Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Rebuild of Naruto [2 том] "Головоломка мира"


Жанр:
Опубликован:
28.09.2014 — 10.12.2018
Читателей:
6
Аннотация:
Фигуры расставлены, карты розданы... Но какую игру ведет крупье? Пойдет ли все по плану одного хитрого попаданца и не подкинет ли мир неожиданных сюрпризов?
 
↓ Содержание ↓
 
 
 

Rebuild of Naruto [2 том] "Головоломка мира"


Пролог

*Деревня, скрытая в водовороте. Кабинет для совещаний. Удзи Узумаки*

— Каге, мы проанализировали поступающую информацию с наших торговых постов. — Поклонившись, начал свой доклад главный по разведке, — факты очень тревожные. Уровень владения фуин на материке очень существенно отличается от расчетных. Уже точно известны и подтверждены из разных источников, факты об подделывании бытовых, взрывных и запечатывающих печатей. Качество пока на уровне нашего генина, но это только вопрос времени, когда они смогут составить нам конкуренцию.

— Этот вопрос передаю министерству внутренних дел, предоставьте мне свои предложение по изменению нашей торговой политики, в связи с новыми данными.

— Будет исполнено.

— Прошу прощение, что перебил, продолжайте.

— Кхм. Материковые дикари очень сильно продвинулись в жестовом нанесении фуин. Мы всегда пренебрегали этим принципом, но, как оказалось, он может дать весьма серьезный результат. Из проверенных данных могу сообщить об стационарных сенсорных барьерах, на основе 'силы крови' клана Яманака, а так же больших успехов в ритуальных техниках, особенно по работе с душой — традиционно табуированная тема у нас. Так же весьма впечатляющую боевую мощь материковые получают из призывов, мы так и не смогли пока узнать, где они находят контрактеров и как создают свитки контракта. Рабочая версия сейчас — наследство Риккудо.

Я тихонько хмыкнул, но промолчал.

— И главная новость из добытого: членам клана Собаку удалось запечатать биджу...

Докладчик прервал свою речь из-за поднявшегося шума. Мне пришлось немного придавить собравшихся своей КИ, чтобы докладчик меня услышал:

— Продолжай.

— Исходя из полученной информации, три года назад, однохвостый Шукаку был запечатан кланом Собаку в какой-то сосуд, с помощью их родства с песком. Нам известно только то, что им не удалось создать джинчурики...

— Ну еще бы, — фыркнул Котоку. Я посмотрел на него и перевел взгляд обратно на докладчика.

— Что-нибудь еще?

— Нет, Каге, в остальном все по строму: кланы воюют между собой, Дайме страны ветра недавно собрались на грандиозную пьянку по поводу дня рождения наследника престола. Доклад окончил. — парень поклонился и сошел с трибуны.

— Прошу Вас, Хидеяки, как продвигаются наши торговые дела?

— Конечно, Каге. Всего было открыто пять представительств в столицах стран 'большой пятерки'. Сами здания находятся в черте города, но по Вашей просьбе усилены всеми возможными барьерами. Связь обеспечиваться грузовым телепортом, а так же видео связью последнего поколения. Всего гарнизон поста насчитывает десять джонинов и тридцать чунинов. Это количество признано идеальным. Эффективность обмена печатей на актуальную информацию и техники признана министерствами внутренних дел и информации достаточно рентабельной. Объем продаж по сравнению с затворническим периодом, увеличился в четыре раза. Так же, вероятно, этому поспособствовало существенное снижение цен и расширение ассортимента.

— Прогнозы?

— Сугубо положительные: увеличение нашего влияния на Дайме этих стран, так и на местные кланы. Возможность получения актуальной информации о состоянии дел в тех регионах. Из-за нашего золотого запаса и доступа в любые регионы, нам открывается просто невероятные возможности для спекуляции. Этот вопрос еще в стадии проработки, выкладки будут готовы через неделю. Так же считаю заказные миссии — отличной тренировкой наших бойцов. Доклад окончен.

— Что там у нас с учебой?

— Позавчера был выпуск второй волны джонинов. Отработаны почти все учебные методики и программа обучения была признана готовой для массового обучения. Благодаря новым рабочим местам, мы, наконец, избавились от перекоса стихии/фуин. Через месяц мы начинаем работу уже потоковым способом.

— Что по поводу наших новых братьев и сестер?

Голос взяла Митико — она, как мой 'мирный' заместитель должна быть в курсе.

— Ассимиляция проходит с опережением графика, этому поспособствовала сильная разница в материальной культуре...

Подходил конец очередного года, и мне предстояло разбирать целый ворох дел, подводить итоги, благо финансовую тряхомудрию я передал в созданное министерство финансов, которое возглавила бойкая старушка из Нара. А следующий год обещал быть совсем жестким. Но ничего, в скором будущем узнаем, кто скрывается под такими значимыми именами, как Мадара... Хоширама...

И вынырнул из размышлений и вслушался в очередной доклад.

Прода 1

*Территории клана Учиха. Дом главы клана. Детская*

В просторной светлой комнате на полу возились двое малышей. Оба мальчика были со столь темно-коричневыми глазами, что казались иссини черными, что удивительно сочеталось с волосами, цвета вороного крыла. Одеты они были в традиционные для клана одежды: фиолетовые рубашки со стоящими воротниками, в которых они на удивление не путались.

Шел четвертый (и третий — младшему) год их жизни. Дети росли в меру спокойными и в меру любопытными, никакими суперменами они вдруг не стали и ничем не отличались от обычных детей, что немного обескураживало окружающих.

Дети занимались обычным для такого возраста делами — игрались деревянными солдатиками в войнушку, но вот, как это обычно бывает, на детей резко навалилась усталость и они уснули прямо на полу. Но сиделка не увидела это, так как сразу же дети дернулись и проснулись. Медленно поднимаясь они ошарашенно оглядывали комнату, как будто ее впервые увидели.


* * *

*Богдан... или, скорее уже кое-кто другой*

— Ну что ж... — эти слова, прозвучавшие у меня в голове, были первым, что я вспомнил, когда тупо пялился на комнату, которая не могла быть домом Димона ну ни каким боком. Все казалось одновременно слишком большим и одновременно нормальным. Именно этот диссонанс и вызвал цепочку воспоминаний, которые сложились в осознание. Я вспомнил всю свою новую и старую жизнь, понял те крохи языка, которые успели вбить в меня (именно вбить, так как особой усидчивостью я не обладал), вспомнил лица окружающих...

Например, сейчас я мог назвать отцом двоих людей... Это было дико с одной стороны... но абсолютно нормально с другой. Я сидел и тупо осматривался, вглядывался в привычные, но абсолютно незнакомые предметы обстановки. Сидел с раскрытым ртом минут пять, мог сидеть и больше, но тут меня подергали за рукав. Посмотрев на раздражителя, у уперся взглядом в невероятно серьезного малыша. Морщины на его лбу и колючий взгляд черных глаз отнюдь не выглядели потешными. Мозг начал с бешенной скоростью работать, анализируя и сравнивая факты... и моментально выдал результат.

— Андрей? — хотел спросить я, но неповоротливый язык никак не хотел говорить звуки незнакомого языка. Но, несмотря на это, собеседник меня понял и кивнул.

— Богдан? — еле выговорил он, а я с трудом угадал содержимое вопроса и тоже в ответ кивнул.

— Где мы? — немного помявшись, ожидаемо спрашивает он.

— Наруто, — с широкой улыбкой отвечаю. В этом нету никаких сомнений, киваю на клановый 'веер' на стене и показываю его у себя на одежде.

— мять! — с чувством ругается Андрей и почему-то как-то съеживается, еще сильнее морщится и начинает грызть ноготь правой руки.

— Ты что, не рад? — пораженно спрашиваю, — чувак, мы же попали, ПОПАЛИ! — размахиваю руками, — магия, битвы, все это у нас будет!

— Рад ли я? — как-то нехорошо хихикает Андрей, — да я НИХРЕНА НЕ РАД!

— Но почему? Это же Наруто!

— Ты вообще понимаешь куда ты попал? Тут, если я не ошибаюсь, война тупо постоянно идет, а я хоть и не был на ней, но себе прекрасно представляю, что это, — и затыкая меня прикрикивает, — и плевать чем воюем, мечами или автоматами, танками или магией. Вот сажи мне, как умрет твой персонаж?

Немного туплю, вспоминая, и немного приглушенно отвечаю, — буду убит Тобирамой.

— Вот видишь!

— Но он же тоже попаданец, — возражаю я, — так что все обойдется. К тому же Димон и Дэн стали Каге в водовороте, а это не хрен собачий.

— А если нет? Что тогда? Что ты собираешься делать? Воевать всю жизнь, чтобы потом все-таки сдохнуть? — Андрей схватился руками за голову. Я молчал.

— Скажи, а что со мной будет?

— В каноне, — я выделил это слово, — тебя убьет Хаширама, а потом...

— А смысле, мы же типо друзья? Вместе деревню же эту создали, или я что-то путаю? — не мог въехать Андрей.

— Нет, именно ты — Мадара Учиха. А убил он тебя из-за того, что ты припрешься в деревню с Кьюби.

— Во делаа. — протянул он, — и он укатал меня на пару с демоном, потом разрушившим в одиночку эту самую Коноху? — и повторился, — Во делаа...

— И все же, что тебя не устраивает? — никак не мог понять я, — у тебя впереди была не самая интересная жизнь, никаких подвигов, а тут ты ого-го, Личность в Истории, можно сказать.

— Это ты насмотрелся мультиков и живешь фантазиями, — резковато отвечает Андрей, — а я, блин, почти достиг того, к чему стремился всю свою жизнь. Училище, ментура, универ, магистратура — все это для цели моей жизни, и я уже, ты понимаешь, УЖЕ, нашел там кошерную работу юриста, завтра... то-есть, на следующий день должен был быть мой первый рабочий день там. Два года стажа ради этого... и все коту под хвост...


* * *

— Они такие ми-илые, — тихонько пропищала девушка, прижимая ладошки к щекам.

— Ага, — глуповато соглашается ее собеседница и поддакивает, — ведь они еще и понимают друг друга! Точно тебе говорю. Никогда такого не понимала.

— Как думаешь, о чем они говорят? — шепотом спрашивает у подруги.

— Даже не зна-аю, — протянула она и хитро посмотрела на подругу, — может, то, как ты строила глазки тому парню из Узумак.

— А ну прекрати! — пискнула красная от смущения девушка.

— Тихо ты, а то заметят, идем отсюда.

И девушки неуловимым движением исчезли.


* * *

— А еще у меня с Мариной все серьезно, — горько жаловался Андрей, а я не знал куда себя деть, — через пару месяцев работы уже хотел ей предложение делать, она не против, я знаю это, — он покачал головой, — всегда знал, что аниме вредны, но не настолько же.

— Ну считай, что у тебя заново началась жизнь, — бодро начал я, стараясь успокоить незнакомого, по сути, парня. Но я понимаю, что мне с ним еще всю жизнь прожить...

— Заново? — хмыкнул он, — ты знаешь, сколько я уже начинал заново уже добившись многого? Это уже пятый будет, — покачал он головой, — я устал от этого. И даже не пытайся меня подбодрить... но все равно спасибо тебе за это...

Он откинулся на спину и ставился в потолок, а я сидел, подобрав ноги и с интересом осматривал открывающегося с новой стороны Андрея... или уже Мадару?

— Расскажи в двух словах что дальше будет, — прервал он молчание.

— Ну, канон там расплывчат по самое 'не могу', — почесал я нос, — да и смотрел я это давно...

Но нас прервал крик женщины с первого этажа:

— Мадара, Изуна, обед готов!

— Идем, — киваю ему и встаю.

— Куда? — не догнал он.

— Обедать, вставай уже, Мадара.

— Никакой я не Мадара, — огрызнулся он.

Я резко развернулся, поймал его взгляд и придвинулся вплотную, — Теперь. Ты. Мадара, запомни это, — веско, как мне казалось, роняя каждое слово.

В ответ он лишь покачал головой.

*Тем же временем. В клане Сенджу шел похожий разговор*

— И что нам теперь делать? — спросил блондинистый мальчик у другого.

— Не знаю, Мих, — покачал в ответ головой собеседник.

— Ты мультик-то помнишь?

— Помню, но какой с него толк? Там ничего про нас нету, — сокрушенно выдохнул темноволосый паренек со стрижкой 'под горшок'.

— Скорее, мы это не помним, — согласился первый.

— Раз уж мы попали, то и другие попали тоже, ведь так? — медленно начал меньший.

— Ну да, скорее всего, — согласился старший.

— Тогда все просто, — пожимает плечами блондин, — встречаешься с Мадарой на берегу какой-то реки, корешишся с ним, благо он тоже попаданец, а позже прируливает Дима и мы создаем Коноху.

— Как все слишком просто, — нахмурился старший брат.

— А что может пойти не так? — в ответ младший удивленно посмотрел.

— Ну мало ли, Богдан, сам знаешь, как оно бывает...

— Тобирама...

— Ась?

— Теперь меня зовут Тобирама, а тебя, к слову, Хоширама...

— М, к этому будет трудно привыкнуть, Ми... Тобирама. Ну глупое же имя, — в сердцах воскликнул он.

— У тебя не лучше, — улыбнулся Тобирама.

— Знаю, — тоже улыбнулся Хоширама.

Прода 2

*Мадара Учиха*

От слов Миши у меня немного закружилась голова: как это... отречься от собственного имени? Забыть все, чего я достиг? Мозг пытался найти решение, но проблемы 'реальности' вдруг стали гораздо острее абстрактных размышлений. По дороге на кухню до меня вдруг дошло, что я не знаю ни местного этикета, ни прочих бытовых мелочей, и мы с Мишей сейчас феерично спалимся. Мысли быстро менялись одна за другой, я скосил взгляд на полностью спокойного Мишей, — куда же ты нас ведешь, дурак, — думал я. Надо что-то делать, как-то оттянуть...

Но не успел. Мы уже спустились с лестницы и вышли в какой-то зал. Чисто на автомате сделал все необходимые поклоны и поздоровался со всеми. До меня дошло, что проблемы-то никакой и нету: вся память этого тела уже была 'при мне'. Так что ни использование палочек (не для суши, а вообще), ни этикет не стал для меня с Мишей вообще никакой проблемой.

А вот дальше начались сюрпризы: несмотря на наш возраст нас двоих погнали на тренировки. На отговорки о плохом самочувствии и сонливости, нам справедливо заметили, что свой 'тихий' час мы благополучно проиграли и прообщались. Ничего не поделаешь, придется с гудящей головой идти на тренировку. Хотя, какие нагрузки могут быть в таком возрасте?

Настраиваясь на привычную по качалке монотонную работу со снарядами, я рассчитывал обмозговать все там, благо мозги там особо не нужны. Но я сильно заблуждался. Началось все с пробежки по пересеченному... лесу. Вокруг клановой территории, несколько раз. От размеров предполагаемой задачи у меня задергался глаз. Я не знаю какого размера у нас 'участок', но не думаю, что смогу пробежать и половину, не в таком возрасте. Но ничего не попишешь и мы с Мишей, под тяжелым взглядом какого-то мужика — учителя, потрусили по маршруту.

Я бежал, вспоминая все премудрости марафонского забега, благо в прошлой жизни любил мотнутся километров на -дцать. Дыхание, размеренное и выверенное под движение... было абсолютно бесполезно в лесу. Все наработки, так здорово меня выручавшие на асфальте, тут, с этими чертовыми корнями, только мешали. Не прошло и нескольких минут, как дыхание напоминало загнанную лошадь, а пот застилал глаза. Скосив взгляд на Мишей, я реально офигел, сбился с шага и чуть не навернулся, запнувшись об очередной корень. В последний момент Миша, этот малец, на пару сантиметров ниже меня, просто поймал меня одной рукой, приподнял(!), и поставил на землю.

— Как, — выдохнул я, откусил еще немного воздуха и закончил, — как, черт побери, ты это делаешь? — Миша был абсолютно свежий и смотрел на меня с неподдельным изумлением.

— А ты что, не пользуешься чакрой? — поинтересовался он.

— Чакрой? В смысле? — переспросил я.

— Ну, блин, смотри, — он подпрыгнул метров на четыре в высоту и без проблем вскарабкался на ветку дерева. Я стоял с раскрытым ртом и не верил своим глазам.

— К... — сглотнув ком в горле, — как?

— Запитай тело чакрой и все, — пожал плечами парень, спрыгнув с ветки.

— Экстрасенсорная херня, — пробубнил себе под нос я.

— Ты теперь тоже этот 'гребанный экстрасенс', так что давай резче, мы уже и так порядочно задержались.

— Но... как? — никогда прежде не верил во всякие паранормальные закидоны и обходил стороной разные 'цигунско-йоганые' практики, дающие стопроцентный результат, а тут вот прям сейчас...

— Белин, как же тебе объяснить, — почесал макушку парень, — смотри, представь золотое ядро у себя в груди.

— Возле солнечного сплетения или напротив сердца?

— Черт, в солнечном, конечно же! — рыкнул Миша, — представь, что свечение становится ярче, а пульсация чаще, ну что, есть отклик?

— Погодь, — сдавленным голосом просипел я. Новое, абсолютно незнакомое чувство в груди было весьма необычным. Прикрыв глаза, я представил это 'ядро' во всей красе: от него отходили целая куча лучей, ведущие к рукам, ногам и голове... Было так прикольно это ощущать... казалось, что так было всегда, и только легкое недоумение 'а как же я раньше-то без этого жил' билось на границе сознания.

Правда, не только оно одно там билось.

— Каналы видишь? — голос Миши разбил все очарование момента.

— Лучи, что ли?

— Ну да, — кивнул он, — отправь чуть-чуть свечения в ноги, а все остальное разгони по телу.

Получилось на удивление легко. Сразу куда-то исчезла усталость, зрение, и так выше всяких похвал (ага, для ходившего в очках особенно), резко стало еще четче, будто в бинокль смотрел.

— А вот теперь можно и пробежаться, — оскалился я и сорвался вперед. Прямо на ходу вспоминалось, что проделывал я это уже множество раз, и наставления учителя вылезли на первый план. Сразу немного изменив концентрацию чакры в ногах, я добился усиления только необходимых в данный момент мышц, что сразу повысило его скорость.

— Ей, подожди, — крикнул сзади Миши.

— Ахаха, догоняй, — крикнул ему в ответ Андрей и еще ускорился.


* * *

На поляну они вывалились взмокшие и уставшие.

— Ну, и что вы делали? — сурово спросил их учитель.

— Сначала бежали без чакры, чтобы развить мышцы, — бодро начал Миши, так как Андрей впервые за достаточно долгое время растерялся и сейчас скрывал это, тщательно имитируя отдышку, — а потом бежали на скорость, развивая каналы чакры.

— Вы, безусловно молодцы, — покивал учитель, — но вы ИДИОТЫ! Кто вам говорил этим заниматься? Я ваш учитель или, может, вы считаете себя умнее меня? Или, может, опытнее? Так какого рожна вы вытворяете? — он вздохнул, успокаиваясь, — сегодня должна была быть тренировка по рукопашному бою, но... раз вы уже устали, — мужик задумчиво почесал подбородок, — то будете драться, пока вас не отлупят, и даже не вздумайте поддаваться — тогда достанется еще и ногами! — зловеще пообещал он и залихватски свистнул, подзывая какого-то пацаненка. Что-то шепнул ему на ухо, отчего пацаненок расцвел и скоро их окружала толпа пацанов и ребят постарше. Они все злорадно переговаривались и смотрели на прижавшихся спиной к спине Андрея и Миши.

— Что делать? — шепнул Миши.

— Не знаю, — шепнул я в ответ, — драться, но не думаю, что они такие отморозки, что будут нас избивать до полусмерти.

В ответ Миши лишь кивнул.

В центр круга вышел какой-то пацан, не сильно старше их, но выглядевший очень нагло.

— Ну что, старшенький, потанцуем? — насмешливо глядя на них, кинул он.

— Давай, — подтолкнул его Миши, — только не забудь укрепить тело чакрой и усилить ею удары, — прошептал он мне в спину. Напоминание было своевременным, и, раскочегарив свое 'ядро' на максимум, до странноватой тянущей боли, я сделал шаг вперед. Пока делал еще пару шагов, успел вспомнить весь свой арсенал из прошлой жизни, начиная грязноватыми 'приемами' уличной драки и боксерскими ударами, заканчивая ментовскими трюками, зуботычинами тонфой и рукопашной с автоматом, потом стал 'вспоминать' приобретенное тут. Как оказалось, в свои невеликие лета (интересно, сколько мне сейчас?) мне уже поставили удары ногами, руками, показали пару связок и несколько упражнений. К слову, я без проблем мог встать на вертикальный, мать его, шпагат. Вот это растяжка у пацана.

Арсенал и нынешние возможности позволили бы мне 'ушатать' и накаченного быка из прошлой жизни, благо опыт подсказывал мне, что доски я могу пробивать на грубой силе, а уж если еще и ударить правильно, то есть быстро, тут уж совсем берегись. Ведь скоростью тоже никаких проблем нету. Но что-то у этого паренька рожа спокойная...

Бой! Уход и заученная 'двойка' в голову. Удары получаются, как из пушки, но пацан каким-то неуловимым движением сначала отклоняется назад, а потом подныривает под вторую руку. Ну ниче, мы на айкидо тоже ходили, как и на рукопашку... не стоило ко мне так близко подходить. Обманный ход и я со всей дури попадаю парню в скулу и тут же добавляю с ноги, пытаясь сбить с ног и заученно скрутить. Но пацан не зря нахально лыбылся, от моего удара даже не поморщился, а ногу грамотно заблокировал.

Спустя еще мгновения боя и счет уже 3:2, в мою пользу. У пацана наливается бланш под глазом, синяк на скуле и где-то на почках, а у меня разбита губа и сбито дыхание. Лицо у парня утратило свой беззаботный вид, напряженно следя за мной он шел по кругу, как это бывает в киношных драках. Вдруг он срывается ко мне и с поразительной скоростью начинает атаковать. Чисто на рефлексах успеваю частью заблокировать, частью увернутся от его ударов, при чем все рефлексы были уже с нового тела. Я узнавал его удары и догадывался о связках (программа обучения-то одна), сражаться становилось все легче и легче. Разница в скорости как-то смазалась, как-то подстроился под него, что ли? — и даже начал наносить ответные удары, но тут этот малец выкинул что-то из цирковых номеров: как особо хитро прогнувшись, пацан уперся руками в землю и заехал мне снизу в челюсть обоими ногами. Это было последнее, что я запомнил. Нокаут.


* * *

Первое, что я увидел, придя в себя, был деревянный потолок. Ноющая боль в челюсти не давала повода сомневаться в окружающей реальности и считать ее сном. Считается, что от такой боли я должен был уже проснутся.

— О, ты уже очнулся? — поинтересовался голос сбоку. Я повернул голову на звук и посмотрел на кислого Мишу.

— Миш, — голос был сиплым и я прочистил горло, — что так случилось?

— Не Миша, а Изуна, — покачал тот головой, — а так, побили нас... Вот что случилось.

Я вздохнул и решил не заострять, — Как ты?

— Бывало и лучше, — честно признается он, — я ж ведь драться-то и не умею, да тело не настолько развито. А ты молодец, — неожиданно закончил он.

— Я? — удивленно переспрашиваю.

— Ну да, двигался так быстро, что я едва видел тебя.

— Да ладно, — засомневался я...

— Чакра, мужик, — напомнил он.

— Пфф, — сквозь зубы выдыхаю. В который раз меня подводит мой опыт... а ведь я считал его самым ценным... — эх, дерьмово-то как, — бормочу в потолок.

— Что, болит? — участливо спросил Миша...

Я прислушался к себе. Странно... челюсть немного ныла... но не больше. Обычно, последствия гораздо острее.

— Неа, — озадаченно тяну в ответ, почесывая подбородок.

Мы немного помолчали.

— Слушай, — первым начал я, — а где мы вообще?

— Дома, — тут же отозвался парень, — нас сюда занесли типо в наказание.

— М, жестоко, но так даже удобнее.

— Ты к чему? — нахмурился он.

— Нас прервали на самом интересном моменте, помнишь?

— А, да, ты просил рассказать историю, — почесал голову Миша, — в общем, вкратце будет так...

— Нет, ты не понял, — качаю я головой, — история это, конечно, здорово, но расскажешь ее как-нибудь потом. Меня больше интересует обстановка на данный момент.

— С этим все просто. Феодальные войны всех кланов со всеми, — криво ухмыльнулся он, — по крайней мере, в аниме говорилось, что наш клан воюет с кланом Сенджу.

— Белин, еще и воюет? Извини, продолжай.

— Так вот, — кивнул Миша и продолжил, — скорее всего идет махач 'все против всех'. При чем мы, точнее наш клан Учих — один из самых влиятельных в этом регионе.

— По силе?

— О да, — серьезно кивнул он, — если аниме хоть вполовину правдивое, то мы просто монстры какие-то.

— А с этого места подробней, — Андрей уселся поудобней.

— По манге ты сильнейший шиноби мира...

— Да ладно, — фыркнул я, — меня же угрохал тот хрен... забыл, как его там.

— Хоширама, — подсказал мне Миша.

— Ага, он самый, — киваю, — так что?

— После смерти ты...

— Пфф, — замотал я головой, — пока я умирать не собираюсь... да и не думаю, что смогу вернутся после подобного, так что сосредоточься, пожалуйста, на возможностях живого меня.

Миша хмыкнул и начал нассказывать...


* * *

После ужина мы разошлись по своим комнатам. Я как раз стоял на пороге своей и оглядывал мое новое место жительства. Не казарма, но и не личная квартира: широкое окно, книжные полки, шкаф. Подойдя к последнему, я заметил на видном месте лежащие... безделушки. В нашем мире я бы назвал это сувенирами, так никакого смысла они не несли: какие-то фигурки, лебедь из бумаги, и медальон.

Что-то привлекло мое внимание и я взял его в руки. Сразу вспомнилось, что его мне подарил на мой третий день рождения какой-то седой мужик. Повертев его в руках я его чуть не выронил, когда прочитал надпись, идущую по контуру: 'Привет тебе, Андрей, от Димы. Если ты понимаешь это, то подай чакру в первые буквы наших имен'. Все на русском, естественно.

После описанных действий, вся поверхность медальона превратилась в самый настоящий сенсорный экран с кратким описанием нашего положения, целей, и кратким перечнем достигнутых результатов.

— Ну, Димон, ну ты даешь, — прошептал Андрей.

Прода 3

*Учиха Мадара*

С помощью другого медальона удалось напрямую связаться с Димой, оказавшийся уже взрослым парнем и аж самим Узукаге. Так что большинство тревог меня отпустило, а жизнь вошла в привычную колею, знакомую еще со времен суворовского. Особенно навевало ностальгию, когда я будил Изуну по утрам громким криком 'УЧИХИ ПОДЪЕМ'. Правда, просыпался от этого только сам Изуна. Все остальные, по интернациональной привычке всех фермеров, просыпались еще раньше.

С утра у нас была разминка перед завтраком, после него — разные занятия, на которых я скучал и откровенно не любил. Историю этого мира лучше рассказывает Миша, как и теорию чакры, полезных техник нам не показывают, но вот философия местных меня крепко так напрягает. Конечно, кровная месть, взаимопомощь и самопожертвования — это безусловно, хорошие вещи, но мне надоело слушать про героев Учих и злодеев Сэнджу (и еще пяток имен) уже на второй раз.

Особенно меня воротило от их 'пути ниндзя'. Упивание боем, безжалостность к врагам, выпущенные на волю эмоции, особенно, ненависть к врагу... создавали, безусловно, внушающего страх воина. Абсолютно отмороженного воина. Не сказать, что все Учихи были поголовно конченными, но некая маньячность у них проглядывала даже в мирной жизни. Я это испытал, когда мама заметила дырку на рубашке... КАК она на меня взглянула... я там чуть и не обделался. Особенно разительным был обратный переход. За одно мгновения взбешенная фурия с пылающими глазами превращается в милую девушку... брр...

А что уж говорить о настоящем бое, или, тем более, мести за близких? Историй про Учих, с поехавшей во время боя крышей, по праву считаются одними из самых жутких в этом мире. Хотя бы потому, что подобный 'кадр' дерется до смерти, со все возрастающей силой (слава Шарингану) и успевает накуролесить ОЧЕНЬ качественно. Иногда, такие даже возвращаются, иногда даже становятся главой клана, так как убить подобного юнита (а человеком он уже не является) почти невозможно.

Вот поэтому Учихи и считают, что их главная сила — в эмоциях. И что если поддаться эмоциональному порыву, то это лучше скажется на личной силе. Особо уважается злость во время спаррингов. А я еще в прошлой жизни держал все эмоции под контролем, иногда 'выпуская пар', страдая всякой херней, но я всегда предпочитал макнуть собеседника в дерьмо или дать в ухо, чем бессмысленно орать. Перефразируя анекдот: 'я юрист и боксер, со мной спорить вообще бесполезно'. А Изуна... не сказать, чтобы он был льдисто спокоен, но попробуйте найти современного парня с темпераментом нитроглицерина? А все местные были именно такие: горячие черноглазые парни... и девчонки. Заводились реально с пол оборота.

Следом мы обедали, отдыхали часок... и начинался самый мой любимый период дня: физические тренировки. Не знаю чья это заслуга — специфических тренировок, чакры или неактивного шарингана, но я чувствовал все свое тело. Я ЗНАЛ, что мне надо сделать, чтобы поймать равновесие, ЗНАЛ, как сделать кульбит, и ЗНАЛ, что мне надо делать. Пока большинство тренировок сосредотачивалось на акробатике, в которой я достиг просто умопомрачительных успехов. Конечно, когда ты ЗНАЕШЬ, что надо делать, то всякие тулупы, сальто и разные стойки 'на пальцах' уже не кажутся чем-то запредельным... но когда мы стали подключать акробатику к рукопашке...

Зачем просто уклониться, если можно сделать сальто? Зачем хватать противника рукой, если можно схватить его ногами? Поначалу я дико удивлялся 'нелогичностью' такого стиля боя... до того момента, как нам не показали спарринг сильнейших мастеров нашего клана.

Общеизвестно, что Шаринган может предугадывать движения. Так вот, чем дольше идет сражение, тем глубже идет анализ противника. И в какой-то момент ты просто ЗНАЕШЬ, что он будет делать в следующий момент. При чем тут акробатика? А при том, что эти черти прочитывают бой на несколько шагов вперед. Все еще не понятно?

Шаринган позволяет просчитывать траекторию движения всего тела, а разные кульбиты позволяют оказаться в любой точке полусферы вокруг противника. Например, Учиха заметил, что во время косого удара мечом у противника открыта шея за ухом. Делая невообразимый кульбит и уходя от меча на какие-то доли миллиметра (чего вполне достаточно), Учиха оказывается над противником и наносит удар. Они могут занять именно то положение, которое им надо в данный момент. И плевать, в общем-то, над противником, за его спиной или вообще между его ногами... При чем наши мастера вполне могут просчитать до пятнадцати ходов драки, которая обычно не занимает больше десяти секунд. Скорость решает все, а в анализе данных в бою мы лидируем.

В попытках приспособить что-то из моей прошлой жизни, я столкнулся с тем, что все мои знания никак не подходят для подобных требований. И только одно реально пригодилось: паркур. Передвижение подобным образом по веткам деревьев, аки настоящая мартышка, не только безумно весело, но еще и полезно. Мне нравилось чувствовать свое тело, я балдел от ощущения себя некой машиной, действуя с точностью до миллиметров. А возможности руками пробивать навылет деревья повергала меня в почти детский восторг.

После этих уроков был обед и перерыв где-то на час для своих своих дел. Предполагалось, что маленькие Учихи будут спать или играть в это время, ну а мы...


* * *

— Ты уверен, что это вообще возможно? — с сомнением спросил я лежащего на траве Изуну.

— Да, — огрызнулся тот.

— Но это невозможно! — всплеснул я руками, — ну нету у человека таких мышц для ходьбы по вертикальным поверхностям. С чего ты вообще взял что это возможно?

— До сих пор аниме меня не подводило, — буркнул он, вставая с земли, и оценивающе поглядывая на дерево.

— А они там разве по деревьям ходить умели? Вроде, только прыгать, не?

— Они и по воде ходить умели, — хмыкнул Изуна.

— Да ладно! — изумился я, — Врешь!

— Ты вообще как аниме смотрел? — раздраженно спросил он меня, — там же в последней серии драка как раз на воде и была!

— В пол глаза, — честно признался я.

— Пфф, — выдохнул он и прикрыл глаза.

Разбежавшись он попытался пробежать по дереву, но снова поскользнулся и упал вниз.

— А чем это вы тут занимаетесь? — спросил неслышно подошедший (как и все из этого безумного клана) учитель. Сейчас было наше свободное время, которое Изуна решил убить на какую-то бредовую идею... чем он вполне мог заниматься во время отдыха, но по вбившейся привычке четко ответил, — тренируемся, — едва подавив в себе желание вытянутся по струнке.

— О, здорово, — одобрительно посмотрев на меня, сообщил шиноби, — вот только вы немного неправильно поняли принцип, дайте покажу.

Глядя на шиноби, что без всяких проблем идет по столбу дерева, а потом переходит на ветку и висит вниз головой, я почувствовал необходимость себя ущипнуть. Картина получалась действительно сюрреалистичной. Ущипнув себя, протерев глаза и закрыв рот, я покачал головой и начал вслушиваться в объяснения...


* * *

После перерыва у нас обычно были разные силовые занятия. Легкая атлетика, отработка ударов, реальные спарринги... частенько проводились занятия с оружием. Когда мне впервые дали подержать настоящий меч (на самом деле это был аналог даги — вакидзаси. Маленький клинок, но для меня трехлетнего он казался большой шпалой) я был в восторге. Каждый мужчина в глубине души любит все острое и опасное. Правда, крепко получив уже тренировочным мечом от учителя, который еще и комментировал куда нанесен удар и какие последствия от него. (Все смертельные, но некоторые еще и очень болезненно смертельны) я немного охладел... Удивительно, но кое-что я-таки запомнил.

Иногда я тренировался в метательном оружии. Весьма занятно, кто не хотел научится метать ножики в прошлой жизни?


* * *

Сегодня был урок метания сюрикенов. Как оказалось, хоть у сюрикена режущая часть везде (а не только с одной стороны, как у ножа), техника его метания была даже сложней. В чем-то это напоминало бросок камешка-лягушки по воде — в самом простейшем упражнении. А от меня требовалось уметь кидать эти звездочки из-за спины, из-за головы, с поворотом, навскидку... И это от трехлетнего ребенка. Парни постарше, где-то лет в десять, могли не сходя с места поразить тринадцать мишеней по всей полусфере, даже те, что были закрыты для прямого броска.

В течении часа мы с Изуной раз за разом вгоняли 'звездочки' в мишень на другом конце полигона. Пока получалось работать только с одним сюрикеном, но зато попадал я в мишень исключительно в 'десятку'. При чем чтобы достигнуть такого результата мне потребовалось только научится эти самые сюрикены кидать, а дальше тело само ЗНАЛО куда надо кинуть, чтобы попасть. Эдакий встроенный баллистический вычислитель.

Усиливая свои броски чакрой, я добивался просто поразительной скорости снарядов, но мне наглядно показали всю мою ничтожность, когда под сюрикен случайно подлезла какая-то девчонка и, не глядя, поймала на палец мою звездочку, а потом так же непринужденно, буквально движением кисти, отправила ее обратно... да так, что я еле увернулся.

Проводив ошалелым взглядом, я уверен, хитро скалящуюся, девушку, я покачал головой и продолжил метать сюрикены.


* * *

Хоть тренировки и были разнообразные, но нагрузка подбиралась индивидуально, и никакой непомерной усталости я не чувствовал. Хватало сил вечером еще поиграть с малышней, посидеть с Изуной или, например, пройтись по нашей территории.


* * *

В тот день тренировки закончились с темнотой. Учитель придумал новую игру-тренировку, в которую с удовольствием играли все дети, как, в принципе, и мы с Изуной, — аналог догоняшек, только 'догнать' можно было еще и деревянным кунаем — местным метательным ножиком. Заигравшись, мы не заметили наступления темноты, когда нас позвали ужинать.

Выйдя на крыльцо я крепко потянулся. Кормили тут вкусно и обильно и, что самое главное, весьма разнообразно. И нормальное мясо было и гарнир, кроме риса, несмотря на пессимистические прогнозы Изуны. Либо китайцы не питаются одними лишь вариациями суши, либо это местные такие оригиналы.

Рядом со мной стоял, опершись на ограду, Изуна.

— Чем сегодня займемся? — поинтересовался я у него.

— Мы с парнями будем на спор ловить сюрикены. Победитель получает вкусное данго, — он улыбнулся и добавил, — очень просили тебя не приводить.

Я тоже улыбнулся — в последний раз я поймал все сюрикены и данго досталось мне. Все-таки я на год старше малышей. А ребят в моем возрасте почти и нету, кроме угрюмого Хаичиро, все остальные слишком взрослые, чтобы с ними соперничать.

— Ну а я тогда пошатаюсь, подышу свежим воздухом, — решил я и кивнув Изуне пошел в направлении полигонов, откуда доносился приглушенный звон металла. Идя на звук, я лениво осматривал еще не потерявшие новизну пейзажи. Само поселение Учих представляло собой круг с домом главы по центру — моим домом, к слову — чем дальше стояли домики, тем слабее была кровь Учих. Не сказать, что живущие на окраине были слабаками, нет, они были очень опасными бойцами, но не в сравнении с 'центральными'.

Деревянные дома, хоть и не были похожи на белые 'хаты' из прошлого мира, но все равно навевали стойкую ассоциацию с селом, где я вырос. Одноэтажные, сделанные из, буквально, бамбука, растущего тут просто в немереных количествах. Тепла такие 'фазенды' не сохраняли (особенно если учесть, что тут вместо окон — занавески из ткани или бус), но в стране Огня было удивительно тепло. Сейчас у нас зима в полном разгаре, но вместо холода или, тем более, снега, тут заливает, как из ведра. Никогда не видел настолько сильных дождей. В бурлящей воде вполне можно было утонуть, поэтому никто не выходил из дома... кроме шиноби. Для нас этот ливень только разнообразие в тренировках и все.

Говорили про какую-то страну снега, на севере от нас, где зима приходит по-настоящему и всерьез, со снегом, метелями и сугробами по колено. Правда, еще северней находится страна земли, где таких родных для русской души вещей нет и в помине. Как так? Определить хоть какие-то расстояния не получалось, так как местные особо этим не заморачивались. Просто говорили, что до страны снега неделя неспешной ходьбы или полтора дня бега. И фиг поймешь сколько это в километрах, которыми местные без проблем пользуются, любопытно...

Никаких, естественно, карт, привычных мне по прошлой жизни, тут, естественно, нету. Только 'политическая' без особого соблюдения масштаба и висит она только в кабинетах у Дайме, скорее, как образец понтов владельца, чем для реальной пользы. У меня уже много идей и вопросов накопилось, но, как-то так получилось, что наш 'талисман связи' поломался при первом же использовании. Как-то это заметив, Дима быстро ввел меня в курс дела, перед тем, как медальон пошел помехами и выключился. Хорошо хоть Изуна еще успел посмотреть на Диму, иначе бы не поверил мне. К слову, через несколько минут к нам заглянул один из боевиков и поинтересовался все ли у нас в порядке. Глушилки или что-то попроще?

В лесу, впереди меня, ярко вспыхнуло. Осторожно выглянув из-за дерева я смог понаблюдать за схваткой наших воинов. И посмотреть было за чем. Эти сумасшедшие не стеснялись применять боевое 'дзюцу' — местную магию — раз за разом превращаясь в самые настоящие огнеметы, выдыхая пламя. Огонь освещал округу и лица сражающихся. Двигались они столь быстро, что были практически неразличимы для меня. Вглядывался я в бойцов, пока резко не резануло болью по глазам. Видимо, они пытались угнаться за тем, что выше их сил. Я покачал головой и пошел дальше в лес.

Поселение Учих было окружено 'лесополосой', за которой начиналось 'самое интересное' — поселение обычных людей. Хоть у меня были сомнения по поводу подобного размещения людских ресурсов, но я благополучно держал рот на замке.

Все встреченные мной крестьяне низко кланялись мне, а, если узнавали, то буквально падали на колени. Мне это очень не нравилось. Я понимал, когда уважительное отношение реально заслуженно, и в прошлой жизни мне удавалось неоднократно добиться подобного... Но реально преклонение перед родословной, не подкрепленная ничем? Я этого не понимаю. Да, мы защищаем их и обеспечиваем почти рай на земле, по местным меркам, конечно же...

Именно поэтому я старался никому не попадаться на глаза. И, вроде, у меня получалось, или, что более вероятно, люди делали вид, что меня не замечают, чтобы не задевать самолюбия шиноби, который думает, что крадется незаметно. Когда я обошел селение по кругу рядом со мной возник из ниоткуда наш воин.

— Молодой господин, Вам не стоит идти дальше, — мягко, но настойчиво, сказал он мне.

Я посмотрел на затопленные водой рисовые поля, скрывающиеся в ночной мгле. Перевел взгляд на мужчину, чьи глаза немного горели красным цветом.

— Я знаю. Я постою тут немного, мне надо побыть одному.

Мужчина кивнул и исчез. Буквально. Иллюзия? Или мастерство?

Я покачал головой и уставился на едва виднеющейся лесок.

Прода 4

*Кабинет Узукаге. Удзи Узумаки*

Это были тяжелые два года. Привыкнув к размеренности жизни Узумак, мне было тяжело перестроится на почти авральную работу. Хорошо хоть есть заместители, брат и сестра, на которых можно скинуть часть обязанностей. Даже несмотря на то, что вся бухгалтерская волокита была передана в новосозданное министерство финансов, у меня было просто выше крыши работы и разъездов. Откуда у меня вообще столько работы? Ну, тут все просто, должность главного судьи с меня никто не снимал, а целая толпа новых шиноби из новых веток клана — отнюдь не образцы спокойствия и взаимопонимания. Наша молодежь тоже хороша.

Частенько получалась такая картина: наш паренек (который выглядит как здоровенный мужик) как-то задел одного из новеньких, слово за словом, этим по столу... А парни они горячие, сразу в драку, с переменным успехом. Окружающее дожидаются конца спарринга и волокут обоих ко мне, где я вставляю им пистон. Но это мелочи.

Скрытность кланов, хитрожопость их глав, спесь самих клановцев... все это доставляло множество проблем. Хоть у Намикадзе и не было никаких секретов, а Нара достаточно умны, но находить общий язык с ними в разы труднее, чем с моими Узумаками. Продавить решение силой-то я могу, но ничего хорошего из этого не выйдет, приходится убеждать, находить слова... Конечно, нельзя назвать их твердолобыми баранами... но очень хочется. Хе-хе, кхм, в смысле, что зашоренностью мышления и маразмом мозга они отнюдь не страдают.

Следом идут проблемы торговли. Нет, с самой торговлей все хорошо, просто замечательно. Даже слишком. Спрос на наши товары просто немыслимый, в первое время мы не могли даже вести нормальный учет из-за отсутствия нормального оборудования и, главное, опыта у персонала. Наше НИИ в кратчайшие сроки решило проблему, но оно не может создать нам нормального финансиста. Шиноби — мастера разведки, а не торговли. И сейчас просто нету столь могущественных организаций с подобным масштабом.

Наши ребята прекрасно справлялись с наведением знакомств среди местных купцов, аристократии, кланов... Узнавали дефицитные и профицитные товары и доблестно передавали в министерство финансов, которое вообще не знало, что делать. Ну не было у них необходимого опыта. Конечно, принцип 'купи подешевле, продай подороже', народ схватил просто моментально, но после нашего вмешательства в рынок международного уровня (будучи монополистами), с ценами стало творится что-то вообще непонятное. Наши представительства просто завалили с предложениями, просьбами и даже угрозами (ну, скорее недоумением).

Объем товарооборота рос экспоненциально и наши анклавы быстро перестали справляться. Деньги лились рекой, точнее, протекали мимо: на закупки новых товаров, на взятки(О_о), на покупку техник шиноби и на технику механическую, на ссуды и кредиты разным лицам различного сословия, иногда даже для покупки нашего же товара для последующей реализации (или вооружение клана для последующей войнушки). Очереди к командирам анклавов выстроились на неделю вперед. И все вопросы поначалу решал я. Сейчас же народ поднабрался опыта и теперь передает мне только самые важные вопросы: всего лишь половину. Отстой.

Если честно, я хотел оставить нашу технологию телепортации в тайне, а сейчас каждая собака знает, что Узумаки могут перекидывать людей и грузы на любое расстояние. Не раз самые влиятельные люди намекали мне, что не против были бы купить такую технологию или воспользоваться разок для переброски войск прямиком в столицу противника. И, естественно, нас стали опасаться, хоть мы и заверяли, что с людьми фокус не канает, но ведь слухи всегда правдивей информации из первых источников, не так ли? Да и не объяснять каждому встречному разницу между 'Полетом Бога грома' и телепортацией груза? Во-первых, не поймут, а во-вторых, конспирация!!!

Своими дилетантскими действиями я воистину разворошил муравейник всемирной торговли. Купцы связывались друг с другом (опять же через нас) и передавали 'на ту сторону' товар, и получали деньги. В местных легендах наши анклавы стали просто вершиной айсберга, сделанного из золота. Никто ведь не догадывается, что ежедневную выручку сразу же отправляют на остров. Случаев нападения на анклавы уже больше десятка, а на наши конвои — и того больше. Были и невосполнимые потери, за которые мы жестоко мстили, проходясь паровым катком.

Есть и положительные стороны: мы были в курсе большинства событий, так как перлюстрировали абсолютно всю корреспонденцию, проходящую через нас. Так, например, мы вовремя заметили серьезные проблемы у клана Яманака. Они звали на помощь всех своих дальних родственников, включая Нара и Акимичи. Перед тем, как кто-нибудь откликнулся, мы сами пришли на помощь, и сейчас составляется уже стандартный контракт на вступление в клан.

Другой стороной нашего вмешательства в мировую политику стало то, что нас начали приглашать на разные званные вечера, дни рождения и другие праздники. Казалось бы, дней в году много, а праздники не так уж и часто, но я почему-то каждую неделю куда-то мотался. Вместе со мной (точнее, вместо меня) разные мероприятия посещали и все мои заместители, но я все равно стабильно раз в неделю куда-то ехал.

Сначала это забавляло, заставляло напрягаться и держатся этикета... но после первых полу года, когда 'аристократизм' просто впитался в меня и получался на автомате, то стало очень скучно и напряжно. Ну а этот проклятый чай у меня уже в глазах плавает!

Сейчас же я отдыхал перед очередным днем рождения 'мелкой шишки'. Правда, этот день я ждал очень давно. Завтра, двадцать четвертого декабря, Учихе Мадаре исполняется четыре года, и, судя по всему, он тоже попаданец. К сожалению, что-то пошло не так и связной амулет накрылся, завтра со мной поедет один из молодцов Котоку, посмотрит, что там произошло.

Именно на него я надеюсь больше всего. Хоть мы с ним не сильно общались, но я точно знаю, что у парня два почти честных высших образования: юридическое и экономическое, правда, корочки-то есть, а вот что с практическими навыками? Некоторое время он занимал немалую должность в развивающемся интернет-магазине, но главное — суворовское училище и два года в ментовке — патрульным. Вдобавок, он уже пол года к тому времени был практикующим юристом...

Он мне может дать много чего: уставы разных служб, принципы их организации. Его 'родная' структура — полиция. Раз в каноне у Учих все вышло гладко, думаю, и у него получится. Нормальный свод законов и вменяемое законодательство, что вспомнит, то и запишем, подгоним под местные реалии... Да и вообще, планирую повесить на него должность моего военного зама. Интересно, как он отреагирует?

*Окрестности территорий клана Учих. Мадара Учиха*

Мы стояли толпой в до рези в глазах вглядывались в лес метрах в ста от нас. Сегодня у меня был день рождения и на него должен прийти Гость с большой буквы — сам Узукаге. Прошлых его визитов я почему-то вообще не помню, так что даже не представляю, как Дима сейчас выглядит. Так же мне не понятно, как в мире без автомобилей можно выходит встречать гостя, даже такого высокого, и утверждать, что он будет 'с минуту на минуту', будто пеший поход можно делать с точностью до минут...

Мои размышления прервал шепот одного из воинов: 'идут'. Как он их разглядел я не понимаю. Прошло секунд тридцать и из лесу вышли... Матерь божья... Привыкнув к откровенно средневековым одеждам моего клана и более-менее современным, что ли, одеждам воинов, я был не готов к тому, что из лесу выйдут... спецназ...

Камуфлированные штаны и куртка, легкие ботинки, жилет со множеством кармашков, налокотники, щитки... и маски. Как в том мультике. Никто из вышедшей тройки не щеголял открытым лицом, как делали все Учихи. К слову, троица неспешно идущих к нам воинов отнюдь не выглядела чужеродно в местном 'пейзаже', их костюмы сохраняли местный колорит ниндзя. Но было сразу видно, по крайней мере мне, что это самая настоящая униформа. Пусть у одного она была явно 'тяжелой', а у второго — 'легкий' вариант, но абсолютно идентичные элементы экипировки сразу выдавали в них форму единого стандарта. В отличии от Учих, одевающихся каждый во что горазд, у Димона явно было хотя маленькое, но подразделение.

Троица неспешно подошла к встречающим. Их маски оказались весьма жутковатыми. Если на какой-нибудь Хэллоуин они смотрелись бы в самый раз, но когда из под такой вот маски на тебя смотрит неизвестный... весьма внушающе. Мужчина по середине троицы снял маску... под которой оказалась самая настоящая балаклава с рисунком черепа — гребанный параноик, так и же заикой стать можно. Сорвав с себя маску, мужчина взмахнул гривой белоснежных волос (и как он с таким причесоном под маской ходит?). Мои сопровождающие ощутимо расслабились, заулыбались.

Обе стороны обменялись поклонами и провели церемонию встречи сугубо по этикету. К слову, сопровождающие блондина так и не сняли свои маски, что, видимо, норма, так мои вообще никак не реагировали на прикинувшихся мебелью бойцов. Пока шел обмен любезностями я исподтишка осматривал гостей: левый боец был упакован в весьма крепкую на вид шипастую броню, исписанную уже знакомыми мне символами фуин. Оружия на бойце не было видно, но я не сомневался в его наличии. Шиноби они покруче иных фокусников умеют доставать оружие из самых неожиданных мест.

Второй боец был одет более легко и не создавал впечатления подавляющей мощи, как его напарник, но что-то такое угадывалось в нем, что отбивало всякое желание с ним связываться. И самый интересный мужчина — тот самый блондин. Я вглядывался в приятные черты его лица, когда он скосил глаза и подмигнул мне. Правда, он тут же вернулся к разговору и не заметил, как я вздрогнул. И это тот самый Димон? От обычного подростка с искривлением спины и худеньким телосложением не осталось вообще ничего. Я пытался найти в этом крепком уверенном мужике хоть какие-то намеки на то, кем он был. Вообще ничего: сильный взгляд, уверенность в себе.

Вдруг он обратился ко мне. Ощущение огромной мощи только усилилось, когда он взглянул мне в глаза. Тепло улыбнувшись он что-то мне стал говорить. Очнулся я только тогда, когда он протянул мне богато украшенную шкатулку. Поклонился в ответ и пробормотал благодарность. Выпрямившись я взглянул ему прямо в глаза и криво улыбнулся. Обеспокоенность в его глазах мелькнула и пропала, а на его место вернулась искорка веселой бесшабашности.

Меня выбило из колеи разница между 'старым' и 'новым' парнем, но сейчас я взял себя в руки. В своей жизни я успел и с важными людьми выпить и с бывшими зэками в бане попарится и с недобросовестными поставщиками разбираться... Когда мы неторопливо пошли обратно, я незаметно перевел дыхание. Я еще не разу не встречал людей со столь сильным взглядом.

Все приготовления были сделаны и мы ждали только подозрительно пунктуального гостя, так что сразу началось, собственно, празднование.


* * *

— Что, сынок, тяжелый взгляд у Узукаге, да? — весело спросил меня немного выпивший батя.

— Что есть, то есть, — философски ответил я, гипнотизируя здоровенный кусок мяса и прикидывая смогу ли его съесть или стоит немного подождать.

— Мне тоже иногда не по себе, — доверительно шепнул мне отец. Я удивленно посмотрел на него. Тот, заметив мой взгляд, пояснил:

— Это он сегодня был очень добрый, а тебя вон как пробрало, а я с ним даже пару раз поругаться успел, — батя незаметно вздрогнул, — уж больно у него контроль плохой, а чакры, наоборот, как у биджу, — покачал он головой, — мне, чтобы так придавить КИ надо еще постараться, а у него так получается, если настроение плохое, — покачал он головой.

Я внимательно его слушал и делал выводы. И первый же — не доводить Димона, пока не окрепну.

— Слушай, пап, а как его зовут? — поинтересовался я, — а то все 'он' да 'Узукаге'.

Батя посмотрел на меня, хлопнул рюмашку саке и выдохнул длиннющее имя, которое сразу и не запомнишь.

— А вообще, можешь называть его Удзи, думаю, он разрешит, — с каким-то странным выражением лица сказал мой батя. Мы немного помолчали, когда он с кряхтением встал и пошел куда-то к пьянствующим. А я снова уставился на мясо и после секундного размышления отодвинул его от себя. Сонно оглядев присутствующих и взглянув на солнце, я, незаметно для себя, уснул. Чертово маленькое тело.

*Таджима Учиха. Нынешний глава клана Учих. Личный кабинет*

В зале сидело двое: рослый широкоплечий шатен в церемониальных одеждах и мужчина с белоснежными волосами и в явно военной форме. Они не торопясь пили чай и смотрели друг на друга.

'Да уж, хорошо ему' — вдруг подумалось Учихе, — приперся в самых настоящих доспехах на праздник, и ведь не возразишь — даже по цене. Этот комплект стоит гораздо дороже, чем все нарядные тряпки его клана вместе взятые, уж больно много фуин на нем. Начинать разговор не очень хотелось, но договор заключен и надо действовать.

— Удзи, я позвал сюда, чтобы сообщить радостные новости, — с легкой улыбкой начал Учиха. Новости и впрямь были неплохими. Узумаки поднял бровь.

— Как я вам уже сообщал, темп развития моих наследников сильно опережает сверстников, но два месяца этот темп еще ускорился! Видимо, наступил тот переломный момент, который вы предсказывали.

Узумаки неслышно хмыкнул и кивнул.

— Сейчас братья уверенно опережают сверстников на несколько лет и разрыв этот только увеличивается. Я, если честно, не уверен, но по внешним признакам, у старшего уже можно пробуждать шаринган.

В этот раз ему-таки удалось удивить этого спокойного, как его маска, хитреца.

— Я не сомневаюсь в ваших словах, — ответил мне Узумаки, ставя чашку на столик, — но насколько безопасно это?

— Я... я не знаю, — резко выдыхаю. В архивах упоминается несколько подобных случаев, но ответа мы не получили.

Узумаки кивнул, — я думаю, что спешить с этим — не лучшая идея. Предлагаю дождаться естественного пробуждения или, если это не наступит до шести лет — пробудить насильно.

Я мысленно вздохнул.

— Думаю, так и поступим.


* * *

*Удзи Узумаки. Узушиогакуре*

Нормально поговорить с парнями мне, естественно, не дали. Ребята вырубились днем на пару часов и устали уже под вечер. Что поделаешь, бывает. В этот раз я передал еще один амулет разговорник, а один из подручных Котоку осмотрел предыдущий.

— Кстати, что ты там нарыл? — обращаюсь к парню, идущего рядом со мной к замку.

— Мастер Котоку перестарался с защитой, — даже под маской было слышно как он улыбается, — он настроил настолько параноидальную защиту от пространственных техник, что она угнетала даже нашу связь.

— То-есть, техниками, блокирующими пространственные можно обрубить нашу связь? — сразу выцепил важное.

— Э-э, — почесал он затылок.

— Я понял, — киваю, — дуй давай к Котоку, сообщи ему 'радостную' новость.

— Э, Так точно, — боец козырнул и попрыгал по крышам.

— Пф, как же с вами тяжко. Поскорее бы парни прибыли, нагружу их. Хе-хе-хе. Эх, а завтра еще на инспекцию к этим чокнутым аграрникам. Белин... Может, на курорт какой махнуть? Ага, с бесплатными развлечениями в виде убийц. Нет, первых двоих я убил быстро, но, как оказалось не только я в этом мире могу быстрее звука носится. Знаю, сам видел. И сам убивал такого 'зайчика'. В баню такой курорт, лучше сам бассейн сделаю... Кстати-и, в Конохе, помнится, братья сделали купальни... А почему бы и не попробовать повторить. Хм... Кого-же подрядить на это?

Прода 5

*Клановые территории Сенджу. Хоширама и Тобирама*

— Это... просто восхитительно, — восхищался светловолосый Тобирама.

— Ага, — рассеяно ответил ему черноволосый со стрижкой 'под горшок' Хоширама, водя рукой возле маленького ростка в горшочке, который мальчик держал в руке. Росток послушно изгибался вслед за пальцем.

— Нет, ты только посмотри, — не успокаивался Тобирама. Помахав в воздухе рукой, он с прежним энтузиазмом продолжил, — тут только что была нехилая рана от куная, да и сам я был изрядно избит... А тут оп-па, и я как огурчик. Разве это не потрясающе?

— Может быть, — отстраненно заметил Хоширама, напряженно всматривающийся в росток. Зеленый побег медленно стал оборачиваться вокруг его руки на манер браслета.

— Местные творят чудеса просто прикладывая руки, было бы неплохо тоже научится.

— Никуда ты от этого не денешься, — хмыкнул Хоширама, — еще успеет надоесть. — зеленая веточка сделала один оборот и теперь заходила на второй. Паренек все так же сверлил ее взглядом.

— Всегда хотел быть доктором, — неожиданно признается блондин.

— Да ладно, — черноволосый посмотрел тому в глаза. Черт, — ругнувшись он перевел взгляд обратно. Нахмурился, пристально уставившись на росток, дернул рукой — росток был прочно намотан на руку — а потом скривился и сложил какую-то печать. Весь зеленый побег разом превратился в быстро тающую пыль.

— Ты ж на программиста учился, — заметил Хоширама, отряхивая руки от остатков пыли.

— Это меня Димон и окружающие убедили, что в нашей стране ловить доктору нечего. — развел тот руками, — в принципе, может они и правы.

Покачав головой старший Сенджу повернулся к горшку и раскрыл над ним сжатый кулак.

— Вот это реально чудо, — обернувшись сказал он, когда из горшка пробился новый росток, — я неплохо в школе знал биологию, и то, что я буквально могу создать из воздуха живое растение меня просто ошеломляет. Хоширама продемонстрировал 'большой палец', из которого торчала совсем маленькая зеленая веточка с двумя листочками. Он встряхнул руками и веточка рассыпалась пылью.

— Вообще не понимаю, — покачал он головой.

— Это еще фигня, — многозначительно заметил 'младший' Сенджу (а по возрасту Богдан старше Сани), — я там в одном свитке прочитал, что в наши предки умудрялись делать заплатки так, что они потом еще и приживались.

— На людях, что ли? — не поверил Саня.

— Нет, блин, на стенах, — съязвил Богдан, — конечно на людях. Они и капилляры новые выращивали и чего только не делали.

— Даже так, — кивнул Хоширама, задумчиво глядя на новый расточек.

Они немного помолчали.

— Кстати, ты в курсе, что наша 'мама' снова беременна? — прервал тишину Тобирама, хотя я не помню, чтобы по сюжету у нас были братья.

— Ну, не будешь же ты закрывать глаза факты, опираясь только на аниме? — улыбнулся Хоширама.

— Нет, — серьезно ответил он, — просто, может быть, они просто не дожили до освещаемых событий.

— Оп-па, — старший Сенджу так и замер, — тогда будет уламывать Димона, чтобы забрал и их с собой, — Хоширама кивнул на амулет связи, через который они успели пообщаться с Димой.

— Тогда выходит, что так, — кивнул Богдан-Тобирама.

— Дети, ужин готов, спускайтесь! — их разговор прервал крик из кухни. Парни переглянулись и ловко поднявшись с пола, пошли на ужин.


* * *

На ужин была тушенная рыба с овощами и рисом. Кулинарный талант мамы молодых парней был просто заоблачных высот, поэтому ребята уплетали за обе щеки. Их отец не отставал.

— Семья, у меня важное сообщение, — когда все отдали должное яствам на столе, вдруг сказал глава семейства,— очень скоро будет новый поход против наших врагов — Учих.

Тобирама чуть не выплюнул на стол только что выпитый чай, но сдержался и судорожно закашлялся, Хоширама похлопал его по спине, заодно отвернувшись от родителей, чтобы те не видели его лица. Когда он встретился глазами с Богданом тот покачал головой. Саня поджал губы и развернулся к родителям.

Мать выглядела немного бледнее обычного, а батя был весьма взбудоражен.

— В этот раз мы их точно одолеем — мы заключили союз с несколькими соседними кланами об одновременной атаке. — он немного помолчал, обводя нас глазами и добавил, — я лично поведу клан в бой.

Мама не выдержав, все-таки пустила слезу, но просто мимолетным движением стерла ее с лица.

— Это мой долг, как главы клана и, как ниндзя. Я не могу отсиживаться за спинами своих братьев, когда те умирают.

— Тогда я иду с тобой, — резко ответила мама.

Следом был весьма долгий и эмоциональный спор, с которого парни благополучно удрали. Сидя в лесу недалеко от дома они тревожно переглядывались и шептали что-то в загадочный амулет, подаренный лично Узукаге. Казалось, что от него исходит весьма обеспокоенный мужской голос, но ведь не бывает так, правда?

А спор батя-таки проиграл.

Прода 6

*Удзи Узумаки. Личный кабинет*

— Я что, еще и за это должен думать? — проорал я в трубку, обрывая разговор с Учихами. Дозвонился я к ним, как оказалось, в начале грандиозного шухера с обоих концов 'провода'. Тамошние разведчики как-то дознали о грядущем нападении, и теперь все Учихи усиленно готовились к грандиозному махачу, а парни как раз выполняли роль 'принеси подай...'. Поэтому разговор шел быстро и закончился претензией ко мне, мол, почему не предотвратил нападение, с закономерным ответом. Ничего, чуток времени пройдет, успокоимся и поговорим опять.

А вот у меня был кипеш немного по другой причине. Решив, что много денег не бывает, я начал вспоминать все 'четыреста относительно честных способов отъема денег'. На ростовщичество (банки по-нашему) тут смотрели откровенно косо и обычно убивали на месте таких воротил. Следующим относительно гениальным методом были патенты, благо мой бизнес в стране снега уже в них нуждался.

Патентное бюро я уже создал, объяснил миру 'что это за зверь' и уже потек ручеек предприимчивых изобретателей, пока большинство только из страны ветра. Так вот, сегодня день что ли такой? В общем, пришло целая куча писем от наших партнеров со спорными патентами, спорами на счет них, претензий к нам(!)... напомню, что я все еще единственный судья на этом гребанном острове и, как показывает практика, единственный судья всего купечества, эдакий мировой арбитражный суд — а вы думали, что я целыми днями в потолок плюю, да тренируюсь? Ага, если бы...

Создать нормальную судебную систему мне мешает даже не тот факт, что я совершенно не разбираюсь в принципах работы таких вещей (благо тридцать с хвостиком лет опыта управления и решения споров), сколько специфика этого мира. Например, взять хотя бы основу любого криминального кодекса — эдакое 'не убий'. В мире наемных убийц этот вопрос приобретает небывалую глубину. Какое убийство может считаться уголовно наказуемым?

Или взять, к примеру, 'нанесение тяжких телесных'. Мало того, что все шиноби живучи, как собаки, так еще и порог 'тяжких' для всех разных. Мной можно хоть скалы навылет пробивать, мне пофиг, а вот генину хватит и одного правильного удара. Идем дальше, такая мера наказания, как тюремное заключение в мире, где 'средний уголовник' может руками крушить камень и завязывать узлом лом, а с кулака крошит скалы (не забываем про техники) — не самая умная, так сказать, затея. К тому же, длительное заключение может пагубно сказаться на 'здоровом образе жизни' заключенного и вывести его из обоймы сильных шиноби на очень долгое время.

А над статьей 'хулиганство' можно смело посмеяться — кто-то может разбить окно, а кто-то в пьяном угаре одной техникой 'случайно' смахнуть целый квартал... а я могу целый город... Да и вообще, как гарантировать 'конституционные права' и 'равноправие' в мире, где официально узаконена знать и рабы?

Так что дожидаюсь Андрея и попытаемся вместе что-нибудь придумать. Не то, чтобы я надеялся на его проницательность в подобных вещах. Я, безусловно верю в 'ту' систему образования, но не думаю, что начинающих юристов учат разрабатывать законы, им бы уже существующие выучить. Но Андрей просто тащится от юриспруденции и наверняка сможет мне в чем-нибудь помочь.

Я тяжело вздохнул и посмотрел на кучу писем и еще большую стопку патентов, тоскливо перевел взгляд на гору прошений и пробормотал, — либо я создам толковый штат, либо я тут свихнусь, — чуть-чуть помолчал и добавил, покосившись на печать на моем запястье, — или сопьюсь.

*Учиха Мадара. Территория клана Учих*

— С-суки, — вырвалось у меня. Мимо как раз проносили моего учителя, закрытого тканью. Еще одна жертва этой глупой войны? Ну вот какого хрена эти придурошные Сэнджу сотоварищи вообще полезли на нас? Почему вообще идет это противостояние?

Сегодня было утро после ночного нападения, успешно отраженного, но стоившего нам немалой крови: десяток убитых и многочисленные ранения у всех 'участников'. Сам бой дети и оставленные с нами сиделки провели в подземных убежищах, ну, как дети: все, кто старше десяти отправились 'на фронт'.

На небе, как назло, не было ни тучки. Я вышел на крыльцо дома, спустился по ступенькам и уставился в небо. Слезы, текущие из глаз он даже не пытался скрыть. На душе было хуже, чем хреново. Слабое подобие он чувствовал, в прошлой жизни: они стояли в оцеплении, а его товарища выдернула толпа. Тому парню сильно сломали ногу, он стал инвалидом, а тут...

Я только что прошел мимо комнаты, где, не приходя в сознание, скончался достаточно хороший одиннадцатилетний парень. Его звали Акио — переводится, как 'красавец'. За эти четыре месяца, что ребята тут пробыли они успели познакомится со всеми Учихами, а мне он понравился больше всех: спокойный, не по годам серьезный, он чем-то импонировал ему, но...

Это стало последней каплей. Мальчик выбежал во двор и уставился в поразительно голубое небо. Самое паршивое утро в его обеих жизнях. Ожесточенные лица окружающих, сжимающиеся от злости кулаки — все это точно намекало на скорый реванш... но зачем?

— Что зачем? — прозвучал знакомый голос. Посмотрев туда, Я увидел своего названного брата — Изуну. Тот тоже смотрел в небо, из его глаз текли слезы.

— Зачем они воюют? Зачем они убивают друга друга? Каждое действие порождает противодействие...

— Цепь ненависти, — подхватил друг явно чьими-то словами, — но ничего, скоро мы все изменим.

— О да, — мечтательно щурюсь, оглядываясь по сторонам: все выглядело обыденно, если бы не столб дыма, поднимающийся над тем местом, где недавно были домики селян. На опаленный местами лес — глаза подмечали все с необычайной точностью. Я с чувством сплюнул себе под ноги, вложив в это действие все свои чувства... и с воплем отпрыгнул в сторону. Вместо привычного хода развития событий, я выплюнул маленький фаербол, который взорвался у меня под ногами.

Ошарашенно глядя на маленький кратер у себя под ногами, я тихо матерился про себя. Переведя взгляд на Изуну я увидел смесь уважения с опасением у него на лице.

— Силь-он, — уважительно покачал он головой, косясь на ямку от взрыва.

— Я... это, — мямлил я, не в силах совладать с чувствами.

— Круто, — хлопнул он меня по плечу, — теперь ты у нас полноценный шиноби.

— А... а что это было?

— А вот за этим мы пойдем к бате.


* * *

*Таджима Учиха. Там же. *

Назвать этот день радостным язык не поворачивался, но Ками сумели его удивить. Приятно удивить. Высвобождение огня в едва исполнившиеся четыре года это, безусловно, отличный результат, обычно первые успешные попытки происходят через пару лет. Сейчас у старшего едва ли хватит чакры на что-то стоящее, но вот уже через пару лет тренировок, хм...

Не то, чтобы пожилой (двадцать шесть лет) шиноби верил или, тем более, доверял Узумаки... Он заключил эту мутную сделку из-за невероятно щедрой оплаты в весьма тяжелые времена. А раз оплата большая, значит зачем-то это нужно Узумаки. Мужчина с уже пробивающейся сединой спрятал лицо в ладонях.

— Проклятые Узумаки, ваши предсказания начинают сбываться...

Уже сейчас Мадара и Изуна немного превосходят сверстников, а резкий скачок интеллекта, прогнозируемый Узумаками, как маловероятный, все-таки произошел, а, значит, эти рыжие демоны сделали что-то с их мозгами, хотя все проверки показали отсутствие каких-либо ментальных закладок, уж в этом на Учих можно положится, но ведь Водоворот может иметь неизвестные методы... Как-то же они перемещают грузы на огромные расстояния. При чем эти методы ошеломляюще эффективны — эдакую мудрость его детей отметили абсолютно все...

— Мадара, Изуна, — почти плакал мужчина, сжимая кулаки, — что же они с вами сделали? — неизвестность подтачивала уверенность стального лидера, — сыночки мои... — Хорошо хоть сделка заключена на первых двух сыновей. А на них глава клана Учих отнюдь не собирался останавливаться...

Примечание к части

Прошу прощение за задержку — уж слишком туговато шла глава и приходилось не раз перерисовать все с нуля(( Обещаю, что дальнейшие проды будут чаще.

Прода 7

*Учиха Изуна. Территория клана Учиха*

— Сегодня, дети, мы поговорим про второе наше мощнейшее оружие, — вещал с возвышения седой воин, — Муракаши, — внезапно резко сказал он.

— Я, — подскочил названный.

— Скажи на чем основывается наша сила?

— В нашей ненависти к врагу, — бодро выкрикнул заученный лозунг паренек, а я мысленно поморщился.

— Правильно, — кивнул учитель, — а в чем проявляется наша ненависть?

— В ослепляющей вспышке огня, испепеляющего тела наших врагов и иллюзиях, что погружают душу противника во тьму! — снова безошибочно ответил ученик. Лично я эту мрачноватую кричалку выучил уже на второй день пребывания тут.

— Верно. Садись, Муракаши. Итак, как вы уже поняли, сегодня мы начнем изучать иллюзии. Раньше у вас не хватило бы контроля даже для простейших манипуляций, так что вас раньше времени не подпускали к недосягаемым знаниям.

Мда, не прошло и года, что называется. Этих занятий я ждал уже где-то пол года и возлагал определенные надежды на 'школу иллюзий'. С высвобождением огня у меня все было не так гладко, как у 'старшего брата' — всему мешало то самое спокойствие и созерцательное настроение, мои вечные спутники по жизни. Нет, конечно, разозлить меня не сложно, но заводится самому, злясь на пустоту, у меня получается весьма скверно.

Один раз меня так довели подколками мои 'братья по клану', что я чуть не сжег придурков здоровенной волной пламени — сказывается привычка 'хранить все в себе'. Это и было, собственно, мое первое 'высвобождение'. Дальше дела пошли проще: вызывать пламя становилось все проще и проще, а в последнее время я уже обходился только печатью 'Тигра'.

Так вот, если впавший в детство Мадара игрался с мощностью и количеством одновременно высвобождаемого пламени, то я 'качал' контроль — пытался закручивать пламя спиралью, создавать из него фигуры... и это принесло свой результат. Меня взяли на 'курсы' иллюзий и я тут самый младший ученик. А Мадара, к слову, еще 'не дорос' до них, правда, к иллюзиям он испытывает некое пренебрежение.

— Всего есть три вида иллюзий, — вещал наш очередной учитель, — иллюзии на местности, которые влияют на всех, кто посмотрит в определенную сторону, но они создаются как техники огня и из-за колебания разно нагретого воздуха создается картинка. Сейчас у вас не хватит ни контроля ни, как ни странно, чакры.

— Иллюзии, основанные на кеккей-генкае других кланов, как то: звук, туман, галлюциногенный яд. Для нас они практически неповторимы, да и эффект у них в разы слабее Шарингана.

'Лично я бы не стал вот так просто откидывать их', — лениво подумал я.

— Ну и, наконец-то, так называемые 'внутренние' иллюзии. Они создаются прямо в мозгу у противника с помощью некоего фильтра чакры. На них мы и остановимся подробнее. Наш клан считается абсолютным мастером в данном искусстве шиноби, во многом благодаря Шарингану. Позднее я расскажу почему. Итак, мы бы не были столь страшны в иллюзиях, если бы не уделяли изучению своих сил достаточно времени...

'Оп-па, весьма здравая мысль. Одна из немногих, наверное'

— Так что я вам настоятельно не советую заниматься в одиночку и изобретать кунаи, — при этом он почему-то посмотрел на меня. А я что, а я ничего. Подумаешь, попытался 'проникнуть' во внутренний мир и чуть там не остался...

— Внутренние иллюзии классифицируются по сложности создания:

Ассоциативные. Первый и самый простой тип иллюзий, они полностью работают за счет врага. Приведу пример, иллюзия 'навязчивого страха', в которой враг видит то, чего он опасается. Принцип действия простой: фантазия у всех, без исключения, людей достаточно развита, а простейшее усилие со стороны противника и вот его фантазии приобретаю материальность. Такие иллюзии не требуют исключительного контроля и хоть какого-либо вмешательства. Именно с них мы и начнем.

Вдруг возле меня с шипеньем проползла змея, я инстинктивно отпрянул от нее. Змея тут же развернулась ко мне и, не раздумывая, впилась мне в лицо. Я заорал от неожиданности, закрывая лицо руками... но ничего не произошло, а, судя по хору из испуганных голосов, не один я 'познакомился со змей'.

— Это простейшая иллюзия, — тем же спокойно-надменным тоном продолжал учитель, смотря на ошарашенных детей.

— Фрагментирующая замена. За столь сложным, для вас, термином скрывается ни что иное, как изменение какого-либо объекта в поле зрения противника. Например, можно добавить камень на дороге, можно 'перекрасить' дерево в оранжевый цвет, — преподаватель переждал смешки, — а можно 'сместить' свою атакующую руку чуть ниже, чтобы противник попытался заблокировать воздух или 'стереть' из видимости кунай, чтобы противник 'поймал' его. Грудью, — хохотнул он, откашлялся и продолжил, — невозможно переоценить важность таких иллюзий.

— Например, вот этот кисть для письма, — он взял с 'кафедры' кисточку, — скажите мне, она реальна?

Послышались не очень уверенное блеяние, мол, реальна.

— А вы уверены? — и кисточка истаяла туманом, а затем вдруг появилась, превратилась в ворона и полетела прямо в меня! Я попытался уклонится, но птица была быстрее. Я убрал руки от лица, чтобы убедится, что мы снова стали объектом шутки этого старого козла.

— Вот главная опасность иллюзий, — менторским тоном говорил учитель, — ты не знаешь где правда, а где иллюзия. А без этого знания никакие 'развеивания' и 'кай' тебя не спасут — твои мозги будут упорно цепляться в спасительную реальность, даже если это иллюзия. Идем дальше, — сказал учитель, мимоходом положив кисточку на стол, отчего та рассыпалась муравьями, глядя на притихших учеников. А у меня взгляд был, будто у изголодавшегося тигра — это же ТАК круто!

— Полная подмена. Весьма сложная иллюзия, которая изменяет большую часть поля зрения противника, почти невозможна без использования иллюзорного клона, сейчас расскажу что это такое, — поднял он руку, — такие иллюзии применяются, чтобы, например, 'заблудить' противника в лесу, или внезапно погрузить его в непроглядную тьму. Способов применения, как листов в лесу.

— Например вот так, — сказал довольный, как слон, учитель.

Внезапно комната стала расширятся во все стороны и вверх и... вниз, пока мы все не остались висеть в абсолютной темноте. Похлопав в том месте, где должен был быть пол... я его не почувствовал, а моя рука провалилась гораздо ниже уровня моей пятой точки. Вдруг я начал потихоньку 'тонуть' вниз, но паника не успела охватить меня, как все вернулось на свои места. Вокруг раздались облегченные вздохи. Скорее всего, среди них был и мой.

— Один из самых сложных типов иллюзии — влияние на человеческое тело. Дело в том, что каковы вы бы не были сильными, но повлиять на вменяемого человека вы не сможете. Надо выбить человека из колеи и заставить его поверить, что вы — сильнее его, поэтому, чем ужаснее будет иллюзия, тем сильнее в нее поверит противник и тем меньше сил для борьбы у него будет.

Я с внутренним содроганием ждал очередной демонстрации и... дождался. Из стел вылетели цепи и начали обвязываться вокруг меня. Они были полностью настоящими... или выглядели настоящими. На ощупь холодный, чуть ржавый метал, был неотличим от настоящего. Сначала я немного запаниковал и начал выдираться, но цепи, толщиной в мою руку так просто не разорва...

'Хм, если вспомнить слова учителя', — я сел поудобней и восстановил в сознании образ комнаты до наложения иллюзии, а потом, вспомнив аниме, остановил на мгновение течение чакры голове. Где-то внутри черепа, казалось, взорвалось что-то нужное, и со стоном повалился вниз. Краем глаза я заметил своих 'одноклассников', корчащихся в разных позах и с ужасом в глазах. Видимо, что-то не очень приятное приготовил наш учитель. Кстати о нем. Я посмотрел на этого дядьку и столкнулся с его внимательным взглядом. Вдруг его зрачок покраснел, а я, догадываясь к чему это приведет, не успел зажмурится... и, в итоге, провел положенное мне время закованный в цепи с ползающими по телу муравьями, из которых состояла воображаемая кисточка. — вырваться еще раз не получилось.

— Поэтому, комбинируя все предыдущие способы, — чуть позже продолжил речь учитель, — вы сможете создать воистину эффективные вещи. Когда я говорю 'эффективные' я имею ввиду эффективно убивающее, хе-хе. — он резко оборвал себя, — но есть еще один тип иллюзий, который выходит за все рамки привычного в этом мире. Иллюзии, настолько мощные, что вырваться из них не сможет даже сильнейший из Учих, — казалось, что температура в классе немного опустилась, все замерли от какого-то мистического ужаса.

— Мангёке Шаринган, — от этого слова вымело все мысли из моей головы и начал внимательно вслушиваться. Дима как-то не удосужился нам рассказать, что местным известен Шаринган или, может, он не знал? По канону его впервые открыли я и Мадара, — это додзютцу считается мощнейшим оружием нашего клана. Легендарный Мангёке позволяет затащить противника в мир иллюзий, где вы — настоящий бог со всеми возможностями, может переписать личность противника, сделав из маньяка пацифиста, а из Сэнджу — раба Учих, — кривая улыбка зазмеилась по его губам, — ну, этого мы и сами добьёмся, хе-хе.

Я еле сдерживал себя, чтобы не кивать в такт получаемой информации, а сидеть с открытым ртом, как и все остальные. Было бы сложно ответить откуда знаю про Цукуёми и Аму... Ама... забыл, как там ее. А так про кучу других абсолютно читерских способностей Мангёке, вроде нетушимого пламени, неразрушимого щита и реальной тридцати секундной неуязвимости.

— Сегодня вы попрактикуетесь в Ваших первых иллюзиях...

'Сегодня? Же ничего не умею!'

— Конечно, до уровня техник, продемонстрированных мною, вам еще очень далеко, — самодовольно улыбнулся этот хрен, — так что начнем мы с самого простейшего способа внедрения иллюзий. Начнем с маленького теоретического экскурса. Дело в том, что все наши органы чувств так или иначе пропускают в вашу систему циркуляции чакру из окружающего пространства. При чем непосредственно в мозг. Есть теория, что они как-то ее анализируют, хотя я, если честно в это не верю. Чакра есть чакра, — сказал он с выражением 'любой дурак это понимает' и некоторые дети даже закивали.

— Итак, посмотрите мне в глаза...

Я взглянул в нормальные глаза учителя, ожидая любого подвоха.

— Расслабьтесь, на этот раз ничего я вам не сделаю, — очевидно, он заметил нашу нервозность.

— Так, отлично. Теперь, когда вы смотрите мне в глаза, вы можете направить в них свою чакру и, в независимости от моего желания, она проникнет в мой мозг. Другое дело, что я знаю, что делать дальше.

— От вас требуется только конкретно представить что-либо и постараться вытолкнуть его вместе со сгустком чакры. Можете на первых порах использовать печать концентрации. Ну, что ж, давайте попробуем, я буду поочередно смотреть вам в глаза, а вы попробуйте погрузить меня в иллюзию.

На воображение я никогда не жаловался, особо шикарно было, когда я читал какую-нибудь захватывающую книгу — перед глазами стоял настоящий фильм, а глаза на автомате бегали по строчкам. Но 'обнимать необъятное' сразу я не старался, поэтому, решил выбрать что-то совсем простенькое: добавить себе родинку под глазом. Ну надо же с чего-то начинать?

Учитель постоянно комментировал чьи-то попытки, вроде 'слишком расплывчато'

Я во всех деталях представил эту родинку, и с разных ракурсов и с совсем близкого расстояния и когда поймал взгляд учителя 'скинул' ему все это 'одним пакетом'.

— Неплохо, Изуна, — кивнул он мне и немного сморщился, — но уж слишком много ты вложил как чакры, так и информации. Скажи, зачем мне знать, как выглядит твоя родинка впритык? — он наставительно поднял палец, — информацию ты должен вкладывать по мере необходимости, иначе несвоевременно 'всплывшие' знания изрядно тебя выдают.

Я кивнул, принимая критику и делая выводы...

— Ну, как-то так, — покачал он головой, — теперь попробуйте друг на друге. Ваша задача ввести всю группу в иллюзию и заставить их поверить в ваши слова.

Удивляясь странной формулировкой задания я задумался над способом 'заставить поверить' толпу.


* * *

Теперь моя очередь. Предыдущие попытки Учих как-то не впечатлили: одни пытались повторить иллюзии учителя, естественно, безуспешно. Кое-кто, более сообразительный, пытался напугать нас чем-то страшным, но не удержал концентрации. И так далее... Это было реально первое занятие и продемонстрировать хоть что-то почти нереально.

Встав, я медленно подошел к столу учителя и взял ту самую кисточку. Созданная из какого-то светлого дерева она была нормальной на ощупь. 'Хм, таки реальна', — мимоходом отмечаю этот факт и разворачиваюсь к ребятам, накладывая простенькую иллюзию на них, затемняющую цвет дерева кисточки и как бы случайно показываю ее детям. Спрятав кисточку за отворот кимоно я принял показательно сосредоточенную позу, сложив печать концентрации... постоял так немного, а потом достал кисточку... и снял с ребят иллюзию.

— Эта кисточка светлая, — основная моя задача заключается в том, чтобы посеять в них сомнения.

— Неправда! — выкрикнул один пацан, — я видел она была черной! — он сложил печать и крикнул, — кай!

Кисточка, естественно, не изменилась, так как иллюзии на ней не было.

— Кай! — народ пытался скинуть иллюзию.

Подловив одного такого, он даже зажмурился для пущего эффекта, я успел накинуть на него иллюзию до того, как он взглянет на предмет.

— Получилось, получилось! — воскликнул шкет, который, правда, был на пару голов выше меня, — я сбросил иллюзию, — парень обернулся посмотреть на учителя, но тот остался равнодушен, повернувшись обратно парень увидел вновь 'побелевшую' кисть.

Я игрался с ними где-то минуту, а потом решил немного развлечься.

— Да белая она, вот, держи, — я протянул кисть ближайшему парню и вокруг нее тут же собрались все остальные. Они пытались поймать иллюзию на мелочах: отражение будет не того цвета, периферийное зрение будет немного сбоить, ведь главное в гендзюцу — сомнение врага. Ведь если он точно знает, что вокруг него — иллюзия, то он сможет скинуть ее, особенно если вы равны по силе, но... если ты не знаешь где правда, а где ложь, то ты вряд ли сможешь скинуть ее с себя. Особенно если иллюзии нету, хе-хе.

— Вы все равно не скинете мою иллюзию, — хмыкнул я, — давайте ее сюда, покажу вам кое-что.

Кисточку передали мне и опасливо покосились на меня.

Поставив ее между ладонями, я резко хлопнул, закидывая кисть в рукав кимоно и накладывая простенькую иллюзию тумана, который поднимался к потолку. А пока все смотрели вверх на туман, быстренько достал кунай и заставил туман 'перетечь' в него.

— На самом деле ни кисточки ни этого куная нету...

— Врешь! Ты не мог освоить столь сложные иллюзии!

— А кто сказал, что это мое первое занятие? Да и вмешательство Узумак сбрасывать не стоит, — пожал я плечами и кинул кунай под ноги одному из Учих.

— Кунай настоящий, — медленно проговорил самый старший из учеников, — как и кисть, которую ты спрятал, покажи ее!

— Я создал 'туман' и достал кисть. Опять же светлую.

— Да клянусь вам, она черная!

— Не думаю, — хмыкнул он, — скорее всего она белая, а чернота и есть твоя иллюзия!

— Ты прав, — я поднял руки и улыбнулся.


* * *

Мое 'выступление' было почти последним и под впечатлениями и чуть не забыл оставить кисточку.

— Изуна? — окликнул меня учитель

— Да, сенсей?

— Ты ничего не забыл? — приподнял он бровь.

— Ой, прошу прощения, — я достал кисть и положил на стол. Кисть медленно растаяла. Я потрогал то место, на которое положил и не смог нащупать ее.

'А была ли кисточка?'

Судя по хитрой улыбке учителя, ответ я так и не узнаю. Но, черт побери, как же это круто управлять ими! Иллюзия — это определенно моя тема!

Прода 8

*Удзи Узумаки*

Я сидел в своем кабинете, закинув ноги на стол и разговаривал по 'телефону' с Мадарой. Солнце припекало через окно во всю стену к меня за спиной и я, пригревшись, лениво его слушал.

— А с Изуной тут история приключилась... Он сейчас у медиков лежит.

— М? — я немного очнулся, — что-то серьезное?

— Та не, — голос в трубке развеселился, — просто отколотили его нешуточно.

— Живой хоть?

— Да конечно, что с ним случится-то...

— За дело хоть? — улыбнувшись спрашиваю.

— О да, — хохотнула трубка, — ты же помнишь, я рассказывал, что он иллюзиями увлекся?

— Ну...

— Так вот, он начал их накладывать просто на всех подряд. Первым его поколотил я: когда я гнался за ним, а он немного сместил дверь и я благополучно поймал лицом косяк.

— Бха-ха-ха-ха-ха, — от души расхохотался я.

— Ага, тебе смешно, а мне не очень, — посмурневшим голосом сказала трубка, — я ему за это лицо набил, но, видно, его это ничему не научило. Он еще неделю издевался над парнями: то стул 'отодвинет' иллюзией, то дерьмо скроет, но потом он докопался до парня на два года старше меня. Поймал где-то в лесу змею и положил тому на стул. Пацан, не будь дурак, тут же смекнул, что это иллюзия, но почему-то развеять ее не смог.

— Хи-хи, кхам. И что дальше?

— Что, что, с размаху сел на нее.

— А-ха-ха, — я снова заливисто расхохотался...

— Ага, а потом он пол дня ловил этого иллюзиониста по всей деревне, ну, и, естественно, догнал.

— Это он его в больницу?

— Та не, — протянула трубка, — это он решил прикольнуться над Учихой с шаринганом...

— Пфф, и че?

— Че-че, — передразнила меня трубка, — силенок наложить иллюзию на шаринган у парня не хватило, зато тот парень оказался тоже не дурак пошутить... Я не знаю подробностей, но в итоге наш горе колдун капитально навернулся с дерева. В прямом смысле.

— В смысле?

— Ну, — Мадара замялся, подбирая слова, а я пока смотрел на проплывающие мимо облака. Скоро этот чертов сезон дождей — местная зима — начнется, надо бы мостовую укрепить, а то этой весной немного набережной размыло.

— В общем, они там друг друга погружали в иллюзии и в голове у Изуны что-то переклинило и он был уверен, что стоит на земле, а не на самой высокой ветке дерева.

— Ого, даже так? — не на шутку удивился я.

— Ну да, а ты не знал? — заинтересовался Мадара.

— Ну, как тебе сказать, у меня тут мастеров гендзюцу днем с огнем не сыщешь — специальность у народа не та...

Поболтав со мной еще немного Мадара отключился, а мне было настолько лень что-то делать и куда-то идти, что я набрал еще один 'источник новостей' — братьев Сэнджу.


* * *

*Тем временем. Территория клана Сенджу, Тобирама Сенджу*

Молодой альбинос пялился на свое отражение в зеркале и чем дольше он смотрел туда, тем больше ему нравилось. Богдан всегда пытался выделится в толпе, правда, дальше шуточек на грани фола и вызывающим фейспалм поведением все и ограничивалось, а теперь его внешность одна из самых впечатляющих. Паренек попытался улыбнутся... 'М, не, мне, такому брутальному улыбка как-то не идет. Только слегка обозначить... Во, другое дело'. Тобирама скорчил надменную рожу и признал, что она идет ему даже больше привычной невозмутимости.

Белая, неподдающаяся загару кожа, белоснежные волосы, красные глаза... Загляденье! Говорят, после рождения я был вполне нормальным ребенком, в смысле, русые волосы и карие глаза, но с возрастом они стали... выцветать. И вот теперь я такой вот белоснежный. 'Хм?' — я присмотрелся к своему отражению и увидел какие-то странные почти незаметные полоски у себя на лице. 'По-моему, у моего протеже были эти крутые полоски на лице и вот теперь они начали проявляться. Хм, а я думал это он ради понтов рисовал...'. Но мне пора на очередное занятие.

До сих пор, если честно, не привык к самой настоящей магии, которую я творил своими руками. Не понимая принцип действия окружающей меня действительности, я просто абстрагировался от этого. Забил, проще говоря, на непонятное, и вовсю игрался с новыми способностями. Как ни странно, но первой пробудилась именно 'наследие крови', он же кеккей-генкай. Несмотря на то, что Мокутон якобы смесь двух элементов и, в теории, мы должны овладеть на нормальном уровне водой и землей для каких-то вменяемых результатов в нем... А на практике получается совсем наоборот: с мокутоном у нас все в порядке, а вот стихии пока дались только мне, да и то, только вода и совсем чуть-чуть.

Ну, как сказать, в порядке... Дело в очень странном КПД использования чакры в мокутоне. Если 'старший брат' может без проблем создать росток, то у меня едва ли получается веточка за тот же объем вложенной чакры, может, что-то изменится в будущем, кто знает... И пока я объективно слабее его. Канон говорит, что я должен сосредоточиться на стихийных техниках... но у канонного 'меня' не было мокутона, хе, как и знания будущего.


* * *

Я стоял по плечи в водоеме и гонял волны по кругу. При чем используя исключительно чакру. По моему скромному мнению — идеальный способ изучать стихию. В других-то полное погружение, может, и прокатит, да только проверять дураков нет.

Принцип достаточно прост — выпустить чакру и напитать ею окружающую воду. 'Своей'-то водой может каждый дурак управлять: плюнул напитанной чакрой слюной и крути ее как хочешь (это был первый этап подготовки).

Смысл этой тренировки в том, чтобы подчинить себе 'нейтральную' воду. Хоть канон и говорит, что в будущем я смогу создавать воду где угодно, но пока резерва чакры хватает только на полный рот воды... и все.

Так... вытянуть правую руку, а левой сложить печать концентрации. Выпустить чакру... позволить ей немного разойтись от руки... почувствовать воду вокруг... 'оп, есть контакт'. Медленно закручиваю воду вокруг руки...

'дзз — дзз', — звук, исходящий из моего медальона на груди отвлек меня и я потерял концентрацию. Это была последняя моя чакра и, соответственно, последняя тренировка на сегодня. Шагая к берегу я 'взял трубку'.

— Да?

— Оу, — удивился голос, — я не вовремя?

— Почти, — раздраженно ответил я, шагая в воде к берегу.

— Говорить-то можешь?

— Могу, могу, — я наконец-то выбрался на песок и улегся отдыхать. Лесное озерцо, где я тренировался, находилось в центре чащи, так что меня со всех сторон окружали деревья, а вокруг царила тишина, нарушаемая только 'звуками природы'.

— Что новенького? — поинтересовался Удзи.

— Да все по прежнему, — лениво отвечаю, — кеккей-генкаем управлять гораздо проще, чем составляющими стихиями...

— Как у Хаку, — перебил меня голос из трубки.

— Да-да, как у Хаку, ты это уже третий раз говоришь.

— А, — я живо представил, как он отмахивается от меня рукой, — ты ничего не понимаешь, от этих данных Котоку просто кипятком писает и ждет вас не дождется.

— Ты там это... поумерь его пыл, ладно?

— Та не волнуйся, все будет в порядке. Как сам-то?

— Да помаленьку, — я откинулся на спину и посмотрел в небо, — тренируюсь, учусь, снова тренируюсь. Знаешь, эти дзюцу такие крутые, — неожиданно признался я.

— О да, до сих пор тащусь, — согласился Удзи.

— Что еще нового... а, 'мама' родила еще одного ребенка. Здорового, все в порядке, но та ночная вылазка все-таки здорово ее подкосила. Но несмотря на это, они задумывают еще ребенка.

— Ну, в их ситуации это понятно, — задумчиво согласилась трубка.

— А у тебя как?

— Оу, блин, даже не спрашивай, — даже по голосу было слышно, как сморщился Удзи, — эти постоянные разъезды у меня в печенках сидят, все остальное более-менее спихнул на подчиненных. Что там еще нового... — задумался он, — а, окончательно переехали Яманака и сразу впряглись в работу.

— А зачем они тебе? — лениво поинтересовался я.

— Хе-хе, секрет, — хмыкнула трубка, — вот приедешь — расскажу.

— Ловлю на слове, уа-ах, — неожиданно для самого себя я зевнул, — ладно, отбой, я тут вздремну чуток.

— Сладких снов, — буркнул Удзи и отключился.

*Удзи Узумаки*

Чертовски занятый Тобирама, не захотел развлекать меня дальше, мда... Пойти что ли постовых понапрягать? Делать совершенно нечего... правда, буквально через десять лет я такое начну такое проворачивать, что отдых мне будет только снится... интересно, как ребята отреагируют на мой план: в глаза назовут психом или только между собой?

Прода 9

*Таджима Учиха. Личные покои*

'Совершенно незаметно прошли эти шесть лет', — думал глава могущественного клана, глядя в окно. Уже не молодой — двадцать шесть лет — мужчина с тоской смотрел в окно, за которым полностью отражая его чувства бушевала буря. Косой дождь хлестал по земле, стеной закрывая ближайшие дома а дальний лес и вовсе не было видно. Время от времени темноту пронизывала яркая вспышка молнии, освещая лицо мужчины. Судя по влаге у него на лице, там тоже шел 'дождь'.

Таджима испытывал непреодолимое желание разорвать контракт с этими демонами — Узумаки, отдавать двоих старших сыновей совершенно чужим людям он не имел совершенно никакого желания. Тогда, этих гребанных шесть лет назад, ему казалась очень удачной сделкой обменять двоих своих отпрысков на уникальную защиту поместья и комплект первоклассной брони для всех Учих. Подумаешь, детей жена еще нарожает, а вот ту же защиту библиотеки — нет. Но сейчас, когда время расставания уже подошло, как же больно было отпускать родную кровь в неизвестность...

Тогда Узумаки были известны только в легендах и о самом факте их существования знали только побережья Страны Огня и Страны Воды. Тогда возможность сорвать контракт 'если что', рассматривалась как вполне возможная, но это было тогда... Сейчас же, Узумаки превратились в геополитического монстра, ведущего свои интересы на равне с сильнейшими странами 'большой пятерки', с территорией меньше, даже чем клановые земли самих Учих! Да в стране воды, настолько маленькие острова даже не заселяются — бесперспективно, а вот поди же ты.

Военный авторитет у Водоворота сейчас превосходит даже страну Огня, двадцать лет назад завоевавшую большую часть Страны леса, в следствии чего последняя распалась на множество провинций, гордо называющие себя Странами Травы, Водопада, Звезды...

Ни одного успешного нападения на конвои Водоворота и, тем более, их 'анклавы', даже силами сильнейших кланов... А вот ответная реакция была страшной: вира за убитых, штраф за нападение и 'угрозу имуществу' в виде золота или знаний... пару раз бойцы Узушио под корень вырезали нападавшие кланы. Водоворот стремительно входит в местную политику. Кажется, весь мир пришел в движение: создаются торговые гильдии, ведутся самые настоящие войны между торговцами за внезапно открывшиеся рынки всего мира. Возможность перекинуть товар хоть на другой конец материка вызвала необходимость в расширении производства по технологиям страны снега, опять же под патронажем ученых из Водоворота.

Авторитет у Водоворота сейчас просто немыслимый и давать повод для агрессии такому монстру, нет уж... Хоть Учихи — сильнейший клан в стране огня, но Таджима подозревал, что не сможет справится с многочисленными отрядами Узумаки, что такое три сотни Учих против точно известных шестисот боевиков? А если Водоворот поступит умнее и кинет клич среди ценителей редкого додзюцу?

Единственное утешение у главы сильного клана были двое меньших детей. На то, что старшие вернутся, мудрый правитель не очень рассчитывал.


* * *

*Учиха Изуна*

Вот уже третий день весь клан как на иголках. Сначала был мой шестой день рождение, который усердно 'обмывался' всеми шиноби и 'гражданскими', а потом наступило какое-то нервное ожидание — ведь по договору с Водоворотом сразу после того, как младшему наследнику (то есть мне) исполняется шесть лет, мы наконец то переезжаем жить туда. Скажу честно, нервозность всех без исключения Учих меня немного напрягала. Только один отец раза четыре нас спрашивал точно ли мы хотим ехать куда-то на край мира, мы делали вид великих мучеников и были намеренны 'отдать долг клана'.

Женская часть Учих бегала, как ужаленная и пыталась собрать в дорогу. Когда я случайно увидел гору припасов у меня возникла мысль, что я собираюсь минимум в кругосветное путешествие, в компании роты солдат. Мысленно перекрестившись, я тихонько отвалил.

Все остальные, казалось, готовились не к приему почетных гостей, а к отражению массированной атаки Узушио с применением тяжелой техники (я видел в лесу что-то похожее на противотанковые ежи, обвешанные фуин. Спрашивать, что это я побоялся) или к появлению кого-нибудь из хвостатых за заднем дворе старосты.

С нами так же шли трое учителей: Араши Учиха — достигший весьма впечатляющих высот в огненной 'магии', он был признан одним из лучших среди ниндзя, следующих этому пути чуть ли не во всем мире. Бьенджиро Учиха — сильнейший 'рукопашник' и 'шашкомахатель' клана. Он тренировался с шести лет, а открывшийся в пятнадцать Шаринган дал невообразимую прибавку к мастерству. Пусть ни ниндзюцу, ни гендзюцу на серьезном уровне ему были недоступны из-за особенностей чакры, но в ближнем бою ему не было равных благодаря весьма чувствительному Шарингану. И последний, ставший притчей во языцех у врагов, Исами Учиха, который наглядно показал, что даже без Мангёке Шарингана можно сворачивать мозги врагам в узел и без проблем их... компостировать. Он достиг достаточного уровня мастерства, даже чтобы обдуривать своих соклановцев с развитым шаринганом и единственные, кто без проблем выходил против него были Хьюги, пару раз даже надававшие нехилых тумаков на заре становления его 'карьеры'.

Все трое были давно сработанной тройкой, а их силу наглядно доказывает то, что они дожили до впечатляющего возраста — сорок лет с такой-то наградой в книге 'Бинго'. Хоть они втроем уже давно отошли 'от дел' и занимались только обучением молодняка и клановыми делами, но 'зажечь' они были способны. Поэтому их с нами и отправили: весьма сильные и способные чему-то обучить наследников, но не ключевые бойцы клана.

Мы с братом были, естественно, в центре внимания и уже успели конкретно так устать от этого: все, без исключения, наставники пытались вдолбить в нас жизненно важные, по их мнению, навыки. Сначала было здорово, что нас собираются учить всерьез, но когда меня попытались научить технике высшей защиты сознания, основанной на десяти(!) иллюзорных клонах, образующих бесконечный лабиринт, при том, что даже одного клона я не смогу создать еще лет десять... или когда брату попытались впарить 'Массовое огненное уничтожение', которое откопали где-то в легендах и требующее просто океан чакры...

Все были на нервах и откровенно не знали, что делать: то они готовили шикарный стол для приема делегации и 'на всякий случай' травили некоторые блюда, то обвешивались оружием под церемониальные одежды...

Когда из лесу появились Узумаки все одновременно выдохнули и начали как-то нехорошо подбираться. Я с братом и учителями стоял чуть в стороне от встречающих и с удивлением разглядывал прибывших. Хоть раньше и видел один раз 'униформу' Узумаки, но в этот раз они превзошли самих себя, троица выглядела Очень колоритно: по бокам шли два самых настоящих шкафа, выглядящие, как самураи и закованные в броню с ног до головы. Из ударных поверхностей (тыльные стороны ног, плечи, колена...) торчали острые шипы... готичненько так... лица их закрывали нечто, похожее на респираторы, а не те жутковатые маски как обычно. Но больше всех выделялся парень, что шел в центре. Шел он в броне, которую я раньше называл 'тяжелой': тряпичные одежды, броник-кираса и щитки на руках и ногах. Но самое интересное было не в этом. Шел он без шлема, со скучающим выражением лица, а прическа-ананас кого-то мне напоминала. Будто бы не замечая сгущающегося в воздухе напряжения, парень шел, положив руку в карман, а другой прикрывая рот от могучего зевка.

— Как же лениво, — услышал я его шепот, когда он остановился в трех метрах от немного шокированных Учих. Полностью по этикету, к слову!

— Нара? Откуда они тут, — тихо спросил Араши.

— Не знаю, — шепнул ему в ответ Исами

— Тихо вы, сейчас все пропустим, — шикнул на них Бьенджиро.

Паренек тем временем лениво осмотрел встречающую его толпу и, зуб даю, заметил и попрятавшийся в домах 'засадный полк' и залегших в высокой траве 'партизан', но, судя по безмятежной ухмылке, его это ни капельки не волновало.

— Добрый день, Нара, рад вас приветствовать на территории нашего клана — первым нарушил звенящую тишину мой батя.

— Добрый день, достопочтимый Таджима, — поклонился Нара в ответ, — рад оказанному вами гостеприимству.

— Да он же его троллит, — шепотом восхитился я, — во дает, — Мадара кивнул.

— Чего? — спросил меня кто-то из учителей.

— Тихо вы! — так же шепотом прикрикнули откуда-то сзади. И прислушались к диалогу.

— Могу ли я поинтересоваться, с какой целью представитель столь уважаемого клана посетил наши скромные владения?

— Это не составит мне труда — кивнул Нара и жестом фокусника достал откуда-то свиток. Я, если честно, даже и не понял откуда. 'Запечатывающий свиток... прямо на броне', — шепнул учитель. Тем временем, Нара продолжил, — вот копия договора между Учихами и Узумаки на семнадцатое марта 3168 года от победы над десятихвостым, — парень мгновенно развернул его, отчего некоторые вздрогнули.

— Первая строка договора...

— Я знаю, что там, — перебил его помрачневший папа, который скорее всего, этот договор чуть ли не на память знает, — но меня интересует что он делает у тебя и с какой целью ты сюда явился.

— Я, как представитель клана Узумаки, — отбросив политесы парень продемонстрировал выгравированный на броне символ упомянутого клана, — и официально назначенный парламентер, — еще одно неуловимое движение и парень достает документ, завизированный отлично видимой печатью Узукаге, — явился сюда зафиксировать выполнения условий вышеозначенного договора со стороны Водоворота.

— Дилетант, — цыкнул Мадара — бывший практикующий юрист.

А я в то же время, совсем не смущаясь стоящих вокруг меня Учих, достал медальон и связался с Удзи.

— Узукаге слушает, — крайне официально поздоровался Дима.

— Добрый день, уважаемый Узукаге, не соблаговолите, пожалуйста, ответить на мой вопрос.

— Да, я Вас слушаю, только не долго, я сейчас немного занят.

— Тут с Вашей стороны пришел некто, выдающий себя за Узумаки, но при этом являющийся Нара.

— А, комбат Даичи Нара, да все в порядке.

— Ээ, комбат? — переспросил я, но собеседник уже отключился.

Я поднял голову и увидел, что все, без исключения, пялились на меня.

*Глоть*


* * *

*Юдсуки Хьюга за пятнадцать минут до этого*

Наконец то вся компания собралась возле площадки телепортации. Конечно, чакры для переноса шестерых шиноби хватило даже и у него, но при телепортации через, без шуток, большое расстояние, обычно применялись вот такие площадки телепорта, которые должны еще и добавлять точности точке выхода.

— Так, а теперь слушайте меня, — хлопнула в ладоши молодая Яманака, боевая броня которой не могла скрыть все прелести и изгибы, — если все пойдет 'не так' нас там могут и закопать. — Взгляды парней стали более осмысленными и, наконец, 'оторвались' от фигуры девушки.

— Теперь у вас более рабочее настроение, — серьезно добавила она и сдула челку, лезущую в глаза, — носить маски было лень, особенно девушкам, поэтому никто их заранее не одевал.

— Хоть вас всех уже проинструктировали по самое 'не могу', но повторюсь еще раз. В составе представительской группы пойдут: Даичи Нара, — означенный парень тяжко вздохнул, и вы, Хьюги. — Юдсуки переглянулся со своим братом. Лезть в самый центр 'демонов Учих' желания было никакого, успокаивало лишь то, что с ними идут еще...

— Я остаюсь с нашими 'главными калибрами', — она взяла 'под локоток' двоих черноволосых накачанных Узумак — принцев стихийной ветки, именно их присутствие немного успокаивало парней, так как они уже успели убедится в запредельной мощности этих двоих.

— Как вы знаете, поддержка сможет прибыть в течении трех секунд в вашу точку дислокации, надеюсь у всех есть 'маяки'? — она обвела потяжелевшим взглядом парней и дождалась утверждающих кивков — я закончила, — она повернулась к Нара. Тот прекратил притворятся спящим на траве и, кряхтя, встал, отряхиваясь от разного сора.

— Готовьтесь к перемещению, у вас две минуты до старта, — безразлично пробормотал он и прислонился к дереву.

'Во дает', — восхитился Хьюга, — 'его сейчас вполне могут убить, а он уже дрыхнет'.

Тяжелая броня, по защите не уступающая лучшим техникам земли уже не стесняла движений Хьюги. Хоть у него и не было генов Узумак, но парочку полезных печатей он уже успел выучить и, несмотря на возраст, был одним из разработчиков боевого стиля для 'Новых Хьюг', так что за годы тренировок броня сидела на нем, как вторая кожа.

Натянув на голову 'балаклаву' он сразу почувствовал, как воздух стал пресным, хотя отдельные запахи стали более контрастными. Посмотрев на страшненькие маски у 'подкрепления', он со вздохом облегчения надел облегченный вариант ее и подал чакру. Хитрый механизм намертво 'приклеил' маску к лицу. Перед глазами пробежала надпись: Позывной 'Первый', командир 'Даичи Нара'. (А если бы и Нара одел маску то высветился бы его позывной). Очередной раз подивившись технологиям Узумак, граничащих с чудом, Юдсуки осмотрелся: вокруг него стояли абсолютно обезличенные фигуры, при взгляде на которых в мозгу сразу 'всплывал' их позывной: вклад Яманак в систему вооружения Узумаки.

Так же Хьюга точно знал где находятся члены его группы и их местоположение.

— Первый готов, — сказал он в рацию, при чем маска полностью глушила любые исходящие звуки.

— Тигр готов, — это один из Узумак.


* * *

— Все готовы? Тогда приготовьтесь к прыжку. Три... два... один.

Юдсуки моргнул во время прыжка, как это и написано в инструкции и 'выморгнул' уже в густом лесу.

— Бьякуган, — синхронно с братом они активировали клановое додзюцу.

— Это Первый, наблюдаю деревню Учих, а так же триста двадцать шесть шиноби в боевой готовности, нас пока не обнаружили. Десять человек в засаде на три часа, двадцать метров от крайнего строения, пятеро на крышах домов номер три, пять и восемь, наблюдаю ловушки в лесу...

— Подтверждаю, — эхом откликнулся брат.

— Необходим код от защиты клановой резиденции.

— Мастер-код передан, — сухо ответил Тигр.

— Поправка, в домах еще тридцать семь шиноби, итого триста шестьдесят три шиноби, помоги нам Ками.

— Отставить разговоры, — подал голос Нара, — группа, выдвигаемся.

Они втроем вышли из лесу, а на встречу выдвинулась толпа Учих, поправка, напряженных и готовых к бою Учих.

— Даичи, они готовятся к бою, — предупредил командира брат, тот благодаря гендзюцу, наведенной яманака, все слышал и тихонько шепнул в микрофон брони, — не ссы, прорвемся, — и принял самую расслабленную позу, на которую был способен. Хьюга, постоянно мониторящий обстановку прекрасно видел, насколько был напряжен его командир.

*Даичи Нара. Командир Батальона*

Кого можно послать на столь рисковое задание, м? Конечно, того, кому выпадает в тот день увольнительный! 'Он самый лучший дипломат, он лучше всех понимает собеседника, он провел множество блестящих переговоров', черти, блин. Это все, конечно, правда, и честолюбивый Нара это прекрасно понимал, но тащится фиг знает куда в свой законный выходной было откровенно лень. И ведь не пошлешь начальство, даже из принципов субординации. А ведь в непосредственном начальстве у него стоит не кто иная, как родная мать и ее паренек откровенно побаивался.

Поэтому он сейчас и выходил, по сути, с голой... кхм, на толпу одних из самых сильных шиноби этой страны. Главное, чтобы Яманака не сели в лужу и вид Нара действительно охладил пыл этих горячих парней.

Завязать разговор вышло на удивление легко, и он стал соскальзывать на четкую колею, прогнозируемую беловолосых мозголомов, но тут произошло событие, полностью разбившие все планы. Одна из целе... из Очень Важных Персон, вдруг достал медальон и связался, по всей видимости, с самим Каге.

— Какой молодец, — прозвучал в голове голос Яманаки. Нара мог бы поклясться, что она при этом потирает руки, — а теперь говори вот это, — ему пришел 'пакет' с примерным вариантом ведения диалога и он в который раз подумал, что иметь в команде профессионального психолога на столь важных переговорах — редкая удача.

Прода 10

*Изуна Учиха*

— Вижу Ваш наследник уже разрешил все вопросы, — улыбнулся Нара, — правда, я не знал, что у него есть связь с самим Узукаге.

— Узукаге? — как-то пришибленно повторил батя и скосил взгляд на нас.

— Именно, — кивнул парламентер, — думаю, он и сам это может подтвердить.

Взгляды всех присутствующих скрестились на мне и я судорожно кивнул.

— Вот и отлично, — он негромко хлопнул в ладоши, — тогда давайте приступим к сборам, я уверен, что у наследников много вещей.

— Э... да... — все, что смог выдавить из себя батя.


* * *

Дальше все завертелось в темпе вальса: кто-то куда-то бежал, что-то приносил. Женская часть клана решила нас закормить до смерти, а мужская надавать советов на все случаи жизни.

— Вот наши вещи, — я обвел рукой настоящую кучу всякой всячины, сваленной в большом зале. Чего там только не было: одежда (обычная и церемониальная), оружие на роту, еды, как для кругосветки и так далее.

Я не видел лица Узумаки за маской, тот немного опешил, но быстро взял себя в руки. Подойдя к куче он кинул на пол какой-то свиток и легко топнул ногой по полу и от нее разбежалась какая-то вязь. С легким 'пуф' вся куча вещей исчезла. Подняв свиток он подкинул его в руке, поймал и добродушно сказал, — обожаю фуин. — в ответ я только улыбнулся.


* * *

Через часа три мы уже попрощались со всеми, успели объяснится с отцом по поводу скрытых свойств амулета, собраться и стояли во дворе резиденции. Вокруг нас снова собрался весь клан, но в этот раз настроение было совершенно другое — девушки плакали и махали невесть откуда взявшимися платочками, мужчины гордо сдерживались и косили под камень.

— Благодарю за гостеприимство, уважаемый Таджима, — он поклонился, согласно этикету, — думаю, нас провожать не надо. Ваши наследники будут связываться с Вами посредством вот таких амулетов, — он поднял руку и держа за ремешок продемонстрировал уже знакомую поделку.

— Второй такой же будет у Ваших сыновей и Вы сможете поговорить с ними в любое время, прошу, — он торжественно вручил медальон бате.

— А теперь я вынужден откланяться, мы уже и так выбились из графика.

Еще раз попрощавшись со всеми, мы залезли на плечи учителей и в сопровождении Узумак понеслись куда-то на восток. Через пару минут к нам присоединились еще человек десять сопровождения — все, как на подбор, в одинаковой броне и масках разной степени жутковатости. Наставники сначала напряглись, но, переговорив с Нара, успокоились.

Так мы бежали достаточно долго и я задремал.


* * *

*Даичи Нара*

Мы, наконец-то добрались до прибрежной деревушки, где нас ждал корабль. Конечно, можно было и пешком дойти, но не даром же их страна называлась 'Водоворотом' — вокруг острова достаточно сильное разнонаправленное течение из-за чего там лучше перемещаться на корабле с сильным шиноби со стихией воды на борту. Ну, или как в случае с Узумаки, выпускать невероятно большое количество чакры, что для Нара, не обладающего столь впечатляющими запасами было не лучшей идеей, а ехать на спине подчиненных он, конечно бы не отказался, но это могло сильно ударить по его авторитету.

Задремавших парней положили в каюте и когда корабль отчалил, Нара спустился к ним.

— Просыпайтесь, ваше величество.

Заспанные парни поднялись на кровати и потешно растирали лица.

— Не стоит тут разводить официоз, ладно Нара?

— Да без проблем, — кивнул парень, которому не улыбалось общаться с заносчивыми засранцами, — меня зовут Даичи Нара, я командир батальона военных сил деревни, скрытой в Водовороте.

Представляясь, он внутри слегка морщился — сейчас же придется объяснять кучу вещей, но на удивление молодого Нара, Учихи просто кивнули, будто понимая о чем речь. 'А, может, и действительно понимают'.

— У вас есть какие вопросы ко мне? — это было чистой формальностью, но в инструкции были четко сказано спросить это.

— Да, — на него серьезно посмотрел старший Учиха, — почему мы двигаемся пешком, а не применяем технику 'Полета бога грома'?

Нара про себя сильно удивился. Не то, чтобы эта техника была столь секретной — про нее весь мир и так знает, но название было строго внутренней тайной.

— Это связано с ограничениями техники: вы должны иметь якорь с Вашей чакрой в месте переноса.

— Но вы могли б взять мой якорь и сами перенести его на остров.

Нара вздохнул.

— Дело в том, что эта техника весьма сложна и рисковать Вами при трансконтинентальном переносе никто не хочет — уже были выявлены ряд неточностей в работе техники на больших расстояниях и Владыка Котоку сейчас пытается их исправить. Ну, и для переноса у вас просто не хватит чакры.

Нара ждал взрыва негодования, как это обычно бывает с Учихами, но ошибся — наследник просто кивнул, принимая сказанное. 'Какие странные Учихи'.

— Прошу, — он распечатал два свитка, предназначенных именно этим двоим и протянул их парням.

Те непонимающе покрутили их в руках и уставились на Нара.

— Они настроены на вашу кровь, — подсказал он. Парни понимающе кивнули и достали кунаи.

Когда они распечатали свитки, Нара не смог удержать выражение лица, но Учихи были слишком поглощены чтением, чтобы обращать на него внимание — то, что он передал этим двоим было под грифом секретности высшего — сотого уровня, доступного только верхушке власти в Узушио. Даже он, Даичи не имел доступа к этим документам. А тут совершенно посторонние... Стоп, а посторонние ли? — неожиданная догадка заставила сцепить зубы на натянуть маску безмятежности. Нара был отнюдь не глупым и сложить 'два и два' он мог: персональная печать, медальон связи, обучение в Узушио, в принципе нафиг не нужное наследникам и, наконец, высший допуск... Узукаге замыслил что-то ОЧЕНЬ...

Додумать ему не дал внимательный взгляд двух пар глаз. Они смотрели на него не отрываясь. Догадливый Нара поклонился и вышел из каюты.

Что же Вы задумали, Каге?

Прода 11

*Учиха Мадара*

Документы, которые нам дал Нара оказались крайне занимательными, там вкратце перечислялись текущее состояние дел и достижения пары попаданцев... а так же наши обязанности, точнее то, чем мы можем помочь парням. С Изуны спрос невелик — два курса экономической специальности не дадут в этом мире ровным счетом ничего, а вот мне предстоял весьма обширный фронт работ.

Хоть и вкратце, но дочитать эти свитки мы не успели — раздался стук:

— Уважаемые Учихи, я нижайше прошу прощение за то, что отвлекаю вас, но извольте выслушать...

— Как же меня заколебали эти витиеватости, — пробурчал я в сторону и уже в голос, — слушаю Вас!

— Мы подходим к Узушио. Будем там в течении десяти минут, меня попросили вас предупредить и попросить быть готовыми.

— Уже? Как так быстро? Ладно, уже выходим.

— Так быстро вышло потому, что в сопровождении двое удивительно сильных шиноби со стихией воды.


* * *

'Остров, как остров', — думал я, глядя издалека на видневшуюся на горизонте полоску земли, но стоило только подплыть поближе мне пришлось изменить мнение: вокруг большого острова были разбросаны скалы, иногда доходящие размерами до двухэтажного дома.

Течение между этими нагромождениями камней были столь причудливы, что создавали то тут, то там водовороты. Иногда маленькие, иногда внушающее серьезные опасение... некоторые водовороты имели нехорошую тенденцию менять свое местоположение — один такой 'переполз' метрах в двадцати перед носом корабля, но непоколебимый лоцман (или не он рулевой?) вёл корабль уверенно и минут через пять нервотрепки в этом лабиринте нам открылся вид на сам остров.

Первое, что бросалось в глаза — весьма серьезный порт с большим количеством кораблей, которые загружались самыми настоящими кранами, я присмотрелся (благо 'глаз, как у орла') и увидел, как пацанёнки моего возраста 'дирижируют' рядом с этими кранами.

— Искусство ниндзя. Техника нитей чакры, именно этой техникой кукловоды из страны Ветра управляют своими чудовищными марионетками, — дал объяснения один из учителей.

— Ага, а тут дети с помощью этой техники проводят погрузочные работы крупнотоннажных кораблей, — хмыкнул другой.

Я осмотрел эти 'крупнотоннажники' и снисходительно улыбнулся.

— Замечу, что и сами краны производства самих Красных песков, я вижу их герб. — вставил свои пять копеек третий учитель.

— Серьезно... У них заказывают только лучшие куклы для лучших бойцов страны Ветра... Но чтобы краны? Они в своем уме?

— Ну а че, эффективно...

— Этого не отнять... да...

Пока мы приближались к острову, один корабль успел отчалить и мои учителя прокомментировали принадлежность посудины к 'Торговой компании Гато' емкими матерными конструкциями. Пристали мы на место оклеветанного корабля, видимо куда-то к 'ВИП' причалу.

— Добро пожаловать в деревню, скрытую в Водовороте, — поприветствовал нас дорого одетый мужчина, что стоял на причале: коричневые глаза, белоснежные волосы чуть ниже поясницы, кристалл во лбу, похожий на тот, что носила Цунаде и приветливая улыбка.

— Я, так понимаю, Вы — Котоку, — догадался я.

— Он самый, Мадара, еще раз скажу, рад поприветствовать вас в нашем скромном доме и выразить счастье, что ваш приезд наконец-то состоялся, — это он уже кланялся учителям, те выглядели немного ошалело, так как глазастый Исами подметил, что краны сделаны из железного дерева, который растет мало где и ножны из такого дерева стоят дороже, чем лоханка, на которой они приплыли, а они тут из такой роскоши строят тяжелые механизмы. Ага, точно 'скромная' обитель.

Ответив на все прописанные этикетом вопросы, группа в сопровождении где-то тридцати 'одинаковых с лица' шиноби прошествовала (а по-другому и не скажешь — в таких-то одеждах) вглубь территории. Больше всего меня шокировал боец, вдруг подпрыгнувший метров на десять, и натурально полетевший на настоящих реактивных струях. Выглядело это как у железного человека, только без 'Хай-тека'.

— Порт и гостевой поселок — это, так сказать, ширма, — рассказывал мне Котоку, — никто точно не знает где находится сама Узушиогакуре и как она выглядит. Это, — он обвел рукой дорогу, вымощенную камнем, по которой мы шли, — единственная дорога к ней и без сопровождения или необходимого допуска тебя просто завернут, а если будешь настаивать, то можешь 'потеряться' в этом лесу.

Наставников передернуло, видимо, чего-то такое они в том лесу увидели.

— Это — вторая линия обороны, — он указал рукой на два отвесных склона по бокам перевала. Этот остров вообще какой-то даже не холмистый, а более горный — такие перепады высоты метров в 15 — не естественно.

Холмы были весьма творчески переработаны и теперь представляли собой весьма укрепленную позицию... у Суны были что-то похожее — ступенчатая стена и куча народу — караульные — которые нам сейчас салютировали. Вот только Суне это не очень помогло против тех двоих.

— А если тупо перейти? — перебиваю высокопоставленного гида.

— По стене? — он хмыкнул, — во-первых, мы тут все обработали фуин и ни техники земли не сработают, так еще и по вертикальным поверхностям не походишь и эта дорога — реально единственный путь к деревне. Поверь мне, мы позаботились об этом.

Мда, видать, Узумаки не экономят на своей безопасности. Не успел я додумать эту мысль, как мы вошли на гребень этого перевала и мне открылась поразительная картина — огромный современный город раскинулся по обеим сторонам реки в весьма уютной долине, чьи склоны поросли лесом. Десятиэтажные, каменные дома... Для того, кто провел последние четыре года в, по сути, деревне, это выглядело внушающе. Я скосил взгляд на учителей. Умудренные жизнью разведчики пытались удержать лицо кирпичом, но их челюсти постепенно отвисали, а глаза потихоньку вылазили из орбит.

— Это же... 'город предков', так? Те, что упоминаются в легендах?

— Он самый.

— И похожий есть на границе со страной ветра?

— Да, только тот чуть больше.

— А так бывает? — вырвалось у одного из тройки.

— Когда мы разбирали архивы, то натыкались на описание города, высотой в пять раз больше, а по площади... ну, там автор говорил, что по воздуху из одного конца до другого можно было добраться минут за двадцать пять, то есть, часов пять шагом...

Учителям осталось только обтекать... и шагать вслед за провожающим. Дорога, под моими ногами была вымощена большими ровными плитами метр на метр из какого-то светлого камня, а по бокам пути стояли, видимо, фонари уличного освещения. Вот только ламп я не увидел.

Солнце уже ощутимо припекало, хотя, казалось, мы не могли пройти столь уж внушительное расстояние за, по сути, полтора дня бешенной скачки шиноби. Нет, эти ребята, конечно, могут и гепарда без проблем обогнать и гоночный болид, но перейти в другую климатическую зону? Или это особенности национальной климатической обстановки — тут же океан вокруг. Не знаю, я — юрист, а не метеоролог или кто там подобными вещами занимается...

Так вот, было уже достаточно жарко, поэтому я и мои спутники (звучит, да?) скинули накидки. Мы с братом остались в майках и шортах, а вот учителям приходилось парится в церемониальных одеждах, правда, они обученные шиноби и, как мне говорили, им побоку что пустыня страны Ветра, что холода страны Снега. Или просто они умели делать 'морду кирпичом', как и этот странный Котоку, к слову.

Кстати о нем. Я внимательно разглядывал спину этого парня, который вместе с учителями ушел вперед: церемониальное хаори с камоном Водоворота во всю спину. Простые штаны и запашонка, то, что у нас называлось 'кимоно', которое, кстати, вообще-то женская одежда.

За этими умствованиями мы как раз вышли из леса, что окружал дорогу весь спуск на дно долины, на открытое пространство. Перед нами, метрах в пятидесяти, возвышалась стена где-то с трехэтажный дом. Чисто в теории, даже я ее могу перепрыгнуть без особых проблем, но вот слегка белеющий воздух над ней заставлял усомнится в простоте препятствия. Ясно было видно, что эти пятьдесят метров пустого пространства были созданы искусственно — то тут, то там острый глаз выхватывал неправильно растущую траву, будто кто-то выкорчёвывал деревья и немного переборщил с техникой.

Пока мы шли до впечатляющих двухстворчатых ворот у меня мурашки бежали по коже и было ощущение, как от высоковольтной ЛЭП где-то метрах в пяти: все мои невеликие навыки сенсора просто встали дыбом и я ускорил шаг. Краем глаза заметил, что остальные тоже прибавили шагу. Ох непрост участок перед воротами, ох непрост.

Естественно, ворота начали пафосно открываться, правда, на удивление шустро и без ни единого звука. Фанфар не было и мы просто зашли в город.

Прохожие останавливались и смотрели на нашу процессию, с боковых улочек по мере нашего движения подтягивался народ. По крышам таких огромных десяти (а то и все пятнадцать!!) этажных домов мелькали шиноби, сливаясь в неразличимые смазанные пятна из-за своей скорости.

Мне было немного неуютно под взглядами такой толпы, а вот Котоку было, видимо, не привыкать — идет себе спокойно... да что говорить, даже наши умудренные сединами учителя и те робели.

Так как прямой улицы не было, нам пришлось немного поплутать по городу, а через некоторое время стали подниматься на противоположный склон долины.

Прода 12

*Бьенджиро Учиха — учитель тайдзюцу*

Встретили нас весьма пышно, с почестями и обязательными ритуалами и обменами верительными грамотами. После этого привели в хоромы, пышнее даже, чем у нашего главы и только тогда, немного ошалевшим от впечатлений Учихам было передано приглашение к Узукаге. Точнее, приглашали только наследников... а, если учесть, что это происходило в первый же день, сразу после приезда (и перед праздничным банкетом), то дело отнюдь не в праздном любопытстве главы местных шиноби...

Недоумевающий Учиха как раз сопровождал детей, следуя за провожатым. Конечно, защищать их тут не от кого, но они же — наследники и для статуса обязательно сопровождение. Главное не обидеть принимающую сторону и припереться 'в полной боевой'.

Бьенджиру просто распирало от любопытства, но задать вопрос наследникам он не решался — не тот у него уровень, да и этикет...

— Долго нам еще идти?

Любопытство требовало выхода и поэтому он спросил первое, что пришло в голову.

— Нет, — обернулась проводница 'какая красивая!!!', — уже скоро.

В сущности Бьенджиро был самым младшим в тройке — всего лишь тридцать лет, но вел и, главное, чувствовал себя мужчина на все двадцать. Особенно сейчас, когда он выезжал ТАК далеко от дома: новые впечатления, новые люди... Все было так интересно, особенно, если учесть, что с территории клана он выбирался всего трижды — два раза в столицу и один раз сопровождал караван на заре своей 'карьеры ниндзя'. Но, несмотря на все это, он оставался отличным воином и сильнейшим контактным бойцом клана с отличнейшими рефлексами... и в этот раз они не подвели:

Завернув в очередной поворот он увидел три фигуры: два парня, один черноволосый с короткой стрижкой, другой — блондин с торчащими во все стороны волосами и один взрослый с пронзительными коричневыми глазами где-то его возраста... Но главное — ненавистный герб клана 'Сенджу' на их одежде. Рефлексы были быстрее тела. Оттолкнувшись от наследников, одновременно отталкивая их от места схватки и ускоряясь самостоятельно, Бьянджиро кинул кунаи, целясь во всех троих (хоть кого-то мужик да не защитит или сам подставится), начал складывать печать для отвлекающего 'потока пламени' и понесся на противников.

Противник успешно справился со всеми кунаями, и теперь молниеносно складывал 'Водяные пули', но Учиха был быстрее...

БУБУХ!!!

В себя Бьянджиро пришел лежа на полу, с силой вдавливаемый лицом в этот самый пол. Приоткрыв глаза парень увидел лицо недавнего противника в точно таком же положении.

— Наигрались? — произнес голос мужчины, который видимо и держал их. От этих слов, а, главное от КИ, что расходилось волнами от мужчины Учихе стало сильно не по себе и он с шумом сглотнул. Лицо второй жертвы сильно побледнело.

— На этой территории любые схватки ТОЛЬКО С МОЕГО РАЗРЕШЕНИЯ, вам понятно?

Бьянджиро попытался кивнуть.

— Если члены другой делегации вдруг умрут, по любой причине: например, от удара табакерки в висок или сердце не выдержало, то другая делегация будет вырезана полностью, кроме наследников... я ПОНЯТНО ВЫРАЖАЮСЬ?

Учиха мелко затрясся и усердно закивал.

Мужчина, видимо, удовлетворившись таким согласием отпустил обоих.

Кое-как поднявшись с пола Учиха мельком взглянул на Сенджу — тот выглядел жалко: бледное лицо со стекающими капельками пота, расширенные от ужаса зрачки, учащённый пульс... впрочем, сам Учиха выглядел не лучше. Он перевел взгляд на державшего.

Тот был настоящим гигантом: на голову выше обоих противников и полтора раза шире жилистых шиноби, белые волосы, заплетенные в косу чуть ниже пояса широкополый головной убор с кадзи 'водоворот' на оранжевом фоне, шикарные одежды и катана в богатых ножнах на бедре.

— Позвольте представится, Узумаки Удзи. Йондайме Узукаге, — и он поклонился, но, показалось, что его глаза сверкнули красным и дышать стало труднее.

Оба парня еще раз вздрогнули и представились в ответ.

— Сейчас у меня с вашими подопечными будет приватный разговор, они будут у себя за час до торжественного ужина.

Отпускать наследников с этим страшным мужчиной никуда не хотелось, но пришлось поклониться и пробормотать нечто, вроде 'буду дожидаться тут'. На что Каге кивнул и завел всех четверых детей за распахнутую двухстворчатую дверь и она резко захлопнулась.

— Растерянно оглянувшись парень поймал взгляд Сенджу, что внимательно смотрел на него. Тело на автомате напряглось для броска.

— Я бы вам не советовала, — прозвучал голос.

Оба посмотрели на сказавшую это девушку — ту самую проводницу, к слову.

— Каге вам предельно ясно сказал, что не допустит ЛЮБОГО столкновения и если вы отвлечете его еще раз, то так легко не отделаетесь.

Нечто подобное думал и сам Учиха, поэтому с размаху сел на кресло у стены, что в множестве стояли по периметру.


* * *

Прошло минут пятнадцать, девушка ушла, дверь оказалась звуконепроницаемая, а орнамент на стенах изучен вдоль и поперек.

— Неплохо он нас отделал, правда? — подал голос Сенджу.

— Угу, — ни общаться с врагом ни признавать свое поражение мужчине не хотелось.

Та как в комнате не было окон, то смотреть было некуда и взгляд то и дело 'соскальзывал' то на дверь, то на Сенджу. В очередной раз Учиха заметил, что Сенджу беззаботно рассматривает его!

Семья Бьенджиро не была близка к правящей семье и поэтому не была особенно богатой, так что Бьенджиро приходилось носить не самую богатую одежду, что немного смущало парня... но не в этот раз: из предоставленного Учихами гардероба он выбрал самую роскошную повседневную (не хватало еще в церемониальной припереться!) одежду. Так что в этот раз он полностью спокоен за это, пусть Сенджу хоть дырку в нем просмотрит.

Игнорировать взгляд противника становилось все труднее и в отместку он уставился на Сенджу. Абсолютно не разбираясь в богатых одеждах, Учиха мог сделать только один вывод — Сенджу был одет красиво... какой-то растительный орнамент на зеленоватых одеждах, хорошее сочетание цветов... вот только Учиха на подобные мелочи внимания не обращал и тут же приметил, как минимум, пять мест, где, вероятно, были кунаи и еще в одном месте одежда подозрительно топорщилась.

— А этот каге очень быстрый, — задумчиво протянул Сенджу.

Бьенджиро задумался: между ними было не больше десяти метров, что для шиноби займет мгновения, а уж тем более ему — его тактика основывалась на феноменальной скорости бега, огнем он ослепляет противника и сильно ускоряется, буквально выныривая из огня гораздо раньше, чем того ожидал бы противник. Таким способом он убил уже достаточно многих... Но тут он не успел даже выдохнуть огонь и сделать второй шаг.

Даже если бы Учиха сидел и ждал начала заранее поставленной сцены, так быстро он бы не успел. Максимум, заблокировать атаку после огня и уж тем более, так скрутить готовых к бою шиноби.

— Да, — вынужден был признать Учиха, — но он все же местный глава, а главы должны быть сильными.

Он вспомнил Таджиму Учиха — главу его клана и как пару раз попадал на раздачу от него и поёжился. То, как передернулся собеседник было понятно, что у него тоже не самые приятные впечатления от своего руководства.

Хотелось сказануть нечто, вроде, 'неплохо мы вас недавно отделали, да?', но некоторый внутренний советник, который по преданиям находился где-то в пятой точке, не советовал...

— Не хочу тебя обидеть, но что вы тут делаете? — поинтересовался Учиха.

— Ну как же, мы заключили договор с Узумаки на поставку вооружения, — с превосходством сказал Сенджу.

'Предатели', — пронеслось в голове у Учихи, — у нас тоже договор с Узумаки и тоже на поставку вооружений... и еще кое на что, — с ехидцей протянул Учиха.

Сенджу напрягся, — Мангёке Шаринган? — и уловив изменение лица Учихи улыбнулся с превосходством, — я угадал.

'Ну не разведчик я, не разведчик!' — внутренне взвыл Учиха мысленно перебирая факты.

— А раз и ваших наследников привели сюда, значит, и вам тоже кое-что пообещали. Вероятно, мокутон.

— И сдержали слово, — самодовольно произнес Сенджу, а затем мертвенно побледнел и выдавил, — ой.

— Что клановая тайна? — наигранно сочувственно покачал головой Учиха, — понимаю.

Бедный Сенджу не знал куда себя деть.

— Да, Узумаки заключили союз с вашими кланами и с теми условиями, что вы озвучили.

Учиха вздрогнул и повернул голову — опять та проводница, вот как у нее получается появляться так незаметно?

'Предатели, они все предатели', — затравленно думал Учиха, — 'я думал, что Сенджу его разыгрывают, ведь нельзя заключить союз с воюющими сторонами, обязательно надо поддержать одну из них, разве нет? А теперь дети обоих кланов у них в заложниках и не пойми, что с ними сейчас делают' — от прошившей его догадки он метнулся к двери и распахнул ее, рядом с задержкой в секунду возник и Сенджу.

— Ээ, — протянули они хором, глядя, как за большим столом их подопечные пьют чай со сладостями в компании Узукаге и того парня, Котоку. И все они смотрели на них.

— Все в порядке Бьянджиро, — махнул рукой Мадара, — можешь не беспокоится.

— Но... молодой господин, они заключили союз и с Сенджу.

— Я знаю, а теперь, будь добр, закрой двери с той стороны.

— И вы, Казуо, — подал голос темноволосый стриженный ребенок.

— Да, мастер Хоширама.

Шиноби закрыли двери и переглянулись.

— Парни, вы крепко влипли, — это сказала та самая проводница и они дружно сглотнули.


* * *

*Тем временем в кабинете Узукаге*

— И нахрена этот цирк?

— Ну, мне же нужен был повод посадить этих двоих под домашний арест?

— Арест?

— Ну да, или вы думаете, что давние враги вот так просто забудут все и начнут общаться, как старые друзья из-за того, что живут вместе?

— Ну прям Ромео и Джульетта.

— Я думаю, будь это мужчина и женщина все было бы гораздо сложнее, — он вздохнул.

— и что, думаешь из-за того, что они посидят взаперти вдвоем они подружатся, а не поубивают друг друга?

— Посмотрим, — философски пожал мужчина плечами, — накрайняк, не даром же у нас Яманака в полном составе живут, пусть придумают что-нибудь, а теперь давайте я заблокирую дверь и мы продолжим.

— На чем мы там остановились?

— На том, как вы с Котоку лажанулись с ДВС...

— Точняк, ну, слушайте...

Прода 13

*Мадара Учиха*

— То-есть ты хочешь сказать, что если все будут плясать под твою дудку... если мы успеем подготовится... если наша армия будет сильнее... если на нас не нападут раньше, то твой 'план', — я сделал руками кавычки слову план, — сработает? Тебе не кажется, что тут слишком много 'если'? Что это все через чур надуманно? И это все, что вы придумали за пятьдесят лет?

Остальные парни закивали и уставились на блондина.

Удзи усмехнулся и переглянулся с Котоку, — я знал, что это скажешь, — и тут же серьёзничал, — мы рассмотрели достаточно факторов, чтобы быть уверенным в каждом 'если' на 70%-80%.

— По простейшем подсчете, — перебил его я, — вероятность успеха будет где-то около 20%, а я не собираюсь рисковать ни своей жизнью, ни жизнями всей Страны Огня ради двадцати процентов успеха.

— Твой простейший подсчет не учитывает множество геополитических и личных факторов, мы обязательно вернемся к этому вопросу позднее, когда вы ознакомитесь с собранными для вас подборками. А сейчас предлагаю сосредоточиться на ближайшем будущем, — Удзи внимательно оглядел собравшихся парней, но я снова же встрял.

— Нет, не сосредоточимся, пока ты мне подробно не объяснишь перспективность этих 20% успеха.

В комнате немного похолодало, а взгляд Удзи меня проморозил до костей. 'Все-таки это не тот наивный подросток, который был раньше и стоит быть аккуратнее', — пронеслось у меня в голове.

Давление резко пропало и парни судорожно втянули воздух, я незаметно переводил дыхание.

— Извините, — покачал головой Удзи, — тот вариант, который я вам озвучил, не предполагает не только моего вмешательства, как боевой единицы, но и существенно ослабляет поддержку со стороны контингента Узумаки, оставшаяся часть которого должна быть засадным полком и финальным аккордом, но у плана есть еще и паршивый и хреновый варианты развития, где успех достигается в 87% случае.

'Не верю, что ты не сдержался', — мрачно подумал я и вслух продолжил, — то есть, ты считаешь, что пять сотен Узумак и ты с 'братом', — я кивнул на Котоку, — сможешь поднять шанс победы в мировой мясорубке с двадцати, до восьмидесяти семи процентов? Думаю, это самонадеянно.

— Самую суть уловил, — кивнул Удзи, — вот только у меня есть еще и сестра, которая не сильно уступает мне в силе, а так же дополнительных две пятьсот превосходно обученных бойцов.

— Две... тысячи... пятьсот? — ошарашенно пробормотал я. Было с чего удивляться — тот же клан Учих насчитывал всего около трехсот членов... и это в общей численности со стариками, детьми и домохозяйками, а реальных бойцов было гораздо меньше.

— Да, — кивнул Удзи, — Узумаки живут весьма продолжительную жизнь и остаются боеспособными большую ее часть. И к слову у меня в рукаве есть еще несколько тузов вплоть прямого предательства.

— То-есть, ты хочешь чужими руками захватить себе власть? — медленно, подбирая слова, спросил Тобирама, — ты строишь из себя белого и пушистого, а сам стравливаешь народы в мясорубке?

Удзи вздрогнул, — не разбрасывайся такими словами, я же вам сказал, что это 'мирный' вариант плана, который может дойти и до 'горячей' стадии.

— А почему же ты скрываешь эти 'стадии' от нас?

Удзи хмыкнул, — да потому, что считал вас еще не готовыми к этому и, собственно, был прав.

— Прав в том, что мы не хотим геноцида среди населения этого мира? Да, ты прав...

— Если у тебя все, то мы, думаю, пойдем...

— А теперь послушайте меня, — низким, каким-то загробным голосом протянул Удзи, — я не меньше вашего не хочу лишних жертв, — он тяжело вздохнул, — я всего лишь хочу уменьшить их...

— Путем стравливания будущих деревень между собой? Как-то хреново у тебя это выходит.

— А теперь вспомни сколько мировых войн шиноби было в каноне?

— Нет, ты мне про геноцид сначала...

— Пять войн, если считать войну, устроенную Учихой Мадарой... ой...

— Каждый раз, когда слышу это, каждый раз все хуже и хуже это звучит, — скрипнул я зубами.

— Вот-вот, а теперь посчитай сколько жертв принесут они? Хотя, можешь не утруждаться, я тебе и так все обрисую:

— Первая мировая война. Началась где-то через пару лет после образования деревень при дележке пойманных Хоширамой хвостатых зверей, так как девять нацело на пять не делится. — взгляды всех собравшихся скрестились на неуютно передернувшим плечами парне, — За что и получил титул 'Бог Шиноби'. При чем, скорее всего, почти сразу, как страшный Мадара 'убил' своего брата и был убит Хоширамой. — я вздрогнул и косо переглянулся с Изуной, — То-есть, будущая Коноха потеряла один из своих козырей — Мангёке Шаринган. Да еще и с одним джинчурики против двоих у всех остальных. Логично предположить, что Страна Огня стала мишенью для атаки всех сторон, так как легендарный кеккей-генкай кланов-основателей остался только у Хоширамы. В следствии этой войны были уничтожены множество кланов, со всех сторон, а так же был убит первый и второй Хокаге: Хаширама и Тобирама, — все опять посмотрели на поёжившихся парней, — Более подробные потери в каноне не приводились, но основываясь на моих нынешних знаниях о возможностях потенциальных противников могу сказать, что будет уничтожено почти сорок восемь кланов со всех сторон, а так же будут убиты большая часть сильнейших бойцов всех сторон конфликта.

— Во второй мировой против Огня воевал только Ветер и Земля и толком про потери ничего не могу сказать, но косвенно о них можно судить по уничтоженным пограничным землям. Там отличились тройка саннинов, среди которых была и твоя, Хоширама, внучка.

Лица парней были непередаваемые — примерять роли с мультика это одно, а смотреть на канон под таким углом — совсем другое.

— А так же силами стран Молнии и Воды уничтожен Водоворот. Собственно из-за больших потерь и не пошедших войной на Огонь.

— На третьей войне зажигал принц-консорт Узумаки, — и, глядя на вытянувшиеся лица друзей, улыбнулся, — Намикадзе Минато. Если я правильно помню, то он сильно проредил нападавших в одиночку. Не знаю на каком уровне у него была техника но у нас есть тридцать шесть Намикадз, аналог 'Полета' и все они показывают весьма впечатляющие результаты... И да, это один из тех козырей, о которых я вам говорил.

— А какой козырь ты? — спросил Тобирама, переварив услышанное.

— Джокер. — Удзи с Котоку криво улыбнулись, — Как и вы все в будущем. А что вы на меня так смотрите? Хоширама имел титул 'Бог шиноби' отнюдь не за красивые глаза, да и Тобирама, думаю, не далеко от него уйдет. А про Мангёке Шаринган по всему миру ходят слухи один жутче другого.

— Ну, про четвертую, думаю, говорить не надо, так как основной ее причиной был Учиха Мадара, и я надеюсь, что у него хватит мозгов не повторять деяния его образа.

Я только кивнул. Здорово же я удивился, когда Изуна мне рассказал про 'подвиги' моего прототипа.

— То-есть ты хочешь развязать войны, чтобы предотвратить их? Не проще ли вообще не допустить войны?

— А вот тут не все так просто... — Удзи нахмурился, — какие, по вашему, самые сильные кланы?

— Учиха и Сенджу...

— А Кагуя?

— Ну, сильны, конечно...

— Но до ваших кланов они не дотягивают, так?

Парни кивнули.

— Так вот, если судить объективно, то без Мангёке или Мокутона вы им не соперники, — и, глядя на вскинувшиеся лица, остановил надвигающийся спор выставленной рукой, — но я не про это. В какой бы деревне не задай этот вопрос, то ответ будет разный — в каждой стране свои 'герои', которые априори сильнее всех. А все потому, что те страшные герои преданий где-то далеко в другой стране и не факт, что предания правдивы, а вот свои-то тут, под боком...

— И чё?

— Чё-чё, слушать старших научись, — Удзи вздохнул, — а проблема в том, что при объединении в деревни, абсолютно каждый будет уверен, что теперь-то уж точно они всем задницы надерут, раз уж самые страшные воины объединились.

— Ты же говорил, что обладаешь сильным влиянием на всех сильных мира сего, так сделай что-нибудь.

Удзи покачал головой, — я думал над этим, это приведет к тому, что противник лучше подготовится и сработается.

— А вообще не объединять страны?

— Не вариант. Вы хотите продолжать резню своих кланов?

— Нет, конечно, — замотали головами ребята.

— Во-от, а полноценный союз между двумя, без сомнения, самыми сильными кланами на этой территории тут же запустит механизм конгломерации. Сначала слабые кланы, а потом и более влиятельные будут присоединятся к вашему союзу, ведь мирное небо — самая желанная мечта этого мира. И в итоге, получится даже не деревня с централизованной властью, а некая конфедерация без четких планов управления, что, опять же, будет весомой угрозой для соседей и те тоже создадут некие аналоги. И тут мы возвращаемся к массовому шапкозакидательству рядового состава... да и не только рядового.

— И что ты предлагаешь?

— Я же уже говорил, — Удзи выдохнул, — то, что не выйдет остановить, надо возглавить. Вот только возглавлять по-умному, а не как в каноне.

— В смысле?

— С демонстративной поддержкой одного, пусть и самого перспективного, игрока. Чем это закончилось вы знаете. Гибче надо быть, благо хоть какой-то опыт международной политики мы с прошлого мира вынесли... И нет, вижу по лицам вопрос, но мы не будем создавать министерство пропаганды имени дядюшки Геббельса, это не самый разумный путь, который рано или поздно приведет к беде. Рано или поздно, но появятся 'несогласные' и 'правдоискатели', а я планирую прожить еще тысячу лет и разгребать дерьмо лет через триста я не имею никакого желания.

— Ага, вот теперь до меня дошло то, о чем ты говорил в начале...

— Как-то хреново ты стратегическую информацию доносишь, — почесал затылок Тобирама.

— Это планировалось донести до вас после ознакомление с подготовленной информацией, а не вот так, с бухты-барахты. И если бы не один упертый адвокат...

Все посмотрели на меня, а я чуть улыбнулся, откинувшись в кресло.

— Дальше с вами говорить по поводу грядущего не имеет смысла, так как вы ни черта не знаете о ситуации...

— Не думаю... — попытался что-то сказать Тобирама.

— Я вижу, — хохотнул Удзи, но тут же посерьезнел, — то, что было освещено в манге, произойдет не раньше, чем через шестьдесят пять лет, навскидку. А теперь представьте, что может изменится за это время, с поправкой на три мировых войны и конкретное изменение геополитической ситуации. Так же учтите потерю большей части знаний кланов, да и самих кланов... По одному представителю от большинства могущественных кланов, множество кланов уничтожены, а те, что остались, по численности уменьшились как бы не втрое и потихоньку загнивают...

— И ты теперь хочешь взрывом тушить огонь? Думаешь, у тебя получится все это исправить?

— Да, — Удзи уверенно кивает, — а теперь давайте все-таки поговорим про ваше ближайшее будущее.

Прода 14

Изуна Учиха.

— Второй раз в первый класс, — потянувшись выдохнул Тобирама.

Сейчас мы всей компанией наследников спускались по ступенькам замка местного главного самурая — Удзи. Хотя, он даже не самурай а совсем наоборот, но да не суть...

— Не могу поверить, что от нас так отделались, — сквозь широкий зевок сказал я.

— Ой, не заводи эту шарманку заново, — поморщился мой 'брат', — Удзи уже все неоднократно объяснил.

— Ну да, тебе то хорошо, дали нормальную работу, а нас — в школу, — включился Тобирама.

— А ты хочешь лезть в ту клоаку? Создавать военизированное соединение практически заново? Писать методички, придумывать планы.

— Не, я в этом нихрена не понимаю, — простодушно ответил тот.

— Ну а что тебе нравится?

— Мокутон... — и немного помявшись добавил, — и лечить.

— Во-от, — повеселел Мадара, которому видно не сильно нравился этот разговор, — возглавь местный госпиталь.

— Дак я уже, — смущенно почесал затылок Тобирама.

— В смысле? — удивленный возглас Хоширамы слился со всеми остальными и на Тобираму уставились три пары внимательных глаз.

— Ну, у меня была беседа с Удзи, где мы договорились о том, что я в будущем возглавлю отделение НИИ по медицине и, как ты сказал, местный госпиталь...

— Так почему же ты ноешь все утро?

— Ты так прикольно из себя выходишь, — Тобирама расплылся в широкой улыбке.

— Р-р-р, — не сдержался Мадара и от него полыхнуло волной КИ, от которой в небо вспорхнула стайка птиц, а Тобирама даже внимания не обратил.

— Когда-нибудь ты огребешь за свой юмор, — заметил Хоширама, искоса глядя на 'брата'.

— Как например он, — Мадара кивнул в мою сторону, а я криво улыбнулся, вспоминая мои проделки у Учих.

— Ух ты, ты тоже приколист? — оживился неунывающий Тобирама, — а что ты делаешь?

'Хм, сам напросился'. Я ловлю его взгляд и передаю 'из глаз в глаза' простенькую иллюзию, где мы стоим толпой и слушаем рассказ про мои шалости.

Окинув взглядом Тобираму, я убедился, что иллюзия держится и что тот смотрит куда-то сквозь меня, я посмотрел на парней и кивнул им вдоль дороги.

— Это иллюзия? — серьезно спросил меня Хоширама.

— Она самая.

Дальше мы шли молча, наслаждаясь отсутствием через чур общительного Тобирамы. У нас в компании был еще один неунывающий приколист — Дима. Но сейчас он уже никакой не Дима, а Удзи. Почти ничего не осталось от того парня, что я знал: характерные жесты, бурная речь, слишком длинные вступления и вообще манера себя держать... В общем, этот Удзи вообще ничем не отличается от, например, главы клана Учих.

Мои размышления прервал далекий крик.

— Кажись, очухался, — я прыснул.

— Ага, давайте поднажмем, — улыбнулся Мадара и мы понеслись.


* * *

— Ага, вот вы где, — Тобирама как раз подбежал к воротам.

Мы молча переглянулись и стали подниматься. Хоширама встал с травы, Мадара спрыгнул с ветки раскидистого дерева, а я скинул маскировочную иллюзию и вышел из тени того же дерева. Весь пафос момента мне испортил Мадара, который сдуру чуть на меня не упал.

— Ага, круто, — с кислой рожей выдал Тобирама, — а я вот из-за вас заблудился, пришлось круги нарезать.

— Меньше бы болтал... — в пустоту заметил Мадара.

— Мог бы и дорогу спросить, — буркнул Хоширама.

— Так мне молчать или спрашивать? — ехидно улыбнулся Тобирама.

— Р-р-р, пофиг, — махнул рукой Мадара и мы пошли в здание младшей академии.

Выглядело это здание весьма оригинально: само здание было трехэтажным, но весьма вытянутым. Главный вход находился в эдаком цилиндрическом предбаннике со здоровенным камоном Водоворота над дверью. На каждом этаже вдоль окон шли балконы, накрытые желтой черепичной крышей. Сама же академия находилась на территории красивого парка. Не смотря на всю архитектурную необычность, само здание весьма органично вписывалась в урбанистичный пейзаж Узушио.

Меня же, после нескольких лет, прожитых фактично в лесу, вид современного города с десятиэтажными домами весьма поразил. Но, в отличии от забытой родины, тут улицы отнюдь не утопали в грязи, либо выглядели неопрятно — зелень буквально захватывала Узушио. Улицы этого города были больше похожи на сплошной парк — столь густые и ухоженные тут растения.

Когда мы уже подходили к дверям учебного заведения, оттуда буквально вылетела стайка детей. При чем на такой скорости, что мы еле успели убраться с дороги. Дети, не сбавляя скорости, пронеслись мимо нас и в несколько прыжков забрались на крыши домов и порскнули в разные стороны.

— Ого, — ошарашенно пробормотал я, глядя, как один желтоволосый пацан буквально испарился у меня на глазах, — ты это тоже видел? — я повернул голову и спросил Мадару.

Тот кивнул, — Мне уже интересно как он это сделал.

— Это вы о чем? — влез Хоширама.

— Да там... — договорить мне не дала очередная стайка детей чуть старше предыдущих. Один из них — снова светловолосый! — сбил меня с ног, неожиданно выскочив из двери.

— Ах, бляха... муха... пацан, ты чего на дороге стоишь?

Блондин поднялся, отряхнулся и протянул руку, помогая мне встать. Вскочив на ноги, я кивком поблагодарил его.

— А чего это вы тут носитесь, как в задницу ужаленные?

Послышались смешки. Я оглянулся и увидел, что возле нас стоит толпа разновозрастных детей, от совсем карапузов, до парней, эдак, двадцати лет, да и девчонки уже вполне сформировавшиеся были. За одну такую мой взгляд и зацепился.

— Чей-то я тебя раньше тут не видел, — отвлек меня голос паренька.

Я повернулся к нему и присмотрелся: синие (и отнюдь не раскосые!) глаза, русые, почти желтые, волосы — вылитый славянин! По сравнению с китайцами — поголовно черноволосых и кареоких — этот парень выглядел просто красавцем... хоть и был одного со мной роста.

— Да и я тебя впервые вижу, — не остался в долгу я.

Парень лучезарно улыбнулся и протянул руку. Это, кстати, был первый раз в этом мире, когда кто-то поздоровался за руку — только поклоны.

— Акио Намикадзе-Узумаки, — представился паренек.

Я на автомате пожал протянутую руку и представился сам, — Изуна Учиха.

'Тот самый Учиха?', 'Демон-Учиха', 'Что-то не похож', — пронеслись шепотки по толпе.

— Ты, вероятно, тот самый принц Учих, что прибыли три для назад.

— Он самый, — я кивнул, а затем представил всех остальных парней. Акио представил своих, при чем в порядке знатности, как на приёме. Сам он оказался одним из первых детей от браков Намикадзе-Узумаки.

Про присутствие не только Узумаки на острове мне было известно — Удзи уже ввел нас в курс дела, как и в преимущества таких решений. И сейчас мне была жутко любопытна техника 'Полета Бога грома', до которой у меня пока руки не дошли.

— Не хотелось бы прерывать вас, — встрял Мадара, — но у нас еще экзамен впереди.

— Да-да, я помню, — отмахнулся я, — вы идите пока, а я вас догоню.

Парни кивнули и отчалили. Остался только Тобирама.

— Парни, а где я вас могу найти после экзамена?

— Найти ты нас сможешь в квартале желтого солнца, это во-он там, — он махнул рукой куда-то на северо-запад, — а что ты говорил по поводу экзамена?

— Ну, по словам Узукаге, мы можем досрочно закончить младшую академию и, вероятно, курсы генинов.

— Вот прям сходу? — не поверил блондин.

— Ну да, нас же в кланах чему-то все же учили.


* * *

Акио Намикадзе.

Распрощавшись с гостями и подсказав им дорогу в экзаменационный кабинет, Акио повернулся к его одногрупникам.

— Ну что, видите, он начал обучение в четыре года! Вот поэтому Учихи и становятся такими сильными, а не как вы, в двадцать на генина не можете сдать.

— Ага, сам в девять лет пошел в академию, а теперь крутого строит, — донеслось от парней.

— Че ты сказал? А спарринг не хочешь?

— А давай, в этот раз я тебя точняк уделаю, малявка.

— Чем больше шкаф, тем громче падает, — отбрил его Акио и повернулся посмотреть на вход в академию, где скрылись гости.

'Неплохие ребята'.

Прода 15

*Изуна Учиха*

Я зацепился рукой за косяк и влетел в нужный мне класс.

— Прошу прощения за опоздание, можно войти? — протараторил, согнувшись в поклоне.

— Проходи, — донеслось до меня и я разогнулся.

Класс был самый обыкновенный, для того мира, естественно. Деревянные одиночные парты расположились амфитеатром от 'сцены', где напротив доски стояли три типа с каменными лицами, красными волосами и в одежде, будто сошедшей со страниц манги: резиновые ботинки с открытым носком, синие мешковатые штаны, безрукавка и зеленый жилет со множеством карманов. Правда, ни у одного не было протектора.

Шиноби, стоявший возле самой доски, кивнул мне на первую парту у окна, остальные парни были рассажены по углам этой, весьма обширной аудитории — в таких у меня в универе читали лекции для всего потока, человек, наверное, на сто.

Я сел за парту и осторожно осмотрелся, выискивая отражение моих друзей — мы с пацанами договорились, что в случае трудностей будем помогать друг другу. Я, конечно, не Яманака и читать мысли не умею, но вот передать что-то через звуковую иллюзию или считать то, что жертва очень хочет сказать, я могу. А вот Мадара — нет, он больше боевик. А отражение нужно для того, чтобы поймать взгляд, без этого никак. Оглядев нас, один из шиноби, все так же молча, раздал нам задание.

Отпечатано явно машинным способом и бумага более качественная, чем у Учих. Все листки одного формата, напоминающим А4. А задание, ну, что я могу сказать? Удзи был полностью прав: сдать этот тест проще простого. Письмо и счет у меня были на высшем уровне. Вопросы по физике и истории были на уровне детского сада, и тоже не вызвали проблем — поэтому через пятнадцать минут я уже нес сдавать работу.

Узумаки даже не удивился и махнул рукой на своего помощника. Внутренне пожав плечами, я подошел к нему.

— Сейчас ты будешь складывать простейшие печати. Я оцениваю правильность выполнения, а не скорость, так что можешь не торопится и не вздумай напитывать чакрой, — он улыбнулся, а я кивнул.

Пока я в темпе улитки складывал вбитые в подкорку печати, остальные парни тоже справились с заданием и присоединились ко мне. Выглядело это так: учитель называет печать и мы всей толпой ее складываем. Сначала медленно, потом быстрее... на пятом круге шиноби не останавливаясь называл печати. Ничего невозможного, я могу гораздо быстрее.

Видимо, удовлетворившись результатами, мужчина кивнул нам и передал остальным.

Следующим испытанием было пройти по стене до потолка и повиснуть на нем. И это 'младшая академия' за которую даже не дают генина! Вот это уровень. Все без проблем сдали этот тест, а Тобирама даже выделился — вместо того, чтобы как все нормальные люди, подняться по стене, просто взял и допрыгнул до потолка... выпендрёжник. Экспромт не произвел на комиссию ровно никакого впечатления и мы продолжили.

Дальнейшие испытания проходили на полигоне во дворе школы, но никто не заморачивался такими вещами, как двери, а просто выпрыгнули в окно. Для обычного шестилетнего ребенка прыжок с третьего этажа, м-м-м, не самая лучшая идея, но не для нас. Без проблем я выпрыгнул 'рыбкой' в окно и, сделав перекат, пошел к виднеющемуся недалеко полигон.

'Че-ерт, всегда мечтал так сделать!'

Тут нас по-шустрому проверили на навыки метания железа. Проверили пару ударов, как голыми руками, так и с мечом. Ну а потом пришел черед техник: 'замену' и 'перевоплощение' я сделал без проблем, а вот дальше, если бы не Удзи, был бы фэйл.

От нас потребовали какую-нибудь технику клонирования, при чем в школе преподавались не абы-что, а самые настоящие теневые клоны, изобретенные, как бы, самим четвертым Узукаге, то есть, нашим друганом Удзи.

На следующий день после приезда и грандиозной пирушки, где и познакомились члены делегаций — надо было видеть их лица, ха-ха-ха — нам выдали свитки с этой техникой. Ничего в ней сложного нету, и ребенок разберется, что и продемонстрировал Наруто в каноне, без труда освоив теневых клонов минут за двадцать, пока его искали. Основная сложность в том, что эта техника жрет просто немеряно чакры. Конечно, для Узумак с их бездонными объемами это мелочи, как и Мадаре с Хоширамой, а вот нам с Тобирамой эта техника не далась. Пришлось разучивать обычного 'иллюзорного' клона, с которого толку вообще нету.

Слава Ками, проканало, хоть и смотрели на нас немного снисходительно.

— Поздравляю вас, идущие по пути ниндзя, вы с честью выдержали все испытания, и доказали, что можете считаться младшими специалистами. Поздравляю с окончанием младшей академии шиноби.

Под эту пафосную речь нам выдали удостоверения совершенно современного образца, разве что без ламината. 'Этот документ свидетельствует о том, что такой-то такой-то окончил младшую академию шиноби и получил статус 'младший специалист'. И печать такая пафосная с водоворотом.

'Круто'.

— Не желаете ли вы пройти экзамен на генина? — вдруг поинтересовался учитель.

— Удзи говорил, что мы этот тест не пройдем сто процентов, — я повернулся к остальным.

Мадара осмотрел свою корочку и поднял глаза на меня, — а что мы теряем? Идем посмотрим, что нас ждет. — и уже учителям, — да, мы готовы.

— Раз так, — как-то нехорошо улыбнулся преподаватель, — сто кругов вокруг поля, БЕГОМ МАРШ!


* * *

— Ох, матерь Божья, — я со стоном рухнул на скамейку в парке. Рядом приземлились остальные.

— Вот мудак, а? — со злостью выдохнул Тобирама.

— И не говори, — устало прогудел я.

Мадара просто сплюнул в траву.

— Я так не выдыхался еще, по моему, с того раза, когда мы сенсея подкололи, — поделился с нами Тобирама.

— Хе-хе-хе, — сипло хохотнул Хоширама, но скривился и схватился за живот.

— Да уж, неплохая тренировочка, — качнул головой Мадара.

— Если это стандарт для генина я не хочу даже знать, что могут джонины этой проклятой деревни.

Кто-то хмыкнул.

— И самое обидное в конце 'А теперь продемонстрируйте мне технику 'разенган'', — явно кого-то передразнивая выдавил Тобирама, — да с хрена ли я должен ее знать, тем более на генина?

— Ну, Наруто выучил ее в одиннадцать лет, — в пустоту заметил я.

— И что с того?

— А меня больше поразило требование продемонстрировать 'Полет бога грома', — отстраненно заметил Хоширама, — вот уж не думал, что генинов допускают к такой сложной технике.

Я сделал фейспалм, — точно, 'полет', как же я мог забыть, я же обещал тем парням навестить их.

Рядом со мной застонал Тобирама, который тоже обещал подобное.

— Ха-ха, а мы пойдем примем ванну, да Мадара?

— Или искупаемся в реке, — кивнул тот.

— Засранцы, — выдохнул я, поднимаясь с лавки, — пойдем Тобирама. Ну и имечко у тебя, конечно.

— От лизуна слышу, — буркнул в ответ альбинос.


* * *

Спросив у прохожих дорогу мы пришли в указанный квартал. Не успели мы заняться поисками знакомых, как нас окликнули.

— Йоу, принцы, нас ищите?

Знакомый голос раздавался откуда-то сверху. Подняв головы, мы увидели блондина стоящего на парапете крыши.

— Поднимайтесь, — он махнул рукой.

— А это законно? — тихо спросил у меня Тобирама. В ответ я кивнул головой вдоль широкого проспекта, где то и дело по крышам проскакивали шиноби.

— Видимо, да, — я пожал плечами и в два касания запрыгнул на пятый этаж. Оттуда открывался обалденный вид на освещенный закатным солнцем город.

— Вау, — выдохнул Тобирама, приземлившись рядом со мной.

— Какие люди, — протянул кто-то со стороны.

Напротив нас на крыше разлеглась знакомая компания. Приветливо кивнув всем одновременно, я пожал руку Акио.

— Чего такие замученные?

— Да, — я махнул рукой, — пытались на генина сдать.

Послышался многоголосый хохот, переросший в истерику.

— Чего это они? — я покосился на Акио.

— Да, — он поморщился, — у нас считается, что минимальный возраст для сдачи на генина где-то шестнадцать лет.

— Пфф, — фыркнул Тобирама, — мы за год точно успеем.

— Ага-ага, — крикнул кто-то из толпы, — а к пятнадцати и саннином станешь.

Толпа снова расхохоталась.

— Какие-то они у тебя не особо адекватные, — шепнул я Акио.

— Чё ты сказал? — смех у толпы как отрезало, а вперед вышел парень с длинными красными волосами.

— Я сказал, что на генина без проблем можно сдать уже лет в десять, — попытался я сгладить углы.

— Хочешь сказать, что я — дебил?

От такого поворота я как-то опешил.

— Ему уже одиннадцать и он все еще не сдал, — подсказал паренек с черными волосами, забранными в хвост.

— А ты вместо этикета боевку подтягивай, — хохотнул кто-то из толпы.

— Заткнись...

— Во-во, все равно не знаешь ни того, ни того, — подал голос парень со страшноватыми белыми глазами. 'Хьюга'. Толпа снова расхохоталась.

Кипящий со злости Узумаки посмотрел на меня, — эй ты, давай спарринг.

Я растерянно посмотрел на Акио, тот пожал плечами, — без шансов.

А я подумал, — 'Что, я не справлюсь с оболтусом, что на генина сдать не может? Даже у дурачка Наруто к одиннадцати годам вышло'.

— А давай, — я оскалился и начал разминать плечи. Хоть я и подустал после тренировки, но регенерация шиноби творит чудеса. Мой противник тоже особо свежим не выглядел.

Мы вышли в центр крыши и нас со всех сторон окружили ребята.

— Правила просты, — откашлявшись сказал, судя по виду, Нара, — ниндзюцу не применять, оружие не использовать и, — покосившись на меня, он немного улыбнулся, — и все.

А я внутренне выдохнул — если бы он отменил бы гендзюцу, то мне пришлось бы туго. Хитрожопый Нара.

Противник занял какую-то высокую стойку и, судя по всему, намеревался после отмашки тут же сократить дистанцию. Я в свою очередь занял одну из нижних акробатических стоек.

— Начали, — махнул рукой Нара и отскочил из круга.

Противник ожидаемо понеся на меня. Вот только я малость недооценил его. Ведь сражаться с одиннадцатилетними Учихами я опасаюсь, так почему же Узумаки будет слабее? Оказалось, не будет.

Со скоростью локомотива он понесся на меня пушечным ядром, набрав приличную скорость всего за один толчок. Правда, и маневренность у него была, как у локомотива, поэтому правильно среагировать он не успел. Из нижней стойки я взвился в воздух и с разворота засадил ему ногой в ухо. Набранного ускорения пареньку хватило, чтобы вылететь с крыши, перелететь улицу и вмазаться в стену.

Узумаки на подлете к стене сгруппировался и, оттолкнувшись от стены, в один прыжок вернулся обратно.

— Неплохо, Учиха, — он потряс головой и оскалился, — а теперь тебе хана.

Молниеносный удар я успел отвести в последний момент, а вот удар ноги я не увидел. Столь же быстрая 'двоечка' пришлась в то место, где я оставил иллюзию. Мой удар в болевую точку на ноге, Узумаки заблокировал, а я, в свою очередь, 'поймал' прямой в нос — противник без проблем раскусил мою иллюзию.

Сделав пару шагов назад, я понял, что теперь пора вводить 'главный калибр'.

'Искусство иллюзий, вязкая топь'.

Я ринулся к замершему противнику, на ходу понимая, как же сильно я его недооценил. Резерв чакры у Узумаки был раз в десять больше моего и мою тончайшую иллюзию просто смыло волной естественной циркуляции чакры, так что противник даже, наверное, ничего и не почувствовал.

'Теперь я понимаю Мадару. Ведь он именно про эту ситуацию и говорил', — проносились у меня в голове мысли, пока тело скакало мячиком на пределе своих сил вокруг непоколебимого Узумаки — он уже пропустил ударов пять и все по болевым точкам... и ничего!

'Как же обидно проигрывать... У меня, конечно, есть козырь на такой случай, но я не смогу его использовать. Так говорят мои учителя'.

Бамс, бамс, — моя голова мотнулась от пропущенных ударов. Сплюнув кровь, я уставился ему в глаза. Узумаки расслаблено смотрел в ответ, уверенный, что мои иллюзии на него не действуют.

'Ну я им всем сейчас задам'

Я концентрировал всю доступную мне чакру в глазах, одновременно выстраивая образ иллюзии. Создать задуманное на одной воле — еще не мой уровень, так что я начал складывать печати на максимальной скорости. Перебирая печати, я все сильнее чувствовал жжение в глазах и некую преграду. Она не давала мне закончить технику.

'Какого хрена? ДАВАЙ!'

Преграда рассыпалась и я взглянул на мир. Лицо противника медленно, как в замедленной съемке начало вытягиваться.

'Испуг' — понял я, оценив мимику

Краем глаз я видел, как ко мне несутся двое.

'И третий со спины', — понял я по характерным движением.

'Времени нет. Искусство иллюзий. Зеркальный Лабиринт'

*Тобирама Сенджу. За три минуты до этого*

— Ну, блин, — я скривился, глядя на вышедшего в круг Изуну.

— Да, паршивая ситуация, — цыкнул сквозь зубы Акио.

— И так просто это говоришь? — я посмотрел на него.

— Ну да, — он пожал плечами, — не убьет же он его, в конце концов.

Я хмыкнул и начал формировать один хитрый трюк из мокутона. Выглядит он как маленькая антенна, торчащая у меня из ладони. Лучше, конечно, формировать ее из какого-то растения, но на крыше ничего не растет.

Поймав заинтересованный взгляд Акио, я подмигнул и сосредоточился. Одна из граней мокутона — связь со всем живым. Чисто в теории, я могу так достучатся до любого семечка в большом радиусе, но пока это только крупные объекты, вроде людей, и метрах в трех. Так что сенсор из меня пока так себе. Вокруг меня было шестнадцать очагов чакры и...

'Б...ляха', — я увидел противника Изуны. У того чакры было раз в десять больше, чем у моего кореша.

— Капец котенку, — я нервно покусывал губы, думая как предупредить Изуну.

— Начали, — дал отмашку Нара и все завертелось.

С первых минут было видно, что Изуна уступает противнику по всем параметрам. Не помогает ни ловкость, ни скорость — Узумаки и быстрее и ловче и, что самое главное, почти вдвое старше.

Вдруг бой замер. Узумаки стоял ко мне спиной, а вот лицо моего друга я видел прекрасно. Шикарный бланш, наливающийся под левым глазом, разбитая губа и, видимо, отбитая печень.

Неожиданно лицо Изуны неуловимо изменилось, стало каким-то, жестким и побелело. Вдруг он весьма шустро сложил пять печатей и немного покачнулся. Я заметил, что из носа потекла кровь.

К Учихе ломанулось сразу три парня, но они не успевали.

Изуна восстановил равновесие и поднял голову. Его взгляд как-то изменился... Он смотрел багрово-красными глазами. Сначала я подумал, что от напряжения у него полопались капилляры... но у него зрачки немного светились. Неуловимо при дневном свете, но прекрасно ощущаемо мокутоном — я видел переполняющую его глаза энергию.

Каким-то до невозможности плавным движением он поднырнул под руку Хьюги, проведя обманное движение, схватил того за руку и кинул в остальных двоих. Оттолкнувшись от земли он взмыл в воздух и обрушил на противника мощнейший удар ногой сверху-вниз. Тот вместо того, что бы заблокировать атаку, почему-то защитил пах.

Удар вогнал Узумаки в землю, но расслабится Учихе не дали подбежавшая тройка.

— Стойте! Это была иллюзия! — крикнул Хьюга, но было поздно, разъяренный Узумаки богатырской подачей сбросил одного с крыши и уже самому Хьюге пришлось уворачиваться от еще более ускорившегося Узумаки.

Про Учиху уже все забыли, но тут он сам о себе напомнил, появившись между сражающимися. Оказалось, что второго парня уже давным-давно выбыли и он лежит возле края крыши, а под его личиной и маскировался Изуна.

Удар локтем в открытое солнечное сплетение заставил Хьюгу на мгновение замешкаться, чего с лихвой хватило Узумаки. Хьюга отлетел в сторону и уже не поднялся.

Спокойный Учиха подошел к Узумаки, который вдруг повернулся к нему боком и попытался защитится от чего-то. Изуна просто вырубил его ударом в висок.

С непередаваемым выражением лица — смесь гордости, превосходства, удовлетворенности — он поставил ногу на тело поверженного противника, широко улыбнулся и... упал без чувств.

*Хоширама Сенджу. День спустя*

— А потом я его поймал, — закончил Тобирама.

— Дурак, — хмыкнул Мадара.

— Зато пробудил шаринган, — возразил Тобирама.

— Ага и поэтому и лежит сейчас в больнице, — улыбнулся Мадара, — с непонятным диагнозом.

Тобирама пожал плечами.

— А чего это Узумаки так странно себя вел? — поинтересовался я.

— Не знаю, — Тобирама покачал головой, — Изуна когда пришел в себя, сказал что наложил на него иллюзию 'Зеркальный Лабиринт'.

— Ого, — выдохнул Мадара, — это он, конечно, перестарался.

— И что это такое?

— Весьма заковыристая техника и очень требовательна, как к контролю, так и к объему чакры. Лично у меня бы не хватило контроля для подобного. Да и у Изуны не было. Видимо, шаринган как-то помог... — он задумчиво почесал подбородок.

— Не томи, — взвыл Тобирама, — что она делает?

— Хм, ты знаешь, что глаза видят мир 'перевернутым'?

— В смысле?

— Дело в том, что мы видим мир, где небо внизу, а земля у нас под ногами — вверху. А мозг эту картинку переворачивает в удобное для нас положение.

— Ну, окей.

— Так вот, эта иллюзия переворачивает и скручивает изображение, которое передают глаза и, главное, стимулирует быструю адаптацию мозга — у обычных людей на это уходит где-то неделя. В итоге, жертва видит мир нормально, но на самом деле, она попала в лабиринт кривых зеркал, где верх может быть востоком, а красное — синим. Весьма опасное гендзюцу.

— Ого.

Мы как раз шли на наше первое занятие в местной школе — курсах генина. Вчера поговорить не получилось из-за беготни вокруг Изуны. Он что-то там себе повредил и врачи никак не могли диагностировать что. Удзи рвал и метал, а Тобирама бегал посланником по всему городу и рассказывал эту историю.

— Смотри, — оживился вдруг Тобирама, — какая мамаша пошла, — и кивнул в сторону куноичи метрах в двадцати от нас. Девушка были и впрямь неплоха, вот только он недооценил остроту ее слуха.

Каким-то слитным движением, присущие больше какому-то хищному зверю, девушка развернулась к нам. От ударившей от нее жажды крови мне захотелось сбежать куда подальше.

'Глоть' — шумно сглотнул Тобирама, — кажись, мне пора, — и не теряя ни минуты пустился на утёк. В два прыжка запрыгнул на крышу и был таков.

— Стой, извращенец! — крикнула девушка и пустилась вдогонку. При чем от скорости она превратилась в размытое пятно. Как-то предотвратить подзатыльники, которая эта дама одарила нас мы попросту не могли.

— Вот стерва, — ругнулся я.

— Тише ты, — улыбнулся Мадара и посмотрел по сторонам, — вдруг у нее тут подруги?

— Оу...

Мы немного помолчали, глядя в сторону, куда умчалась эта парочка.

— Кажись кто-то таки скоро огребет.

— Ха-ха-ха.

И мы, посмеиваясь, пошли по дороге в школу.

Прода 16

*Котоку Узумаки. Кабинет Узукаге. За десять минут до этого*

— Да разрази их гром из задницы биджу, как, вот скажи мне, как можно умудрится загреметь в больницу на третий, мать его, день? — бушевал Удзи, носясь по кабинету и активно жестикулируя.

— Двое, двое, биджу им в жены, наследников из четырех сразу по приезду попали в больницу. Как ты думаешь, — он резко повернулся ко мне, — насколько это подозрительно? — и сам же ответил, — это чертовски подозрительно!

Я молча кивнул.

— Нам здорово повезло, что Учихам на все пофиг, кроме пробуждения Шарингана в шесть лет, а Сенджу попался с юмором. — Удзи вдруг прервался и хохотнул, — бьюсь об заклад, у самого похожие проблемы были, — и, видя мое непонимание, добавил, — он свою жену из другого клана украл.

— Видимо, это и есть причина проблем у Тобирамы.

— Думаешь? — посерьезнел Удзи, — хм, вполне может быть.

Он немного помолчал и снова начал закипать.

— Но они же взрослые люди, им уже по двадцать с лишним лет, как, вот скажи мне, как можно...

Меня это немного задолбало и я его прервал.

— Как-как, — хмыкнул я в сторону, — будто сам не знаешь, как.

— Это ты у чему? — нахмурился тот, — я никогда таким не страдал.

— Ага, — я улыбнулся, — расскажешь мне тут, — кто по-твоему чуть не разнес пол квартала своим недо кирин, а?

Лицо Удзи немного перекосилось.

— А как ты испробовал свой покров и в итоге на две недели в госпиталь угодил? Еще скажи, что это не ты был. А...

— Понял-понял, — Удзи тоже улыбнулся и махнул рукой, — не нуди. Просто на меня уже косо смотрят: сам пригласил и сам угроблю...

— А, забей, — посоветовал я и посмотрел на часы, — о, скоро первая лекция по медицине, а мне еще надо к Тобираме заскочить.

— Погодь, — Удзи остановил меня рукой.

— А?

— Митико сегодня вечером устраивает посиделки, придешь?

— Конечно приду, — обрадовался я, — ты же знаешь, я не могу удержатся от ее данго.

— Ха-ха, так и передам, — кивнул Удзи, — давай, свободен.

— Я всегда свободен, — хмыкнул я и телепортировался к заблаговременно оставленному кунаю возле ворот госпиталя.

Вытащив якорь из дерева, я подкинул его на руке и спрятал под одеждой.

*Изуна Учиха*

Я вынырнул из медитации, услышав какие-то звуки. С той стороны закрытой двери проехала каталка, в сопровождении троих шиноби. Хлопнула дверь соседней со мной комнаты.

Я мало что видел — после того раза я очнулся уже тут (видимо, в госпитале) с тугой повязкой на глазах. Как оказалось, что-то я себе повредил и ходить мне с этой повязкой еще пару месяцев, чисто на всякий случай — местные целительные печати почему-то шаринган не берут, а подпускать ко мне Сенджу не хотят по очевидным причинам.

Единственная проблема — тут невыносимо скучно. Напрягать глаза и, в особенности, активировать шаринган мне строжайше запретили, а многого без глаз не сделаешь. Вот поэтому я и сижу в медитации целыми днями, развиваю остальные чувства и просто гоняю чакру.

Дождавшись, пока из соседней комнаты выйдут, я мягко скатился с кровати и пошел к двери. Моя одиночная палата была где-то три на пять метров, приблизительно. Из обстановки в комнате была лишь кровать, тумбочка и капельница. Ах да, пару вазонов с самополивом по углам. Все это я нашел на ощупь еще в первый день. Дойдя до двери, я нашел ручку и вышел в коридор.

*Тобирама Сенджу*

'Ого, конечно', — я глазами осмотрел комнату куда меня привезли, — 'Светло, уютно', — я еще сильнее скосил взгляд, — 'и вид из окна чудесный, как раз на холмы'.

'Отстой', — я расслабился и стал таращится в белый потолок. Это все, что я мог делать — все остальное мое тело было полностью перебинтовано и, я думаю, для надежности еще и связано. Юдсуки меня немного подлечил, но даже он не всесилен. Многочисленные сложные переломы, внутренние кровотечения, сотрясение мозга... хреновый диагноз, но вполне обычная ситуация для шиноби нашего клана. С теми, кто попадает под техники дотона, все ГОРАЗДО хуже. Поэтому где-то через пару недель меня уже можно будет выписывать... Если я раньше не сойду с ума от безделья. 'О, вот и нога зачесалась... сцуко... как же мне ее почесать?'

Пока я раздумывал о насущной проблеме, дверь в палату открылась и ко мне зашел черноволосый паренек в больничном халате поверх нормальных майки и штанов. Самой заметной деталью была, конечно, повязка на половину головы с какими-то фуин на ней.

— Изуна, ты что ли? Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть, дружище! — обрадовался я, — сделай мне одолжение, почеши мне стопу... там, чуть выше пятки.

Изуна хмыкнул и не очень уверенно подошел ко мне.

— Ого, гипс? — он удивленно ощупывал меня, — как же это тебя угораздило.

— Да так, познакомился с темпераментом местных женщин, — я скривился.

— О-го, и как ее зовут? — ехидность из Изуны перла даже сквозь повязку.

— Не спросил, — буркнул я.

— Чего? — добродушно поинтересовался Изуна. Он на ощупь нашел тумбочку и взгромоздился на нее.

— Я был слишком занят, спасая свою задницу, — сказал я в сторону.

— Видимо неудачно, — хохотнул Изуна, у него явно было хорошее настроение, — хоть опиши ее, что ли.

— Да чего там описывать, — длинные по пояс волосы красного цвета, черная тельняшка или как оно называется... обтягивающее такое. Черные штаны, ботинки.

— А лицо?

— Ну как я тебе его опишу? Голубые глаза, нос, брови, рот...

— Мда-а, — протянул Изуна, — свидетель из тебя аховый.

— Какой есть...

— Сильно она тебя? — участливо спросил Изуна.

— А ты что не в... — я прикусил язык на середине фразы, поняв, что Изуна сейчас действительно не видит... или придуривается, — да, весьма серьезно, я сейчас по нос гипсе и мне где-то недели две отлёживаться придется.

— Ничего себе, — Изуна присвистнул, — а как она тебя? Ты же и сам не промах.

— Та, — я закатил глаза, — она меня лет на шесть старше. Это раз. Она Узумаки с туевой хучей чакры, это два. Она знает этот город. Это три. И у нее был кистень, чего я не ожидал.

— Постой, — Изуна подался вперед, — ты сказал кистень? Грузик на цепочке?

— Ога, — я кивнул, — она мне им в глаз заехала.

— Ха-ха-ха-ха, — заливисто расхохотался Изуна, — твое везение просто зашкаливает, Тобирама, если я не ошибаюсь, то ты нарвался на подругу с кликухой 'баба-молот' — уж очень она подходит под описание.

— Нужно постараться, чтобы такую кликуху заработать, — я задумчиво хмыкнул и тут же спохватился, — стой, а ты откуда знаешь? Мы же всего тут пять дней, плюс ты два дня тут провалялся.

— Ты даже не представляешь, КАК тут скучно, — серьезно заметил Изуна, — тут вообще нету стационарных пациентов, кроме нас, только изредка приходящие больные. Так что я успел вытянуть все местные слухи из персонала.

— Тогда жги, — я кивнул.

— Сейчас, — Изуна поднял руку, — погоди секунду, — он подошел к стене и сложил печать концентрации и... просто исчез, сливаясь со стеной! Я знал где он и в упор видел, но стоит только отвести взгляд, как периферийное зрение просто его не замечало...

Дверь открылась и впустила знакомого мужчину. Это был Котоку собственной персоной — вечный белоснежный халат, накинутый на тунику и знакомый жилет, обычные брюки с узорами из фуин и босоножки. Дополнял образ белоснежные волосы, собранные в хвост за спиной.

— Привет, страдалец! — он задорно улыбнулся мне и вдруг подмигнул. Проходя мимо того места, где стоял Изуна он вдруг сказал 'Кай', отчего маскировку Изуны буквально сдуло волной чакры.

— Молодой человек, что я тебе говорил? — спросил он набычившегося Изуну, — никаких нагрузок на СЦЧ, а вы что вытворяете? Иллюзии, передвижения, вы бы еще попробовали на меня иллюзию навесить... Чего молчите? Нечего сказать? А теперь марш в комнату, прописываю вам, молодой человек, дополнительные анализы.

Лицо Изуны окончательно скривилось и уже выйдя из комнаты, он пробурчал, — когда-нибудь я все-таки загендзючу тебя, белобрысый.

— Думаю я успею помереть от старости, — отмахнулся от него Котоку и повернулся ко мне, — ну, блин, чисто дети, ей-богу.

— Он говорит, что тут скучно, — заметил я.

— Еще бы тут скучно, — хохотнул Котоку, — а вот нехер делать то, о чём не просят. Кстати об этом, что ты не поделил с Йори? Милейшая девушка. Я только узнал, сразу сюда подскочил.

— Я назвал ее 'мамашей', — кисло отвечаю.

Секунды две Котоку держал лицо кирпичом, а потом его покерфейс начал давать трещины.

— Пва-ха-ха-ха-ха-ха, О-ха-ха-ха, ну ты даешь, а-ха-ха-ха, мамашей, ах-ха-ха-ха, — Котоку ржал, как ненормальный, но вдруг резко прекратил и вытер выступившие слёзы. Он глубоко вдохнул и резко выдохнул.

— Я могу тебе сказать, что скорее всего ты ей понравился, — доверительным тоном поделился он со мной.

Мне оставалось только вытаращится на него, что я и сделал. Если бы челюсть не была забинтована — отвисла бы.

— Это у вас такие порядки в Узушио? — просипел я, все еще шокированный.

— Нет, — задумчиво протянул Котоку, — обычно она избивает чуть ли не до полусмерти... и это Узумак...

— А меня, значит, нет?

Котоку придирчиво осмотрел меня с ног до головы и вынес вердикт, — не-а. Только 'тяжелые повреждения', и даже без реанимации. Так что сто процентов понравился... — он задумался, — Или просто ты слишком маленький. В общем, вы еще встретитесь....

Пару секунд он смотрел мне в глаза, а потом снова расхохотался, — ой, выдел бы ты свое лицо...

— Шутник, блин.

— А ты бы лучше думал, что говорить, — вдруг снова посерьезнел Котоку, — хоть иногда.

— Да понял я понял.

— Нихера ты не понял, — Котоку покачал головой, — ладно, перейдем к более важным делам. Диагноз твой внушает осторожные надежды на весьма скорое выздоровления. Но вот то, что мы нашли у тебя в крови...

— Что? — у меня похолодело в груди, — если это снова шутка...

Котоку меня перебил, — на этот раз, братан, никаких шуток. Ты и сам в зеркале видишь, что все серьезно.

— Ты про то, что я — альбинос?

— В точку, — кивнул Котоку, — редкое, но совершенно нормальное явления даже в этом мире.

— Тогда почему ничего не выявили до этого момента? — веско, как мне казалось, интересуюсь.

— Да потому, что твоя Система Циркуляции Чакры только-только сформировалась и до этого представляла собой некое аморфное нечто. Естественно, твоя семья давно диагностировала даже причину твоего Альбинизма, но вот последствия... — он вздохнул, — черт его знает, какие могут быть последствия, ты сам ничего не ощущаешь?

— У меня гораздо хуже получается Мокутон, чем у Хоширамы...

— Так, — Котоку кивнул, смотря в появившийся в руке свиток, — это в твоем анамнезе упомянуто. 'Нарушение узла Неба в третьем триместре беременности' и 'Нестандартное развитие узла Солнца' это основные причины твоего отставания по чакре, — он оторвался от свитка и поднял глаза на меня, — Что-то еще?

— Мне гораздо легче даются стихии первого уровня, то есть, вода и земля.

— Я знаю, что это такое, — немного раздраженно махнул свитком Котоку и еще сильнее нахмурился, — вот это меня и волнует, твоя СЦЧ развивается аномально — в сторону увеличения количества капилляров с последующей мутации их в узлы.

— А теперь по-людски, — взмолился я, — звучит очень страшно.

— Кхм, да, конечно. Как ты знаешь, тело шиноби состоит не только из мяса и костей, но и из энергетической составляющей. Тут, конечно, стоит уточнить, что СЦЧ это только вторая из семи составляющих любого человека, но я не буду углубляться — все это вам расскажут в академии. Ближе к твоему вопросу. Общеизвестно, что СЦЧ состоит из 361, так называемых, тенкецу. Это точки связи, собственно, системы циркуляции чакры с внешним миром. Но, мало кто знает, что помимо этих точек есть еще 734 узла — точек пересечения отдельных каналов чакры. Именно влияя на них шиноби создают техники.

— Мудры, или, по-модному, 'печати' на самом деле пережимают или расширяют эти самые узлы. Эти узлы делятся на кучу подгрупп, рисунок которых у каждого индивидуален, но первые две у всех одинаковые.

— Первая группа — это пресловутые 'Восемь врат'. Их можно использовать, что называется, 'в лоб', открывая на максимум, либо поступать умнее, но, — он прервался, — это ты будешь проходить на курсах джонинов. Тебе пока рановато.

— Ты не распыляйся, что там про меня?

— Тц, молодежь, вечно куда-то спешите, — он подмигнул, — итак, про тебя. Вторая группа узлов — 64 штуки. У всех они расположены индивидуально, определяя стихийную принадлежность, влияют на контроль чакры и еще штук пять жизненно важных параметров. Так вот, твоя СЦЧ создает новые каналы, которые вливаются в стандартные узлы, изменяя их влияние на организм. Прогнозирую, что обычные мудры тебе не подойдут, но это так, к слову. В общем, Хьюги первые заметили неполадки, а с помощью нашей аппаратуры, разработанной, к слову, мной, удалось 'посмотреть' на столь мелкие объекты. Это будет отличная возможность для науки изучить влияние отдельных узлов.

— Мда, сейчас ты похож на сумасшедшего даже больше, чем обычно, — заметил я.

— Сочту за комплимент, — он хохотнул, и по своей привычке тут же посерьезнел, — в общем, будешь наблюдаться в нашем госпитале. Сделать пока мы ничего не можем — это не уровень даже для твоей семьи — слишком мелкие капилляры. Стандартные диагностические техники просто не видят этих каналов. Единственная возможность — обучить Хьюгу с хорошим бьякуганом. Да и то, он вряд ли сможет что-то изменить. СЦЧ — не та вещь, куда можно лезть сдуру. Извини, — неожиданно поник он.

— Да ладно тебе, как-то мой прототип жил же...

— Ага, пока не помер, — к Котоку снова вернулось хорошее настроение, — ладно, выздоравливай, — он потрепал меня по голове и собрался уходить.

— Постой, — крикнул ему вдогонку, — а можешь мне про местную школу рассказать?

— Извини, — он виновато улыбнулся, — сейчас будет урок ирьендзюцу от твоего соплеменника. Тебе сможет рассказать Изуна, что греет уши на нашем разговоре. Техника стоящего воздуха, отмена.

Какой-то давящий на уши дискомфорт исчез и через открытое окно ворвался теплый ветер. Появились звуки улицы. Легкий хлопок и вместо Котоку по комнате расползается облако дыма.

— Во мудень, а? — произнес я в потолок.

— И не говори, — в приоткрывшуюся дверь просунулась голова Изуны, — к тебе можно?

— Да, заходи, — я хотел махнуть рукой, но только вздохнул.

— Этот засранец поставил глушащий барьер, — бурчал Изуна, — ты расскажешь, о чем вы говорили?

— Да я сам мало что понял, — я попытался улыбнутся, — слушай...

Прода 17

*Юдсуки Сенджу*

Юдсуки мрачной тучей шел по городу Узумак. Прохожие удивленно расступались перед ним. Скорее от того, что он был в клановой броне Сенджу, а не от его грозного вида, но Юдсуки было наплевать. Сначала он загремел под домашний арест из-за этого проклятого Учихи. Потом Узумаки не дали его прикончить в честном бою... Узукаге лично вывалял Юдсуки на полу перед всеми собравшимися так еще и речь завёл, мол, все смерти на острове только с его ведома.

Тьфу, — Юдсуки сплюнул на дорогу.

Радует, что не одного его валяли по полу. Один из Учих тоже был там. 'И правильно', — подумал Юдсуки, — 'Этих животных только так и воспитывать'. Так еще и пришлось есть за одним столом с этими мерзкими отродьями!

Все попытки проникнуть на территорию Учих или как-то подобраться к их наследникам, вежливо, но в весьма понятной форме пресекали Узумаки в этих страшных масках. Юдсуки отдавал себе отчет, что это — просто маска, но когда из-под нее на тебя равнодушно смотрит махина в два раза больше тебя и с десятком твоих запасов чакры, как-то сложновато воспринимать их как людей. Отличный психологичный ход. На это, кстати, Юдсуки тоже злился. Правда, он никому не признается в этом. Даже себе.

Поводов для мрачного настроения у Юдсуки было хоть отбавляй.

'Еще и молодой господин в больницу попал', — сокрушался пожилой шиноби, — 'конечно, девушки — это хорошо, но не в таком юном возрасте. Да и непонятно чем это там пичкают молодого господина. 'Охрану ведь не поставишь — не поймут и могут обидится. А обижать Узукаге... бр-р.' — Юдсуки передернулся, вспоминая начало праздничного банкета.


* * *

В своих самых лучших одеждах церемония Сенджу входила в пиршественный зал. Юдсуки настороженно смотрел по сторонам, отвечая на поклоны. Вряд ли Учихи будут присутствовать на их празднике, но все может быть.

'Вот они!' — с противоположного конца зала шла группа Учих. Прекрасно знакомая алая броня (и это в лесу! Дураки), черные волосы и надменное лицо. Всего трое пожилых мужчин и... 'О Ками, благодарю вас за такой чудесный подарок', — пронеслась в голове Сенджу мысль при виде двоих детей, которые не могли быть никем иным, как наследниками врага.

Даже не раздумывая, Сенджу сорвался с места, как бык несясь на красный веер Учих...

В следующее мгновение он был придавлен к полу невероятной силой. А вдохнуть мешала просто ужасающая КИ.


* * *

Бр-р, — еще раз вздрогнув, Юдсуки постарался отогнать воспоминания.

'И, что самое паршивое, я даже не заметил его движений. Он просто невероятно быстр'.

Чтобы обезвредить ничего не ожидающего шиноби много ума и умений не надо, но вот скрутить готового к бою шиноби в честной схватке может только тот, кто на порядок превосходит по силе. И Юдсуки было страшновато признавать, но монстр, вроде Узукаге, был вне досягаемости обычных воинов Сенджу. По крайней мере, в честном бою. (В понимании шиноби, естественно).

Плюс этот гадский Узукаге как-то вытянул клановые секреты из главы клана. Да, он расскажет не все, хе, далеко не все. Но и этого хватит. Юдсуки представлял, как он сейчас зайдет в комнату, полную красноволосых демонов в этих масках и будет раскрывать им секреты клана. Добровольно! А они будут презрительно смотреть на него...

Юдсуки скрипнул зубами от злости и стал подниматься по ступенькам нужного дома.

'Еще и дорогу пришлось спрашивать. Какому сумасшедшему пришла в голову мысль строить такие огромные дома? Ищи потом дорогу...'

Поплутав по коридорам (благо запомнил схему влет) он остановился перед нужной аудиторией. Оттягивать дольше неизбежное Юдсуки не мог, поэтому выдохнув, он резко толкнул дверь и зашел внутрь.

К его удивлению, все ученики повскакивали со своих мест.

— Поклон! — скомандовал женский голос и присутствующие синхронно поклонились. Юдсуки автоматично ответил на поклон. Подойдя к кафедре, Сенджу осмотрел класс. Выполнен он был весьма продуманно — этакими полукруглыми выступами с индивидуальными партами. Оценив компоновку и мебель Юдсуки прошелся взглядом по будущим ученикам.

На первой парте с кислым видом сидел Хоширама рядом с какой-то очень-очень милой девушкой. Взгляд учителя как-то прилип к ней и отказывался идти дальше. Милая, маленькая, даже можно сказать миниатюрная, девушка с коротким каре странных темно-синих волос. Приятные черты лица — маленький нос и аккуратный ротик и глаза.

От неожиданности Юдсуки зажмурился, а затем пригляделся повнимательней. Белесые, чуть больше размером, чем обычно, глаза. 'Она что, слепая, что ли?' — пронеслось у него в голове и он осмотрел всю группу.

Первое, что кидалось в глаза — возраст. За одной партой могли сидеть и пожилые, ухоженные леди и откровенно дети. За спинами рослых мужиков были видны только макушки девушек. И у всех были такие глаза.

— Хьюги? — вырвалось у него.

— Да, — девушка, сидящая рядом с Хаширамой встала и поклонилась, — я приветствую Вас, учитель, от имени всего клана Хьюги. Прошу, позаботьтесь о нас.

'О да, я бы о тебе позаботился', — подумал Юдсуки, одновременно отвечая на поклон.

'Хьюги? Ходили слухи о исчезновении целого клана... вот значит, что оно. Засранцы, ведь никто мне ничего не сказал', — но злость куда-то делась — не получалось злится, когда перед тобой стоит такая... такой... — 'кавай'.

Приведя мысли в порядок, Юдсуки откашлялся и только сейчас заметил белую шевелюру местной шишки. 'Котоку Узумаки. Весьма сильный шиноби. Занимает не последнее место в местной иерархии', — это было все, что успел узнать Юдсуки за эти несколько дней.

На кафедре лежал список, видимо, с именами учеников. Мельком пробежавшись по нему глазами, Юдсуки обнаружил так же знакомые фамилии: 'Нара', 'Яманака', целых девяносто три Хьюги и всего одного Узумаки — упомянутого Котоку.

Отодвинув гадание над причинами происходящего на задний план, Юдсуки напустил на себя грозный вид и заговорил, — во-первых, необходимо разделить группу по возрастам, отсортировать их по успеваемости в ирьёниндзюцу. Сегодня я проведу вступительное занятие, но позже я предоставлю вам график. Согласуете между собой, — пусть сами думают над сказанным.

— Итак, что такое ирьёниндзюцу? — и тут же ответил сам себе, — это искусство. Только тут красок мало — все, что есть в теле жерт... пациента... хе-хе. Вам предстоит собрать головоломку под названием человек из любых кусочков. Это вам не бренчание на эрху или баньху. Тут вы играете мелодию жизни... на спор с самой смертью... и ставка может быть жизнь вашего сына... а может быть лучшего друга. Рискнете ли вы поставить все на кон? Рискнете ли поставить ваши навыки против силы Бога Смерти? Рискнете ли вы увести у него добычу? Если да, то добро пожаловать на курсы ирьёнинов.

Юдсуки вгляделся в глаза учеников. Обычно он говорил эти слова по сути еще детям, играя на их гордыне — а как же, сразится с самим Богом Смерти. Но тут, он смотрел в глаза закаленных воинов, прошедших суровейшую школу жизни. Было видно, что многие готовы хоть душу продать, но научится лечить... Так как не хотят больше терять своих близких. Юдсуки знает этот взгляд — он видит его каждый день в отражении.

— Основой всех техник лечения является медицинская чакра. Основным критерием к ней является ее нейтральность. Как вы знаете, у нас есть два источника: Инь и Янь, которые смешиваясь создают чакру. Но мало кто знает, что в нашей чакре нет абсолютного баланса — обязательно есть доминирование какой-то из составляющей. Поэтому кому-то легче даются иллюзии из-за переизбытка духовной составляющей, а кто-то невероятно силен из-за дисбаланса в телесную.

По залу пронеслись смешки и Юдсуки уловил взгляды, брошенные на Котоку.

'Ага, значит, вот почему Узумак нету в этом зале. Для них ирьёниндзюцу — запредельная дисциплина из-за столь подавляющего дисбаланса в чакре. Зуб даю, что среди них нету ни иллюзионистов, ни разведчиков'

— Чем ближе ваша чакра к абсолютной гармонии, тем выше у вас контроль и, самое интересное, в определенный момент ваша чакра становится особенной. Мы называем ее природной или 'Сен-чакрой'.

Краем глаза Юдсуки заметил, как хищно заострилось лицо Котоку. Тот подался вперед и очень внимательно слушал его слова. Хотя никто из остальных присутствующих, не считая Хоширамы, были совершенно не в курсе.

'Интересно'.

— Это малоизвестно, но наша природа тоже обладает чакрой... — он сбился, когда аудитория ему закивала. 'А они-то откуда знают?'

Руку подняла та миниатюрная женщина с первой парты.

— Да?

— Бьякуган позволяет нам видеть чакру окружающего мира, поэтому клану Хьюга давно известно, что этот мир состоит из чакры.

'Ого, открывать ТАКИЕ тайны постороннему человеку — серьезная заявка на сотрудничество. Но присутствие Котоку все осложняет. Или клан Узумаки в курсе таких манёвров? Или сам запланировал? Но тогда почему глава Хьюг повелся на это? А, пофиг, пусть Ясуо голову ломает'.

— Отлично. Так вот. Эта чакра, в отличии от нашей, абсолютно нейтральна. В ней Инь и Янь составляющие соотносятся один к одному, чего, к сожалению, практически невозможно достичь человеку. Зачем это делается? Если вы попробуете перелить свою чакру другому, то, если у вас все получится, она просто вольется в его резерв чакры и все. А вот если вы хотите вылечить пациента, надо заставить его организм принять вашу чакру, как свою. А это, к сожалению, простым контролем со стороны пациента не добиться.

Единственный известный нам способ стимулировать чужой организм чакрой — сделать ее полностью нейтральной. Или пропорционально дисбалансу источника пациента, но это удел лишь лучших медиков. Такую чакру, при передаче ее непосредственно в организм, тело пациента начинает усваивать ее и регенерироваться.

Ваша же задача стимулировать лечение первоочередных повреждений и составлять общую очередность регенерации. Почему надо передавать непосредственно в организм, спросите вы? Можете и на расстоянии. У нас про таких складывают легенды. Необходим просто запредельный уровень контроля чакры для подобных фокусов. А общая причина — ваша чакра просто растворяется в мире и все. Как капля воды в пустыне.

— На сегодня достаточно теории, предлагаю заняться практикой. Сегодня мы попробуем создать простую медицинскую чакру. Смотрите, сейчас я покажу вам, как это сделать — он чуть не сбился от неожиданности, когда у большей части присутствующих глаза буквально полезли из орбит, а по лицу вздулись вены. Которых у обычных людей нет, — складываете вот такую печать — она стимулирует источник Инь, а потом другой рукой вот такую. Теперь выпустите порцию обеих чакр и смешайте... выпустите из рук.

Юдсуки с буквально отвисшей челюстью наблюдал, как постепенно у большинства Хьюг руки загораются знакомым зеленым светом.

'Практически моментально... что же они за... существа... Ками, это же какой потенциал! Я уже хочу посмотреть на что они будут способны!'.


* * *

Занятие прошло на редкость удачно. Пребывая в радушном настроении от успехов учеников и ощущая легкую опаску и зависть по той же причине, Юдсуки вышел на улицу. Как все шиноби — через окно. Светило ярко солнце, дул приятный ветерок, доносивший запах чего-то вкусного. У Юдсуки фигурально выражаясь заурчало в животе.

Но всю идиллию испортил подошедший Котоку.

— Вы сейчас в замок? — поинтересовался он.

— Нет, — раздраженно отвечаю, — хотел погулять.

— Отлично, — улыбнулся блондин, — давайте я покажу вам город.

Естественно, отказываться у Юдсуки даже в мыслях не промелькнуло.

'Интересно, чего ему надо'?

Мы бродили по городу и окрестностях уже где-то час. Я уже успел отдать должное, как местным пейзажам, так и особенностям местной кухни, а была она ох как чудна. И только спустя час пустого трёпа собеседник наконец-то соизволил перейти к теме.

— А вот скажите мне, Юдсуки, на занятии вы говорили, что для лечение человека нужна особая чакра.

— Так, — я кивнул, уже понимая, куда он клонит.

— Она должна быть, как природная, что окружает нас.

— Все верно.

— Так почему же человек не может ее сам аккумулировать?

— Может, — Юдсуки просто нравилось ходить вокруг этого Узумаки.

— Но как?

— Через танкецу, естественно. Как по-другому?

На лице Котоку не дрогнул ни один мускул.

— А как-нибудь ускорить это потребление можно?

— Да, через медитацию, — внутренне безмятежно улыбаясь отвечаю.

— А как-то собрать, а потом направить можно? — зашел с другой стороны Узумаки.

— А вот направлять, к сожалению, не выйдет.

— Как так? — не на шутку удивился тот.

'Значит, знает. Аякаси натуральный.'

— А вот так. Ваша чакра, хоть чуть-чуть, но имеет дисбаланс, а идеальной чакрой невозможно управлять в принципе.

— И как получается, что медики делают тончайшие операции при помощи столь неповоротливого инструмента?

'Умный. Самую суть уловил'

— А они смешивают ее с обычной чакрой. Предвосхищу Ваш вопрос, смешивать можно десять к одному. Где десять объемов — это сен чакра.

— То-есть, можно увеличить свой резерв, по сути, в одиннадцать раз?

— Можно, — я снова кивнул, внутренне уже смеясь во все горло, — но только один раз.

— В смысле?

— Камнем станешь. Или водой. Смотря какая у тебя первостихия.

— Пфф, — выдохнул Котоку, — и почему же?

— Да потому, что при таком соотношении Инь почти равен Янь, а такое бывает только у природы. И ты становишься ее частью.

— То-есть, например, до десяти раз увеличивать можно.

— Да.

— И как это сделать? — вроде бы не особо заинтересованно спрашивает он.

— А я не знаю, — и широко улыбаюсь ему в ответ.

— ..лядь, — явно выругался тот, а я улыбнулся еще шире.

— А кто знает?

— Наш глава. И только с помощью мокутона. Так что для вас этот вариант бесполезен.

— Я так не думаю, — он улыбнулся и сменил тему, — а как вы объясните тот факт, что наши печати без проблем работают с сенчакрой? И направляют ее?

— А я говорил только про человека. Печатям все равно с чем работать. Вы это должны знать лучше меня. О, а вот и замок. Я пойду. Спасибо за чудесную прогулку.

И, посмеиваясь, пошел к замку.

Юдсуки не мог видеть, как разраженный Котоку вдруг успокоился и хищно улыбнулся. Сложил печать и исчез.

Прода 18

*Котоку Узумаки*

Я появился в кабинете Узукаге в облаке белого дыма и с легким 'пуф'. Удзи оторвался от каких-то документов и посмотрел на меня с укоризной.

— Сам будешь собирать, — он кивнул мне на усеянный каким-то листами пол.

Я скривился.

— Пятьдесят с лишним лет мужику, а он все-равно играется, — Удзи покачал головой, — Причем сам же убрал побочные эффекты. Так что нового?

— Согласись, облако белого дыма — это круто!

— Круто-круто, но мне больше молнии нравятся.

— Во-от! — я поднял палец, — лично я считаю...

— Котоку!

— Ладно-ладно, чёй-то ты сегодня юмора не понимаешь. А нового у нас вот что. Я все-таки узнал секрет природной чакры.

— Так, — Узукаге закрыл какую-то папку, поднялся из-за стола и активировал печать молчания, — продолжай.

— В общем, идея проста — надо сформировать чакру с идеальным балансом Инь и Янь, тогда все получится.

— Мда, паршиво, — Удзи почесал подбородок, — это будет сложнее, чем я думал. Но все-таки, — он взорвался, — неужели это такая тайна? Мы эту мелочь уже третье десятилетие из Сенджу выбиваем! Задарили кучу всего... Так, может, поделится с союзниками таким пустяком? Так не-е, блин, клановая тайна, все дела. А у меня техника уже хрен знает сколько простаивает.

— Что, думаешь, природная чакра поможет?

Он кивнул, — я же тебе говорил, для нормального рассен-сюрикена нужно 'топливо', которое он будет потреблять, как только я его кину.

— Да-да, — я махнул рукой, — я это уже раз десять слышал.

— Еще раз послушаешь, — кивнул Удзи, — ты про свои поделки мне уже все уши просвистел.

Я вздохнул.

— Так вот, — Каге начал расхаживать по комнате, — все техники берут 'топливо' прямо из организма, а если прервать подачу, как при броске воздушного сюрикена, то техника схлопывается. А вся моя простая чакра, залитая в нее, просто развеивается. А тут все может получится.

— А ты сможешь ее создать? — интересуюсь.

— Постараюсь, — тот вздохнул.

— У Наруто как-то получилось, — пытаюсь подбодрить друга.

— Та, — он отмахнулся, — тот смог почувствовать сен-чакру только в месте, полностью насыщенное ею, — тут у него округлились глаза, — и я знаю, кто мне в этом поможет.

— Стой, — я попытался что-то сказать, как Удзи исчез в облаке молний.

— Как всегда резок... как понос, — выдохнув я осмотрел беспорядок в кабинете. Еще раз вздохнув принялся за уборку.

*Вечер того же дня. Крыша резиденции Узукаге*

— И что?

— Да ниче, вошел к нам в кабинет и попросил Хашираму отпустить с ним на пару часов. Перечить ему, естественно, никто не стал, — развел руками Мадара, — и они до сих пор не вернулись.

Подул теплый ветерок, развевая белые волосы Котоку. Черному ежику Мадары было все равно. Солнце уже коснулось края холмов с противоположного от замка края.

— Ты не знаешь, где они сейчас? — поинтересовался Мадара.

— На личном полигоне его высочества Узукаге всея водоворота, — насмешливо фыркнул я.

— И что они там делают?

— Рассен-сюрикен пытаются повторить.

— Тот самый? — у Мадары округлились глаза, — серьезная техника. Если не выдумка сценаристов.

— Ну, обычный расенган и стихийный у нас же получилось повторить.

Мадара промолчал.

— И все-таки я не понял, зачем ему Хоширама.

— Насколько я понимаю, он решил окружить себя магическими растениями, что аккумулируют сен-чакру и попытаться ее хотя бы почувствовать, — глядя в небо задумчиво отвечаю.

— И чего ему так крышу сорвало... взрослый мужик, вроде.

— Он над этой техникой уже лет сорок мучается.

— Ого... — только и смог выдавить Мадара.

Они помолчали.

— Слушай, Котоку...

— М?

— Я уже давно хотел тебя спросить. А тебя не смущает, что ты обучаешь детей убивать? Не понарошку, а всерьёз. Да они же поголовно мечтают погибнуть в эпичной схватке! — Мадара не выдержал спокойного тона и начал повышать голос, — Разве это нормально для шестилетних пацанов мечтать убивать и умереть? Тебя не смущает сумасшествие этого мира?

— Понимаешь, Андрей, — парень вздрогнул, — твоя личность формируется окружением. И то, что для выходца из демократичного мира кажется диким, для местных — в порядке вещей. Плюс не забывай особенности религии и 'Путь воина' в частности. Слыхал о таком?

— Живи так, будто сегодня умрешь. А раз умрешь, то и волноваться не стоит. Так?

— Что-то вроде, — я кивнул, — тут это учение возведено чуть ли не в абсолют. И, ты знаешь, у многих есть серьезные опасение не дожить до следующего утра.

— Кроме Водоворота.

— Пока, — безмятежно отвечаю. Мадара вытаращился на меня.

— В каком смысле 'пока'?

— По канону, Деревня, скрытая в Водовороте, была уничтожена в ходе второй мировой войны шиноби.

Мадара замер.

— А тебе никто про это не говорил?

— И... ты просто так об этом говоришь? Почему вы ничего не делаете, не предотвратите это?

— А кто тебе сказал, что ничего не делаем?

Парень вопросительно уставился на меня.

— Повсеместные реформы, — я обвел руками пейзаж, — развитие науки, — показал на себя и махнул в сторону научных корпусов, — тренировки личного состава, — взмах рукой по направлению к полигонам, — союзные договора с кланами и, наконец, — пристальный взгляд на Мадару, — союзничество с главными силами территории наших первоочередных интересов. И это не считая прогрессорства и полного контроля товарооборота стран.

— Ясно...

— А по поводу воспитания убийц из детей, — я развернулся и посмотрел на солнце, — ты знаешь, дети всегда остаются детьми. Сейчас для них полученные навыки — преимущество в догонялках или повод распушить хвост перед друзьями. Вспомни себя в детстве. Только вместо скучных уроков мы преподаем 'мощные техники'.

— Ага, вместо, — буркнул Мадара.

— Ну, а что ты хотел, — я хмыкнул, — учи матчасть!

На крышу снова опустилась тишина.

— К ужину, я думаю, можно их не ждать.

— По крайней мере, Удзи точно. Этого маньяка так просто не отвлечешь. Пошлю-ка я им гонца с едой, иначе, боюсь, спать лягут голодными. Или начнут совершать ночные набеги на кухню.

— Ха, — улыбнулся Мадара.

— Что, уже успел там отметится?

— Ага, только жаль у вас кофе нету.

— В смысле нету? Прямиком из страны молнии.

— Молнии? Да ладно, там же не растут пальмы.

— Зато негров, хоть отбавляй.

Мадара подозрительно покосился на меня.

— Нет, кофе из негров не варится, — я рассмеялся, — просто где-то выращивают и продают по заоблачной цене. У нас в замке есть пару любителей.

— А вы?

— Я больше 'золотые шары' люблю, а Удзи так вообще черный пьет. Или горячий шоколад.

— Там и какао растет?

— Какао растет в одном из городков страны ветра рядом с горами Тикису. Там, говорят, сущий рай.

— Ветра? Так там же пустыня!

— Африка — тоже пустыня, но там как-то живут люди и лидируют в добыче алмазов.

— Ладно, дошло. А откуда ты все это знаешь? Ты же, вроде, не вылазишь за пределы острова.

— Ха, ха, ха-ха-ха, — я расхохотался, — во-первых, я проводил в разъездах чуть ли не больше времени, чем на островах. Даже с учетом сети порталов. Это было до того, как наш министр финансов не создал нормальную систему внешней торговли и мы не обучили представителей. А по поводу товаров. Ты знаешь, Мадара, мы в известном мире ЕДИНСТВЕННЫЕ крупнотоннажные перевозчики на большие расстояния. Так что, поверь, мы в курсе кто чем дышит и как торгует. Плюс, мы в доле почти всех крупных предприятий.

— Ого вы красавцы. Стой, министр финансов?

— Ага, это было упомянуто в тех документах, что вам передали.

— Там было кучу всего, — буркнул Мадара себе под нос.

Мы снова помолчали.

— Котоку, а зачем вам это?

— Ну ты и спросил. Во-первых, деньги. Денег много не бывает, это раз. И, даже с учетом наших золотых резервов, нам может не хватить на задуманное, это два. Плюс, вводить наше золото в оборот — значит плодит инфляцию. Хоть и такую повальную, как при неприкрепленных к золоту бумажках. Во-вторых, влияние. Сейчас, с учетом нашей мощи и торговых сетей мы — самое влиятельное государство. А влияние нам понадобится.

Прода 19

*Тобирама Сенджу*

Я лежал в осточертевшей кровати и с интересом наблюдал разворачивающуюся сцену. Изуна сидел на тумбочке рядом с кроватью и подбрасывал в руке знакомый кунай оригинальной формы.

— Я, конечно, догадываюсь, что это... но все же... что это? — он посмотрел на довольно лыбящуюся рожу Акио в обрамлении соломенного цвета волос.

— А это тебе передали из академии, — и замолчал, засранец.

— Круто. Тогда давай поиграем в детектива и место преступление.

— Чего?

— Угадывать, говорю буду. Итак, ты принес мне кунай-якорь для техники 'Полета Бога грома', — на этих словах парень вытаращился на Изуну, — который мне передали из академии, скорее всего, для наработки практических навыков. Итак, ты сейчас должен мне еще рассказать, как им пользоваться, так?

— Ну ты и башковитый, — он покачал головой, — и откуда ты знаешь про 'полет'?

— Связи хорошие, — он кривовато улыбнулся.

Акио понимающе кивнул, — Итак, помните, после сдачи экзамена Младшей Академии, вам нанесли несколько фуин?

— Да, — я подал голос, — запечатывающий свиток на запястье и какой-то ключ на спину.

— Во-от, этот ключ является основой техники 'полета', с которой вы, очевидно, знакомы. С этой фуин использование техники сводится к желанию переместится...

Не успел он договорить, как Изуна метнул кунай в стену и натужился.

— Представь, что ты сжимаешься в точку и перемещаешься к кунаю.

Легкая золотая вспышка и Изуна стоит у противоположной стены, аккуратно ее ощупывая.

— Тобирама, голос!

— Я тут.

Изуна, наконец сориентировался и пошел на голос. Я лишь завистливо вздохнул — мне еще придется полежать в гипсе.

— А что нового в школе? — интересуюсь я, пока Изуна занят новой игрушкой.

— Школе? Ты про академию что ли? Ничего интересного — практика 'полета', боевка, уставы, тренировки. Все самое здоровское оставили на ваше выздоровление, так что постарайтесь побыстрее.

— Самое здоровское? Это какое?

— Ну как же, — он всплеснул руками, — изучение полевого комплекта бойца Узушио и практические навыки по управлению им.

— Навыки? Ты говоришь, будто там что-то сложное.

— А, — паренёк осекся и вкрадчиво поинтересовался, — ты не знаешь? Ха-ха, будет тогда сюрпризом.

— Я тут, — я снова подал голос потерявшемуся Изуне, — не расскажешь подробней?

— Не-а, — он ехидно улыбнулся.

— Ну и не надо, у Котоку узнаю все. Ты мне лучше вот что расскажи. Что это вас за множество академий и прочих общеобразовательных заведений. А то нам как-то не успели рассказать.

Акио удивленно приподнял брови, а Изуна на ощупь вернулся на свою тумбочку. Озадаченно оглядев нас обоих он хмыкнул и начал просвещать.

— Обучение делится на младшую, среднюю, старшую и высшую категорию. Каждая категория вмещает в себе два учебных заведение мирного и военного направления, соответственно. Например, младшая это, собственно, сама Младшая академия и курсы генинов. Или старшая: Старшая академия и академия джонинов. Ну а в высшей там только учёные и полководцы сидят.

— Вкратце все выглядит так: в академиях вам преподают необходимую теорию и некоторою практику. На курсах и академиях генинов, чунинов или джонинов преподают исключительно боевые навыки. И второе без первого вы не сможете учить.

— Например, в Младшей академии вас учили грамоте, истории и подобной тряхумудрии для того 'чтобы сделать из вас человека, а не обезьяну', — явно кого-то цитируя сказал он, — но в то же время развивали контроль разными методами и закрепляли результат простейшими техниками и приёмами.

— То-есть хождение по воде и теневые клоны — это, по-вашему, простейшие вещи? — поинтересовался Изуна.

— Ну да, — он пожал плечами, — а у вас разве не так?

— Ну, у нас нету подобной системы, — неумело отморозился тот. Да и сам я был в шоке. Только эта 'Младшая академия' давала навыков больше, чем ее аналог из канона.

— Итак, на чём я там... а, ну да. Курсы генинов. Тут преподают исключительно боевые направления, без отвлечения на гуманитарку. Вроде боевого слаживания бойцов, навыкам маскировки, продвинутого курса боя, как в рукопашку, так и на мечах. Так же начинают тренировки с вашей стихией. Как я слышал, вы уже в состоянии делать стихийные превращения, так?

Мы кивнули.

— Из техник обязательна 'полет бога грома', как основной способ уйти из-под удара и хоть какая-то стихийная и расенган или равноценная техника.

Я вытаращился на него, — равноценная?

— Ну да, — он кивнул, — например даже у взрослого Нара может не хватить чакры на полноценный расенган, а у Узумаки рекорд в пятнадцать лет парень освоил его. Так что клановые могут продемонстрировать что-то из своего арсенала. После окончания этих курсов вам выдается диплом об получении младшей научной степени 'генин'...

Все что я мог, так это вытаращится на него.

— Вы зачисляетесь в войска Узушио в звании 'рядовой' и вам выдается комплект полевой и повседневной униформы, — не замечая выражений наших лиц вещал Акио.

'Ну а что. Подумаешь, 'научная степень', а не ранг силы... да не, все равно ухо режет'.

— Акио, — прервал его Изуна, — а как ваши бойцы оцениваются по силе?

— Я слышал, что там есть какая-то сложная шкала, но нам преподавать будут только со следующего семестра. Единственное, что я знаю, что там сто каких-то пунктов.

— А кто набирает все сто?

— Наш Каге.

— Хм.

— Дальше я не очень четко представляю обучение, — честно признался Акио, — но вот все, что я знаю. После получения генина нас разделят на тех, кто специализируется на стихиях или на каком-нибудь искусстве, например, медицина. В Средней академии, я знаю, вас обучают медицине и фуин по программе или до вашего максимума. Снова появятся гуманитарные предметы и какая-то теория чакры.

— В смысле, 'до максимума'?

— Ну, например, кто-то в медицине полный ноль и поэтому знает только первую помощь, а вот с фуин у него все гораздо лучше и он ходит на занятия.

— Ясно, продолжай, пожалуйста.

— Хорошо. Экзамен в этой академии — письменный. Говорят, настоящий геморрой в заднице.

— Охотно верю, — согласно киваю.

— Дальше идет академия чунинов, там вы выбираете направление обучение, или вас причисляют куда-то. В общем, можно пойти в медики, фуин мастера, разведчика, мастера рукопашного боя, поддержки и там еще многовато направлений. И вас уже углубленно учат вашей специальности, не отвлекаясь на другие. Более продвинутые тактические схемы, боевое слаживание, отработка специфических навыков. Тактика управления малыми группами. На счет экзамена я вообще ничего не знаю. Одни говорят одно, другие — другое, — он развел руками, — после этой академии вам дают ученую степень 'чунин'. Или, как по другому называют, уровень образования. Но лично мне нравится ученая степень, — парень улыбнулся.

— Следом идет старшая академия. Там, говорят, преподают какую-то заумную херь, а так же управление средними группами, логистику и современное устройство мира. Экзамен тоже письменный, но я с джонинами пока не общался.

— После этого можно поступить в академию джонинов. Что там я вообще не представляю, но экзамен принимает лично Каге или кто-то из его семьи в виде спарринга.

— Это сколько же лет занимает обучение?

— Сейчас рекорд — двадцать лет без высшей академии.

— Двадцать?

— Высшей?

— Да, двадцать. А про высшую академию я знаю только то, что туда поступают только те, кто хочет потом стать учёным.

— А если такая ситуация — головастый парень, который может продвинуть науку далеко вперед не может сдать экзамен на чунина и, соответственно, пройти дальше. Что тогда?

— А тогда он может просто вступить в следующую академию только с дипломом об окончании предыдущей академии. Но тогда он не сможет служить в армии и вообще будет мало что представлять, как боец.

— Но он же пропускает несколько академий! Как он может идти дальше?

— Ты чем меня слушал? В боевых академиях, то есть, генинов, чунинов и джонинов учат только боевке. А в мирных — только теории. То есть, ты можешь идти из мирной академии в мирную без проблем. А высшая — это именно мирная академия.

— А есть высшая военная?

— Да, и там преподают тактику управления крупными боевыми соединениями. Но там почти все — Нара. Что преподаватели, что ученики, — вдруг он вздрогнул и достал откуда-то деревяшку.

— О, меня уже заждались. Развлекайтесь, парни.

И исчез в знакомой золотой вспышке.

— Круто, — подал голос Изуна, — я тоже так хочу.

— Я тоже, — вздыхаю, — но как ты думаешь, двадцать лет на обучение не многовато?

— Ну, ты же в том мире тратил шестнадцать лет на это, так почему бы и нет? Если бойцы к двадцати шести годам выходят подготовленными, то почему бы и нет? Плюс не забывай, что эти Узумаки живут в среднем по сто-сто пятьдесят лет.

Мы еще немного поговорили, а затем Изуна увлекся новой игрушкой.

Прода 20

*Учиха Мадара*

Привычка вставать с рассветом у меня появилась еще во время жизни в клане. Когда край солнца приподнялся над краем холма и осветил противоположный склон, я вместе с природными будильниками — петухами — уже вставал с кровати. Широко зевнув, я пошлепал ногами по паркету в ванную. В ванной, осмотрев свою взъерошенную физиономию, открыл воду.

Вообще, по уровню комфорта Узушио мало чем отличается от покинутого, казалось, вечность назад мира. Только тут я не ощущал, что прошлая жизнь была каким-то фантасмагоричным сном: мирная, сытая жизнь с миллионом надуманных проблем, решение которых в сиюминутной ситуации ничего не приносит. Какие-то странные ценности, кардинально отличающиеся от мира суровых шиноби.

Я плеснул себе в лицо водой и умылся. Подняв взгляд на зеркало, увидел там уже привычное серьезное лицо в обрамлении непослушных черных волос.

'Вот Изуне повезло — у него вполне нормальные длинные волосы', — мрачно думал я, пытаясь расчесаться, — 'Он хоть в косу их заплести может, хоть так носить. А я...', — со скепсисом посмотрев на результат, плюнул и оставил попытки привести шевелюру в нормальный вид.

Выйдя из ванной, я хлопнул ладонью по элементу орнамента на стене и свет ванной погас. Вообще, Узумаки используют интересную методику оформления. Они пытаются спрятать любые фуин за орнаментом. Из-за чего, в итоге, все стены этого города буквально изрисованы. Поначалу я здорово путался и не мог отличить функциональный элемент от просто рисунка. Да и сейчас освоил только бытовые фуин. А местные используют их вообще без напряга, даже самые хитро спрятанные. Да и само 'Искусство запечатывания' очень полезная в хозяйстве вещь. Например, зачем строить водопровод и канализацию, если можно буквально телепортировать все, что надо.

Я взял со стула шорты и начал одеваться. Да и с мебелью тут все в порядке — подойдя к шкафу-купе во всю стену, отодвинул зеркальную дверь. Выбрав рубашку по вкусу, я подошел к другому отделу.

Отодвинув эту дверь я с наслаждением обвел собранную коллекцию взглядом: катана, вакидзаси, танто на специальных подставках, тренировочный полный пластинчастый доспех Учих, коробки с кунаями, сюрикенами и прочими расходниками. Целую полку занимали ремни разных обвязок. С помощью них я закрепил на ногах кунаи, на пояс повесил несколько подсумков с разной мелочью, через плечо повесил вакидзаси и убрал в печать на запястье пару дымовых шашек.

Попрыгал на месте и, разбежавшись, прыгнул рыбкой в окно. Ветер засвистел в ушах, а прохладный утренний воздух разогнал оставшуюся сонливость. Пролетев все пять этажей, я перевернулся и приземлился на ноги. На слабенький толчок я даже не обратил внимания и сорвался с места в трапезную.

Почему я обвешался оружием с ног до головы? Ну... это как спецовка у рабочих. Символы профессии, так сказать. Можно и без них рассекать, всем наплевать, но мне нравится ощущать тяжесть оружия при себе. И, насколько я знаю, таких, как я, подавляющее большинство.

На резком повороте мне пришлось пробежаться по стене и дважды оттолкнувшись от стен я взлетел по лестнице.

— Доброе утро! — поздоровался, когда зашел в зал. Котоку оторвался от какого-то свитка и кивнул мне. Посчитав ритуал приветствия законченным, он уткнулся сосредоточенным взглядом обратно. Одет блондин был в простой белый халат без рукавов на голое тело, из-под которого была отлично видна внушающая мускулатура учёного.

— Здравствуй, — Поздоровалась со мной одна из самых эффектных женщин, что я встречал — Митико. Фиолетовое платье с цветами жасмина было со столь внушительными разрезами у бедер, что если бы не тренировочные шорты, платье походило бы на униформу стриптизерш.

Вообще с женской модой среди ниндзя творится что-то странное. С одной стороны женщины хотят одеваться в шикарные платья в пол и носить вот-такенные каблуки, но с другой стороны они хотят оставаться максимально боеспособными. Вот так и появляются наряды из мини-шорт и чулков, либо таких вот откровенных платьев.

— А где все остальные? — за столом сидели только эти двое.

— На полигоне, — ответила Митико. Котоку только хмыкнул, не открываясь от свитка.

— Как, уже? Они что, пропустили завтрак?

— Нет, они позавтракали пару часов назад.

— Трудоголики, — я покачал головой. Митико улыбнулась.

— Ну-с, чем вы меня на этот раз удивите? — я распечатал еду из печати на тарелке и удивленно уставился на какие-то пельмени переростки, лежащие на лаваше и овощах, — и как это называется?

— Хинкали, — буркнул Котоку.

— Да-а, — я потыкал вилкой(!) в этот пельмень.

Димон всегда любил вкусно поесть, а особенно он тащился от мяса и пирогов... с мясом. Готовил, говорят, обалденно, несмотря на то, что жил в общаге. И пироги свои в сковородке пек и пловы на всю комнату тушил. Нет ничего удивительного, в том, что дорвавшись до власти он влез в местную кухню. Власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно, хе-хе-хе'.

Прожевав один 'хинкаль' я удивленно промычал что-то одобрительное. С силой сглотнув я восхитился, — меня не перестает удивлять ваша кухня, столько всего нового, — я показательно уставился на вилку, вместо традиционных палочек.

— Да, это наш Каге все придумал, — Митико посмотрела на меня.

— Ого, да он просто кладезь талантов. Наверняка, кроме боевых искусств и кулинарии он еще многое может.

— Да, — она кивнула, отчего прядь белоснежных волос упала ей на лицо. Элегантным движением заправив выбившуюся прядь за ухо, продолжила, — Он прекрасно играет на гучжэн.

Я с умным видом кивнул, хотя даже не представлял себе, что это за 'гучжэн' такой.


* * *

Поклонившись, я поблагодарил хозяев за еду и снова через окно выпрыгнул на улицу. Сам замок Каге находился на склоне крутого холма и от него вела широкая дорога в город... которой никто не пользовался. Разогнавшись на свободном от зеленых насаждений пятачке, я взлетел обратно на крышу и поскакал к выходу с территории замка. То тут, то там мелькали тени обслуживающего персонала, навстречу мне со свистом пролетел отряд патруля. Несмотря на все мои достижения на ниве пути ниндзя, они так и оставались размазанными пятнами.

С крыши крайнего дома я влетел в лес и заскакал по деревьям. Скажу честно, легендарных земных деревьев — секвой — я не видел, но что-то мне подсказывает, что местные деревья состоят с ними в родстве. В самое обычное дерево, если проделать дырку, без проблем проедет легковушка, а в нормальных можно без проблем выдолбить общежитие на пару десятков людей.

При чем, если местные деревья больше похожи на сосны: и шишки есть и кора похожая и ветки начинаются сверху, то в стране Огня деревья похожи больше то ли на дубы, то ли на что-то похожее. Я видел дерево, по корням которого можно одноколейку пускать. И, положа руку на сердце, могу сказать, что прыгать по таким деревьям одно удовольствие. Оттолкнувшись посильнее, я взлетел выше крон исполинов и улыбнулся.

Солнце освещало лес подо мной, а ветер заставлял щурится. Достигнув вершины траектории, я на секунду ощутил состояние невесомости и в этот момент я заметил 'соколов'. Эти ребята — основа ВВС Узушио. Специальный комплект Сокол, как мне говорили, позволяет пользователю с помощью реактивной струи буквально летать. И сейчас они совершали манёвр разворота. Мне их освещенные утренним солнцем фигуры были отлично видны.

'Я уже хочу себе такой!', — с легкой завистью подумал я. Но там ограничение по чакре просто жуткое. С моим резервом и на секунду тяги не хватит, а 'благородные' Узумаки могут часами на форсаже носится по небу.

Вылетев в город, я поскакал по крышам высоток. Город как раз просыпался: коммунальщики с помощью нанесенных на весь город фуин чистили улицы и мыли фасады домов. Уличное освещение уже успели выключить, но я заметил бригаду подмастерьев, возящихся с узлом распределителя сигналов. Без понятия, что это за штука, но Акио называл ее именно так. Видать что-то сломалось.

На крышах женщины вывешивали белье на просушку и я, пробегая мимо, здоровался с ними и уворачивался от уже висящих простынь. На одной из крыш собралась маленькая толпа. Притормозил и поговорил с мужиками. Оказалось, ребята Котоку как раз придумали продвинутый вариант громоотвода, с большим КПД поглощения молний. Они уже опробовали его на стендах и теперь подключают к городской 'чакросети'. Как с юмором заметил главный 'прораб', — если по всему городу пропадет освещение, то знай — мы лохонулись в расчетах.

Посмеявшись и пожав им руки(!) я поскакал дальше. Город уже давно проснулся и теперь люди потянулись к месту работы. По крышам носились стайки школьников, спешащих на разные уроки, открывались лавочки и магазины. Пролетая над учебными полигонами, я заметил тренирующихся будущих новобранцев гвардии Узумаки. Пока-еще-не-генины уже усиленно отрабатывали какую-то медитативную технику. Слава богу, что самый первый предмет — стихийную трансформацию — я уже закрыл и теперь могу со спокойной совестью прогулять ее.

Разбежавшись посильнее, я вложил достаточно много чакры в прыжок и выстрелил собой вверх. Благо дома в Узушио рассчитаны на такой 'мелкий' вандализм. С нашими панельными домами я, скорее всего, просто проломил бы перекрытия, чем прыгнул.

Я как раз перелетал через реку в центре города, как заметил, что в мою сторону что-то летит. Кунай знакомой формы не долетел до меня каких-то метра полтора, как вокруг него с легким 'пуф' появился мой знакомый — Акио. Он уже успел где-то набрать разгон, поэтому мы летели почти наравне. Даже не представляю, как он так все рассчитал. Намикадзе тоже может пропускать первую пару, так как его клан вообще не может делать стихийные превращения

— Доброе утро, господин Учиха!

— И тебе не хворать, господин Намикадзе-Узумаки.

Русый мальчишка с подозрительно славянскими чертами лица улыбнулся.

— Куда путь держишь?

— Да, к брату хочу заскочить.

— Ну, тогда увидимся в госпитале.

Мы приземлились в парке. Сделав перекат, тут же сорвались с места. Акио перемещался весьма интересным способом: он раскручивал себя и в определенный момент выпускал кунай, делал еще один оборот и исчезал.

Первый кунай он выпустил в воздух. Я ускорился на максимум и заскочил на крышу первой высотки, но следил за ним одним глазом. Намикадзе появился весьма высоко и тут же швырнул кунай в сторону госпиталя. При чем швырнул так, как я бы не смог: как-то скрутившись всем телом и с ясно видной вспышкой чакры. Но затем он просто начал падать.

Я перепрыгивал с дома на дом, не выпуская парня из поля зрения. Белобрысый набрал весьма внушительную скорость при падении и буквально в миллиметрах от земли он исчез... чтобы появится весьма высоко в небе, знакомо раскрутившись он как из пушки выстрелил кунаем и снова начал падать.

Не успел я понять такой маневр, как Намикадзе снова телепортировался в миллиметрах от земли. На этот раз он появился на крыше дома, метрах в пятидесяти от меня и с просто невообразимой скоростью скрылся из виду.

'Вот как он набирает такую скорость — он падает с высоты, а потом изменяет вектор скорости телепортом! Вот это они дают'

Спонтанную гонку я сто процентов проиграл, так что решил повторить фокус. Кунай Бога Грома мне дали уже пару дней назад и я успел его хорошенько поюзать. Он хранился у меня в печати на запястье, в соответствии с методичкой 'молодому шиноби'. Очень удобная штука эта печать — распечатал и кунай у меня в руке.

Вообще интересная форма у этого ножика, никогда такой не видел. Основное лезвие где-то вдвое меньше обычного куная плюс два дополнительных лезвия-пилы по бокам. По своему опыту могу сказать, что как оружие этот кунай — лажа. Ни пробивной способности, ни вменяемой аэродинамики. Зато втыкаться такое будет куда угодно. Особенно с силой шиноби. Хоть в камни загоняй.

Разбежавшись по крыше, я сделал тройной тулуп, прыжок, сальто и с силой кинул кунай в небо. Получилось где-то вполовину слабее, чем у белобрысого. Отсчитав несколько секунд, дав кунаю набрать высоту, сложил печать концентрации и переместился к нему.

От открывшегося мне вида, я забыл, что мне надо делать. Город лежал подо мной, как крупномасштабная карта. Ветер на этой высоте был сильнее и немного холоднее. Из-за холмов мне был виден океан...

В чувство меня вернуло сосущее чувство падения. Прийдя в себя я сориентировался на местности и кинул кунай в сторону госпиталя. Перевернулся спиной вперед и следил за моим снарядом (иначе я не могу пока что). Скосив глаза, я убедился, что до земли уже осталось не так много, я сложил печать концентрации и снова переместился.

Хорошо, что при телепортации, ты должен обязательно касаться рукояти якоря рукой. Иначе, я бы улетел бы без куная. А так, рука рефлекторно сжалась на рукояти и все в порядке. Скорость получилась просто невообразимая — глаза слезились, рот пытался раскрыться под напором ветра (пришлось напитать его чакрой). Я решил повторить трюк до конца, поэтому раскрутившись, кинул кунай в крышу дома подо мной и начал падать.

Три... два... один... вспышка!


* * *

Шаг, шаг, шаг — три крыши остались позади. Поворот. Метнуть кунай под ноги и изменить вектор движения. На ходу вспомнить все, что видел на тему паркура и сделать 'манки' через парапет. Полет вниз с восьмого этажа. В земле уже торчит якорь, через который телепортируюсь, так и не коснувшись земли.

'Ну прямо Portal, честное слово'

Сальто, еще одно. Улыбнутся какой-то ошарашенной девушке, мимо которой я буквально пронесся. Так, а вот и финиш. Кинуть кунай в землю и выстрелить собой вверх. Одно длинное сальто назад и я приземляюсь на крыше пятиэтажного здания госпиталя. Перекат, чтобы погасить остаточную скорость.

— Вау, было круто, — в голос восхитился я, — надо бы повторить.

Посмотрел на кунай-якорь и любовно его погладил.

— Если я правильно понял то...

Резкий разворот на триста шестьдесят и кунай втыкается в косяк двери, ведущей на крышу. Не прекращая вращения, я телепортируюсь к нему и одним движением выдергиваю его и кидаю вниз по лестничному пролету. Не успевает он воткнутся в стену, как я уже перехватываю его и, развернувшись, кидаю вглубь коридора.

Хорошо, что у шиноби вестибулярный аппарат на зависть любому космонавту. Я разогнался где-то до двух оборотов в секунду, но все равно не чувствовал дискомфорта. Вдруг на моем пути возникло какой-то светлое пятно.

Выхватив кунай буквально возле лица Акио, я извернулся и попытался приставить оружие к его горлу, но тот вдруг исчез в яркой вспышке и появился метрах в десяти от меня. Метнув кунай себе за спину, я появился на потолке, сидя вниз головой.

— Ты на удивление быстро учишься, господин Учиха, — тот отвесил легкий поклон.

— У меня отличные учителя, — я широко улыбнулся и метнул кунай в Намикадзе.

Когда я телепортировался к нему, оказалось, что Намикадзе сидит на моем прежнем месте — на потолке.

— Тебе предстоит еще многому научится, — он резко кинул кунай и сложил печать. Я прочитал по губам 'теневое клонирование' и успел отпрыгнуть в сторону от тучи острого железа.

Встав после переката я обнаружил, что коридор просто усеян трехлепестковыми кунаями. Ярчайшая вспышка света ослепила меня. Когда проморгался, я увидел Акио, что с насмешливой улыбкой ткнул меня пальцами в лоб.

— Убит, — он еще шире улыбнулся.

Я поднял руки и тоже улыбнулся.

— Спасибо за спарринг, Акио, — я протянул ему руку.

— И тебе спасибо, — он пожал руку, — но ты действительно быстро учишься.

— Это ты меня еще с шаринганом не видел, — буркнул я.

— А что, уже есть? — поддел он меня.

Я улыбнулся, — пойдем к страдальцам, как они там?

— Да все как обычно, Тобирама...

Прода 21-22

*Изуна Учиха*

Лезвие со свистом пролетело возле уха, отчего я вздрогнул.

— Не, Изуна, из этого ничего не получится, — констатировал Тобирама.

— Давай ее раз. Я был... это... не готов.

— Ну ладно.

Я максимально сосредоточился, попытавшись услышать хоть какой-то шорох. Вот Тобирама явно замахнулся на меня кунаем.

'Топ', 'топ', — послышались шаги на другом конце коридора. Я дернулся и брошенный в этот момент сенбон воткнулся мне в руку. Зашипев, я резко вытащил его.

— Я тебе говорил, что это затея бесполезная, — с уверенностью заявил Тобирама. — Все эти тренировки с завязанными глазами просто очередной киношный штамп.

— Там идет кто-то.

— Да ну, наверняка кто-то из персонала, — по звуку он пожал плечами, — я понимаю, что тебе скучно, но кидать в тебя железяки пока с тебя не снимут эту повязку я отказ...

— Да тихо ты, они, вроде, сражаются.

— Кто? — Тобирама активно зашевелился, — с кем?

— Акио и Мадара.

— А, — секунда молчания, — ну и чё там?

— Сюда идут, — с этими словами дверь открылась и в комнату зашли двое. Один, по звуку, в мягких шлепанцах, второй — в деревянных гэта.

— Прив... Фигасе, — подавился приветствием Мадара, — чего это у вас стена вся железом истыкана? Отбивались вы от кого, что ли?

По звуку, тот, что деревянных гэта подошел к стене и, расшатав, вытащил оттуда кунай.

— Это себе Изуна новую тренировку придумал, — доверительно сообщил Тобирама.

— Уклонятся от кунаев с завязанными глазами? — хмыкнул Акио, — А тебе не рановато?

Я почувствовал, что краснею.

— Я вот тоже думаю, что с повязкой ему пока рано, — поддакнул Тобирама.

Тот, что в мягкой обуви, прошел к кровати и сел на мою любимую тумбочку.

— Что у вас нового? — по голосу я понял, что на тумбочке сидел Мадара — значит, посидеть мне пока не светит.

— Нового? — задумчиво протянул Тобирама, — ты знаешь, все сходу не перечислить, сам понимаешь, у нас тут самая оживленная точка мира, — на последних словах он просто сочился сарказмом. Я хмыкнул.

— Понятно, а сами как?

— Слепой Пью...

— Ой!

— ... по прежнему ничего не видит, а с меня местами сняли гипс, как сам видишь.

— И долго вам тут отлеживаться?

— Мне еще чуть меньше недели, а вот ему, — краткая пауза, — без понятия.

Тот, что в деревянных гетах переступил с ноги на ногу.

— Да? — повернулся я к нему.

— М? Нет, ничего.

— Мне показалось, что ты что-то хотел сказать.

— Не-а.

В комнате зависла неудобная тишина.

— А как вообще самочувствие? — поинтересовался Мадара.

— Средней хреновости, — хохотнул Тобирама, — надоело уже на одном месте сидеть.

— А ты, Изуна?

— Все было бы хорошо, если бы не это, — я ткнул пальцем в повязку.

— Хм, догадываюсь.

— А что у вас нового?

— Да так, с якорем бога грома балуюсь, а в 'школе' ничего интересного.

— Ладненько, — Мадара хлопнул руками, — думаю, нам пора выдвигаться, да, Акио?

Тот, видимо кивнул. Попрощавшись с нами, они кинули кунаи в окно и исчезли. От кровати послышался завистливый вздох.

Минут пять мы сидели в тишине, а затем Тобирама подал голос, — слушай, Изуна, может, давай я в тебя снова железом покидаю, а? Скучно совсем...

*Учиха Мадара*

— И это все, что ты можешь? — насмешливо спросил у меня высокий длинноволосый брюнет. Одет он был, как и все Хьюга в белоснежные одежды. Раньше был одет. Сейчас я неплохо извалял его по земле и от их белоснежности не осталось и следа. Я лежал на земле и силой сплюнул тягучую слюну. Она почему то была красной.

Но, по моему, пора рассказать, как я оказался в таком невыгодном положении.

*флэшбек на пятнадцать минут назад*

Приятно поговорив с ребятами, я уже опаздывал на занятия и поэтому поспешил. Пусть я в этом городе недавно, но то ли благодаря навыкам шиноби, то ли потому, что я уже видел город с высоты птичьего полета, но направление к нужному мне зданию академии я нашел безошибочно.

Попрощавшись со всеми, мы с Акио подошли к окну. Посмотрели друг на друга и одновременно кинули якори. Он в крышу дома под нами, я — в 'асфальт' улицы. Разбежавшись, я выпрыгнул в окно и чуть не долетев до низа, переместился к якорю и набрал скорость.

На бегу я отрывался, как мог. В той жизни смотря на придурков-паркурщиков я только качал головой, поражаясь формам естественного отбора, что придумывают люди. Но не теперь. Сейчас я буквально ощущал каждую свою мышцу и благодаря чакре мог без проблем усиливать то одну, то другую на выбор. Именно поэтому столь простые акробатические трюки, что показывали трейсеры того мира спокойно исполнялись шестилетним ребенком без каких-либо напрягов. При желании, я мог выдавать такие этюды и тулупы, что иногда сам удивляюсь.

Так вот, несусь я по улице, отталкиваясь и перепрыгивая в самых неожиданных местах, самыми неожиданными способами, и вижу нечто непонятное. Даже не вижу... чувствую... как бы это назвать... Злость, агрессию, жажду... жажду крови?

От неожиданности, я остановился, крутанувшись на столбе уличного освещения. Задумчиво посмотрев на соседнюю улицу, откуда исходила просто невероятная жажда крови. Она была столь концентрированная, что была почти осязаемая. Весьма заинтригованный, я, отталкиваясь от стен понесся к эпицентру.

Увиденное заставило меня усомнится в ясности ума. Протерев глаза я убедился, что все, что я вижу — реальность. Толпа каких-то шалопаев окружила девушку лет тринадцати с длинными красными волосами. Конечно, такая расцветка была весьма характерна для местных и уже даже приелась, но у этой девушки этот цвет был каким-то, насыщенно багровым, что ли? Как кровь.

Рефлекторно поймал кунай. С легчайшей вспышкой золотого цвета вокруг него появился Акио.

— Ого, кажись кто-то сегодня-таки огребет, — он довольно посмотрел вниз.

Мы стояли на крыше, а действие разворачивалось как раз у нас под ногами.

— Что происходит? — я чуть повернулся к нему, не упуская происходящее.

— Та девушка в центре — Йори.

— А-а, баба-молот, что ли? — вспомнил я.

— Она самая. И, похоже, ребят достало ее поведение.

— Но она же девушка! — в моей голове не укладывалось такое поведение.

— И что? — не понял Акио, — прежде всего она — шиноби. Воин. Если становишься на этот путь, то будь готов к последствиям.

Рациональное зерно в его словах, конечно, было, но вот принимать это я решительно отказывался. А ситуация снизу стремительно разворачивалась. Сначала они на весьма повышенных тонах о чем-то ругались, а потом девушку просто перекосило от переполняющей злобы.

И тут я с испугом понял, что та жажда крови исходила преимущественно от этой, казалось бы, хрупкой девушки.

— Ого. — выдохнул я, когда появившийся из рукава грузик разбил лицо говорящему. И тут все завертелось. Вся толпа кинулась на девушку, но видно было что народ слабо представлял себе как действовать столь большой толпой и девушка вполне спокойно отбивалась от них. Вдруг она применила дымовую бомбу, и для нападающим это принесло весьма неприятные последствия. То тут, то там я слышал полные боли крики, которые неожиданно обрывались.

Когда дым немного рассеялся, я увидел силуэт девушки. Ее глаза просто сияли от переполняющих девушку эмоций. После этой бойни на ногах остались самые сильные бойцы — ребята от девяти до тринадцати лет. С одним из них она сошлась в близкой схватке. Обменявшись парой ударов, парень попытался сбежать...

Из второго рукава внезапно с хищным блеском вылетел шэнбяо (сиречь, лезвие на цепочке) и пробило парню лопатку.

— Иди ко мне, — зарычала она и буквально притянула за цепь бедолагу к себе. Получив встречный пинок со всей нечеловеческой силы маленькой девочки, парень улетел куда-то в переулок.

— С ним все будет в порядке? — тихо поинтересовался я.

— А что с ним случится. Еще, считай, легко отделался, — отмахнулся Акио, — ты смотри что дальше будет.

А вот сейчас за девочку, кажется, взялись всерьез. Зашелестело доставаемое из ножен оружие. Один парниша в белых одеждах развел руки в сторону и занял какую-то стойку. От него ощутимо полыхнуло чакрой.

— Оп, вот теперь нас заметили, — меланхолично заметил Акио.

— В смысле? — не то, чтобы мы так уж скрывались, но все же.

— Хьюга, — он ткнул пальцем в белого, — активировал бьякуган.

Лезвие шэнбяо замелькало вокруг девушки и слилось в один мерцающий круг. Некоторое время противники стояли в замешательстве, пока один не рванул к ней. Отбив коротким танто жало на цепи, он успел сделать два шага, как был сбит с ног буквально прыгнувшей землей.

Раньше, еще в том мире, я читал статью, про флот второй мировой. Так вот, при попадании снаряда в корабль, палуба 'лягалась' так, что у некоторых ломались ноги. Местные шиноби могут его сделать просто топнув ногой. До таких высот мелкая красавица (чего скрывать, очень милая девушка, когда убивать не хочет) еще не доросла, но вот сбить с ног направленным ударом в землю — запросто.

В следующую секунду она уже грациозно уходила от удара, изящно крутнув шэнбяо. Лезвие описало круг, закрутилось вокруг локтя, шеи девушки, и прочертило длинную царапину на лбу атакующего. Кровь тут же залила ему глаза и не ожидавший такой прыти пацан был сильно бит. По яйцам бит.

— Оууу, — слитно выдохнули все очевидцы, коих собралось уже немало. Плюс уже шестеро патрульных, которые со своей скоростью смогут предотвратить непоправимое.

Против Йори оставалось три противника, и вот они уже знали, что делать. Итогом следующих мгновений схватки для девочки стали: порез на плече, ушибленная спина от падения и повисшая плетью рука после удара Хьюги.

— Мягкая рука, тридцать два касания небес, — явно играя на публику сказал Хьюга и молниеносно, реально, очень быстро, начал наносить удары. После того, как он сделал шаг назад, девушка упала на землю.

— Пора вмешаться, — сказал я и кинул якорь в парня в синем спортивном костюме. Акио правильно понял мои сигналы и кинул якорь во второго — красноволосого в кожанке. Нападать на Хьюгу подобным образом мне казалось верхом идиотизма.

Противники среагировали так, как надо — отбили кунаи. Вот только я был хитрее. Настоящий якорь летел в тени собственного теневого клона и без проблем воткнулся противнику в плечо. Хьюга бы такой фокус спалил бы даже не напрягаясь — опасный противник.

Мы телепортировались. Появившись чуть выше противника, я обвил его шею ногами, и крутанулся на ней, оперся руками в землю и 'приклеился' к ней чакрой. Обычному человеку я бы уже сломал шею, а тут дезориентированный противник был просто свален на землю, где и вырублен ударом рукоятки куная в затылок.

— Я вижу Вам нужна помощь, куноичи?

Лежащая на земле девушка, которая только что выглядела поверженной, шустро откатилась в сторону и встала в боевую стойку. Сдув лезущие в глаза пряди багровых волос, она кинула нам, — и без вас справилась бы.

Правда, ее выдала гримаса, промелькнувшая по лицу, когда она двигалась. Пусть у меня и не было шарингана, но я ее заметил.

— Ага, как же о...

Меня бесцеремонно прервал Хьюга, что попал мне в голову ногой. Откатившись в сторону, я встал и попытался унять звон в ушах.

— Проваливайте, малявки, — бросил нам Хьюга, — это не ваш бой.

— И все же, я доведу его до конца, — оскалившись сказал я.

— Тогда тебе конец, — бросил Хьюга и сорвался с места.

И тут все заверте...

На ходу он махнул рукой и пустил в нас какие-то сенбоны из чакры. Уклонился от них я только чудом. Каким-то очень плавным движением он присел, пропуская над головой лезвие шэнбяо, и помчался к Йори.

Акио мне просигналил и, не до конца понимая, что он задумал, я начал складывать печати.

В следующее мгновения произошли сразу несколько вещей. Акио и Йори буквально поменялись местами. Не успел я осознать это, а у меня в груди появилось какое-то сосущее чувство, будто кто звал меня. Не особо задумываясь, я пошел на этот зов... И оказался прямо напротив Хьюги. Не долго думая, я просто выдохнул поток пламени ему в лицо.

Хьюге пришлось отпрыгнуть.

— Техника мгновенного обмена Летящего Бога Грома, — удивленно сказал он, — не думал, что в столь юном возрасте ее можно достичь. Но это вам не поможет. Мягкая рука!

Он перетек в стойку, как будто состоял из жидкости. Посмотрел на нас и понесся снова.

Я сложил печати и выдохнул ему на встречу 'цветы феникса', куда спрятал все три якоря: мой, Акио и Йори. Даже без понятия когда они у меня оказались.

Фокус не удался. Когда мы вынырнули из пламени, Хьюга просто раскидал нас, элегантно увернувшись и от кунаев и от наяривающего вокруг шэнбяо.

У меня сил почти не осталось, все-таки для шестилетнего две неслабых техники — уже показатель. Остальные выглядели не лучше. Сейчас будет финальная атака. По другому не получается. Начали.

Йори ударила кулаками в землю, от чего место, где стол Хьюга вспучилось. Он не успел увернутся и его подбросило вверх. Я успел заметить, как Йори пошатнулась и упала на колени... некогда, сейчас наш выход. Я метнул свой кунай вверх, а затем еще одним сбил первый так, чтобы он начал летел вниз — весьма сложная техника, смысл которой в том, чтобы так сильно закрутить второй кунай, чтобы изменить вектор полет первого. Акио тем временем кинул свой якорь в Хьюгу и размножил его теневым клонированием.

Я появился на Хьюгой как раз в тот момент, когда он закрутил свой 'Небесный вихрь' (кайтен), по-другому увернутся от тучи железа в воздухе он, скорее всего, не мог. У меня всего один удар, который я должен нанести в строго определенный момент... Хочу, чтобы он был как можно сильнее.

Я был где-то в метре от кромки кайтена, когда заметил, что противник стал замедлятся. Печати у меня были сложены, так что я напрягся как можно сильнее и выдохнул со всей дури.

'Высвобождение огня. Подпирающая небеса колонна' Столб пламени обрушился на Хьюгу.

Казалось вот-вот я выдохну легкие и все остальные органы. 'Надо еще мощнее'. Давление в голове начало повышаться, до того момента, когда мне стало казаться, что глаза вот-вот выпадут из орбит. Внезапно все прошло и я шлёпнулся на обугленную землю. С удивлением обнаружил две вещи. Первое, у меня еще была чакра, хотя откуда она взялась даже не представляю. А второе — Хьюга спокойно стоял в десяти метрах от кратера и ошарашенно смотрел на меня. В руке он держал знакомый трехлепестковый кунай.

— А ты очень опасен, Учиха, — выдохнул он.

Я встал и оглянулся. Я находился в круге оплавленной земли метра два в диаметре, недалеко от меня стояли немного пришибленные Акио и Йори.

— Ну что ж, — Хьюга хрустнул шеей, — игры закончились.

Акио попытался сократить дистанцию, но его смело столбом белой энергии из раскрытой ладони Хьюги. Парнишу снесло в сторону и впечатало в стену. Он упал на землю и не шевелился.

От Йори он играючи увернулся и дотронулся до ее затылка, отчего та упала, как подкошенная.

— С-с-сука, — прошипел я, — что ты с ними сделал? — в груди начала заводится пружина злобы.

— Ничего, — Хьюга улыбнулся, — ничего хорошего.

— Писец тебе, — я сорвался с места.

*Конец флэшбека*

Вот, собственно, так я и оказался на земле, отхаркиваясь кровью. Все-таки разница в возрасте более, чем в два раза, позволила Хьюге просто раскатать меня по земле. Мне грело душу то, что проиграл я не 'в сухую'. На лице Хьюги расплывался нехилый такой бланж, да и одежду ему теперь придется стирать. Я закашлялся и от прострелившей боли отрубился.


* * *

Очнулся я в маленькой комнате с белым потолком. Ветер развевал белые занавески на окнах. 'Знакомая обстановка', — пронеслось в моей голове.

— О, ты очнулся, страдалец? — прозвучало откуда-то слева. Повернув голову, я заметил сидещего на прикроватной тумбочке знакомую рожу в повязке и синем халате.

— Изуна, ты, что ли? — прохрипел я.

— Ага, — он улыбнулся, — поздравляю, братик, теперь ты можешь считаться полноценным Учиха.

Соображать было проблематично, так что я ворочал мозгами еще секунд пять, пока до меня не дошло.

— Шаринган?

Изуна кивнул.

— А почему я не...

— Без повязки? Да хрен его знает. Я-то перенапрягся на гендзюцу, а ты, по видимому, на стихийной технике. У тебя кстати все горло опалено.

До меня вдруг дошло, что очень сильно хочу пить. Изуна, будто прочитавший мои мысли, подал стакан с какой-то белой бурдой и трубочкой. Всосав в себя весь стакан, я блаженно выдохнул и прохрипел, — а что остальные?

Изуна удивленно повернулся ко мне, а потом кивнул своим мыслям.

— Акио неплохо приложило головой об стену, но выйдет он уже на днях. Йори вообще повезло, там ничего сложного, к вечеру выпустят. На счет тебя не знаю — скорее всего полежишь, понаблюдаешся у 'доброго доктора' Котоку. — Изуна невесело улыбнулся, — да уж, ты, наверное, не в курсе, но и Хошираму сюда привезли.

— Хошираму? Как? — я попытался сесть в кровати, но зашипел от боли в ребрах и успокоился, — а с ним-то что?

— А его Удзи загонял, — хохотнул Изуна, — сильнейшее чакроистощение. Видел я его — бледный, как труп, простигосподи, — слабый, еле говорит.

— Как это он так?

— Да, Дим... Удзи, как с катушек, говорит, съехал, заставлял выращивать дерево за деревом, экспериментировал, в общем, как-то не рассчитал, и Хош...

...но я его уже не слышал, так как уснул...


* * *

*Дворец Узукаге*

Казалось, по всему дворцу был слышен шлепок от самого эпичного фейспалма, что видели эти стены.

Прода 23-25

*Хоширама Сенджу*

— Ха-ха, — я слабо рассмеялся очередной шутке Изуны, который стоял недалеко от моей кровати. С усилием повернув голову, я обвел взглядом комнату. Облокотившись на стену, стоял Мадара с перевязанной грудью, на прикроватной тумбочке сидел Тобирама все еще в бинтах. От него пахло какими-то травами. Рядом с ним лежали костыли, на которых он сюда и пришел. Рядом с кроватью стоял Изуна со стильной повязкой на глаза. Ну и я, овощ-овощем. Лежу на кровати и еле шевелюсь. Команда победителей, ей-богу.

— Ты даже не представляешь, как ругался Котоку, когда и тебя в госпиталь приволокли, — покачал Изуна головой.

— Зато все вместе собрались, — возразил Тобирама.

— Вот за это он и ругался, — мрачно буркнул Изуна, — называл нас... по-всякому. Да и не только нас. Удзи, вон, тоже досталось.

— Правильно, в принципе. Как можно было вообще до такого состояние его довести? — Мадара кивнул на меня.

— Тут я сам виноват... отчасти, — сморщился я.

Ребята заинтересовано посмотрели в мою сторону.

— Я же еще не очень много зелени вырастить могу, а Удзи, как с цепи сорвался, требовал чуть ли не рощу. На такое чакры, конечно, у меня не было, вот он и решил 'поделится' своей. Своей чакры у него, скажу я вам, туева хуча. Без шуток. Вот я и решил 'прокачаться' на халявном 'топливе'.

Я вздохнул, переводя дыхание.

— Хватило меня не очень надолго. В очередной раз я попробовал создать 'деревянного змея', — Тобирама присвистнул, — и в себя пришел уже тут, — я смущенно улыбнулся.

— Мда уж, — почесал затылок Тобирама, — Котоку говорил, что ты выбрал до донышка всю свою энергию: и чакру и еще какую-то энергию, связанную с жизнедеятельностью тела. И, по его словам, придется тебе полежать тут пока не восстановишься.

— Оно и так понятно, — я вздохнул. Если я голову нормально поднять не в состоянии, что уж тут говорить про что-то серьёзное?

— А чем вы с Удзи вообще занимались? — поинтересовался Мадара.

— Ну, — я попробовал пожать плечами, — он пытался почувствовать природную энергию, для чего я с помощью деревьев концентрировал ее вокруг него. Собственно, всё.

— И как он тебе?

— Димон, что ли? В смысле, Удзи? — Я вздохнул и попытался сформулировать увиденное, — чертовски силён.

— Это и так понятно, — отмахнулся Мадара.

— А поподробней? — поинтересовался Изуна.

— Например, разминка для него — полноценный спарринг со своими клонами. С серьёзными техниками. И знаете, что? — ребята наклонилось ко мне, — я почти не чувствовал всплесков чакры. Даже от сильнейших техник.

В комнате воцарилось молчание.

— У нас, у Учих, — медленно начал говорить Изуна, — полностью предотвратить утечку чакры получается только на слабо энергетических иллюзиях, либо в слабых дзюцу огня.

— А Удзи выдыхал пламя на пол полигона, — заметил я.

Все замолчали, обдумывая сказанное.

— А какие техники он использовал? — поинтересовался Тобирама, но я уже уснул и его не слышал.

Парни встали и абсолютно бесшумно вышли из комнаты. Даже Тобирама на деревянных костылях.

* Спустя неделю. Изуна Учиха*

— Так, аккуратно, — бормотала медсестра снимая с меня повязку. Освещение в комнате почти отсутствовало и источник его я не смог найти, но даже так в мои глаза будто насыпали песка.

— Посмотри на меня, — сказал силуэт девушки. Я послушно вытаращился на нее, — что видишь?

— Твой силуэт, — я хотел пошутить про то, что неплохо так выпирало и контрастировало на фоне белого халата, но передумал, — от твоего халата начинает резать глаза.

— Это понятно, — она хмыкнула и протянула какой-то маленький пузырёк, — держи, закапай это в глаза.

Я безропотно последовал инструкции и, проморгавшись, доложился, — готово.

— Молодец, — а теперь сделай гимнастику для глаз... смотри туда... а теперь сюда... Опиши окружность...

— Отлично, есть какие-то неприятные ощущения?

Я прислушался к себе, — нет, нету.

— Замечательно. Теперь посмотри на вот эти картинки. Что тут нарисовано?

Я только сейчас заметил, что в комнате стало немного светлее. Я смог рассмотреть лицо куноичи. Милая.

Я послушно называл фигуры, объекты и явления, а девушка все убыстряла темп. В один момент в глазах закололо и мы перешли другому тесту. На этот раз я называл цвета картинок. Судя по тому, что тест быстро закончился, дальтоником я не стал. Радует.

Дальше были тесты на длительную и кратковременную память, тесты на внимательность, и даже некий аналог напёрстков. Я без проблем справлялся с тестами, но на быстрых действиях девушки у меня начинали немного болеть глаза. В комнате стало совсем светло.

— Ну что же, Изуна, могу тебя поздравить. Все твои показатели в пределах нормы.

— Фу-х, — я облегченно выдохнул. Хоть я уже здорово стал ориентироваться с закрытыми глазами, но перспектива провести так всю жизнь меня совсем не устраивала.

Девушка встала и раскрыла шторы. За окном как раз начинался рассвет.

— Для лучшего восстановления зрения советую тебе капать вот эти капли, — она кивнула на знакомый сосуд на краю стола, — шесть раз в день, — медсестра начала выписывать 'рецепт', аж ностальгией повеяло, — есть вот эти витамины пять раз на день, — девушка достала откуда-то из-под стола коробочку и поставила на стол, — выполнять гимнастику для глаз...

Я слушал ее вполуха. Все равно все в 'рецепте' будет. Меня больше захватил вид из окна. Госпиталь находился на окраине города, рядом с рекой. Окна выходили на запад, поэтому я выдел как рассветное солнце освещает вершины противоположного склона.

'Как же долго я не видел этой красоты'. Я прикрыл глаза и прислушался. Вот где-то прокричала утренняя птица. Вот по крыше проскакал скорее-всего начинающий ниндзя. Вот там хозяин лавки подметает мусор с порога лавки. Какой-то ритмичный металлический лязг я сначала принял за далекую схватку, но открыв глаза понял, что это просто ветер качает вывеску.

Когда у тебя закрыты глаза, разница между ночью и днём смазывается. Только сейчас я вдохнул полною грудью утренний воздух, глядя, как долгожданный рассвет раскрашивает стены замка Каге.

Солнечный зайчик, отразившись от чего-то, резанул по глазам. Я зажмурился и прикрылся рукой. Но почти сразу же опять посмотрел на просыпающейся город и улыбнулся.

— ... а пока советую тебе походить в солнцезащитных очках, — закончила девушка. Я повернулся и с трудом сохранил спокойное выражение лица: весь стол был завален какими-то коробочками, баночками и еще не пойми-чем.

Запечатав все добро в печать на руке и водрузив очки на нос я вышел из кабинета. До начала учёбы еще оставалось прилично времени, которое надо было куда-то потратить. Для начала я вернулся в свою комнату и снял уже осточертевший больничный халат. Хоть он и был просто шикарным, но за эти две недели уже успел конкретно так надоесть. Взамен синего халата с гербом Учих во всю спину, я одел черные штаны, простую белую рубашку и босоножки.

Посмотрел в зеркало. 'Неплохо'. Длинные волосы торчали в разные стороны, но складывалось впечатление, будто так и надо. Хмыкнув такому выверту, я стал одевать остальную экипировку: кунаи, сюрикены и сэнбоны попрятались в специальных карманах и печатях. Дымовые бомбы, взрывные печати, пару метров лески — в другие. Жемчужины моего арсенала — короткий вакидзаси и трехлепестковый кунай Б-га грома заняли причитающиеся им места — за спиной и в специальных печатях. В завершение, одел кулон Учих на шею и потопал на крышу.

До прихода ребят, я успел здорово размяться, провести пару акробатических комплексов и 'подраться с тенью'.

*Изуна Учиха*

Медсестра мне настоятельно не рекомендовала нагружать глаза, так что вместо веселых попрыгушек по крышам домов, нам пришлось тащится пешком до академии. По дороге я вертел головой, успев отвыкнуть от столь большого объема впечатлений.

По пути мы трепались о всяком. Время от времени обсуждали достоинства очередной красотки, что встречались, довольно часто. Все-таки за что уже можно полюбить чакру, так это за то, что страшных девушек тут нету, ровно как и парней. Прямо-таки микс из журналов 'плейбой', 'Средневековые воины' и 'Менс-хелс'. Аж глаз радуется. По пути, кстати, нашли пару кафешек, которые не были заметны с крыши. Одна из них удачно находилась недалеко от академии.

Школа за время моего отсутствия ничуть не изменилась, поэтому мы прошли по стене до окна нужного нам кабинета. Сама аудитория была больше, чем я привык видеть — где-то на пару сотен человек. Акио быстро разъяснил такой странный выбор кабинета — оказывается, прямо сейчас мы будем изучать полевое оборудование Узумаки. Да, так и сказал 'оборудование'. И кроме нашей группы будут еще и множество учителей.


* * *

Мы, наконец-то, расселись по местам, и я осмотрел моих одногрупников — весьма пестрая и разношерстная толпа где-то под двадцать человек. Были и весьма взрослые и здоровые парни — это Узумаки. Представители этого клана легко узнать, так как они на голову выше и, зачастую, шире остальных. Это Наруто, видимо, недоедал в детстве, потому что по улицам города расхаживают вполне себе красноволосые Шварценеггеры. Девушки Узумаки вырастают отнюдь не дородными тётками 'и коня на скаку...', нет. Весьма стройные милые девушки... от удара которых раскалывается земля.

Силы и выносливости красноволосым отнюдь не занимать, что уж говорить про их 'знать' — черноволосые машины смерти. Если обычного Узумаки хрен вымотаешь, то эти — просто неутомимые бульдозеры. В группе таких ни одного нету, но, насколько я знаю, никаких привилегий у них нет и учатся они с простыми людьми. Минусом таких показателей является почти никакой контроль над чакрой. Ага... попробуй главным шлюзом панамского канала набрать чашку воды. Правда, как говорится, плохое зрение носорога — отнюдь не его проблема, и Узумаки не заморачиваются ни со скрытностью, ни с тонкими плетениями, а тупо бьют по площадям. Это касается, как стихийников, так и фуинщиков.

Разительно от 'местных' отличаются остальные кланы — Нара, Хьюги, Яманака и Намикадзе. Возможности стихийных трансформаций у этих кланов — мизерные и быть 'танками прорыва' при всем желании у этих ребят не выйдет. Но вряд ли один здравомыслящий Узумаки обвинит их в слабости. Нара на такое заявление ответит что-то колкое — как показала практика, ребенок Нара, зачастую, имеет более острый ум, чем даже взрослый Узумаки. Пусть последний с высоты своего опыта и мудрее, но в шоги с Нара из Узумаки играет только 'царская' семья.

Соответственно и результат схватки предсказать сложно. Да, Узумаки чертовски сильные, но, помнится, Хидан был вообще бессмертным, но ему это нисколечко не помогло. В силе Нара местные уже успели убедится на собственном опыте. Плюс Нара — неслабые-таки фармацевты и, как узнал, толковые самогонщики. А эти навыки всегда были бесценными.

Хьюг реально сложно вывести из себя — эти ребята имеют баснословный уровень контроля внутренних энергий. Как у Ли — внутри все делает превосходно, а снаружи — пшик. Только Хьюги могут еще и выпускать чакру наружу, но вот с контролем вне пределов своего тела у них туговато. Так что 'покерфейс' Хьюги — результат того, что ни одна мышца не дернется без ведома шиноби. Даже лицевые и рефлекторно. Плюс очень уж поганый у них стиль боя для прямолинейных Узумак. Слишком красноволосые полагаются на свою защиту в 'расходящейся спирали' — клановое тайдзюцу. А Хьюги без проблем пробивают любую защиту, будь ты хоть трижды Узумаки.

Сейчас этот перекос пытаются исправить — детей с детства учат двум стилям — обманчиво прямолинейную 'спираль' и текучую, как вода 'мягкую руку'. По началу сложно, но когда противник НАСТОЛЬКО резко меняет свою манеру боя — оппонент, обычно, ошибается. Смертельно ошибается.

С Яманака тоже всё не так просто. Они — лучшие знатоки "человеческих душ". Психологи с практическим опытом. Сил у них вообще мизер (по сравнению с Узумаки), зато "подобрать ключик" к противнику на поле боя — это запросто. Конечно, на одной хитрости далеко не уедешь, так что Яманака, в основном — штабные "связисты" и мастера дознаваний.

Ну и Намикадзе. Эти черти, дорвавшись до техник простой чакры и 'Полета' стали настоящими монстрами поля боя. Их фиг поймаешь, и у них реально сильный контактный удар — расенган. Не всегда такой трюк прокатывает, но для не подготовленного противника встреча с ними — смерть. Не даром же Минато так зажигал на той войне. Правда, без кунаев-якорей они — мертвецы.

Так что в аудитории сидела пестрая толпа из красноволосых и шатенов. Неплохо выделялся Хоширама, а Тобирама был вообще местной звездой. У этого парня, как и у всех уважающих себя альбиносов, волосы — пепельно-белые. А у местных, белый цвет — признак 'царской' семьи. Я успел подслушать массу слухов про него. Один из самых оригинальных, что Тобирама — внебрачный сын кого-то из трио и был спрятан у Сенджу. А Бодя, хоть и весьма неглупый парень, но фишку не просёк и все время удивляется отчего на него все таращатся, а девчонки подают знаки внимания.

В аудиторию зашел здоровый мужик в тяжелой форме Узумаки. Можно сказать, почти доспехе. Черный цвет и выступающие шипы смотрелись очень брутально с квадратной рожей мужика и банданой набекрень. Под мышкой он нес здоровый свиток, который бросил на учительский стол.

— Так как наши болезные прекратили ломать комедию и соизволили прийти сюда, объявляю специальный урок. МОЛЧАТЬ, — это он обрубил начинающиеся смешки, — сегодня я и мои помощники, — я с удивлением увидел, что по периметру зала стоит по меньшей мере двадцать шиноби в полной боевой и с масками на лицах, — помогут вам познакомится с вашим шансом на спасение ваших задниц. Иногда, последним шансом, — добавил он спокойней, и тут же взорвался, — И кто прослушает эту лекцию будет кормить червей на первой же миссии! Я, Байраку Узумаки — глава эскортного корпуса Узумаки вам это обещаю.

Мужик обвел притихшую аудиторию взглядом и одним движением расстелил свиток.

— Четные номера, подходим по одному, называемся, получаем. Нечетные номера, построится по списку и подходите к соколу — он махнул рукой на шиноби в тяжелой броне с маской в виде чего-то жутковатого, отдаленно на сокола не похожее. Мужик стоял в окружении еще троих и разминал пальцы.

— К получению личного имущества приступить! — гаркнул он.

Ученики вздрогнули и организованно поплыли к местам. Я был пятнадцатым, поэтому потопал к 'соколу'. Я, и еще девять ребят выстроились в очередь перед шиноби. Когда дошла моя очередь, я заучено поклонился и сказал свои имя. Мужчина поменьше размерами в маске 'страшного клоуна, скрещенного с крокодилом' подсунул мне какую-то ведомость, куда я в место 'подписи' подал чакру и капнул кровью.

— Проходи, — меня хлопнули по плечу и я сделал шаг вперед. Вокруг тут же встали четверо мужиков во главе с 'соколом'.

— Снимай одежду, — немного раздраженно сказал 'медуза с хелицерами'. Я секунду потупил, но быстро скинул всю одежду, кроме трусов. Кто-то хмыкнул и они в восемь рук начали делать что-то непонятное. То один, то другой прикасался ко мне и от места касания расходилось волнами жжение.

'Батюшки, да они же фуин ставят', — пронеслась мысль у меня в голове, — надеюсь, они знают, что делают.

— Накопитель куда? — поинтересовался шиноби за спиной.

— Чего?

— Бьякуго но Ин куда ставить? — по другому сформулировал вопрос ниндзя. У меня тут же всплыло знание об этом фуин — мы его недавно по 'школьной программе' проходили.

— Под правую грудь, — наугад сказал я.

— А второй?

— За левое ухо, — брякнул я.

Послышался озадаченный хмык и ухо сильно запекло. Я терпел, как мог и потихоньку привыкал. Вообще Бьякуго но Ин — весьма здоровская вещь. У Цунаде во лбу был ромбик — вот это и есть накопитель чакры непонятной емкости. И сейчас мне ставят два таких.

— Открой рот, — сказал 'сокол'.

Я послушно открыл. Надеюсь, они все-таки знают, что делают. 'Сокол' просунул два пальца в рот и коснулся языка и нёба. От жара у меня плеснули слёзы.

— Сейчас еще хуже будет, — спокойно сказал он и тронул ноздри. И вот тут я познал всю 'прелесть' и 'радость' двух угольков в носу. Спустя какое время я проморгался и отплевался.

— Все?

Я кивнул. Мне вручили шмотки, развернули через плечо и выпихнули из круга. Кое-как одевшись я поплёлся к столу брутального Узумаки. После того, как дошла моя очередь и я повторил процедуру и подписал ведомость, мне распечатали один свиток поменьше — где-то с руку длинной и толщиной с рулон туалетной бумаги. Я вернулся на место. Все тело жгло и ныло.


* * *

— Сейчас я вам расскажу, что вы получили. Начну с фуин на ваших телах. Это — базовый комплект фуин для шиноби. Главные фуин на вас — гаситель слишком громких звуков. Гаситель слишком яркого света, который мы не ставили Учихам, понятно, почему (ага, конечно, не стали. Накладывать фуин на потенциальный Мангёке никто не хочет. Кто знает, как оно поведет). Простейший фильтр воздуха против слабых респираторных ядов, избыточной концентрации вредных веществ и пыли. Анализатор ядов на языке.

— Позже планируется ввести фуин паспортного реестра, но эта печать пока только в разработке. А из реального: у вас размещено два накопителя чакры в местах, которые вы сами выбрали, и девять пространственных печатей, попарно на запястьях, их вам установили сразу после завершения младшей академии, на предплечьях, две возле шеи, на коленях и на нёбе.

— Эти печати почти не будут использоваться в операциях, так как будут закрыты одеждой. А печать во рту я советую забить либо едой, либо водой. При желании вы можете установить любую печать на свое тело у наших мастеров, — он обвел рукой мужиков, — хоть стационарный барьер себе лепите. А сейчас для тренировки попрячьте свое железо в печати.

Я хмыкнул и запечатал все, кроме вакидзаси в печати. Никаких проблем или, упаси Ками, сбоев не было. Для прикола запечатал в печать на нёбе сенбон — было прикольно его распечатать и тут же держать в зубах.

— Отлично, — Узумаки хлопнул в ладони, когда затихли 'пуф', с которыми происходит пространственные техники у неопытных шиноби и продолжил речь, — теперь перейдем к вашему снаряжению. В руках вы держите личный пакет снаряжения номер три 'лиственный лес'. Разверните свитки.

Мы сидели по одному за длинными партами и теперь я понял почему. В развернутом виде свиток занимал метров пять. Изнутри он был густо покрыт фуин со знакомым рисунком запечатывающей печати. Навскидку, там было штук сорок запечатанных объектов.

— Теперь распечатайте предмет под номером один.

Я послушался. С почти неслышимым 'пуф' в руках у меня оказались трусы. Обычные такие черные боксерки. Раздались смешки. Обернувшись, я заметил, что девушки держат полный комплект белья — включая лифчик.

— Это, как вы поняли, ваше нижнее белье. Функции у него простые. Первое — защита. При сильном ударе ткань будет приобретать дополнительную жесткость. А так же при напитке чакрой. К сожалению, такую ткань у нас могут делать немногие фуин мастера, так что ее хватает только вот на это.

Я представил себе конвейер, возле которого сидит Котоку. Он щупает проезжающие мимо него женские трусы и зловеще хохочет. Сдержавшись оттого, чтобы прыснуть, я прислушался к оратору.

— Вторым важным свойством этого белья является автоматическое запечатывание лишней влаги и не только. Полный аналог детских подгузников.

На мое удивление, не было выкриков или сморщенных лиц, чего я ожидал. Напротив, ребята просто приняли к сведенью и кивнули. Видать, не одного меня заставляли сутками сидеть на дереве без движения.

— У девушек лифчики еще рассчитаны на то, чтобы грудь не мешала выполнению задач.

'Да-а. Тут иногда ТАКОЕ встречается, что я не знаю, как они вообще сражаться могут. Плюс, кстати, я могу по достоинству оценить идею с мгновенно затвердевающими трусами. В стиле боя моего клана слишком много акробатики, чтобы носить 'шайбу' — ногами тогда не шибко помашешь, а по достоинству все-таки прилетает время от времени'.

— Предметы с 1.1 по 1.3 — это запасные комплекты. Идем дальше. Распечатайте предметы два, три четыре.

В моих руках оказались: черные, обтягивающие... колготы, водолазка и балаклава — маска на лицо с прорезями для глаз, рта и ушей.

— Это комплект нательного белья. Сделан из укрепленной ткани с добавлением нити из чакропроводящего металла. Материал пассивно улавливает чакру, что выпускает ваше тело, что, во-первых, снижает вашу заметность для вражеских сенсоров, а, во-вторых, позволяет обеспечить работу встроенных печатей. При усиленной подачи чакры, может укрепится. Не сильно, но может спасти. Основная задача комплекта — терморегуляция и изолирование тела от возможного воздействия контактных ядов и паразитов.

'Тоже тема. Много бы я отдал за такой комплект, когда приходилось сидеть сутками, фактически, на муравейнике. Хорошо хоть, нос и уши разрешили тогда закрыть. Ужас'.

— Возможности терморегуляции весьма обширны, но не безграничны. Комплект спасет вас от пустынной жары и от природного холода, но на многое не рассчитывайте — от боевых техник он не убережет. В маске есть встроенный фильтр воздуха, но, опять же, лучше на него полностью не полагаться. Для девушек маска еще располагает пространственным карманом для волос. Какие бы длинные волосы у вас не были, они прекрасно туда поместятся и не будут выбиваться из-под маски и мешать вам.

На пару секунд я подвис, пытаясь хоть теоретически придумать, как такое сделать, но быстро выкинул из головы.

— Так же в нательном белье есть восемь печатей хранения. На всякий случай. Как вы можете догадаться, в печатях под номерами 2.3, 4.4 и так далее — сменные комплекты.

— Продолжим. Откройте предметы пять, шесть со всеми подпунктами.

Я открывал печати и горка вещей продолжала расти.

— Теперь в руках вы держите свою броню. У нас, в Узушио, есть две классификации защиты — легкая и тяжелая. Легкая броня обеспечивает минимальную защиту, но предоставляет больше маневренности. Тяжелая-же, подходит исключительно для бойцов прорыва. В нашем клане — это по большей части Узумаки-Хьюга. Так как, несмотря на всю их мощь, они — бойцы предпочтительно ближнего боя. При чем замечу, ближнего боя прорыва — то есть, им надо первым добежать до противника и связать его боем до прихода подкрепления.

'Ясно, местное ВДВ'.

— Сейчас оденьте все доступное обмундирование. В этом вам помогут мои бойцы.

Ко мне подошел местный вояка и я начал переоблачатся. Не сдержался и бросил взгляд в сторону девчонок из нашел группы и не смог сдержать разочарованного вздоха. Все девушки были окружены непрозрачным фиолетовым барьером, но, судя по мечтательной роже Хьюги и тоненькой струе крови у него под носом — не абсолютно непрозрачным.

Одеваясь, я прикидывал, чем меня еще могут порадовать местные — ведь печатей было еще ого-го. Плюс до меня дошло почему же нету перчаток — если я руками колоды дроблю, то боюсь представить, что будет с перчатками при таком ударе.

Моя броня состояла из, внимание, хороших таких кроссовок с резиновой подошвой, разделенной на квадраты, как у спортивной обуви моего мира. Вниманием обувь оратор обошел — значит, ничего интересного в них нет — я только нашел по одной запечатывающей печати на них. Для Узумаки — это мелочи, право слово. А вот у нас, у Учих, такое мог бы носить только кто-то очень родовитый, да и то, ходил бы пальцами вращал.

Следом шли мешковатые зеленоватые штаны и качественные наколенники. Я имею ввиду качественные — это про то, что ими можно качественно заехать кому-то. Металлические, с шишкой на вершине — блеск, а не обмундирование. На торс я одел такую же мешковатую куртку, в тон штанам. Поверх нее — такие же основательные налокотники и знакомый 'чуунинский' жилет, правда, немного переделанный в соответствии с местными реалиями. Вместо кучи кармашков — россыпь замаскированных под орнамент печатей, при чем, не только запечатывающих. И немного измененная форма самого жилета. Кстати, вес у него оказался весьма приличным, никак металл внутри?

К слову, форма оказалась мне впору. Ладно еще резиновая 'тельняшка', но 'бронник' обувь? А если бы я выбрал тяжелую? 'Интересно, а как они нижнее белье девушкам подгоняют?' — отмахнувшись от таких мыслей, я обратил внимание еще на один сверток. К слову, замечу, что каждый элемент экипировки был тщательно упакован и подписан. На этом свертке значилось 'защита конечностей'. Внутри оказались две пары чудесных поножей и щитков на руки. С шипами, тяжелые, м-м-м!

Полностью одевшись, я впервые остро пожалел об отсутствии под рукой зеркала в полный рост. Оглянувшись, я осмотрел народ. Теперь уже не 'зеленые' новички, а весьма серьезные ребята. Кстати, а они не боятся выдавать комплект еще, по сути, гражданским? Ведь, де-юре, военнообязанными мы станем только после окончание курсов генина, сиречь, этих курсов. Да и мы, принцы, опять же, де-юре, даже гражданами этой страны не являемся. М-м. Да плевать. Это даже круче, чем Новый Год и День Рождения вместе взятые — столько крутых подарков я не получал уже давно. А радости-то сколько!

Повернув голову, я осмотрел Мадару и Хошираму в тяжелой броне. Что сказать, впечатляет. Пластинчатая броня на груди и спине, широкие наплечники, пластины на ногах и руках. Было видно, что толщина брони сильно не дотягивает до взрослых бойцов — не дело навешивать металл на детей, пусть и скачущих по крышам и дробящим скалы. Парни не поленились и прикрутили все шипы и лезвия, что входили в комплект и теперь смотрелись готичненько-так. Лично я их не прикручивал, так как не достиг еще звания мастера рукопашного боя и еще не могу идеально контролировать все свои движения. Кстати, единственный минус этой формы в том, что девушку реально нереально отличить от парня. 'Тц, и куда делись бронелифчики и им подобное?'

— Ничего особенного в броне нету. Обратите внимание на цвет. В нашей местности и местности южной части страны огня — преимущественно лиственные леса в тон вашей формы. Естественно, для каждой отдельной местности — форма будет отличатся. Несмотря на то, что уже с уровня чуунина шиноби больше полагается на чувство чакры, чем на зрение, но это не повод рассекать по лесу в оранжевом комбинезоне или красном платье.

Раздались вежливые смешки, а у меня по спине пробежал табун мурашек. Либо это самое абсурдное, что можно себе представить, либо местным по ушам поездили мои знакомые натуральные блондины.

— Предметы с седьмой по двадцатую печать, — продолжил мужик, — личные средства усиления. По порядку: сенбоны — двести штук, сюрикены — три сотни, кунаи... леска... дымовые шашки... перцовые дымовые шашки... светошумовые... взрывные печати...

Я слушал и про себя удивлялся количеству оружия. У нас таким количеством, разнообразием и выдумкой вооружали только либо самых-самых универсалов, либо перед глобальной заварушкой. 'Какая-то нехорошая ассоциация'. Кстати, весь этот массив информации без проблем запоминался мной с первого раза. И, судя по непринужденности остальных, не только я был таким 'спецом'.

Закончив перечислять личный арсенал каждого уважающего себя шиноби одним дьявольским сюрикеном на брата (кстати, даже предположить не могу в каких ситуациях может пригодится эта дура. Самолеты ей, что ли сбивать? Или носить в качестве запасного хвостового винта вертолета?'), мужик приступил к вспомогательному оружию. А до этого были так, расходники?

В числе первых был уже знакомый шэнбяо. В теории, у нормальных ниндзя, он служит, чтобы не подпускать противников с тяжелым и неповоротливым оружием на дистанцию поражения. У нас же — все совсем наоборот. Само лезвие и тонкий канат были сделаны из чакропроводящего металла, который очень здорово намертво цеплялся абсолютно за все, включая противников, что давало бойцу притянуть врага к себе. И, как показала практика, этого хватает. При чем не обязательно даже ранить. Достаточно простого касания. Это как шиноби 'приклеивается' к стенам.

Следом шли кунаи Полета Бога Грома. Их было тридцать и при желании можно было набрать в оружейке за бесценок.

В прошлом мире я немного интересовался ниндзя и их экипировкой. Не скрою, под влиянием Наруто, но все же... ничего общего, кроме названия, от старых-добрых шиноби не осталось. Хоть мы и считаемся спецами по тайному проникновению, но со способностями и мощью танковой бригады в одно рыло особо скрытничать не получается... да...

— Личное оружие, вроде, вакидзаси, катаны, кос и прочего вы получите после принятия присяги. Так же можно взять дополнительное навесное оружие, вроде когтей либо боевых вееров.

'Ками, у них и такие спецы есть? Или это так, к слову?'. По своему опыту скажу: нет ничего хуже, чем противник с совершенно нестандартным оружием.

— После присяги вы так же сможете получить в личное пользование комплект 'Сокол'.

'Да ты что! Обалдеть. Вот так сюрприз так сюрприз!'

Правда, похоже, об этом не знал только я, но, все равно приятно.

'Теперь понятно, почему они так 'раскидываются' формой. По сравнению с Соколом — это просто ничего'

Дальше он вкратце расписал спец. средства, вроде подзорной трубы класса 'карманный телескоп', а так же мини-фотоаппарата. Более сложные устройства, вроде камер и уже непосредственно порталов будут изучаться на старших курсах мастерами фуин.

— А теперь самое интересное. Распечатайте предмет номер сорок два.

'Последний'. Я упакованный оружием и прочими ништяками по самую макушку, с предвкушением распечатал последний предмет. Большего ажиотажа добавляла сверхсложная печать хранения, занимавшая добрую треть пятиметрового свитка. 'Что же там такое может быть?'. Бухнуло особенно сильно и все заволокло дымом.

Результат меня не впечатлил: в руках я держал маску, как и у всех гвардейцев. Перевернул ее лицевой стороной к себе. 'Ками, какой синтетикой надо обожраться, чтобы такое нарисовать?'. На меня скалилось нечто. Я даже не знаю, что это.

— Наденьте маски, — отвлек меня от созерцания нечта голос командира.

Внутренне хмыкнув, я одел маску. Как оказалось, хоть на ней нету застежек или крепления, но крепится она, по видимому, чакрой прямо к балаклаве.

'И что?' — прошло секунды три и мне в голову попыталось что-то залезть. Тут же инстинктивно провалившись во внутренний мир я был готов 'поговорить' с вторженцем. Откуда-то я знал, что и как надо делать. Внутри, я оказался на берегу обалденного пляжа, по щиколотку в воде океана и смотрел на ползущую линию иероглифов.

'Фуин? Что оно тут делает?' — опасности я не ощущал и поэтому решил понаблюдать. Линия приползла на пляж и свернулась в какую-то печать. Выглядело она не надежно — при желании я ее запросто сковырну. Печать аккуратно начала разворачиваться, откуда-то из воздуха начали появляться еще линии. Так ничего и не поняв, я вынырнул как раз к началу речи мужика.

— Оперативный комплекс 'маска' — вершина технологий нашего острова. Сама по себе маска — ваш идентификатор. Посмотрите друг на друга.

Я оглядел присутствующих. Пусть все их лица были скрыты за масками, а фигуры — за одеждой, но я прекрасно знал, что вот та — 'Лисица', а вот тот — 'волк'. Хотя по маске и не скажешь. Вон, например, вообще 'один', а на маске — абстракция.

'Не понял'.

— Сейчас я продемонстрирую вам работу тактического комплекса 'маска'.

Байраку одел маску и тут же я понял, что он — 'Хищник', и тут же понял, какие кликухи у стоящих вокруг бойцов... Так же понял, что я — непосредственный командир для отряда номер два — спец. Операции. В подчинении — 'Тигр' и 'Блик'. И даже больше — где они находятся. Тигром оказался Тобирама, а бликом — Акио. Мой непосредственный командир — 'шторм'.

— Полная абстракция личностей. Вы не знаете о своих союзниках абсолютно ничего. Чуть позже вы составите свою карточку боевой единицы — то есть свои умение, которые будут видны товарищам. Вы знаете о своих подчиненных и непосредственном командире. Можете получать задачи, вот так...

Вдруг я понял, что мне надо встать возле парты. Это был не ментальный приказ, как у моих иллюзий, а просто знание. Мое место — там.

'Окей, надо так надо' — подумал я и встал в указанное место. Одновременно со мной в движение пришел весь класс. 'А теперь поклон'.

— Спасибо за урок! — в ответ поклонился 'хищник' и взмахом руки развеял то ощущение единства, — а теперь сдайте маски, вы получите их при следующей тренировке и после принятия присяги, как и несколько фуин на тело, вроде медицинской, ферментативной, поисковой и прочих...


* * *

Как оказалось, свиток с остальным имуществом мы забирали с собой. За спиной, на пояснице было специальное крепление, куда он помещался просто идеально. Мы компанией шли по улице и делились впечатлениями. Садящиеся солнце окрашивало все в красный цвет. Закат.

Прода 26-30

*Учиха Изуна*

'Хм, знакомый потолок' — пронеслось у меня в голове, стоило открыть глаза. Это я проснулся во дворце Каге. Характерный для водоворота орнамент, скрывающий фуин, покрывал весь потолок и стены. Скатившись с большой двуспальной кровати я сладко потянулся и пошел умываться.

'Да уж' — меланхолично водя щеткой по зубам думал я, — 'до такого уровня комфорта моим еще далековато'. Перекрыв подачу воды, я нанес пахучую смесь трав а-ля местный дезодорант. Для миссий, к слову, используется похожий аналог, только совершенно без запаха.

Холодная вода меня немного взбодрила и я пошел в комнату разминаться. Утренняя зарядка состояла из разминки-разогрева мышц, растяжки, и прогона системы чакры. Хоть я и провалялся в больнице, на моем здоровье это почти не сказалось, что не скажешь о бедняге Тобираме — у того тело прямо-таки задубело.

Похрустывая телом, я бездумно обводил взглядом комнату. В голове вяло проносились мысли, перепрыгивая с одного на другое. Вот, например, обстановка комнаты, да и сама архитектура. В клане Учих, да и по всей территории страны огня характерным было строить дома из бамбука, которого там растет просто немеряно, а перегородки делать буквально из бумаги в виде раздвижных ширм. Ну, а тут? Капитально-каменное сооружение с, о чудо, нормальными дверями и превосходной звукоизоляцией. Не удивлюсь, что среди этого орнамента найдется и следящие фуин, но лично мне пофиг. Все-таки связи на 'самом верху' иногда полезная штука. Иначе, честно говоря, я здорово бы боялся ехать куда-то без взвода охраны. Тем более, сюда.

'Так, теперь растяжка'. Не знаю, как для остальных, но для моего клана растяжка и тренировка всех мышц — основа нашего выживания. Я должен быть уверен, что как бы я не изогнулся, как бы неудобно не стоял, мое тело сможет без проблем находится в подобном положении. Достаточно посмотреть на спарринг моих старших товарищей: встать на мостик без помощи рук и стоя только на одной ноге — просто часть стандартной связки, там еще едет сальтуха из такого положения.

'Отлично. А теперь проснемся'. Я сложил печать 'тигра' и потянул всю энергию к солнечному сплетению. Чуть-чуть раскочегарив источник чакры, я плавно отвел правую руку в сторону и завел за спину. Сложив мудру 'знание' или, как называют местные, печать концентрации, обеими руками, я закрыл глаза и выдохнул. Повторив тоже самое для левой руки, я методично продолжил гонять чакру по организму.

Пятнадцать минут такой 'энергетической гимнастики' не только повышают тонус организма на весь оставшейся день, но и отлично способствуют развитию ЦНС. 'Шиноби по всему миру рекомендуют, хе-хе'. Закапав глаза и закинувшись таблетками я выдохнул — уж больно противные последние были. Дальше по плану у меня был завтрак. Выйдя из комнаты, как всякий уважающий себя шиноби — через окно, я медленно пошел по стене вниз. Мало того, что мне врач пока запретила сильно нагружать себя, так и добираться таким способом гораздо быстрее, чем просто выпрыгивать ласточкой.

Завернув в нужное мне окно, буквально задницей ощутив пропустившее меня барьерное фуин, я так же не спеша пошел по потолку в царственную столовую. Правда, такой неспешности придерживался лишь я один. Все остальные носились, как угорелые: по полу, отскакивая от стен, как обезьяны, некоторые проносились мимо меня (!), а еще раз я только что я заметил тень золотистой шевелюры.

Остановившись, я отошел к стене, чтобы не мешать трафику. 'Похоже, разместить все государственные учреждения в замке была не лучшая идея. Ладно, к демонам это'. Усилием я перенаправил поток мыслей в нужное мне русло. Три недели с хвостиком без зрения явно что-то изменили во мне. Буквально только что я почувствовал, не увидел, а действительно почувствовал, где должен появится Намикадзе. Закрыв глаза, я сосредоточился, вызывая в памяти тот момент. 'Вот оно!'. Свист сенбона. Вот что выдало Намикадзе. Обычно используются стандартные якоря, но когда шиноби передвигается 'пространственной спиралью', буквально выхватывая якорь на очередном развороте, то иногда используется специальный сенбон. Почему иногда? Да просто потому, что поймать пущенный со всей дури кунай не каждый поймать-то успеет, не говоря про заточенный под быстрый полет сенбон. До меня доходили слухи, что кто-то из Узумаки мог метать такой кунай быстрее звука.

В общем, я почувствовал аса Намикадзе. Толку, конечно, нету, так как по скорости таких кадров превосходит, опять же по слухам, только верхушка Узумаки — элита. Ну, а я — я просто пацан пока. 'Ладно, расскажу учителям'.


* * *

Войдя в трапезную, опять же по потолку, я поздоровался с присутствующими. За столом было неожиданно людно: помимо уже привычной компании из наших ребят, учителей, Котоку и Митико, за столом сидели какие-то важные шишки. У одного во всю спину было кандзи 'знание' — видать, министр образования, второй же сидел с абсолютно непонятной мне символикой. Словосочетание 'знание', 'группа' и 'разум' на белых одеждах могло трактоваться абсолютно по-разному. Но больше всего меня вывела картина непривычно веселого Удзи, окруженного стайкой детей.

— О, привет, Изуна, — поздоровался со мной Удзи, — знакомься, это — Такехико Узумаки, наш министр образования, а это — Саитиро Нара, наш главный тактик малых групп, — указал он на второго, -, а это — мои дети, знакомься, — Юдсуки Узумаки — мой старший сын...

На этих словах, я навернулся с потолка. Тело на одних рефлексах, приземлилось на ноги, но я офигевший продолжал пялится на Диму... нет, уже Удзи. Ребята поочередно мне кланялись, видимо, их представлял Удзи, но я из-за звона в голове не слышал абсолютно ничего. Автоматически отвечая на поклоны, я пытался собрать шаблон этого мира.

Да, я знал, что Диме недавно перевалило за полтинник, но, черт побери, мы недавно пили с ним пиво, а тут он — счастливый отец трех детей. А я — маленький пацан.

— Ты какой-то задумчивый, Изуна, что случилось? — мягко поинтересовалась Митико.

— Да так, хреновый из меня разведчик, — я криво улыбнулся, — уже месяц тут, а ни сном ни духом, что у правителя здешних земель есть дети.

За столом послышались вежливые смешки.

— Ну, — она обворожительно улыбнулась, — могу раскрыть тебе еще пару секретов нашего селения, о великий шпион, — она еще шире улыбнулась, — у меня есть дочь и сын, а у Котоку — двое сыновей.

Хоширама подавился и закашлялся, Мадара со звоном уронил вилку, а Тобирама воскликнул, — да ладно!

Я повернулся к невозмутимому Котоку, тот пожал плечами и ответил, — все верно, старший пойдет в академию в следующем году.

— Офонареть, — протянул Тобирама на русском, и тут же закрыл себе рот, испуганно оглядев окружающих.

— Так себе ты правитель, — вдруг обратилась к Удзи Митико.

— Ой, ты чего? — опешил тот.

— Тебе доверили наследников клана, а первое, чему ты их обучил — это ругаться на своем выдуманном языке.

— Ну прости, сестренка, — мягко улыбнулся Удзи, — дети быстро учатся плохому, — и кинул абсолютно нечитаемый взгляд на Тобираму, под которым парень съежился.

В остальном завтрак прошел без происшествий. Мы разговорились про детей местных власть имущих — выяснилось, что старший сын Удзи — пока в младшей академии ниндзя, а остальные еще слишком маленькие для этого. Вопросы матерей этих детей мы не поднимали. Лично я знал, что звездной троице подбираются оптимальные пары для максимально сильного потомства и поэтому не лез, а остальные, наверное, своей интуицией чуяли неуместность такого вопроса.

*Изуна Учиха*

— А вас, Сенджу, я попрошу остаться, — прозвучал голос Удзи, когда завтрак закончился, — обоих.

Мы с Мадарой переглянулись и чуть-чуть улыбнулись. Поблагодарив хозяев за завтрак мы вышли из зала.

— Я говорил, что он не умеет держать язык за зубами, — сказал Мадара.

— И даже целебная пачка высокосортных люлей его не излечила, — я хохотнул.

— Идём, тебя хотели видеть учителя, — сказал вдруг Мадара.

— Это зачем еще? — в ответ я скептически посмотрел на него.

— Ты же шаринган пробудил, вот и посмотрят, правильно ли там у тебя все срослось, идем.

— Но ведь в госпитале...

— А, что местные могут знать про шаринган?

В его словах был смысл, поэтому я сменил тему.

— А как твой шаринган поживает?

— Нормально, — он пожал плечами.

— И как оно?

Тот аж запнулся, -, а ты еще не пробовал? — я покачал головой, — хе, тогда пусть будет сюрпризом. Мы почти пришли.


* * *

Вышли мы на один из внутренних полигонов — маленький пятачок, закрытый мощным барьером. На площадке нас уже ждали все трое наших учителей.

— Доброе утро, — я поклонился.

— Доброе, давай начнем, — Подал голос Исами — наш 'иллюзионист', — посмотри мне в глаза, но не сопротивляйся.

Я послушно уставился в его шаринган и тут же возникло противное чувство, будто кто-то копается в голове.

— Что ты видишь? — поинтересовался он.

— Вас троих с лицами моего отца, — я буквально прорычал это и, сорвавшись, сбросил иллюзию.

— Неплохо, — кивнул тот, — пока не активируй шаринган, мы еще кое-что проверим.

— Для начала — пробный спарринг, — вперед вышел Бьенджиро — наш рукопашник. Пусть он был уже пожилым (сорок с хвостиком — ого-го), но по праву считался одним из сильнейших по тайдзюцу в клане. Как результат, я потрепыхался пару минут без единого шанса его коснутся.

— А теперь, сделай технику огня, — сказал Араши — наш стихийный учитель.

'Змея, Овца, Обезьяна, Свинья, Лошадь, Тигр. Высвобождения огня, огненный шар'

Шар плазмы размером с футбольный мяч пролетел метров пять разбился об синий барьер защиты. Волна жара пробежалась по всем нам. Наставники озадаченно переглянулись.

— Что-то не так?

— Пробуждение шарингана должно было усилить тебя в одном из трех направление: тайдзюцу, гендзюцу или ниндзюцу. Даже с деактивированным шаринганом ты все равно на голову превосходишь себя прежнего в области гендзюцу. А такое на моей памяти вообще не случалось.

— То-есть, мой шаринган теперь с уклоном в иллюзии?

— Нету никакого уклона у шарингана, — раздраженно ответил Исами, — это твое тело открыло дополнительные резервы. А вот куда они пошли — зависит от тебя.

— Так что, я теперь крутой иллюзионист?

— Сейчас проверим, — хмыкнул Бьянджиро, — активируй додзюцу.

Я послушно подал чакру в глаза, как меня и инструктировали раньше.

— Ух ты-ы, — протянул я, оглядываясь по сторонам. Ощущения были будто из просто 'фулхаде' разрешение кто-то врубил раза в четыре четче. Стали видны мельчайшие детали, повысилась контрастность — я видел мельчайшие пылинки над полигоном, а, если присмотреться, то и волокна на моей майке. Честно, я будто обдолбался чем-то.

— А теперь наложи гендзюцу.

-... жи гендзюцу, — мы сказали окончания фразы одновременно. Я видел, как двигаются его губы и успевал сказать звук одновременно с учителем. Вот сейчас Исами удивленно посмотрит на Араши, Мадара повернется ко мне, а Бьянджиро просто поднимет одну бровь. Я видел предпосылки — движение мышц, положение тела...

Все так и произошло.

— Гхм, да, Изуна, наложи иллюзию. Сначала что-то простенькое.

Простенькое, так простенькое. Я начал потихоньку вводить их в мир иллюзии. Наставники поотключали свои шаринганы, и преданно уставились мне в глаза. И вот тут-то я и нашел первое изменение. Если раньше через глаза я мог продавливать буквально капли чакры, то теперь поток расширился раз в десять. А я еще удивлялся, как это старшие с такими мизерными возможностями умудряются иллюзорных клонов создавать.

Остальные Учихи тем временем все глубже погружались в иллюзию. Вот подул легкий ветерок, а солнце закрыла тучка. Мимо пролетел жучок, ноги ласково щекотала трава. Хе. Вот тут-то до наставников дошло. Первое — мы находимся в герметичном барьере и тут не может быть ни ветерка, ни насекомых и, во-вторых, на камне не растет зеленая трава.

Они улыбнулись и попробовали простейший метод сброса иллюзий — волну чакры в голове. Не помогло. Я ухмыльнулся, так как Мадара с расширенными глазами таращился себе под ноги.

Почему на Учиху так сложно наложить иллюзию? Не считая шарингана с его способностью видеть вещи такими, какие они есть, так еще и каналы чакры в голове у Учихи через чур чувствительны к постороннему вмешательству. Поэтому даже наложить иллюзию на Учиху с пробудившимся шаринганом — не просто. А я без проблем погрузил даже наставников.

Небо затянуло тучами. Вспыхнула молния и закапал дождь. Видимость стала ухудшатся до нуля, а трава расти все быстрее и быстрее. Мокрые капли заползали за шиворот, добавляя реализма. Вот лопнул барьер, за которым была видна только стена дождя. Трава уже оплетала ноги, заползая под одежду. Все четверо сложили печать концентрации и произнесли 'кай' — не помогло. Более искушенный Исама попытался остановить на мгновение циркуляцию чакры в голове, но моя 'лента иллюзии', повинуясь моей воле, замерла вслед за его чакрой.

— Ладно, хватит, — сказал Исама. Я только улыбнулся... они были в моей власти, — я сказал хватит.

Его глаза сверкнули алым, а моя иллюзия просто растаяла. Остальные наставники так же просто стряхнули мое наваждение. А дальше мы все уставились на Мадару, которому пришлось кричать 'кай' даже с активированным шаринганом.

— Силён, — уважительно крякнул Бьянджиро, — в таком-то возрасте. Но сразу тебя предупрежу: каким бы ты не был сильным иллюзионистом, но взрослого Учиху тебе не одолеть.

Я криво улыбнулся. Мне уже было известно, по крайней мере несколько вариантов опровергнуть его заявление. Как минимум, против Мангёке Шарингана пасует даже самый распрекрасный обычный шаринган. Итачи гарантирует это. Дважды. Плюс, каким бы удобным инструментом Шаринган не был, но есть еще бесконечное множество вариантов наложение гендзюцу. 'Я им еще покажу и когда-нибудь я сотру эту нахальную улыбку с твоего лица, Мадара!'

*Тобирама Седжу*

— Эм, Удзи, ты это... прости меня.

Мы вчетвером — я, брат, Удзи и Котоку шли куда-то по коридорам.

— Ками простит, — бросил Каге.

— Ну я же случайно, — продолжал ныть я. — тем более, вроде, все обошлось.

— Понимаешь, — Удзи сделал паузу, открывая дверь куда-то на улицу, — мне абсолютно пофиг на то, что произошло сегодня на завтраке. Впредь советую держать язык за зумами — ты все-таки ниндзя, а не простой пацан.

— Понял, — я показательно понурил голову. Мне в самом деле было стыдно... совсем чуть-чуть. Ведь я не совсем дурачок и заранее выяснил, что ругаться и даже немного разговаривать на русском тут можно.

— А куда это мы идем? — подозрительно осведомился Хоширама. Я поднял голову и удивленно осмотрелся. Мы шли где-то в глубине территории замка и направлялись к какому-то невзрачному домику.

— В сокровищницу, — ответил Котоку, когда молчание затягивалось.

— Ва-ау, кру-у-то, — протянул я и тут же добавил, -, а зачем?

— Не тут, — холодно сказал Удзи и я предпочел заткнутся.

Внутри постройки дежурили четверо гвардейцев 'в полной боевой'. Удзи прикоснулся каким-то медальоном к стене и в полу вдруг открылся люк. Парни безропотно пропустили всех нас внутрь. Под люком начиналась винтовая лестница, освещенная светильниками на стенах. Спускаясь вниз я с подозрением оглядывал стены — уж больно те напоминали фуин. Конечно, это было в стиле Узумаки все тут разрисовать, но 'не верю'.

— Котоку, а, Котоку! — позвал я парня.

— Чего тебе?

— А это все фуин? Или рисунок? — в лоб спросил я.

— Вообще-то, это секретная информация, — пробурчал тот.

— Ну ладно тебе, Котоку.

— Да, это фуин. Боевое фуин и настолько мощное, что даже я бы поостерегся его взламывать, — со вздохом ответил парень.

— Чей-то я тебе не верю, — я сощурился.

— Отстань.

Дальнейший путь мы проделали в молчании. Ну, как в молчании. Молчали все, кроме меня. Ну, а что я могу поделать? Тут СТОЛЬКО интересного! Мы как раз проходили мимо зала с оружием и всевозможными доспехами. При видя очередных экземпляров я споткнулся.

— Ей, Удзи, это что, семь великих мечей тумана? Да?

— Они самые.

— А что они делают у вас в сокровищнице? Вы что их, отобрали?

— Нет, их создал наш мастер и этот неликвид ни разу не покидал стены сокровищницы.

— Почему неликвид? — аж обиделся я, — в аниме они были крутыми.

— Потому что Янтарный сосуд очищения и красная тыква гораздо круче этого мусора.

— Я ничего не понял.

— Еще бы ты знал о сверхсекретном оружии, — хмыкнул Котоку.

— Ей, так не честно!

Но мужики, посмеиваясь, вели нас дальше.

— Итак, что я вижу?

Мы наконец-то пришли куда-то. В крайней комнате было на удивление пусто — всего два мегалитичных блока. Хорошо обточенные каменные параллелепипеды с каким-то орнаментом на одной из стенок.

— Только не говорите мне что это — плиты Риккудо, — вслух удивился я.

— Я всегда знал, что ты догадливый. Одна из этих плит давным-давно принадлежала Сенджу. Мы так до конца и не расшифровали ее. Ребята, будьте так добры, попробуйте прочесть.

— Прочесть что? — спросил Хоширама, — вот эту вот абстракцию? Да она больше похожа на клубок веток... или корней...

Он медленно подошел к плите и положил на нее руку.

— Ого, я понял, что тут написано!

— Читай! — приказал Котоку. Я с удивлением посмотрел на напряженных друзей, а затем перевел взгляд на Хошираму.

— Дети мои, — начал тот, — боги создали этот мир в равновесии. Жизнь — это бесконечный цикл смерти и рождения. Но был создан способ нарушить эту гармонию. Никогда не пользуйтесь им. Не используйте смертельные призывы! Это усилит то существо и оно поглотит этот мир.

— Даже так, — хмыкнул Удзи.

— И что эта ахинея значит? — нахмурившись спросил мой брат.

— Ты немного неправильно перевел, — с тенью улыбки на лице сказал Котоку, не смертельные призывы, а призывы смерти.

— И чо?

— А это, уж извини, секрет.

— Он имеет ввиду призыв Бога смерти, — сказал я, но дальнейшие слова застряли у меня в горле. По залу расходилась просто ощутимая, вязкая, удушающая жажда убийства. Я медленно скосил глаза на Узумаки и чуть не обделался. Вместо добродушных знакомых передо мной стояли будто выточенные из гранита атланты. Взгляд Удзи выворачивал мне душу наружу и заворачивал кишки в узел, а возле вытянутого в мою сторону пальца светилась просто переполненная чакрой сфера. Котоку стоял возле стены, положив на нее руку и черные рисунки по стенам, потолку и полу, как-то очень страшно стеклись нам с братом под ноги.

— Э. Ребята, — я не узнал свой голос — настолько жалким он был, — вы чего?

Моментально обстановка разрядилась. Ушло то убийственное давление, рисунки стали просто рисунками, а Удзи впитал свой шар. Даже светлее как-то стало.

— Извините ребята, — Удзи искренне поклонился в пояс нам, как и Котоку. Они выпрямились и переглянулись, — просто то, что ты сказал — государственная тайна Узушио. У нас просто за одно знание о ней убивают. Любого, — он подчеркнул это слова, — кроме членов высшей семьи Каге.

— Так что это за смертельный призыв? — подал голос Хоширама, — неужели оно стоит того, чтобы убивать своих?

— Поверь, братан, оно того стоит, — я выдохнул и потер лицо руками, — у этих гавриков есть особый артефакт — маска бога смерти.

— Давай лучше я, — мягко сказал Удзи, -, а то как-то дико слышать, как совершенно посторонний человек разглашает высший секрет моего государства другому постороннему.

— Ей, мы не посторонние! — воскликнул я.

— Извини, — он пожал плечами, — итак. Тобирама прав. У нас действительно есть такой артефакт и он действительно может то, что показано в аниме!

— Етижи-пасатижи, — я выдохнул, — да за такое действительно можно убивать. Даже целыми континентами.

Блондины уставились на меня и синхронно кивнули. А у меня по спине пробежался табун мурашек.

— Ей, алё! — помахал руками братишка, — я все равно не понимаю.

— В двух словах, — перебил уже открывшего рот Удзи я, — эта маска может применятся для поглощение чакры или же души противника, а так же позволяет воскресить ЛЮБОГО умершего человека, а в этом мире, если есть его ДНК, в абсолютно не убиваемом теле.

— Ик, — все, что сказал Хоширама, — ей, вы же меня не разыгрываете, правда?

Удзи покачал головой.

— Тогда какого рожна вы до сих пор не захватили весь мир? С толпой немертвых неуязвимых шиноби?

Котоку кивнул на мегалит, — сам подумай.

— Охренеть, — он взлохматил себе волосы.

— И, ребят, как вы понимаете, — глаза Удзи превратились в дула главного калибра линкора, — это строго между нами, лады?

Я закивал, как китайский болванчик. Еще бы мне не было понятно. Когда ТАКОЙ человек говорит подобное, то становится понятно, скажу хоть кому-то — и меня, возможно, и не найдут. ТАКИЕ тайны дороже дружбы даже со всем миром. Я прекрасно помнил, к чему привело массовое использование такой игрушки в каноне и за такое могущество не жалко убить... Да что там убить — хоть один подтвержденный слух о наличии такого козыря и против Узушио пойдут воевать все. Абсолютно все и до полного поражения. Потому, что это — не просто козырь, а, мать его, козырный джокер!

Удзи спокойно переводил взгляд с меня на брата и обратно.

— Ну, теперь-то понятно, почему ты с такой уверенностью предложил нам свой безумный план.

Обстановка окончательно разрядилась.

— У меня всегда есть запасные варианты. — Удзи улыбнулся, и чуть тише добавил, — но есть такие, которыми пользоваться не хочется. Кстати, раз уж мы затронули эту тему, скажу по секрету, что массовый подъем мертвецов не самый эффективный метод использования этой маски. Но это уже совсем секрет.

— Ну, окей, — протянул я, — вот только скажи, а почему Орочимару и Кабуто без проблем воскрешали без маски?

— Я нашел описание подобных техник у нас в архиве, — кивнул Котоку, — 'Нечестивое воскрешение', а именно так называется эта техника, — мало того, что без проблем отменяется одевшим маску, так еще и на карму плохо влияет.

— Хе-хе, хорошая шутка, — я натужно хохотнул.

— Я не шутил, — хмуро ответил Котоку.

— Ладно-ладно, — я замахал руками, — мы тут уже закончили? А то у меня, кажется, клаустрофобия началась. Да и мерещится всякое.

— Не обращай внимания, это защитные фуин. Я же не шутил, что не рискнул бы их взламывать. Идем отсюда.

*Тобирама Сенджу*

Мы уже поднимались по ступенькам, когда я решил поинтересоваться, — слушайте, ребята, а как вы вообще создали такое... такое... как маска?

— А мы и не создавали, — спокойно ответил Удзи.

— В смысле? Разве Мудрец был не из ваших?

— Нет, — ответил Удзи.

— Ну, не совсем так, — поправил Котоку. Удзи кинул на того нечитаемый взгляд, — Дело в том, что наше селение было создано через сто лет после победы над Джуби.

— Сто лет? И что же Риккудо делал до этого?

— Без понятия. Спроси что-то полегче, — махнул рукой Котоку.

— Полегче, говоришь? Тогда как работает Маска?

Котоку аж запнулся, — ну ты даешь, — он покачал головой, — да если бы я знал...

— Тю, я думал ты все знаешь.

— Ха, если бы, — грустно хохотнул Котоку.

Мы наконец-то вышли на поверхность.

— Ладно, ребята, у меня полно дел, — это Удзи откланялся. Котоку тоже попытался смыться, но я успел у него спросить.

— Погоди, Котоку, ты же главный по науке острова и, наверняка, один из лучших учёных этого мира... так как же ты не знаешь, как работает ваш главный козырь?

Мужчина вздохнул, — смею надеяться, что я — лучший ученый, — он улыбнулся, — но, к сожалению, по сути, я не знаю абсолютно ничего.

— В смысле? — я ошарашенно на него уставился, — у вас куча компов — сам видел — ты создал кучу новых техник, да и вообще!

Котоку покачал головой, — все гораздо сложнее, чем ты думаешь. Компьютеры? Ха! Да я гору золота отсыплю тому, кто сможет хотя бы открыть исходный код файлов системы.

— Так это не сложно, вроде, в простейшем текстовом редакторе...

Меня прервал смешок Котоку, — все файлы уже предварительно скомпилированы и, что самое паршивое, закодированы и сжаты. Так что там просто мешанина из символов. Плюс, у нас нет доступа к самому ядру.

— Тю. А как вы с ними работаете?

— А вот тут все просто. Берешь специальный компьютер — он же сервер, он же контроллер и просто, через разветвитель, подсоединяешь к нему камеры. Устройства сами автоматически распознаются и появляется менюшка с управлением. А вот там играйся как хочешь — вплоть до датчиков движения по изменению картинки.

— Ладно, фиг с ними, рано или поздно все-равно ломанете. Появится у вас свой Страуструп-Торвальдс и заживете. А по поводу остального что скажешь?

— Окей, — Котоку прищурившись посмотрел на меня и спросил, -, а скажи-ка мне, Тобирама, принц Сенджу, что такое чакра?

— М? — я несколько мгновений пялился на него, затем, вспомнив теорию ответил, — чакра — смесь Инь и Янь энергии. Создается в груди, в области солнечного сплетения. Позволяет использовать техники и является основным инструментом шиноби.

— Браво, — скептически бросил Котоку.

— Что? Все правильно.

— Действительно, все правильно...

— Но?

— ...но в твоих словах нету ответа на мой вопрос. Позволь привести пример. Чакра может использоваться, как энергия в мышцах, значительно усилия их. Научно доказано, что при подпитке чакрой мышцы могут обходится вообще без полезных элементов. В пределах разумного, конечно, но просто отметь, что чакра заменяет ряд микроэлементов, а так же каким-то образом замещает АТФ в митохондриях клетки.

— Ч...чего?

— У своего наставника спроси. Ты это, кстати, на биологии классе в десятом проходил. Только я в полтинник это помню, а ты в шесть — нет.

— Эй! — я попробовал возмутится, но Котоку продолжил.

— Именно это объясняет просто запредельную выносливость шиноби, которые потребляют гораздо больше энергии, чем дают продукты, даже в пищевом эквиваленте. А так же то, что даже мелкий генин может пробыть минут семь без воздуха.

— Теперь возьмем усиление организма и внешние эффекты. Та же чакра, при подачи в органы чувств сильно улучшает их работу, что ну никак не связано с клетками. Расширяет, я бы сказал, далеко за пределы возможностей человека, как и в четкости восприятия, так и в недоступные диапазон инфразвука и ультразвука. То-есть, либо меняет саму структуру органов чувств, либо улучшает передачу информации. Лично я верю именно в последний вариант.

— Дальше. При подачи этой чакры в мышцы особым образом, она сильно повышает ударопрочность организма. Это может быть связано со следующим эффектом — чакра идеальный клей 'момент'. Пока идет подпитка она намертво склеивает любой материал к любому на любую глубину.

— То-есть, чакра у нас и полезные элементы и сверх крутой проводник нейронов и супер-клей. Идём дальше. Стихийные превращения. Как ты знаешь, шиноби могут создавать материю своих элементов из 'ничего'. Говоря проще, они могут выплюнуть хоть водоем. В общем, мы провели анализы таких созданных вещей. Вода — чистая вода без примесей, воздух — стандартная смесь из газов для нашей атмосферы. Огонь — по данным спектрального анализа — перегретый воздух. В плазму перегретый.

— Дальше интересней. Стоит шиноби, например, вдохнуть гелия, то выдохнет он именно облако гелия. Улавливаешь? Чакра создает материю из себя! Любую материю. В одном эксперименте мы довели одного шиноби до чакроистощения, а затем передали ему чакру шиноби с другой стихией. Ты знаешь, не смотря на чудовищный коэффициент, но первый шиноби смог ею воспользоваться. То-есть, чакра может принимать любой материальный вид. Например, смотри.

Котоку вытянул руку и начала сосредотачивать в ладони просто чудовищное количество чакры. Через мгновение у него в руке стал расти черный шип. Когда шип достиг длинны пары ладоней, Котоку продемонстрировал мне его.

— Оружие из чакры. По характеристикам превосходит все созданное нашими оруженийниками. Почти тоже самое, что делал Пейн. А теперь вспомни, что я говорил до этого и ответь на вопрос. Что такое чакра?

— Ого... — только и смог выдавить я.

— Ага, — кивнул мрачный Котоку, — и даже то с чем я работаю. Например, смотри, — он прислонил руку к стене и от нее разошлись линии символов, образовав круг с шестью лучиками вокруг ладони. Мгновением позже, печать издала громкое 'пуф', выпустила облако дыма и исчезла, — а теперь смотри внимательней, — Котоку сложил несколько печатей и снова коснулся стены. От руки разошелся такой же рисунок и так же пыхнул дымом.

— И что? — я недоуменно посмотрел на Котоку.

— А то, что некоторая последовательность ручных печатей какого-то рожна создает фуин, при всем при том, что работает исключительно с внутренней энергетикой. И в случае отклонения хоть в одну печать, то фуин призыва вообще не создается, — он махнул рукой, — та даже то, что я создал... Например, полет Бога грома. Если удастся обойтись без якоря, то это — в его руке оказался знакомый кунай — готовый гиперпространственный двигатель. Даже сейчас, если его доставить на луну, мы без проблем сможем обеспечить двухстороннюю связь — чакры тратится просто мизер.

— Ну что, загрузил я тебя?

Я кивнул.

— Тогда давай, у нас реально много дел — большую вы бучу подняли с этими призывами.

— В смысл...

Котоку меня не дослушал и с легким 'пуф' развеялся.

'Теневой клон! А когда эта падла успела подменится?'

Сбоку послышался тяжелый вздох. Я повернулся к Хашираме, про которого успел забыть и покачал головой.

— Есть много вещей, друг Гораций, что и не снились нашим мудрецам, — продекламировал тот и совсем непафостно добавил, — или как-то так. Идём, Тобирама, сегодня в школе нам обещали кое-что интересное.

*Учиха Мадара*

Глобальный замес шиноби — что может быть интересней? Ну, когда ты в нем не участвуешь, конечно. Хотя-я, тут уже на любителя. Сегодня был первый 'серьезный' день и весь наш поток пришел в школу, собственно, в форме. В форме гвардейцев. Перед началом занятий нам раздали маски и мы снова автоматически поделились на группы. Как оказалось, сюрпризы не закончились — сегодня нам, зеленым новичкам, продемонстрируют чего мы сможем достичь на пути убийства ближнего своего. Как оказалось, у джонинов сегодня зачёт — сражение малых групп. И нас пригласили посмотреть.

Судя по всему, сейчас чуть в стороне от нас выстроился весь поток джонинов — сорок абсолютно идентичных человек. Даже маски и те без рисунка. Внезапно, каждый второй сделал шаг вперед и две образованных команды разошлись в разные стороны.

— В каждой команде есть командир из Нара, — подал голос наш учитель — некто Ворон.

— Сенсей, а почему у них безликие маски? — спросил я.

— Сейчас поймешь, — я почувствовал, как Ворон покосился на меня, — сейчас Нара назначат командиров из своей группы, сформируют команды и объяснят стратегию.

Дальнейшее ожидание прошло в молчании. Только через минут пять учитель вновь заговорил.

— Вот та команда в белом, — недалеко от команд появилась еще одна, видимо, в зимнем камуфляже, — это спасатели. Их задача — выдернуть пострадавших из боя. В нее входят знать Узумаки и асы Намикадзе. У них на связи очень много наблюдателей со всех ракурсов, включая небо, — над нами как раз пролетела эскадрилья 'соколов' и зависла метрах в тридцати над полигоном.

Где-то через минут пять шиноби выстроились в линию друг перед другом и поклонились. Отошли чуть назад, перемешавшись. И НАЧАЛОСЬ! От 'левых' мгновенно понеслись техники: две струи воды, шар огня и что-то воздушное, раздувшее шар огня в огромный огненный вал.

Со стороны правых большинство ломанулись на сближение. Благодаря активированному шарингану, я видел, как обе стороны старательно засеивают поле знакомыми трехлепестковыми кунаями. Вот авангард 'правых' нырнул в вал огня, на секунду закрутив 'кайтен' вокруг себя. Вслед за ними нырнуло несколько бойцов противника. Полигон наполнился золотыми вспышками — это обе команды начали телепортироватся. Тут даже шаринган не помог — я вглядывался до рези в глазах, но видел только отдельные сцены: вот один шиноби касается земли и от него в сторону начинает расти лес пик, которые разбиваются об барьер. Правда, это не спасает цель — атакующий перемещается телепортом тому за спину и успевает атаковать прежде, чем тот обернется, но его буквально сносит столбом воды. Следующая сцена — очевидно Нара держит тенями пятерых шиноби. Было видно, что ему это дается с большим трудом — печать концентрации, сложенная обеими руками аж ходила ходуном. Спустя мгновение он не выдержал и шиноби ринулись к бойцу.

От удивления, у меня глаза полезли на лоб. Этот Нара как-то странно мигнул, а затем буквально ввинтился в атакующих, активно создавая контактные барьеры, а затем — закрутил кайтен!

— Вот видишь зачем нужны безликие маски, — обратился ко мне Ворон.

— Как... что происходит? — чуть ли не жалобно спросила Богомол, у которой от вида Нара исполняющего кайтен нехило так рвало шаблон.

— Мгновенный обмен Бога грома, — прокомментировал технику Ворон. А я заметил, как псевдо-Нара опять мигнул и снова поймал в тень следующую жертву.

— Вот почему у них одинаковые маски, — кивнул я, — чтобы не было заметно подмены Нара на Хьюгу. — Ворон кивнул.

Продолжая пристально наблюдать за боем, я понял, что совершенно не вижу движение спасателей — вот они сидят, а вот уже держат очередного пострадавшего. Офигев про себя от таких возможностей, я сосредоточился на бое. Вот тот самый Нара (ха, мне бы в наперстки играть с такой наблюдательностью), попал в тяжелую ситуацию — его зажали сильные противники и он молниеносно кинул кунай в небо. Как оказалось, сверху он успел поменяться с кем-то местами и этот кто-то зажег. И еще как! Раскинув руки, как при попытке обнять кого-то размером с медведя, этот шиноби выпустил из себя штук десять цепей черного цвета, которые на невообразимой скорости устремились к противникам, под ним. Большинство успели увернутся и ограничились царапинами, а вот некоторых пробило, буквально, насквозь. В ход шли техники все серьезней и серьезней, видимо, остались самые крутые. Желтой молнией носились Намикадзе. Вспышки от их порталов и искры от кунаев были по всему полигону. Не отвлекаясь на них, двое Узумаки ожесточенно заливали техниками барьер третьего и еще четверо сошлись в рукопашке. Вдруг один из Узумаки напал на своего сокомандника, а держащий барьер кинул что-то убийственное в толпу рукопашников. Итого, пятьдесят пять секунд хватило этой толпе, чтобы самоуничтожится. 'В живых' у победителей остались четверо — Намикадзе, Узумаки, похоже, Хьюга и девушка с золотыми волосами — она сняла маску и подшлемник и повисла на одном из парней. Видимо, Яманака. И, похоже, это именно она подчинила себе противника. Она притворилась, что упала и поймала момент, чтобы использовать какую-то технику. Командиры Нара 'погибли'. Что ж, впечатляет. Даже очень. Хотя бы потому, что даже слабейший из них раскатает весь наш зеленый поток даже не почесавшись.

Прода 31

*Тобирама Сенджу*

— Да биджу тебя раздери, — зло прошептал я, сверля глазами очередного моего сегодняшнего противника.

-Что, не выходит? — тихо спросил меня сидящий рядом Мадара.

— Да капец какой-то, — в отчаянии я закрыл лицо руками. Сегодняшними моими врагами были сложения и вычитания двухзначных чисел. Убрав руки от лица, я посмотрел на Мадару, — ты представляешь, буквально недавно я с переменным успехом решал дифуры, а тут от ста отнять не могу. Отстой, — с силой потерев лоб, я легонько стукнул по нему, — думай, голова, шапку куплю.

Немного помолчали, а затем я сломал карандаш, — Да это ж*па какая-то... с ушами. Слушай, а ведь Удзи и Котоку вообще в грудничков попали, им-то как было?

— Говорят, хуже некуда, — подал голос Хоширама, сидящий сзади, — они в первое время даже ходить не могли, а соображали вообще с трудом.

— Пс, Мадара, — тихо позвал брюнета Хоширама.

— Оу?

— Давай в бойцов сыграем?

Учиха прищурился, — а давай.

Они достали из печатей маленькие фигурки, очень похожие на детские игрушки, чьими движениями руководит кукловод за ниточки. Собственно, именно такими они были. Парни сконцентрировались и выпустили еле видные нити чакры. Прикрепив их к марионеткам, ребята начали сражение.

К слову, это одно из самых эффективных упражнений на контроль, преподается в младшей академии. Там детей учат сначала создавать такие нити, а потом устраивать вот такие вот спарринги марионеток. Конечно, до бойцов Красных песков никто и близко не дорастет — все-таки тут нужны специальные тренировки и талант. Даже вот такой вот марионеткой из пяти частей уже проблематично управлять, а в боевой марионетке песчаников насчитывается до пятидесяти подвижных частей, включая скрытое вооружение. А бойцы будущей Сунагакуре могут руководить одновременно минимум пятью такими.

Естественно, для Узумаки не хватает контроля даже на одну нить, поэтому эту технику они учат только на чунина, и то нить у них получается толщиной в хороший канат. Марионеткой таким управлять не получится, а вот прикрепить к зданию и летать, как человек-паук, вызывая зависть у всех остальных — запросто. Эта техника не только развивает контроль и позволяет развлечь молодежь, но имеет и боевое применение — эти нити прекрасно цепляются за невоодушевлённую материю, позволяя очень шустро маневрировать, а так же к разрешившим это соратникам, давая возможность буквально выдернуть их из-под удара.

Через некоторое время парням надоело играть и они заскучали. Я уныло вздохнул, — ребят, может, ну это все в баню, а? Рано или поздно мозги прокачаются и так.

— М? — оторвал взгляд от тетради Изуна и обернулся ко мне, — кто-то предлагает свалить? Я — за.

— Отлично, — я потер ладони, — го?

— А давай, — махнул рукой Мадара.

Мгновением позже в классе взорвалось три дымовых шашки и трудно различимые силуэты понеслись к окнам.

— Аха-ха-аха-а, — взахлеб смеялся Изуна, прыгая с крыши на крышу.

— Твою-то мать, — сквозь зубы ругался я, выковыривая из плеча настоящий кунай, — учителя тут просто монстры какие-то.

— Ну что, куда идём? — спросил Хоширама.

— Предлагаю на речку, — послышался знакомый голос. Я обернулся и расплылся в улыбке — нас догоняла оставшаяся часть группы, во главе с ухмыляющимся Акио.

*ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ*

Я стоял в полном обмундировании на крыше здания и вглядывался в рассветное солнце. До конца смены было еще больше трех часов. Я и мои подчинённые, Сокол и Щука, были на очередной миссии патруля. Смысла патрулировать самое защищенное место в мире я не видел, но приказ есть приказ. После того, как мы сдали на генинов, нас загребли в местную армию, невзирая на принадлежность к чужому клану. Мы, в общем-то, были не против. Да, много воды утекло с тех пор. Вздохнув, я подал сигнал о выдвижении и группа, сорвавшись с места, исчезла в предрассветных сумерках.


* * *

— Вух, как же я зае... кхм... устал, — громко сказал я, входя в бар. За нашим любимым столиком уже сидела вся наша компания, как и я, в полной боевой, только маски висят на спинках стула, да Мадарин веер к стене прислонен.

— Йо, страдалец, — поднял руку в знак приветствия Хоширама, — как оно?

— Да потихоньку, — и уже в сторону барменши, — Хи-тян, будь добра, пинту светлого мне и пожевать чего, я голодный, как биджу!

Грузно сев на свободное место и пожал руки всем трем парням. Сняв маску, я по примеру парней, повесил ее на спинку стула, где был специальный крючок для этого.

— Пиво с самого утра? Да ты алкаш, я смотрю, — улыбнулся Мадара

— Сказал явный трезвенник, — скептически покосился я на три пустых бокала перед Учихой.

— А что могу сделать, если оно, вкусное и, блин, вообще не вставляет.

— Да, от бытия шиноби есть и свои минусы, — ухмыльнулся непьющий Хоширама.

— Ага, зато мочегонное преотличнейшее.

— Ой, — я возмутился, — нормальное у меня пиво. Мочегонное ему... Не нравится, не пей!

За легким разговором я дождался своего заказа и приступил к его немедленному уничтожению.

— Я все равно не понимаю, как твой бар до сих пор не закрылся, — улыбнулся Хоширама.

— Не мой, а наш с Мадарой, это раз, а во вторых, толковый маркетинг и менеджмент, мой друг, ничего особенного...

Я прервался на середине разговора от входящего звонка. Достав деревянную 'мобилу', я увидел знакомый размашистый почерк.

— Кто это? — поинтересовался Мадара.

— Это Изуна, — обрадовался я и взял трубку.

— Здорово, чертяка! — поздоровался я в трубку, — что уже возвращаешься? Зашибись! Столько лет тебя не видел. Что, выходить встречать? Лады, скоро будем.

И повернувшись к навострившим уши товарищам, — ребят, Изуна возвращается, он уже на той стороне пролива.

Все звуки в баре заглушило громогласное 'УРА'. Опытные шиноби за мгновение оделись, проверили экипировку, допили пиво и буквально испарились. Я выскочил во двор, подпрыгнул в специальной технике метания куная, раскрутился и выстрелил трехлепестковым где-то под сорок градусов. Кунай знакомо преодолел звуковой барьер с характерным звуковым ударом. Отсчитав необходимые мгновения, я перенесся высоко в небо. Весь остров был как на ладони, а на горизонте виднелось побережье материка. Острые глаза выхватили место назначения и туда унесся кунай.

Выйдя из золотой вспышки на мостовой, я слегка поморщился. Мало того, что Мадара меня вновь опередил, так еще и сверхзвуковым кунаем я неплохо набережную разворотил.

— Снова хулиганишь, — усмехнулся Учиха, в его красных глазах из-под маски я увидел смешинку.

— Пфф, — я пренебрежительно хмыкнул и легко топнул ногой. Поврежденная мостовая шустро восстановилась, а затем покрылась защитным фуин.

Оценив результат работы, я посмотрел в сторону океана.

— Он идет, — вдруг сказал Мадара.

— Да, где? — переспросил я.

— Вон там, — он ткнул пальцем куда-то в горизонт.

Спустя мгновение я додумался перестроить схему сигналов моего мозга и действительно увидел приближающуюся фигуру.

— Силён, — покачал головой Хоширама, — наложить иллюзию за полтора километра — это многого стоит.

Мы молча стояли и смотрели, как по воде идет наш друг. Здорово его видеть после больше трех лет разлуки.

Прода 32

*Тобирама Сенджу*

Я вглядывался в силуэт моего друга и пытался узнать того паренька, которым он был три года назад. Безрезультатно. Высокий брюнет с завязанными в косу волосами ничуть не походил на того растрепанного пацана. Черные ботинки по колено, штаны, полностью покрытые запечатывающими печатями, точно такая же рубашка и длинный дорожный плащ. Прикинув количество печатей, на вскидку, можно сказать, что Изуна нес на себе целый арсенал. Новая походка, странные устройства на руках и отблескивающий красным шаринган.

Что-то в его силуэте показалось мне странным.

— Здравствуй, брат, — повернув голову в сторону сказал Мадара.

Силуэт на горизонте пропал, зато появился рядом с нами.

— Твой шаринган как всегда на высоте, брат, — широко улыбнулся Изуна. Он сделал пару шагов по воде и забрался на набережную. Учихи обнялись и похлопали друг-друга по спине.

— Классный веер, — он обвел взглядом боевое оружие Учихи старшего, — мошкара достала? — он улыбнулся и повернулся ко мне.

— Ну и рожа у тебя, — хохотнул Изуна вместо приветствия. За последнее время я действительно сильно изменился. Волосы полностью стали седыми, а кожа болезненно белой. На фоне 'аристократической' белизны ярко выделялись красные полоски и ярко-красные глаза.

— Почти Учиха, — он еще шире улыбнулся, — иди сюда, 'братан', — мы крепко обнялись.

— Нет, ну правда, — он отстранился, — издалека — вылитый шаринган. От тебя еще в деревне не шарахаются?

На набережной грянул дружный хохот.

— Ой, да хватит вам уже напоминать, — набычился я.

— Что, было уже, да?

— Ага, ха-ха, потом расскажем, — хмыкнул Мадара.

— Ну и ты, старший из лесных братьев, — Изуна повернулся к Хошираме, — рад тебя видеть.

— А где Акио? — немного разочарованно спросил парень.

— У него дежурство, скоро будет.

— А, ну ладно, куда теперь? — поинтересовался Учиха младший.

— Давай к нам в паб, — предложил Мадара.

— К вам куда? — ошарашенно вытаращился на него Изуна, а затем прищурился, — что-то вы мне про это не писали.

— Это секретная информация деревни, — явно кого-то пародируя прогундосил Хоширама. Компания рассмеялась.

— Вот же черти, — восхитился Изуна, — давайте тогда ведите в свой бар. Надеюсь там что-то кроме саке и сливового вина найдется?

— Тебе же, вроде нравилось саке, неужто палёнки напился? — удивился я.

— Ага, конечно, — хмыкнул Изуна, — чтоб ты знал, на территории будущих стран 'Звука' и 'Горячих источников' гонят лучшее бухло, почти не уступающее Нара... — но тут же сдулся, — вот только пить сугубо это мне осточертело. Идём, покажите мне вашу забегаловку!

— Ой!

По пути Изуна, естественно не затыкался.

— Вы даже себе не представляете каково жить у этих звуковиков! — сокрушался он, — мало того, что они слышат даже как ты ворочаешься на футоне, так хрен бы с этим — поставил звукопоглощающий барьер, та не-е — у них прямо какой-то культ тишины. Чем меньше скажешь — тем лучше. Меня за эти три года просто разрывает, — он сжал кулаки, — так что и не надейтесь, что я быстро заткнусь.

Раздался разноголосый стон — Изуна хоть и не был самым разговорчивым в нашей компании (этот сомнительный титул остается за мной), но иногда его заносит.

— Оно того хоть стоило? — поинтересовался Хоширама.

— Да, зацените, — он как-то протяжно-переливчасто свистнул и 'пол кинулся на меня, как кобра'. Поднявшись с земли, я потряс головой и попытался понять, что он сделал.

— Ты что, на внутреннее ухо воздействовал?

— Ага, — он самодовольно улыбнулся, — это простейший трюк.

— Ага, и до этого подобное считалось невозможным, — уныло потер подбородок я — снова предстояла целая куча исследований.

— А чакрой действительно воздействовать невозможно, а вот чакро-модулированными звуковыми волнами — запросто.

Я выругался, а Хоширама рассмеялся.

— Кажется, кому-то снова предстоит месяц безвылазно сидеть в лаборатории.

— Это он про что? — поинтересовался Изуна.

— Это он намекает на то, что я — глава медицинского корпуса Узушиогакуре.

— Фигасе, таки поставили? Раньше дело дальше разговоров не шло.

— Как видишь, — я вздохнул, — хоть подчиненные вменяемые.

— Погодь, тебе же всего семнадцать! Какие подчиненные?

— Скоро восемнадцать, — буркнул я, — и, чтоб ты знал, я лучший медик на этом проклятом острове, так что все заслуженно.

— Ага, через пол года только, — хмыкнул Изуна, — ладно, с этим мальчиком-со-связями все понятно, а вы, простые парни?

— Я — начальник местной полиции, патрулей и прочей рутины. Так же главный советник при отсутствующем министре войны. То-есть, по сути, и.о. главнокомандующего всех вооружённых сил Водоворота.

— Ох ты ж... В задницу мне биджу... Ну хоть ты, Хоширама, что скажешь?

— Ну, — он улыбнулся, — я поскромнее буду, — министр энергетики этого захолустья. Благодаря моим способностям, — на руке у него буквально проросло дерево, — я могу аккумулировать природную чакру, тем самым могу обеспечивать все городские нужды чакрой. Так что построил пару вот таких 'электростанций' и с нуля изобрел всю инфраструктуру для подобного способа добычи. Ну и в нагрузку мне навесили вообще всю электро-лабуду.

— Ну, все равно здорово...

— Плюс, — он спокойно продолжил, — я считаюсь одним из сильнейших бойцов Узушио и являюсь военачальником в звании полковника...

Изуна издал звук, напоминающий сдувающийся шарик.

— Ну а ты?

— А я... а я овладел звуковыми иллюзиями, иллюзиями на основе огня, ну, и так, по мелочи.

— Не парся, — Мадара хлопнул брата по плечу, — Удзи подготовил тебе знатную подляну, будешь не хуже нас.

Парни переглянулись и злорадно заулыбались.

— Эй! Эй, ребята, хоть расскажите, что. Ну народ, мне же интересно!

Прода 33-35

*Изуна Учиха*

— Как же хорошо вернуться в цивилизацию! — с восторгом выдохнул я, когда мы зашли в город, — наконец то нормально заасфальтированные улицы, дома выше второго этажа и с нормальными окнами. Люблю тебя, Узушио!

Ребята переглянулись и хмыкнули.

— Кстати, на тему цивилизации...

— М?

— Тебе стоит привести себя в порядок...

— Ух, ками, точно!


* * *

Мы ненадолго завернули в замок, где я поздоровался с местными и принял ванну. Нет, не так. ВАН-НУ, наконец-то! А дальше мы все же пошли в тот паб, про который говорил Тобирама. Сам город за эти три года вообще не изменился все те же широкие улицы, та же бродящая красноволосая толпа, все те же размытые тени носятся по крышам. Правда, теперь я мог без труда разглядеть вплоть до мельчайших деталей таких вот торопыжек.

Само заведение навеяло на меня ностальгию — именно так в прошлой жизни оформляли заведения подобного рода — аляповато выглядящие постеры, музыкальные инструменты, какая-то утварь прибитые к стенам. Антураж немного портили люди 'в полной боевой' при оружии сидящие за столами.

— Здорово, — признался я.

— А то, — самодовольно хмыкнул Тобирама, — у нас таких уже сеть — один тут, и два еще в стране Огня и Молнии. Еще один строится в стране Ветра.

— И откуда такая хватка? — поинтересовался я в потолок.

— Дорогая, — Мадара обратился к бармену, — нам для компании — мы надолго, и, будь добра, меню нашему другу.

Бармен кивнула и откуда-то из-за декорации появилась официантка уже с подносом с пивом и легкой закусью.

— Горячее скоро будет, — обворожительно улыбнулась она, сервируя стол.

— Пресвятые ками, — выдохнул я, глядя на пиво. Все-таки почему-то в Странах не увлекаются подобными напитками.

Пока я был занят поглощением пенного напитка, Тобирама распинался про свой бизнес.

— Запечатывающие печати, скажу я тебе — мечта любого ресторатора. Продукты не портятся, жрать не просят, и спокойно дожидаются своего часа. Можно сразу и по порциям разделять. Видал, как быстро стол накрыли?

Я сделал последний глоток и поинтересовался у ребят, — он всегда так заводится, когда речь заходит о баре?

Парни скривились, а Мадара доверительно ответил, — все уши прожужжал, честное слово. Несмотря на то, что я — соучредитель, он все равно мне все это рассказывает.

Я улыбнулся — Тобирама, он такой. Хрен заткнешь.

— Ну, не хотите слушать про бар, так и скажите, — обиделся альбинос.

— Не хотим, — кивнул Хоширама.

— Ну тогда давай поговорим про тебя, — абсолютно спокойно поменял тему Сенджу младший и ткнул в меня пальцем.

— Меня?

— Ну да, не виделись туеву хучу времени. Рассказывай!

Сделав заказ, я начал 'повествование'.

— Сами знаете, четыре года назад я освоил все иллюзии, которые смог мне показать Исами, — и заметив непонимающий взгляд Тобирамы, — наш учитель иллюзии. Как ты можешь забывать такие простые вещи?

— А ты у него спроси, что на складе мед. Центра лежит, сразу поймешь чем у него голова забита, — хохотнул Мадара.

— В общем, для практики меня направили на боевые миссии, как раз под началом Мадары.

— Ага, помню, было дело.

— В общем, делать в Узушио мне было, в принципе, нечего, так что я уломал Удзи на дополнительные занятия.

— И он отправил тебя к звуковикам? С какого рожна?

— Ну, во первых, у них действительно интересные техники, а во-вторых они очень гордые, чтобы ехать сами куда-то.

— Вдобавок, — кивнул Хоширама, — засылает посла и шпиона. Гениально.

— И что, звуковики вот так просто учили Учих? У вас же вечная контра с ними, нет? — поинтересовался Хоширама.

— А вот это и было задание Удзи, — я ухмыльнулся, — никто из будущего Звука так и не понял, что я — Учиха.

— С активированным шаринганом-то? — усомнился Тобирама.

— Смотри, — я взглянул ему в глаза и подсадил 'осколочного иллюзорного клона'. Я уже понял, что этот альбинос просто невообразимо контролирует свою внутреннюю энергию, раз может менять направление тока чакры в голове без вреда для себя. Вот только как чакру не меняй, органы чувств все-равно большей частью на физическом плане, поэтому пока Тобирама будет гонять почти неуловимого (и, к сожалению, почти бесполезного) клона по голове, три вещественных иллюзии на чакре, на огне и на преломлении воздуха будут немного изменять окружающее пространство — равно настолько, чтобы все видели у меня простые темно-коричневые глаза.

— Ты очень сильно продвинулся в иллюзиях, брат, — покачал головой Мадара.

Естественно, эти иллюзии ни разу не подействовали на Мадару. Несмотря на то, что он откровенно плюет с большой колокольни на школу иллюзий, несколько трюков он знает и, что самое главное, у него невообразимо сильный шаринган — так что все мои иллюзии он видит насквозь. В бою против такого противника помогут только грубые, но многочисленные иллюзии, уже хочу с ним смахнутся, ведь я тоже не лыком шит. Я аж воспылал!

— И хочешь сказать, что ты три года прожил под маской? — поинтересовался Хоширама.

— Ну да, для меня это достаточно просто, — я пожал плечами, — сами знаете.

— О да, — хихикнул Тобирама, — ребята из театра знатно обиделись, когда ты ушел оттуда.

— Ага-а, — протянул я, вспоминая, — они мне главную роль предлагали. Сыграть самого Мудреца Шести путей.

— Кстати, напомни, а чего ты ушел? — поинтересовался Мадара, у которого актерских способностей не было от слова вообще.

— Так это была тренировка лицедейства, ничего больше. Меня гораздо больше прет притворятся всерьез. Например, в Звуке я просто тащился от этой игры. Но, признаюсь, это здорово утомляет.

Ребята в который раз переглянулись, — Удзи не ошибся в выборе.

— Ну народ, поделитесь! Мне же интересно! — но парни только весело скалились.

К сожалению влезть в мозги и считать необходимое, как я привык, не получится — Яманака что-то такое накрутили, что к долговременной памяти вообще доступа нет. Если понадобится, я, думаю, смогу сломать, но вот за состояния пациента я не ручаюсь. Если парни не расскажут до вечера, попробую пробиться к ним в сон. Ничего сложного, кстати, там нету.

— Изуна! — раздался знакомый голос от выхода.

Я контролировал окружающее пространство через отражения в металлических предметах, так что появление еще одного шиноби новостью для меня не стало.

— Акио! — я вскочил со стула и бросился к нему.

— А ты подрос! — заметил блондин.

— А ты подкачался, — я улыбнулся.

Одет возмужавший Намикадзе был в стандартные легкие латы Узушио и в маске какого-то демона.

— Хи-тян, мне, пожалуйста, как обычно, — крикнул он барменше. И уже мне, — добро пожаловать домой.

— Я дома, — немного смутившись, ответил я.

*Изуна Учиха*

Мы вернулись за стол и нам принесли горячее. Удзи серьезно поработал над расширением местной кухни. Так что помимо стандартного барбекю с рисом и овощами, можно было навернуть хоть тарелку пюрехи с луком, хоть борщ, хоть пельмени. Вопреки общественному мнению, китайцы едят не только суши и их производные, но, к сожалению, на территории будущего Звука таких кулинарных изысков не было, а я не силен в готовке. Так что передо мной стояла горка ароматной еды, на которую ребята косились с заметным скепсисом.

— Ну а вы? Чем сейчас занимаетесь? — утолив первый голод поинтересовался я. Кстати, меня никто не отвлекал, пока я не отвлекся.

— Ну, сложно сказать, — почесал подбородок Мадара, — у каждого свой круг обязанностей, а так же круг общения. — Он пожал плечами, — я, например, целыми днями пропадаю в штабе полиции, иногда выхожу на смотры войск, иногда на патрули, — окружающие на это хмыкнули. Видать, не часто Мадара этим занимается.

— А еще он планирует жениться, — радостно сдал Учиху Тобирама.

От новости я подавился пивом и фонтаном выдохнул на пол.

— Ну, до этого пока далековато, — спокойно ответил чуть покрасневший Мадара.

— Ну и ну. И кто она?

— Никогда не догадаешься, — с блеском в глазах продолжал Тобирама, — Йори Узумаки!

Я нахмурился, перебирая в памяти имена и пытаясь вспомнить кто это такая. Тобирама, слегка расстроился и решил подсказать.

— Баба-молот.

На этот единственное, что меня выдало, был дернувшийся глаз. Спокойно хлебнув пива, я спросил, — и как она?

— Суровая, — мечтательно улыбнулся Мадара.

— Все с ним ясно, — я покачал головой, — ну а вы парни?

— Я в госпитале кручусь, — развел руками Тобирама, — так же являюсь ректором академии медиков. Так что особо интересного рассказать нечего.

— Тоже самое, — Хоширама поднял руки, будто защищаясь от меня. И тут же хитро улыбнулся, — но у нас есть кое-что для тебя.

Все четверо друзей очень хитро улыбнулись.

— Ну? — я немного напрягся.

— Как ты знаешь, — подал голос Акио, — мы сейчас заканчиваем академию джонинов.

— Мда? А я думал, что вы уже.

— Не-е, — блондин покачал головой, — осталась одна мелочь — выпускной экзамен.

— Ну? — что-то мне это не нравится.

Акио еще противней улыбнулся, — а то, что номинально ты тоже с нами учишься.

— Иди ты, — вырвалось у меня.

— Ага, и завтра у тебя выпускной экзамен, — народ окончательно расплылся улыбках.

Сначала накатила паника — ведь экзамен на джонина почему-то считался самым сложным за весь период обучения. Хотелось куда-то бежать, что-то делать. Очень знакомое чувство. Когда объявляют расписание сессии и самый паршивый предмет стоит первым. И, как обычно, паника тут же прошла и я спокойно поинтересовался, — и в чем же суть экзамена, или это секрет? — на этот раз ни один мускул не дернулся.

Тобирама с кислым лицом ответил, — да никакого секрета тут нет. Сначала сражение между выпускниками в виде турнира, а затем — индивидуальный спарринг с Каге.

— С Удзи? — я осклабился, — наконец-то я с ним смахнусь.

Этот беловолосый хмырь вечно уклонялся от спаррингов и я так ни разу не смог его даже в иллюзию погрузить.

— К твоему сведению, — поднял палец Хоширама, — его еще никто не победил.

— А и не рассчитываю на это, — я пожал плечами, — по крайней мере с этими глазами, — я постучал по виску.

Стол на мгновение погрузился в молчание.

— Да, это имеет смысл, — кивнул Мадара.

— И это все, что вы мне хотели сказать, я разочарован, — демонстративно отпиваю пиво, кося взглядом на друзей.

— Это еще не все. Завтра же тебе предстоит пройти собеседование на должность начальника спецопераций и разведки.

— Кха-ха-кха.

*Изуна Учиха. Утро следующего дня*

В общем, несмотря на всю сопротивляемость шиноби, вчера мы надрались как свиньи. К нам подтянулись наши друзья и мы устроили грандиозную попойку в честь моего приезда. К вечеру подошла и правящая чета, которая не дождалась меня в замке и веселье утроило обороты. Кстати, не знаю с чем это связано, но шиноби выживет даже от таких ядов, которые запросто убьют обычного человека, а вот пьют ниндзя на уровне неслабых алкоголиков прошлого мира и то не все. То ли расовая непредрасположенность к алкоголю, то ли еще что. В общем, ночью я уже спал в тарелке.

А вот дальше уже вступил в работу организм шиноби, как оказалось, наголову превосходящий организм обычного человека. Четыре часа мне хватило на то, чтобы выспаться и полностью протрезветь. Стимуляция системы циркуляции чакры убрала застоявшуюся энергию тела инь в районе первой чакры (алкоголь некисло так стимулирует две последние вещи), что убрало энергетическую составляющую похмелья, а затем тело само вывело токсины... естественным путем. В итоге — рассвет, а я уже как огурчик. И голодный, как волк.

Смолотив завтрак, который по размерам может считаться плотным обедом, я растолкал моих друзей и захватив непьющего Хошираму, мы всей толпой пошли на полигон — размяться перед выпускным.

*Спустя пять часов*

Солнце уже почти в зените, последствия ночи уже давно прошли, а мы с парнями успели качественно размяться, разогреть все мышцы и припереться к первому полигону нашего Каге-батюшки. На месте уже топталось половина нашего выпуска (это, к слову, всего пятнадцать человек все из числа молодежи. Все взрослые шиноби за эти двадцать лет, пока существует институт джонинов уже успели сдать аттестацию). Итак, мы на полигоне, время до начала — еще пол часа, можно и узнать 'что сдаем'.

Поприветствовав присутствующих я поинтересовался у друзей, — Какая программа на сегодня?

Кое-кто хмыкнул, кто-то покосился на меня, а у Тобирамы улыбка разъехалась от уха до уха, — видно настоящего студента — спрашивает, что за экзамен за пол часа до начала, хе-хе. А, если серьезно, — он собрался, — сначала мы деремся друг с другом, затем индивидуальные спарринги с Удзи.

Тут я заметил, что он нервничает, хотя и удивительно тщательно скрывает. Исподтишка оглянувшись (создав иллюзию зеркала, видную только мне), я понял, что все на взводе, хотя спарринги между учениками — вещь более, чем обыденная. Еще в бытность мою чуунином я успел передраться на тренировочных спаррингах со всем курсом раза три. Значит, дело в бое с Удзи. Тю. Не поубивает же он нас. Хотя, испугать таких людей, как шиноби, непросто. Ведь они все уже джонины, а, значит, были в корпусе экспедиторов и, наверняка, убивали. Что-то тут нечисто, испугать убийц каким-то спаррингом? Ладно, пляшем.

Помню свою практику после академии чуунинов. Тогда на наш отряд численностью в десять рыл под командованием Мадары напали какие-то отморозки из страны Огня. У них была препаршивейшая способность выделять крайне токсичный яд буквально всей поверхностью тела. Этот яд, как кислота, разъедал даже 'супер-пупер-пердупер' прочные латы Узушио, так что пришлось контактным бойцам отступать на среднюю дистанцию и расчехлять арсенал фуин. Тогда мы с братом отличились. Я, как представитель самой быстрой касты воинов Узушио — желтые молнии, был вне досягаемости, надо признать, весьма медленных противников, и с успехом укорачивал на голову врагов. А вот брату моему отчего-то снесло крышу. Видимо, из-за невосполнимых потерь в первые секунды боя.

В общем, теперь мне стало понятно почему Учих за глаза называют демонами. Это реально страшно — полностью покрытый огнем мечник носится по рядам противника буквально сжигая дотла всех. Мы тогда отбились, конечно, но запахи паленого мяса меня преследовали в кошмарах еще долго.

Оп, а вот и Удзи подтянулся. Естественно, никаких следов ночной попойки, как, впрочем, и у большей части тут присутствующих (как только мы бар не разнесли?) не было. Шиноби подобрались и выстроились в шеренгу перед длинноволосым блондином.

— Здравствуйте, бойцы, — поклон в нашу сторону, ответный поклон от нас, — сегодня у вас великий день — вы оканчиваете ваше обучение. Сегодня вы докажите, что учились не зря и из вас получились шиноби экстра класса. — он хлопнул в ладони, — приступим.


* * *

Первым из нашей компании вышел Тобирама. Драться ему предстоит с Узумаки, специализирующемуся на стихиях. Худоватый и высокий Тобирама спокойно вышел на полигон, на ходу разминая шею и похрустывая костяшками пальцев. Против него была здоровенная туша чистокровного Узумаки, закованного в тяжелую броню. При чем, несмотря на такую разницу в размерах, Узумаки опасался худощавого альбиноса.

— Начали!

Тобирама сразу начал бой... оригинально. Глубоко вдохнув он выплюнул себе под ноги просто огромное количество воды. Волна дошла до силовых полей, окружающих полигон и пошла обратно. В итоге весь немаленький полигон был залит водой по колено. Узумаки напряженно покачиваясь стоял на поверхности, а вот альбиноса нигде не было.

— Сокрытие в воде — любимая маскировочная техника Тобирамы, — поделился со мной Хоширама, — он ее добыл где-то в стране Воды и немного допилил. Как видишь, внушает.

О да, это внушало и еще и как. Я тоже люблю прятаться, 'но чтобы так, посреди поля спрятаться'... Вдруг за спиной Узумаки из поверхности вылетел силуэт с занесенным кунаем. Шиноби среагировал мгновенно — какой-то усиленный аналог Чидори Нагаши, отчего окружающая бойца вода мгновенно испарилась. Своим шаринганом я увидел, как в эту тучу влетел мой друг. Секунда. Другая. И сквозь поредевший туман было видно, что Узумаки лежит у ног альбиноса.

— Победитель Тобирама Сенджу, — объявил Удзи.

Тобирама подошел к нам, на ходу залечивая длинный порез через все лицо, и бережно держащий левую руку.

— Достал-таки, — цыкнул он, остановившись рядом с нами.


* * *

Следующим был я. Что самое паршивое — против меня вышел принц-стихийник Узумаки — один из сильнейших бойцов нашего потока. Эдакая черноволосая уменьшенная копия Удзи, что предвещало мне грандиозные проблемы. Я медленно выходил на полигон, делая предбоевую прокачку тела чакрой. К сожалению, еще тогда, в прошлом мире, Мадара был прав, когда говорил, что против противников с огромным количеством чакры иллюзии неэффективны. Но он не знал, что на поддержание иллюзии тратится отнюдь не чакра иллюзиониста.

— Начали!

Все знали насколько паршиво сражаться со мной. Вообще, иллюзионисты — самые паршивые противники. Поэтому неудивительно, что принц прямо с места попытался меня достать. В то место, где я только что был буквально слизало пламя.

'Мощно. Огненное испепеление. Применяется против высоко бронированных одиночных целей. Вот только эта техника слишком медленна, чтобы поймать аса Желтой молнии.' Стоя за спиной противника я распечатал флейту и сыграл первый аккорд. Узумаки моментально развернулся и ошарашенно уставился на меня, спокойно играющего на флейте.

Как донести иллюзию до противника? Да запросто — использовать один из его органов чувств. Зрение, обоняние, слух, осязание и вкус. В теории, есть еще и чисто на энергетике, но в среде профессионалов такой способ считается байками. Достаточно вложить специально модулированную чакру и мозг жертвы уже сам соберет иллюзию. Достаточно просто подобрать определенное воздействие на данный тип передачи. Например, на красный цвет — один, на ноту 'ля' — другой. Звуковики шарингана не имеют, поэтому кинуть иллюзию на любой звук не могут, зато они запросто подбирают на слух именно ту комбинацию звуков, которая подходит для их чакры.

У меня все еще круче — я могу наложить любую иллюзию на любую мелодию. Я просто ЗНАЮ, что надо делать. Шаринган позволяет модулировать чакру под любой тип воздействия. Вот только 'встроенные' свойства этим и ограничиваются. Обладание шаринганом не дает знаний всех типов иллюзий 'по умолчанию', только отличный инструмент.

В итоге, Узумаки стоит и пялится на меня. А я с абсолютно спокойным выражением лица, начал пританцовывая идти по кругу. Ведь какое самое мощное оружие иллюзии? Сомнение. Когда человек начинает сомневаться в том, что ощущает, его мозг начинает бессознательно цепляться за данные с органов чувств. Поэтому из по настоящему искусной иллюзии можно выйти исключительно будучи твердо уверенным в том, что ты видишь. Ну а кто ж тебе даст это?

Зачем я это делал? Во-первых, Узумаки уже слушает мою музыку и уже подвергается действию гендзюцу. На данный момент я пока создаю иллюзорного клона у него в голове. Во-вторых, он уже сомневается, что видит перед собой: что его противник сошел с ума и наяривает на дудке, или что он оставил столь нелепую иллюзию вместо себя. Естественно, никакие 'Кай' не убирали весело играющего меня.

В глаза он мне, естественно, не смотрел — дураков нету, но ведь козыри у меня еще не закончились... Все так же пританцовывая, я поймал ритм и танец стал рваным, как у сломанного андроида-шамана. Я же говорил, что могу передать иллюзию многими способами. Этот — один из них. Я совершал рванные гипнотизирующие действия буквально окутывая мысли противника, вводя его все глубже и глубже в транс.

Когда моя фигура буквально раздвоилась, нервы у Узумаки сдали и он стал бить по площадям. Вот только я немного 'свернул' пространство у него в голове так, что он не видел сектор где-то в пару градусов — его внимание просто перескакивало меня, в то время, как Узумаки казалось, как под его техниками я гибну десятками.

Мне пришлось здорово побегать и поуворачиваться, чтобы просто остаться в живых, так как Узумаки на техники не скупился и ниже А ранга даже не использовал. Если бы не барьер, по слухам, зачарованный лично Митико, тут бы уже пару квадратных километров полыхало. Правда, взрыв в ограниченном пространстве — то еще удовольствие.

Принц — чертовски сильный противник, когда ему надоело разрушать полигон, я был еле живой — пару раз краем задело. Несмотря на всю мою браваду, из-за столь серьезных запасов чакры Узумаки просто сносит мои иллюзии простой циркуляцией чакры, особенно при высокоэнергетических атаках. Так что все это время он слушал ненавязчивый мотив флейты, а так же звон бубенцов на сенбонах, которые я раскидал по полигону. Сейчас вокруг противника буквально водило хоровод куча моих клонов, которые дополнялись еще и клонами у него в мозгу. А сейчас я проверну один трюк — естественное продолжение сворачивания пространства в голове жертвы — схлопнуть видимое пространство в идеале в точку, а лучше просто исказить. На мгновение противник теряет равновесие и я перемещаюсь вплотную к нему.

— Чидори Нагаши!

Буквально чудом я смог уйти от его атаки. То ли он смог сбросить гендзюцу, то ли вел меня за нос с самого начала, ведь обратной-то связи с иллюзорными клонами я не имею и сужу по успеху гендзюцу исключительно по косвенным признакам. Кстати, в среде иллюзионистов считается высшим пилотажем заставить врага поверить в то, что ты попал в его иллюзию, а не наоборот.

Итак, ситуация — в пятнадцати метрах от меня злой Узумаки. При его запасах чакры он преодолеет это расстояние за... мгновение. 'Резонансный удар'! Принц на полной скорости влетел в расставленную мной ловушку — четыре специальный резонатора в углах воображаемого квадрата на земле усиливали разрушительный звук из флейты. Хоть я и не слышу звуки так, как это делали мои учителя, но благодаря шарингану я могу в точности изобразить увиденное.

Звук оглушил шиноби и тот потерял равновесие. Заодно я повесил гендзюцу невообразимой мощности — парализация. При чем я наложил одновременно все, что знал на эту тему: и блокировка нервных окончаний и блокировка нервов в районе атланта и просто сделал так, чтобы противник 'забыл' как двигаться. 'Что ж, не хочешь по хорошему, будет по-плохому', — подумал я сложил великий огненный шар. Техника получилась 'на отлично' и трехметровый огненный шар полностью скрыл меня из поля зрения принца. Чего я и добивался.

Оставив на своем месте теневого клона, я переместился к одному из кунаев. Техника сработала, как надо — полуоглушенный замерший противник не успел защитится от техники и... ушел под землю, засранец. Сейчас он придет в себя и скинет иллюзию, но это он так думает.

Снова приложившись к флейте, я начал наигрывать бодренькую мелодию в стиле польки, подтанцовывая в ритм. Одна из особенностей техники сокрытия в земли состоит в том, что ориентироваться обычными способами там весьма сложно, так что либо по вибрациям либо сканируя землю чакрой, а когда противник полагается только на один вид чувств — лучший вариант для такого, как я.

Каждый раз, когда я касался ногами земли, я выпускал волну чакры. Да, сначала это отличнейший способ себя выдать, зато потом, когда противника 'догонит' иллюзия. Кстати, о ней. Проще всего работать с человеческими эмоциями. Какое самое сильное чувство у человека? Из плохих, конечно... Страх. И чего может боятся человек буквально плавающий в земле? Например, что он начнет тонуть.

Узумаки с хрипом выпал на поверхность, ошарашенно вращая глазами. На самом деле провернуть такое — не самый простой трюк, ведь столь опытный шиноби просто знает, что для того, чтобы тонуть или как-то перемещаться в земле надо использовать чакру, отток которой шиноби чувствуют лучше всего, поэтому надо либо довести противника буквально до паники, чтобы он не задумывался ни о чем, либо подтолкнуть к рациональному объяснению, например, что я владею землей... и отключить критическое мышление. В общем, сложностей хватает.

Спрятавшись за сложной оптической иллюзией, я тихонько наигрывал мелодию рассеяного внимания. Идти на такого противника в лоб, даже с сильно превосходящей скоростью — чисто самоубийство, да и не факт, что в ближнем бою скорости у нас будут сильно различны.

Узумаки резко сложил несколько печатей и хлопнул по полигону. Раздался легкий взрыв пара, а я застонал.

— Техника призыва! — специально крикнул шиноби. А я в этот момент сменил тактику и просто залил полигон огнем метров четырех в высоту. Чертов Узумаки сделал отличных ход — призвал существо, против которого я бессилен... пока. Он использовал один из призывов Узушио — летучих мышей. Проблема заключается в том, что до отъезда я не смог найти подходящей тактики для этих переносных разведчиков. Ведь в чем сложности таких противников — они ощущают мир по-другому. Например, если повесить обычную иллюзию на Хьюгу, то он над тобой обидно посмеется — она просто будет выбиваться из его поля зрения. Обратной связи-то нету и 'посмотреть глазами' противника я, к сожалению, не могу, так что понять, как 'видит' мир тот или иной противник я не могу и, соответственно, использую стандартные заготовки под 'стандартного' врага. А с мышами все еще сложнее — как они ориентируются в пространстве я даже понять не могу.

Но выход есть всегда — иллюзорный клон, который внушает не картинку, а смысл иллюзии и мозг жертвы сам ее рисует. Высший пилотаж иллюзий (не считая имбового мангёке). Но на внушение столь сложной иллюзии времени у меня нету, так как мыши не только отличнейшие бойцы дальнего боя, но и, сцуко, превосходные разведчики.

БУБУХ! — я переместился в сторону от огненного взрыва, а затем, когда взрывная волна немного разошлась, обратно в эпицентр. Там из-за буйства стихии меня пока не видно. Распечатал кучу кислорода. И сильно усилил технику катоном. Сокрытие в огне. Техника из S ранга высвобождения огня, позволяет буквально слиться с пламенем. В клане я вообще единственный, кто ею может пользоваться.

Когда огненный фронт от техники почти достиг удивленного такой силой техники шиноби, из огня вылетела буквально сотканная из него же фигура. Молниеносный удар в голову Узумаки заблокировать смог, а вот не посмотреть в пылающий шаринган — нет.

Гораздо проще исказить данные, поступающие от призывного животного, которое летает где-то высоко, чем пытаться очаровать мышь. Но на будущее стоит разработать что-то и для призывных тварей.

Противник допустил последнюю и смертельно опасную ошибку — посмотрел мне в глаза. Как бы то ни было, зрительные иллюзии у меня получаются лучше всего. Схватка перешла в ближний бой, где я бы тут же проиграл, если бы не моя скорость. Противник успевал только блокировать мои атаки и изредка отплевываться водой на голом контроле.

Вот я немного поменял ему восприятие достаточно для нанесение 'неожиданного удара из ниоткуда', когда меня буквально сбила с ног звуковая волна — это я благополучно забыл про летучую тварь. Противнику тоже досталось, но я привычный к такому обращению у звуковиков, шустро встал и воспользовался звоном в голове у Узумаки, а именно, усилил его — любимая добивающая техника звуковиков, чтоб им икалось.

Противник заорал, и схватился за голову. Чисто от боли он кастанул 'кольцо огня', которое просто обогнуло меня — слишком 'рыхлая' техника была, для виртуоза огня. 'Маленькая' мышка с размахом крыла метра полтора, зависла напротив меня, не давая пройти к катающемуся по земле Узумаки. А вот это меня уже взбесило. Посмотрев в слепые глаза мыши, я буквально всем телом выдал волну чакры и прорычал: 'Съ


* * *

ась!'. С легким 'пуф' на грани обморока от страха животное провалилось... на свой план.

Внутри полигона небо уже почти не было видно из-за чадящей земли. То тут, то там, догорали следы техник. Земля сплавилась в стекло и в целом напоминала декорации к какой-нибудь постапокалиптике. Жарко было, как в аду. А я иду к противнику и жутко улыбаюсь. Вспышка!

Я прыгнул к кунаю, избегая какой-то каменной гадости. 'Как же меня все это достало'. Я был преизрядно ранен и просто раздражен живучестью противника. Вытянув руку в сторону скрипящего зубами Узумаки (Обычного человека этот звон в голове убил бы с тройной гарантией) и прошептал: 'копьё чидори'. Ярко-белая линия на секунду соединила мою руку и грудь Шатена. По ушам ударил гром от техники, резко посветлело и подул свежий ветерок — купол снят.

— Победил, второй принц Учиха Изуна Учиха, — громогласно сказал Удзи. Подоспевшие шиноби потушили остатки техники, немного подлечили меня и на носилках уволокли принца. Удзи ленивым движением руки привел полигон в начальное положение. А я так все так и стоял офигевший в центре. 'Было круто'.

Прода 36-38

*Изуна Учиха*

На подкашивающихся ногах я пошел к друзьям. Пока я выползал из полигона уже успели объявить следующих конкурсантов и они уже разминались. Пройдя мимо них, я пожелал обоим удачи.

— Хреново выглядишь, — осмотрев меня честно признался Тобирама, — давай подлечу крапаль.

Его руки засветились зеленым мягким светом и он поднес их к моему лицу. Сразу пропало жжение и тянущая боль, зато появилось ощущение, будто теплая вода расходится где-то под кожей. После лица альбинос приступил к остальному телу и я смог оценить свой внешний вид. Не ахти, одним словом. От стандартного комплекта Узушио остались одни обрывки — и это я старался не подставляться. Что было бы, попади он по мне хоть раз, я старался не думать.

— Не хилые у тебя иллюзии, — покачал головой Хоширама, — тут многих неплохо пробрало.

— Так купол же, — я оборвал себя на полуслове, заметив, что Хоширама отрицательно машет головой.

— Не знаю, как они его зачаровывали, но большинство твоих иллюзий прошли.

Я исподтишка оглянулся. Действительно, у многих были следы иллюзий, более того, у некоторых я чувствовал остатки своих техник и, невероятно, несколько иллюзорных клонов! В полном раздрае чувств я подходил к каждому и развеивал неприятные последствия. Хоть иллюзии предназначались не им, но даже такие не оформившиеся остатки запустили механизм. Лучше всего это похоже на эффект после фильма ужасов — ты сам себе придумываешь страшилки по углам (а что вон в том темном углу? А что это в той тёмной комнате грохнуло?) и сам в них веришь, накручивая сам себя до настоящей паранойи. Слава ками, ребята опытные, да силы иллюзий были на исходе. Дерущимся я помог на расстоянии, купол действительно был прозрачен для иллюзий.


* * *

Все уже прошли бои, и не по одному разу, пока не остались двое — Хоширама и Мадара. Я уже успел посмотреть на их стиль боя, они друг друга стоят — море чакры, невероятно сильные удары, и высокая техника сражений. Загляденье. Лично я проиграл буквально только что — своему брату, как назло, его шаринган запросто 'палил' все мои даже самые изощрённые иллюзии.

— Следующий бой, Мадара Учиха и Хоширама Сенджу, — Удзи сделал паузу, — против меня, — и гадостно улыбнулся.

Ребята немного побледнели, переглянулись и пошли внутрь. Для таких монстров, как они, времени отдохнуть вполне хватило, так что они разминаясь вошли в круг. Удзи хлопнул и полигон увеличился раз в десять... изнутри... а снаружи каким был, таким и остался... Охренеть... Взведенные ребята на такое действие отреагировали адекватно — Огненное уничтожение от Мадары и призыв леса защитный вариант от Хоширамы. И вовремя. Все пламя Учихи старшего, залившее весь полигон, начало безумно вращаться вокруг Удзи, а затем резко ужалось до метровой сферы.

— Фальстарт, — оскалился Удзи, — а теперь начали. Бомба биджу.

Шар ужался до точки... И Мадара буквально за шкирку вытащил Хошираму от настоящего огненного девятого вала.

— Играем всерьез, — по губам прочитал я сказанное Мадарой, — Взрыв танцующего пламени!

Гигантская спираль из пламени мгновенно обвила Удзи и со страшной силой взорвалась. За это время Хоширама сложил молитвенно руки и от него ударила просто невероятная волна чакры. Он стоял ко мне спиной, но я был уверен, что он использует режим отшельника — больно характерная чакра стала у него.

— Тройной древесный щит! — старший Сенджу буквально в последнее мгновение создал щит в руке и прикрыл Мадару от вылетевшего из огненного безумия тонкого, на вид безобидного синего луча, который насквозь пробил этот самый щит и чуть не оторвал голову Учихе, благо тот в последний момент ее убрал.

Вслед за лучом из все еще бушующего пламени вылетело десяток гигантских огненных сюрикенов.

— Это? — у меня пересохло в горле, — я лично видел, как Удзи одним своим Огненно-воздушным сюрикеном посадил четыреххвостого на задницу. С одного попадания... а тут их восемь!

— Нет, — это не стихийный сюрикен, — сказал стоявший рядом со мной Тобирама, — это высвобождение воздуха Вакуумное лезвие. Удзи сам признался, что его стихийные сюрикены опасны даже для него.

Несмотря на то, что это были 'всего лишь' вакуумные лезвия, объятые пламенем, они с легкостью оставляли внушительные просеки, что в земле полигона, что в защитных конструкциях Хоширамы. Даже защита полигона содрогалась от попаданий.

— Бомба цветочного дерева!

По центру полигона выросло дерево, высотой с тридцатиэтажный дом и открыло огонь по Удзи аналогами бомбы биджу. Это уже заставило блондина сдвинутся с места и противолодочным зигзагом устремится к дереву. Мадара воспользовался стремительным ростом исполина, взлетел под самый купол и сейчас готовил явно что-то мощное. Правда, похоже, даже Удзи не хотел досмотреть до финала. На бегу он буквально со скоростью пулемета и без печатей стал кастовать 'Искусство ниндзя — всепрошивающая бомба ниндзя' — тот самый тонкий луч воды и электричества, который чуть не стоил жизни Учихе. Мадаре пришлось проявить все свое умение в акробатике и, наверное, поставить рекорд в массовом теневом клонировании, чтобы увернутся от такого плотного зенитно-заградительного огня.

Добежав до агрессивного дерева, уклонившись от 'танец леса пронзающих шипов', Удзи приложил ладонь к нему и сорняк-переросток буквально взорвался изнутри. Другой рукой выпустив испепеляющую бомбу-шиноби под ноги Хошираме он вынудил последнего наглухо укрыться блокирующей деревянной стеной.

Немного присев, Каге растопырил руки в типичной рокерской 'козе'. Правда, в следующий момент на конце каждого из четырех выставленных пальцев начали с настоящим 'вертолетным' свистом закручиваться диски из подозрительно святящегося воздуха, буквально выгрызая землю вокруг Удзи.

— Искусство ниндзя. Квартет свистящего воздуха, — четыре гигантских сюрикена по двадцать метров полетели в беспомощно зависшего в воздухе Мадары. Правда, и тут шаринган выручил своего владельца — выявив оптимальный маршрут между вращающимися дисками, Мадара нырнул в миниатюрный просвет... чтобы таки напороться на лениво выпущенную бомбу шиноби. Луч воды и электричества с легкостью насквозь пробил плечо Мадары, несмотря на феноменальную суммарную прочность брони Узушио, деревянной брони от Сенджу и собственного тела Мадары.

Добить Учиху, сошедшему с ума Каге не дал Хоширама, переместившись к другу, он закрыл их чем-то из щитовых барьеров и воспользовавшись взрывом очередной техники Удзи, благополучно ушел под землю и подлечил Мадару. А на поверхности Удзи лениво играл в ковбоя меткими 'выстрелами' пробивающей бомбы шиноби убивал многочисленных деревянных клонов и так же с ленцой уходил от подземных корней.

Получившие долгожданную передышку, старшие братья наконец-то начали 'играть всерьез'. Небесный древесный дракон в исполнении Хоширамы впечатлил меня до глубины души. На данный момент эта техника является своеобразным 'потолком' для всего их клана, круче него только комплекс практически невыполнимых техник Будды и легендарные 'пришествия' — древесные техники уровня Риккудо-саннина. И это он выдает только в восемнадцать лет.

Здоровый, толщиной метров в сорок древесный дракон, погружаясь в землю, как в воду, стремительно летел в Удзи. Мои глаза заметили какую-то неправильность... дракон был покрыт... грязью?

На голове дракона стояли принцы-консорты и как-то гадко улыбались.

— Смешение элементов, групповая техника... Дракон из адских преисподней, слуга Шинигами!

Исполинский дракон буквально вспыхнул ослепляюще белым пламенем, а до меня дошло, что это была за грязь — в школе техник земли есть раздел взаимодействия с другими стихиями... так вот... там можно было сделать воспламеняющуюся грязь, по характеристикам ничуть не уступающую ракетному топливу. Утрирую, конечно, но не сильно. А в школе техник огня, наоборот, была одна как раз для такого случая... не помню, как называется.

В общем, здоровенная огненная тварь на всех парах летела к убийственно спокойному Удзи, а тот даже не шевелился. До последнего момента. Он просто отвел руку в сторону и щелкнул пальцами. Защитный купол моментально стал непрозрачный, а вокруг буквально случилось землетрясение баллов так на восемь. Земля буквально лягалась в ноги и ходила ходуном. Видимо Узушио было на такое рассчитано, так как виднеющиеся дома даже не пострадали.

Через невероятно долго тянущиеся две минуты все внезапно закончилось. Пять секунд липкой тишины и из купола выныривает отряд медиков несущие буквально два куска хорошо пропеченного мяса — моего брата и Хошираму. У меня спина буквально заледенела, а глаза от страха полезли из орбит. Купол снова стал прозрачный, а полигон — нормальным, то есть, ни следа разрушений.

— Эти двое будут жить... наверное, — скучающим тоном заявил Каге и оскалился, — следующий, Изуна Учиха, Тобирама Сенджу и Акио Узумаки!

Мы с ребятами переглянулись и буквально поплелись на полигон.

*Тобирама Сенджу*

И вообще, я боец поддержки и не предназначен для битвы с превосходящими силами противника. Эх. Кого я обманываю? — мы втроем медленно шли к Удзи. При чем, что характерно, никаким 'балансом' в нашей команде и не пахло: Акио — чистая скорость и ничего больше, я — только стихии, Изуна — вообще непонятное что-то. Никаких там 'танк, дд, хил', или, что характерней, 'разведка, поддержка, наступление'.

Изуна как-то странно свистнул и я буквально против воли скосил взгляд на него... и уткнулся взглядом в пылающий шаринган. Томоэ вращались вокруг зрачка то в одну, то в другую сторону. На голом контроле передал успевшему сменить комплект брони Учихе немного своей чакры и телепортировал ему маленький неприметный цилиндрик. Изуна решил взять командование на себя, окей. Силу внушения его иллюзий я только что оценил. Пусть командует, я смогу возглавить разве что полевой госпиталь... был опыт.

На очередном шаге я погрузил себя в транс и буквально прорастил внутри себя маленькое деревцо, которое служило медиатором-аккумулятором природной энергии. Хоть мое владение мокутоном не позволяет вырастить даже простейшее дерево, но от пятикратно возросшего резерва я отказываться не собираюсь, да и не совсем я профан в этом искусстве. Я ощутил, как мои красные полосы на лице сильно зачесались. Сейчас они потихоньку расползаются в причудливый узор, мне нужно еще немного времени.

Естественно, Удзи мне его не дал. Крикнув 'начали', когда мы были еще на половине пути, Узумаки тут же выстрелил своими смертоносными бомбами шиноби. На мгновение я заменил часть своего тела созданным деревом и изогнулся под немыслимым углом. Изуна, которому достался второй луч, просто успел увернутся... От самой быстрой известной мне техники. Видно даже Удзи удивился, так как пропустил момент, когда младший Учиха каким-то слитным движением всем телом выпустил кунай в его сторону.

Над головой Узумаки взорвалось дымовое облако из которого вылетели три маленьких цилиндра. Те, в свою очередь, вспыхнули вдобавок аналогом светошумовой гранаты и разлетелись своеобразными осколками — настоящим облаком трехлепестковых кунаев.

А в полном изумлении повернулся к Изуне. Тот держал печать концентрации, видимо, создать столь много теневых клонов было сложно даже для него. Ну и как я найду 'мои' якоря? Ведь прыгать можно только по якорям со своей чакрой. Но, похоже, ни Акио, ни Изуну это нисколько не волновало. Да и мне пришлось спешно учиться, уворачиваясь от филиала геенны огненной, развернувшейся у нас под ногами.

'Нужно прикрытие' — пронеслось у меня в голове и я вбухал треть своего резерва в одно мощное гендзюцу — 'беспросветная мгла'. Не знаю, как она работает, но она погружает выбранную область буквально в темноту. У Изуны при всем желании не наберется столь чакры... Или наберется?

Мощнейшая вспышка света разрушила мою иллюзию. От неожиданности я мгновенно погрузился под землю — проморгаться. Вот только, несмотря на столь резкий перепад освещения у меня не было 'зайчиков'. Тут до меня дошло, отправленное моментом до этого сообщение. Быстро сориентировавшись, Изуна использовал одну хитрость — наложил иллюзию через вспышку света. Кстати, именно так он и передал мне это сообщение. Противник будет думать, что вспышка — отвлекающий манёвр, но на самом деле она и есть атака. Именно поэтому меня не ослепило. И, кстати, моим друзьям сейчас как раз нужна помощь.

Буквально выплёвываю себя из земли вместе с роем земных пуль. В полёте меня тянет куда-то к фигуре Удзи, поддаюсь и оказываюсь прямо перед ним. Сходу отправляю в упор стоящему блондину упрощенный вариант его собственной Всепрошивающей бомбы — водная бомба шиноби. Все-таки я не владею молнией, тем более на таком уровне, чтобы закрутить вторую стихию в расенган. Не посмотрев на результат, телепортируюсь куда-то за спину противнику.

Для контроля, отправляю в Удзи 'водного дракона'. Я пока единственный из известных мне людей, кто может выдать такую технику без среднего размера озера под ногами. Скашиваю глаза на Изуну, тот делает несколько пассов своей флейтой и его глаза вспыхивают багровым.

Из очередной 'новостной иллюзии' я понял, что воспользовавшись заминкой Удзи, Акио попытался достать того расенганом, безуспешно, впрочем. Зато, Изуне получилось достать его кунаем с какой-то ядовито-галлюцинирующей дрянью и выдуть пару аккордов разрушения и иллюзии прямо тому в ухо.

Сейчас от меня требовалось выдохнуть что-то усиливающее пламя. Запросто. В нашем исполнении, 'изрыгающий пламя и грязь дракон' вышел на загляденье — две струи огня и взрывоопасной грязи смешались и буквально залили Удзи высокотемпературным напалмом. Правда, эффект вышел... через чур масштабным — волна пламени, как бы не 'крушитель черепов' дошла до границ полигона, и отразившись ПОШЛА НА НАС!

От температуры буквально плавились волосы, а каждый вздох опалял и поджаривал горло... и тут меня отпустило. Очередная иллюзия, насланная Изуной, мало того, что сняла эффект иллюзии 'адское пламя' — противника буквально погружают в огненный ад со всеми сопутствующими эффектами — так еще и донесла до меня следующий шаг.

Судя по всему, Удзи реально не по себе, если Шаринган правильно видел, то он стоял шатаясь, полностью покрытый толстенной земляной коркой. И это он разглядел буквально из-за стены огня, потрясающе.

Изуна переносится к Удзи, подныривая под объятую водным буром руку, и протыкая его со спины краем флейты, внезапно покрывшейся молнией. Как оказалось, мундштук его инструмента был некисло так заточен. Появившейся из ниоткуда Акио вбивает концентрированный расенган офигевшему от такого Удзи прямо в лицо.

Синий шар буквально разламывает каменную броню Тени Водоворота. Мой выход! Обмен с Акио. Правая рука противника, покрытая страшно выглядящим, даже на вид, водоворотом из маленьких камешков и разрядных дуг молнии, несется ко мне. Немного смещаюсь, беру руку Каге, попутно лишаясь почти всех пальцев, приклеиваюсь чакрой и силой вонзаю его руку себе в правое плечо.

Для опытного шиноби сбросить такой 'клей' — дело мгновения, но не ожидавший от меня такого Удзи буквально растерялся. Я уже успел понять, что технику он использовал вполне боевую, а для шиноби его уровня, значит, гарантированно смертельную для противника. Малоабразивные камни буквально перемололи мне правое легкое и перебили позвоночник. Направь я удар в левое плечо, остался бы и без сердца. Сильнейший разряд молнии прошелся по позвоночнику вниз через ноги к земле. Но свое дело я сделал — получил мгновение по-настоящему растерянного противника.

— Погребальная техника. Ядовитое забвение, — я с силой вбил оставшуюся левую руку в горло Удзи и сформировал одну из самых паскудных техник из своего арсенала. Живой организм воздействовал на многих уровнях, он вызывал процесс гниение во всех тканях, к которым прикасался, распространял яд по крови со схожим действием и, главное, работал с лейкоцитами тела буквально, обращая их против хозяина — гарантированный анафилактический шок по всему телу. Организм считает угрозой сам себя и начинает бороться... убивая себя.

Признаться честно, я не сильно думал перед тем, как использовать гарантированно смертельную технику на своем друге, но уж больно реалистично все было, вот и я... поддался.

Чьи-то руки подхватили меня и телепортировали к границе полигона. Вовремя. Настоящий столб огня и молнии из того места, где стоял Удзи ударил в небо как раз в момент 'затемнения' купола. Когда Удзи закончил технику, выглядел он страшно. Очень страшно. Я бы обделался, если было бы чем. Запавший, покрасневший глаз. Дырка на месте второго. Полностью сгоревшая кожа, и одежда. Везде следы гниения. Их не смогло скрыть буквально пропеченные верхние слои кожи. Губ и носа нету.

— Вам п**дец, — просто сказал Удзи и у меня перехватило дыхание от того, какая убийственная КИ стояла за этим. В один момент он в воздухе догнал трижды переместившегося Акио и ударом ноги отправил его вниз, в землю. От удара об землю бедняга подлетел метра на три. Отчаянно сопротивляющегося Изуну, Узумаки-таки поймал в земляную ловушку и продемонстрировав свою широкую улыбку, из-за чего только начавшие подживать губы, потрескались и из них полилась кровь, вперемешку с гноем, и сжал кулак. Высокий, резонирующий крик Изуны резко оборвался — болевой шок, понял я.

Удзи шел на меня. От каждого шага под ним разламывалась земля. А я никуда не мог уйти — с перебитым позвоночником я так быстро не справлюсь. В один момент я потерял его из виду (как, чёрт возьми?), и самый ужасный человек оказался рядом со мной. Хоть я и не был трусом, но меня била крупная дрожь.

— А для тебя, мой друг, — говорил Удзи с явным трудом, — у меня есть особое наказание, — он поднял руку. Несмотря на весь ужас и желание зажмуриться я уставился на руку — смотреть в страшное лицо было выше моих сил. Вот рука пошла вниз и Удзи сказал, — тебе придется поднять всех пострадавших сегодня в самый короткий срок и не дай бог кто-то останется инвалидом, — рука хлопнула меня по плечу, — бой окончен.

*Тобима Сенджу*

Тот вечер и весь следующий день я запомню надолго — непрекращающийся поток пациентов с самыми разнообразными травмами и я, как главврач, с на скорую руку восстановленным позвоночником и кое-как проращенными новыми нервами бегаю от одного пациента, к другому, так как в большинстве случаев только я и мог помочь. Клан Хьюга, вызванный в полном составе, только ассистировал мне, когда я сращивал людей из кусочков, наращивал кожу, собирал мозги в кучу, выращивал органы, взамен утерянных. Пришлось припахать похожего на мумию Хошираму, чтобы чакрой делился. Столь обширной практики у меня не было даже тогда, когда мы решили выбраться на охоту на Четыреххвостого.

Под конец этого сумасшедшего водоворота припёрся Удзи собственной персоной и даже я, находясь в состоянии, близком к коматозному, ужаснулся. И тут же раскаялся в использовании той техники. Удзи пришлось удалить все органы пищеварительной системы и создать заново, вырастить пару сотен метров нервов, заменить одно легкое и создать глаз. До этого я думал, что сумма таких повреждений убьет даже шиноби с двойной гарантией хотя бы от болевого шока. А Удзи ничего, еще и раскатал толпу зеленых джонинов. Ах да, еще я похерил его шикарную прическу, теперь он щеголял коротким ёжиком.

Сейчас мы сидим на официальной церемонии окончания обучения. Я только-только разрешил хотя бы встать самому больному — Удзи. Большинство сидят в инвалидных колясках, остальные на костылях. В гипсе так вообще поголовно все. Лица у всех хмурые, ждут речи уже не столь обожаемого Каге.

Вид Удзи, идущего к трибуне, оперившись на Котоку, впечатлил всех. Выглядел он все еще неважно, но сразу после боя на него накинули простенькую иллюзию, так что как по-настоящему хреново выглядел их лидер видели только мы втроем.

— Доброе утро, бойцы, — тихо и хрипло начал Каге, — несмотря на все, я горжусь вами. Вы действительно стали взрослыми, — Удзи перевел дыхание, — да, сейчас не то время и не то настроение для официальных мероприятий, но вот что я хочу вам сказать, — взгляд Удзи стал невероятно колючим... где-то треть от ТОГО раза, — вы выбрали путь шиноби, путь солдата, убийцы, подлеца, кто знает, что у вас впереди... но я могу сказать точно, праздники и веселье будут идти в ногу с горем, отчаянием и горечью потерь.

— Вы встретились лицом к лицу с тем, с чем вам предстоит прожить всю оставшуюся жизнь. Со смертью, — я вздрогнул, когда Удзи посмотрел на меня, — тогда, на полигоне, вы впервые заглянули смерти в глаза, позволили ей обнять вас. По сути, если бы не ваш друг, вы были бы уже мертвы, я вам гарантирую это.

Все взгляды сосредоточились на мне. Я встал и поклонился всем. Присутствующие вскочили и поклонились в ответ.

— В следующий раз вашего друга может не быть и вытянуть вас из лап Бога Смерти будет некому. Если есть такие, кто боится смерти можете покинуть зал.

Никто не шелохнулся. Что парни, что девушки.

— Каждый из нас вынес урок. Любой может быть убитым. Все из нас смертны. Даже я, — Удзи криво улыбнулся и перевел дух, — но все мы умрём, рано или поздно, так зачем же боятся неизбежного? Цените жизнь, любой ее момент, ведь он может быть последним. Входите в бой, будто в последний раз и благодарите мир, если вышли из него победителем. Пусть смерть станет вашим спутником, вашим другом, вашим советником. Примите ее и смиритесь с ней. Поздравляю вас с окончанием обучения! — Удзи раскашлялся, и два дюжих Хьюги увели его. За кафедру встал Котоку, развернул свиток и официальным тоном начал читать. Называл имя-фамилию, названный вставал, кланялся, подходил к кафедре и с очередным поклоном забирал документы о получении уровня джонин, а так же направление для прохождение дальнейшей службы. Помимо прочего выдавался листок с уровнем силы по тысячебальной шкале. Все балы смог набрать только Удзи.

Единственным изменением в конвейере было назначение Изуны главой разведки, что внешней, что внутренней, с подчинением непосредственно его старшему брату — Мадаре.

Вот так как-то абсолютно безрадостно и, тем более, безалкогольно, прошел наш выпуск. Хоть у нас антибиотиков нету, но у некоторых буквально не было печени, так что я настоятельно не рекомендовал кому либо пить. И для придания весомости моим словам к каждому больному был представлен охранник-надзиратель-нянечка.

Про наш выпуск еще долго ходили жутковатые легенды, а будущих абитуриентов будут пугать им еще две тысячи лет спустя.

39-40

*Изуна Учиха*

— Ты там скоро? — проорал я в сторону открытого окна.

— Да щас, — Мадара прервался на неразборчивую матерщину, — уже иду!

— Какого хрена ты так долго?

— Хочешь быстрее? Иди и помоги, — огрызнулся он.

Я стоял во дворе гостевого флигеля и, по ощущениям, в эпицентре торнадо — там, где штиль. Вокруг с выпученными глазами носилась обслуга, шиноби и чиновники. А все потому, что мы возвращаемся обратно в клан. Это плохо, конечно, только приехал и сразу домой, но ничего не поделаешь — я сам выбрал этот путь, как бы пафосно это не звучало.

По договору между Узумаки и кланами Учиха и Сенджу, наследники великих кланов остаются на острове до окончания обучения, которое закончилось пару недель назад. Стоило Тобираме более-менее поставить на ноги принцев, так наши учителя стали буквально бить копытами и требовать скорейшей отправки.

Лично мне было почти все равно — все личные вещи я упаковал еще два года назад, когда уходил из Водоворота, да и местной службе разведки все было идеально настроено, спасибо покойному Магетцу. Плюс Акио — мой заместитель по спецуре — отлично справляется. Мне оставалось только вникнуть в дела, а это бумажной волокиты не на один месяц. Плюс внутренняя разведка отсутствовала, как класс. Ну, не удивительно, Узушио — одна большая деревня, тут и без ГБ-шников все про всех известно.

А вот у парней все было гораздо хуже. Мало того, что за, без малого, тринадцать с лишним лет они успели обрасти уймой барахла, так еще и ответственность за целые ведомства с них снимать никто не собирался. Вот и разрывались бедолаги между сборами и раздачей ценных указаний.

Мне же оставалось только скучать. Может, зайти к Удзи?


* * *

— Привет, Изуна, — улыбнулся мне амбал. С прической под ёжик громадный Удзи стал смотреться еще угрожающе, эдакий скинхед.

— Здравствуй, — кивнул я ему, скрывая легкое разочарование от того, что у меня снова не получилось загнать того в иллюзию.

— Ты, я вижу, уже собрался. Чаю будешь?

— Конечно буду..., а собраться, — я хмыкнул и поставил на пол здоровенный свиток — необходимая мне документация, — бедному собраться — только подпоясаться.

— Бедному? — приподнял бровь Удзи и оглядел меня с ног до головы, — если ты носишь одежду ценой в хорошее поместье и все равно считаешь себя бедным, — он покачал головой и легко улыбнулся.

— Совсем уже избаловали меня, — отразил улыбку я, — да и сам хорош.

— Ну, подумаешь, — он смахнул воображаемую пылинку с кимоно, — стоит всего лишь с годовой доход элементной страны, у каждого есть свои слабости.

Это да. Уж у кого у кого, а у Узукаге губа не дура. Никакой пошлой позолоты или, упаси Ками, самоцветов с кулак. Нет, просто фуин запредельной сложности и разного спектра воздействия. Авторская работа его сестры, подарок на пятьдесят лет. По крепости такая ткань на голову превосходит даже большинство техник земли, правда, самому Удзи от этого ни холодно ни жарко, ему, похоже, просто нравится вырвиглазный орнамент.

У меня же одежда попроще. Специально к нашему уходу, каждому из нас четверых были созданы доспехи — шедевры местных кузнецов. У моего старшего брата — массивные красные доспехи с гербом Учиха во всю спину. Максимум защиты и крепости. У меня же чуть попроще, но, как бы не покруче. Хоть и доспехов на мне лишь нагрудник, да защита конечностей, зато в ткань одежды и плаща вшито все возможное скрывающее фуин. До полноценного 'хамелеона' тут, правда, еще не дошли, но вот размазывает силуэт этот костюмчик просто шикарно. Единственный минус — тонкая начинка просто перегорает при использовании высокоэнергетических приемов. Так я и не особо ими-то и владею.

Братьям Сенджу тоже каждому свое: Хошираме массивную броню с кучей аккумулирующих и концентрирующих печатей, а Тобираме что-то совсем высокотехническое, а-ля полевая лаборатория и медицинский штаб.

— М, у тебя как всегда отпадный чай, — признался я, сделав первый глоток. Зеленый чай, свернутый в специальный шар, от кипятка раскрылся и выпустил наружу цветок. Он будто бы пророс изнутри, — как же мне его не хватало у звуковиков. Все-таки у страны чая экспорт больше морем. — Удзи кивнул и комната погрузилась в тишину. Каждый наслаждался воистину отличным чаем.

— Как тебе результаты экзамена? — спросил Удзи, когда в заварнике не осталось и капли.

Хор-роший вопрос. И вот о чем он сейчас? О моем рейтинге или схватке лично с ним? Все-таки ему уже седьмой десяток пошел, очень он навострился в общении с людьми, в том числе и вот в таких каверзных вопросах знает толк.

— Было весьма неожиданно узнать, что Хоширама гораздо сильнее Мадары, я бы поспорил с этим, — кинул я пробный шар.

— Возможно, когда он активирует Мангёке, то что-то поменяется, но сейчас Хоширама только по одной чакре превосходит его в три раза.

Я вдохнул полной грудью... и медленно выдохнул. Конечно, количество чакры не показатель... не всегда..., но не в этот раз. Чакра у Хоширамы, похоже, вообще не заканчивается. Даже после боя с Удзи у него еще оставался запас среднего джонина. Джонина Узумаки.

— Ну, у тебя тоже много чакры, — намекнул я на его бой с Тобирамой. И тонкая змеиная улыбка. Сколько я ее отрабатывал перед зеркалом, ужас.

— Да, — спокойно кивнул блондин, — и именно поэтому я победил.

Не поспоришь.

— Кажется, тебя ищут, — внезапно сказал Удзи, посмотрев мне в глаза. Легкое дуновение воздуха и в окно влетает крик: 'Изуна, твою мать, куда ты уже делся?'

— Похоже, мне действительно пора, — я поклонился Каге... и выпрыгнул в окно.

*Изуна Учиха. Побережье страны Огня*

Легкий бриз, немного прохладней, чем я привык в Водовороте гнал мелкую волну на побережье. Рассветное солнце красиво подсвечивало водную гладь и настоящую стену леса у меня за спиной. Но лично для меня вся эта красивость проходила мимо внимания. Выходцу из техногенного мира, редко бывавшего в уголках с первозданной природой, тут каждый кадр шедевром покажется. Я так и ходил с приоткрытым ртом... раньше.

Сейчас же я и Мадара прощались с принцами Сенджу. Мы стояли друг напротив друга и не могли разойтись. Все-таки первая серьезная разлука за последние тринадцать лет. Несмотря на то, что в последнее время каждый был занять своей работой, а я вообще отсутствовал, ребята каждый раз собирались вместе за столом, будь то завтрак, обед или ужин. Вместе тренировались, помогали, чем могли...

— Ладно, — вздохнул Мадара, — бывайте, пацаны, — он махнул рукой и, развернувшись, широкими прыжками поскакал в лес.

— Увидимся, — я кивнул братьям и кинулся догонять Учиху-старшего.

— Обязательно, — прокричал мне в спину Тобирама.


* * *

Верхние пути — я вдохнул насыщенный аромат леса — давненько я так не путешествовал. Этот расслабленный бег по веткам деревьев, когда тело без участия мозга выбирает оптимальный путь, а голова абсолютно пустая... Помню какие мы грандиозные догонялки устраивали в окрестном лесу в Узушио. Да, было дело.

Вообще, несмотря на то, что наши 'якоря' для техники Бога грома в наш клан могли доставить мои бойцы буквально за мгновение, мы с братом решили пробежаться, благо от побережья до нашего клана не очень далеко... для шиноби, которые могут по пересеченной местности нестись, как болиды формулы один по треку.

Не знаю, о чём думал Мадара — мы всю дорогу молчали -, но вот я, пока перебирал ногами, думал о будущем и нашей ролью в нём, о прошлом и наших достижениях, как нормальных, так и весьма сомнительных... например Мадара однажды соблазнил дочь одного из приехавших в Узушио 'на шопинг' главы клана так, что тот даже не узнал. Хе-хе-хе.

В общем, что бы я о себе не думал, но сейчас я представляю весьма нешуточную опасность для любого противника. Конечно, драться на уровне с Мадарой или Хоширамой я не могу — на них тупо не действуют мои иллюзии, но дать прикурить и им я могу. С Тобирамой сложнее... и легче одновременно. Уж очень он, сцуко, хитровыкрученный со своей лечащей техникой на уровне легендарных Сенджу. Он, чёрт возьми, конечности выращивает во время боя, хоть до трансформации не дошел, но, говорит, раздумывает над этим.

— Левее на двадцать три градуса, — подал я голос впервые за несколько часов бега. Один из многочисленных фишек боевого костюма Узумаки была встроенная рация.

— Принял, — отозвался голос внутри меня. Это Яманака навертели — ведь наушник, какой бы он ни был, здорово снижает чувствительность шиноби, а вот такие вот 'голоса в голове' — нет.

— Впереди территория тех ребят, что в яд превращаться умеют, — пояснил я.

— А, это те фиолетовые типы? Бр-р, давай в обход, не хочу я махаться с этими чудиками.

Мы немного сместились и поскакали дальше.

Разнообразие разных фриков, чудаков и просто неординарных личностей в этом мире на квадратный метр просто зашкаливает. Нет, серьезно. И чего ожидать от новых противников вообще непонятно, так что проще обогнуть потенциально враждебную территорию, чем лезть с непредсказуемыми результатами непойми-куда.

Оп, мы пролетели над дорогой, где как раз шел какой-то конвой. Не думаю, что они нас даже заметили, а вот я прекрасно заметил штандарты местного князька-дайме. Так же мгновения мне хватило, чтобы сосчитать их количество — сорок три. Везут, по всей видимости, зерно. Шаринган рулит, вот что я скажу.

Впереди еще пара часов пути.

Прода 41-43

*Изуна Учиха*

В один момент наш стремительный забег резко оборвался. Мы с братом замерли посреди лесной поляны, куда видимыми лучами достигал свет. Причина такой резкой остановки стояла на дереве и искренне считала себя невидимой.

— Ей, боец, тащи свою задницу к главе и передай, что принцы вернулись.

Из-под тени листьев полыхнул двумя багровыми точками шаринган. 'И как Учихи считаются одними из лучших скрытников с такими-то прожекторами?'. В ответ мы сняли маски и вытаращились в ответ.

Уже лезущий в драку Учиха резко растерял весь боевой задор и, поклонившись, смылся в сторону селения, а мы с братом переглянулись и лениво поскакали следом.


* * *

То, что гонец прибыл мы узнали по самому настоящему взрыву голосов, звона битой посуды и еще каких-то звуков. Стоило нам выйти за последние деревья, как нам открылся вид на человеческий муравейник — кто-то куда-то нес, наскипидаренные шиноби носились из стороны в сторону, а центром этой вакханалии был ряд столов для пира, как минимум, человек на пятьсот. То-есть, весь клан, включая обычных людей.

— Кажется, мы сами себе испортили сюрприз, — криво улыбнулся Мадара.

— Тц, пусть скажут спасибо, что не телепортом прибыли, — я посмотрел в сторону чинно спешащих к нам верхушку клана.

— Крепись, — шепчу брату, — этих огнем не сдуешь, — в ответ тот нервно хохотнул.

Накатившая толпа родственников вызвала у меня ощущения, сродни неслабой технике суйтона, когда еле устоявшего на ногах от столба воды шиноби начинает засасывать в новосозданный водоворот.

Всего у Учих есть четыре основных ветви, главы этих ветвей и рулят кланом, а остальные — кровные родственники. Поэтому, несмотря на то, что нас окружили только реально близкие люди, это все равно оказалась толпа в тридцать боевиков, пусть и иногда почтенного возраста.

Началось все, конечно, по этикету — поклоны, напыщенные фразы, но старших на долго не хватило и заморочки были отброшены. Каждый норовил нас обнять, похлопать по плечу, спросить что-то... вопросами нас просто завалили, с трёх-четырех сторон кто-то что-то говорил, спрашивал, рассказывал. Броню трогали, маску чуть не отобрали, а женская часть зацеловала за несколько лет вперед. Ну, пожилая женская часть. Молодые девушки нас не очень помнили и немного стеснялись.

Такой веселой толпой мы и вкатились в дом главы. По лицу главы, сиречь, моего биологического отца, было видно, как тот рад нас видеть и как ему хочется побыстрее нас расспросить лично, но ведь не прогонишь всех остальных — не поймут-с.

Я на автомате отвечал на вопросы, что-то делал, куда-то шёл. Несмотря на всю мою выдержку, дальнейшее для меня слилось в калейдоскоп событий, из которого я вынырнул уже стоя за столом и слушая очередной тост в мою честь. В себя меня привел резанувший слух пассаж про 'ответственность на моих плечах', повлекший ассоциации с возглавляемом мной департаментом. Снова вспомнив про эту муть я уже сознательно выкинул все из головы и принялся отдыхать.

*Таджима Учиха. Нынешний глава клана Учих*

Смотреть на своих сыновей после столь длительной разлуки было... по-настоящему удивительно. От одного взгляда на тех, кого он уже и не ожидал увидеть, наполняло грудь мужчины приятным теплом. Ведь, несмотря на все усилия, зачать еще детей у него никак не получалось. А Узумаки, по сути, отвалили целое состояние, чтобы обучить и экипировать наследников, а это значит только то, что они стремятся получить лояльного им главу Учих... — 'но у них ничего не выйдет — Учихи всегда были себе на уме. Но зачем...' — Усилием воли отогнав навязчивые мысли, крутящиеся в голове вот уже второй десяток лет, Таджима вновь перевел взгляд на своих первенцев.

Сейчас Мадара в лицах рассказывал о совместной охоте за четыреххвостым — и откуда только такой актерский талант? — и по мере его рассказа всплывали интересные подробности о силе бойцов Узушио... в общем, легенды если и врали, то ненамного. Четырёххвостый — очень неприятный противник, как, в принципе, и все хвостатые. Но эта пламенная обезьяна мало того, что ловкостью ушла недалеко от своего реального прототипа, несмотря на все размеры, так еще и потоки лавы изрыгаемые ею из своей пасти поджигают все, что может гореть и, кажется, даже то, что не может.

Обычно последствия пришествия четырёххвостого — обширные лесные пожары, остановить которые даже сложнее, чем в очередной раз прервать гнусную жизнь его источника. Но не в этот раз. Монстр появился на побережье страны Огня и Узумаки оперативно уничтожили хвостатого до прихода подкреплений от местных кланов, так что свидетелей не было. Земля слухами полниться, так что информации о сражении много и она весьма противоречива. Единственное, что известно точно — на месте боя теперь огромная воронка (по разной информации от двухсот метров до километра) и поваленный лес на несколько километров вокруг. А теперь Мадара вот так просто говорит, что почти все изменения ландшафта произвел их этот биджев Каге в одиночку. Таджима с душевным скрипом признавался себе, что в его арсенале просто нет столь убойных техник, даже с учётом того, что у него одна стихия, а у главы Узумаки, по словам Мадары, все пять.

— Что? — глава Учих с усилием включился в застольный разговор, — что ты сказал?

— Э, — Мадара скосил на него взгляд, — я сказал, что я участвовал в планировании и осуществлении этой операции.

От услышанного мозги Таджимы пришли в форсированный режим, — и что, Узумаки тебе вот так просто подчинялись?

— Это была тренировка, — пожал плечами Мадара.

'Ясно. К малышу просто отнеслись снисходительно. Эдакий 'свадебный генерал', возможно, даже и не исполняли 'его' план, а действовали по заранее составленной инструкции. Какой же он все еще молодой — не распознал подобного. Но ничего, это будет первым камешком недоверия к Узумаки, своих наследников я никому отдавать не собираюсь'

Ну а дальше принцы достали откуда-то 'выпивку настоящих Узумаки' и особо горячие головы, рискнувшие ее попробовать тут же свалились под лавки. Праздник в честь прибытия наследников набирал обороты.

*Изуна Учиха. Следующее утро*

Не перестаю удивляться организму шиноби. Судите сами — пара часов после рассвета, простые люди, пьянствовавшие с нами наравне, сейчас, в лучшем случае, еще ловят 'вертолеты', а шиноби разбегаются на посты и тренировки. Может быть, это неудачники, которым пить вчера запретили, но, по-моему, за столами сидели все. Мда, плохой я клановый человек, успел позабывать почти всех Учих за это время.

Сейчас я лежал на кровати, а сна уже ни в одном глазу не было. Мало того, что я не большой любитель выпить, как бы то ни было, так и четырёх часов сна мне хватило, чтобы выспаться и вывести все остатки той гадости, что мы вчера пили. Ну, не люблю я это саке.

Так что я просто пялился в потолок. 'Интересное ощущение. Не надо никуда бежать, можно все проблемы отодвинуть 'на потом'. Весь кайф такого вот отдыха может понять только тот, кто вкалывал на протяжении последних лет -дцать и вечерами просто падал лицом в подушку'.

Скоро мне надоело рассматривать типичную обстановку, густо усыпанную 'ракетками для тенниса' — моим клановым Камоном — и непривычный к безделью мозг снова переключился на проблемы. Первым вспомнился прошлый вечер, когда Мадара просто феерично спалился перед батей, тоже мне, р-разведчик, блин, но удачно выкрутился, нигде даже не соврав. Ведь он действительно участвовал в планировании и проведении операции, вот только он умолчал, что делал это чуть ли не единолично.

Мда, та битва решала сразу множество задач, как и любит поступать Удзи. Первая и основная задача — попытка подчинить биджу простым шаринганом. Авторитетно заявляю — это невозможно. Как вообще можно наложить столь мощную иллюзию, как 'подчинение' на объект размером с чертову гору? У меня оно через раз на генинах срабатывает, не говоря уже о биджу. Кстати, о нем. Он страшный. Честно скажу. Он ОЧЕНЬ страшный — подавляющая волю КИ, внушающие ужас размеры и невероятно могущественные стихийные атаки. Как его убивают простые шиноби я не знаю. Даже когда Каге влупил по нему 'с главного калибра', тот только был нокаутирован, но не убит. И ради этого я даже сорвался от звуковиков.

А по поводу подчинение вот что скажу. Эта тварь действительно, наполовину состоит из чакры, а физическое воплощение — лишь что-то из разряда проекции, и как оно воспринимает мир я даже не берусь предполагать. Либо этот Обито был просто невероятно крут, либо, что более вероятно, Мангёке — имбовая штука, как, собственно, и обычный шаринган.

Остальные задачи были прозаичней — обкатать армию на противодействие подобному противнику, проверить личные наработки, как самого Каге, так и учёных Котоку, ну и, естественно, авторитет. Хотя, думаю, еще пяток целей точно наберется.

Со вздохом, я сел на кровати и распечатал из печати на теле пачку документов. Причем это была не вульгарная бумага, а стопка самых настоящих планшетов — вот где чудеса. Активировав один и введя пароль, я устроился поудобней и погрузился в чтение.

Итак, что являет собой отдел специальных операций с точки зрения Узумаки? Что из себя вообще представляет собой спецура? Помесь взвода эдаких Джеймсов Бондов и Команды А, способных на тихую диверсию, захват людей и все в таком духе. То-есть, бойцы не для глобальных заварушек, а для чего более сложного. Это в том мире. А тут все стоящие бойцы — ниндзя в самом традиционном смысле этого слова. Мы тут все мастера скрытного проникновения и шпионажа. Даже мастистый наше-все Каге и тот может спрятаться 'на ровном месте', что не раз доказывал.

Основной проблемой большинства сильных шиноби является черезчур заметный эффект от техник и физическая сложность уйти от возможного преследования. Конечно, Узумаки — мастера препоганейших ловушек, но стопроцентной гарантии 'сделать ноги' у них нет. Как и возможности по-настоящему бесшумного штурма. Зато этого всего в достатке есть у Намикадзе в полном составе. Скорость этих бойцов — нечто невообразимое, на голову превосходящее возможности даже самых продвинутых в этом плане шиноби. Просто потому, что максимальная скорость передвижения телепортами ограничиваться исключительно мозгами пользователя. А вот в чём в чём, а в мозгах Намикадзе не откажешь. Пусть строить стратегии, как Нара, они не в силах, но мгновенно сориентироваться в нестандартной ситуации — их конёк.

Скорость шиноби с этой техникой настолько велика, что даже самоучка Минато в одиночку сражался с целыми армиями. Он смог увернуться даже от самой быстрой атаки Райкаге. А это показатель. Правда, против бронированных противников либо против через чур мощных эти ребята пасуют. Как Минато перед Девятихвостым. Хотя, стоит признать, против того монстра один на один пасуют подавляющее большинство шиноби. А у меня в подчинении уже двадцать пять боевиков превосходящих безкланового сироту.

Так же главной особенностью этого клана, как известно, является их полная неспособность к стихийным техникам, а главным оружием является либо расенган, либо специально созданное оружие на основе райтона.

В итоге получается гремучая смесь из скорости, неуловимости и относительной бесшумности, замешанной на неспособности одержать стратегическую победу — то есть, как-то закрепиться на месте. Вот и выделили всех боевиков Намикадзе в отдельный вид войск — специальные операции. В нашем мире они не элита, а просто лучший инструмент для подобных задач. Те же Узумаки 'раззудись плечо, размахнись рука' при всем желании не смогли бы 'чисто' выполнять аналогичные задачи.

А теперь главный вопрос — почему начальником над ними поставили меня? Ха, а тут все просто. Быстрая реакция у Намиказе — побочный эффект от прокачанных в нужную сторону мозгов, а у меня — чуть ли не основная специализация, лихо усиленная Шаринганом. Для меня ловить мельчайшие подробности и вплетать в иллюзию, как дышать. Плюс ориентируюсь не только глазами, а всеми пятью чувствами, что позволяет мне быть еще быстрее, чем те же Намикадзе.

Наверное, что-то подобное чувствовал Рок Ли — вкалываешь до седьмого пота, вкалываешь, а тут приходит хрен с бугра и с красивыми глазками налегке делает то, чего ты добивался упорным трудом.

Правда, это не единственное мое преимущество над Намикадзе. Дело в том, что, несмотря на их нестандартную чакру, наложить на них иллюзию я все же могу. А осознанная сопротивляемость этой ветви искусства ниндзя у них ниже плинтуса. Ну и конечно, великолепный контроль огня и неплохой молнии идут сюда, как небольшой плюс.

Вообще, как показала практика, для уже моих бойцов самые опасные противники — площадные. Например, к клану Собаку, то есть, буквально, пустынным, лезть им строго противопоказано. Пусть не все из могут контролировать метал, но даже так, с песком, они могут запросто поймать Намикадзе. И звуковики, которым даже напрягаться не придется — просто устроить площадную 'арию' и все, прощай, спецура.

Кстати, раньше я думал, что Гаара мог контролировать песок только из-за демона у него в животе, но, как оказалось, таких вот 'стихийных' кланов тут просто навалом — контроль песка, лавы, снега, деревьев это идет из разряда 'обычного', а вот тьма или свет или смерть — вот это уже серьезно. Последнего повелевающего смертью выкосили еще Узумаки в первом тысячелетии от Победы, ну а ананасоголовые теневики у нас самих в роли командиров ходят.

Отложив в сторону личные дела, я взял планшет с 'матчастью'. То еще занудное чтиво, скажу я. Пусть тактики и комбинации я знал, так как сам их изучал и частью участвовал в создании, то вот экипировка, устав и прочее... Я вздохнул и углубился в чтение.

Не могу сказать, что экипировка сильно отличалась от аналогичного комплекта остальных шиноби — такая же горка разнообразных прибамбасов, начиная от лески, заканчивая дьявольскими сюрикенами. Самая глобальная разница была в нескольких абсолютно персональных вещах. А именно, в стихийном оружии. Если 'запахнет жаренным', то такие девайсы — единственный способ нашей спецуре выжить.

Что оно из себя представляет? О, это шедевр кузнецов Узумаки. Меч, в котором накоплена чакра молнии, и который может использовать техники на ее основе, почти без участия пользователя. Именно за такое оружие наши кузнецы считаются лучшими. К сожалению, сложность изготовления подобного оружия столь высока, что вооружить вообще всех им не выйдет. Только тех, кому оно действительно необходимо. Лично мне оно не надо — сам молнией владею, а вот подчиненным без него никак.

Так если бы на этом все заканчивалось, так нет же, там еще сложная структура подчинения и отчетности. Даже двойная. С одной стороны, я отчитываюсь перед министром разведки, а с другой, уже как этот самый министр разведки, непосредственно главнокомандующему — моему брату Мадаре, а, еще, черт побери, должен писать объяснительные казначейству о закупках обмундирования, муниципалитету о содержании помещений моих ведомств, Каге отчёт, его сестре, как главному по 'мирской жизни' тоже... и еще куча регламентаций по взаимодействию служб. Я с тоской покосился на еще стопку планшетов с главами устава и прочих правил. Захотелось повыть.

*Мадара Учиха*

С утра я возился на кухне, помогая маме готовить завтрак, и между тем травил байки из моей жизни. Мама охала, причитала в нужных местах и с точностью робота готовила пожрать. В общем, дело спорилось. Батя усвистал куда-то к себе в кабинет и сказал до завтрака его не беспокоить. И это после грандиозного бухача — вот где сила.

— Ну, — мама критическим взглядом осмотрела стол, — в принципе, всё готово, спасибо за помощь, Мадара. Позови, пожалуйста, брата, а я схожу за отцом.

— Всегда пожалуйста, — я улыбнулся и вдохнув поглубже проорал, — Изуна, спускайся, жрать подано!

Мама улыбнулась и тихо сказала, — думаю, он услышал.

Усевшись за стол я стал взглядом выбирать наиболее лакомые кусочки, а то знаю я этого пройдоху — сразу высмотрит и заберёт все самое вкусное. По лестнице кто-то тяжело спустился, мельком сосредоточившись я по совокупности факторов (интервал между шагами, дыхание и скрип пола под весом) определил, что это Изуна спустился. Хоть в сенсорике до высот моего брата было далековато, но вот такие фишки для шиноби почти естественны, по крайней мере для сильных Учих так точно.

Брат сел на свое место за столом и мельком окинув стол взглядом кинул посмотрел на меня... эдак с хитрецой. Да, я специально поставил еду так, чтобы до моего любимого тиреяки ты не мог дотянуться, проглот.

Двумя движениями Изуна немного подвинул стул немного ко мне и снова посмотрев на меня, слегка подмигнул. У-у, засранец, так у него будет преимущество в тиреяки, если и на этот раз он уведёт их у меня из-под носа... В моих глазах читался приговор.

Изуна откинулся на спинку стула, тяжело выдохнул, и помассировал виски.

— Как ты со всей той бумажной тряхомудрией справляешься?

'Судя по его унылой роже он всё утро читал документы'. Подавив широкую лыбу я с невероятно серьезным лицом сказал, — перекладываю на подчиненных.

По обычно каменному лицу брата пронеслась тень невероятной зависти, но он быстро взял себя в руки.

— Это недостойно правителя! — менторским тоном заявил он.

— И чё? — я пожал плечами, — комната погрузилась в молчание.

'Хе, в отличии от тебя, халявщик, я уже третий год варюсь в этой байде и вникал в нее постепенно, а не как ты, нахрапом'.

Справедливости ради стоит отметить, что я не все делал отдавал подчиненным, да у Изуны сейчас есть толковый заместитель. Просто мы вкалывали, пока этот парень изображал из себя шпиона у звуковиков, куда секретные документы, естественно, взять запретили. Так что теперь я имею всяческое моральное право глумиться над ним, ибо нефиг!

Вошли мама с папой.

— Доброе утро, бойцы! Как самочувствие?

Я хмыкнул. После того, как Удзи превратил меня в пропеченный фарш, всё остальное — мелочи. Изуна ответил, мол, нормально.

Мы расселись за стол и после обязательного 'итадакимас' начался завтрак. Еще и как начался: батя шустро смёл самый вкусный кусок курицы тиреяки, который я искренне считал своим еще тогда, когда он готовился. Судя по обескураженному выражению лицу Изуны — тот тоже не ожидал такой подлянки. 'Ну, ничего, сейчас я отыграюсь и утащу во-он тот кусок Субуты'. Кто сказал, что свинина на завтрак — это слишком тяжело? Ничё не знаю, я — растущий организм...

Когда бои за красиво оформленный стол из горячей фазы перешли в состояние позиционных, батя начал говорить.

— Дети мои, я невероятно рад, что вы вернулись в целости и сохранности из лап этих Узумаки. Я невероятно горд, что такие могучие воины займут мое место. Я верю, что с вашей силой мы-таки положим конец этим поганым Сэнджу, столько столетий отравляющих нам жизнь.

Обычно молчаливого отца прорвало, он говорил и говорил, но я не слышал его. В мыслях уже давно был заключен союз между Учихами и Сэнджу, наша дружба воспринималась всеми как само-собой разумеющиеся. Мы совсем забыли, что в реальности всё иначе.

Даже сама мысль сойтись в реальном бою против принцев Сэнджу не вызывает у меня никаких положительных эмоций. Даже если отбросить то, что они наши друзья и взять чисто силу. Канонный Мадара даже с Мангёке и ручным девятихвостым был бит Хоширамой, а нынешний Тобирама чуть не ухайдокал самого Узукаге. Под руководством Изуны, но все же. Кстати, любимые иллюзии самого Изуны против них уже бесполезны. Так что прими дело серьезный оборот — и мы проиграем.

— Было очень вкусно, спасибо, — когда отец закончил я встал и вышел подышать свежим воздухом — кусок в горло не лез.

концовка

Идёт вялотекущий конфликт Учих и Сенджу. Принцы не убивают своих противников, хотя отчитываются о другом. Исходя из неверных данных о потерях противников главы Учих и Сенджу развязывают полноценную войну и во время махача 'стенка на стенку' убиваются друг об друга (или им кто-то помог. Не суть). У братьев Учих от увиденного активируется Мангёке. Мадара, который привязался к новому бате уже готов всех там поубивать, но Изуна использует на нём иллюзию трезвости мышления и она проходит!!! У Мадары 'канонный' шаринган, у Изуны 'Vortex' из картинок к второй книге. Вид Мангёке зависит от используемого шиноби колдунства. У Мадары он усилил огненную стихию до невообразимого уровня, а Изуне дал могущественную силу иллюзий.

В общем, принцы останавливают махач, призывают спецотряд Узумак и под офигевшими взглядами заключают союз. Когда всё рассосалось принцев доставляют в госпиталь Узушио и Тобирама проводит анализ их новых глаз. Оказывается, обычный шаринган и, тем более, Мангёке — скрытый потенциал и организм просто не приспособлен для его использования на постоянной основе. Как в тех рассказах, где мамы поднимали грузовики, чтобы достать их детей или испуганные ребята перепрыгивали трёхметровые заборы.

Чтобы избежать слепоты было достаточно разработать систему подпитки глаз, что успешно делали в каноне при пересадке глаз. Когда Мадара уснул под действием наркоза, Тобирама пробормотал: 'Надеюсь, ты не пойдешь по канноным стопам и я сейчас не совершаю самую большую ошибку в своей жизни'.

Операция проходит успешно, все отмечают возросшую реакцию и силу соответствующего колдунства у братьев. Но до коронных фишек еще рановато — братьев ждут в клане. После возвращения начинается кипеш — воинствующие подчиненные обоих кланов хотят узнать 'сх.рали'. Принцы с обоих сторон толкают пространную речь 'о дружбе, мире, жвачке'. Идея жить в мире суровым шиноби нравится, но 'не с этими му.аками'. Вмешиваются Узумаки и с их поддержкой принцы объявляют о создании союза. Все в шоке. Все равно, если бы Франция с Англией во время войны заключила унию и пошли громить Испанию или Корея с Японией.

В мире начинается шевеление — союз Сенджу и Учих настолько мощный, что натянуть может кого-угодно, хоть отдельный клан шиноби, хоть элементарное государство (без шиноби). Несмотря на громкие заявления о 'мире во всём мире' им, союзу профессиональных убийц, никто не верит. Точнее, учитывают все варианты развития событий. Хотя многим декларируемые идеи о 'мирном небе' очень нравятся. Всё-таки жить на постоянном поле боя отнюдь не весело, как бы там отдельные романтики не считали.

Узумаки заранее позаботились о 'точках кристаллизации' и во всём мире стали заключатся 'канонные' союзы. Весь корпус дипломатов Узушио, все 'шишки' и служба внешней разведки под командованием Изуны носились, как в задницу ужаленные, по всему миру решая, а кое-где и создавая разногласия и, естественно, убеждая каждый союз, что 'Узумаки уж точно поддержат именно их, если что. Все говорят о мире... но, вы поняли' ...

К союзу 'Листа' добавляются 'появившиеся' Нара, Яманака и Хьюги. А так же сонм других кланов из страны огня. Лист объявляет о создании скрытой деревни, добазаривается с Дайме огня о 'почти вассалитете' и начинается строительство. Отдельная история, что таких масштабных проектов и таких современных архитектурных решений во всем мире никто не делал и Сенджу чуть ли не вручную создают Коноху. Узумаки в несколько слоев покрывают там фуин.

Недалеко от города закладывается настоящее 'селение, скрытое в листве' — огромные деревья, как в лесу смерти, служат домами — небоскрёбами для шиноби. Они же аккумулировали сен-чакру и питали город. А Коноха была представительским городом, с территориями кланов, администрацией и прочим. Выпускается свод правил — 'Закон листа', то есть, первый уголовный кодекс за авторством Мадары, который передрали все поселения. А так же ее скрытая часть, где говорится, что над Каге огня и советом джонинов есть еще один Каге — Узукаге. Узумаки дарят Туману семь мечей — неликвидов, преподнося их, как 'супер мега оружие Узумак' в обмен на 'пару' техник.

Каждый изощряется над своей гакуре, как может. Песчаники сбили песок в натуральный камень и общими усилиями воздвигли город над самым крупным оазисом — перекрестком почти всех торговых путей в пустыне. Камень забрался на неприступные горы и сделали их еще неприступней и каждый так.

ВНЕЗАПНО, оказывается, что Коноха — одна из самых малочисленных деревень в мире. Хоть и 'одна из' пятерки сильнейших. Сейчас, правда, 'четверка сильнейших' и Коноха. Слишком уж много появилось независимых 'скрытых деревень'. И первоначальный план идёт коту под хвост, ибо, 'если что не так', все нападут на Коноху. Как, похоже, и случилось в каноне.

Собирается первый совет Каге (включая Узумаки), где Удзи, среди прочего, поднимает вопрос о хвостатых зверях и его большом делании разделить джинчурики между Гакуре. Узушио отказывается от 'своего' джинчурики и предоставляет свою печать в обмен на ништяки, но 9 хвостатых все равно не делятся на пятерых. Хоширама, как и в каноне, падает на пол и молит о мире. Ему отдают девятихвостого. А Узушио 'чтобы было справедливо' отправляет 'равноценную' помощь в виде тысячи бойцов с семьями. Все в шоке. Второй раз. Лист вырывается в лидеры по численности, а все по-новому оценивают мощь джинчурики и опасливо косятся на Узумак, у которых, по слухам, когда-то были все девять.

Водоворот 'за кулисами' успокаивает всех и говорит, что та тысяча 'для нас мелочи' и 'они все-равно никудышные бойцы', но 'не обижайте наших родственников'. Хоширама тем временем освоил техники 'Будды' и без напрягов в одиночку (а на самом деле совместными с Изуной и толпой принцев Узушио усилиями) ловит всех хвостатых и получает от обтекающих Каге титул 'Бог шиноби'. Лезть на Коноху желания поубавилось у всех.

Лист ведет активную 'брачную' политику, переженив всех на всех. Хатаке на Инузуках, Узумаки на других кланах и так далее. Ну, кто не против был. Большой праздник 'всемирной свадьбы'. Удзи веселится и выступает тамадой. Изуна говорит: 'Каким был весельчаком, таким и остался. Похоже, его ничто не изменит'.

Узушио, по сути, передислоцировало ВСЁ население водоворота в Лист. Точнее, в его скрытую часть. Полностью экипировало армию Листа доспехами и начало активное боевое слаживание. Такие ну о-очень подозрительные шевеления не понравились категорично всем и скрытые деревни начали готовить свои армии. Лист отнекивался, мол, мы просто тренируемся. Раздаются призывы к войне 'Мы круче, у нас есть %имяклана1%, а их %имяклана2% — отстой', сначала робкие, потом громкие. Три месяца был напряженный мир, а потом Узушио устраивает несколько диверсий и науськанные страны развязывают мясорубку.

Начало третьей книги.

Узушио тут же посылает всех с аргументацией 'Мы за мир, в войне участвовать не будем'. На самом деле все войска Водоворота сражаются за Лист. До деревень потихоньку доходит, что Водоворот, мягко скажем, напарил всех. Война набирает обороты.

Удзи стоит на балконе и смотрит, как колонны бойцов идут на фронт. Напевает: 'И на рассвете вперед уходит рота солдат. Уходит, чтобы победить и чтобы не умирать'.

Котоку спрашивает, что случалось. Удзи отвечает, что из-за плана сейчас пойдут умирать знакомые люди. Стоит ли оно того?

Уходит. Котоку смотрит на солдат и тихонько поет 'и чтобы не умирать'.

Тут советую почитать файл 'идеи' в папке с третьей книгой.


* * *

Итак, за неполных полтора месяца население шиноби сократилось буквально вдвое. Слишком могучие были противники, слишком... все слишком. Погибли несколько Каге. Удзи стоит на похоронной церемонии. Зачитывает имена погибших. Среди них его старший и младший сын, хорошие знакомые и те, кого он собственноручно венчал пару месяцев назад. Больше никто не видел Удзи таким же улыбчивым.

Прошло пятнадцать лет и подросло следующее поколение шиноби. Деревни не забыли предательства Узушио, а так же подлянок от них. Сами Узумаки допускают утечку информации, что на Узушио вообще нет войск — они все в Листе. Собирается объединенная армия стран и 'без объявлении войны' нападает одновременно на Узушио и на Лист. Формальным поводом стало то, что Лист разругался со своим Дайме и буквально вырезал всю знать в стране и захватил страну Огня.

Половина армии та, которая пошла на Узушио, пробралась через череду ловушек и уже под самими стенами попала в самую масштабную ловушку за всю историю — весь остров был ловушкой. Бойцы в целости и сохранности попали в камеры заключения. С той частью, которая пошла на Лист всё было сложнее. Их пришлось встречать в лоб. Вместо самоубийственной мясорубки был выбран вариант 'по понятиям', когда предводители сражаются только друг с другом. Армии отступили, но противники плевать хотели на договоренности и предали на этот раз Узушио. Отборный спецназ всех элементарных стран (куда Огонь уже не включали) окружил Тобираму, Хошираму, Мадару, Изуну, Котоку, Удзи и Митико.

Нечто подобное ребята и предполагали, а потому зашли с козырей. За эти пятнадцать лет многое изменилось. Изуна и Мадара научились пользоваться Мангёке. Мадара освоил законченное сусано, а Изуна научился покрывать мощнейшим сусано только свое тело, из-за чего он стал самым быстрым и трудно-пробиваемым противником. Хоширама — Бог Шиноби и этим всё сказано, Тобирама — лучший врач в мире, а Узумаки всегда сильными были. Змеиный саннин, который к тому времени возглавил генетиков в НИИ имени Котоку успел изобрести проклятую печать и почти довёл ее до ума, когда напал на Удзи с целью похитить его тело. Успешно выпилен Удзи, у которого пол лица вдруг стало черным. 'Знакомся. Зецу. Телохранитель правящей четы Узумаки. По стандартной программе хотел воскресить чету основателей, тебе известных, как Мудрец шести путей и Кагуя, праматерь. Да-да, вижу, ты знаешь, кто они. Но это секретные сведения, так что мне придется тебя убить. Прощай'

Так же Мадаре пересадили клетки Хоширамы и он обрёл Риннеган.

Бой начинается с того, что все надевают одинаковые маски, а у Удзи маска — та самая маска Бога Смерти. С ее помощью, за каждого убитого он восстанавливает всю чакру и всё раны, а за ранение — простой 'лайфстил'. Мадара с криком 'Пришла ваша боль!' призывает несколько путей Бога и заверте...

Тут идёт описание эпичного махача всех против всех и Удзи против трёх Каге в частности. Всё заканчивается безоговорочной победой наших. Из-за таланта медика Тобирамы, всех удается спасти. Армию противников, до этого стоявшую в стороне и таращившуюся на эпичную битву со сменой ландшафта, лучшие мастера фуин запечатывают в ипич...эпическую по размерам фуин и доставляют в ту же тюрьму, что и остальную армию 'четверых элементарных стран'.

Войска Листа, воспользовавшись полным отсутствием войск противников захватывают столицы стран, гакуре и резиденции кланов. Из захваченных плит Риккудо узнают истинную историю. Это был мир, похожий на наш, то есть, с технологиями, но без чакры. Учёные того мира как-то достучались до природной чакры и начали ее аккумулировать. Так были 'изобретены' генераторы чакры — прототипы хвостатых зверей. Военным не пришло в голову ничего умней, чем превратить их в оружие, наделив разумом либо попытаться запихнуть их в человека. Первые эксперименты принесли миру воистину опасных хвостатых чудовищ, а вторые породили чакрооператоров, колдунов, в общем, тех, кого сейчас называют 'шиноби'.

Концентрация чакры в мире увеличивалась, что породила уже спонтанные мутации в геноме человека, пробуждая и развивая ту часть ауры, отвечающую за энергию. Так были научно подтверждены существования ауры и влияние второй чакры, которая и генерировала эту самую энергию.

Первоначально, Узушио было на вершине горы, раз, и было исследовательской лабораторией, точнее, центральным 'офисом' исследовательского комплекса, куда свозили абсолютно всех удачных (но неудачливых) мутантов и эксперименты со всего мира, два. Бункера были построены на славу и последующую заварушку пережили. Хоть и наполовину.

Стратегическая бомбардировка хвостатыми зверьми и 'наш ответ чемберлену' в виде фуин и додзюцу. Так эту эпичную битву описывали скрижали. Насколько стало понятно, каждая территория развивала свое направление: кто-то ставил на личную стихийную силу колдунов, кто-то на что-то редкое, но невероятно забористое, кто-то клепал хвостатых, ну, а 'мы', точнее 'наше' государство было круче: 'наш' конёк было фуин и направленные генетические мутации. Именно остатки такой лаборатории были найдены нами в потенциальной стране Звука.

Наш козырь было трудно побить: шаринган позволяет контролировать самое разрушительное оружие врага — биджу и 'в добавок' возможность буквально проявить в реальность любую иллюзию от 'непробиваемого' доспеха — Сусано, до 'все сжигающего огня' — аматерасу и вплоть до манипуляции с пространством. Это понял еще Изуна, ставший повелителем иллюзий. Он мог проявить все, что придумает его разум. Редко кто мог различить его иллюзию и реальность. И это только побочный результат, как и бьякуган — идеальное оружие разведчика и диверсанта.

Основными нашими боевыми единицами были бойцы с Риннеганами. Их боевой потенциал просто подавляет. Используя еще одну побочную разработку — маску бога смерти — получилось добиться относительного бессмертия с помощью одного из путей Риннегана.

Плиты были очень скупы на информацию, но когда полыхнуло, на нас какой-то доброжелатель помимо всей остальной пакости сбросил десятихвостого. При чём в этот раз именно на нас, на исследовательский комплекс, расположенного в глухих горах. Наш самый крутой, тот самый мудрец шести путей, вышел и разделил безбашенного девятихвостого на еще менее вменяемых, но ГОРАЗДО менее сильных тварюшек.

Потом наступил АД. В плитах не говорится кто с кем воевал, но последствия оказались впечатляющие. На поверхности не выжил никто. Выжившие в лабораториях вылезли наружу и оказались... на равнине. А Водоворот — вообще на острове, а были в нефиговых горах.

Покорённой армии поставили аналог подчиняющей печати. Тем, кто согласился. Остальные совершили сеппуку. Пол века Империя Водоворота 'переваривала' наследство, а потом начала экспансию дальше. В той исследовательской лаборатории были образцы со всего мира, поэтому постоянно натыкались на своих 'братьев по техникам'. Так, на родине кукловодов научились делать разумных кукол, что позволило Мадаре дать каждому из путей Бога свое сознание и вручить каждому живых марионеток, окончательно превратившись в армию в одном лице.

Для похорон шиноби была изобретена техника, которая обращает пользователя в неразрушимый камень, даже если у него другая стихия. Это позволило увековечить героев своего времени и оживить города. На улицах в честь героя всегда стоял его 'памятник нерукотворный'.

Первым в возрасте 237 лет из жизни ушёл Мадара. Его убил мощнейший повелитель воды, буквально утопив вместе с ним нехилый остров. Вторым, в 297 лет, умер от старости Изуна. Под конец жизни он начал потихоньку сходить с ума. В след за ним в 354 лет умер Хоширама от перенапряжения — пытался убить двадцатихвостого. В 453 года умер Тобирама. Он до последнего боролся за свою жизнь, почти перейдя на уровень растения. В 560 лет от старости умер Котоку — величайший учёный всех времен и народов.

В 1040 лет ушёл из жизни Удзи, обогнав свою сестру на пятьдесят лет. С его смертью завершилась темная эпоха объединения. Вся планета вот уже половину тысячелетия была под властью Империи Водоворота. Власть принял шестой Узукаге — его сын, нареченный Первой тенью мира. Наступила Эра мира, спокойствия и процветания.

Тут надо прочитать файл 'эпилог'

Удзи и компания путешествуют по известным фендомам и набирают себе армию разумных марионеток из главных героев тех миров.

Когда Империя сталкивается с другой разумной расой в галактике, то терпит одно поражение за другим. Тогдашний Узукаге, внук Удзи, с помощью 'Эдо тенсей' призывает героев (Удзи и ко) и те разносят в пух и прах родную планету агрессора. При чем с особой жестокостью.

Через тысячу лет, наследницу на престол похищают и требуют выкуп, и их призывают еще раз. В этот раз у них огромная армия разумных марионеток, среди которых 'здоровый мужик с белоснежными усами и алебардой', 'парень с розовыми волосами и жилеткой на голое тело', 'странный мужик в оранжевых очках и красном длиннополом плаще и широкополой шляпе', 'странный улыбчивый паренёк, сделанный будто из резины' и так около тысячи бойцов.

Они выложили из голов населения той планеты букву 'Ы', которую было видно из космоса. Больше их никто не осмеливался призвать. И никто не знает, чем они занимаются.

 
↓ Содержание ↓
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх