Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Хенрик-Уршула


Автор:
Опубликован:
14.02.2015 — 14.02.2015
Аннотация:
С Любовью, автор)))
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
 
 


* * *

Загоняв девушек до полного изнеможения, и саму себя до полной пустоты в голове, я приступила к тому, чего ждали все. Мы закончили ставить танец. Все движения были выучены, очередность и синхронность проблем больше не вызывали. Конечно, и танец был простенький, но, несмотря на это, должен был быть эффектным. Во всяком случае, я была довольна.

— Открытие, — поучала я, проходя по рядам, — это самое важное выступление в жизни... Здания, скажем так. — И вы должны понимать, что танец — это не просто движение тела. Это еще и движение души. Любую эмоцию можно сказать словами, можно жестом, а можно танцем. И вы должны проживать это, как бы трудно это не давалось. Понятно.

— Понятно, — шелестело по рядам. Наверное, я слишком строго говорила с ними последние несколько дней.

— И нам еще нужно примерить костюмы, девочки, — напомнила Маришка, вызвав большое оживление, что неудивительно.

Отпустив замученных девушек восвояси, мы с Маришкой, несмотря на усталость, сели додумывать очередную программу.

— Как минимум на неделю надо, — задумалась Мариша, кусая карандаш.

— Ты собралась выступать каждый день? — хмыкнула я, быстро разлиновывая листок.

— Почему нет, — Мариша заломила бровь.

— И то верно. Но подумай вот о чем...

— О чем?

— О своем голосе.

— А что с ним?

— Он очень хорош, — твердо заявила я. — А для нынешнего заведения — чересчур хорош.

— И что вы задумали, панна Уршула? — Мариша вперила в меня сияющий взгляд и сложила руки на груди.

— Я задумала сделать тебя звездой Нижнего города, девочка моя, — серьезно сказала я. — И не думай сопротивляться.


* * *

— Добрый вечер, Сташек, — поздоровалась я, подходя к своей двери. Молодой человек подпирал стенку возле нее с видом донельзя унылым.

— Доброго вечера, панна Уршула, — ответил он.

— Ты что-то хотел? — осторожно спросила я, некстати вспоминая, что не далее как вчера предстала перед двумя мужчинами в виде более чем легкомысленном.

— Панна Уршула, хозяин не дается перевязать, — выпалил парень, а у меня от неожиданности ключи из рук выпал. — Словами всякими ругается. А у него, кажись, все бинты уже намокли...

— Думаешь, мне дастся? — усомнилась я, поднимая ключ и отпирая свою комнату.

— Вам дастся, — ухмыльнулся Сташек, но под моим строгим взглядом улыбка его увяла.

— Иди, приготовь два кувшина теплой воды и чистые тряпки. Не забудь бинты, и ту мазь, что я приготовила вчера. — Перечислила я, и, закрыв дверь, отправилась приводить себя в порядок. Закончила я в аккурат к тому моменту, как Сташек стал скрестись в дверь.

— И как это понимать? — возмутилась я. Пан Хенрик уже успел размотать верхний слой бинта, и по всему выходило, что успели мы как раз вовремя.

— Я решил, что не стоит вас обременять, — пояснил он, поднимая голову.

— Сташек, вы свободны, — отчеканила я и подернула рукава, чтобы не мешали. — Уберите руки.

Я осторожно смачивала бинты теплой водой — запекшаяся на них кровь красноречиво подсказывала, что нечего и пытаться отдирать так. Я пару раз вскидывала глаза, и тут же натыкалась на спокойный внимательный взгляд серых глаз. И в какой-то момент что-то мягко толкнуло в сердце, и то запнулось, а потом застучало вдвое быстрей, и пальцы задрожали, и, кажется, краска бросилась мне в лицо. Я опустила голову еще ниже, пытаясь совладать со своими эмоциями, но получалось из рук вон плохо. Теплый запах мужского тела, гладкая кожа под пальцами, слегка подрагивающие от моих прикосновений мышцы. Негромкое размеренное дыхание, которое щекотит мне волосы и ухо. Я облизнула пересохшие губы, бросила последний бинт на стол, и взялась было за кувшин с теплой водой, как вдруг погасло электричество.

— Ой, — вырвалось у меня невольно, когда я вместо кувшина наткнулась на твердый локоть.

— Объявление, — негромко напомнил пан Хенрик, и я мысленно чертыхнулась. И правда, на тумбе напротив здания второй день моталось объявление о том, что сегодня будут вестись профилактические работы. Вот поэтому не слышно негодующих возгласов со всех этажей. — Вы запаслись свечами, панна Уршула?

— Боюсь, что нет, — вздохнула я. — А вы, пан Хенрик?

— Вы так и будете меня звать паном, да? — в его голосе я отчетливо услышала улыбку и тоже улыбнулась. — В нижнем ящике стола свечи. Можете достать.

— Хорошо, — пробормотала я, на ощупь, двигаясь вдоль столешницы, и прислушиваясь. — А вы куда?

— Здесь у меня еще лампа была, — пробормотал он, что-то роняя. Я достала связку свечей и спохватилась:

— А спички?

— У меня есть, — ответил пан Хенрик, чиркая по коробку. Мигающий огонек выхватил на мгновение голое плечо, локоть и грудь с длинным кривым шрамом. Я двинулась вперед, и через пару минут мы зажгли первую свечу. — Интересно, куда запропастился подсвечник, — он повел вокруг свечой, и я перевела дух. Щеки у меня точно были алее мака — рассматривать полуголого пана Хенрика было на редкость приятным занятием.

— Подсвечник мы уволокли вниз, в зал, — повинилась я, отводя глаза и прищуриваясь на пламя свечи.

— Зачем? — изумился он, ставя свечу в один из стаканчиков, из которых он обычно пил бренди.

— Для антуража,— еще тише ответила я, и посчитала нужным извиниться, — простите, что не спросили вашего позволения... Хенрик.

— Ничего, — посмеиваясь, ответил он. — Для антуража не жалко... Уршула.

— Давайте, я закончу, пока вы окончательно не замерзли, — куда деть глаза и руки я решительно не знала, и теперь сама не знала, чего я больше хочу — убраться поскорее в свою комнату, или же пристроить голову на его плечо и провести губами по мощной жилистой шее.

— Я не замерз, — голос его сел, и от напряжения, висевшего в воздухе, можно было смело зажигать свечи. — Мне жарко.

Я осторожно коснулась его лба ладонью, и Хенрик прикрыл глаза, глубоко вдыхая.

— Кажется, у вас жар, — пробормотала я, убирая руку. — Вы позволите?

— Что?...— тихо спросил Хенрик, и мы, наконец, встретились глазами.

— Наклоните голову, — почти сердито попросила я, злясь и на себя, и на него. На себя — за то, что не хватает сил держать себя в руках, а главным образом на то, что не хочется этого делать, а хочется кинуться с головой в водоворот глупостей. На него — за то, что слишком хорошо держит себя в руках.

Тем временем, он послушно наклонился ко мне, не сводя немигающего взгляда с моих губ, и я на мгновение прижалась ими к гладкому горячему лбу.

— У вас жар. — Констатировала я, все-таки, смачивая несчастные тряпки в воде. — Сейчас я заново вас забинтую, дам лекарство, и вы ляжете в кровать.

— Я даже не знаю, вопрос это был, или предложение, — хмыкнул Хенрик, поворачиваясь так, чтобы мне было удобнее.

— Считайте, как хотите, — пробормотала я, и краем глаза заметила, что там, где его бока касаются мои волосы, кожа подрагивает, а сам Хенрик как будто даже немного вздрагивает. — Вы что, щекотки боитесь, — изумилась я, разгибаясь.

— У вас просто очень пушистые волосы, — проговорил он почти шепотом и медленно поднял руку. Я, как завороженная, смотрела в его лицо, пока он осторожно, я бы даже сказала, трепетно, заправил мне за ухо непослушную прядь волос. Пальцы его задержались на моей шее, под ухом, и медленно двинулись вниз, очерчивая мое лицо. Потом его рука безвольно упала, и я немедленно вернулась к прерванному занятию, скрывая горящее лицо и чувствуя, как сердце колотится в горле.

— Так не туго? — спросила я, затягивая бинт, чем невольно нарушила наше молчание.

— В самый раз, спасибо, — ответил он любезно.

— Рубашка, — я помогла ему продеть руки в рукава, и машинально поправила воротник. — Сейчас я смешаю микстуру, вы выпьете ее и немедленно ляжете. — Строго сказала я, сматывая все бинты и тряпки в один комок.

— А потом?

— А потом я дождусь, пока у вас спадет жар, и оставлю вместо себя Сташека. Он, скорее всего, дальше коридорного кресла не ушел. — Я разбавила порошок чистой водой и протянула Хенрику стакан. — Пейте.

— Спасибо.

— И ложитесь.

Он молча двинулся к неприметной двери, ведущей в его спальню. Я сложила тряпки в опустевший таз, и двинулась в соседнюю комнатку, где стояла раковина и на большом столе одиноко жались бритвенные принадлежности. Увидев опасную бритву, я ничуть не удивилась. Сложив все тряпки в корзину для белья, я отправила ее по желобу вниз, прачкам, потом ополоснула кувшин. Тщательно отмыв руки, я тихо прошла в спальню. Две свечи стояли на тумбе возле кровати, скупо освещая лицо Хенрика, подчеркивая возраст, выделяя усталые морщины. Короткий ежик волос серебрился сединой, хотя немного морщин и седина — это единственное, что выдавало его возраст. Крепкое жилистое тело излучало выносливость и силу матерого зверя, и было в этом что-то настолько притягательное, что я не удержалась. Наклонившись, я прижалась губами к сухим тонким губам, и на целое мгновение позволила себе все представить. Дыхание его ни на миг не сбилось, от чего я убедилась, что он спит крепким сном. Удостоверившись, что лекарство подействовало — лоб Хенрика был прохладным и влажным, я задула свечу, и, забрав вторую, на цыпочках ушла.


* * *

Утром я позволила себе выспаться. В конце концов, сегодня великий день, и к вечеру все должны быть в форме, а не зевать во весь рот. На втором этаже, судя по звукам, уже стоял дым коромыслом — самые сознательны, похоже, пришли репетировать перед первым в жизни выступлением. Хотя, может, это Маришка их согнала, она такая... Не торопясь проверять свои догадки, я решила сначала проверить, нет ли снова жара у пана Хенрика. Мысленно хмыкнув, я с довольно глупой улыбкой вспомнила минувший вечер — тяжело вздохнула и без особой нужды поправила камею, скреплявшую ворот блузки.

Я вышла из своей комнаты и теперь медленно шла по коридору, и замерла, услышав из-за поворота виноватый голос Сташека:

— Хозяин, к вам пришли, и я не мог не пустить, пан из Законников...

Я тихо вздохнула — не знаю, кто такие Законники, но то, что Сташека пытаться напугать — дело бесполезное и напрасное — это точно, а молодой человек сейчас напуган, это по голосу слышно.

— Проси пана Законника сюда, — негромко отозвался Хенрик, а я, замирая от волнения, осторожно выглянула из-за угла. Сташек вышел за дверь, а длинный нескладный человек в плаще прошел комнату. Высунувшись из-за поворота, я тихо цыкнула, привлекая внимание парня. Тот отчаянно зажестикулировал, показывая на дверь, небо и водя по горлу ребром ладони. Отчаявшись разгадать такую пантомиму, я шмыгнула к двери. Сташек делал страшное лицо и кусал губу. Поколебавшись, я подошла еще ближе, и обнаружила, что дверь закрыта не очень плотно. Переглянувшись со Сташеком, мы затаили дыхание и стали самым бесстыдным образом подглядывать.

Вошедший мужчина сел за стол. Через минуту из спальни вышел Хенрик и сел напротив.

— Чем обязан вниманию Законников? — сухо спросил он.

— Законникам Нижнего города нужно знать, — тихо проскрипел неприятный голос. — Где ты был прошлой ночью, Треф.

— Здесь.

— Твоего слова мало. Кто может подтвердить?

— Сташек.

— Он солжет что угодно. Кто еще?

— Никто, — Хенрик равнодушно пожал одним плечом, а я приняла решение и толкнула дверь.

— Я могу подтвердить, — спокойно сказала я и поправила рукава. — Моего слова тоже будет мало?

— Уршула, — вздохнул Хенрик, и я коротко на него глянула. Кажется, он был сердит, и мне задним числом стало стыдно — подсматривала, подслушивала... Фу, как некультурно...

— Это твоя женщина, Треф? — в невыразительном голосе промелькнуло что-то вроде удивления.

— Эта женщина находится под защитой моего Дома и моей лично, — отчеканил Хенрик, поднимаясь из-за стола.

— Я не об этом, — теперь я не сомневалась — в скрипучем голосе была явная насмешка.

Я тихо скользнула вбок и встала за плечом Хенрика.

— Ладно. — Законник переводил цепкий взгляд с моего лица ниже и ниже, и чувство было довольно неприятное, хотя из разряда привычных, но забытых, и оттого неприятных вдвойне. — ЕЕ слова достаточно.

Хенрик наклонился вперед, опираясь на стол руками, и почти прорычал:

— Это все, что нужно Законникам Нижнего города? — я невольно дернулась и положила ладонь ему на плечо.

— Не буду злоупотреблять вашим гостеприимством, — насмешливо сказал Законник, и через мгновение комната была пуста.

Хенрик молча достал из ящика чистый стакан и налил туда бренди. Я поморщилась — что за привычка, чуть что — хвататься за алкоголь! Я бы спилась через полгода с такими нервами, как в Академии Танцев, или на Большой Сцене....

— Уршула, он вполне мог тебя узнать, — негромко сказал Хенрик. — И тогда весть о том, что Золотая туфелька страны проводит ночи с...

— Криминальным авторитетом, — подсказала я, мне было изрядно смешно.

— Пусть так, — не стал спорить он. — Твоя репутация...

— От моей репутации не осталось даже воспоминаний, — вздохнула я и отобрала у Хенрика стакан, в котором болталось напитка примерно на два пальца. Подумав, я допила и даже пережила пожар во рту. Хенрик смотрел на меня очень задумчиво. — После Королевского Бала. Позволь не рассказывать. Меня довольно грязно... оклеветали, скажем так. И самое обидное — все поверили. Все. Кроме Маришки, разумеется. — Я покачала головой. — Ну, а если тебя так заботит моя репутация — как порядочный мужчина, ты теперь обязан на мне жениться, — я картинно развела руками, подчеркивая абсурдность данного предположения. Однако, Хенрик, похоже, отнесся к моим словам серьезно.

— Мое положение главы Дома... оно исключает... брак как таковой. — Трудно сказал он. Я тяжело вздохнула. — Это неотступное правило. Из самых первых, нерушимых. Не заводить семью, детей. За этим следят Законники. И судьба нарушителей... очень неприятна.

— Я шутила, — призналась я отчаянно, потому как выходило, что я буквально напрашиваюсь в жены.

— И я никогда бы не захотел для тебя такой участи. — Закончил Хенрик, и я моргнула, пока не дошло, что он имел участь жены нарушителя правила.

— А кто такие Законники? — мы прочно обосновались на столешнице, как будто другого места не было.

— Те, кто следит за порядком и за тем, чтобы не нарушали Ночной и Сумеречный кодекс. И карает. Нарушителей.

— Вот уж не думала... — Задумчиво сказала я, рассматривая лицо Хенрика. — Ты меня извинишь? Я подсматривала и подслушивала.

— Извиню, — вздохнул Хенрик. — Но больше так не делай. Пообещаешь?

— Панна Уршула! — в кабинет ворвалась едва одетая Наталинка. — Привезли цветы и ленты! И панночка Агнесса вас зовет!

— Хорошо, я сейчас, — улыбнулась я. — Ступай, не бегай раздетая.

— Я что-то пропустил? — с подозрением спросил Хенрик, и я снова улыбнулась, доставая плотный лист картона с затейливой золотой вязью и тиснением.

— Можно сказать и так. Вот.

— Что это?

— Это приглашение. Почетный гость на открытии Сцены. С указанием места, времени и формы одежды.

— Я непременно буду, — серьезно сказал он, аккуратно кладя пригласительный на стол. Я поправила волосы и сделала быстрый и сложный книксен.

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх