само собой. Мы ели сладости, потягивали вино, Глеб шутил, я улыбалась. И поскольку этому магу я не пакостила, сейчас можно было чувствовать себя в безопасности и знать, что он здесь из-за собственных желаний, а не ради того, чтобы я с него порчу сняла. Это было приятно.

Голова шла кругом. Самая смелая ведьминская фантазия оказалась на расстоянии вытянутой руки, шутила, поддразнивала, травила байки... Мысли застлала легкая дымка, и происходящее казалось несбыточным сном. А потому, когда вино закончилось и зазвучала тихая мелодия, словно сочась из самих стен, а Глеб подал мне руку приглашая на танец, я согласилась, не раздумывая.

Тренировался он, видимо, больше, чем Феликс, потому что двигался еще лучше.

Но вел себя и в половину не так прилично! Он крепко прижимал меня к себе, время от времени поглаживал покрытую тканью спину, не жалел слов восхищения.

Каюсь, я развесила ушки. И когда танец замер, а ладони партнера поймали в теплый плен мое лицо, не сразу почуяла неладное.

Глеб медленно склонялся надо мной, щекоча кожу теплым дыханием с запахом сладостей.

— Что ты делаешь?! — всполошилась запоздало.

— Окончательно вытесняю из твоей прелестной головки воспоминания о том, что было внизу, — сообщил Полуденный, целуя меня.

Поцелуй закружил сильнее вина и танца, вместе взятых. Не осознавая толком, что делаю, я закрыла глаза, поддалась, не стала сопротивляться. Утонула в сладкой дымке ощущений, растаяла. Руки инстинктивно легли на плечи Глеба, обтянутые парадным серым мундиром боевого мага, почувствовали силу и проникающее сквозь ткань тепло, а потом, все так же повинуясь какой-то внутренней потребности, скользнули выше, обвились вокруг шеи, запутались в жестких волосах.

Глеб действовал напористо, сжимал меня все крепче и целовал так, будто стремился выпить душу. Дыхания не хватало, но и мысли отстраниться не было. Напротив, я мстила! Изо всех сил цеплялась за него и стремилась поцеловать еще жарче, чем целовал он... победить?

И своего я добилась — он отстранился первым.

Победила вроде бы, но отчего же внутри так жжет разочарование?

Несколько мгновений так и простояли. Глеб раскраснелся и тяжело дышал — я никогда не видела, что боевые маги умеют краснеть! Я же просто моргала и пыталась вернуться в реальность.

— Не убегай, — памятуя мое поведение внизу, Полуденный отошел на шаг и встал так, чтобы оказаться между мной и дверью. — Я провожу тебя домой.

Ну вот, все закончилось. Надо вдохнуть, выдохнуть и постараться не смущаться, когда приду к нему на занятия после выходных.

Если бы все было так просто!

— Хорошо, — отозвалась, собрав остатки самообладания.

Мы задержались ненадолго, чтобы прибрать следы добравшегося до ведьминского факультета празднества, и вместе вышли в коридор. Там снова остановились, и Глеб принялся обновлять охранные чары. Я топталась рядом, просто ждала — и тут холодком по коже прогулялось какое-то предчувствие.

Не знаю, заметил ли маг, но мой прерывистый вздох расслышал, и как вздрогнула, тоже увидел.

— Цветана? Все хорошо?

Напряглась, прислушалась... Ничего такого. Может, это волнение после поцелуя еще не прошло?

Я уже готова была заверить мага в том, что все в порядке, как внимание зацепилось за какую-то мелочь.

Что же не так? Но как ни старалась, определить не получалось. Голова гудела, ноги устали от каблуков и танцев и требовали устроиться поудобнее, никак не получалось сосредоточиться.

— Мяу!

Звук заставил меня подпрыгнуть.

А следом послышался и другой, будто когтями по дереву скребут.

— Ты слышал? — напряглась я.

— Что? — Глеб наконец закончил с чарами и уже готов был отвести меня домой, но я ловко увильнула от предложенной руки и направилась туда, куда повело чутье.

Маг проводил меня ошалелым взглядом, мотнул головой, вспомнил, что вообще-то он здесь главный, и как рявкнет:

— Цветана, нам в другую сторону! — и уже менее убедительно. — Прекращай свои шуточки...

Пришлось объяснить ему странности в ведьминском поведении:

— Похоже, Элька своего кота потеряла. Вот растяпа! Сейчас подберу Матвея и пойдем, ладно?

Глеб Полуденный был слишком хорошо воспитан, чтобы спорить с девушкой из-за такой мелочи, особенно с ведьмой, особенно учитывая тот факт, что он с ней недавно целовался. Так что ответом мне стал недовольный кивок. И чтобы дело двигалось быстрее, Глеб выпустил несколько светлячков, которые тут же рванули вперед и озарили коридор золотистым сиянием.

Неожиданностей не предполагалось. Мы с девчонками тут целую неделю ходили и знали, что впереди места немного, и всего одна дверь, за которой находится кладовка со швабрами. Дальше запертый из-за необходимости ремонта переход на лестницу — и все.

Однако сейчас я все шла... и шла... и шла... пузатые золотые светляки двигались вперед, освещая путь, а коридор все не кончался. В его конце по-прежнему маячила арка заделанного перехода, но до нее внезапно оказалось так далеко... и по обеим сторонам от меня щерились пыльными ручками двери.

— Глеб...

Расширившимися от удивления глазами я рассматривала таблички.

Класс превращений.

Ведьминская косметология.

Тренировочный зал для полетов на метлах.

Прорицательская.

Кафедра любовной магии.

Злые чары.

— Цветана, стой! — заорал Полуденный. — Назад. Живо!

Но было поздно.

Шкряб-шкряб, — послышалось из-за ближайшей двери с аккуратненькой табличкой "Ведьминская мастерская N 3". Словно в каком-то сне, я схватилась за ручку и потянула.

Дверь со скрипом поддалась.

С оголтелым мявом из-за нее выскочило нечто и вцепилось когтями в меня.

— Ай!

— Цветана!

Миг спустя Глеб все испортил. Потому что маги постоянно все портят, особенно боевые.

Он рванулся ко мне, но стоило ему ступить на ту часть коридора, которой раньше не было, как все кругом вспыхнуло, завибрировало, загудело — и меня как вышвырнет прямо Глебу в руки! Чудо, как он еще на ногах устоял и не завалился вместе со мной!

Светляки погасли. Когда же Глеб, крепко придерживая меня одной рукой, второй сотворил новых, впереди был только тупик с дверью в кладовку. И если бы мы с магом оба не были пыльные с головы до носков обуви, непременно бы решили, что нам все почудилось.

— Коллективных галлюцинаций не бывает, — на всякий случай напомнила я. — Если только ты не подсунул мне просроченное вино.

— Оно тебя поранило? — Полуденный был серьезен, как никогда.

— Посвети-ка сюда... — попросила я, и когда золотистый светляк завис надо мной, облегченно пискнула. — Это же просто кот!

Насчет "просто" я, конечно, погорячилась. Кот был черный, магический, что свойственно фамильярам, тощий и перепуганный. Сжавшись в комок, он мелко дрожал, а при малейшей попытке оторвать его от моего платья, начинал рычать, шипеть и царапаться. Это я еще о том, что он появился неизвестно откуда, не упомянула. А, и главное: это был точно не Элькин кот! Похож, но не он.

Минуту я внутренне разрывалась между "платье порвал, зараза" и "бедненький, что ж его так испугало?", потом Глеб переключил мои мысли на другое.

— Может, виной тому выпитое вино, но прямо сейчас я склонен думать, что все байки про пропавший факультет — чистая правда, — пробормотал он больше себе, чем мне.

Учитывая, что он только что появился, а потом опять исчез прямо на наших глазах, я тоже в это поверила. Только решила уточнить одну малюсенькую деталь:

— Какие байки?

— А, — махнул рукой маг, — когда я тут учился, про ведьминский факультет болтали разное. У него вообще дурная слава.

Я фыркнула. Вот это как раз не удивительно. Когда это за ведьмами ходили хорошие слухи? А тут на нашу репутацию еще и противные маги с завидущими целительницами наверняка поработали.

Подумаешь!

— Но ты же понимаешь, что все эти сплетни надо делить надвое? — я опасливо покосилась на Глеба и потихоньку погладила мелко дрожащего кота. — Мы вовсе не мечтаем приворожить первого попавшегося мага!

— Речь не об этом, — понизив голос, будто рассказывает страшилку, отозвался Полуденный и протянул руку, чтобы погладить кота, но тут же ее отдернул и зло оглядел длинную царапину, наливающуюся кровью. — Говорили, будто целый факультет с ведьмами за ночь пропал. Вечером был, а утром его уже нет. Не только самих ведьм, но и помещений, которые они занимали. Ходили слухи, что по ночам тут пахнет зельями и звучат девичьи голоса. В мою бытность студентом было модно на спор ночевать в этом коридоре. Так вот, один первокурсник после такой ночевки стал до смерти бояться ведьм и черных котов. И другие болтали... разное, но я как-то считал, что таким образом они набивают цену своему "подвигу".

Все время монолога за Глебом внимательно следили горящие зеленью в темноте глаза кота. Но пока маг к нему рук не тянул, кот не нападал. А меня вообще не трогал, я его до сих пор машинально гладила, а кот жался ко мне теплым дрожащим комком.

— Постой! — вклинилась я в речь Полуденного. — А разве нам не отдали бывшие помещения ведьминского факультета?

Помнится, магистр Богдан с ведьмой Эсмеральдой напирали именно на это.

— Отдали, — согласился боевой маг. — Ту часть, что не исчезла. Сама посуди, в старые времена тут училось несколько десятков ведьм, как бы они поместились в наших нынешних владениях?

Даже если бы декана из его кабинета выдворили, — никак. Я прикинула это и основательно заскучала.

— Еще ходили слухи, что с тех пор ректор несколько раз пытался открыть ведьминский факультет, но всегда что-нибудь случалось, — вспомнил Глеб.

— Что именно?

— Не знаю, я этим не интересовался.

Потоптавшись еще немного под дверью, мы даже до тупика в конце коридора прогулялись, но ничего особенного не случилось. Глеб магически прощупал пространство — и тоже ничего. Тайна упорно не хотела разгадываться, а время меж тем давно перевалило за полночь. Отчаявшись добиться чего-то прямо сейчас, мы покинули Академию до начала следующей недели.

Отцепляться кот категорически не желал, пришлось так и идти с ним по улице. Ну, хотя бы он часть дыр на платье прикрывал... По правде сказать, куда больше меня смущал невозмутимо шествующий рядом Глеб. Потому что в ведьме с котом, да даже в ведьме в драном платье, по большому счету, не было ничего особенного, а вот в том, что рядом с этой ведьмой вышагивает молодой маг и поддерживает ее под руку, когда она случайно спотыкается, редкие прохожие находили ничто любопытное и тааак пялились! Особенно женщины. Особенно на моего спутника. Даже пожилые матроны в экипажах, возвращающиеся со светских приемов.

И под зельем правды не сознаюсь, но в глубине души я одновременно жаждала отправить его домой и повесить воплощению смелой ведьминской фантазии на лоб табличку "Занято! Ищите себе другого мага!". У-у, так бы и сглазила!

В свете всего этого внезапный приступ откровенности поразил даже меня саму.

Мы как раз свернули на улицу, ведущую к дому Проточных, оставалось пройти не так много, и тут я взяла и ляпнула:

— У меня подруга пропала.

До дрожи захотелось с ним поделиться. Именно с ним. С чего вдруг?

— Как это — пропала? — Глеб, который до того шел с отрешенным видом и слова с момента, когда мы вышли за ворота Академии, не произнес, сразу же обратил на меня внимательный взгляд. — Краса? Или Элла? С ними вроде все в порядке было, когда домой улетали... Цветана, не шути так.

Глубокий вздох дался мне с трудом. В груди сжималось что-то.

Сама бы любое отдала, лишь бы это было шуткой.

— Мила, — внутри прочно засела потребность все ему рассказать. — Она поступила сюда на подготовительный курс, так радовалась. А потом перестала писать. И к своей новой столичной подруге приходить перестала. А преподаватели расходятся в показаниях: одни говорят, что ее выгнали, другие — что сама ушла. И мои поисковые заклинания все ко мне вернулись ни с чем.

К моменту, когда выдавила последнее слово, в глазах уже стояли слезы. Из-за них дороги я почти не видела, поэтому совсем не возражала против руки мага, сжавшей мою ладошку.

Он переплел наши пальцы, согрел меня своим теплом и чуть слышно спросил:

— Ведьмочка?

— Ага.

— Ищешь ее?

— Уже не знаю, с какой стороны за это хвататься, — теперь я откровенно жаловалась.

— Я с тобой, — просто сказал Глеб.

Мы уже стояли у калитки. На мгновение я пожалела, что она не способна исчезать подобно ведьминскому факультету. Или переноситься на некоторые расстояния... Тогда моя ладошка пробыла бы в ладони мага еще какое-то время.

Прощались молча. Глеб крепко обнял меня, забывшись, придавил кота, за что на него гневно нашипели. Потом отстранился, щелкнул по носу в попытке подбодрить и втолкнул за калитку. А сам зашагал прочь по улице.

Проводив взглядом спину в сером мундире, которая почти сразу скрылась в темноте, я вошла в дом.

На первом этаже пришлось задержаться, чтобы накормить кота. Никогда не видела, чтобы животное ело с такой жадностью! Я едва успела открыть дверь кладовки, как фамильяр жалобно взвыл, а в следующий миг вонзил зубы и когти в палку копченой колбасы, подвешенную к специальному крючку. Поначалу я опешила, а потом было уже поздно — послышалось смачное чавканье.

Обозрев творящееся безобразие, я тоскливо покосилась на кувшин с молоком, из которого собиралась налить в блюдечко, и на кота, который бессовестно жрал, нисколько не смущаясь своего висячего положения, вздохнула и решила, что куплю завтра Гориславу новую колбасу.

Но кота пришлось из кладовки убирать, пока он не покусился еще на что-нибудь. Для этой цели я аккуратно сняла с крючка грубую нить и, держась за нее, вынесла колбасу в кухню, где и опустила на пол. И даже успела отдернуть руку, когда кот решил, что на его добычу посягают, и выпустил когти. Без царапины обошлось.

Жалостливая ведьминская натура пересилила, и я вернулась в кладовку, чтобы, как и планировала, налить молока в блюдце. Когда же вернулась к коту, от колбасы почти ничего не осталось... то есть уже совсем ничего. Впрочем, от молока фамильяр тоже не отказался, вылакал все до последней капли, а потом так жалобно посмотрел на меня, припал на лапы и ушки к голове прижал.

— Ми-я-а-а-у!.. — горестно простонал кот.

Сияющие зеленью в полумраке глаза с непередаваемой скорбью взирали на закрытую дверь в кладовку.

Я почти прониклась!

— Ну уж нет, дорогой, — нашла в себе силы быть строгой. — И не надо втягивать бока! Если бы я только что своими глазами не видела, как ты умял палку колбасы, размером больше тебя в три раза, я бы непременно купилась! А так даже не сомневаюсь, что до утра ты как-нибудь протянешь. Но могу отнести тебя наверх, если пообещаешь не царапаться.

Кот скорбно вздохнул и запрыгнул на стул, чтобы я могла подхватить его.

Понятия не имею, с чего я взяла, что он не опасен и можно его оставить с собой в комнате на ночь, но страха или хотя бы легкого беспокойства не было. С котом на руках я поднялась по лестнице, на цыпочках, чтобы никого не разбудить, прокралась по коридору, вошла к себе, сотворила небольшой комочек света... и ойкнула. В комнате меня ждал сюрприз.

Вернее, ничего он не ждал, а бессовестно дрых в моей кровати!

А учитывая, что вышеупомянутый сюрприз представлял собой двух ведьмочек в вечерних платьях, трех нарядных фамильяров и одну метлу, места мне там не осталось.

Полное безобразие!

Постояла, подумала, глянула на кота... и решила по-тихому смыться в Элькину комнату и лечь спать там, уже почти выскользнула за дверь, но черноволосая ведьмочка словно почувствовала, что выбор пал именно на ее владения, и зашевелилась.

— О, Цветанка пришла! — простонала она, разлепляя глаза. — Краса, хватит дрыхнуть!

Та еще проснуться толком не успела, а уже скомандовала:

— Ты обязана нам все рассказать. С подробностями!

— Что рассказать? — опешила я.

Сбежать захотелось вдвое сильнее. Останавливал исключительно тот факт, что мы все равно живем в одном доме. Догонят, поймают и все выпытают, никуда не денусь!

— О вас с Глебом, — Краса, покачиваясь из стороны в сторону, села и вежливо так спихнула обнаглевшую метлу на пол. — Что было?

Щеки словно кипятком обдало. Я крепче прижала к груди кота, будто он мог меня защитить.

— Ничего!

— И поэтому ты в четыре утра домой пришла? — с видом дознавателя обличила меня Проточная.

— Это он тебе платье порвал? — сдвинула брови Элька. Учитывая, в каких местах было порвано платье, могу себе представить, что она подумала!

— И почему ты растрепанная такая? — Краса тоже обратила внимание на мой не совсем нормальный внешний вид. — И что это за тощее чучело у тебя в руках?!

Элла сделала большие глаза и свистящим шепотом уточнила:

— Вы же с ним не...

Так, пора уже что-то делать с этим потоком вопросов!

— Мы влезли в неприятности, потом он проводил меня до дома. Платье порвал кот. Ничего особенного не было! — виды у обеих подруг были до того воинственные, что про вино, танец и поцелуй я решила не упоминать.

— Просили же, с подробностями! — взвыли они.

Черная метла, которая снова беспардонно взгромоздилась на кровать, согласно затрещала прутьями.

Я умостилась рядом с девчонками, отцепила от себя кота, окончательно дорывая платье, и начала пересказывать события прошедшего вечера.

Глава 8

Поспать почти не удалось. Сначала я делилась с подругами своими злоключениями и мы вместе придумывали версии насчет того, что же могло стрястись с целым факультетом ведьм, потом коту стало плохо и слопанная колбаса попросилась наружу, пришлось выхаживать его. Хорошо, девчонки меня не бросили, помогали в меру сил: Краса приготовила отвар, а Элька помогла убрать безобразие. В итоге разбрелись только утром, когда горемыка наконец притих, а Горислав уже отправился на прогулку.

Лично я уснуть так и не смогла. Забравшись в кровать, честно пролежала какое-то время с закрытыми глазами, но то тяжелое дыхание нового питомца отвлекало, то шуршание свина в его корзинке, то совсем уж мрачные мысли в голову лезли. Неужели ведьмы целым факультетом сгинули? Да быть такого не может! Потому что попросту не существует такой беды, из которой бы ведьминская смекалка не нашла выход. И не каким-то боевым магам с нами тягаться! Но куда в таком случае девался ведьминский факультет? И откуда вокруг него столько мрачной таинственности, которую так любим мы, ведьмы, но терпеть не могут маги? И где Мила? Последнее, пожалуй, важнее всего. И если она найдется, я согласна так и не узнать тайны пропавшего факультета. А она точно найдется, Глеб поможет. Ни капельки не сонные мысли соскользнули на образ неожиданного союзника. Какой он все-таки... вредный, конечно, но нос не сильно задирает, танцует хорошо, еще у него глаза смеются и улыбка просто потрясающая. И когда Феликс меня поцеловал, ему ооочень не понравилось. Мне и самой, по правде сказать, совсем не понравилось, но то, что не понравилось Глебу, казалось важнее. И приятно так стало...

На губах обозначилась мечтательная улыбка, под опущенными веками одна за другой проносились картинки прошедшего вечера... и тут чувствую, под боком местится что-то.

Распахнула глаза, села, огляделась.

Метла!

— Вот поганка черная! — прошипела в сердцах.

Метла вроде даже обиделась.

Пришлось тащить ее в комнату Красы и для профилактики снова угрожать обклеить стразами. Кажется, подействовало.

Но дрема улетучилась с концами, и вернуть ее я даже не пыталась. Оделась, выпила чаю и решила провести субботнее утро с пользой. Для начала написала письмо маме. Давно следовало, но все руки не доходили. Рассказала про поступление, новых подруг, преподавателей, даже вредных магов и пропавший факультет упомянула, только про Милу ничего писать не стала и про вчерашний поцелуй с Глебом. К чему родительнице лишние волнения?

Запечатав письмо, засела за домашние задания. Потом был обед в компании проснувшихся девчонок, прогулка до почтовой башни, чтобы отправить письмо, запланированный поход в мясную лавку, еще учеба, букет белых роз, небрежно просунутый сквозь прутья калитки... Совсем распоясался недомаг! И куда моя порча смотрит?! Вообще-то, вручать цветы он должен был лично в руки.

Так прошла суббота.

А на следующий день, как раз за завтраком, я узнала кое-что важное. Вернее, вспомнила.

Но началось все с растрепанной Эльки, спустившейся к завтраку позже всех. Мы с Красой свои оладушки уже съели, и я трижды гоняла нового фамильяра от Элькиной тарелки. Еще вытолкала из кладовки и отругала за то, что таскал еду у других животных. И разнесчастный вид с прижатыми ушками на меня ничуточки не подействовал!

— Красулечка, все, что хочешь для тебя сделаю, только сваргань мне какое-нибудь зелье от кошмаров, — простонала Элька, появляясь на кухне.

С тех пор, как зелья стали ее профилем, варить их Краса окончательно возненавидела, и тот факт, что даже без особых стараний у нее получалось лучше, чем у нас с Элькой вместе взятых, Проточную только раздражал. Но если хорошенечко поканючить, она сдавалась. Ворчала и пыхтела, но покорная судьбе плелась к котлу.

Усердствовать долго в этот раз не пришлось, ей хватило одного взгляда на бледную Эльку, под глазами которой залегли усталые тени.

— Опять сны про ведьм мучают? — уточнила Проточная, поднимаясь и направляясь к котлу.

— Хуже прежнего, — Элла упала на свободный стул, но тарелку с завтраком от себя отодвинула.

Чем тут же воспользовался безымянный кот, и на сей раз остановить его я не успела.

— Вур-вур-вур... Чавк-чавк-чавк! — понеслось над столом.

Розовая шиншилла, которая бдительно наблюдала за поеданием нами приготовленного ею завтрака, недовольно надулась и прицелилась цапнуть воришку за оттопыренный тощий хвост, но не сложилось. Хвост быстренько был прижат к боку, а сам кот, не прекращая жевать, переместился на другую сторону тарелки, подальше от агрессивно настроенной живности. Шиншилла удрученно вздохнула и притворилась, что ее больше интересует зелье, которое уже начала варить хозяйка, чем всякие хвосты. Но, чую, украденные оладушки кому-то еще припомнят!

— Он когда-нибудь наестся? — покосилась на прожорливое животное Краса.

— Ты бы десять лет взаперти просидела, тоже бы озверела, — Элла смотрела на кота с жалостью, за съеденный завтрак не рассердилась, даже за ушком почесала. — Бедненькой... Заметили, он даже не мурлыкает?

— Не хочется вас разочаровывать, — вклинился в нашу болтовню молчаливый до сих пор Горислав, — но ни одно животное, даже волшебное, не протянет десять лет без еды.

Мы с девчонками обменялись настороженными взглядами. Вообще-то, он прав.

И тут меня осенило!

— Марица говорила, что Мила, когда начала учиться, завела черного кота. И от Гусыни я что-то подобное слышала!

Как можно было забыть?!

Вот и кот смотрел с осуждением.

— Связка на месте, — Элька даже встрепенулась. Она сидела ближе всех к коту, а потому и чувствовала его магию лучше. — Девчонки, да наш усатый страдалец — действующий фамильяр!

Новость была потрясающая. Меня захлестнула надежда.

— Если фамильяр жив, то и ведьма жива, — это я в нашем учебнике по общей ведьминской магии прочла.

Животное может пострадать или погибнуть, и это лишь слегка навредит ведьме, но если с самой ведьмой что случится — фамильяру конец. Никаких исключений. А значит, Мила еще дышит. Может, ей плохо или она истощена так же, как этот кот, но она жива. Шанс ее найти еще есть.

Горислав окинул нас каким-то странным взглядом, настоятельно попросил не влезть в какую-нибудь историю и не притащить в дом пятого фамильяра и, сославшись на встречу со знакомым, ушел. Мы дружно выдохнули. Можно спокойно обсудить сложившуюся ситуацию и не бояться, что придется объясняться со старым магом.

— Понятно теперь, почему он никак не наестся, — вздохнула Краса, медленно помешивая отвар.

— Бедняжка, сколько же он там просидел! — Элька до того прониклась кошачьими страданиями, что самолично смоталась в кладовку за кусочком ветчины. И даже ревнивый взгляд ее собственного кота ведьмочку не остановил.

— Получается, Мила тоже там была, — задумчиво пробормотала я.

— Надо отыскать путь на пропавший факультет! — глаза моих соседок воодушевленно зажглись.

Предложение было единогласно одобрено и поддержано. Но дальше слов дело не пошло. Ни у одной из нас не было ни единой идеи, как пробраться в место, которого вроде как и не существует. Или же существует, но очень странно. Он сам появился, я ведь ничего не делала! И исчез тоже сам. И что нам теперь, поздней ночью топтаться в коридоре, пока он не станет длиннее и не появятся многочисленные двери? Так себе план.

Над кружкой с отваром змеился пар. Элька не пила, ждала, пока немного остынет. Мы с Красой скучали за компанию, подперев щечки кулачками.

Ладно, если не получается придумать что-то прямо сейчас, надо переключиться на другое. Придет время — и нужная мысль появится.

— Расскажи про свои сны?

Элла имела весьма плачевный вид, так что ее проблема тоже заслуживала внимания. Что это мы все только обо мне?

— Девушки... Две или три, и среди них точно есть кто-то с ведьминским даром, — медленно заговорила новоиспеченная провидица и придвинула к себе кружку. — Они заперты в темном и холодном месте, больше недели, на них магические путы и заклинание, которое большую часть времени держит их в стазисе. На полу и стенах горят зеленью символы. И сил у девчонок остается все меньше.

— А ты уверена, что это не обычные кошмары? — осторожно уточнила я.

— Как в том, что я — ведьма! — запальчиво воскликнула Элька.

— Тогда надо пойти в управление городского патруля и все им рассказать, — предложение Красы было не лишено здравого смысла. — Там должны точно знать, пропадали ли в последнее время молодые ведьмы.

Да, но там работают маги, и вряд ли они воспримут наше желание помочь с должным энтузиазмом.

О том же, видно, подумала и Элька, потому что она тоже не рвалась исполнить свой гражданский долг.

— И как мы это объясним? Они даже к известным провидицам не всегда прислушиваются. А могут из чистой вредности еще и обвинить в чем-нибудь.

Эти еще не на такое способны, тут ни одна из нас не сомневалась.

Спор продолжался, пока отвар в кружке не закончился. И несмотря на то, что мы с Элькой были категорически против, победила дружба: решили все же пойти, но под иллюзиями. Сегодня выходной, начальства наверняка нет на месте, а маги попроще и помоложе, может, и не разглядят ничего.

В итоге к строгому серому зданию, перед которым болтали о служебных подвигах три мага в форме, подошли три ведьмы средних лет с корзинками, заполненными пучками трав.

После нескольких минут препирательств с дежурным, нас неохотно провели к магу.

На этом, собственно, успехи и закончились.

— То есть вы утверждаете, что вас мучают страшные сны, и на этом основании я должен начать расследование? — маг нас внимательно выслушал, но серьезностью ситуации как-то не проникся. — Ах, да, еще есть отчисленная ведьма, которая подалась неизвестно куда, и байки старого замка. Я ничего не забыл?

Даже Краса поняла, как глупо все это выглядит со стороны, и поникла.

Маг откинулся в потертом кресле и так паскудно ухмыльнулся, что меня разобрала злость. Сглазить его, что ли? Он, конечно, не виноват, что все так, но он маг, вредный, предвзятый и вообще мог бы быть и повнимательнее, все же мы не на свидание его звать пришли.

Поразмыслив минутку, все же решила, что полноценный сглаз он не заслужил, и незаметно выкинула из корзинки на пол пучок полыни. Замаскированный свин тут же шмыгнул под стол.

Когда маг встанет, его ждет сюрприз, мелкий, но неприятный.

Уж не знаю, какие пакости он еще знает, но портить одежду и обувь мой фамильяр мастак. Ничего, вот раскошелится маг на новые сапоги, глядишь, и добрее к ведьмам станет. Можно еще к тем, у входа, подослать свина, а то они так на нас смотрели враждебно...

— Извините, мы, пожалуй, пойдем, — вежливо улыбнулась Элька и встала.

И мы следом.

— Идите, — маг тоже поднялся. Надо же, галантный какой! — И не пропадайте.

Последнее было сказано с откровенной издевкой, так что мы, окончательно удостоверившись, что нам тут не рады, гордо и быстро направились к выходу. А лично я испытала острое чувство морального удовлетворения, когда за спиной маг неприлично выругался. Видимо, сапоги уже пришли в негодность.

Месть ведьминская сладка!

Свин нагнал нас на улице, как раз в тот самый миг, когда иллюзии растаяли.

— Глупая была затея, — покаянно вздохнула Краса.

— Сваришь еще отвар от кошмаров, и лично я не в претензии, — ободряюще потрепала ее по плечу Элька.

— Лучше что-то, блокирующее видения, — высказала свою мысль я. А потом и другую, которую лучше было бы оставить при себе: — А ты почему колечко не носишь?

Мгновение звучал только стук каблуков, все звуки оживленной улицы будто стихли.

— Оно мне великовато, боюсь потерять, — с вызовом ответила Элла.

Краса ограничилась осуждающим взглядом.

Далось мне то кольцо? Но выбросить его из головы до сих пор не выходит.

И почему Элла так реагирует на обычный, казалось бы, вопрос?

Что-то тут определенно не так...

Обдумать странное поведение подруги не успела, мы уже дошли до дома, а там мое внимание сначала привлек букет, знакомо просунутый в калитку, а потом Глеб, маячивший рядом с той самой калиткой. Для ясности: букет по-прежнему был от Феликса. Молодой маг поглядывал на белые розы, с трудом скрывая раздражение.

— Преподаватель Полуденный?! — изумленно пискнули девчонки.

Мне досталось сразу два исполненных негодования взгляда. Похоже, соседки решили, что я от них утаила какие-то подробности наших с Глебом отношений. Иначе с чего бы ему здесь появиться в выходной?

— Ведьмочки, — маг приветственно склонил голову. — Если позволите, я ненадолго украду у вас Цветану.

И вид серьезный и деловой. С таким на романтическую прогулку не приглашают.

— Зачем это? — вскинулась Краса.

Элька сложила руки на груди и грозно зыркнула на преподавателя, словно прикидывала, порчу на него наслать или простым сглазом ограничиться.

— Мне пришла в голову отличная идея для индивидуального практикума по общей магии, — с достоинством сообщил Глеб. — А у Цветаны как раз подходящий профиль. Хочу опробовать.

Девчонки растерялись и притихли, уж слишком правдоподобно у него получилось. Сам Глеб вид имел предельно честный и отрешенный, словно и в самом деле явился сюда только как маг и преподаватель. А мне стало обидно почему-то... Но раньше, чем успела разобраться в причинах этого странного чувства, Глеб сообщил:

— Обещаю вернуть в целости и сохранности через пару часов.

Затем взял меня за руку и увел в ведомом пока ему одному направлении.

Моя ладошка вновь оказалась надежно спрятана в его руке, окутана его теплом, которое редкими мурашками поднималось к самому локтю. Глеб шел не слишком быстро, подстраиваясь под мой шаг. И вообще день вдруг стал казаться таким приятным... Опомнилась я через три улицы, когда поняла, что движемся мы в противоположную от Академии сторону.

В этом районе рассыпались всяческие лавки, магазинчики, попадались довольно неплохие таверны.

Полуденный оббежал взглядом яркие вывески и, как ни в чем не бывало, уточнил:

— Любишь сахарную вату?

Я внутренне вся запузырилась от возмущения.

— Странный ты выбрал способ пригласить на свидание, — прозвучало даже чуточку враждебно.

Нет, ну каков маг! Заявился в выходной к моему дому, корчил из себя преподавателя, наврал с три короба — а теперь сладости мне предлагает... У-у-у, так бы и... вот не знаю: прокляла или приворожила?

— Понятно, — вздохнул Глеб. — Значит, куплю тебе пирожок с яблоками.

Вот... маг! По-другому и не обзовешь. Боевой, на всю голову элитный, и ни за что не скажешь, что еще только начинающий. Ибо характер уже паршивый, а совести там даже не предвидится. В общем, я окончательно вскипела.

— Тебе порчу с шоколадными конфетами или с прыщом на носу? — уточнила деловито.

А что, мы с девчонками сладкое любим, было бы неплохо, если бы этот враль каждый день коробочки таскал.

Сама не понимаю, что это я так разошлась...

— Цветана, мы убиваем время, — терпеливо пояснил маг. — Поэтому наслаждайся пока прогулкой, обещанный практикум я тебе потом устрою.

Предвкушение в его голосе должно было меня насторожить, но осознав, что целовать меня сегодня не будут, я успокоилась и согласилась на пирожок. Сладкой ваты хотелось больше, но после нее пальцы липкие будут, так что пусть лучше пирожок.

Мы бродили по городу, говорили о разном. Я рассказала о новом фамильяре и о своих мыслях насчет него. Выслушав, Глеб согласился. За что был немедленно прощен — приятно, когда кто-то настроен с тобой на один лад, и все его недостатки в виде другой магии и ужасного характера сразу теряют значение. Еще обсуждали учебу, общих знакомых, праздник. С Глебом было легко и хорошо, я уже и без всяких практикумов гулять была не против. Уж не знаю, что по этому поводу думал сам Глеб, но предложение, которое он мне сделал, оказалось несколько неожиданным:

— Может, снимешь с этого Феликса порчу?

Я даже с шага сбилась.

— Зачем?

— Он уже больше недели тебе цветы носит. Для наказания, по-моему, достаточно, — принялся увещевать Полуденный.

— Вот сразу чувствуется, что ты маг, — опечалилась я. — Таких простых вещей не понимаешь! Да он за эту неделю мести еще на три порчи заслужил! Так что оцени мою выдержку и больше с такими глупостями не приставай.

Маг натурально заскрипел зубами. И что я такого сказала?

— Цветана!

— Ну что еще? — я растерянно моргнула.

— Половина Академии треплется, что вы — парочка, другая половина считает, что ты пытаешься его соблазнить! — рыкнул маг и зло сузил глаза.

Стало интересно.

— А ты к какой половине относишься?

Глеб неприлично выругался сквозь зубы, резко остановился, притянул меня к себе и... поцеловал. Прямо посреди улицы, под возмущенные охи каких-то кумушек, которые живо принялись обсуждать, какой воспитанной была молодежь "в их время", не то, что сейчас.

Поцелуй был наказанием. Злой, яростный, подавляющий. И в то же время в моей душе даже тени желания остановить его не возникло. Поначалу пыталась противостоять и, затолкав смущение в самый укромный уголок души, впилась в него так же настойчиво. Но уже через мгновение расслабилась, растеклась в сильных руках, открылась навстречу, запрокинула голову и просто отвечала.

Растворилась, утонула в его тепле и ощущениях.

Долго...

Отпрянули друг от друга мы одновременно. Словно какая-то неведомая сила проскочила между нами, отрезвила, успокоила.

Стоим, бессмысленно моргаем...

— Поцелуй — первейшее средство угомонить ведьму, — первым взял себя в руки Глеб.

Ага. Так это он меня так успокаивал.

Сделаю вид, что поверила.

— Подожди меня здесь, пожалуйста, — пролепетала я, затем круто развернулась на каблуках и зашагала к одной из лавок.

Заодно успокоюсь и придумаю, как вести себя с ним дальше.

— Цветана! — раздавшееся мне вслед рычание заставило живо заинтересоваться вопросом — а как правильно успокаивают боевых магов? — Не смей от меня сбегать!

С его стороны все так и выглядело, наверное. Пришлось в срочном порядке успокаиваться и объяснять свое поведение.

— У меня возникло срочное дело. Это на минуточку, потом я вернусь.

Объяснение Глебу чем-то не понравилось. Он недовольно сдвинул брови, наверняка обдумывая, какое это у меня могло возникнуть дело сразу после поцелуя. Потом примерился взглядом к направлению, в котором я убегала, нагнал и уточнил:

— В лавке старьевщика?

— Ага.

Входили внутрь вместе. Просто я вдруг со всей ясностью поняла, что проще не обращать на него внимания, чем пытаться отделаться. Так и поступила. В итоге, когда приблизилась к прилавку, Глеб мрачной тенью маячил за спиной.

Старые вещи создавали в небольшом зальчике неповторимую ауру. Будто во временной портал вошла! Здесь пахло стариной, выделанной кожей и немного пылью, на полках тут и там блестело что-то, громко тикали большие напольные часы, и в самом воздухе ощущалась разлитая магия. Что и неудивительно — многие из выставленных на продажу вещей были напитаны силой, а то и вовсе являлись артефактами.

— Особенных обручальных колец давно не было, — истолковал наше появление по-своему хозяин. — Но если заглянете на следующей неделе и прихватите с собой кошель потолще, возможно, я смогу чем-то помочь.

Щеки залил румянец.

Смущение было еще сильнее, чем когда Глеб поцеловал меня посреди улицы.

— О, нет, что вы! — зачастила я, желая как можно скорее сгладить неловкость. — Мы совершенно по другому вопросу. Вернее, я. Господин маг просто за компанию зашел.

Глаз на затылке у меня нет, поэтому я не могла видеть, что там делает "господин маг", а вот старьевщик сдвинул очки на кончик носа и окинул нас каким-то странным взглядом, будто двух букашек под увеличительным стеклом разглядывал.

— Удивительно... Обычно я в таких вещах не ошибаюсь, — пробормотал он больше себе, чем кому-то еще. — Так что же вас интересует?

Надежда что-то здесь выяснить была мизерной, но я все же решилась задать вопрос.

— Помните, пару дней назад ведьмочка купила у вас старинное кольцо с лунным камнем?

Трясущиеся и похолодевшие пальцы лихорадочно комкали белое кружево на рукаве одного из моих любимых клетчатых платьев.

— Смутно, — ответ, как и ожидалось, был краток и скуп.

— Она еще удивилась, что вы с нее взяли не много...

— Не припомню, уж простите.

Поведение торговца сомнительным товаром было абсолютно обыденным: такие личности не любят отвечать на вопросы и крайне редко и неохотно делятся информацией о посетителях и их покупках. И хотя все случилось, как и ожидалось, я растерялась. Вот как теперь поступить? Развернуться и уйти? Или еще поспрашивать? Может, порчей пригрозить?

Меня уже почти разорвало между первым и последним вариантом, когда из-за спины прозвучало чуточку высокомерное:

— Вы ответите на все вопросы этой девушки, если, конечно, хотите и дальше спокойно работать... и иметь свою собственную лавку.

На прилавок посыпались монеты. Золотые.

У меня даже рот от изумления приоткрылся.

А судя по отблеску на стене и тому, как неуловимо позеленел старьевщик, Глеб еще и заклинание какое-то продемонстрировал.

Законопослушная ведьмочка во мне возмутилась до самой глубины души такими методами, но когда хозяин магазинчика снова переключил внимание на меня, это неприятное чувство мгновенно сошло на нет.

— Что именно вы хотите узнать? — теперь он был сама вежливость и услужливость. — Если не ошибаюсь, вы тоже были здесь и все собственными глазами видели.

Полуденный, все так же держась позади меня, заинтересованно хмыкнул.

Пришлось одернуть себя. Не отвлекаемся! С ним я потом поговорю, сейчас важнее информация.

— Расскажите, пожалуйста, про то кольцо? Что в нем такого особенного?

И по ухмылке, искривившей морщинистое лицо, я поняла, что вопрос задала правильный.

— Эта вещь из опустевшего города, одного из тех, что образуют Мертвый треугольник. Вы не знали?

Кабы знала, стала бы я спрашивать?!

Ай да Элька!

— И как оно попало сюда? — стараясь держаться так, чтобы изумление не проступило на лице, задала следующий вопрос я.

— Уличные воришки иногда заглядывают ко мне, если попадается что-то ценное, — поджал губы старьевщик. — Редко. Только поэтому и взял то кольцо. Дорого его все равно не продашь, сведущие люди такую вещь в доме держать не захотят, а у других с деньгами не так хорошо. Пустил как обычную безделушку. Но вашей подруге, признаю, удалось меня удивить.

Ага. Меня тоже.

На плечи легли теплые ладони и слегка сжали, таким образом давая понять, что пора сворачиваться.

— О нашем разговоре никому ни полслова, — предупредил Глеб и развернул меня к выходу.

Звякнула колокольчиком дверь за нашими спинами, и я явственно представила облегченный вздох старьевщика.

Лавка осталась на некотором расстоянии позади, когда мой спутник нарушил молчание.

— С тобой не соскучишься, ведьмочка.

— Магам вообще скучать противопоказано, они от этого становятся еще большими занудами, — вернула шпильку я, торопливо вышагивая за ним по улице.

Глеб хмыкнул и мстительно ускорил шаг.

— Знаешь, я все больше склоняюсь к мысли, — медленно, с какой-то мечтательной улыбкой на губах, проговорил он, — что каждому боевому магу нужна, просто жизненно необходима его собственная ведьма.

— Мы направляем вашу энергию в безопасное русло, — в кои веки я была хоть в чем-то согласна с магом!

— А еще с завидным постоянством умудряетесь влипнуть во что-нибудь опасное, — фыркнул Глеб. — И без помощи кого-нибудь здравомыслящего тут не обойтись.

Что-о?! Это он сейчас сказал, что мы без них пропадем?

И еще нахально улыбается?!

Внутри вся пузырясь от негодования, я уже готова была рассказать, а при надобности и наглядно продемонстрировать, как мы, ведьмы, умеем выкручиваться из неприятностей, но Глеб, словно почуяв неладное, ловко переменил тему. Спросил про кольцо. И сразу догадался, что дело тут в Эльке. Потому что я его точно не покупала, а у Красы есть дед, который ни во что опасное влезть ей точно не позволит. В общем, постановка вопроса была такая, что отмолчаться никак. Пришлось рассказывать.

Знала я пока немного, так что рассказ уложился в несколько минут. И как-то так само собой получилось, что я и про сны Элькины кошмарные упомянула. Глеб слушал так, будто кроме меня и того, о чем я говорила, сейчас в мире не существовало ничего. Ну как тут устоять и не поделиться тем, что поедом ест изнутри?!

— Так иногда бывает, что столкновение с кем-то со схожим даром может разбудить спящие способности, — объяснил он, когда я замолкла. — Было бы неплохо, если бы Элла походила и на занятия для провидиц.

— Вряд ли она захочет, — вздохнула я.

— Ты ей скажи, пусть подумает, — Полуденный ободряюще сжал мою руку и улыбнулся. — Но как преподаватель, я ничего сейчас не слышал. В соответствии с уставом Академии, я обязан сообщить о связи своей студентки с опустевшими городами руководству. А оно в свою очередь должно ее отчислить.

— Вот еще! — во мне взметнулась злость. Может, еще и связи никакой нет, а они уже меры принимают. Маги, что с них взять! — Только попробуй.

— И пробовать не собираюсь, — хмыкнул Глеб и привычным уже движением слегка щелкнул меня по носу. Я не менее привычно мотнула головой, но уклониться от его руки не смогла, зато косой по этой самой руке треснула. — Кстати, мы пришли.

В следующий миг меня ждало сразу три открытия. Первое: уже стемнело, а значит, сдать меня девчонкам на руки через два часа Глеб безнадежно опоздал, и они там все издергались, наверное. Не столько от страха, сколько от любопытства. А расплачиваться потом мне! Второе: мы стояли у Академии, только подошли зачем-то с другой стороны. Ворот тут и в помине не было, но Глеба этот факт почему-то не смущал. Вон как уверенно шагает по газону! И меня не забывает тащить за собой. И третье: Глеб уже наложил маскирующие чары и вообще вид у него крайне таинственный.

— Что ты затеял? — забеспокоилась я.

Непорядок! Это ведьма должна втравливать в неприятности, прерогатива мага — спасать. Сам только что подписался!

— Не я, а мы, — самоуверенно улыбнулся Глеб, прошелся взглядом по каменной кладке стены, окружающей замок, и, выбрав место, нажал.

Камень под его ладонью просел.

С тихим шорохом часть стены ушла в землю, открывая ход.

Ох, надеюсь, маскирующие чары и на этот маневр распространяются!

Не позволив мне толком опомниться, Глеб втащил меня на территорию Академии. Как только мы прошли, за спиной вновь послышался характерный шорох.

— А я почему не в курсе?! — гневно сверкая глазами, зашипела на обнаглевшего мага.

— Мы собираемся влезть в архив и посмотреть, что там есть по ведьминскому факультету, — посвятил меня в мои же собственные планы Полуденный.

Занятно. Хорошо, к завтрашним занятиям я заранее подготовилась, потому что здесь мы, похоже, застрянем надолго.

Нет, все же не получится у нас идеальных отношений. Потому что идеальные отношения — это когда ведьма влипает, маг спасает, а метлы и фамильяры под ногами путаются. Только сейчас это поняла. Вот была бы идиллия...

— Цветана, где ты витаешь? — рыкнул в ухо Глеб.

— Я согласна, — вздохнула обреченно.

— На что? — заинтересовался он.

— Лезть в архив.

— Это подразумевалось, — отмахнулся маг, будто ведьминское мнение его вообще не волновало. — Не отвлекайся, пожалуйста.

Обидеться, что ли? Бесят меня эти маги. А конкретно этот — вообще сводит с ума. Но почему же тогда с ним так хорошо и уходить никуда не хочется?

Огромная территория вокруг замка была погружена в темноту. У ворот и главного входа наверняка включили фонари, но их отсветы отсюда не виделись. Разве только охранные заклинания на стене изредка вспыхивали. Уж не знаю, что там сделал Глеб, но они никак не реагировали на наше присутствие.

Миновав сад целительниц, где те выращивали всякие полезные травки, мы остановились у одного из темных окон первого этажа.

— А теперь практикум, — ослепительно улыбнулся Глеб.

Я закатила глаза. Связалась на свою голову.

— Охранные заклинания накладывали опытные маги, я ничего не смогу с ними сделать, — напомнила на всякий случай.

— Делать не надо, просто смотри, — велел Полуденный.

Хотела напомнить, что видеть их плетения я вообще-то тоже не должна, раз уж у него эти знания внезапно из головы вылетели. Но не напомнила. Потому что заклинания вдруг вспыхнули алым и золотым. И я их прекрасно видела!

Сильная охранка, кстати. Мне до такого еще учиться и учиться.

Пальцы Глеба порхали, едва касаясь чужих заклинаний. Мне только и оставалось с широко распахнутыми глазами и приоткрытым от изумления ртом следить за его манипуляциями и магическими потоками. Невероятно! С ума сойти можно! Какого волкодлака я все это вижу?!

Скоро плетение померкло, сделавшись почти прозрачным.

Маг, особо не церемонясь, толкнул окно, и то распахнулось.

— Готово, — сообщил Глеб, подтянулся на руках и ловко перемахнул через подоконник. — Поняла что-нибудь?

Ухватившись за протянутую руку, я позволила втащить себя... как оказалось, в какую-то подсобку.

— Почему я чувствую чужеродную силу? — спросила шепотом, обозревая составленную у стен мебель и ящики с пришедшими в негодность дешевыми артефактами.

— Очевидно, потому что не такая уж она чужеродная, — туманно сообщил Глеб, закрыл окно и с помощью заклинания справился с замком на двери.

Послышался тихий щелчок, и мы вышли в длинный темный коридор.

— Глеб! — я вцепилась в его руку и одарила вредного мага крайне недовольным взглядом. — Объясни нормально!

— У тебя в семье магов случайно не было? — прямо скажем, он выбрал не самый удачный момент, чтобы заинтересоваться моей родословной.

— И не случайно тоже, — пробурчала в ответ.

— Просто ты настолько же магиня, насколько ведьма. Вот я и подумал...

Договаривать он не стал, посмотрел на меня выразительно, после чего удобнее уместил мою ладошку в своей руке и повел вперед по пустынному коридору, через несколько поворотов, в другую подсобку с лестницей, ведущей на подземный уровень. Там хотя бы магическое освещение работало, так что двигаться было легче и можно было сосредоточиться на том, чтобы делать это бесшумно.

Впрочем, меня больше волновал неизвестный маг, внезапно обнаруженный в моей родословной. То есть заподозренный.

То есть не было никакого мага!!!

— Может, все дело в том, что мой профиль — общая магия? — в конце концов, я не выдержала.

Глеб к этому времени успел отыскать нужную дверь и справиться с замком и защитными плетениями.

— У магов и ведьм она разная, — напомнил он, вталкивая меня в помещение, забитое ящиками и полками с папками. — Цветана, ты сейчас договоришься до "отвратительно" по моей части предмета.

Я задохнулась от возмущения.

— Но мы не на занятиях!

— Кажется, я что-то говорил насчет практикума, — припомнил бессовестный маг.

— И вообще, не мешай мне придумывать отговорки! — взвыла я.

— Лучше вспомни, зачем мы здесь, — посоветовал похититель моего спокойствия.

Интересно, он правда считает, что можно вот так взбаламутить мое любопытство, а потом вести себя, как ни в чем не бывало?

С пальцев Полуденного слетели штук восемь светящихся комочков и рассредоточились по довольно большому помещению.

Впрочем, он первый не выдержал и снова поднял тему, занимавшую все мои мысли:

— Цветанка, а ты от кого дар унаследовала?

Стою. Молчу. Взгляд уткнулся в пол.

Глупейшая ситуация, если честно. А все потому что я не знаю! Просто не интересовалась этим как-то... Мама и бабушка от магии в любом ее виде далеки, других родственников с их стороны я не застала на этом свете, а об отце и его семье ничего не знаю и никогда не хотела знать. Как и он обо мне. Сейчас впервые за долгие годы о нем подумала.

— От кого-то из совсем далеких предков, — ответила через некоторое время, стараясь придать голосу как можно больше безразличия. — Я не знаю точно. Давай уже искать сведения о пропавшем факультете!

— Не больше трех поколений, потом кровь разбавляется и дар уже не проявляется, — серьезно напомнил Глеб.

После этого он наконец оставил меня в покое и действительно отправился искать.

На наше счастье, учились и работали в Академии в основном боевые маги, остальные были скорее исключением. Да-да, я не оговорилась, счастье! Потому что боевые маги, они же почти как военные, дрессированные в смысле, порядок любят, а все, что его нарушает, на дух не переносят. Ведьм, например. Ведь ведьма и порядок — это вообще несочетаемое! Разве только это будет тот самый порядок, который ведьма и установила.

Ну да я отвлеклась. А все это, собственно, к тому, что найти нужную информацию в архиве оказалось легче легкого. Все секторы подписаны, полки и ящики пронумерованы, а на столе архивариуса лежит учетная книга, в самом начале которой вставлена памятка в комплекте с картой зала. Мечта для начинающего шпиона!

Руководствуясь картой, мы прошли в самый темный угол к самому пыльному стеллажу с табличкой "Ведьминский факультет". Документации было не особенно много, и все так аккуратно разложено, каждая папка поставлена в строго хронологическом порядке... Ни единого поискового заклинания не понадобилось.

Мне аж противно стало от такой дотошности.

Полчаса в архиве стояла тишина, прерываемая только нашим дыханием и шорохом документов. Глеб искал что-то полезное, а я любопытно заглядывала ему через плечо. Студентки, наставницы, табели с успеваемостью, ведомости с результатами экзаменов... Все было однообразно, и я в определенный момент отвлеклась, позволила мыслям ускользнуть к своей семье. Той ее части, о которой мне мало известно.

Надо будет написать маме еще письмо и спросить, не было ли магов в роду отца. Это важно. Я имею право знать!

Изменившееся настроение сообщника я почувствовала за мгновение до того, как он хмыкнул.

— А вот это уже интересно...

— Что там? — я любопытно придвинулась, уткнувшись подбородком ему в плечо.

Объяснил Глеб быстрее, чем я все прочитала.

— Сначала целая пачка жалоб от ведьмочек на магов, которые их достают и всячески пытаются выжить из Академии. Потом пошли угрозы. Это длилось почти год. В конце концов, одна из ведьмочек потеряла дар, когда эти идиоты заключили ее в круг и призвали низшего демона. Учинили разбирательство, но, если я правильно понял протокол заседания, ректор магов хоть и наказал, ведьм решено было переселить из замка в отдельный корпус... на окраине города, рядом с самым злачным районом.

— Но это же несправедливо! — до глубины своей ведьминской души возмутилась я.

— Ведьмы, видимо, тоже так решили, — кивнул Глеб, уголки его губ подрагивали. — И когда на следующий день секретарь принесла их декану постановление о переносе ведьминского факультета с последующей передачей занимаемых ведьмами помещений факультету боевой магии, той части этажа, которую занимали ведьмы, просто не нашлось на положенном месте.

Короткой паузы хватило, чтобы оценить ситуацию в общих чертах.

— Выходит, маги просто облюбовали себе несколько лишних помещений, оставалось только ведьм выгнать, — поделилась выводами я. — А ректор с самого начала был на их стороне!

— Получается, так, — Глеб скривился. — Впервые мне стыдно за коллег.

— А ведьмы магов красиво сделали! — настроение было веселое. — Так им!

На лице Полуденного промелькнула озорная улыбка.

— Похоже, они еще и порчу какую-то после себя оставили. Справишься?

— Да! — не принять этот вызов я не могла. — Пусть не сразу, но обязательно. Только не вздумай отдать мою порчу другой ведьме!

И что это маг такой довольный?

— Думаешь, я упущу возможность проводить с тобой время и вместе разгадать старую тайну? — прищурился он.

Так образовался наш странный союз. Мне тоже до дрожи хотелось выяснить истинные обстоятельства исчезновения ведьм, и против общества Глеба я ничего не имела, так что спорить не стала. Почему-то искренне верилось, что вместе у нас все получится. Вредность ведьминская требовала внести в договоренность пункт о недопустимости поцелуев и прочих вольностей, но что-то меня останавливало. Он ведь и согласиться может, и решить придерживаться данного слова, маги — они такие. А бедной ведьмочке потом страдай!

Но все-таки, какое отношение имеет исчезновение Милы к пропавшему факультету? Как там очутился ее фамильяр? Вопросов до сих пор оставалось слишком много.

Глеб сплел запоминающее заклинание, чтобы при возможности перенести самые важные сведения на бумагу, потом вернул все в папки и на полки. Я даже пыль наколдовала, чтобы уж точно ни у кого не возникло подозрений о несанкционированном посещении архива.

Путь сюда повторился, только в обратном порядке. И теперь маг восстанавливал защитные заклинания, которые сам же повредил. Я смотрела, набиралась опыта, но в целом необходимости в своем присутствии здесь не видела, о чем не постеснялась сообщить:

— Не было никакого смысла тащить меня с собой. Я ничем тебе не помогла.

— Но тебе же было интересно? — не отвлекаясь от своей деятельности по восстановлению защитных чар, уточнил маг.

Спорить с этим было бессмысленно.

Да, но...

— Ты — безалаберный, безответственный разгильдяй! — честно сообщила я. — И ведешь себя не как преподаватель.

Глеб посмотрел на меня, и в его глазах рассыпались искорки искреннего веселья.

— Хочешь, открою тебе тайну? — заговорщически прошептал он.

Я кивнула. Мы, ведьмы, вообще обожаем всяческие тайны.

— Не имею никакого желания преподавать. Просто моим родным достижения Богдана не дают покоя, вот они и насели.

— И отказаться было никак? — Мне эта проблема знакома не была, и я не знала, сочувствовать ли магу. Хоть наши с мамой взгляды на жизнь регулярно расходились, она всегда находила в себе силы поддержать меня. Почему Полуденные не могут сделать так же?

Судя по тому, как скривился при упоминании о семье маг, им это даже в голову не приходило.

— Выкручусь как-нибудь, — деланно беззаботно махнул рукой Глеб. — Вот разберемся, что тут маги с ведьмами наворотили, и я с чистой совестью займусь собственными делами.

Тоскливый голосок в самой глубине души проныл, что займется ими он наверняка где-то не здесь. Сразу горько так стало...

По дороге домой честно поделили тайны: Глеб обещал навести справки о пропавших ведьмах, мне же досталась порча.

Надо будет как-нибудь вместе с девчонками задержаться допоздна. Как знать, может, и откроется нам спрятанный факультет?

Глава 9

На губах еще горел поцелуй, когда я на цыпочках, стараясь создавать как можно меньше шума, вбегала в свою комнату.

Предосторожность, впрочем, оказалась напрасной.

Там меня поджидали. И не спали, как в прошлый раз, а встречали недовольными мордашками и любопытными взглядами.

В общем, девчонки вели себя именно так, как я и предсказывала.

— Цветана, мы же чуть с ума не сошли! — укоряюще посмотрела на меня Элька.

— И теперь ты должна сказать, что вы с Глебом как минимум тайно поженились, чтобы наше любопытство было вознаграждено за мучения, — Краса была, как всегда, беспардонна.

Спрятать улыбку не удалось.

— Нет, но мы целовались, — я решила не жадничать и поделиться подробностями. — Только об этом никому!

— Да за кого ты нас принимаешь! — возмутилась Краса, сияя глазами. — Ни полслова!

— Осторожнее, пожалуйста, с ним, — взмолилась Элла. — Глеб вроде бы неплохой, но он маг все-таки. А они сама знаешь, как к ведьмам относятся. Он поразвлекается и бросит, а ты потом страдать будешь.

Сердца коснулся холодок. Наверное, поэтому я ответила чересчур резко:

— Это мы еще посмотрим, кто кого бросит, и кто от всего этого будет страдать!

Беспокойства на лицах подруг стало куда меньше.

А через минуту мне и самой удалось отмахнуться от глупых мыслей, которые вдруг полезли в голову. Ну их, этих магов! Мне еще тайны разгадывать, подругу спасать, потом учиться... Растолкав девчонок, я забралась на кровать и шепотом предложила:

— Хотите, расскажу, где мы были, и как ведьмы сделали боевых магов десять лет назад, когда пропал наш факультет?

Естественно, они хотели.

Стоит ли говорить, что этой ночью мы тоже не выспались?

Утро выдалось хмурое, и настроение ему полностью соответствовало. Завтрак прошел в молчании. Девчонки еще толком не проснулись, я параллельно с едой писала коротенькое письмо маме с вопросом о своем даре. Не забыть бы отправить.

Надеюсь, она ответит...

Может, в отцовской семье ведьмы были? Интерес к этой моей родне как проклюнулся вчера, так и не угас до сих пор.

Поставила последнюю точку, вздохнула, борясь с волнением, свернула послание трубочкой, скрепила магической печатью... и обнаружила, что девчонки гневно шипят друг на друга.

— Ну жалко тебе, что ли? — обижалась Краса.

— Примерить не дам.

Судя по тому, что Элла нервно покручивала кольцо на пальце, речь шла о нем. То самое, с лунным камнем.

Сомнения одолевали минутку, но я все же решила вмешаться.

Мы ведь подруги! Между нами не должно быть тайн! Тем более что мои тайны из меня вытрясли в первые дни знакомства.

— Эль, а что ты знаешь об опустевших городах?

Она всем телом вздрогнула.

— Н-ничего.

Прозвучало не убедительно.

— Точно?

— Ага.

— Просто старьевщик говорит, что твое колечко оттуда, — выложила я свой козырь.

Краса смотрела на нас округлившимися от удивления глазами.

— Ты допытывалась? — всегда спокойная Элька так и взвилась. — Шпионила за мной?!

Еще немного, и на меня бы наслали порчу, так она разозлилась.

— А ты нам врала, — напомнила я строго. — Так что мы в расчете, и если у кого-то и есть право злиться, так точно не у тебя.

Одарив меня обиженным взглядом, ведьмочка шумно вздохнула и рухнула обратно на свой стул.

— Ну и что за тайны завелись у нас в доме? — отмерла Краса.

— Простите, я дала слово не болтать об этом, — наша скрытная подруга уткнулась взглядом в узор на скатерти.

Проточная, кажется, собралась совсем обидеться.

Не хватало еще рассориться нам всем!

— Это касается твоей семьи? — осторожно спросила я. — Ты говорила, что они занимаются темной магией. Они вне закона, да? И они скрываются в одном из разрушенных городов?

Элла несмело посмотрела на меня и слабо кивнула.

— Я тоже там жила, пока в Академию поступать не решила.

— Но это же запрещено! — воскликнула Краса, за что тут же получила от меня под столом пинок.

Чистосердечное признание мы из Сателлы все же вытрясли. Поначалу она увиливала и говорила крайне неохотно, но после того, как я еще пару раз одернула внучку магистра и предложила поклясться молчать, подруга сдалась.

Ее рассказ здорово напоминал сказку. И если бы за прошедшие дни я не успела Эльку хоть сколько-то узнать, непременно бы решила, что она выдумывает.

Оказалось, что ее предки когда-то правили Империей! Потом одна из их дальних родственниц родилась с даром темного элементаля и не сумела ему противостоять. Столько дел наворотила! Настали смутные времена, и во всем обвинили правящую семью. Одна из боковых ветвей только и ждала этой возможности. Устроили настоящий переворот, императора с наследником и еще несколькими родственниками казнили, но его бабка прихватила правнуков и сбежала. Сначала у подруги укрылась, потом, когда новые власти с Ведьмой разобрались, спряталась в одном из пустых городов.

Элька уже там родилась. Через много лет.

По ее словам, там не только опальные родственники нынешнего императора скрываются. Эти пустые города совсем не такие пустые, как принято считать. Наверное, поэтому все попытки восстановить их провалились с треском.

— Так что никакая я не некромантка, — со вздохом призналась ведьмочка. — Но по соседству с нами жила одна семья, они-то и научили меня разному. А моя мама вообще нечисть. Вот так-то. Но я не новый элементаль, клянусь!

Кто бы объяснил, почему я поверила.

Просто в тот момент больше интересовалась другим.

— Богдан как-то упомянул, что семья Глеба находилась в очень дальнем родстве с той темной, — припомнила я. — Так получается, вы с ним родственники?

— Очень дальние, — не стала больше ничего скрывать подруга. — Это даже родством не считается.

После всех откровений мы с Красой пребывали в таком шоке, что даже дуться не стали. Быстренько проглотили остатки холодного завтрака, похватали фамильяров и по метлам.

До Академии добирались с ветерком. Потому что опаздывали!

Но у входа нас поджидало привычное уже препятствие.

Феликс с букетом.

Я настроилась быстренько получить цветы и прошмыгнуть мимо, но почему-то с боевыми магами это никогда не срабатывает. Феликс загородил нам дорогу и намертво вцепился в букет. Я тоже вцепилась, подергала. Ядя нервно топталась на плече хозяйки, поглядывая, как бы бестолковые люди не попортили полезный ингредиент. Маг был сильнее, а шиншилла вот-вот собиралась плюхнуться в обморок, так что руки я убрала. Придется слушать, что он скажет.

— Прости за мое поведение на празднике, — надо признать, слова Феликса стали неожиданностью. — Сам не знаю, что на меня нашло.

О! Маг и извиняется? Перед ведьмой? Ради такого и опоздать не жалко. Да даже схлопотать наказание, и то не жалко!

— Может, вино? — улыбнулась я.

— Может, — сегодня он был сама покладистость.

Что ж, когда надо, я тоже умею пойти на уступки.

— Ладно, забыли.

Но отдавать мне цветы парень не торопился. По смазливой физиономии вижу, еще что-то хотел сказать. Хотел, и не решался.

— Спасибо, — наконец пробормотал он, но, по-моему, это было не совсем то. — Я теперь понимаю, что с тобой по-другому надо...

Веры ему не было, в особенности после того, что я узнала о магах в архиве, но почему бы и не послушать?

Другие опаздывающие с интересом косились на нас, но в большинстве своем предпочитали бежать на занятия. На боевом факультете с этим строго.

Ведьмочки ждали меня. Что давалось им нелегко, учитывая врожденную ответственность и пунктуальность. Да и преподавателей расстраивать не хотелось, они у нас хорошие. Только поэтому Краса решила вмешаться:

— Тогда, может, ты заодно и извинишься перед Цветанойза тот раз, когда порчу схлопотал, раз все понял и осознал? — без тени злорадства предложила она. — Увидит мало кто, все уже в аудиториях сидят. Порча сама свалится, а тебе не придется больше таскаться с цветами.

Сердце ведьминское — оно доброе, вон даже мага сочувствием не обошло. Но оценить ведьминский порыв этому конкретному магу было пока не по силам.

Феликс так посмотрел на ведьмочку, что та невольно отступила на шаг.

Ой, что-то у меня предчувствие нехорошее...

Но спасать ситуацию было уже поздно.

— А тебе завидно, толстуха? — зло зыркнул на девушку студент. И куда девалась вся покладистость, недавно столь усердно демонстрируемая? — Завидуешь, наверное, подругам. Они-то у тебя ничего, особенно Цветана. А на тебя даже завалящий целитель не посмотрит. Даже после бутылки первача.

С ведьмами такое редко случается, но мы с Элькой растерялись. Просто это... это... это даже для боевого мага низко!

А Краса, которую растили в любви, и которая до этого момента и не подозревала, что какой-нибудь смазливый боевой маг может решить, что с ее внешностью что-то не так, в первый миг замерла, словно статуя. Ее глаза сделались стеклянными от набежавших слез.

В следующее мгновение произошло сразу три вещи.

Феликс, не чувствуя за собой совершенно никакой вины, предложил:

— Цветанка, может, погуляем вечером?

Очнувшись, Краса резко повернулась и, смахивая со щек слезы, бросилась бежать к замку.

Но за миг до этого Ядя успела плюнуть. И промазала. А заметив, что ядовитый плевок в мага не попал, мстительная шиншилла решила действовать иначе: грозно зашипела, распушилась вся, соскочила с плеча хозяйки и бросилась к ее обидчику.

Нападения Феликс не ожидал, а потому поначалу остолбенел.

Впрочем, ненадолго. Мы с Эллой опомниться не успели, как он дико взвыл и схватился за... ну, то, что ниже спины находится.

Я как-то привыкла считать, что это ведьмы при каждом удобном случае приключения на это самое место находят. Оказывается, маги тоже не исключение.

— Шиншилла же ядовитая, — прошептала Элька, виновато втянув голову в плечи, но не хихикать у нее не получалось.

— Не наши проблемы, — пожала плечами я. Затем подождала, пока Ядя заберется ко мне на плечо, схватила подругу за руку и заспешила в замок. Это был как раз тот случай, когда пора делать ноги. — Жаль, не за язык цапнула, ему бы на пользу пошло.

Весь двор хохотал над Феликсом, в очередной раз вляпавшимся в ведьму. Ничему-то некоторых жизнь не учит! И хотя занятия уже начались и народу перед замком было не очень много, опаздывали не мы одни, плюс обслуга и преподаватели, прохожие, которые, услышав крик, столпились у распахнутых ворот, и к некоторым окнам прильнули студенты. Свою порцию унижения горе-маг получил.

Сбежать до того, как он придет в себя и начнет мстить, мы с Элькой успели. И даже не получили честно заслуженный нагоняй за опоздание. Глеб сам еще не пришел, а магистр Богдан был по уши занят тем, что распекал трех старшекурсников с боевого факультета. Во сколько прибежали мы, он не следил.

Краса рыдала в углу.

Отдышавшись и поощрив шиншиллу орехом, мы успели подслушать, чем провинились маги. Оказывается, Богдан, который явился на два часа раньше положенного, застал их за попыткой вскрыть охранные чары и пролезть в нашу мастерскую. В карманах взломщиков обнаружились испорченные ингредиенты, которыми те планировали заменить наши. Подделка была такая, что на первый и даже на второй взгляд не отличишь. А это наводило на закономерный вывод, что парни не по своей инициативе пришли. Не только по своей.

Опять ведьм выживают. И делается это при активной поддержке некоторых преподавателей, метлой клянусь!

— Что-то мне уже страшно идти на поточные лекции, — шепотом поделилась своими переживаниями Элла.

— Дома повторим парочку порч. Так, на всякий случай, — прониклась я.

Декан вновь открытого ведьминского факультета разозлился жутко, и все же серьезно наказывать недомагов не стал, ограничился обычной отработкой в патруле. И к тому времени, как он закончил и отпустил нарушителей, мы с Эллой утешали Красу. Та исправно рыдала. Все три фамильяра, насупившись, сидели в углу. Обстановка занятию по общей магии соответствовала мало, даже с учетом того, что в ученицах предполагались ведьмы, а у нас все не как у людей.

При виде девичьих слез, льющихся бурным потоком, важный боевой маг как-то даже подрастерялся.

— Кхм. — Он затравленно огляделся по сторонам, но спасение приходить не спешило, пришлось выкручиваться собственными силами. — Девушки, хватит тут сырость разводить, не то плесень прорастет, а пополнять запасы этого ингредиента еще не пора.

Вот! И мы с Элькой о том же уже двадцать минут Красе талдычим!

— Ы-ы-ы... а-а... у-у-у-у... боевой маг... ы-ы-ы... а он такой... такой!.. такой!!! — прорыдала наша страдалица.

— Противный? — склонившись к ней, подсказала Элька.

— Глупый, бессовестный, еще и слепой, к тому же, — добавила лестных эпитетов я.

— Краси-и-и-ивый! — горше прежнего разрыдалась внучка магистра. — А я...

Случай еще запущеннее, чем поначалу думалось. Мы с Эллой обменялись обеспокоенными взглядами.

Магистр счел за благо отгородиться от нас преподавательским столом, и только так, кажется, почувствовал себя в относительной безопасности.

Фу ты! А еще важный боевой маг!

Надо запомнить: лучшее средство дезориентировать боевого мага — ведьминские слезы. Желательно, с рыданиями, всхлипами и подвываниями.

— Кто-то что-то понял? — вопросил из своего укрытия магистр.

— Ы-ы-ы-ы-ы! — увеличила громкость расстроенная ведьмочка.

— Феликс сказал, что она толстая, — перевели мы с Элькой. — Ее шиншилла его за это ядовито покусала, но Красуля, кажется, расстроилась.

Уверенности у магистра заметно прибавилось. Он даже слабую улыбку выдавил. И поза его стала более расслабленной, теперь не казалось, что он прячется.

— Проточная, запомни, а лучше запиши: реветь из-за всяких магов — последнее дело! — попробовал он подбодрить студентку.

— А мы что говорим?! — поддержали мы с Элькой.

— Ы-ы-ы!!! — не прониклась Краса.

Богдан неуловимо позеленел.

— А теперь что? — тонкую ведьминскую душу магу никогда самостоятельно не понять, поэтому он опять взывал к нам с надеждой получить объяснения.

— Она считает себя некрасивой, — вздохнула Элла.

— А еще она в Феликса влюбилась, — сдала подругу со всеми потрохами я.

Подумаешь! Между прочим, шок — это очень даже по-ведьмински!

Плач стих в тот же миг.

— И ничего я не влюбилась, — буркнула Проточная и обиженно посмотрела на меня.

— Конечно, влюбилась, — уступать я не желала, тем более уже видела первые успехи своей деятельности. — Иначе стала бы ты так убиваться из-за слов какого-то недомага?

Теперь-то она из кожи вон вылезет, но докажет, что я неправа! Вон как упрямо подбородок выпятила.

— Проточная, ты весьма симпатичная девушка, — внес свою лепту Богдан. — Это я как настоящий боевой маг говорю.

— Пра-а-авда? — взглядом вцепилась в него Краса.

— Разумеется, — серьезно кивнул мужчина.

Справедливости ради, нужно признать, что он ни капельки не слукавил. То есть я, конечно, не могла точно знать, что магистр думает о внешности моей подруги, но сама считала ее симпатичной. Подумаешь, пухленькая немного! Зато у нее глаза синие-синие, огромные, улыбка милая и ямочки на щеках появляются. И руки всегда теплые. И платьев красивых полно. И вообще, я собственными глазами не раз уже видела, как на улице на нее парни засматриваются. Уверенность и веселый нрав порой лучше яркой внешности привлекают.

А этот Феликс — правда слепой! Или просто глупый.

Наслушавшись приятных слов, Краса успокоилась и заняла свое место. Мы с Эллой сделали то же самое, и началась лекция.

Странно как-то началась.

— На прошлой неделе я убедился, что база у вас хорошая, — зашел издалека главный наш преподаватель. — Теперь же хочу, чтобы вы, девушки, четко осознали, что ведьмам в этой Академии не рады. Не все, но многие. И в связи с этим вас могут подстерегать самые разные опасности.

Да, уж это мы прочувствовали.

Очень кстати мне вспомнился подслушанный разговор Полуночного с ректором.

— Поэтому сегодня мы будем учиться защищаться, — дошел до сути Богдан.

— Первая дельная мысль за неделю, коллега, — одобрил Глеб, закрыл за собой дверь и прошел к закрепленному за ним столу.

Богдан поморщился, будто с какой-то дурости сжевал половину лимона без сахара, но поделать с присутствием Полуденного он ничего не мог, поэтому решил держаться с достоинством и игнорировать. А мне что-то вдруг подумалось, что этих двоих назначили работать вместе специально, чтобы вновь открытый ведьминский факультет развалить.

Ну нет, мы этим злыдням такого удовольствия не доставим!

Ведьмы просто так не сдаются. А нормальные маги, когда начинают водиться с нами, умнеют и вообще обрастают всяческими талантами. Так что увидим еще, кто кого.

Лекция прошла интересно. Богдан рассказывал о способах нападения и защиты, о специфике магии, используемой магами, о щитах и простейших, но действенных заклинаниях, с помощью которых мы могли бы дать сдачи. Потом подключился Глеб и началась практика. Поначалу мы добросовестно чертили контуры, плели заклинания и учились ставить щиты. Получилось у всех троих, притом достаточно быстро.

Но легко, в ведьминском понимании, то же самое, что скучно, поэтому мы без всякого на то разрешения решили разнообразить деятельность. Сначала я добавила в стандартное плетение несколько узелков, как ведьмак Роланд когда-то учил. И даже Глеб, который более-менее видел, что мы там творим, не смог разобраться в получившейся защите, пока я не объяснила. Но перед этим нагло стребовала себе высший балл. Вполне заслуженный, между прочим, хотя некоторые вредные маги и пытались делать вид, будто это не совсем так.

Примерно тогда же выяснилось, что я — единственная, чьи плетения видит Богдан. Очередное свидетельство наличия в моей родне не только ведьм, но и магов. Любопытство острыми маленькими зубками впилось в душу. Когда еще мама на письмо ответит, а мне сейчас все узнать хочется!

Завершился практикум и вовсе в нашу пользу. В последний раз отрабатывали простейшие щиты... И вот маги как раз приготовились зашвырнуть в нас чем-то страшным на вид, но безобидным на поверку... А мы ка-а-ак расплачемся! Громко, навзрыд. Маги, впечатлившись, отпрянули, заклинания слетели с их пальцев, но промазали, черная метла, которой незаслуженно досталось, каким-то образом отразила нападение, и у Богдана уже наливалась шишка на лбу. Большааая. А мы утерли слезки, стребовали свои честно заслуженные плюсики за изобретательность, издали по победному писку и засобирались домой.

Запихивая книги и конспекты в сумку, я чуть не пропустила небольшой листок, дожидавшийся меня на столе.

Развернула, пробежала глазами ровные строчки.

Глеб просил придумать подходящий предлог и задержаться.

Внутри царапнулось что-то, но я не успела разобраться с эмоциями. В дверь вежливо постучали, и все внимание унеслось туда.

— Можно, — громко сообщил магистр Полуночный.

Именно такого ответа с той стороны и ждали. Дверь широко распахнулась, и к нам ввалилась весьма живописная компания. Первым шел настоящий боевой маг, высокий, тренированный, с бритым татуированным черепом, маленькими подозрительными глазками и парочкой вставных серебряных зубов среди своих собственных. Поверх потертой повседневной формы развевалась распахнутая дорогущая мантия. И держался он так, будто весь замок ему принадлежит, а мы пришли в слуги наниматься.

Декан, не меньше. Слишком много гонору для простого преподавателя.

Ясно теперь, кто так пагубно влияет на молодое поколение боевых магов.

Мы с девчонками переглянулись и, незаметно для окружающих, пришли к общему мнению. Ведьма ведьму всегда поймет! И так нам жалко стало, что Эсмеральды нет... Еще на прошлой неделе было решено, что она с нами теперь только по четвергам в ведьминской школе заниматься будет.

Следом за деканом боевого факультета, прижимая к еще утром пострадавшему месту валик, ковылял бледный и несчастный Феликс. Даже шиншилле его жалко стало. До того жалко, что она опять плюнула. И на этот раз не промазала бы, но кто-то подлый выставил щит. У-у, маги! Совести у них нет, одна наглость.

Ну а завершали процессию два друга Феликса, тех самых, с которыми он меня иллюзией пугал. Вид у парней был тоже бледный и разнесчастный, и идти в ведьминские владения они не хотели, об этом неподдельные страдания на смазливых физиономиях свидетельствовали. Странно, чего это они? Вроде их мы еще не кусали.

Даже не прокляли, а они не ценят!

Ввалились они все, и дверь за собой с грохотом закрыли. Мы даже подпрыгнули.

— Богдан, — властно начал тип с серебряными зубами. — Приструни своих ведьм, они на моих парней кидаются!

Ишь, раскомандовался!

— Как именно кидаются? — заинтересовался Полуночный.

— С брачными намерениями! — не сомневаясь в собственных словах, огорошил нас чужой декан.

Справедливая ведьминская душа этого не стерпела.

— Что?! — взвыли мы на три голоса, а Глеб поддержал.

Он хоть и не ведьма, даже не ведьмак, но тоже почему-то пребывал в шоке.

— Всем известно, что ведьмы, даже столь юные, только и мечтают заарканить себе мага посильнее, — глядя на нас с неприкрытой неприязнью, бросил зубастый магистр.

Ему там что, в каком-нибудь бою голову ударило?

— Зачем? — в тишине, прерываемой нашим гневным сопением, прозвучал какой-то отрешенный голос Глеба.

Вопрос был странный и непривычный. Все взгляды сразу же скрестились на молодом маге, его задавшем.

— Что — зачем? — растерялся чужой декан.

— Ведьмам маги, — неожиданно поддержал коллегу Богдан. — Зачем?

Приятно так стало, мы с девчонками даже заулыбались. Ведь знали же: наши маги — самые лучшие! Не то что эти, с боевого факультета.

Целую минуту над нами висела тишина. На миг даже показалось, что в ней слышно, как шевелятся извилины в татуированной голове чужого декана.

— Не знаю, — наконец сдался он. — Нужны.

Презрительное фырканье на три голоса было ему ответом.

— Да толку с них? — Элька снизошла до внятного объяснения. — Наглые, самовлюбленные, недалекие. Тонкой ведьминской души не понимают. Цветка увявшего, пока не проклянешь как следует, не подарят.

— Счастье такое нам даром не надо, — поддержала ее Краса. — Оставьте себе.

Полуденный окинул нас, вставших плечом к плечу и враждебно скрестивших руки на груди, восхищенным взглядом. Полуночный одобрительно хмыкнул. Явственно послышался скрежет вставных зубов. Недомаги старались вести себя тихо и особо не отсвечивать.

— Замечательно! — почему-то тот факт, что его маги ведьмам ну совсем не нужны, боевому декану не понравился. — В таком случае снимите с моего студента порчу и вылечите ему... хм... зад.

Желания лечиться Феликс не проявлял. Стоило нам посмотреть на него, он перехватил валик покрепче и начал пятиться.

А я вдруг отчетливо осознала, что всякие гадостные слухи про ведьм наверняка маги и распускают. Иначе почему это они знают, насколько нам нужны, а мы сами — ни сном, ни духом?

— Ронар, не указывай моим студенткам, — магистр Полуночный говорил спокойно, но декан боевого факультета почему-то не рискнул с ним спорить. — Девушки?

А это он уже нам.

— Не вопрос, — изъявила готовность творить добро я. — Только пусть сначала извинятся.

— Перед ведьмами?! — заорал Ронар.

Твердолобый все же народ эти боевые маги.

Ведьмы в количестве трех штук энергично закивали.

— Еще чего не хватало! — рассмеялся чужой декан.

— В таком случае, за лечением отправляйтесь к целителям, — посоветовал Богдан и выразительно указал на дверь. — Что же до порчи... сама развеется, когда вложенная в нее сила иссякнет.

Сказано это было так, будто он ожидал это событие достаточно скоро. Я же вспомнила, как замок поддержал мою злость на магов, алую молнию вспомнила и поняла, что мучиться Феликсу еще долго. И мне вместе с ним, потому как страдать в одиночку у него не получается, обязательно надо и мне проблем насоздавать. Маг, что тут еще скажешь.

— С удовольствием бы, — процедил сквозь зубы магистр Ронар. — Но эти недоразумения не смогли ничего сделать. Говорят, фамильяр ведьминский, магия непонятная, яд неизвестный, кроме ведьм никто не справится.

Правда? Мы-то считали, что целительницы с магами заодно и против ведьм, а оказывается, маги и их достали. Интересненько!

— Краса, сможешь вылечить? — деловито уточнил Богдан.

— Конечно! — закивала ведьмочка. — Только пусть сначала прощения попросит.

Втянув голову в плечи, Феликс запыхтел, как обиженный хомячок, а его декан как рявкнет:

— Помечтай, ведьма!

— В таком случае, соответствующая тема у нас планируется через пару месяцев, — размеренно сообщил Богдан. — Пусть парень приходит, будет наглядным пособием. А до тех пор, насколько я понимаю ситуацию, рана не заживет, следовательно, сесть он не сможет, заниматься и тренироваться — тоже...

Он хотел еще добавить про действие яда, который не только не позволит ране затянуться, но и вызовет слабость, тошноту и прочие неудобные для боевого мага симптомы, но этого не потребовалось. Феликс и так достаточно впечатлится. А потому, напрочь игнорируя своего декана, выступил вперед и повернулся к Красе:

— Прости меня, пожалуйста. Я был неправ и повел себя, как грубиян. Больше это никогда не повторится.

Визжать хотелось от радости. Потому что победа — это так приятно! Особенно победа над магом.

— Видишь, это не сложно, — мстительно улыбнулась Краса. Потом, впрочем, обещание свое исполнила, распахнула дверь в лабораторию и указала на кушетку: — Проходи, снимай штаны и ложись.

Глава 10

Следующий час прошел продуктивно. Настолько, что мы даже из-за вынужденной задержки в Академии не расстроились, правда, проголодались жутко. Смущаясь и краснея, точно девица на выданье, Феликс приказание Красы исполнил. А потом вообще чуть сквозь землю со стыда не провалился, когда вслед за ним в комнатку, где проходили практикумы по зельям, завалились мы все. В том числе и деканы, которых зелья и лечение вообще не должны были интересовать, не смогли отказать себе в возможности поприсутствовать и понаблюдать. Оказывается, и магам любопытство не чуждо!

Руководить лечением взялся Глеб, поскольку в его семье ведьмы были и об их магии он знал достаточно, в отличие от того же Богдана, которому перед каждым занятием приходилось тщательно готовиться и самому вникать в материал. Хотя, надо признать, Краса и сама отлично знала, что делать. Правда, смущалась жутко. Все же лечить приходилось такую часть тела, которую ведьмочка только на картинке в учебнике пока видела. А тут явно понравившийся ей маг!

Следы от зубов впечатляли. Вот сразу видно, волшебная зверюшка, обычной шиншилле такое не под силу. Но фамильяр ради своей ведьмы что угодно сделает!

Шиншилла польщено раздулась и, усевшись на высоком столике, наблюдала, как ее хозяйка готовит нужные зелья, а потом смазываем ими ранки. Это чтобы нейтрализовать яд. Потом она с помощью магии заставила укусы почти затянуться и наложила клейкую повязку.

В определенный момент, когда боль стала слабеть, а зрители подрастеряли к нему интерес, мне даже померещилось, будто Феликс расслабленно растекся под руками ведьмочки.

Идея закралась в голову нежданно-негаданно и до того мне понравилась, что решение принято было мгновенно. Так тому и быть! Вот пожалует завтра Феликс с цветами, я ему и сообщу условия избавления от моей порчи...

Правила изменились. Одними извинениями он уже не обойдется.

Декан боевого факультета, убедившись, что завтра его студент будет в форме, махнул на нас рукой и удалился. Дружки Феликса, проникшись моментом, по очереди попытались пригласить Эльку погулять вечером, получили по отказу и были усланы в столовую за едой для нас и фамильяров. Доброе дело — еще не повод умирать голодной смертью! Оставив нас на попечение Глебу, Богдан скрылся в своем кабинете. А куда подевалась Элла, я вообще не поняла. Просто обнаружила вдруг, что Краса занята Феликсом и ничего другого вокруг не видит, а Глеб стоит рядом со мной и шепчет:

— Придешь?

Это он про записку.

— А девчонки как же?

— Красу отправлю к целителям, пусть аккуратно прояснит вопрос с магами, а Эллу попрошу по дороге домой зайти в лавку за каким-нибудь ингредиентом, — нашелся Полуденный. — Так что?

Устоять было выше моих сил.

— Ладно.

Так он и поступил, и в итоге часа не прошло, как мы остались одни. Дверь за Богданом едва успела захлопнуться, как Глеб сгреб меня в охапку и принялся целовать. Ведьминская душа с радостью отозвалась, и некоторое время утонуло в сладкой дымке. Хорошо все-таки с ним. Можно почувствовать себя маленькой и хрупкой, а рядом взрослый и сильный маг, оберегает, учит. Но что-то было не так, а вот что именно понять я никак не могла.

Наверное, это "не так" и пробудило во мне здравый смысл, заставило увернуться от очередного поцелуя и оттолкнуть Глеба.

— Итак, ты вытащил меня сюда только за этим? — я провокационно прищурилась.

Мастерская, да и весь замок уже начинали утопать в сумерках, и Глеб, обнаружив это, выпустил с десяток маленьких светящихся шариков, которые подобно звездам зависли под потолком.

Я поерзала, удобнее усаживаясь на кушетке, и на всякий случай отодвинулась от него. Так думается лучше.

— Если и так, то что? — вскинул бровь маг.

— Разочаруешь меня, — почему-то хотелось ему противоречить.

Улыбка Полуденного и на улыбку-то не походила. Жесткая, исполненная превосходства и самодовольства.

— Сложно с вами, ведьмами, — отметил он, будто наблюдал за сложным экспериментом. — Трудно привлечь и почти невозможно удержать этот интерес.

— Просто мы к магам предвзято относимся, — призналась я и с ногами забралась на кушетку.

Упустить случая маг не мог, тут же устроил мои ноги у себя на коленях и сжал горячими ладонями ступни.

— Ведьмочка моя, я делаю все возможное и невозможное, чтобы развеять твои предрассудки насчет магов.

— Пока у тебя получается, но не расслабляйся, — а сама я млела от его прикосновений. М-м-м, он еще и помассировал уставшие за день ножки. — Узнал про ведьм?

Новости насчет нашего небольшого расследования были единственным, что могло заставить меня не растечься сейчас окончательно.

— Узнал, — Глеб сделался серьезным, даже угрюмым. — После того как факультет пропал, имена преподавательниц и студенток больше нигде не всплывали.

Ладонями Глеб наверняка почувствовал мою дрожь, дошедшую до самых пальчиков на ногах.

— Кроме одного, — после короткого молчания продолжил он.

— Какого? — у меня ни единой догадки не было.

— Той самой ведьмочки, что потеряла силу из-за выходки парней, — ниточки постепенно связывались, но рассмотреть единый узор пока не получалось. — Она тогда дома несколько недель отлеживалась, а когда поправилась, все уже произошло.

Ну и что из этого следует? А непонятно. Если бы речь не шла о ведьме, я бы решила, что это она все сотворила с пропавшей частью замка и отомстила таким образом за себя. Но стиль мести совсем не ведьминский, так что этот вариант я отмела.

— Надо с ней поговорить, — это сейчас виделось единственным возможным ходом.

— Сходим на днях, — ненавязчиво так Глеб изобрел еще один предлог нам побыть вместе, а я и не против.

С чувством выполненного на сегодня долга маг потянулся за поцелуем, но я не была бы истинной ведьмой, если бы его не обломала:

— Стой, — и когда он послушно застыл, поглаживая дыханием мне щеку, спросила: — Сможешь открыть кабинет Богдана?

— У меня ключ есть.

Точно! Там же и для них с Эсмеральдой столы предусмотрены, это они сами выбрали сидеть с нами.

— Давай проверим, вдруг там что-нибудь полезное найдется? — на самом деле мне почему-то важно было убедиться, что магистр Богдан играет на нашей стороне.

Глеб спорить не стал. То ли знал, что спорить с ведьмой дело зряшное, то ли ни в чем не мог мне отказать. Оба эти варианты ведьминскую душу грели и радовали, так что я почти вприпрыжку понеслась к двери в кабинет, который единолично занимал декан.

Провернулся ключ, щелкнул замок. А защитные чары нас и вовсе посчитали за своих и пропустили.

— Странно, — отметил Глеб. — На тебя защита должна была среагировать.

Это ему просто было жаль развеивать заклинание, с помощью которого он собирался аккуратненько эту защиту сдвинуть, чтобы не нарушать плетений.

А вот с одним из ящиков стола пришлось повозиться. Он оказался заперт. К моменту, когда очередь дошла до него, мы уже проверили остальные и были мягко говоря разочарованы. Табели об успеваемости, журнал посещений, учебные планы, материалы, которые изучал сам Богдан, готовясь к нашим занятиям... Ничего интересного. И тут запертый ящик!

— Заметил, как Ронар нашему Богдану слово поперек боялся сказать? — шепотом спросила я, пока Глеб моей заколкой ковырялся в замке.

Хвалить при нем его кровного врага было не лучшей идеей, но я это только потом сообразила. Слова назад не запихнешь.

— Это он не привык еще, — реагировал Полуденный на удивление спокойно.

— К чему? — позволила себе еще немного любопытства я.

— Богдан три года был деканом боевого факультета, — у Глеба получилось меня шокировать, признаю. — Но как появились вы, подал прошение о переводе на ведьминский. Они с ректором до сих пор сквозь зубы из-за этого разговаривают. Старик все никак нашего Богдана простить не может, а ведь он прочил его на свое место.

Наш Богдан. О как.

Сдержать любопытство теперь уж точно было никак, и я продолжила свои расспросы.

— Сильно его ненавидишь?

— Да нет, — пожал плечами Глеб. — По привычке, скорее. И не ненависть это вовсе, так, старая вражда.

Чудно. Они уже почти помирились без всякого ведьминского участия.

Битва "Глеб — замок" продлилась минут пятнадцать и осталась за первым. С видом кладоискателя Полуденный меееедленно выдвинул ящик, и я тут же придвинулась к нему, чтобы получше рассмотреть содержимое. Без всяких видимых команд светящиеся комочки слетелись вместе и зависли над нами.

Внутри обнаружились бумаги.

Ну, точнее папка, а в ней уже бумаги. Важные, наверное, вот какая папка дорогущая, кожаная, с золотым тиснением. Может, назначение Богдана деканом или еще что... Ожидала я другого, а потому сейчас испытала легкое разочарование и отпрянула. В ведьминском понимании тайна, скрытая под замком, должна выглядеть не так. Заклинание, спрятанное в сфере, мощный артефакт или, на худой конец, старинный фолиант. А тут вполне себе современные документы... Так даже и не интересно!

Глеб считал иначе. Он заинтересованно вчитался в ровные строчки, и в конце концов был вознагражден за терпение.

Я это по мрачно довольному лицу поняла.

— Что там? — разбираться самой было лень.

— Если верить документации, — медленно, словно сам не веря тому, что говорит, произнес молодой маг, — полгода назад сюда действительно поступила ведьмочка. Такая же упрямая, как ты. Заявилась и, ссылаясь на закон, потребовала записать ее на вводный курс. А потом пропала через четыре месяца и больше ее никто не видел.

Стоило вспомнить о подруге, на губах сама собой обозначилась грустная улыбка.

— Милица такая, ага, — и тут разум зацепился за несоответствие: — Постой, как исчезла? Ее то ли отчислили, то ли она сама ушла...

Презрительно фыркнув, Глеб помахал у меня перед носом каким-то листом. Я не успела разглядеть, что там, но он любезно пояснил:

— Уважаемые боевые маги таким образом прикрывались от возможного расследования. Нашим ввели в уши приятную для них информацию об отчислении. Но с Эсмеральдьй бы этот номер не прошел, она бы стала защищать права ведьмочки, потребовала бы дать ей шанс восстановиться... Поэтому для нее разыграли сценку с добровольным уходом. Судя по почерку на заявлении, роль Милы сыграла одна из преподавательниц по иллюзиям.

В первый момент я от шока выпала в какое-то иное измерение. Во второй — остро пожалела, что пропавшие ведьмы не наслали какую-нибудь пакость на всю Академию. В третий — не менее остро захотела пристукнуть метелкой какого-нибудь боевого мага, ректора, например. Нет, я понимаю, что они о репутации учебного заведения заботились, но как они могли поставить ее выше человеческой жизни?! Совести у боевых магов все-таки нет. И из этого правила есть всего два исключения.

Успокоившись немного, я поняла еще одну немаловажную вещь.

— Получается, где-нибудь могли исчезнуть еще ведьмы, а такие вот мерзавцы могли это замолчать...

— Ты о видениях Эллы? — Глеб понял меня едва ли не с полуслова.

— Ну да.

Интуиция твердо решила этим видениям поверить.

Видя мое состояние, Глеб придвинулся ближе и обнял меня за плечи.

— Не волнуйся, мы справимся с этим, — тихо пообещал он, прижимая меня к себе, согревая своим теплом. — Обязательно найдем твою подругу. По крайней мере, узнаем, что с ней произошло.

— Верю.

Как будто у меня был выбор.

— Сейчас верну тут все на места и провожу тебя домой, — маг поцеловал меня в висок и занялся делом.

Возражали против поточных лекций мы совсем не зря. Ведьмочки — народ своевольный и противоречивый, в нас даже знания насильно не вобьешь, а сидеть в огромном зале, заполненном враждебно настроенными магами и целительницами, душа не лежала совершенно. Какая учеба, если так и тянет кому-то напакостить?!

Надо заметить, день не задался с самого утра. Просто я наконец предложила Эльке взять дополнительной специальностью прорицательство, она так впечатлилась, что отваром, блокирующим видения, подавилась... И все, до Академии мы больше не разговаривали.

А во дворе подруга выдала такое, что я сама воспылала желанием заблокировать в ней один лишний дар.

— Я видела тебя с Богданом, — без обиняков сообщила она. — Скажи честно, он тебе нравится?

Вопрос оказался до того неожиданным, что я сбилась с шага и зацепилась о свина. Он взвыл и силу свою не удержал. В итоге я с тоской обозрела расклеившиеся туфли, вздохнула, успокаивающе погладила любимца по розовой спинке и только потом обратила внимание на Эллу:

— А как видела? На занятиях? — надежда — непомерная роскошь, но ведьмы вообще не любят себе в чем-то отказывать.

Элла сделала строгое лицо и медленно покачала головой.

— Нет. Вы были в большом красивом доме, такие нарядные, счастливые, гостей встречали, принимали поздравления и... это был ваш дом.

Что-то холодно стало. Я повела плечами под платьем.

— Наш — в смысле...

— Ваш, — одно короткое слово камнем упало мне на сердце.

Пожалуй, я поторопилась поверить в правдивость ее видений. Надо пересмотреть свое решение.

Мы как раз прошли ворота. Сегодня не опаздывали, так что можно было не спешить и поболтать.

— Сны, которые тебя мучают, еще никак не доказали свою правдивость, — попробовала выкрутиться я.

Не вышло.

— Достаточно доказали, — упрямо вздернула подбородок Элла. — Так что, нравится тебе Богдан?

— С ума сошла? — хихикнула Краса. — Он же старый!

У меня был другой аргумент:

— Мне Глеб нравится, вы же знаете, — само предположение насчет меня и декана возмущало до глубины души. Ну вот как можно было такое придумать?! — Магистр Богдан замечательный, но мне даже думать о нем, как о мужчине, неловко.

— Точно? — темные глаза Эллы светились подозрением. — Феликс, потом Глеб... Ты не решишь пополнить количество своих поклонников еще и им?

Да чего она так завелась?!

— Элька, прекрати! — мы с Красой в едином порыве осадили разошедшуюся подругу.

— Я же помню, как они с Глебом чуть не передрались из-за тебя, — не унималась та.

Было дело, признаю. Но с тех пор Полуночный никак повышенного интереса ко мне не проявлял. Возможно, в тот раз он просто хотел обойти Глеба? Да, это самое логичное объяснение.

Но почему Эльку так волнуют мои отношения с преподавателем?

Ответ уже вертелся где-то на краю сознания, но мы как раз нашли нужный зал. Стало не до того.

Народу было много, тут все первокурсники собрались, шумно было, кое-где вспыхивали заклинания... Но стоило нам появиться в дверях, как все стихло. Присутствующие замерли, их взгляды иголками кололи кожу, и каждый шаг звучал, как удар набата. И зачем только нацепили эти каблуки?!

В первый момент мы растерялись. Полностью свободных рядов не было, на каждом имелись как занятые, так и пустые места, но по всеобщей реакции сразу стало понятно, что сидеть рядом с ведьмами не хочет никто. И лично мне от этого стало сильно не по себе. Неприятно, когда тебя ненавидят. Очень неприятно. И не привыкла я к такому.

Кажется, целая вечность прошла.

Две магини, придвинувшись друг к другу, обменялись шепотком и тихо прыснули.

И тут рыжий парень с первого ряда нам помахал. Он смотрел без превосходства или неприязни, просто смотрел, так что мы закономерно усомнились, нас ли приглашают, даже оглянулись, но за спиной никого не нашлось. Лохматый блондин, до того вяло перелистывавший конспект, дружелюбно улыбнулся. Еще один первокурсник с того же ряда кивнул.

— Нас внезапно полюбили? — недоверчиво приподняла брови Элька.

— А может, лучше прогуляем? — струсила Краса.

Зато до меня наконец дошел истинный смысл происходящего.

— У них форма зеленая и белая, — зашипела я на подруг, заодно пихая их к свободным местам на первом ряду. — Еще волосы длиннее, фигуры субтильные и морды не такие наглые. Это целители!

О том, что на целительском факультете учатся и парни тоже, мы, конечно, знали, просто до сего момента они особо не отсвечивали, и мы пересекались исключительно с худшей половиной их братии. В Академии так принято, что конфликты решаются в основном внутри одного потока. Видимо, первокурсникам на какой-то церемонии посвящения, куда ведьм почему-то не позвали, доходчиво объяснили, что нас рекомендуется не любить. Вот целительницы и прониклись, и не успели еще начать учиться, как нажили себе кучу проблем.

Противные девицы, которых нашей милостью вся Академия видела без платьев, сидели на втором ряду и злобно пыхтели нам в спины. Не все, конечно, но четверых я точно узнала.

А их сокурсники оказались вполне милыми ребятами. Нас приняли нормально, конспектами с вводной лекции поделились, повосхищались фамильярами и метлами, а когда Краса распереживалась, как бы им за дружбу с нами боевые маги не устроили сладкую жизнь, рыжий, назвавшийся Ярославом, подмигнул и шепотом поделился тайной. Оказывается, так принято, что лечение травм, полученных недомагами на тренировках, доверяется студентам с того же потока. Под бдительным присмотром преподавателей, конечно. На первом курсе травм почти нет, разве что какое растяжение. Те, кто сдал вступительные экзамены на целительство, с этим точно справятся. Дальше задачки становятся сложнее, ну так и умений у целителей заметно прибавляется. Так и учатся, активно взаимодействуя. По мнению деканов, это укрепляет связи между факультетами. Да и будущим боевым магам совсем не помешает осознать тот факт, что маги других специальностей тоже на что-то годятся.

Боевики не рискнут портить отношения с целителями из-за каких-то ведьм. И одними целительницами обойтись не получится, потому что на боевой факультет в этом году принято шестьдесят человек, а на целительский — всего двенадцать. Расположение каждого из них на счету, иначе так исцелят, до конца жизни не вылечишься. Уж эти-то способы знают!

Волноваться за парней причин не было, и мы выдохнули.

История магии и еще одна нудная лекция прошли в клевании носами и вялом скрипении чернильными ручками по бумаге. Экзаменов или хотя бы зачетов не предполагалось, поэтому рвения не проявлял никто. Но и открыто прогуливать не осмеливались, за посещаемостью пристально следили. Так что все места были заняты, а в воздухе так и витала всеобщая сонливость.

Так продолжалась до основ целительства. Ну, то есть для большинства присутствующих все и дальше продолжалась, а вот у меня случилась встряска.

Вела предмет лично декан целительского факультета — Фаина Чертополох. И когда милая пухленькая старушка в платье с кружевами, украшенном старинной брошью на вороте, и со старомодной высокой прической вошла в лекционный зал, я почувствовала себя так уютно, будто в теплый плед завернулась и вишневого пирога отведала. Улыбка у госпожи декана была приятная, и глаза светились теплотой. Речь ее плавно журчала, слушать — одно удовольствие.

Неприятностей с ее стороны не ожидал никто.

Но я же говорила, что у ведьм все через метлу кувырком?

Госпожа Фаина мерно вещала о том, что умение себя исцелять порой может спасти жизнь. На самом деле это самое сложное в целительском ремесле. Когда делаешь это для другого, соединяются силы целителя и больного, плюс амулеты могут помочь. Так проще. Если же исцелять приходится себя, амулеты бесполезны, а простейшее заклинание забирает в три раза больше сил.

— Сейчас я вам наглядно продемонстрирую, — улыбнулась госпожа Чертополох. — Но мне потребуется доброволец. Есть желающие?

Большинство присутствующих ее вообще не слушали, так что желающих так сразу не нашлось.

— Пожалуй, очаровательная ведьмочка с косами с первого ряда, — определилась с добровольцем преподавательница. — Ну же, не бойся.

Ничего опасного или сложного не предполагалось, и все равно у меня мурашки побежали по спине.

Стоять перед враждебно настроенными магами неприятно. Наверное, дело в этом.

Тем более, стоило мне встать и приблизиться к госпоже Чертополох, как даже те, кто до этого демонстративно дремал, проснулись и теперь внимательно следили за происходящим.

Решено, на первый ряд больше не сажусь!

— Ты меня слушала, надеюсь? — на всякий случай уточнила целительница.

Я сознательно кивнула.

Предыдущий почти час она как раз объясняла, как почувствовать в себе нужные потоки силы и направить их в нужное место.

— Будет только небольшая царапина, — предупредила декан целительского факультета.

В ее руках сверкнула игла с камешком янтаря на тупом конце.

— Вот бы эта ведьма при виде крови в обморок грохнулась, — размечтался кто-то из недомагов.

Его поддержали смешками.

— Адепт Хорьков, вы следующий, — отметила заслуги нахала госпожа Фаина.

Теплая пухленькая ладошка взяла мою руку...

— О!.. — целительница смотрела прямо на двойной белый шрам — след от клятвы.

Изумление ее было столь явным и она его так старательно выпячивала, что мне во второй раз за последние десять минут померещилось неладное.

Шрама почти не видно... если, конечно, не знать, что он там есть, и не присматриваться специально.

— Как интересно... — пробормотала подозрительная особа.

— Я поранила руку, — сама не понимаю, откуда возникла потребность оправдываться. — Давно. В детстве.

Мягкий свет на миг исчез из глаз целительницы, его место заняло нечто другое. Впрочем, я не успела понять, что именно, так быстро она вернула маску на место.

А сомнений в том, что это лишь маска, теперь уже не было.

— Дважды на одном месте? — иронично приподняла тонкую бровь госпожа декан.

— С ведьмами иногда еще и не такие происшествия случаются, — я чувствовала себя, как уж на сковородке.

Отговорка подействовала, с рядов раздались редкие смешки.

Но только не на Фаину!

— И уже в детстве ты знала заклинание сильнейшей магической клятвы? — закатила глаза в фальшивом изумлении целительница. — В противном случае следа бы не осталось. Интересное у тебя было детство, ведьмочка... Я так понимаю, смысла спрашивать, о чем была клятва, нет? Не расскажешь? Ладно, не буду тебя мучить, ни к чему царапать такую хорошенькую ручку. Возвращайся на место, я выберу другого добровольца. Адепт Хорьков!

В лекционном зале стало так тихо, что казалось, будто от каждого шага разносится эхо.

Мне ведь не померещилось? Она специально устроила весь этот цирк?

Пока добралась до своего места, накрутила себя настолько, что думать больше ни о чем не могла. Откуда она узнала? Зачем выставила кусок моей тайны на всеобщее обозрение? Что затевает?

Я дрожала, как осиновый лист, и никак не могла сосредоточиться на том, что эта Фаина объясняет на примере своей новой жертвы.

— Цветанка, ты в порядке? — заметила мое состояние Элла.

— Нет, — шепотом ответила подруге. — Эта преподша что-то затевает. У меня предчувствие.

— Надо напоминать, что провидица у нас я? — и все же она ободряюще сжала мою руку. — Не накручивай себя.

Вот кто бы говорил! Сама не далее, как сегодня, из-за нелепого сна на меня набросилась. Но от язвительных комментариев я удержалась. Ни к чему портить отношения.

 
↓ Содержание ↓
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх