Страница произведения
Войти
Зарегистрироваться
Страница произведения

Два пути


Опубликован:
07.06.2018 — 27.08.2018
Читателей:
1
Аннотация:
Кё пытается устроить отношения любимого парня и своей сестры, но это не так просто, как кажется, да и реальная жизнь постоянно встревает когда не надо. Комедийно-драматичная повседневность, немного мистики, подростковая драма - всё как и в оригинале.
 
↓ Содержание ↓
 
 
 

Два пути


1 апреля, вторник

Томоя Оказаки

Первый день нового учебного года. Радостное событие для многих, ведь вновь можно встретиться со школьными друзьями, вернуться в любимый кружок по интересам, вонзить зубы в гранит наук или просто поглазеть на красивых девушек в коротких юбках — чем ещё прикажете заниматься в семнадцать лет.

Увы, но я из этого праздника жизни выпадаю. Кроме разве что разглядывания девушек, как вот этой, стоящей у подножия холма, на котором раскинулись здания школы, и переминающейся с ноги на ногу.

Правда, разглядывать особо нечего, кроме как двух светло-каштановых волосяных антенн, загибающихся параболой к короткой, красиво уложенной причёске. Лица не видно из-за опущенной головы, но губы шевелятся. Не слышу, что они шепчут, и мне как-то всё равно. Надо пересилить себя и идти, хотя бы в этой первый день показаться вовремя, а там как всегда.

— Булочка! — неожиданно громко произнесла девушка, как раз когда я уже сдвинулся с места. Булочка? Странно говорить себе такое. Возможно, она тоже не наелась перед уроками, потому и переживает.

— Ты любишь эту школу? Я очень, очень её люблю.

Мне понадобилось несколько секунд осознать, что говорят не со мной, а себе под нос. Возможно, обращаются к отсутствующему или даже воображаемому другу.

— Но скоро всё изменится. Ничто не остаётся вечным. Счастье, веселье, всё это однажды уйдёт. Будешь ли ты и тогда любить это место?

Даже если она не обращается ко мне, вопрос есть вопрос. Да и почему-то жутко захотелось на него ответить.

— Просто найди что-то новое. Закончилось одно счастье — двигайся к другому.

— А? — девушка, похоже, действительно меня не замечала и только сейчас недоумённо повернула голову, явив милое личико с большими карими глазами. Набежавший ветер пронёс лепестки сакуры вокруг неё, на мгновение скрыв бежевую блузку и синюю юбку школьной формы розовым покрывалом.

Какой-нибудь художник или фотограф наверняка бы взвыл от счастья и бросился за работу, я же отвернулся от неё и начал взбираться по холму. Вроде как за моей спиной тоже зашагали, но поворачиваться не было желания.

Закончилось одно счастье — двигайся к другому. Очень легко сказать такое, и очень трудно сделать.

Даже если девушка и последовала за мной, то к доске со списком распределения по классам она не подошла. Или я её не приметил, пытаясь из-за спин остальных высмотреть, кто именно попал в один класс со мной. Есть тут человек, которого хотелось бы увидеть в параллельном...

— Хой, Томоя, утречка!

А вот и этот самый человек. Длинные тёмно-каштановые волосы с белым бантом на левой пряди, тёмно-синие глаза, самодовольная улыбка и звериная сущность в облике милой девушки. Кё Фуджибаяши, староста моего класса в прошлом году и пока неизвестно кто сейчас.

— Утра. — ответил я, продолжая высматривать свой класс. Чёрт, придётся толкаться, тут пока ещё все разойдутся.

— А у меня для тебя две новости, хорошая и плохая. — радостно пропела Кё. — Плохая: мы больше не в одном классе.

— Это плохая? — я покосился на неё. — Думал, будем счастливы, когда наконец друг от друга избавимся.

— А что так радуешься, Томоя? — прищурилась Кё. — Знаешь, желать избавиться от красивой девушки и остаться с лучшим другом как-то противоестественно... я бы даже сказала, яойно...

— Всеми любимая староста класса употребляет такие слова, как не стыдно. Или тебя не переизбрали, наконец-то раскусив?

— Ха. пусть только попробуют. — фыркнула она. — А теперь хорошая новость: ты попадаешь в один класс с моей сестрой. Помнишь её?

— Плохо. Это ведь та Фуджибаяши, которую можно назвать девушкой?

— Ты что-то сказал? — Кё хрустнула пальцами. — Но вообще да, Рё очень милая и красивая. Очень милая и красивая. Советую сходить посмотреть, какая она милая и красивая. Кстати, мы близняшки.

— Если близняшки, то вряд ли милая и красивая. — ответил я. В следующее мгновение Кё размахнулась и треснула меня по затылку.

— Томоя, на будущее, если ты посмеешь хотя бы подумать о том, чтобы обидеть мою сестрёнку, то я вырву твой хребет и насажу тебя на него, понял? — заявила она.

— Понял. — я потёр затылок. — Вообще на неё не взгляну тогда.

— А это её как раз обидит. — усмехнулась Кё. Но прежде, чем я успел уточнить, нас окликнули.

— Эй, Оказаки, Кё, вы уже воркуете?

Кё мигом развернулась к подошедшему. Знакомьтесь — мой приятель Ёхей Сунохара. Восторженная ухмылка, крашеные светлые волосы и уверенность в том, что они обязательно привлекут девушек.

— Можешь радоваться, Ёхей! — крикнула ему Кё. — Мы с тобой теперь не в одном классе.

— Правда? — он заулыбался ещё шире. — Вот жизнь-то настанет!

— Как и у меня! — в тон ему ответила Кё. — Как вспоминаю, что приходилось тебя за шиворот хватать, аж до сих пор трясёт от отвращения.

— Ха! — Сунохара не нашёлся с ответом и повернулся ко мне. — Хэй, Оказаки, а ты с кем?

— С тобой. Из двух зол пришлось выбрать меньшее. — нарочито грустно вздохнул я.

— О, вообще зашибись! — воодушевился Сунохара. — Наконец-то мужская компания без всяких надоедливых девушек!

— Не раскатывай губу, моя сестра в одном с вами классе. — хмыкнула Кё.

— А? — уставился на неё Сунохара. — Сестра?

— Ага. Моя сестра-близнец, Рё.

— Что? — он отшатнулся так, что едва не влетел в дерево. — В этой школе две Фуджибаяши?

— Угу. И если попробуешь её обидеть... — Кё вновь хрустнула пальцами, и Сунохара сглотнул. — Ладно, мальчики, я побежала. Не озорничайте тут! — и она тут же умчалась.

— Две Фуджибаяши. — вновь пробормотал Сунохара. — Не знал, что у неё ещё и сестра есть. Оказаки, ты случайно не в курсе, какая она?

— Вроде бы тихая. — я пожал плечами. — Видел пару раз, но особо не интересовался.

— Тихая, ха? — улыбка вернулась на его лицо. — Тихая, стеснительная девушка... может, приударить за ней? Уж на парня сестры Кё руку не поднимет.

— А попробуй. — интересно, клюнет или нет. — Ты статный, красивый, такой кого угодно соблазнит.

— Правда? — радостно завопил он.

— Правда, правда. — я пытался говорить серьёзно. — Прямо сейчас сбегай, найди её и признайся.

— Йэхху, я побежал! — он тут же рванул к школе, дав мне шанс посмеяться. После этого я на всякий случай всё-таки заглянул в список учеников, удостоверился, что Кё не соврала, и направился в класс.

Иронично, но первым на Рё наткнулся не мчавшийся на крыльях мнимой любви Сунохара, а я. Причём даже не сразу понял, что это она, успел удивиться, когда это Кё нашла время подстричься. Однако обернувшаяся на мой возглас девушка ею не была — хотя бы потому, что тут же покраснела и испуганно вжалась в стену.

И впрямь близнецы — одни и те же черты лица, цвет волос, даже фигуры походили, хотя в школьной форме точно не скажешь. Но и не копии — короткая причёска в стиле каре, голубые глаза и бант на правой стороне ясно символизировали, кто есть кто. Я точно с ней встречался, просто не обращал внимания. Своих-то одноклассников особо не знаю, а уж параллель тем более.

— Привет. — сказал я ей. — Твоя сестра попросила на тебя полюбоваться, так что с претензиями к ней.

— А... э... — теперь девушка побледнела и выставила перед собой портфель, как щит. Да, это точно не Кё. Интересно, это она всегда такая или чисто меня боится после рассказов старшей сестры?

— Мы в одном классе будем, знаешь? — я всё-таки попробовал разговорить её. Сестру врага стоит знать в лицо, благо в одном классе сидим.

— А... да... — разговора не получается. Тогда не стоит и продолжать, а то ещё Кё появится, решит, что я пристаю, и начнёт лупить. Посему просто махнул ей рукой и пошёл дальше.

Интересно, та девушка пришла в школу? Впрочем, это уже её проблемы.

Первым уроком у нас было рассаживание по местам, знакомство и вообще классный час. Мне досталась задняя парта у окна, прям как символ того, что и учителя предпочли махнуть рукой на балбеса, просто убрав его подальше. Судя по тому, что Сунохару усадили рядом со мной — так оно и есть.

А вот Рё внимания досталось куда больше. Её усадили на первую парту — благо хоть не под нос учителю, а в один ряд со мной — а при назначении старосты явно впечатлились фамилией и без раздумий проголосовали за бедную девушку, несмотря на все её крохотные попытки возразить. Блин, фамилия фамилией, но назначать старостой человека, у которого с разговорами проблемы — это слишком. Увы, но такая мысль пришла лишь ко мне, и Рё пришлось выходить к доске и лепетать о том, как она постарается никого не подвести.

— Оказаки, походу, нам реально круто будет. — Сунохара моих мыслей не разделял. — С такой старостой хоть на голове ходи. Может, сразу и слиняем, чтобы знала, с чем имеет дело?

Кё за такое шкуру с нас спустит. Но тогда, может, все поймут, что от этой старосты толку мало, и назначат кого-нибудь другого. Я кивнул Сунохаре, мы оба взяли так и не разобранные сумки и привычным рывком вылетели из класса. Год назад Кё после этого догнала нас через несколько метров и пнула так, что мы пролетели весь коридор, но сейчас у неё другой класс и другие дела. Ничто нас не...

Дверь кабинета перед нами распахнулась и Кё вышла в коридор, встала посредине, подняла толстенную книгу и прицелилась.

— Три. — спокойно сказала она. — Два...

Мы вернулись в класс прежде, чем дошло до "один".

— Это несправедливо. — проворчал Сунохара, уныло садясь обратно на своё место. — Она теперь и из другого класса будет нас пасти.

Я промолчал. Нашего возвращения все, включая учителя, старательно не заметили. Только Рё повернулась, но с такого расстояния даже не разглядеть, что там она думает. Надеюсь, Кё воспримет мои объяснения, она хоть и бешеный носорог, но слушать умеет.

— Хм. — сказала она, действительно позволив мне высказаться. — Томоя, ты пытаешься замаскировать своё обалдуйство под благородство?

— Ничего я не пытаюсь. — пробурчал я, немного теряясь от "благородства". — Но твоей сестре точно не стоит быть старостой.

— Вот как? — Кё повернула голову. — Рё, подойди сюда!

Та наблюдала за нами издали, но после оклика сестры быстро подошла и замялась, опустив голову.

— Рё, тут Томоя считает, что ты как староста никуда не годишься. — сказала Кё. — А что ты думаешь?

— Я... а... — Рё продолжала глядеть в пол. — Постараюсь... и это... Оказаки-сан... вы плохо поступили сегодня... больше так не делайте, пожалуйста...

Ну вот что тут ещё говорить. Кё задумчиво посмотрела на сестру, на меня, а затем хитро улыбнулась.

— Короче, Рё. — она схватила сестру за юбку и потянула к себе. — Каждый раз, когда Томоя безобразничает, подходишь к нему, делаешь вот такие щенячьи глазки и говоришь: "Томоя-кун, не делайте так больше, вы меня расстраиваете". И всё, его мужское сердце не устоит.

Эй, ты там про мою дисциплину говоришь или про технику соблазнения? Хотя Рё вряд ли способна и на то и на другое — стоит, слишком демонстративно не смотрит на меня и вся красная.

— С Ёхеем так не советую, это омерзительно. — продолжила Кё. — Кстати, где он? — она оглянулась с таким видом, словно несколько минут назад не выпнула его, освободив себе стул, после чего Сунохара предпочёл слинять из класса. — Опять сбежал, скотина. Бей его линейкой, и весь разговор.

Рё продолжала молчать, краснеть и нисколько не походить на ту, что способна бить линейкой хоть кого. Кё немного разочарованно вздохнула, а затем посмотрела в сторону окна.

— М? Что там такое? — она прошла к окну, оттолкнув стул со мной, открыла его и выглянула наружу. Всё это время она продолжала держать Рё за юбку, так что той тоже пришлось подойти. С моего места ничего не было видно, а вставать позади них — ещё заподозрят в пошлости.

Но видеть и не надо было — усиливающийся рёв мотоциклов говорил сам за себя. Опять парни из местных техникумов вторглись на территорию школы. Они уже так делали несколько раз, и у нас в классе шептались, что в самих техникумах на это закрывают глаза и даже одобряют из-за зависти, мол, наша школа получает гораздо больше денег. По мне так идиотам вроде таких парней и повода не нужно, чтобы повыделываться.

— Вот ведь мерзавцы! — прошипела Кё. — Пусть дома у себя так ездят, коли хочется. Напинать бы их, да... э, кто это там?

Я не видел, что там происходит, но рёв стал ещё громче, а затем резко прервался, сменившись странным лязгом, словно мотоциклы взяли и разнеслись на куски.

— Едрить-колотить! — Кё от волнения забыла приличия, так что Рё даже пискнула что-то. — Кто она?

— Чего там такое? — не выдержал я.

— Какая-то девушка взяла этих парней в оборот и разбила их мотоциклы! — возбуждённо ответила Кё. — Блин, отсюда даже цвет волос не видно. Но они длинные!

— Вот по этим приметам и найди. — зевнул я. — Девушка с длинными волосами и горой мускулов. Долго не провозишься.

Кё хотела что-то съязвить, но тут раздался звонок, и она разочарованно отпрянула от окна, только сейчас выпустив юбку сестры.

Девушка, которая в одиночку разбила как минимум два мотоцикла, ха. Кё явно что-то не то увидела.

Похоже, Кё увидела всё-таки то, ибо Сунохара вечером, когда я вошёл в его комнату, тут же принялся рассказывать о том, как среброволосая девушка вышла к мотоциклистам, попросила их угомониться, а когда те стали смеяться и газовать — подпрыгнула к ним и за долю секунды оставила от мотоциклов лишь груду хлама.

— А от парней? — скучающе спросил я.

— А парней она за шкирку в школу потащила. — ответил Сунохара. — Оказаки, ты что, мне не веришь? Я ж своими собственными глазами видел!

— Ага. — и наверняка приукрасил в десять раз. Девушка попалась храбрая, парни сами во что-то врезались, легенда пошла гулять.

— Хотя знаешь, это странно. — неожиданно задумался он. — Где это видано, чтобы девушка побила сразу двоих, да ещё на мотоциклах? Слушай, Оказаки, может, это переодетый парень?

— С длинными волосами?

— Ну а что? Отрастил или парик надел, заодно и волосы покрасил. Надо будет завтра проверить, парень это или нет. — Сунохара прищурился. — Грудь наверняка накладная, схвачусь за неё, сдвину, и сразу всё станет ясно.

— Удачи с прохождением пути извращенца. — хмыкнул я.

— Если грудь ненастоящая, то не считается! — возмутился он. — Не хочешь со мной сходить, кстати?

— Неа. — зевнул я. Ещё запишут в извращенцы, и так вся школа шарахается.

— Ну смотри. — Сунохара резко поскучнел. — Кстати, её зовут Томоё Сакагами.

— Что? — вот теперь я развеселился.

— Ага. — радостно закивал он. — Точно тебе говорю, это переодетый парень! Так что лучше сходи, а то станет потом братанами по окрашенным волосам, и тебе тоже придётся, скажем, в фиолетовый!

— Спасибо, я лучше прыгну с моста. — Томоё, ха. Весело, но доставать девушку только из-за сходства имён...

Особенно если она и в самом деле ломает мотоциклы. Меньше всего мне нужна вторая Кё.

На следующий день Сунохара на перемене отправился проверять свою теорию, и вернулся со столь разбитым лицом, что даже я вместо шуточек сразу заставил идти в лазарет. Он отказался рассказать, что именно произошло, и больше никогда не говорил о Томоё Сакагами. К Рё пытался подкатить чуть позже, но умудрился сделать это рядом с Кё и тоже был избит, после чего не приходил в школу весь следующий день, а затем на некоторое время и думать забыл приставать к девушкам.

Учебные дни тянулись долго и скучно, так что мы вдвоём часто либо опаздывали на уроки, либо уходили пораньше. Совсем не ходить было опасно — я вовсе не хотел, чтобы Кё вломилась в мой дом и начала заставлять силой. И так постоянно выслушивал ругань с требованиями слушать сестру и зачем-то восторгаться её красотой.

Рё тоже пыталась меня вразумить, но у неё выходило из рук вон плохо, особенно в сравнении с Кё. И если Сунохаре она ещё могла что-то сказать, то рядом со мной словно глотала таблетку от храбрости и чуть ли не дрожала, путаясь в каждом слове и лихорадочно краснея. Что ей сестра такого про меня наговорила?

Так и пролетела первая неделя, а за ней наступила вторая. И привычный ход жизни неожиданно изменился.

7 апреля, понедельник

Иногда, свалив с уроков, я не отправлялся шататься по городу, а обследовал школу в поисках укромных местечек и просто так. Кё за год успела немало из этих местечек найти, так что срочно требовалось какое-нибудь новое. В поисках я забрел в старое здание, отведённое под кружки, библиотеку, архив и бог весть что ещё.

Хм, а может, в архив и заглянуть? Туда вряд ли ходит много народу, а если кто и есть, так друг другу не помешаем, в отличие от библиотеки, где посидеть и пропустить урок фиг дадут. Почитать что-нибудь можно, вдруг даже манга будет, чем чёрт не шутит, а Кё точно не догадается искать меня среди книг. Решено, иду в архив.

Комнату нашёл быстро, но лишь перед дверью сообразил, что она наверняка заперта, раз никто не ходит. А ключ мне никакой учитель не доверит. На всякий случай толкнул дверь — и она открылась.

Уже внутри стало ясно, почему — за столом библиотекаря сидела девушка и что-то читала. Обычная такая девушка, без бантов и антенн — прямые и длинные каштановые волосы, две прикрывающие уши пряди, спокойная улыбка и голубые глаза, тут же взглянувшие на меня.

— Э... привет. — Для библиотекарши девушка слишком юная да и в школьной форме, но кто знает, чем она тут занимается. — Можно я тут посижу до конца уроков?

— Здравствуйте. Конечно можете. — девушка улыбнулась и отложила книгу. — Не хотите кофе?

— Хочу. — немного растерянно сказал я. — Может, и омлет будет?

— Сейчас согрею. — она нырнула под стол. Так, джинны вроде должны носить арабские одежды — или они теперь учитывают культурные особенности?

— Может, ещё и потанцуем? — в шутку предложил я, когда девушка вынырнула с полным контейнером.

— Давайте! — она отложила его, вышла из-за стола и протянула мне руку.

— Прости, я пошутил! — блин, она серьёзно? Аж испугаться успел.

— Да? — девушка явно расстроилась. Я ведь даже лампу не тёр! — Но омлет будете?

— Буду. — от халявной еды отказываться нельзя. Она вновь заулыбалась, вернулась за стол и зажгла газ на маленькой плите, которую только сейчас увидел. Это точно школьный архив, а не параллельная реальность?

— Как тебя зовут? — спросил я, усаживаясь за один из читальных столов.

— Миядзава. — ответила она, поставив сковородку с омлетом на огонь. — Юкинэ Миядзава.

— А меня Томоя Оказаки.

— Очень приятно, Томоя-сан. — улыбнулась она и занялась кофе. Я подумал, что бы ещё такого спросить, помимо очевидного "откуда это всё?", но ничего не придумал и огляделся.

Архив как архив — четыре стола перед библиотекарским, ряд книжных полок, тишина и покой. Такой покой, что я даже расслабился. Место казалось невероятно уютным: никаких уроков, никаких бешеных старост и мыслей о будущем, только ты и девушка, которая уже несёт кофе.

— Пожалуйста, Томоя-сан. — она поставила передо мной стаканчик, обёрнутый салфеткой. Я поблагодарил её и осторожно сделал глоток.

Кофе из торговых автоматов — моча в сравнении с этим. Тепло пробежало по всему телу, а чувство спокойствия и блаженства лишь усилилось. Даже мысль выяснить, что это за девушка и почему она так добра, вяло махнула лапкой и ушла в нору дремать. Ещё спросишь, хоп — и чары развеются.

— Сейчас омлет будет готов, Томоя-сан. — добрая фея вновь стояла у плиты, орудуя лопаткой. Можешь не спешить, я тут посижу сколько захочется. Если можно. И если потом не окажется, что это всё розыгрыш, или за омлет придётся заплатить, или... а, оно того стоит.

— Вот, Томоя-сан. — Миядзава принесла мне омлет на тарелке, и тот оказался ничуть не хуже кофе. Не будь таким горячим — съел бы одним куском. Девушка же вернулась за стол и вновь открыла книгу как ни в чём не бывало.

Когда я закончил с омлетом, она сама посмотрела в мою сторону, улыбнулась, подошла и забрала тарелку.

— Ещё что-нибудь, Томоя-сан? — спросила она.

— Нет, спасибо. — желудок был полон, хотелось одного: сидеть и ничего не делать. Миядзава опять улыбнулась и вернулась за свой стол.

Ушёл я где-то через час, так с ней и не поговорив — не потому, что стеснялся, а просто не хотелось. Только и спросил, можно ли приходить ещё, на что она радостно согласилась. Когда закрыл дверь, то подождал с минуту и вновь открыл её в уверенности, что девушка со всем её обустройством пропадёт и я увижу пустую комнату. Но нет, она по-прежнему была там и вопросительно посмотрела на меня. Пришлось быстро извиниться и закрыть дверь.

Я стал ходить к Миядзаве почти каждый день, в основном во время большой перемены, благо она не отказывалась меня покормить. Кофе у неё был всегда, да и помимо омлета появлялись то сэндвичи, то рис, то такояки. Однажды я даже решился на жуткий поступок: открыл Сунохаре, где я так часто пропадаю, дабы узнать, действительно ли это рай для меня одного.

Увы, но нет — Сунохара не только увидел девушку, но и сразу начал с ней флиртовать, причём та и при этом оставалась вежливой и дружелюбной. Жаль, но хотя бы я перестал сомневаться в её реальности. Сунохара в процессе флирта пытался разузнать о девушке, но та кроме имени сообщила лишь то, что ей шестнадцать и она на класс ниже нас. Мне большего и не надо было, да и Сунохара, быстро прочувствовав расслабляющую атмосферу, перестал задавать вопросы и сосредоточился на комфорте.

Так мы прожили ещё одну неделю. Кё смотрела на нас с подозрением, но вопросов не задавала и выслеживать не пыталась, Рё всё шугалась, Миядзава послушно кормила и поддерживала беседу. Взбудораженные её появлением будни вновь вошли в привычный ритм.

А затем всё резко взяло и полетело вверх тормашками.

Кё Фуджибаяши

28 марта, пятница

Я лежала на кровати и листала мангу, которую хотела дочитать до начала учёбы со всеми её волнениями, когда подушка захрюкала.

— М, Ботан? — мой домашний кабанчик, который до этого спокойно лежал в режиме подушки и балдел не меньше меня, беспокойно заворочался, а через пару секунд в дверь тихо постучали.

— Заходи, Рё! — всё ясно, Ботан учуял сестру и на всякий случай заволновался. Та же осторожно заглянула в комнату и замялась на пороге, так что пришлось сесть, подманить её к себе, а затем схватить и усадить рядом.

— Что-то стряслось?

— Кё, я... — сестра беспокойно перебирала пальцами по ноге. — Мне... нужна помощь...

— М, что не так? — улыбнулась я. — Над папиной шуткой не посмеялась? Рис вновь не удался? Или мама ящик твоего стола открыла?

— Нет-нет, я... это... — хм, а ведь дело серьёзное, со мной она нормально общается, такими многоточиями лишь с остальными разговаривает. Что-то мою красавицу волнует, и сильно. Хм, а если...

— Рё, неужто ты влюбилась? — сестрёнка тут же издала такой испуганный звук, что стало ясно и без подтверждения.

— В кого? — обхватила я её. Рё вновь испуганно пискнула и покраснела.

— Давай, выкладывай. А то защекочу! — я стала её тормошить. Влюбилась, наконец-то. Главное чтобы в хорошего человека, а то ещё выкопаю в нём что-нибудь гнилое, когда буду досье составлять, и поди ей потом докажи.

— Я... — Рё наконец собралась с силами. — Это... Оказаки-сан.

Оказаки-сан.

Томоя Оказаки.

Томоя.

Я медленно отпустила сестру и уставилась на неё. Рё влюбилась в... Томою?

— И когда ты успела? — только и смогла спросить.

— Да как-то... — она нервно сцепила пальцы. — Получилось.

Угу. Получилось. Само по себе. Универсальный ответ — понятия не имею, как так вышло, что именно он внезапно стал дороже всех.

Ха. И что прикажете делать? Рё и Томоя вместе. Оба счастливые, нашедшие свою любовь, может даже ставшие лучше...

— Отлично. — я хлопнула в ладоши. — Странный выбор, но не худший. Буду тебе помогать, раз так. В лепёшку расшибусь, но сделаю вас парочкой.

Сестрёнка мигом побледнела.

— Думаешь... удастся? — спросила она.

— Разумеется. Ты себя в зеркало видела? — я схватила её за щёки и потянула. — Красавица каких поискать, Томоя будет благодарить небеса за то, что соизволила обратить на него внимание. Так что начинай тренировать поцелуи.

— По-по-по... — защебетала Рё.

Ночью так и не могла заснуть, лежала на кровати с похрапывающим в ногах Ботаном и смотрела в потолок.

Томоя, ха. Уже год как главная заноза в заднице, которая регулярно приходила ко второму-третьему уроку, а потом сбегала, и мне как старосте надо ловить. Ёхей, его приятель, промышлял тем же, но он туп как пробка, его вычислить и приструнить не проблема, а вот Томоя...

Этот гад прекрасно знал школу и был умнее, чем кажется. Его надо было хватать клещами и держать, ибо выпустишь на секунду — и поминай как звали. Бегал быстро, да ещё и любил влетать в толпу учеников, которую я только с третьей попытки преодолела, ни с кем не столкнувшись. Мало того, ещё и воспринимал всё это как игру, а меня потом отчитывали — как же вы, такая староста, а одноклассники с уроков сбегают?

Сволочь. Целый год ушёл на то, чтобы заставить приходить каждый день и желательно к первому уроку, но и до сих пор укусит блоха — и ищи-свищи. Даже бить не гнушалась, благо он неожиданно спокойно это воспринимал.

И вот в такого кадра Рё влюбилась, а мне теперь надо как-то их обустраивать.

Хотя... не вижу ничего странного в том, чтобы влюбиться в него. Томоя всерьёз занимался баскетболом и выглядит соответственно: высокий, сильный, с ясными синими глазами, частой каверзной улыбкой и чёрными взъерошенными волосами, в которые так и хочется запустить руку...

Ай, блин, о чём я думаю?!

Да и в целом Томоя парень неплохой. Он добрый, всегда придёт на помощь, с ним можно поговорить о всякой фигне, а явишься с растрёпанными от недосыпа волосами, так он просто об этом скажет и шуточку отпустит, а не будет вставать в позу и читать лекцию о женской красоте, как тот хмырь. Ему бы ума и трудолюбия побольше, так вообще будет парень каких поискать. Хотя и сейчас...

Блин, стоп, Кё, опять не о том думаешь! Просто... он без спросу взял и похитил моё сердце. Никаких внезапных ударов грома или спасений котят, просто вдруг осознала, что мне с ним очень легко и даже нравится общаться. А там и влюбилась. Настолько, что даже страшно.

Но любовь любовью, а толку от неё. Я не могу признаться, потому что после всех наших споров он вряд ли видит во мне девушку и почти наверняка откажет. А не откажет — последний год учёбы, мы разойдёмся, я отправлюсь учиться в колледж, он очень сильно вряд ли, мы расстанемся на фиг знает сколько лет, и какая любовь это переживёт.

Нет у нашей пары будущего. А вот с Рё есть, её курсы медсестры не настолько длинные, наверняка устроится работать в ту большую больницу в соседнем городе, с переездом и совместной жизнью проблем не будет... практически идеально. И я заодно сумею о нём забыть, жить дальше, найти себе кого угодно — можно подумать, таких парней один на миллиард.

Надо как-то свести его с Рё, но как? Можно прямо сказать, но... "эта девушка тебя любит, тоже люби её, или на части разорву"? Хорошие отношения будут, да. Нет, ей надо самой как-то привлечь и обольстить его — зашибись задача, потому что это Рё, которой заговорить с девушкой-то не всегда легко, а уж с парнем, который нравится...

Нужен план. Чёткий, продуманный план. Рё девушка шикарная, но у неё проблемы с саморекламой, работать надо с этим. А сейчас спать, может, во сне что-нибудь придумается.

29 марта, суббота

За ночь не придумалось, зато во время дня подготовки к школе набросала в голове кое-что и вечером пришла в комнату Рё.

— Смотри. — мы сели на её кровать лицом друг к другу. — Лучший, да и единственный способ его привлечь — постоянно рядом крутиться. Не знаю, как там нас распределят, но если опять в разные классы попадёте, то приходи ко мне за, например, решением примера или заколкой, и попутно с ним поговори, улыбнись, рукой махни. А в один класс попадёте, так вообще прелестно, подходишь на переменках и торчишь рядом.

— А... — пискнула Рё, но я остановила её рукой. Да-да, сама знаю, чуть позже скажу.

— Далее. Надо составить список твоих сильных и слабых мест. Первые развивать и демонстрировать, вторые уничтожать или делать изюминками. Так... — я схватила бумагу и ручку. — Сильные стороны: красивая, милая, отличница, читает мангу, большая грудь и вообще офигенное тело, хозяйственная. Слабые: готовит на зависть отравителям, с трудом общается с людьми, в спорте ни бум-бум, глу...

— Кё, я не глупая! — с обидой крикнула Рё.

— Шуш, знаю. — я обхватила её за плечи. — Ты не глупая, ты... м... требуешь времени для раздумий.

— Нуууу... — в глазах сестрёнки заблестели слёзы.

— А, ещё плакса. — чиркнула я по бумаге, и Рё, судя по лицу, начала пытаться втянуть слёзы обратно.

— Не реви, сестрёнка. — я успокаивающе погладила её по волосам. — Всё это преодолимо. Готовить я тебя научу, спорт не настолько важен, особый ум тут может и повредить, а вот с застенчивостью надо что-то делать.

— Я постараюсь. — прошептала Рё.

— Постараться мало. Ты должна с ним суметь заговорить, и это только для начала. Так что, Рё, будь смелее и увереннее в себе, иначе вся любовь похлопает крылышками да улетит к другой.

А сестрёнка здорово побледнела. Похоже, для неё это серьёзно, даже кивнула с какой-то решимостью.

— Слушай, Рё, всё-таки: почему именно Томоя? Уверена, дохрена вариантов даже в твоём классе было!

— Ну... — она вновь заробела. — он... очень хороший.

Больше ничего от неё узнать не удалось. Такое впечатление, будто сестрёнка что-то скрывает. Ну и ладно, если что — сама разболтает.

А пока договорились, что завтра с утра начну учить готовить.

1 апреля, вторник

Начало учёбы в первый же день принесло кучу новостей: Рё не только попала в один класс с Томоей, но и была выбрана старостой, так что теперь подходить и отчитывать его не только имела право, но и должна была. Тем более что он тут же попробовал смыться с уроков, а когда не смог из-за меня, то заявил, что хотел показать, как Рё не годится в старосты, и избавить от тяжёлой ноши. Играл в благородство или врал — кто его знает.

— Кё, я и в самом деле не гожусь в старосты. — тихо сказала Рё, когда мы уединились в коридоре на перемене. — Надо пойти и отказаться.

— Нет. — я резко мотнула головой. — Тебе надо научиться общаться, а на таком посту даже придётся. И никто не будет зыркать на то, что ты Томою дёргаешь, даже похвалят. Сплошная выгода. Рё, ты же хотела на медсестру учиться, и как будешь ею работать, не общаясь со всеми подряд, сама подумай.

— Я знаю. — она тяжело вздохнула. — Мне просто трудно.

— Как и всем нам. — тихо сказала я. — Слушай, Рё, ты же когда девушкам гадаешь, то не стесняешься и говорить не боишься?

— Обычно да...

— Ну так подойди к Томое с картами и погадай ему. Тема для разговора, а если заинтересуется, то вообще шикарно. Только не нагадай ему поноса на уроке литературы или подобной фигни.

— Кё, блин. — сестра подтолкнула меня. — Я попробую, но мне надо подготовиться.

— Ты там учти, это только кажется, что спешить некуда. Впереди всего год, и за это время вы должны сойтись, и хорошо бы ещё и насладились друг другом перед началом всей этой учёбы, расставаний и прочих драм.

Рё снова вздохнула. Ну уж прости, раньше бы влюбилась — раньше бы призналась. Это ведь только кажется трудным, признаться.

Кто бы говорил, разумеется.

Каких-то продвижений за неделю не было. И за следующую тоже. Пока и не надо — Рё постепенно старается говорить с Томоей без впадения в ступор, вроде как даже преуспевает по её меркам, я слежу со стороны и без устали её нахваливаю, а до него доходит как до тупого жирафа. Может. и впрямь в лоб заявить? Не "свидание или жизнь", конечно, просто что "Рё тебя любит, не хочешь с ней погулять и присмотреться?".

Или нет, лучше поизящнее. Сестрёнка и в готовке преуспевает, так пусть сделает ему бенто, на обеде накормит — а дальше даже он догадается. Да, так лучше. Ещё бы понять, куда он на обеденных перерывах улетучивается, в столовую не ходит, а следить за ним по школе... не стоит, пожалуй, ещё засекут и неправильно поймут.

На третьей неделе во вторник Рё всё-таки решилась подойти к Томое погадать, но в итоге от волнения рассыпала карты. Как-то она всё равно сумела предсказать ему на завтра романтическое столкновение с милой девушкой — прибежавшая на шум я лишь посмеялась. Предсказания Рё, разумеется, никогда не сбываются. а если какая-то другая девушка попытается в Томою влететь, то с этим разберусь быстро и решительно.

16 апреля, среда

Сегодня я поехала в школу на мопеде, который вымолила у родителей по окончанию второго года. Ветер в ушах, скорость, ощущение свободы и наконец-то альтернатива автобусам. Увы, школьные правила смотрели на это косо, так что приходилось оставлять мопед в укромном месте и в саму школу приходить пешком. Из-за этого приходилось ехать чуть позже обычного, дабы особо перед толпой школьников не светиться, так что ещё и был риск опоздать.

Зато именно так я увидела идущего впереди Томою, улыбнулась, почему-то вспомнила предсказание Рё — и двинула рулём. Мопед проехал рядом с парнем и толкнул так, что тот упал на мостовую.

Ох чёрт, чёрт!

— Томоя! — я развернулась со скрипом шин. Дурра косорукая, что ты наделала, а если он...

Встаёт, фух. Вроде даже и не поранился, но взгляд ожидаемо злой.

— Обезьяна с гранатой никогда не была смешной! — рявкнул Томоя.

— Это кто тут ещё обезьяна, под колёса прыгаешь! — рявкаю в ответ. Хвала богам, всё с ним в порядке, хотя и держится за бок.

— Прыгаю? — возмутился он. — Я по тротуару шёл, вообще-то!

— Все вы так говорите. — стоп, Кё, ты точно дура, надо ему раны зализывать и извиняться, а не орать. — Ладно, прости, я... отвлеклась. Больше не повторится, обещаю. Купить тебе сегодня сока?

— Не надо. — всё же он обижен, ну вот. — Лучше ездить научись.

— Я умею. — даже права получила. — Ладно, если ты в порядке, то... пока!

Интересно, это можно считать романтическим столкновением, если у меня сердечко около руля наклеено? Тьфу, то есть, надо бы реально ему сока сегодня купить. А то и обед, покушаем вместе, поспрашиваю про Рё, да и вообще...

О, она тоже ещё идёт, о чём-то задумавшись. Повернулась к ней поприветствовать, опять крутанула рулём и опять кого-то сбила на тротуаре. Тут же газанула и помчалась дальше, не смея даже оглядываться.

Твою. Мать.

Рё, постарайся разрулить ситуацию, я тебе по гроб жизни обязана буду.

Неожиданно разрулить сумела, а после этого как следует меня отчитала. Лишь затем сказала, что сбитый мною парень отделался царапиной на лбу, которую она тут же почистила платком и вынуждена была отдать его на перевязку — кровь ещё шла.

— Платок мне не жалко, Кё. — сказала Рё, когда я смиренно сказала, что куплю новый. — Но ты ведь человека сбила, до крови. Думаешь, на это можно плюнуть и забыть?

Двоих сбила. Но уточнять это сейчас нельзя.

— Прости, Рё. Я буду аккуратнее, честно. — я умоляюще сложила руки.

— Тебе ещё повезло, Кё. — вздохнула она. Да, понимаю, запомни он меня и реши разыскать — и капец Кё Фуджибаяши. Ну или её будущей карьере точно.

— Хорошо, закончили обо мне, как там Томоя?

— Не уходи от темы, Кё. — ответила Рё, одновременно покраснев. — Никак он, сидит мрачный, я даже подходить опасаюсь.

— Наоборот надо. Сидит мрачный? Подойди, улыбнись, развесели, пощекочи. Чтоб у него в мозгу выжглось, что если на душе пасмурно — надо к Рё, она развеселит.

— Поще... Кё, ты как вообще это себе представляешь?

— Да никак. — буркнула я. — Но хотя бы спроси, всё ли в порядке.

Точно куплю ему сока.

Сок, к счастью, принял, но от обеда отказался, заявив, что не хочет быть отравленным.

— Прости, Томоя. — всё равно покаянно сказала я. — Плохое утро выдалось, всё такое. Рё меня уже отчитала.

— И плохое утро Кё делает утро плохим и у остальных. — усмехнулся он. — Ладно, забыли. Хотя стоп, Рё тебя отчитала?

— Ага. Она значительно храбрее, чем кажется, если узнаёшь её получше. — прищурилась я. — Так что не стесняйся узнать.

— Может, как-нибудь. — блин, он слишком равнодушен, точно надо в активную фазу переходить. — Бывай. — и тут же куда-то ушёл. Наверняка нашёл какое-то новое укромное место и там вдали от меня поест — хотя что плохого в том, что увижу? Надеюсь, это не обед от другой девушки, тогда все наши с Рё планы придётся срочно менять, если даже не отменять.

Хотя я очень удивлюсь, если Томоя за эти две недели успел найти себе девушку, да ещё и в такой неподходящий момент.

Перед последним уроком словно почувствовала и выглянула в окно как раз вовремя — Томоя сидел у кустов и протягивал руку к Ботану. Тут же на материнском инстинкте швырнула в него книгу и помчалась вниз.

— А ну убери руки от моего малыша! — завопила я, наконец выскочив на улицу.

— Мне кажется, ты для него опаснее. — отреагировал Томоя, издевательски держа швырнутую книгу. Ботан тёрся об его ногу и недоумённо смотрел на меня, не понимая, из-за чего такой шум.

— Ботан, сюда! — кабанчик мигом заскочил ко мне на руки и уютно засопел. — Прости, Томоя, я уж думала, ты его на ужин хватаешь.

— Хотел было, да не наемся. — ответил он. Я на всякий случай показала кулак, особо не опасаясь — если уж Ботан тёрся об него, то ни о каком ужине не могло быть и речи.

— Держи. — он бросил мне обратно книгу и уже собрался уходить, когда я окликнула его:

— Эй, Томоя, а ты не подержишь Ботана у себя урок?

— Зачем?

— Мне его девать некуда, а после уроков я его заберу и чем-нибудь отблагодарю, тем же ужином.

— А самой у себя подержать не хочешь? — Томою мысль ну никак не радовала. — Как я буду выглядеть с кабаном на уроке? Меня даже учитель выгонит.

— Не выгонит. Смотри — Ботан, игрушка!

Кабанчик послушно застыл, кажется, даже прекратив дышать, и немного распушился. Со стороны очень похоже на мягкую игрушку. Одна из семи способностей, которым я его научила.

— Ну, теперь я буду парнем, который сидит в классе с плюшевой игрушкой, ура. — энтузиазма в его голосе не прибавилось. — Стало гораздо лучше.

— Томоя, ну пожалуйста. — я протянула ему Ботана. — Обещаю, в накладе не останешься.

Он тяжело вздохнул, но затем осторожно взял кабанчика, коснувшись моих рук. Чёрт, краснею.

— Если что — перевожу стрелки на тебя. — сказал он, прижав Ботана к себе. Я кивнула, изо всех сил пытаясь справиться с волнением. Высокий и сильный Томоя, прижимающий к себе моего малыша, выглядел так... круто...

— Кё, ты чего краснеешь? — с подозрением спросил он.

— Да так, ничего! — я быстро похлопала себя по щекам. — Просто запыхалась, пока бежала! Спасибо, Томоя, увидимся после школы, пока! — и тут же дунула обратно в класс.

Ох, мысли путаются. Нет, шуш, этот парень предназначен для Рё, помнить об этом.

Когда я после уроков встретила Томою в вестибюле, то уже по его лицу поняла, что всё прошло не очень хорошо.

— Ботан пукнул. — сказал он, передавая мне малыша. — Прямо посредине урока. Я свалил на Сунохару, но всё равно пришлось нюхать.

— Эхехе. — плохой кабанчик, нельзя так. — Слушай, может, в самом деле поужинаешь?

— Ты из воздуха продукты достанешь? — хмыкнул он.

— Нет. Сходишь ко мне домой, и там уже.

Несколько секунд Томоя молчал с каменным лицом, так что я даже затаила дыхание, а затем сказал:

— Очень хорошая шутка, чуть не повёлся.

— Нет, Томоя...

— Сказал же, хорошая шутка, готовить для меня целый ужин.

— Томоя, слушай сюда! — я вновь кинула ему Ботана. — Мне надо остаться в школе по делам старост, которые ты всё равно не поймёшь, поэтому сейчас последуешь за Ботаном, проследишь, чтобы он дошёл до дома, зайдёшь внутрь и поужинаешь. Скажешь, что от меня, тебе поверят. Приступай.

И прежде, чем он продолжил выделываться, рванула вверх по лестнице.

Никаких дел старост у меня нет, и у Рё тоже. Когда Томоя с Ботаном доберутся до дома, то она уже будет там, так что придётся встречать гостя и вертеться перед ним. Или падать в обморок, но я всё же надеюсь, что сестрёнка справится. А там и я подоспею, помогу, намекну.

Эта сволочь так и не пришёл. Ботан примчался, а он нет.

Ну, сам напросился.

Томоя Оказаки

17 апреля, четверг

Может, мне и не идти в школу? Всё равно опоздал уже настолько, что на улице никого в школьной форме нету. Вернуться домой, переодеться и свалить до торгового центра, немного денег ещё осталось, как раз на пару дней лапши накупить и в автомате сыграть. Или просто по городу пошататься, пока светло, тепло и безопасно.

Кё рассердится однозначно, ну да и ладно, не подписывался провести всю жизнь по её указке. Я уже было развернулся в сторону дома, когда неожиданно подумал о Рё.

Старост ругают, когда их одноклассники прогуливают, особенно так много. Ладно Кё, с неё как с гуся вода, но если из-за меня будут ругаться на Рё... неудобно будет, она же не виновата, что лишь из-за своей фамилии оказалась старостой в классе со мной и Сунохарой. Или пропустить, чтоб её с поста всё-таки сняли и больше не устраивали проблем?

Ход мыслей прервал рёв мопеда, приближающийся откуда-то сзади. Минутку, Кё тоже опаздывает? Да ещё и едет прямо ко мне, с таким злобным видом, что сразу же рванул направо.

Мопед с негодующим треском пронёсся там, где только что стоял, и даже сквозь шум было слышно недовольное фырканье Кё. Она повернула голову, завертела рулём, словно собираясь развернуться, мопед послушно выскочил на асфальт и влетел в невесть откуда взявшегося прохожего. Тот обречённо упал, да и Кё еле удержалась, затормозив едва ли не в заборе.

— Утра, Томоя! — крикнула она подбежавшему мне, улыбаясь так, словно всё это было частью её кровожадного плана. — Один-один, да?

— Аут. — отозвался я, нагибаясь над пострадавшим. Тот всё ещё не двигался, и неудивительно — я-то вчера не сразу встал, а тут парень был меньше и стройнее меня.

Секунду, точно парень? Слишком меньше и стройнее, не очень похоже на парня. Хотя ладно, это не так важно. Я осторожно взял его (её?) руку и постарался нащупать пульс.

— Технически, это ты виноват. — белые чулки Кё появились в зоне моего обзора. — Ботан вчера вернулся домой один, хотя ты обещал присмотреть за ним, так что мог бы принять наказание с достоинством. И вообще, какой парень будет отпрыгивать, когда в него влетает милая девочка?

— Так на меня-то летел кровожадный бабуин. — ответил я и тут же получил от бабуина по затылку. Хотя да, определённую вину за Ботана я чувствовал, хотя этот кабанчик сам вчера так быстро рванул, что потерял его прежде, чем успел это осознать. Понятия не имею, что его укусило, но рад, что никому не досталось бесплатной ветчины.

— Ну что там застыл, пользуешься случаем потрогать не только себя, что ли? — Кё соизволила наклониться. — А, это парень. Томоя, ты настолько отчаялся?

— Хочешь, можешь сама его потрогать, когда ещё такой случай подвернётся. — Я отпустил его руку. — Всё равно, похоже, убила его. Теперь твоя карьера поломана навсегда, придётся отправиться в тюрьму на несколько лет. Возможно, я даже буду тебя навещать, и понурый облик бывшей знакомой наведёт меня на мысль уйти на путь исправления и служения обществу, дабы не разделять столь ничтожную судьбу.

Кё в ответ вновь треснула меня по затылку.

— Не придуривайся, идиот, он жив. — заявила она. — Иначе бы я слышала хруст костей, а его точно не было. Может, ему надо по рёбрам пнуть, сразу же очнётся.

— Поверю твоему профессиональному опыту. — Я поспешил встать. Кё усмехнулась.

— В общем, посмотри тут за ним и прикрой меня, если что. — Она отошла к мопеду. — А мне надо спешить, и так первый урок пропускаю. Ещё спросят.

— Может, раз уж всё равно опаздываешь, то отвезёшь его в больницу? А то он и впрямь тут умрёт. — я попробовал воззвать к её сердцу.

— И как ты это представляешь? — вместо сердца был лишь холодный осколок. — Я буду держать его одной рукой, а второй рулить? Или привязать к сиденью поди найди чем, чтобы он запачкал всё кровью?

— Я могу сесть позади и одной рукой держать его, а второй хвататься за тебя.

— За что хвататься? — мигом ощетинилась Кё. — Хочешь всю меня облапать, а потом заявить, что иначе бы свалился, руки некуда было деть и вообще ты думал о другом теле?

Милая, добрая девочка. Как я с такой год общался — не представляю.

— В общем, не надейся. — подвела итог Кё, усаживаясь на мопед. — Как приведёшь в чувство, то дуй в школу, отчитаешься. А не приведёшь... — она чуть помедлила. — Спрячь где-нибудь и тоже отчитайся, потом закопаем, есть у меня пара укромных мест. — Мопед взревел, развернулся и покатил Кё в сторону школы. Интересно, где она его прячет от учителей? Надо бы разведать как-нибудь, убедить Сунохару, что проехаться на байке Кё будет отличной идеей, и наблюдать, как этот идиот подвергается жестоким пыткам.

— Эй. — я снова склонился над пострадавшим. — Серьёзно, ты там живой? — Я протянул руку и осторожно коснулся его плеча.

— Ох! — тот абсолютно неожиданно вскочил, словно и не валялся только что безмолвным кулем. Я даже отшатнулся, опасаясь, что ещё накинется с кулаками, но парень вместо этого ошарашено оглядывался.

Условно парень, ибо лицевая сторона особой ясности в этот вопрос не внесла. К изящному телу добавились спутанные, но не лишённые намёка на грациозную причёску светлые волосы и большие недоумевающие карие глаза, однако не было ни намёка на грудь. Впрочем, мешковатая спортивная одежда кислотно-бирюзового цвета и неудачная генетика могли создавать иллюзию отсутствия. И всё же лучше обращаться как с парнем — если это девушка, то не должна особо обидеться. Уж точно не как парень, которого приняли за девушку.

— В меня въехал мотоцикл! — он начал делиться ощущениями. — А потом незнакомый парень трогал меня!

Я быстренько огляделся на случай очевидцев. Повезло, вроде никого.

— Спокойно. — обратился я к парню. — Ты цел? Ничего не болит?

— А? Да вроде нет. Вчера было хуже. — Он даже улыбнулся. — А где девушка? Я обещал отдать ей платок.

— Единственная условно девушка уже давно сбежала с места происшествия. Погоди... вчера? — только не говорите мне...

— Ага. — подтвердил он. — Вчера в меня тоже въехал мотоцикл, а потом одна добрая девушка одолжила мне платок вытереть кровь. Но не сказала даже своего имени, и теперь я не знаю, кому его возвращать... и, возможно, предлагать своё сердце. — Он мечтательно улыбнулся, а я осторожно сделал шаг назад. Парень дважды за два дня был сбит Фуджибаяши Кё, не каждая психика выдержит такое.

— О, да! — он полез в карман, достал аккуратно вышитый сиреневыми кружевами платок и попутно вытер им лоб. — Ты не можешь опознать этот платок, вдруг знаешь его обладательницу?

И не проси. Никогда не наблюдал за платками девушек, от этого попахивает извращениями — пусть даже я и не смогу сформулировать, какими.

— То есть ты в порядке? — я решил уточнить окончательно. В школу я опоздал уже слишком, но после встречи с Кё на мопеде прогуливать как-то резко расхотелось, так что стоило закругляться.

— Ага. — он показал мне большой палец. — А как тебя зовут? Меня Каппей.

— Суваки Мабберо. — Я сказал первое, что пришло в голову. Как-то не очень хотелось говорить своё имя первому встречному, особенно не совсем нормальному.

— Мабберо-сан. — Он поклонился. — Благодарю за потраченное на меня время. А теперь извини, мне надо бежать, у меня собеседование. Увидимся! — он подхватил до сих пор лежавшую на земле сумку и тут же дунул со скоростью Ботана вниз по улице. К тому времени, как моё внимание привлёк лежащий на тротуаре листок, звать хозяина было уже поздно.

Листок оказался резюме — или, точнее, пародией на него. Половина строк, включая имя, не заполнена, а в остальном было всякое вроде "Мотивация: Хочу денег". Понятия не имею, куда он собирался подавать такое резюме, и также понятия не имею, почему я взял его с собой, словно надеясь на последующую встречу и возвращение утерянного.

Кё Фуджибаяши

Так уж вышло, что Томою я поймала у мужского туалета, и этот гад, воспользовавшись случаем, попросил его подождать и зашёл внутрь. Пришлось ждать, старательно не обращая внимания на недоумённые взгляды мимопроходящих. К тому времени, как он соизволил выйти, перемена и моё терпение подошли к концу.

— Только попробуй сказать, что у тебя живот прихватил, и я тебе его через задницу вытащу. — прорычала я. — Давай отчитывайся, что тот парень, жив?

— Увы, босс. — сокрушённо вздохнул Томоя. — Он скончался в жутких муках, но перед смертью успел прийти в себя и наложить проклятие, от которого ваша грудь будет постепенно уменьшаться.

— Это радует, парни и на пороге смерти думают о моей груди. — Разумеется, я не поверила ни единому слову. Даже если бы он говорил серьёзно, то улыбающиеся глаза и тон голоса всё равно сказали бы мне правду. Ну а раз Томоя шутит, значит, всё в порядке.

Да и не могло быть иначе. Может, со стороны это выглядело страшно, но на деле я его, как и Томою, подрезала и толкнула, а не сбила. Понятия не имею, чего он так долго валялся. Решил, что предъявят претензии за поцарапанный мопед, и лучше не двигаться, пока не свалят? Тупо, но Ёхей и Томоя давно доказали мне, что парни способны на любую глупость.

— Это даже хорошо, что жив. Значит, моим мопедом не так уж и просто убить. Можно будет без проблем на тебе практиковаться в торможении. — Я потянулась и подмигнула Томое. Тот ожидаемо нахмурился.

— Между прочим, он сказал, что ты и вчера его сбила. Как и меня. Кё, так ты станешь для общества опаснее Сунохары. — заметил он. Чего?

— Эй, я... Ну да, вчера я вас обоих сбила, но сегодня только его... Прогресс! — он прав, но я скорее подстригусь налысо, чем признаю это.

— А завтра ты собьёшь маленького ребёнка, и вынуждена будешь прятаться от полиции в комнате Сунохары, ибо никто не догадается искать тебя там. — съязвил он. Мои кулаки непроизвольно сжались. — Кё, серьёзно, научись водить, или впрямь влетишь в ребёнка какого-нибудь. Или в Сакагами, которая тебе мопед разобьёт и лишь потом начнёт разбираться. Или в сестру как раз в тот момент, когда она решит признаться в любви своему единственному...

Я схватила этого фантазёра за пиджак. Будь он хоть тысячу раз прав, но если думает, что я начну опускать глазки и соглашаться с каждым его словом, то слишком многого хочет. А про сестру пусть вообще молчит.

— Совсем опупел, нотации мне читать? — прошипела я. — Кто тут староста класса и кто злостный прогульщик и двоечник, а?

— Сейчас мы оба прогульщики. — довольно отметил он. Ах да, урок же начался. Блин, но ладно, я с ним ещё не закончила.

— Тогда сразу перейдём к делу. — запал прошёл, так что пиджак отпустила. — Томоя, у тебя есть девушка? И вообще, тебе кто-нибудь нравится?

Томоя от удивления аж рот раскрыл.

— А тебе зачем? — с подозрением спросил он. — Хочешь якобы от меня послать ей дождевых червей в упаковке шоколадных конфет?

— А это идея. — протянула я. — Не, мне просто любопытно. Вдруг ты там влюблён в, не знаю, члена студсовета, страдаешь и вздыхаешь, так я бы вам помогла.

— Я и член студсовета, ага. — отозвался он со справедливым ехидством. — Кё, если ты начнёшь работать сводницей, то однажды придётся искать пару Сунохаре. Точно хочешь взвалить на себя этот груз?

— Так значит, никого? — улыбнулась я.

— Я школьник. Меня вообще девушки привлекают. — пожал он плечами. — Но любовное послание писать некому. Если так свербит сводить людей, то серьёзно, иди к Сунохаре, найдёшь пару ему — найдёшь кому угодно. А он в благодарность купит тебе всё, что захочешь, и будет таскать на своём горбу.

Я даже немного обдумала эту идею. Найти девушку для Ёхея невозможно, но если сделать его обязанным мне по гроб жизни... хм...

— Хорошо, раз так. — протянула я, откладывая мысль на потом. — А что ты думаешь о Рё?

— О Рё? — удивился он.

— Ага. Моя милая сестричка со сногсшибательной красотой и характером идеальной девушки. Умная, тихая, послушная, прекрасно готовит, оденется в наряд медсестры, если пожелаешь. Что о ней скажешь?

— Ничего. — тут же ответил он.

— Томоя, ты что, голубой? — недоумённо спросила я.

— Кто бы говорил, би. — мгновенно отбрил он, напомнив о вчерашнем случае, когда в отместку за мопед назвал меня именно так перед всем своим классом. Не отвлекись я на Рё, с большими глазами явившуюся узнать подробности — свернула бы шею.

Кстати, тут никого нет.

— Томоя... — я потянула руки к его шее, но тот предусмотрительно отскочил. — А ну-ка, гадёныш, расскажи, чего это тебе моя сестра не нравится?

— Она не "не нравится". — ответил он. — А её просто не знаю.

— Вы уже недели две вместе учитесь, да и до этого виделись! — возопила я.

— И что? — пожал он плечами. — Мы уже больше года друг друга знаем, и где наш тайный роман?

Ох ты сволочь. Если бы моя сумка не лежала в классе, то сейчас точно пробила бы его тупую башку.

— Кё. — кажется, он учуял мою злость. — Я просто никогда не обращал внимания на Рё. В том числе и потому, что иначе ты отобьёшь у меня всё желание это делать, не так ли? Она хорошая девушка, я не буду спорить, но даже если бы я к ней что-то чувствовал, это было бы сильно односторонним и потому бессмысленным.

Наверное, его удивила моя ответная улыбка. Бедный глупый Томоя.

— Ну тогда, приходи на большой перемене во внутренний двор. — сказала я ему. — Тебя будет ждать сюрприз.

— Какой части тела приготовиться болеть? — деловито осведомился он.

— Увидишь. — усмехнулась я. Томоя демонстративно зевнул, но я знала: придёт обязательно. Потому ещё раз улыбнулась и поспешила в класс.

Надо бы выдумать достойную причину для опоздания.

На большой перемене я заранее устроилась на заборе, отделяющем школу от улицы, и приготовилась наблюдать. Меня тут особо и не видно, а кто увидит — не рискнёт привлекать внимание. Сама же вижу всех и вся, особенно вон тот интересующий меня пятачок земли у дерева.

На этом пятачке стояла и нервно переминалась Рё. С самого утра нервничает, готовясь к тому, как будет кушать вместе с любимым парнем. Удачи, сестрёнка, сейчас многое будет зависеть от женских чар, которые у тебя определённо есть.

Особенно в сравнении со мной.

Ну и где ты там, Томоя? Будь послушным мальчиком и приди. А если будешь ещё и умным мальчиком, то сам сообразишь, что все мои намёки означают, едва увидишь сестрёнку. Надеюсь, он не решит притащить Ёхея за компанию, тогда придётся того выбивать подальше отсюда и мешать парочке наслаждаться обществом друг друга.

А не, идёт один. То ли сообразил, то ли просто не пересеклись — эти два болвана ходят в школу как захотят. Я в своё время пыталась это исправить, но угрозы и пинки особо не подействовали. А ходить по их жилищам и будить специально... да я так повешусь от брезгливости.

Хотя, смотреть на спящего Томою, который полностью в моей власти, и никто не будет нам мешать...

Рё при виде парня застыла как парализованная, но всё же сумела что-то выдавить в ответ на его приветствие. Он покрутил головой — похоже, меня высматривал — и продолжил разговаривать с Рё. Её волнение было видно даже отсюда, особенно когда она достала бенто и трясущимися руками протянула его Томое. Тот принял без проблем, открыл и вроде как сделал довольное лицо.

А у них неплохо выходит. Рё всё ещё трясётся, но немного успокаивается, свой обед уже достала. Томоя и вовсе ведёт себя так, словно подобная ситуация для него нормальна. Надеюсь, он ничего от меня не скрывает? Узнаю, что за моей спиной уже с кем-то встречается — ноги переломаю.

Парочка голубков наконец уселась есть и заодно погрузилась в молчание из-за восторга перед едой, которую кое-кто готовил, встав в пять утра, а потом в благодарность получил заявление об опасности для общества. Хотя о мопеде придётся на какое-то время забыть, что поделаешь, а то и впрямь заторможу в кого-нибудь не такого добродушного и потом всю рекомендацию испортят.

Они всё ели и ели, так что я заскучала и стала осматривать двор, проверяя, не думает ли Ёхей прийти и испортить им весь уют. С него станется даже в еду залезть, невзирая на то, что за это будет утоплен в ближайшей луже. Ну и по закону подлости, пока осматривалась, то упустила самое интересное, и лишь засекла, как Рё на огромной скорости бежит к школе.

Томоя! Я тут же выдернула из сумки учебник, примерилась и швырнула им в парня. Да блин, как этот козёл всегда уворачивается? Скоро буду специально за ним охотиться, только бы попасть. А пока спрыгнула с забора и примчалась к нему.

— Томоя, скотина, ты что ей сказал? — я схватила его обеими руками за шею и начала душить.

— Ты что, следила за нами? — он в свою очередь схватил меня за руки, пытаясь их разжать.

— Следила-не следила, а за своё поведение сейчас ответишь! — я продолжала сжимать горло, хоть он и постепенно высвобождался.

— Какое ещё поведение?! — он ещё и огрызается. — Она сама стала меня трогать и еду в рот тащить, а затем убежала!

— Чтооооо? — от удивления я даже перестала нападать. — Рё... тебя... трогать?

Не могу сказать, что это невозможно. Тихая скромная девочка Рё всегда была не прочь впиться в яойную мангу — прекрасно знаю это потому, что нередко сижу рядом и делаю то же самое. Но трогать парня? На первом сви... нет, даже встрече?

— Не в том смысле! — Томоя наконец отнял мои руки от своего горла. — Просто когда мы поели, то к моей губе пристал рис, Фуджибаяши сняла его, съела, потом зарыдала и убежала.

Ещё не легче! Он вообще сообразил, что это непрямой поцелуй? И как сестрёнка на такое решилась, неужели поела, поговорила, увидела, что ничего страшного не происходит, и настолько расслабилась?

— Ладно, допустим, ты невиновен. — проворчала я, успокаиваясь. Сестру сейчас не догнать, потом разыщу и уточню, что именно произошло. — И как тебе в целом? Понравилась её стряпня?

— Эм. — он поднял брови. — Фуджибаяши сказала, что это ты всё приготовила.

Кек? Мы же договорились!

— Не-не-не! — я быстро замахала руками. — Это Рё, просто она стеснительная, решила так себя принизить. Сам посуди, кто из нас двоих по умолчанию должен быть прекрасной хозяйкой и вкусно готовить.

Томоя согласно хмыкнул, после чего мне захотелось врезать ему по носу.

— В общем, всё прошло замечательно. — я уставилась на него, взглядом предупреждая, что произойдёт, если он решит иначе. — Давай так и далее, Рё милая девочка, тебе с ней будет хорошо.

— Кё, зачем тебе это? — тихо спросил он.

— М? — сделала вид, что не расслышала. — Не забудь собрать бенто, потом отдашь мне или Рё, не в последний раз же используем. И двигай к школе, звонок скоро. — Я хлопнула его по плечу, повернулась и постаралась скрыться до того, как он решит задать больше неудобных вопросов.

К утешению сестры сумела приступить на следующей перемене, загнав её в туалет для девочек.

— Рё, что за фигня? Ты убежала от него в слезах, потому что рис с его лица съела? Что он теперь подумает, что ты будешь впадать в истерику от каждой закуски и прикосновения?

— Прости, Кё. — сестрёнка виновато опустила голову. — Я расслабилась...

— Расслабилась она. А зачем сказала, что это я готовила? Мы же договорились, что подаёшь ему бенто и гордо заявляешь, что это ты сделала, специально для него встала в пять утра.

— Прости. — повторила она. — Я... просто не смогла ему солгать.

— Да какая это ложь! — крикнула я настолько возмущённо, что зашедшая в туалет девочка шарахнулась обратно за дверь. — Это не ложь, а реклама. Ты должна себя хорошо подать, мол, я не только милая девочка, но и готовлю прекрасно, и вообще у меня немало сюрпризов, попробуй их разгадать. Если и поймёт, что не такая ты крутой повар, так поздно, уже на крючке будет и охотно простит. Тем более что хотела учиться у меня готовке, глядишь, вообще не узнает.

— Прости, Кё. — Боже, она опять стала плакать. — Ты же знаешь... я не такая крутая, как ты...

Ох ну блин. Я аккуратно обняла её и прошептала:

— Не ври себе, сестрёнка. Уж я-то точно знаю, что ты крута, даже круче меня. Умница, красавица, мечта любого адекватного парня, да и грудь у тебя больше. А я что, так, драться умею, так это дело нехитрое.

Рё всхлипнула, но, похоже, стала успокаиваться.

— Ну вот, хорошо. Ты крута, ты молодец, кстати, где твой платок? — я хотела нашарить его и вытереть её слёзы, но в кармане формы его не обнаружилось.

— А? — сестрёнка тоже засунула руку в карман. — Потеряла... а не, какому-то парню отдала, ты на него наехала, и лоб весь в крови был.

— Отдала бы Томое, всё равно я его вчера тоже сбивала. — буркнула я. — А будешь передавать платок каждому, кто от меня пострадает, так дома ткани не хватит. Давай, не дёргайся. — я достала свой платок, смочила его и начала аккуратно чистить ей лицо от слёз. Рё послушно стояла и не двигалась.

Интересно, мои слова напомнили ей про позавчерашнее предсказание? Она не говорила, выясняла ли у Томои про то, сбылось ли оно, и вроде как не знала, что я в него въехала. И не надо, а то выйдет страшно неудобно.

— Так, ладно. — я убрала платок обратно в карман и притянула успокоившуюся сестру к себе. — Идём по плану дальше и что теперь сделаем.

Томоя Оказаки

Когда уроки закончились, я быстро собрал портфель и стукнул им Сунохару.

— Эй, соня, вставай. Учитель сказал, что те, кто не уйдёт через пять минут, будут писать итоговый тест.

— Что? — Сунохара вскочил так, что едва не уронил парту. — Я же не готов! — Он осёкся, посмотрел на пустой класс и облегчённо вздохнул.

— Знаешь, ты слишком много спишь. — Я двинулся к выходу. — Сегодня даже обед проспал. Однажды заснёшь, проснёшься через сто лет, а никого нет — все улетели покорять Альфу Центавра.

— Хо-хо. — Сунохара ничуть не огорчился таким будущим. — Тогда я стану самым крутым человеком на планете. И весь мир будет в моём распоряжении!

— Не станешь, орангутанг, способный разбить камнем кокос, уже тебя превзойдёт.

— Орантун... орангутанги не едят кокосы! — рассердился Сунохара. — Они вообще в разных местах живут!

— Надо же, третий год старшей школы, а изучил лишь это. Уже и макаки в горячих источниках тебя обгоняют.

— Эй, хватит ёрничать, как будто я какой-то идиот.

— Ты сейчас пойдёшь в магазин игровых автоматов ставить рекорд в гонках для семилеток, и при этом просишь, чтобы к тебе относились с почтением?

— Они не для семилеток, а для всех возрастов! И потом, так я оставлю след в истории города. Кого будут помнить школьники, заслужившего какую-то там мемориальную табличку или установившего непреодолимый рекорд в гоночном игровом автомате?

— Да уж, удачи с авторитетом у младшеклассников.

С такими обычными разговорами мы наконец спустились к воротам, где Сунохара первым приметил неладное.

— Эй, Оказаки, там Кё.— он замедлил шаг. — И наша староста. Ты сегодня не злил их?

— Скорее всего они здесь из-за тебя, увидели в коридоре и тут же взбесились. — близняшки и в самом деле стояли у ворот, явно кого-то высматривая. Хотя и так ясно, кого.

— Окей, Сунохара, план. — я хлопнул его по плечу. — Ты прорываешься слева, я справа, одновременно. Двоих она не ухватит, а то и обоих упустит. Готов? Вперёд!

Сунохара пытался что-то сказать, но послушно выполнил команду и помчался к воротам. Я же следовал за ним обычным шагом. Кё увидела Сунохару, сверкнула глазами и демонстративно посторонилась — а когда тот, поверив в своё мнимое счастье, поравнялся с ней, то тут же развернулась и пнула его ниже спины.

С отличным ускорением Сунохара вылетел на тротуар за воротами и там столкнулся с кем-то из спортсменов. Тот зарычал, схватил его за воротник и потащил в сторону от толпы школьников разбираться.

— Может, подать ему идею пожаловаться на то, что именно из-за давления со стороны хулиганки Фуджибаяши Кё он не может сконцентрироваться на учёбе? — я не спеша подошёл к девочкам.

— Как будто кто-то поверит, что Ёхей вообще способен учиться. — фыркнула Кё.

— И что меня сейчас ловят? — я согласно хмыкнул и посмотрел на Рё, которая выглядела так, словно хотела раствориться в толпе школьников. — Отчитать? Накормить? Или потребовать быть судьёй в выборе лучшей близняшки?

— Н... и кто же из нас лучше? — заинтересовалась Кё.

— Та, что сможет прибрать мою комнату, разумеется.

— Фууу! — скривилась она. — Прибирать? У тебя же там наверняка куча порножурналов под кроватью.

— Ага. — я довольно кивнул. — И в награду победительница сможет забрать их всех себе.

— Ч-чего? — уши Кё вспыхнули. — Ты... я... я ни за что не стану таскать к себе твои порножурналы, понял!

— На нас люди смотрят. — отметил я. Кё заткнулась и посмотрела на проходящих мимо школьников, большинство из которых специально делали крюк, огибая нас.

— Дурак. — буркнула она. — Мы тут, потому что Рё с тобой поговорить хочет. Давай, сестрёнка... эй, где ты там? — она попыталась нашарить свою близняшку, но та при упоминании порножурналов густо покраснела и стала медленно отступать. — Ты чего? Томоя шутит же, дурёха, а если не шутит, то скоро об этом пожалеет. Иди сюда. — она наконец уцепила Рё и притянула её к себе.

— А... — наконец подала та голос. — Э... Оказаки-сан... простите за сегодняшнее. — и она глубоко поклонилась. — Я не хотела убегать... э... то есть... простите, это не ваша вина. — И она ещё раз поклонилась. В мозгу мелькнула соблазнительная мысль заставить её поклониться ещё несколько раз, но рядом со злобной сестричкой реализовывать её было опасно.

— Да всё нормально. — я успокаивающе поднял руку. — Твоя сестра бегает за мной, а ты от меня, естественный баланс.

— Сестрёнка, мне послышалось, или кто-то что-то сказал? — ласково пропела Кё.

— Извини. — Это давно стало условным знаком: если Кё притворяется, что не слышала, то лучше и не повторять. Проверено потом и кровью Сунохары.

— Хм. В общем, Рё хотела не только извиниться, но и... давай, ты должна это сама сказать. — она легонько ткнула сестру, но та вздрогнула так, словно её ужалили.

— Э... да... Оказаки-сан, можно... можно, я провожу вас до дома?

Она вновь поклонилась. Однако, неожиданно.

— Фуджибаяши, ты уверена? Я живу в очень плохом и неблагоприятном районе. Там бандиты стоят на каждом сантиметре, как сельди в банке, и очень из-за этого злы. Некоторые из них даже не моются по утрам. Девушке вроде тебя нечего и думать там появляться.

Шутки шутками, а меньше всего я хочу, чтобы кто-нибудь из школьников крутился около моего дома. Особенно если это девушка. Ещё станется с них зайти внутрь, увидеть моего отца... нет, ни за что.

— Прости, Томоя, но ты попал. — Кё довольно лыбилась. — Рё твёрдо намерена проводить тебя до дома, так что защити её от всех жутких вонючих бандитов. И если они хоть пальцем коснутся моей драгоценной сестры, то я тебя мопедом перееду во всех возможных направлениях, понял?

А ведь эта прогулка подавалась как извинение.

— Может, сама с нами пойдёшь тогда? — предложил я. — Любой бандит тебя даже издали испугается.

— Ха? — отозвалась Кё. — Хочешь пройтись по улице с прекрасными близняшками, а потом хвастаться об этом на каждом углу? Фигушки. Идите вдвоём, а мне... надо кормить Ботана. Блин, мне реально надо кормить Ботана. Всем пока! — и она мигом умчалась. Я вздохнул и посмотрел на молча ждущую ответа Рё.

— Тебе ведь не обязательно это делать, я ничуть не обиделся. — попробовал ещё вариант, но Рё мотнула головой.

— Оказаки-сан, всё нормально. Вы... ведь если что... меня защитите, не так ли? — она неуверенно посмотрела на меня и слегка улыбнулась.

Выбора не оставалось. Если бы я отказал ей, то предал весь мужской род.

Часть пути мы преодолели без происшествий. То есть вообще ничего не случилось — просто молча шли. Рё даже не поднимала головы, а я не знал, о чём с ней говорить.

И зачем Кё это делает? Если она хочет найти своей сестре пару, то выбрала бы кого угодно. Спортсмены, отличники, члены школьного совета — любой из них будет лучшим кандидатом, уж не думаю, чтобы они стали отвергать такую скромную, милую и красивую девушку...

Ох блин. Я замедлился, чувствуя, как у меня горят щёки. Рё остановилась и недоумённо повернулась ко мне.

— Оказаки-сан, всё в порядке? — обеспокоенно сказала она.

— Да, я... — отговорка упрямо не лезла в голову. — Просто привык ходить один, а сейчас я двигаюсь медленнее, ну и... это...

Двигаюсь медленнее. Убейте меня кто-нибудь.

— Я могу идти быстрее, Оказаки-сан. — смущённо ответила Рё. — Только это... не бегом... если можно...

Я улыбнулся ей — всё равно на внятные слова меня сейчас не хватает. Мы вновь пошли, но всё в том же неторопливом темпе — не бегом же, в самом деле.

Можно ли вообще как-то оценивать её смущение? Это же Фуджибаяши. Она рядом с Сунохарой вела бы себя так же. Проводить меня решила по доброте душевной, а предложить обед... эм... тоже? Может, она кормит обедом каждого ученика, по одному в день, сегодня моя очередь...

Так, Томоя, что за чушь ты несёшь? Я опять остановился, и Рё вновь повернулась ко мне, явно не понимая, что происходит. Но на этот раз отмазка нашлась быстро.

— Не хочешь зайти? — я ткнул пальцем в небольшой павильон, вывеска над которым гласила, что здесь составляют гороскопы. Рё часто предсказывала будущее девочкам в классе, да и ко мне с этим подходила, так что определённо должна была заинтересоваться. И действительно, тут же прилипла взглядом к вывеске и даже немного подалась вперёд.

— Хорошо. — наконец согласилась она, и мы зашли внутрь.

А кто-то серьёзно подошёл к этому делу. В павильоне царил полумрак, освещаемый лишь слабым мерцанием экрана компьютера да идущим с потолка мягким синим светом, придающим загадочности происходящему. Рё тут же направилась к компьютеру, а я повертел головой, ища кого-нибудь из персонала.

Никого? Заходите, делайте и берите что хотите? На потолке ничего похожего на камеры наблюдения не обнаружилось. Мда. Кто-то или слишком наивен, или слишком хитёр.

— Оказаки-сан?

Да-да, иду. Рё уже сидела на стуле и всматривалась в экран; я сел рядом и тоже посмотрел туда. Ничего астрального, обычная анкета — кто, где, зачем и почему. Рё аккуратно заполняла её, едва касаясь клавиатуры, и я отвернулся от экрана, дабы не углядеть какую-нибудь личную информацию вроде веса и размера груди.

— Оказаки-сан, вам тоже потребуется заполнить анкету. Это парный гороскоп. — сказала Рё, покосившись на меня. Парный? Надеюсь... не любовный? Вряд ли, иначе бы она давно уже сидела красно-бледной под цвет флага. Да и о каком любовном гороскопе для нас может идти речь?

Наконец девушка заполнила анкету, и наступила моя очередь. Веса в вопросах не было, зато была странная просьба указать на карте города координаты места проживания. Когда я всё заполнил, экран вновь сменился вопросами, на этот раз общими для нас двоих. Одна строчка привлекла моё особое внимание — там спрашивалось о том, в каких отношениях мы состоим, и предлагалось три варианта ответа.

Друзья.

Возлюбленные.

Женаты.

Я покосился на Рё и, не удержавшись, подвёл курсор к последнему варианту.

— Оказаки-сан. — тут же отреагировала она. — Пожалуйста, заполняйте серьёзно. С предсказаниями будущего нельзя шутить.

Кажется, я обнаружил слабую точку девушки, которая до этого выдавливала из себя слова. Хорошо, а если так? Я перевёл курсор на "Возлюбленные" и вновь посмотрел на Рё.

Ноль реакции. Она только сидела и смотрела на экран. Синева освещала её лицо так, что даже нельзя было заметить румянец. Молчание затягивалось и становилось зловещим.

— Ладно, извини. — я перевёл курсор на "Друзья" и выбрал его. Остальное мы заполнили без труда, компьютер немного погудел и выдал сообщение: "Пожалуйста, положите руки на кнопку".

Кнопку? Только сейчас я увидел на клавиатуре большую чёрную кнопку, справа от основных клавиш. Гм, ну хорошо. Я протянул руки к кнопке, и за секунду до того, как моя рука опустилась на неё, Рё сделала то же самое.

Этого хватило, чтобы я на какое-то время выпал из реальности. Её рука была мягкой, тёплой и неожиданно маленькой. Мне хотелось продолжать держать её так и дальше, даже когда моя ладонь начала запотевать. Однако на экране высветилось "можно убрать руку", ладонь Рё дёрнулась и я осторожно высвободил её.

Надо было бы извиниться, но я не мог даже посмотреть на девушку. Похоже, мы поменялись ролями, ибо теперь уже мне хотелось убежать от смущения. Но Рё ничего не говорила, и я не знал, как это воспринимать. Она могла вообще быть возмущённой до глубины души и молчать в гневе.

— Оказаки-сан, возьмёте результаты?

Компьютер наконец справился с расчётами и стал распечатывать бумаги с текстом. Я подхватил их и быстро направился к выходу.

Только снаружи я отважился посмотреть на Рё. С виду ничего не изменилось: опущенная голова, молчание, лёгкий румянец. Но то место на руке, где я её трогал, она обхватила другой ладонью, словно там был неприятный нарост.

— Ладно, что там вылезло? — я протянул ей бумаги, стараясь говорить как можно беззаботнее. Рё взяла их и начала читать:

— На этой неделе у вас произойдёт несколько встреч, после которых начнёте лучше понимать чувства друг друга. Вы очень похожи, и при нахождении общих тем для беседы и посещении разных мест сможете неплохо провести время. Однако вы не должны пытаться контролировать это, в противном случае дистанция между вами может увеличиться. Не будьте серьёзными, проводите время как друзья. Ваши счастливые предметы: плюшевая игрушка и скатерть для пикника. Ваш счастливый цвет: белый.

Хм. Пока я обдумывал сказанное, Рё разделила бумаги и протянула часть их мне.

— Оказаки-сан, возьмите... на память...

Я послушно взял и пробежался взглядом. Само предсказание занимало часть листа, остальное было повторение введённых данных, включая данных Рё, так что поспешил убрать их в сумку. Не читать же это в её присутствии.

— И это предсказание будущего? — я вновь посмотрел на неё. — Скорее похоже на совет по поводу того, что делать дальше.

— Но предсказания так и работают, Оказаки-сан. — уставилась на меня Рё. — Они обрисовывают всего один из вариантов будущего и говорят, что надо делать, если ты хочешь, чтобы оно сбылось.

— То есть, вот это предсказание может быть ошибочным и не сбыться?

— Разумеется. — кивнула Рё. — Будущее нельзя определить в точности, Оказаки-сан, каждый наш поступок и выбор меняет его вплоть до неузнаваемости. Предсказание может помочь подготовиться, дать совет, настроить на нужный путь, но оно не определяет будущее, это исключительно твоё решение.

А ведь днём эта девочка убежала покрасневшей из-за того, что съела рис. Надеюсь, что это не единственный её конёк, потому что предсказания точно не наша общая тема для бесед.

— Фуджибаяши.

— Да? — градус её уверенности мигом понизился.

— Давай лучше я тебя провожу до дома. Уже вечер, тебя наверняка ждут дела и родители, а ещё любопытная сестра.

— Э... Оказаки-сан, мне надо ехать на автобусе...

— Тогда провожу до автобуса. Это ведь недалеко?

— Э... — глаза Рё неожиданно увлажнились. А, блин, она же наверняка не так поняла, надо объясниться.

— Фуджибаяши, я не хочу от тебя избавиться. Мне очень приятно было прогуляться, но ты и так сегодня много для меня сделала. И я... не очень хочу, чтобы ты по улице от моего дома ходила одна и просто ходила. Мало ли.

Рё вздохнула, но возражать не стала.

— Мне тоже было приятно пройтись с вами, Оказаки-сан. — она поклонилась. — Спасибо вам.

— Да, и тебе спасибо. Давай, пойдём. — я махнул рукой, и мы направились к ближайшей автобусной остановке.

Больше мы в тот вечер особенно не говорили, разве что попрощались друг с другом.

18 апреля, пятница

На этот раз я решил прийти в школу вовремя. Меньше шансов попасть под колёса Кё — больше шансов дожить до старости. По крайней мере, уж в толпе остальных учеников она точно не рискнёт никого сбивать. Надеюсь, тот парень тоже сообразит, что лучше прийти сюда раньше или позже, если уж ему так надо тут ошиваться.

О, сообразил.

Каппей понуро стоял на краю тротуара и всматривался в траву. Будь здесь Сунохара, я бы точно заключил с ним пари на тему того, что именно тот ищет, но он успешно отсыпается после вчерашней взбучки, упуская свой шанс продуть. Я замедлил шаг, обдумывая, как лучше поступить, и взглянувший на тротуар Каппей приметил меня.

— Мабберо-сан! — он помчался ко мне с радостью верного пса. — Доброго утра!

— Лапу. — Я не мог удержаться. Каппей поднял руку, подумал и опустил её.

— Я вообще-то не собака. — обиженно сказал он. Уверен, что это он — такое заметное отсутствие груди даже в шестнадцать никакая генетика не объяснит.

— Ну прости, ты просто стоял с таким видом, словно вынюхивал что-то. — Каппей надулся ещё больше, и я поспешил достать из сумки его резюме. — Это ищешь?

— Мабберо-сан, вы мой спаситель! — завопил он, выдирая бумагу так, что немалый клочок остался в пальцах. — Не будь я уже под чарами той девушки с платком, мог бы влюбиться!

Взгляды проходящих мимо учеников как по команде обратились ко мне. Блин, парень... разве можно такое орать на улице?

— Не ори так. — я понизил голос, кидая ему оставшийся клок бумаги. — А если у меня есть девушка, которая случайно услышит такое и начнёт ревновать?

— Я бы подошёл к ней, извинился и сказал, что и не думаю на вас претендовать, несмотря на все ваши достоинства, которые тут же распишу. — мигом ответил Каппей. — Она мигом вас простит и полюбит ещё больше, а наша дружба только окрепнет.

— Дружба?

— А разве нет? — округлил он глаза. — Вы уже дважды выручили меня из беды, значит, вы мой друг, Мабберо-сан.

Выручил? Друг? Я лишь удостоверился, что он жив, и отдал ему бумажку, которая в таком виде бесполезна. Для дружбы этого недостаточно.

— Ладно, Мабберо-сан, не буду задерживать. — он поклонился. — Вам надо в школу, мне на собеседование. Ещё увидимся! — и Каппей опять дунул куда-то, старательно огибая школьников.

Друг? Я так глубоко задумался, что если бы Кё вновь решила протаранить меня сзади, то осознал бы это в сам момент падения.

Друг... нет, я общаюсь с Сунохарой, но называть его другом... а Кё девочка, даже если это её личина... а больше я и не знаю никого, кого мог бы хоть условно назвать другом.

Разве что Миядзаву.

Кё Фуджибаяши

Утро не задалось. Ночью мы вновь обсуждали план покорения Томои — а точнее, капали друг другу на мозги и в моём случае распускали руки. Сестра мямлила про то, что торопиться некуда и спешкой мы Томою только спугнём, а я шипела, что надо побыстрее его схватить, а там уже никуда не сбежит. В итоге, разумеется, сошлись на моём мнении, и утром я встала вся вялая, кое-как умылась, оделась, взяла Ботана, подложила его под голову и заснула.

Пришлось вопреки вчерашнему решению брать мопед. Школьников на улице уже не было, и даже Томоя не появлялся. Неужели решил прийти раньше или ещё позже? Жаль, можно было бы сразу поинтересоваться, что он думает о вчерашней прогулке, а то всё моё наблюдение свелось к рассматриванию того, как двое стеснительных дурачков молча шагают рядом.

О, кто-то всё-таки идёт в форме... а, длинные волосы, не он. Девушка остановилась, услышав шум двигателя, и посмотрела в мою сторону. Я пригнулась, дабы меня не узнали, и в итоге пропустила момент, когда она успела рвануть и врезаться в меня.

Ударило так сильно, словно влетел автомобиль. Мопед резко бросило влево, я слетела с него и покатилась по асфальту. Железный конь без управления завилял, выскочил на тротуар, врезался в забор, отскочил и только теперь упал.

— Ты, тупая полоумная... — я попыталась встать, но тут же упала на колено. Всё тело горело, кожа на руках была содрана, и те уже начали кровоточить. Твою мать, как же больно!

— Так ты девушка? — недоумённо спросили сзади. Я не ответила, наконец-то сумев встать. Колено жутко болело, хотя хруста вроде как не слышала. Блин, не надо было ехать сегодня, но кто ж ожидал, что всякие ненормальные будут нападать.

— Извини. — смущённо пробормотали прямо за моей спиной. — Мне на такой скорости показалось, что это парень, они всегда так носятся. Давай я тебя в медпункт отнесу?

— Мозги свои на место отнеси! — рявкнула я, оборачиваясь. — Идиотка тупорылая, ты что на людей кидаешься, недавно из психушки выпустили, что ли!

Среброволосая девушка нахмурилась. Она успела подобрать мою слетевшую в аварии сумку и теперь протягивала её, но мне было не до этого. Больно, блин! Ладно, школа недалеко, успею добраться и придумать отговорку в медпункте. Если только эта скотина не решит ещё и подраться. Как она по мопеду долбанула-то, у неё что, ноги из титана?

Кстати. Я заковыляла к нему, шипя от боли.

Мой верный железный друг пал. Переднее колесо погнуто, руль покорёжен и это лишь что я сразу разглядела. Хотелось плакать, но только и осталось что схватить его за колесо и из последних сил начать сталкивать в канаву, дабы не оставлять тут всем на любование и запчасти.

— Тебе помочь? — кто-то до сих пор считал, что будет уместно оставаться здесь.

— Ты поможешь, если в стену так же влетишь! — заорала я. Хоть в суд подавай, да и стоило бы — выскакивает из ниоткуда и ломает дорогую вещь. Но тогда придётся объяснять, что я делала тут в учебное время, да ещё и на мопеде. И так учитель уже успел пропесочить за опоздания и будет ещё.

Наконец мопед съехал в канаву и застыл на дне. Удачи, друг, сегодня же за тобой вернусь и отвезу в мастерскую, может, всё не так страшно. Ещё бы вышло дёшево, в чём я уже сомневаюсь.

Я обернулась и увидела, что девушка всё ещё стоит тут.

— Знаешь, я могу оплатить ремонт. — предложила она.

— Отлично, продай почку и оплати, меня это устроит. — огрызнулась я. Хотя и стоило выбить с неё деньги, но меньше всего хотелось связываться с этой сволочью.

Кто она вообще? Я точно её знаю, вроде как даже недавно видела, но боль от содранной кожи мешала думать. Надо быстрее выдвигаться к школе, а то ещё попадёт в раны грязь, и будет хреново.

В следующее мгновение девушка рванула ко мне, и не успела и руки поднять, как она подхватила меня и помчалась в сторону школы. Я материла её и требовала отпустить, даже хватала за волосы, но девушка бежала с такой целеустремлённостью и скоростью, что игнорировала все мои выкрутасы.

Когда медсестра обработала раны и уложила меня в постель, девушка села рядом на стул.

— Слушай, давай сделаем вид, что этого не было. — сказала она. — До меня просто дошли слухи, что в это время по дороге носится бешеный мотоциклист и даже уже сбил кого-то, но и не думала, что это окажется девушка... да ещё и из моей школы.

Я молчала. Ну да, она зачем-то выполняла свой гражданский долг, а я грубо нарушила сразу несколько правил, и попытка жаловаться ударит скорее по мне. Но это не значит, что между нами теперь любовь и обожание.

— Я постараюсь что-нибудь сделать с твоим байком, хорошо? — она наклонилась ко мне. — Меня зовут Сакагами Томоё, а тебя?

— Фуджибаяши Кё. — Томоё? Серьёзно? Это кто ещё решил так пошутить?

— Приятно познакомиться, Фуджибаяши-сан. Отдыхайте, может, ещё успеете на последние уроки. — она наконец соизволила уйти, а я постаралась лечь поудобнее.

Приятно, ха. Хорошо ещё, что сильно не пострадала. Бинтов ушло немало, и колено зверски болит, но занятия спортом взяли своё и помогли избежать серьёзных травм. По крайней мере, я так думаю. Может, уже завтра буду весело подпрыгивать.

Но блин... Томоё? Рассказать бы Томое, он оценит. Хотя не надо. Ещё пойдёт глазеть на девушку с похожим именем, которая отправила меня в медпункт. Даже если только поглазеет — Рё лишние поводы для волнения не нужны. И так не факт, что она сегодня как-то продвинется без меня.

— Э... здравствуйте... а Кё тут? — раздалось тем временем в кабинете. О, легка на помине. Сестра отодвинула занавеску и уставилась на меня.

— Хой! — я помахала перебинтованной рукой. — Подралась с диким и небритым зверем. Беспокоиться не о чем.

— Ох, сестрица... — Рё опустилась на стул и вздохнула. Когда-то она говорила мне, чтобы я была осторожнее с драками, пока не нарвалась на какого-нибудь парня сильнее Ёхея. И пусть уж лучше думает, что так и вышло, а то опять отчитает.

— Как там Томоя? — решила я сразу перейти к актуальной теме, и Рё вздрогнула.

— Э... ну... мы случайно посмотрели друг другу в глаза...

Вау, страсти накаляются.

— Ты вообще-то должна была не смотреть. — нахмурилась я. — О чём мы договорились?

— Да, но... это нелегко, знаешь ли! — неожиданно крикнула она и сама себя испугалась. Я протянула руку и коснулась её.

— Знаю, прекрасно знаю. Но ты справишься. Не надо привыкать встречаться с ним по моей указке, Рё. А когда у вас дойдёт до постели, мне что, тоже придётся составлять план и шептать, что делать дальше?

— По... вавава... ты чего! — пискнула Рё. — Мы... не...

— Значит, ты не настроена серьёзно. — фыркнула я. Сестрёнку надо взбодрить, иначе она лишь через месяц сможет держать его за руку, а про секс вообще заикнётся в старости. Никто не будет столько ждать.

— Я... — Рё повесила голову. — Кё, помоги мне.

— С постелью?

— Да нет же! — она вытащила из кармана формы конверт и швырнула мне. — С этим!

Из медпункта я вышла, когда оставалось ещё пара уроков до конца дня. С огромным удовольствием лежала бы и далее, но с этим письмом нужно разобраться прямо сейчас.

Школьная медсестра всегда творила чудеса, вот и сейчас даже колено уже болело значительно меньше, но не настолько, чтобы весёлыми скачками спускаться по лестнице. К счастью, Рё набралась храбрости и заранее попросила Томою подойти на этаж, где был медпункт, а тот продолжал слушаться.

— Дай угадаю, мопед? — сразу же спросил он, едва увидев меня.

— Нет, я наступила на Ботана. — скажи я, что мопед, и от его насмешек будет не скрыться.

— Он жив? — Томоя сразу же посерьёзнел.

— Что ему сделается! — в принципе да, Ботан крепче, чем выглядит, плохо будет только наступившему — особенно если я рядом.

— А, ну тогда не о чём беспокоиться. — улыбнулся он. Я прищурилась и подошла поближе.

— Знаешь, у меня лишние бинты остались. Жаль выкидывать, не хочешь их одолжить?

— Кё, раз шутишь, значит, с тобой всё в порядке. — отреагировал он. — А мне тепло на сердце от того, что и ты неидеальна.

— Это был момент слабости, уже скоро ты его забудешь. — я осторожно прислонилась к стене. — Рё тебе ничего не сказала?

— Только прийти сюда. — сказал он. — Вы решили поменяться ролями, и сегодня ты будешь меня кормить и провожать?

— Не закатывай губу. — Я достала конверт и махнула им.

— Что это? — Томоя последил за ним глазами. — Твой рецепт капель от поноса наконец-то прибыл?

Я обмерла, а затем подошла и изо всех сил ударила его конвертом по носу.

— Ты ещё на всю школу прокричи. — прорычала я. Томоя свернул глазами, набрал в грудь воздуха и раскрыл рот, но решил не искушать судьбу, когда мой кулак предупреждающе коснулся его подбородка.

— Что, реально рецепт? — тихо поинтересовался он. Мне осталось лишь вздохнуть.

— Любовное письмо это, недоумок. Держи. — Я протянула ему письмо, намеренно представляя так, будто бы это от меня. Хочется всё-таки посмотреть на реакцию.

Томоя взглянул на письмо, на меня, развернулся и направился к лестнице. Эээ?

— А НУ СТОЯТЬ! — я метнулась за ним и схватила за пиджак, едва не упав при этом. Чёрт, слишком сильно, ещё немного — и порвала бы. И ведь наверняка заставил бы потом зашивать.

Не то чтобы я была сильно против...

— Там ведь паук внутри, да? — Томоя соизволил остановиться. — Или скорпион. Или какая-нибудь другая ловушка, не так ли?

Чёрт, а вот это обидно. Я даже отвернулась от этого идиота, а в глазах неожиданно защипало.

— Ты что, действительно видишь меня такой злой? — ну вот, не удержалась, но день вышел хреновым, колено до сих пор ноет, да и такого пренебрежения не ожидала. А если бы... если бы я... если бы это было ему...

Кажется, Томоя растерялся. Во всяком случае, говорил он неуверенно:

— Ну... это просто неожиданно, что ты мне вдруг... как-то не ожидал... — похоже, он сам сообразил, что перегнул палку. Ладно, надо бы с этим прекращать, пока не стало совсем неудобно.

— Это письмо не тебе. — я слегка повернулась и взглянула на него. — Я... разумеется, я бы не стала... Это письмо для Рё.

— Рё? — удивился он.

— Да... Один парень, из футбольной команды, решил подкинуть сестре любовное письмо, но я перехватила раньше. — Так, Кё, спокойно, подходим к главному. — Что ты об этом думаешь?

Томоя почесал в затылке, опять не понимая намёков.

— Что тут думать, передай сестре письмо и всё. — сказал он. — Вдруг и он ей понравится. Если что — отметелить его всегда успеешь.

— То есть тебе всё равно, что Рё получила любовное письмо? — уточнила я.

— Кё. — осторожно начал Томоя. — Спасибо, что обратилась ко мне за советом, но я не знаю твою сестру настолько, чтобы указывать, кто для неё будет достойной парой. Если ты хочешь узнать об этом парне, то это опять-таки не ко мне, я с футбольной командой не общаюсь. Можешь обратиться к Сунохаре, но он тебе ответит матом, потому что его оттуда вышибли. А если ты уже представила, как этот грязный волосатый гиббон сжимает в объятьях твою нежную маленькую сестрёнку, и жаждешь крови, то тебе точно нужен я для того, чтобы набить ему морду, даже сейчас? — он кивнул на мои бинты.

А я думала, что после вчерашней прогулки будет легко, ага.

— Ладно. — со вздохом я убрала письмо в карман формы. — Вали уже на урок, и только попробуй сбежать с него, найду и прибью.

— А жаль, это идея. — он усмехнулся, махнул мне на прощание и поспешил вниз. Я хотела было направиться следом, однако ноги понесли в сторону медпункта.

К чёрту. Инструкции Рё я выдала, не справится сама — буду завтра таскать обоих за шкирку и ругаться. А сегодня дайте мне отдохнуть.

Томоя Оказаки

При всех угрозах Кё на урок я не пошёл. Надо обдумать происходящее, а под бубнёж учителя это невозможно. Потому осталось направиться в место, где я могу расслабиться, отдохнуть и поразмыслить.

То есть архив.

Когда я заглянул внутрь, Миядзава уже сидела за столом и что-то увлечённо читала. Однако после моего покашливания она тут же подняла голову от книги и улыбнулась.

— Томоя-сан, здравствуйте. — сказала она. — Кофе?

— Если можно. — я уселся за читальный стол и начал наблюдать за тем, как она подогревает кофейник на электроплитке. Не интересуюсь политикой, но если кто-нибудь сделает своей предвыборной программой внедрение такой девушки в каждую библиотеку, то я проголосую за него.

— Как насчёт риса? — спросила Миядзава.

— Благодарю. — Надо пользоваться моментом, пока я один. Сунохара сейчас он наверняка дрыхнет на уроке, а больше я никого тут почему-то не заставал. Это даже чувствовалось как некое секретное место, точка отдыха и перезарядки для меня одного.

Наконец Миядзава передала мне обёрнутый салфеткой стакан с кофе и плошку риса с палочками. Я поблагодарил её, устроился поудобнее и начал обедать. Рис, как всегда, был очень вкусным, кофе бодрящим и всё это наконец позволило мне обдумать ситуацию.

Кё подталкивает меня к сестре, в этом нет сомнений. А вот всё остальное решительно непонятно. Зачем она делает это? Что думает сама Рё? И почему именно я? Кё популярна в школе, ей не составило бы труда выбрать для своей сестры кого угодно, но почему-то она зациклена на мне.

Есть, правда, один вариант, но он слишком невероятен. Такое разве что в манге встретишь. Хотя, если подумать...

— Миядзава, можно с тобой поговорить? — я оторвался от риса. — Так, чтобы это осталось между нами.

— Разумеется. — она уже успела вернуться к книге, но без возражений отложила её и села напротив меня, довольно улыбаясь.

— Миядзава... как можно понять, что девочка в тебя влюблена?

Прости за вопрос, но мне не с кем об этом поговорить. Сунохара сведёт всё к порнушке и глупостям, а это не то, что мне нужно. Впрочем, Миядзава и не обиделась, только задумалась.

— У каждой по-своему, Томоя-сан. — наконец сказала она. — Большинство краснеют и стесняются в присутствии мальчика. Многие ведут себя с ним совершенно иначе, чем с остальными, как агрессивнее, так и наоборот. Некоторые целенаправленно ищут его компании, даже если мальчик хочет побыть один и вообще ему это надоедает.

Вот блин, ничто из этого не указывает на Рё. Краснеет и стесняется со всеми, поведение тоже не отличается, и я не сказал бы, что она навязывает мне свою компанию.

Кё и то под критерии лучше подходит.

— Вам кажется, что кто-то в вас влюблён, Томоя-сан? — заинтересованно спросила Миядзава. Я прикинул, что именно можно ей рассказать, и решился.

— Дело в том, что одна моя знакомая настойчиво меня подталкивает к своей... другой знакомой. А та то ли не против, то ли во всём её слушается. Не могу сказать, потому что не знаю чувств той другой, и сам не могу сказать про свои чувства к ней. И я вот думаю, любовь ли это с её стороны или она послушно следует туда, куда укажет та первая?

Похоже, я её запутал. Во всяком случае, какое-то время Миядзава молчала и думала.

— Мм... Томоя-сан, извините, если это вас как-то обидит, но не всё ли равно?

Э? Требую пояснений.

— Если я правильно поняла, вы сами не знаете чувств друг друга. — стала объяснять Миядзава. — И однако же оба не одёргиваете ту первую знакомую и спокойно общаетесь, да? Значит, что-то между вами есть, даже если это не заметно или слабо. Поэтому не думайте о том, влюблена она в вас или нет, Томоя-сан. Если вы до сих пор от неё не отвязались, значит, заинтересованы в ней, а раз заинтересованы, то продолжайте видеться, и тогда она в вас влюбится, даже если сейчас ещё ничего не чувствует. Ну и для неё это работает точно так же. — Она наконец прервалась. — Извините, если что-то сказала не так.

— Да нет, всё нормально. — я улыбнулся ей. — Только это прозвучало так, словно она при общении со мной влюбится без вариантов.

— А разве нет, Томоя-сан? — удивилась Миядзава. — Вы привлекательный высокий парень, с которым приятно общаться. Можно влюбиться даже без усилий с вашей стороны, а уж если вы их приложите, то мало кто устоит.

Ох, как хорошо, что я успел поставить стаканчик с кофе на стол — рука задрожала, да и мысли сплелись в клубок. В меня? Без усилий? Мало кто устоит? Миядзава, спасибо за добрые слова, но они уж какие-то слишком добрые. Влюбляются в лучших, популярных и успешных, прогульщикам и неудачникам вроде меня ничего не достаётся либо такое, что лучше бы и не доставалось.

— Спасибо за помощь, Миядзава. — только и смог ответить.

— Всегда пожалуйста. — она немного поклонилась и осталась сидеть, наблюдая, как я приканчиваю рис.

— Знаете, Томоя-сан. — неожиданно сказала она. — Думаю, я могу немного помочь. — Она тут же встала и отправилась к ближайшему книжному шкафу, откуда вынула тонкую книжку. — У меня тут есть книга заклинаний, и среди них точно было... ага, вот оно, заклинание, которое позволяет определить, кому ты нравишься.

— Постой, что? — я быстро допил кофе.

— Если сложить из больших и указательных пальцев сердечко, а затем сказать три раза "Любить, быть любимым, бросить, быть брошенным", выйти отсюда и обойти вокруг школы, то первая девушка, которая с вами заговорит, любит вас.

М, то есть если я наткнусь на Рё и она сумеет со мной поговорить, то это будет означать... что ж, давай попробуем.

Я проделал все указанные действия, махнул Миядзаве и вышел из библиотеки. Выйти из школы и сделать круг, это не займёт кучу времени, да и народу должно быть много, звонок на перемену был совсем недавно. Я даже стал немного насвистывать, когда спустился по лестнице и завернул за угол.

— Томоя? Оказаки-сан?

Пресвятые булки, чуть не врезался в сестёр Фуджибаяши, которые о чём-то разговаривали в коридоре. У Кё было жутко недовольное лицо, и моё появление исказило его ещё больше.

— Ты почему не был на уроке? — она гневно шагнула ко мне. — Думаешь, если у меня нога забинтована, то я ей вдарить не смогу? И... — она принюхалась. — это что, кофе? Томоя, у кого ты его раздобыл?

— Мне пора! — я развернулся и быстро помчался прочь. Кё страшно ругалась позади, но она и со здоровыми-то ногами не всегда могла меня догнать, а сейчас я и вовсе мгновенно от неё оторвался.

Однако, это странно. Либо заклинание не работает, либо...

Нет, это чушь. Чушь полнейшая. Разумеется, заклинание не работает. Если бы в мире существовала магия, то журналисты давно бы засняли какую-нибудь ведьму на метле. Этот мир серый, скучный и материальный, так что пойду-ка я на последний урок, пока Кё не догнала и не приложила чем-нибудь особо материальным.

Рё явилась на урок незадолго до звонка, и мы вновь встретились взглядами. Всё как и ранее днём: она тут же покраснела, отвела взгляд и поспешила сесть за свою парту. Я смотрел ей в спину и думал о словах Миядзавы.

Встречаться с девушкой только потому, что вас заставила её сестра? При этом не испытывая друг к другу никаких чувств и надеясь, что когда-нибудь они появятся? Там, в уютной обстановке библиотеки, это казалось логичным, но сейчас я вновь сомневался. Не может ли выйти так, что лишь потеряю время, останусь ни с чем и вообще зарекусь иметь дело с девушками?

— Оказаки. — проворчал рядом Сунохара, который почему-то не спал. — Ты чего вперёд уставился?

— Да вот слежу за тем жуком, который пару минут назад тебя укусил. — тут же ответил я. Сунохара тут же выпрямился и стал себя ощупывать.

— Куда укусил? — встревоженно спросил он.

— Он выполз из твоей штанины, так что мог куда угодно. — сказал я. — Сними штаны и проверь.

Сунохара потянулся к молнии, но бросил испуганный взгляд на класс, вскочил и вылетел за дверь, лишая людей зрелища. При его неудаче учитель нагрянет как раз в тот момент, когда тот разденется до трусов в коридоре. Было бы интересно понаблюдать, но мысли о Рё занимали меня куда больше.

Ладно, с её чувствами всё непонятно, а что насчёт моих? Я уставился на девушку, насколько мне позволяло расстояние и головы одноклассников. Одно лицо с Кё, однако если у той физиономия сердитая либо самодовольная, то у Рё лицо дружелюбное, испуганное, смущённое. Не думаю, чтобы она вообще умела сердиться. Увлечения? Предсказывает будущее на картах, возможно, занимается прочими гаданиями, но в туалет по гороскопу вроде как не ходит. По идее, любит другие девичьи дела, как... эм... шитьё?

Нет, всё же я знаю о ней слишком мало. Наверное, всё-таки надо прислушаться к Миядзаве и, если вдруг будет следующая прогулка, попытаться разговорить на тему её увлечений. Тем более что Рё в самом деле красивая, особенно вот сейчас, когда повернулась к соседней парте и её тёмно-каштановые волосы слегка качнулись...

Учитель молча впихнул в класс Сунохару. Тот так же молча дотащился до парты, сел и уронил голову. Штаны на месте, возможно, ему на этот раз относительно повезло.

Урок начался.

Когда звонок известил окончание учебного дня, Рё тут же поднялась с места и быстро, даже не собравшись, подошла ко мне.

— Оказаки-сан, пожалуйста, спуститесь во внутренний двор и подождите меня там. — выпалила она, развернулась и отправилась обратно к своей парте. Сунохара удивлённо поднял голову и уставился на неё.

— Оказаки, не ходи, это ловушка от Кё. — пробормотал он. Я не ответил. Не знаю, что это, но точно не ловушка. Возможно, она опять будет напрашиваться проводить — хотя тогда странно, что во дворе, а не у ворот. Но гадать всё равно бесполезно, надо идти.

— Сунохара, если что, отомсти за меня. — я быстро собрал портфель. — Тренируйся упорно до тех пор, пока не сможешь победить Кё в честном бою. Обещай мне это как лучшему другу.

У того вытянулось лицо, но если он и стал обещать, то я уже выскочил из класса и не слышал этого.

Во дворе никого не было, все здравомыслящие ученики потянулись домой.Честно говоря, для ловушки самое время и место. Но всё же не думаю, что Кё осталась настолько зла. Скорее всего, надо ждать Рё, ну или обеих для очередного раунда попытки нас свести. Я остановился в тени дерева и задумчиво посмотрел на школу. Надеюсь, не продержат здесь полчаса. Никуда не спешу, но просто стоять и ждать, ничего не делать...

— Оказаки-сан.

О, быстро. Я повернулся и увидел Рё, одну, стоящую посредине дорожки. Похоже, она опять была смущена.

— Хэй. — я помахал ей. — Иди в тень, не стой на солнце, ты и так...

Ух, вовремя прикусил язык. Чуть не сказал "ты и так горяча". Не знаю, с чем она ко мне подошла, но после этого вряд ли добился от неё вразумительных звуков в ближайший час. И с чего это вообще пришло мне на ум?

— А... хорошо... — Рё послушно стала в тень, но так лишь оказалась ближе ко мне и вновь зарделась. А в этой картине определённо есть своя красота.

— Что дальше? — спросил я. — Опять хочешь пройтись?

— Не... не только. — ответила она. — Я... это... Оказаки-сан...

Рё вздохнула, затем резко шагнула так, что оказалась прямо передо мной, и выпалила:

— Оказаки-сан, давайте встречаться!

Какие-то секунды я вообще не понимал, о чём речь. Встречаться? В смысле... встречаться? Я и Фуджибаяши Рё? Свидания и всё такое?

— Рё. — наконец сказал я, и она испуганно дёрнулась. — Ты ведь понимаешь, что я хулиган и двоечник? Что мы абсолютно разные по характеру и, скорее всего, несовместимы ни в чём? И ничего не знаем друг о друге?

Рё опустила голову ещё ниже, однако промямлила:

— Аа... да... но... — она словно пыталась сжаться в нервный комочек. А ведь девочка стопроцентно уверена, что ей откажут. Не понимаю, как ей хватает храбрости вообще тут стоять, но лучше с этим не затягивать.

— Так что давай попробуем узнать друг друга во время свиданий и всего такого, хорошо? — я протянул ей руку. Рё немного распрямилась, посмотрела на неё, а затем осторожно решилась глянуть на меня.

— Я согласен. — пришлось на всякий случай уточнить, и глаза Рё тут же увлажнились. Она всхлипнула и прикрыла рот, однако сразу убрала руку.

— Оказаки-сан... спасибо... — пролепетала она. Хотел было ободряюще похлопать её по плечу, но потом решил, что мне лучше не оказываться рядом с очутившейся в обмороке старостой.

— Ну... — я замялся, не зная, о чём говорить. — И что дальше?

— Дальше, э... — она неуверенно оглянулась, наверняка разыскивая сестру. — Давайте завтра... вновь поедим на большой перемене тут... или где-то...

— Хорошо. — большего пока и не надо. — Тогда... до завтра?

— До завтра. — она поклонилась, развернулась — и помчалась так, словно боялась, что я на неё накинусь.

— Даю тебе шанс сказать, что это хороший знак. — сообщили позади. Всё ещё забинтованная Кё стояла и сверкала на меня глазами. Когда она подошла? Конечно, я был сосредоточен на Рё, но всё равно должен был услышать, да и та приметить сестру.

— Согласился. — ответил я. Не сомневаюсь, что уточнения не нужны. Кё довольно улыбнулась и изо всех сил хлопнула меня по плечу. Хорошо хоть не повреждённому, с неё бы сталось.

— Вот и прекрасно! — заявила она. — Ты не пожалеешь, могу тебя уверить! Рё классная девушка, прекрасно проведёшь с ней время, можешь даже не сомневаться! Только не дави на неё, от поцелуя на первом свидании она в кому впадёт.

— Кё... — я вступаю на опасную территорию, но мне необходимо прояснить этот вопрос. — Ты точно не в претензии?

— А почему я должна? — удивилась Кё. — Сестре нужен парень сейчас, у неё и так с уверенностью нелады, а если она закончит школу, не сходив на свидания, то вообще абзац. А тебе протестовать запрещено, у тебя будет красивая, умная, спокойная девушка, которая даже не подумает ругаться и будет краснеть от одной мысли о тебе. Только попробуй сказать, что недоволен!

— Я не про это. — тут-то сказать нечего, Кё абсолютно права. — Ты не против, что это я?

— О чём ты? — Кё резко погасила улыбку.

— Ну... хулиган, прогульщик, двоечник, будущее под вопросом, находится под дурным влиянием тебя и Сунохары... — я стал загибать пальцы, но Кё тут же ударила меня по руке.

— Томоя. — тихо сказала она. — Мне не нужны доказательства твоего раздолбайства, я целый год им любовалась. Но ты нравишься Рё, и тебя я знаю. В тебе я уверена. Ты не будешь вести себя как принц, считающий, что девушка должна убирать за его белым конём, не потащишь её в кусты и не станешь выделываться, если она не так моргнёт. И не потому, что иначе я вырву тебе руки, завяжу их в плеть и задушу тебя ею, а потому, что сам по себе такой. Тебе я сестрёнку могу доверить, вот и всё.

У меня не было слов. Кё так думает? Та самая Кё, которая тренирует на мне удары и обзывается? Она точно ни с кем не перепутала?

— Так что наслаждайся. — она вновь перешла к весёлому тону. — И да, кстати — Рё пригласила тебя на свидание в это воскресенье, встречаетесь в десять утра на станции. Если решишь, что будет неплохо воскресным утром выспаться и прогулять, то я приду к тебе, заверну в одеяло, свяжу и потащу так. Сестрёнке на первый раз хватит.

— А сама-то Фуджибаяши знает, что у нас свидание? — поинтересовался я. — Если она проспит, то тогда уже я к вам приду и начну связывать.

— О, Томоя, так вот какой ты извращенец. — Кё наклонила голову. — Может, ещё и мазохист заодно? Ну если так, то могу прямо сейчас по-дружески сломать тебе пару костей. Мне не сложно.

— Спасибо, не надо. — я немного отступил. — Десять утра так десять утра. И мне ещё на завтра обед во время перерыва обещан.

— Скорее всего, обойдёшься. — заявила Кё. — У меня сегодня вечер забит полностью. И будь паинькой, хорошо? Когда Рё расстраивается, расстраиваюсь и я. А это никому не нужно, не так ли? — она захохотала и направилась к выходу из школы, всё ещё почти незаметно прихрамывая.

Всегда ненавидел этот город — он отнял у меня маму, практически лишил отца, разрушил мечту и сделал человеком, который одной ногой стоит в отбросах общества. А теперь он разом подкидывает мне парня, который считает меня другом, девушку, которую я считаю другом, и просто девушку.

И как прикажете к этому относиться?

Кё Фуджибаяши

Разумеется, никто не дал мне отдохнуть. Уже через урок Рё пришла жаловаться на то, что Томоя не явился в класс. Мы отправились его искать, наткнулись, но он благополучно улизнул. При этом подозрительно пах кофе — неужели всерьёз вообразил себя сердцеедом и с кем-то обедает? Ну а потом пришлось удостовериться, что Рё наконец преодолела себя и предложила Томое встречаться.

Хоть тут прошло гладко. Томоя немного повыделывался на тему "почему я", но согласие дал. Вот и хорошо, вот и славно. Теперь закрепить успех, привязать их друг к другу и пустить на вольные хлеба. Не смогут удержаться сами — туда им и дорога. Смогут...

Ну, смогут так смогут.

За воротами меня ждал сюрприз — Ботан опять прибежал к школе. При виде меня он тут же активно захрюкал, прыгнул на ручки и преданно прижался к груди.

— Эх, хоть ты меня понимаешь. — я обняла довольно засопевшего кабанчика. — Давай, вперёд и без песни. У нас сегодня ещё куча дел, а я и так уже устала, хотя ничем не занималась. М, кстати, не поможешь? — Я поместила его на плечо и скомандовала:

— Ботан, режим массажа!

Ааааааах, райское блаженство.

Вскоре я добралась до оставленного в канаве мопеда. Поправка — уже не в канаве: та самая Сакагами вытащила его и аккуратно очищала от грязи пучком травы.

— Эй, а ну убрала руки! — я подскочила к ней и схватила мопед за покосившийся руль. Девушка выпрямилась и взглянула на меня.

— У тебя кабан вибрирует. — удивлённо сказала она. Я шёпотом попросила Ботана остановиться и посмотрела на мопед. Ага, ещё и вмятина на боку, зашибись. Если это она так его очищала...

— Я помогу тебе откатить его куда надо. — сказала Сакагами, без спросу протягивая лапы к мопеду. — Ты ведь к Тацуе собралась, да? Он неблизко.

— Ты смотри-ка, какие мы знающие. — проворчала я. — Сама дотащу, не хрупкое нежное создание.

— Я вижу. — кивнула Сакагами. — Но всё-таки позволь помочь. Это будет несправедливо, если я не возмещу принесённый ущерб, особенно девочке и моему сенпаю. Пусть даже она и виновата.

— Виновата? — рассердилась я. — Ты сама в меня влетела и сбила, а я ещё и виновата?

— Ты хоть видела, с какой скоростью неслась? — сдвинула та брови. — На ней убить можно. Так что да, ты виновата и заслужила урок.

Это стало последней каплей. Я оставила руль, повернулась и надвинулась на неё.

— Заслужила урок? Слушай сюда, дутый рейнджер, я почти всю неделю помогаю моей сестре и её возлюбленному сойтись, для чего ложусь и встаю хрен знает во сколько, готовлю им еду, разрабатываю планы и нещадно пинаю по задницам, потому что эти двое без чужой помощи ничего не смогут. Я опаздываю на уроки, пропускаю уроки, чуть не заснула на уроке, меня уже отругал учитель и завтра как пить дать отругает ещё, потому что я долбаная староста и должна подавать пример. А потом выходишь ты вся в белом, разбиваешь мой мопед, едва не ломаешь мне ногу, а потом заявляешь, что так и надо, потому что я, видите ли, слишком быстро ехала?!

Томоё едва не свалилась в канаву, отступая под моим напором, я же отвернулась от неё и вновь взялась за мопед. Ботан на моём плече мелко задрожал — на этот раз не массажируя, а пугаясь, и пришлось поспешно его гладить. Прости, малыш, мамочке надо было высказаться.

— Прости... — донеслось сзади. — Я и не думала, что ты так страдаешь.

— Страдаю? — ядовито отозвалась я. — Давай встретимся в бою, когда мне снимут бинты, и увидишь, что такое страдание. А это так, самая обычная реальная жизнь, и если она кажется такой трудной, то у меня для тебя плохие новости. Так что давай, двигай мопед.

— Что? — не поняла она.

— Ты хотела мне помочь? Ну вот, хватай мопед и тащи его до Тацуи. Или думаешь, что защитник справедливости должен лишь морды бить?

— Ты же вроде не хотела... — неуверенно сказала Томоё, всё же берясь за руль.

— А теперь передумала. Я девушка, у меня женская логика, тараканы и месячные скоро, и вообще травма физическая и моральная. Так что двигай.

Тацуя был местным автомехаником, содержащим небольшую мастерскую. Из тех, кто никогда не повесит на дверьми сверкающую вывеску, но все будут заглядывать именно к нему. Я уже пару раз заскакивала сюда за запчастями и советом, так что он меня и мой мопед знал.

— Приветствую, Фуджибаяши-сан. — приветственно прогудел Тацуя, коренастый мужчина в зелёном и уже запачканном комбинезоне. — Как ваше... о, похоже, нехорошо. — Он присмотрелся к мопеду, который Сакагами затащила в мастерскую. — Кто это так?

— Один идиот. — отозвалась я. — Решили, что если права есть, то они и ездить умеют. Самому хоть бы хны, а у меня вот какая байда.

Сакагами, отступившая в тень позади меня, нахмурилась. Отдам должное — мопед она дотащила без жалоб и нытья, хотя даже я ощущала её усталость. Сама бы, пожалуй, действительно не смогла, так что лови молчаливое и незаслуженное спасибо.

— Мда. — только и сказал Тацуя, обходя мопед. — Тут ещё и вмятина сильная. Он камень бросил, что ли?

— Головой треснул. — буркнула я. — Тацуя-сан, вы его сможете починить?

— Ха. — он внимательно осмотрел грядущую работу. — Вмятины-то ладно, да и колесо можно поправить, но вот руль мне не нравится. — он включил фонарик и всмотрелся. — Хотя... Сегодня у нас пятница, да? Давай ты завтра... нет, лучше в понедельник придёшь, и я точно скажу, можно ли и сколько придётся заплатить.

— Но уже наверняка много. — мрачно сказала я.

— Да уж как иначе, тут только с колесом мороки полно. — он посветил на погнутые спицы. — Может, вообще новый купишь? У меня пока что нету, но могу дать адресок.

— Мне тут бы оплатить суметь. — вздохнула я.

— Лови этого засранца и вытряхивай его карманы. — ответил Тацуя. — Имеешь полное право. Тем более что у тебя от этого и бинты, да? — он указал на мою ногу. — Я бы вообще в суд подал. Если, конечно, именно он в аварии виноват. Или это она? — он посветил на молча стоявшую Сакагами. — О, Сакагами-сан, это вы? Опять с мотоциклами тёрки?

— Она притащить помогла. — сказала я. — Ладно, Тацуя, тогда до понедельника. Если повезёт, то сразу и заплачу.

Мы распрощались, и я вышла на улицу. Сакагами вышла следом и сразу же сказала:

— Серьёзно, постараюсь это оплатить. Соберу денег, попрошу у родителей, если что.

— Томоё Сакагами. — произнесла я, не смотря на неё. — Очень популярная девушка, настолько, что её прочат в президенты школьного совета. Интересно, если этот эпизод вскроется, насколько это повлияет на её репутацию?

— Ты же не станешь... — начала она.

— Не стану. У меня полно дел помимо шантажа будущих президентов. — И вообще шантажировать людей, которые регулярно ломают чужие мотоциклы, не лучшая идея. — Просто смотри в следующий раз, куда машешь ногами. И про оплату не забудь, ловлю на слове.

Сакагами немного помолчала, а затем неожиданно поклонилась.

— Благодарю за жизненный урок, Фуджибаяши-сан. — сказала она. Хм? Не знаю, что она там себе навыдумывала, но всегда пожалуйста.

— Могу я проводить вас до дома? — спросила Сакагами.

— Если ты опять понесёшь меня в объятьях, то всем расскажу о твоих лесбийских наклонностях. — пригрозила я. — Сама доберусь.

— Почему сразу лесбийских-то. — немного обиженно ответила она. — Как будто мы не можем просто дружить. — Сакагами посмотрела на меня, ожидая реакции, но я промолчала. — Ладно, Фуджибаяши-сан... до свидания. Встретимся тут в понедельник после школы, хорошо? — И она наконец-то ушла.

— Мда, Ботан. — проворчала я кабанчику. — Разбили мопед, а теперь в друзья набиваются. Что, кого-нибудь нормальнее не нашлось? Давай, иди на ручки, мама пойдёт домой и, пожалуй, устроит нагоняй сестрёнке, которая обещает своему парню обед, не умея готовить и на что-то рассчитывая.

Нагоняй удалось устроить вечером, после ужина. И то не сразу: когда я ввалилась в комнату Рё, то некоторое время наблюдала, как она кружится в обнимку с подушкой и что-то напевает.

— Если ты будешь с ней так же спать и тереться в процессе, то я расскажу об этом Томое. — наконец прервала её эйфорию, налюбовавшись.

— А? Не надо! — Рё кинула подушку на кровать и сделала невинный вид.

— Не надо ему еды обещать. Или ты думаешь, что я ещё одно утро буду вскакивать в пять утра и вам готовить?

— Но, Кё... — похоже, она и впрямь так думала. Кто-то совсем обнаглел. — Я же не умею...

— Враньё. — отмахнулась я. — Ты столько дней у меня училась, так что справишься. А если я продолжу готовить, то он съест, подумает и скажет: "Ох, Кё, я люблю желудком, так что выходи за меня, ну её, сестрицу твою!"

— Что? — завопила Рё, кидая в меня всё той же подушкой. Я подхватила её и закружилась в танце.

— Кё, твой омлет такой вкусный, что наполняет меня страстью. А этот ряд сосисок... ух, как он меня возбуждает! — я увлеклась кривлянием и не сразу заметила, как Рё села на кровать и заплакала. А как заметила, то тут же швырнула в неё подушкой, повалила на кровать и нависла над ней.

— Прости, сестрёнка, шучу. — прошептала я. — Но завтра готовишь ты. Если бы не сболтнула ему тогда, что это я готовила, то ещё могла меня уговорить, а так без вариантов. Рано или поздно ему придётся довольствоваться твоими блюдами, так что начинай сейчас. Если, конечно, ты настроена серьёзно.

— Хорошо, Кё. — прошептала Рё в ответ. — Просто я не уверена, что у меня получится.

— Скажешь, что только начала, и ради него будешь учиться дальше. Томоя это оценит, не сомневайся. Да и вряд ли ты уж настолько запорешь. А запорешь — понесёшь наказание. — Я придвинулась так близко, что мы соприкоснулись лбами, и погладила её по щеке.

— Кё, не надо. — простонала она, отталкивая меня. — Завтра встаю в пять утра и готовлю, хорошо.

19 апреля, суббота

Утром на кухне стоял подозрительный аромат подгорелого мяса. Однако Рё это ничуть не смущало, и она закрыла бенто крышкой как раз тогда, когда я зашла на кухню и стала принюхиваться.

— Доброе утро, Кё! — весело сказала она, обернувшись. — Не обращай внимания на запах, у меня тут немного не выходило, но сейчас полный порядок!

— М? И могу я попробовать?

— Нет. — Рё закрыла собой коробки. — Это только для Оказаки-сана.

— Могла бы заодно и завтрак приготовить. — усмехнулась я. — Готова к сегодняшнему обеду? На этот раз я с тобой его проведу.

— Зачем? — удивилась Рё.

— Чтобы ты не убежала. — строго сказала я, обнимая её. — Потому что ты его покормишь рисом.

— Ч-ч-ч-то? — весь её весёлый настрой тут же слетел, а я расхохоталась.

— Что, думала, стать его девушкой самое сложное? Не-а, Рё, это была легкотня, а вот настоящие сложности только начинаются. — я потрепала парализованную ужасом сестру по щеке. — Так что не вздумай подвести благородную фамилию Фуджибаяши, известную... своей известностью. Или ты его покормишь, или я расскажу ему о том, что ты сейчас читаешь.

— Кё, пожалуйста... — прости, Рё, но безынициативная скромняга хороша лишь в мечтах, парень скорее обратит внимание на активную и решительную.

Да, там мама случайно не подумала, что Рё действительно готовит завтрак? Не хватало ещё отправляться в школу на пустой желудок, тем более придётся лезть в ненавистный автобус.

Вот бы весь остальной день прошёл хорошо.

— Мисс Фуджибаяши, должен вам сообщить, что ещё одно опоздание или пропуск урока, и я вынужден буду поднять вопрос о вашем исключении из списка старост.

Твою мать.

Я стояла перед своим классным руководителем и постепенно осознавала, в какой заднице очутилась. Он не улыбался, не предупреждал и даже не пытался утешить, просто ставил перед фактом. Ещё раз Кё Фуджибаяши посмеет повести себя не как примерная ученица — и прощай звание старосты, а с ним и всеобщее уважение. До конца года на меня будут смотреть как на ту, что не смогла удержаться на ответственном посту, ещё и в личное дело что-нибудь эдакое запишут.

Разжалобить бы его бинтами, да я догадалась перед уроками заскочить к медсестре и после быстрого осмотра избавиться от них. Конечно, все записи имеются, да и Сакагами меня прикрыла, представив травмы как результат нападения хулиганов — но ситуацию это нисколько не спасает.

— Вы должны понимать, что многие на вашем месте могли бы лишиться своего места уже после первого прогула. Вас же оправдывали слишком долго, памятуя о прошлых успехах. Но всё время так продолжаться не может.

Да-да-да, в курсе, всё знаю. И поэтому молчу. Что мне сказать — простите, уважаемая школа, я пытаюсь устроить личную жизнь сестре, не могли бы вы умилиться и закрыть глаза на опоздания? Ха-ха.

— Надеюсь, больше вы не будете разочаровывать. — с этими словами меня наконец отпустили. В коридоре я устало вздохнула и прислонилась к стене.

Два идиота. Сколько говорила Рё, что ей не нужна моя помощь и Томоя за девушку уцепится только так — всё равно страшно, так что помоги, приготовь, проверь, передай. А тот хлопает глазами и невесть почему тормозит. Да любой бы после первого же обеда понял, что девушка испытывает к нему симпатию и такое упускать нельзя, но нет — изволь его по всей школе ловить. А попросишь у них помощи в работе старосты — округлят глаза и скажут, что понятия не имеют, что делать. Героиня, блин — заимей проблем, зато два дорогих тебе человека будут счастливы.

Я оттолкнулась от стены и поспешила на урок. Колено всё ещё побаливает, но даже если бы оно скрипело — больше пропускать нельзя. На обед я к ним заявлюсь, но далее пусть весь день работают без меня.

Заявилась как раз когда Рё достала из сумки бенто. Она сидела на расстеленной скатерти недалеко от Томои и была вся красная — надеюсь, просто так, а не потому, что он что-то такое сделал или сказал. Хм, а Томоя не настолько, но тоже покраснел. Неужели в роли парня чувствует себя неуютно?

— Привет самой милой парочке в школе! — выпалила я. Ученики вокруг обратили на меня взгляды, некоторые из них даже были негодующими, но не приветствовать же этих вспыхнувших голубков иначе.

— Привет, Кё. — А Томоя волнуется, насквозь вижу. Руки постоянно двигаются, и не похоже, что он это замечает. Впрочем, Рё тоже то и дело дёргает свою юбку. Мда, вот поди предоставь этих невротиков самим себе. Слова сказать не смогут.

— Привет, Томоя. — я улыбнулась ему. — Ну что, готов к первому бенто от своей девушки или мне тебя вырубить и запихать еду во все пустые отверстия?

— Только не говори, что второе лучше. — отреагировал он. Ага, Томоя, приходи в себя, так с тобой гораздо легче. — Точно не ты готовила?

— Точно не я. — А ведь какая хорошая могла быть легенда. — Рё прекрасная кулинарка, и сейчас ты сам в этом убедишься.

— Жду не дождусь. — улыбнулся он, сжимая угол скатерти. Он что, так сильно волнуется?

Рё же тем временем открыла крышки бенто и протянула одно из них Томое. Тот с благодарностью принял и вогнал сестру в ещё большую краску. Серьёзно, хоть спорь на то, когда они решатся поцеловаться. Ставлю на полгода.

— Ботан? — Томоя не успел даже заглянуть в коробку, как невесть откуда взявшийся кабанчик прыгнул мне на колени и сразу же потянулся пятачком в сторону еды. Бедный малыш, с утра не ел? Мамочка вот тоже не взяла с собой еды, придётся потаскать у этих двоих.

Томоя же тем временем уставился в коробку и как-то слишком долго смотрел. Я придвинулась к нему и тоже посмотрела туда.

Так, Рё, серьёзно?

Рис частично чёрный, словно бы там проходит тусовка жуков. Мясо ничуть не лучше цветом, а рыба... господи, Рё, чем ты слушала, парня едой надо приманивать, а не отправлять в больницу.

— Что-то не так, Оказаки-сан? — ты ещё и спрашиваешь? Да из лица Томои видно, что не так вообще всё. И всё же он мужественно потянулся за палочками, решившись показать себя хорошим парнем.

Но тут случилось страшное.

То ли Рё умудрилась состряпать такое с нормальным запахом, то ли Ботан настолько проголодался, но кабанчик фыркнул, залез носом в коробку и схватил кусочек рыбы.

Проглотил его, икнул и свалился.

— Ботан! — я метнулась к кабанчику и стала похлопывать его, не зная, что делать дальше. Томоя кинул мне бутылку с водой, и я мигом стала поить малыша. Тот зашевелил лапками, встал и его вырвало.

— Ох, малыш... вот, держи ещё воды... — я заливала ему воду прямо в рот, тот сплёвывал и тяжело дышал. Рё рядом испуганно извинялась, но я её не слушала, пытаясь думать, что именно делать. Наконец я схватила Ботана на руки, вскочила и побежала к воротам. Надо срочно к ветеринару, пока...

Чёрт, чёрт, чёрт! Совсем забыла придирки учителя. Блин, что делать? Я закружилась на тропинке — может, Ботан заодно ещё раз сблеванёт — а затем кинулась обратно к Томое.

— Живей к ветеринару! — я сунула Ботана ему в руки и быстро назвала адрес. — Мне нельзя, потом сделаю что захочешь, бегом!

Последние слова я уже прокричала ему в спину. Вот да, если что-то действительно серьёзное происходит, то он времени на шутки не тратит. Только бы успел добежать, ветеринар недалеко, но блин, сейчас каждая минута может быть дорога.

— Кё, прости. — сестра всхлипнула позади. — Я не хотела...

— Ты что приготовила, идиотка? — я мигом развернулась к ней. — Видишь, что хрень получилась, так не брала бы с собой, скажешь, что не смогла, и я бы тебя прикрыла. Нет, решила похвастаться тем, в чём сосёшь. Ну молодец, он теперь к твоей стряпне и не притронется, а мой малыш...

Ох, Кё, ладно. Рё уже открыто ревёт. Эта дура и в самом деле не хотела, а сейчас ещё пойдут слухи, что сёстры Фуджибаяши поссорились из-за парня или ещё какая фигня, вон уже весь двор смотрит на нас и перешёптывается. Я притянула сестру к себе и обняла.

— Ботан... ведь... не умрёт... — пробормотала она, всхлипывая и глотая половину слов.

— Нет, конечно. — тихо сказала я. — Твой парень с ним. Поверь мне, он сделает всё возможное. Видела однажды, как он дерётся... — дальше я продолжать не смогла.

Пожалуйста, Томоя. Пожалуйста.

Мы оставались в неведении до последнего урока. Звонок уже издал прощальную трель, однако последняя парта у окна так и пустовала. Рё поспешно собралась и ушла, а я же осталась в школе, ожидая Томою.

— Не, его не было. — Ёхей сладко зевнул, посматривая на меня с некоторым страхом. — Что это вы стали ловить его после уроков? Он вам проспорил что-то?

— Ага, попал в вечное услужение. — Ох, как же это плохо. Я подошла к месту Томои, взяла его сумку, так и пролежавшую с обеда, и грустно посмотрела в окно.

Как раз вовремя для того, чтобы увидеть, как он подходит к воротам с Ботаном на руках и каким-то пакетом.

Если бы на пути моего рывка вниз оказался директор — снесла бы без раздумий. К счастью, немногие оставшиеся успешно жались к стенам и не мешали. Томоя уже зашёл на территорию школы, когда увидел меня и остановился.

— Ботан! — я бросилась к кабанчику. Тот слабо хрюкнул, но выглядел уже лучше и спокойно дышал. — Ты как?

— Врач сказал, что всё в порядке. — ответил Томоя. — Его с обеих сторон прорвало, пока нёс, а там ему ещё прочистили. Наказали сегодня не кормить, поить и следить, что он тащит в рот.

— А... — только сейчас заметила, что Томоя без пиджака, а от него и пакета в руке ощутимо пованивает. Конечно, он и так не особо пользовался дезодорантами, но не до такого же. Какую-то секунду я поколебалась, а затем протянула руку к пакету.

— Давай, я постираю.

— А? — Томоя даже не понял, о чём речь. — Вот стирать его не нужно, у твоего питомца и так день жуткий был.

— Пиджак постираю, балда. — Томоя наконец понял, о чём ему говорят, и крепко задумался.

— Не бойся, карманы не проверю и твои деньги не присвою. — потянула я. — Просто это меньшее, чем могу тебя отблагодарить. Рё, кстати, тоже будет стирать. Пойдём в ванную мыться, разденемся и будем вдвоём обнажёнными стирать твой пиджак.

Томоя как-то неуверенно улыбнулся. Без сомнения, принял за шутку, вот только я не шутила. Так сегодня и сделаем. Будет фантазировать — с Рё ему такое даже положено как её парню. А что насчёт меня...

— Ладно, никто за язык не тянул. — Томоя передал мне пакет и Ботана. — И не подпускай его к стряпне сестры больше никогда.

— Томоя, прости эту дуру. — тихо сказала я. — Она хотела произвести на тебя впечатление, но никогда не готовила.

— Ну произвести произвела. — Томоя усмехнулся. — Расслабься, Кё, захочет — научится. Только я в следующий раз приведу Сунохару, пусть первым попробует.

— Хорошо. — я улыбнулась ему, мы вышли за ворота и разошлись в разные стороны. Ботан тихонько вздохнул на моих руках, готовясь к вынужденной голодовке.

— Никогда больше не ешь ничего без разрешения мамочки. — сказала я ему. Давно подозреваю, что он куда-то бегает кормиться, но никак не могу выследить, куда.

И вот теперь придётся так вот добираться до дома. Мопеда нет, в автобус с кабаном и таким ароматным пакетом не пустят, и даже пробежаться не рискну, мало ли как малышу это отзовётся. Надеюсь, его не стошнит заодно и на мою форму, тогда Рё заодно и её будет стирать.

20 апреля, воскресенье

Рё Фуджибаяши

Сегодня я впервые в жизни иду на свидание. И поэтому сейчас торчу перед зеркалом и внимательно смотрю, что во мне ещё может быть не так.

— Сто баллов, Рё, говорю же. — простонала сестра, развалившаяся на моей кровати. Утром она ворвалась сюда, посмотрел на сонную меня и сказала: "Шестьдесят баллов", чего я всё и верчусь перед этим зеркалом.

— На встрече с Оказаки-саном надо быть максимально красивой. — сказала я себе под нос, однако сестра всё равно услышала.

— Ты учти, что он это правило выполнять не будет. — тут же захихикала она. — Придёт в обычной одежде, не нарядится, разве что дешёвым одеколоном воспользуется. И это если придёт, а не прибежит через полчаса, потный, усталый, небритый...

— Кё! — швырнула бы в сестру баночкой с кремом, но увы, они мне все нужны. Или не нужны. Или...

— Всё, Рё, аут. — сестра наконец скатилась с кровати и обняла меня сзади. — Ты красавица. Мы обе красавицы, а кто посмеет усомниться — будет лечить подбитые глаза. Иди на свидание, не переживай за свою внешность и ничего не бойся. И пиджак не забудь.

Ох, точно. Вчера мы с Кё перед сном усиленно его стирали — причём раздетыми, сразу после ванны. Сестра настояла на этом и ухмылялась так, что я даже не знала что подумать. И сейчас еле очищенный пиджак лежал в новом пакете и ждал, когда я отнесу его хозяину.

Оказаки-сан...

Я улыбнулась сама себе в зеркало. Хорошо, Рё, этот парень согласился встречаться с тобой, хотя мог бы выбрать кого угодно. Согласился прийти на свидание. Согласился находиться рядом с тобой. Вчера всё было плохо, но сестра сказала, что это ничего не меняет в наших отношениях. Прости, Оказаки-сан, больше тебе не будет плохо из-за меня. Обещаю.

— Вот и молодец. — Кё оценила мою улыбку. — Улыбайся ему, болтай с ним, попробуй взять за руку, это только в манге убивает. И да, ты опаздываешь.

— А? — я посмотрела на сестру, а затем на часы. — А? А-а-а-а!

Без двадцати десять! А мне ещё автобус ловить! Кё, ты не могла сказать раньше?!

Когда я подлетела к месту встречи, он уже стоял там. И, к счастью, не заметил меня, так что я сумела встать за угол здания станции и отдышаться.

На десять минут всё-таки опоздала, да ещё и вся вспотела. Хорошо хоть пиджак успела захватить — сестра буквально кинула мне пакет в спину. Я быстро достала платок, вытерла лоб, а затем осторожно высунулась из-за угла и посмотрела на парня. Своего парня.

Оказаки-сан всё стоял, но уже неторопливо прогуливаясь туда-сюда. Кё отчасти оказалась права — он нацепил джинсы и немного выцветшую лазурную футболку, но даже так смотрелся здорово. Я, выходит, даже оделась в тон ему, тоже лазурное платье с бежевым воротником. Надо бы побыстрее к нему подойти, но... я быстро выхватила из сумочки зеркало и всмотрелась в него. Не растрёпана? Бант на месте? Нельзя, чтобы Оказаки-сан увидел во мне хоть что-то плохое, всё должно быть идеально. Так... ладно... давай, Рё, вдох, выдох, приступим.

— Доброе утро, Оказаки-сан. — я наконец вышла к нему и глубоко поклонилась. — Пожалуйста, простите за опоздание.

— Доброе утро, Фуджибаяши. — он тоже поклонился. — Всё нормально, хоть я уже и думал выяснять, где вы живёте, и сматывать верёвку.

— Верё... а... что?.. — Оказаки-сан часто говорит что-то грубое или даже непонятное, как сейчас. Даже не знаю, как к этому относиться, но всегда напоминаю себе, что сердце у него доброе.

— Ничего. — он махнул рукой. — Как Ботан, в порядке?

Ох, Оказаки-сан, ну чего вы сразу с неприятного начинаете.

— Э... в порядке. Сестра с ним весь вечер просидела и... э... он уже даже поел...

Понятия не имею, ел ли Ботан сегодня, но и он, и сестра утром носились как всегда.

— Отлично. — он улыбнулся. — Ну, куда хочешь сходить?

— А... эм... куда угодно... — честно, я не особо об этом думала. С Оказаки-саном я бы и просто прогулялась.

— Тогда ты не будешь против кафе? — предложил он. — А то я утром как-то не особо поел.

— Да, конечно! — ой, слишком сильно! Простите, Оказаки-сан, я не ела вообще, не до того было.

— Тогда пойдём. — он улыбнулся мне. Я постаралась улыбнуться в ответ и протянула ему пакет с пиджаком.

— А, уже? — он с благодарностью принял его. — Спасибо.

— Не за что, Оказаки-сан... мы его вчера с сестрой выстирали... теперь как новенький.

— Голыми стирали? — тут же спросил он.

А... э... к... эээ... что? Как? Откуда? Он знает? Кё? Кё, что ты ему сказала? Так вот почему ты ухмылялась! Сестра, я тебя прибью!

— Извини, я пошутил. — я осознала, что отошла от него и, похоже, вся пылаю, а он обеспокоенно смотрит на меня. — Глупая шутка. Не обижайся.

— Не... я не... всё в порядке... — спокойно, Рё, спокойно. Не реагируй так каждый раз, когда он будет тебя смущать. Кё права, я должна быть настроена серьёзно, должна сближаться с ним, если действительно хочу наших отношений, хочу, чтобы он взял меня за руку, обнял, по... поцело... и... и...

— Идём, Фуджибаяши. — он подошёл поближе. — Или думаешь простоять здесь весь день?

— А... нет... давай пойдём...

Мы наконец зашагали рядом друг с другом. О том, чтобы взять его за руку, и речи не шло — я впадала в краску от одной мысли об этом, которая всё равно упрямо возвращалась. К счастью, кафе было недалеко, а там уже я смогла сосредоточиться на еде.

Платил Оказаки-сан, сразу же заявив об этом. Я смущённо кивнула — Кё мне накануне все уши прожужжала о том, что нужно вынудить его потратить как можно больше. Разумеется, я не собиралась этого делать, но в процессе сборов забыла дома кошелёк и теперь могла лишь извиняться. Мы заказали по яичнице с соком и какое-то время молчали, наслаждаясь едой, а в моём случае ещё и видом неторопливо жующего Оказаки-сана.

— Рё, а ты чем-нибудь увлекаешься помимо гаданий? — неожиданно спросил он. Я начала быстро жевать только оказавшийся во рту кусок, одновременно думая, что ответить.

— Да так... — серьёзно, что ему ответить? Я шью, стираю, убираюсь, но всё это не увлечения. В свободное время я учусь, раскладываю пасьянсы или читаю... о, вот.

— Мангу читаю. Только это... я не это... не отаку...

— По тебе видно. — кивнул он, и я опять покраснела. Если, конечно, это был комплимент. Хорошо, что он не стал углубляться дальше. Незачем ему знать, какая именно манга лежит в моём столе.

Когда мы наконец поели, то вышли на улицу и он вновь обратился ко мне:

— Теперь куда?

— Куда угодно... — ответила я.

Мы прошли мимо ряда магазинчиков и в некоторые даже заглянули. Оказаки-сан предложил мне покупать что пожелаю ("Только не мопед, двух Фуджибаяши на колёсах я не переживу"), но я так ничего и не выбрала. Разве что в ювелирном, куда мы зашли невесть зачем, приглянулось колечко с танзанитом, но стоило оно... Оказаки-сан заметил мой интерес и попытался втайне от меня пересчитать деньги, после чего грустно вздохнул, так что я поспешила выйти из магазина.

Почти всё это время мы не разговаривали — так, перебрасывались фразами. Я спросила было об его увлечениях, но он неопределённо пожал плечами и сказал: "Дурью маюсь". Далее мы только и делали, что молчали.

И не то чтобы это было плохо — мне наоборот, было хорошо лишь от того, что он рядом. Но я не могла позволить ему скучать. Кё бы точно развеселила, они всегда крайне активно общаются, но сестра ещё вчера заявила мне, что у неё дела и она на свидание всё равно не заявилась бы. Это должна быть моя победа, вот только никакой победы пока что я не чувствовала.

Мы прошли мимо недавнего павильона, и Оказаки-сан предложил было зайти туда, но я ответила, что гадание было совсем недавно и в повторном не будет толку. Попыталась было рассказать ему про гадания и про карты, но он не выглядел особо заинтересованным, и я умолкла.

Так бы, наверное, и проходили до самого конца, но нас неожиданно прервали.

— Мабберо-сан! — сначала я даже не поняла, кому адресован громкий крик, а вот Оказаки-сан как-то странно дёрнулся. В следующее мгновение перед нами затормозила какая-то деву... затормозил какой-то парень и тут же поклонился Оказаки-сану.

— Мабберо-сан! — почему-то провопил он. — Мы опять встретились!

— Да-да, привет. — Оказаки-сан не выглядел довольным. — Прости, я тут немного занят.

— Ох, извините! — парень перевёл взгляд на меня. — Я не обратил внимания, что вы гуляете с дев... э... о...

Где-то я его уже видела. Но прежде, чем вспомнила, парень как-то странно вздохнул, залез в карман и вынул оттуда... мой платок?

— Уважаемая, меня зовут Каппей Хиираги. — он низко поклонился, одновременно почтительно сложив ладони и протягивая мне платок. — Спасибо вам за то, что тогда спасли меня.

Точно, вспомнила. Это парень, которого несколько дней назад сестрица сбила после того, как пронеслась мимо на мопеде, начала оборачиваться ко мне и вылетела на тротуар. Ей что, тут же умчалась на ещё большей скорости, а вот мне пришлось помогать парню, вытирать кровь с его рассечённого лба и отдавать платок как перевязку. Совсем забыла про это, и вот неожиданно встретились.

— Спасибо. — я взяла платок, при этом нечаянно коснувшись его руки. Парень тут же вздрогнул.

— Могу ли я узнать, кем вы приходитесь Мабберо-сану? — выдохнул он. — Его сестра? Знакомая? Подруга детства? Или...

— Кому? — не поняла я. Оказаки-сан тяжело вздохнул.

— Каппей, я никакой не Мабберо. — мрачно сказал он. — Это была шутка. Я Оказаки, Томоя Оказаки.

— Ох, Мабб... Оказаки... Оказаки-сан, так нельзя! — рассердился Каппей. — А если бы я написал поэму, посвящённую вашей фамилии, и только после этого узнал, что она совсем не та, что я думал?

— Впал бы в творческий кризис. — отреагировал Оказаки-сан. — И сразу по прошлому вопросу — эту девушку зовут Фуджибаяши Рё и она, собственно, моя девушка.

— Фуджибаяши Рё... — мечтательно произнёс Каппей, пока я наливалась краской от услышанного. — Какое прекрасное имя... вы действительно девушка Оказаки-сана?

— Нет, она инопланетный клон. — мрачно ответил Оказаки-сан. — Ведь реальной девушки у меня быть не может, не так ли?

— Что вы, что вы, что вы! — Каппей испуганно замахал руками. — Половина... да какая половина, любая девушка будет рада стать вашей! Просто я надеялся, что если вы не имеете планов очаровать её, то я мог бы попытаться сделать это. — Он вновь поклонился мне. — Фуджибаяши-сан, если вы вдруг решите, что недостойны разделить ложе с Оказаки-саном, можете попробовать удовлетвориться мной, его скромным приятелем.

— Каппей, а ты вообще можешь разговаривать нормально, а не как в романах? — спросил Оказаки-сан.

— Да почему, могу. — не смутился Каппей. — Но это не производит на девушек такого эффекта. Впрочем, извините, Оказаки-сан, вам виднее. — Он ещё раз поклонился мне. — Спасибо за платок, Фуджибаяши-сан. Не смею больше вас задерживать, мне пора бежать на собеседование. До встречи! — и он помчался в ту сторону, откуда мы только пришли. Странный парень, но приятный. Хотя с Оказаки-саном, конечно, не сравнится.

— Он почему-то считает меня другом. — немного смущённо сказал он. — Кё его два дня подряд сбивала, первый раз, похоже, ты ему помогла, а второй я, ну и вот... парня немного переклинило.

Вернусь домой, устрою Кё головомойку. Или она мне устроит в ответ, но всё равно надо ей сказать, что нельзя больше так носиться.

— Фуджибаяши, ты тут?

— А? — ох, я задумалась о том, что скажу Кё, и пропустила мимо ушей слова Оказаки-сана. — Ой, извините...

— Надеюсь, ты зависла не от того, что влюбилась в Каппея с первого взгляда. — улыбнулся он.

— Что? — я вздрогнула. — Нет, нет! Я лишь вас... ва... ой...

Ну вот, теперь готова сквозь землю провалиться, а Оказаки-сан ещё и усмехается.

— Фуджибаяши, давай на сегодня всё. — неожиданно предложил он. — Мне кажется, ты уже устала.

— Я... нет... — да, ходили мы сегодня много, но я бы охотно прошла с ним ещё и ещё. Однако Оказаки-сан был другого мнения.

— Устала. — повторил он. — Давай, мы ещё в следующее воскресенье погуляем, да и в школе уже завтра встретимся, а на сегодня хватит.

Он... меня прогоняет? Почему? Со мной настолько скучно? Или уже вся вспотела и ему противно? Но прежде, чем я успела придумать ещё больше ужасов, Оказаки-сан подошёл и взял меня за руку.

— Давай, Фуджибаяши. — сказал он. — Провожу тебя до остановки.

Всё, теперь только и могла, что идти за ним.

Домой я прибыла рано, ещё даже не начало темнеть.

Мы мало погуляли. Слишком мало. Мне надо как-то найти способ его расшевелить. Кё, ты дома, нужен твой совет!

— А? — сестрица обнаружилась в моей комнате читающей мангу. — Вы уже? Или он стал тебя лапать, и ты абсолютно зря спаслась бегством?

— Кажется, я провалилась. — я опустилась на кровать, и сестра тут же очутилась рядом со мной.

— Выкладывай. — потребовала она. Когда я рассказала всё как было, умолчав разве что о паре личных моментов, Кё задумчиво повернулась к окну.

— Вы просто ещё притираетесь. — заявила она. — Всё нормально. Это ты его знаешь со второго года, а он лишь сейчас тебя регулярно видит. И встречаетесь всего-то третий день. Увидишь, уже в следующее воскресенье будете щебетать. — она ткнула меня в бок. — Так и быть, эту неделю вам ещё помогаю.

— Спасибо, Кё. — всё же сестра обычно знает, что мне сказать. Настроение приподнялось, и я рассказала ей ещё и о встрече с Каппеем, заодно пожурив за опасную езду.

— Ха. — она почему-то поморщилась и потёрла руки. — Заслужил. Фанат Томои, подумать только. Неужели и впрямь с ума сошёл от моего мопеда? — последнюю фразу она произнесла с гордостью. — Да, как Томоя отреагировал на стирку пиджака? Спросил, были ли мы раздеты?

— Так это ты! — я бросилась на сестру, но та с хохотом стала уворачиваться.

— Чего, можно подумать, ты никогда не фантазировала о нём! — начала дразниться она. — О том, как он снимает рубашку, а то и штаны, а? — она ловко увернулась от брошенной подушки. — Теперь его очередь. Не надо благодарностей!

— Да какие благодарности! — я подобрала подушку и замахнулась вновь, но Кё метнулась ко мне, обезоружила и повалила на кровать.

— Тебе придётся либо заняться с ним сексом, либо расстаться. — неожиданно тихо сказала она. — Спешить незачем, но однажды этот момент настанет. И ты должна быть готова заранее. Не бойся фантазировать о нём, не бойся, если он будет фантазировать о тебе, потому что это тоже отношения и любовь. А я хочу, чтобы у вас были отношения и любовь, и приложу все усилия для того, чтобы вы были вместе и счастливы, потому что люблю вас обоих.

Я не успела ничего сказать, как Кё выпрямилась и молча вышла из комнаты, оставив меня обдумывать произошедшее.

Для меня не секрет, что сестра любит Оказаки-сана. Когда девочка так часто говорит о мальчике, то это не может означать ничего другого. Но когда я призналась ей, что люблю его, то Кё поклялась сделать всё для нашего сближения. И не изменяла своему слову. Возможно даже, что убрала свои чувства под замок ради меня. Порою мне стыдно от одной мысли об этом, но тогда в моём сердце всплывает Оказаки-сан, и я понимаю, что никому и ни за что его не отдам.

Даже собственной сестре.

Каппей Хиираги

Этот город каждый день чем-то радовал. Вот и сейчас я стоял на поляне и наблюдал, как лучи восходящего солнца осторожно окрашивают деревья в цвет лепестков сакуры, а ветер приятно шелестит их листьями. Будь я поэтом, давно бы что-нибудь набросал, но увы — искусством, как и природой, могу лишь любоваться.

И красота красотой, а лес для ночёвки не подходит. Ночью всё время кто-то шуршал в кустах, я так нормально и не заснул. Хорошо хоть нашёл место у реки, где можно вымыться, да пицца со вчерашнего дня оставалась съедобной, так что вскоре я полностью был готов начать новый день.

Ещё бы было чем заняться.

Собеседование в кофейне назначили на вечер, и до тех пор я, как всегда, был предоставлен самому себе. Так бы вновь сбегал на ту дорогу, по которой ходят ученики местной школы, дабы вспомнить себя в те дни, но меня уже дважды сбили мопедом, и было страшно рисковать.

А ещё сегодня воскресенье, тьфу ты.

Но сбегать потом всё равно надо. Иначе ту прекрасную девушку не найти, если только положиться на случайность. Надо же отдать ей платок... да и вдруг удастся уговорить встречаться? Я быстро бегаю, с сегодняшнего дня буду работать, самостоятельный, чистоплотный. Должно быть достаточно. А ещё искренен в своём восхищении, в книгах девушки регулярно на это клюют.

Так и не придумав занятия, я проверил, не забрался ли опять какой зверёк в сумку, повесил её через плечо и зашагал к городу. Может, опять наткнусь на Мабберо-сана и выскажу ему своё почтение. И, наверное, стоит всерьёз подыскать себе место для ночлега получше, а то целый час сегодня себя мыл, оттирая грязь.

К сожалению, после красивого пейзажа город зарёкся предлагать новинки. Я прошёлся по всё тем же улицам, повидал всё те же магазины, посмотрел издали на кофейню, где сегодня должен был устроиться, заглянул в игровой центр и огорчился при виде цен.

Перекусить бы где-нибудь, пока есть на что.

Я забежал в небольшое кафе на улице, но денег хватило лишь на один пирожок с рисом. Надо будет порыскать по помойкам, найти более-менее чистую бутылку и набрать воды из реки. Но не сейчас, собеседование уже скоро, стоит идти обратно к кофейне, дабы не опоздать.

И как раз когда я пошёл туда, то столкнулся с Мабберо-саном.

Новость номер один: Мабберо-сан на самом деле Оказаки-сан.

Новость номер два: ту девушку зовут Фуджибаяши Рё.

Новость номер три: они встречаются.

Когда я мечтал, чтобы мои отношения были как в книгах, то не имел в виду влюбляться в девушку лучшего друга!

Честно говоря, я даже хотел после того, как убежал, сделать крюк и незаметно последить за ними. Просто чтобы ещё раз полюбоваться на неё.

Рё... она такая изящная, в элегантном платье, прекрасно улыбается, а какой от неё аромат... ох нет, нет, она девушка Оказаки-сана, нельзя, Каппей, нельзя. Как там в романах? Вздыхай издали и благородно помогай им в их любви. Или, если он окажется недостоин, будь первым возле неё, и она упадёт в твои объятья.

Ох... не хочется думать об Оказаки-сане как о недостойном. Просто буду рядом, даже это для меня уже будет прекрасно, регулярно видеть её счастливую. Я улыбнулся, когда это милое и прекрасное лицо предстало перед моими глазами.

Предстало вживую. Э?

В следующую секунду меня схватили за горло и впечатали в стену так, что я едва не задохнулся. Незнакомая девушка — одно лицо с Рё — без усилий держала меня на весу и яростно сверкала глазами.

— Я не знаю, кто ты, парень. — прорычала она. — Но если ещё раз помешаешь этим двоим проводить время вместе, то я тебя прибью. А если вздумаешь ещё раз слать моей сестре влюблённые сигналы, то не только прибью, но и труп расчленю и скормлю бродячим собакам, понял?

— Акха. — она давила так сильно, что в ушах шумело и я не мог говорить. Сумка выпала на мостовую и раскрылась.

— А это ещё что? — девушка склонилась к упаковке таблеток, выпавшей из сумки, и ослабила хватку.

Я тут же вонзил ногти в её руки, вынуждая отпустить меня, а затем приземлился на асфальт и оттолкнул её. Девушка закачалась, но не упала, однако это позволило мне схватить сумку с таблетками и помчаться к кофейне. Она побежала за мной, но меня никогда никто не мог догнать, и очень быстро я оторвался от неё, дополнительно сделав крюк, запутывая следы. В кофейню зашёл лишь тогда, когда убедился, что больше она не висит у меня на хвосте. Ещё не хватало портить будущим коллегам впечатление обо мне.

— Здравствуйте! — обратился я к продавщице, когда отдышался и убедился, что погони нет. — Меня пригласили на собеседование сегодня в семь.

— Да, пожалуйста, проходите сюда. — она улыбнулась и показала мне на дверь служебного входа. — Вам на второй этаж, налево третий кабинет.

— Спасибо. — я поклонился и поспешил в указанном направлении. Там меня уже ждал директор, с которым я вчера договаривался.

— Здравствуйте, Хиираги-сан. — улыбнулся он. — Хотите кофе?

— Спасибо, не откажусь. — ответно улыбнулся я. Директор лично налил мне и себе кофе, а также поставил на стол поднос с плюшками. Ох, как вовремя-то! Я взял одну, откусил и решил, что хочу тут работать даже без выходных.

— Что ж, Хиираги-сан. — директор тем временем приступил к беседе. — Я посмотрел ваше резюме, кхм... вы ведь впервые ищете работу?

— Нет, я уже... — пришлось промолчать, дабы быстро доесть плюшку, но директор лишь улыбнулся.

— И что же вас не устраивало в других местах, Хиираги-сан?

— Работа была тяжёлая. — Я наконец прожевал. — Заставляли ящики и шкафы таскать, такое. А то и вовсе без объяснения увольняли.

— Хм. — неопределённо хмыкнул директор. — Кому же, интересно, такое в голову взбрело?

— Да не говорите. — я схватил ещё одну плюшку. — Сразу, с первого же дня — хватай шкаф, тащи, выкладывайся. Хорошо хоть не в одиночку, но всё равно, меня это не устроило.

— Сумасшествие. — покачал головой директор. — Заставлять такую милую девушку таскать шкафы, совсем рабочих рук не стало, что ли?

— А? — я заработал челюстями. — Какую девушку?

Несколько секунд стояло молчание, а затем директор неуверенно кашлянул.

— Хиираги-сан, простите за вопрос, но... вы парень?

— Конечно! — возмутился я и схватил ещё плюшку. — Почему вы все так удивляетесь, когда это слышите?

Какое-то время директор молчал и смотрел, как я наслаждаюсь плюшками.

— Что ж, прошу прощения, Хиираги-сан, но вы нам не подходите. — наконец куда более сухим тоном. — Для работы в кофейне нам нужны настоящие девушки, а не... вы.

— Ладно, хорошо, спасибо. — Я мигом допил кофе. — Можно взять обратно моё резюме?

Директор с непонятным выражением протянул мне бумагу, я взял её, поклонился, схватил ещё одну плюшку и вышел.

Ну, здесь ещё нормально. Кто-то начинал выхватывать еду, один даже матерился, когда точно так же принял меня за девушку. И почему все делают одну и ту же ошибку? Какая девушка будет ходить в спортивном костюме и пахнуть лесом?

Что ж, значит, и эта работа не подходит. Ну да ничего, на том конце города есть ещё кафе, да и я мимо строительной бригады пробегал, наверняка им не помешают рабочие руки. Только не таскать тяжести, это увольте. И, похоже, надо будет переписать резюме, это уже совсем истрепалось. Может, ближайшая помойка расщедрится на бумагу?

Оказаки-сана, Рё и её злого двойника нигде не было видно. Наверное, они уже ушли домой. Домой... В следующий раз, как встречу Оказаки-сана, попрошусь к нему переночевать. Как друг, он мне не откажет, а я в благодарность полностью уберусь в его комнате и вообще во всём доме. А пока же придётся поискать какие-нибудь варианты помимо леса, хотя к реке всё равно придётся спуститься, вымыться и набрать воды.

Неожиданно хорошее место нашлось на станции — широкая скамейка под навесом. Те полчаса, что я изучал её и окрестности, никто туда не заглядывал. Надеюсь, сюда не ходит по ночам никакая банда школьников — хватило встречи с одной. Я растянулся на скамейке и посмотрел вверх.

Только и видно, что железную крышу навеса. Вчера хоть на звёзды можно было полюбоваться, а сейчас для этого надо поворачивать голову... и выгнуться придётся. Ну, что поделаешь. Я поужинал оставшейся плюшкой, принял таблетку, запил водой из бутылки, привязал ручки сумки к ножке скамейки и лёг обратно.

Как же неудобно, но зато хоть чисто. Я немного поворочался, а затем просто стал вновь думать о Рё. И чем больше я думал, тем больше влюблялся. Несомненно, такая девушка стоит Оказаки-сана, но это не означает, что я не могу оказывать ей знаки внимания. Он поймёт меня, как друг. А злой двойник может сколько угодно нападать. Что она там говорила? Скормит собакам, если я буду с ними общаться? Ну-ну, посмотрим ещё, кто кого.

В конце концов, злые двойники никогда не выигрывают.

21 апреля, понедельник

Томоя Оказаки

На этот раз я отправился в школу вовремя не только из-за страха перед Кё, но и чтобы извиниться перед Рё. Она с начала года просила меня не пропускать уроки и прилежно учиться, и сегодня мне придётся это сделать.

Потому что вчерашнее свидание я провалил.

Утром я преодолел брезгливость и воспользовался косметикой отца, которую тот зачем-то до сих пор покупает. Затем примчался к станции, думая, что опаздываю, а в итоге прибежав даже раньше неё.

На этом успехи закончились.

Я сразу же потащил её в кафе, только после подумав, что так же вроде не принято на свиданиях. Я не знал, о чём с ней говорить, а когда она начала болтать про гадания, то не смог поддержать беседу. Я ничего не купил ей, даже то кольцо, на которое она смотрела в ювелирном и которое стоило денег, которых мне в жизнь не заработать. Наконец, мне пришлось едва ли не прогонять её, когда я с ужасом обнаружил, что от прогулки и волнения весь пропотел и даже начинаю пахнуть.

Провал по всем пунктам. Так что теперь в качестве извинения тащусь в школу засветло, зеваю и думаю, стоит ли оно того...

— Эй, парень! — кто-то схватил меня за руку и потащил в сторону как раз в тот момент, когда я зевал, так что не сразу отреагировал. Но руку быстро отпустили, и я оказался перед автомобилем и двумя мужчинами: в офисной и рабочей одежде.

— Будешь свидетелем! — ткнул в меня пальцем офисный. — Подтвердишь, что он уронил отвёртку прямо на капот моей машины и оставил вмятину! — он негодующе ткнул сначала во второго мужчину, а потом в машину.

Рабочий немного устало пожал плечами — похоже, они тут стояли уже давно. Рядом с немного полноватым и запыхавшимся офисным он выглядел как стандарт красоты — выше меня, с слегка смятыми чёрными волосами, в серой, на удивление чистой форме и белой каске, которую повесил на плечо.

— Повторю тебе и скажу этому парню — я ничего не ронял во время работы. — ответил он устало, но спокойно. — Если бы это произошло, то я с достоинством признал бы свою вину и выплатил тебе компенсацию. Но я невиновен, поэтому не могу тебе помочь.

— Невиновен, как же! — фыркнул мужчина. — Успел спуститься и забрать отвёртку, а сам едва не скрылся — хорошо, я вовремя подошёл. И теперь этот парень будет свидетелем и подтвердит, что ты должен возместить ущерб за порчу автомобиля и потерю времени.

— Я не пытался скрыться. — с некоторым достоинством ответил рабочий. — И мог бы оплатить ущерб, но разве ты не хочешь задуматься над тем, прав ли тот, кого ты обвинил? Не мог ли ты просто взять и обвинить первого попавшегося в произошедшем? Подумай над этим в каком-нибудь уютном месте, с человеком, который тебя любит. Люди всё время обижают друг друга, и я не удивлён, что ты с подозрением относишься к моим словам, но ты должен поверить мне. Нельзя жить без веры в других людей, ведь тогда ты не сможешь никого полюбить, и никто не сможет полюбить тебя, и тебе выпадет самая печальная участь — идти по жизни в одиночестве. Поэтому прошу тебя, поверь в мои слова.

Владелец автомобиля выпал в небольшой осадок. Я тоже, благодаря чему проснулся и поглядел на вмятину.

— А это точно отвёртка? — спросил я. — Больше похоже на... — моё воображению пару секунд оглядывало вмятину. — кошку. Да, прыгнувшую кошку.

— Э? — оба подошли ко мне и уставились на вмятину. И впрямь, углубление было слишком большим для упавшей отвёртки, а вот какой-нибудь прыгнувший кот вполне мог такое оставить.

— Но как... — начал было владелец машины, однако его прервало мяуканье; по забору прошёл кот настолько большой, что Ботан рядом с ним казался новорожденным поросёнком. Мы трое молча проводили его взглядом, а затем тот сконфуженно почесал в затылке.

— И впрямь. — признал он. — Тогда извините за беспокойство.

— Всё нормально. — наклонил голову рабочий. Я уже собрался уходить, когда он окликнул меня:

— Эй, не хочешь мне помочь?

— М? — я полузаинтересованно обернулся. Рабочий поманил меня за собой к столбу, рядом с которым лежало различное оборудование.

— Из-за этого происшествия я выбиваюсь из графика. — сказал он. — И потому мне не помешают лишние руки, а ты парень крепкий. Всего-то и надо, что подержать и подать.

Я зевнул от недосыпа, но и само предложение меня не заинтересовало. Стоять и помогать незнакомому человеку, когда и так задержался, хотя обещал прийти вовремя...

— Я заплачу. — рабочий увидел мои колебания.

— Хорошо, что надо делать? — ещё неделю назад всё равно подумал бы — денег на бездельную жизнь мне вполне хватало, а трудиться не хотелось. Но теперь, после того, как я видел устремлённый на кольцо взгляд Рё, нужно было пользоваться любой возможностью заработать.

— Ну, ты в порядке? — сказал рабочий, когда мы закончили.

— Ага. — хотя руки вопили обратное. Я и не подозревал, что всего лишь держать лампу фонаря и некоторые детали будет настолько тяжело. Правда, ещё и передавал ему всё это да выбирал среди отвёрток нужную, полагаясь в основном на мужскую интуицию, так что мышцы теперь недовольно ныли.

— Это быстро пройдёт. — успокоил меня он и протянул конверт с деньгами, в который я тут же заглянул. Ого. И ещё раз ого. Это ж сколько они получают?

— Знаешь, — протянул рабочий, не отрывая от меня взгляда. — ты ведь в старшей школе, да?

Я кивнул, прикидывая, хватит ли этого на кольцо. Да, пожалуй, аж на два.

— В таком случае, если закончишь и не будешь знать, куда идти — приходи в нашу компанию. — сказал он. — Нам всегда нужны молодые люди. Возьми мою визитку, позвони, если что.

Я неопределённо хмыкнул, приняв визитку, гласившую, что рабочего зовут Юсукэ Ёсино. Имя показалось мне смутно знакомым, но сходу ничего не вспомнилось, и я убрал её в карман. Мы пожали руки и наконец-то разошлись.

В школу, разумеется, опоздал капитально.

Хотя, не так уж и опоздал.

Когда добрался до класса, звонок с первого урока только отзвенел, так что я смешался с потоком учеников, пробрался на своё место и сделал вид, что всегда тут был. Но от Рё, конечно же, это не укрылось.

— Доброе утро, Оказаки-сан. — подошла она ко мне. — Вы сегодня опять опоздали.

— Извини, меня задержали по дороге. — ответил я. — Честно, хотел прийти раньше.

— А. — Рё улыбнулась мне. Надеюсь, она не сильно обиделась из-за вчерашнего конфуза. Я уж собрался было за него извиниться, как она достала колоду карт.

— Хотите, я вам погадаю на сегодня? — сказала Рё, тасуя колоду, а в следующее мгновение выпуская карты из рук.

— Ну вот... — я слез с места и, слегка морщась от боли в мышцах, стал собирать карты. Рё тоже опустилась на колени и потянулась за ними, в результате чего наши руки соприкоснулись.

Мы мигом отдёрнули их и на время забыли про карты. Рё густо покраснела, да и я почувствовал, как у меня пылают щёки. Да, вчера взял её за руку, но тогда почему-то не ощущал себя так, как сейчас, когда мы так близко друг к другу, ближе, чем обычно...

Неловкую ситуацию прервала туфля, опустившаяся мне на левое плечо. Я вздрогнул и выпрямился, сбрасывая её с себя.

— Эй, а если бы я упала? — недовольно заявила Кё, вставшая прямо позади меня.

— Получила бы урок, как не надо пачкать других людей. — я отряхнул плечо.

— Нечего было сидеть в такой уютной позиции. — отозвалась она. — Радуйся ещё, что не пнула. Опять гаданием занимаетесь? Ну, ближайшее будущее и так ясно — буду песочить тебя за опоздание.

— Этим должна заниматься староста моего класса. — ответил я. — И она уже сделала строгое внушение.

— Хм? — Кё посмотрела на сестру. — Знаю я её строгие внушения. Нет уж, Томоя, у тебя теперь есть девушка, а значит, ты должен обеспечивать её, а значит, приходить в школу вовремя, хорошо учиться, поступать в колледж и находить достойную работу.

— Вот как? — я сел обратно за парту. — С такими сложностями мне девушка и не нужна.

Рё открыла рот и вновь уронила карты. С тяжёлым вздохом я вновь наклонился их собирать, а Кё наклонилась ко мне.

— Сейчас ты встанешь, извинишься и скажешь, что глупо пошутил. — тихо ответила она. — Иначе окно рядом, а я очень зла.

Я мигом собрал карты, встал и протянул их Рё.

— Прости, я пошутил. Глупая шутка. — даже без угрозы Кё было неловко. Рё уже начала плакать, но после моих слов стала утирать слёзы.

— Оказаки-сан... не шутите так больше никогда, пожалуйста... — попросила она, всхлипывая.

— Ну что ты, Рё, поверила Томое, он же такой большой шутник, ха-ха-ха! — с этими словами Кё ощутимо треснула меня по затылку. — Он же хочет с тобой быть, и только с тобой, а иначе будет жрать свои пальцы, не так ли!

Я ещё раз извинился перед Рё, и лишь тогда злость Кё пошла на убыль.

— Смотри у меня. — буркнула она. — Рё, пока перемена, мне нужно кое-что спросить. Интимные девичьи секреты, так что давай выйдем. — она потянула Рё за собой в коридор. Я потёр затылок, ощущая усталость — ещё утро не закончилось, а моё тело уже столько всего испытало. Может, взять пример с Сунохары и подремать в классе, Рё меня разбудит, если что.

Сунохара притащился через урок, а в ответ на претензии Рё зевнул и задремал. Я точно так же дремал; она попыталась меня растолкать, но касалась столь аккуратно, что ничего и не почувствовал. Проснулись мы оба лишь к обеду.

— Оказаки, ну что, к Миядзаве? — Сунохара наклонился к моей парте. — Мы уже давно у неё не обедали.

— Всего-то несколько дней. — ответил я, но возражать не стал. Близняшки не подали и знака, что собираются сегодня кормить, а деньги на столовую решил пока не тратить. Наверное, мне так вообще всю неделю придётся есть у Миядзавы, стоит её предупредить.

Рё наблюдала за тем, как мы вдвоём вышли из класса, но ничего не сказала. Наверняка переживает за свой прошлый обед и мою утреннюю глупую шутку. Пожалуй, стоит следить, что я в её присутствии говорю, это не Кё, которой можно ляпнуть что угодно.

— Интересно, она сегодня опять рис приготовит? — Сунохара уже распускал слюни. — Или омлет? О, или онигири!

— Это архив, а не ресторан. — ответил я. — И чем ты собираешься платить за еду?

— Платить? — Сунохара едва не споткнулся.

— Ну да. Однажды она потребует плату за всё, и что ты сможешь ей дать?

— Ну... — Сунохара призадумался. — Могу предложить быть её верным помощником и защитником до конца жизни.

— Это не плата, это кошмарный сон.

— Эй, будь со мной настолько плохо, ты бы давно убежал.

— О, спасибо за совет. — Я помчался к архиву, возмущённый Сунохара следом. Так мы и прибежали, затормозив лишь перед самой дверью.

— Юкинэ-тян. — Сунохара заглянул в библиотеку и тут же распустил павлиний хвост. — Как дела, как поживаешь?

— Здравствуйте, Сунохара-сан. — Юкинэ отложила книжку и удивительно искренне улыбнулась ему. — О, и Томоя-сан тут? Подождите, скоро всё приготовится. — Кастрюля уже грелась на плите.

— С удовольствием поем, Юкинэ-тян. — промурлыкал Сунохара. — А пока скажи мне, тут ведь много конфискованного у учеников лежит?

— Ага. — кивнула Юкинэ. — В основном вон в тех двух шкафах.

— Ага. — Сунохара хищно двинулся к указанным шкафам в глубинах архива. Что он там надеется найти? Какую-то особо развратную мангу, что ли?

Кстати.

— Миядзава-сан. — Я немного понизил голос, чтобы штурмующий шкаф Сунохара не услышал. — Можно будет чуть позже обратиться с вопросом... ну, по девушкам?

— Вы можете и сейчас. Или не хотите, чтобы Сунохара-сан знал? — догадалась она. — Хорошо, в любое время. — Она приветливо мне улыбнулась. Прости, Миядзава, но больше обсуждать это не с кем, а без помощи точно не справлюсь.

— Можно ещё один вопрос тогда — а кто это? — я указал на стол, за которым сидела и что-то творила с куском дерева незнакомая девочка. Странно, что даже не заметил её, как вошёл.

— Это Фуко. — ответила Миядзава. — Она попросилась утром посидеть тут в тишине, и я ей позволила. Сказала, что на уроки не ходит, так что оставляю комнату на неё. — Судя по её безмятежному виду, проблемы в этом она не видела.

На уроки не ходит, хм? Я пригляделся к девочке. Длинные волосы пшеничного цвета, скреплённые большим синим бантом почти у основания, сосредоточенное и при этом детское лицо с неожиданно яркими жёлтыми глазами. Похоже, из средней школы... а нет, по форме так уже в старшей. Нас словно и не слышит, сидит и упорно что-то вырезает из дерева ножом, который на моих глазах соскользнул и порезал ей руку. Фуко скривилась, но продолжила как ни в чём не бывало.

— Так, а ну-ка. — я шагнул к ней и отобрал нож. Девочка сделала ещё пару движений, затем недоумённо посмотрела на руку и на меня.

— А ну отдай! — потребовала она. Я отошёл к столу и передал нож Миядзаве.

— Держи. Ещё не хватало нам трупа в библиотеке.

— Отдай! — девочка кинулась на меня, но Миядзава уже забрала нож. — Эй, отдай обратно! — она попробовала кинуться и на неё, но я успел схватить её за бока и приподнять.

— Миядзава, давай заодно бинты с йодом, у неё все руки в порезах. — Фуко, услышав про йод, завертелась как кошка.

— Сейчас. — Миядзава нырнула под стол и вынырнула уже без ножа, зато с бинтами и маленькой бутылочкой. Фуко бросила на них испуганный взгляд.

— Щипаться будет! — завопила она, стуча по мне ногами.

— Зато и ран не будет. И хватит вертеться! — блин, её ноги стали проходить в опасной близости.

— Фуко не может не вертеться! Странная и злобная личность держит Фуко, и все её инстинкты требуют вертеться! — заявила та, но тут Миядзава наконец подошла к нам и стала аккуратно обрабатывать её раны. Фуко зашипела и попробовала ещё раз ударить меня ногами.

— Не вертись, пожалуйста. — сказала Миядзава после того, как у дёрнувшейся Фуко полоска йода прошла через всю ладонь.

— Фуко щиплет. — пожаловалась девушка, но наконец успокоилась, и Миядзава нормально обработала её раны, а затем перебинтовала их.

— Возможно, пару дней тебе придётся не заниматься резьбой по дереву. — улыбнулась она.

— Фуко не может! — девочка вновь завертелась. — Фуко надо вырезать кучу звёздочек! И отпусти уже меня!

— Ладно, ладно. — я опустил её на землю, и Фуко тут же метнулась к куску дерева на столе. Это звёздочка? Больше похоже на злокачественную опухоль.

— Она уже красивая, но недостаточно. — заявила обладающая отсутствием вкуса Фуко. — Верните ножик, надо дорезать.

— Ты слышала, что сказала строгая тётя Миядзава? — спросил я. — Никакого ножа, пока не вылечишься.

— Раны Фуко заживут уже через пять минут. — Девушка подняла забинтованные руки и уставилась на них. — Фуко сейчас будет лечить их силой духа! А пока верните нож.

— Заживут, тогда и. — Я повернулся к Миядзаве, которая успела выключить плиту и теперь накладывала рис в четыре чашки. — А пока ты даже поесть не сможешь, не то чтобы ножом резать.

— Ты недооцениваешь силу Фуко, извращенец. — отозвалась она. — Фуко сможет поесть, даже если её свяжут и запрут в багажнике.

— Я бы на это посмотрел. И почему извращенец?

— Ты хватал Фуко в тех местах, где даже мама её не хватала! — она попыталась обвиняюще выставить палец, но скривилась при попытке сжать кулак и просто ткнула рукой. — И сделал это крайне нагло и оскорбительно. Фуко едва не потеряла свою честь от твоих прикосновений!

— Надо было не вертеться. — отбрил я. — Давай приступай, рис уже разложен. Сунохара, ты будешь есть или читать?

— Спрашиваешь тоже! — Сунохара оторвался от шкафа и последовал к нам. — А это кто?

— Это Фуко. На её руках растут мерзкие щупальца, смрад от которых может положить всю школу, поэтому она вынуждена прятать их под бинтами.

— Руки Фуко не пахнут! — завопила девушка. — Это твои руки пахнут!

— Да, и чем же? — я потянул к ней руки.

— Уйди, извращенец! — отпрыгнула она. — Не хватай Фуко во время еды!

— Так ты всё равно поесть не сможешь. — Я принялся за рис, Фуко тоже хотела было взять палочки, но вновь скривилась и задёргала рукой.

— Может, тебя покормить? — предложила наблюдавшая за её мучениями Миядзава.

— Только не при этих извращенцах. — пробурчала Фуко. — Если они увидят, как одна девушка кормит другую, то невесть что подумают!

— Даже я ничего не подумаю. — проворчал тоже принявшийся за еду Сунохара. — Эй, почему это я извращенец?

— У тебя волосы странного цвета! — завопила Фуко.

— И что! — на той же громкости ответил ей Сунохара.

— То, что ты странный! А раз странный, значит, извращенец!

Поздравляю, Сунохара, ты нашёл собрата по логике. Правда, сам он совсем не был рад и уже готовился дать отпор, как Миядзава наконец решила вмешаться:

— Никто здесь не извращенец. — улыбнулась она. — Фуко, давай я тебя покормлю, Томоя-сан и Сунохара-сан хорошие парни и не подумают ничего такого.

— Ну ладно. — пробурчала Фуко и открыла рот. Миядзава стала аккуратно накладывать рис, а Фуко жевать его. Как будто мама-птица кормит неоперившегося птенчика. Не знаю, что эта Фуко там себе навыдумывала, но у меня эта сцена вызывала лишь странную теплоту в груди...

— Так вот где вы прячетесь.

В комнате повеяло могильным холодом — Кё закрыла дверь архива и смотрела на меня с Сунохарой очень недобрым взглядом.

— Я, значит, ищу вас по всей школе, злюсь, матерюсь так, что даже парням не стоит слышать, а они тут сидят и спокойно едят рис в компании двух девушек! — Кё хрустнула пальцами. — Томоя, я жду объяснений через три... две...

— Миядзава, где тут секретный ход! — завопил Сунохара. Болван, так тебе его и покажут. И какой секретный ход в архиве?

— Его нет. — подтвердила Миядзава мои мысли, продолжая кормить Фуко. — Разве что через окно.

Сунохара схватил плошку с рисом, метнулся к окну, кое-как открыл его и вывалился наружу, благородно оставив нас на растерзание. Кё могла бы раз десять его поймать, но вместо этого стояла и пытала меня взглядом.

— Я просто прихожу сюда иногда обедать. Ничего более. — объяснил я, стараясь не смотреть на неё.

— Да? — Кё плюхнулась на место Сунохары. — Ты ходишь к... — она глянула на Миядзаву с Фуко. — красивым девушкам просто обедать. И они просто тебя кормят. И ничего более.

— И ничего более. — подтвердил я. Девушки продолжали разыгрывать птичье кормление, словно и не слушая, что происходит.

— Томоя, не делай из меня дуру. — тихо сказала Кё. — И не делай дуру из Рё. Если ты думаешь ухватить столько зайцев сразу, то я лично позабочусь о том, чтобы ты ни одного не поймал.

— Простите, вы Фудзибаяши Кё-сан? — сказала Миядзава, повернувшись к ней. Фуко сосредоточенно жевала, похоже, набив рот целиком. — Томоя-сан очень много о вас рассказывал хорошего, так что я рада наконец с вами познакомиться.

В комнате ненадолго повисла тишина. Кё переводила прицел глаз с меня на Миядзаву и обратно.

— И что же он рассказывал? — наконец поинтересовалась она.

— Про то, как ему повезло общаться с такой замечательной девушкой. — продолжала улыбаться Миядзава. Брось, Кё ни за что не поверит, что я такое сказал.

— Ха. — ответила Кё. — Так ты считаешь меня замечательной, Томоя? Смотри не влюбись, у тебя уже есть девушка.

Она купилась? Пока я пытался делать вид, что именно это и сказал, Фуко наконец прожевала рис.

— Пусть этот извращенец вернёт мне нож! — потребовала она у Кё.

— Нож? — не поняла та.

— Да! — крикнула Фуко. — Он хватал меня, отобрал у меня нож и запретил вырезать звёздочки, странный извращенец!

— Томоя, ты хватал её? — голос Кё опять заледенел.

— Я держал её, пока Миядзава бинты повязывала. Она этим ножом все руки себе исколола. — хмуро ответил я. Кё взглянула на руки Фуко, на меня и, похоже, поверила.

— Господи, Томоя, ну ты и идиот. — вздохнула она. — То есть у тебя с ними... э... ничего нет?

— Миядзава меня лишь подкармливает. — твёрдо ответил я. — А это чудо природы вообще вижу в первый и хотелось бы в последний раз.

— Фуко не чудо природы! — вскинулась та. — То есть, Фуко чудо, и природа точно хорошо над ней поработала, но не смей говорить это в таком тоне!

— Значит, и кофе был отсюда, понятно. — тихо сказала Кё, всё ещё посматривая на Миядзаву. — Ладно, Томоя, пошли, перерыв скоро кончится, а мне ещё надо с тобой поговорить.

Я с сожалением посмотрел на оставшийся рис — так много ещё доедать — но Кё уже поднялась с места, и пришлось отдать плошку Миядзаве.

— Прости. — шепнул я. — Завтра ещё приду.

— Удачи вам, Томоя-сан. — улыбнулась она. Фуко лишь скорчила рожу, и я вышел в коридор вслед за Кё.

— Удобно устроился. — начала она. — Никогда бы не подумала, что ты будешь зависать в библиотеке. В которой ещё и готовят. Серьёзно, кто ей вообще позволил?

— Это архив, видимо, никому неинтересно. — я пожал плечами. И в самом деле, как Миядзава умудрилась договориться с учителями об оккупации архива? Или просто в один прекрасный день пришла и устроилась?

— Значит, так. — Кё прислонилась к стене. — Рё ничего не говорим. Если она узнает, что другая девушка тебя кормит, то это разобьёт ей сердце.

— И мне ходить сюда больше нельзя, да? — поинтересовался я. Кё вздохнула.

— Придурок, а теперь подумай, что было бы, если бы Рё нашла тебя первой. Она и так не уверена, что ты к ней что-то чувствуешь, а это со стороны вообще выглядит так, будто ты ей изменяешь. Хочешь — ходи сюда, я не могу тебе запретить, но в следующий раз объяснять, почему другая девушка кормит тебя в уединённом месте, будешь плачущей Рё.

Я сглотнул, слишком живо представив себе эту картину.

— А ты думал, так всё просто. — мрачно сказала Кё. — Гулять с одной, есть у другой, улыбаться третьей, наслаждаться гаремом. Томоя, ты согласился встречаться с Рё, и потому, пока у вас всё не устаканится, общение с другими девушками сведи к минимуму. Блин, никогда не думала, что с тобой такая проблема возникнет. — Она скрестила руки на груди. — По идее, и со мной должен не общаться, но так ваши отношения развалятся, потому что вы тупите, тормозите и портите всё что можно. Так что, Томоя, начни уже думать и активнее выражай свои чувства к Рё.

— Я до сих пор не уверен в этих своих чувствах. — тихо сказал я.

— Тогда работай над этим. — холодно ответила она. — Включи воображение. Помечтай о ней. Попробуй обнять и просто побыть поближе. Думай, что другого шанса у тебя не будет, и лови то, что само приплыло в сети. — она опустила голову. — Рё — это то, что тебе надо, Томоя. Никто другой тебе не подойдёт. Никто не сможет так же любить, поддерживать, заботиться и изменяться ради тебя. И если ты откинешь её ради миски с рисом в руках другой, то никогда не будешь счастлив.

С этими словами она отвернулась и побрела вглубь коридора, оставив меня ошеломлённо смотреть ей вслед.

Кё Фуджибаяши

Они ведь специально выводят меня из себя. Другой причины нет.

Только я утром слезла с автобуса вся злая, как выяснилось, что Томоя опять не пришёл на первый урок. А как пришёл — едва не довёл Рё до истерики своими тупыми шутками.

— Рё, — сказала я, вытащив сестру в коридор. — ты как, не обиделась на него?

Та печально вздохнула.

— Ну-ну. — я потрепала её по плечу. — Привыкай, он часто так. И знаешь что? Давай-ка попроси его сегодня с тобой прогуляться. Там, проводить друг друга, или просто пройтись, и напрашивайся каждый день. Сможешь?

— Хорошо. — она согласно кивнула. Ну вот, прогулки мы уже не стесняемся, давай так и далее.

На обеденном перерыве Рё пришла ко мне с жалобой, что Томоя и Ёхей куда-то ушли. Я сначала не придала этому значения — ну ушли и ушли — но сестра добавила, что не нашла их в столовой, я вспомнила идущий тогда от Томои запах кофе и встревожилась. Пришлось быстро поесть и направиться в старое школьное здание — в новом прятаться особо было негде. По пути я пыталась прикинуть, где они могут быть, но на месте просто стала заглядывать во все двери подряд.

И что бы вы думали — сидят и поедают рис в компании двух девушек. Только это и удержало меня от немедленной расправы — две девушки, которые сидят в одной комнате с Ёхеем и кормят его? Что-то здесь не так. Я насела на Томою, но выяснила лишь то, что одну девушку он считает другом, а вторую видеть не желает — и, судя по их поведению, это взаимно.

Идиот. Всерьёз думает, что это так и останется, если он продолжит к ним заявляться?

Пришлось вытаскивать его оттуда и отчитывать. В итоге я даже сказала больше, чем хотела, и вынуждена была уйти. В чувствах к Рё он не уверен, видите ли. Кто его вообще спрашивает? Тебе на блюдечке девушку подносят и впихивают, бери и не выделывайся. Потому что чем больше ты упрямишься, тем больше я страдаю, и буду страдать, пока наконец не станешь с Рё одним целым и наконец сможешь исчезнуть из моего сердца.

Весь оставшийся день я прохандрила. Томоя послушно ходил на уроки и не думал куда-то убегать — по крайней мере, насколько видела. Когда после уроков заглянула в их класс, то он о чём-то беседовал с Рё. Наверное, договариваются пройтись вместе, и пусть уже они это и сделают.

Потому что у меня свои дела.

Когда я прибыла к Тацуе, Сакагами уже была там.

— Здравствуйте. — оглянулась она на меня. — Тацуя-сан уже закончил ремонт.

— Что, серьёзно? — я прошла вместе с ней в мастерскую. — Тацуя, вы волшебник!

— Плата тоже будет чудесная. — заметил Тацуя, ковырявшийся отвёрткой в двигателе. — Я вчера с ним весь день возился. Вам повезло, Фуджибаяши-сан, что с рулём всё оказалось не так страшно, как выглядело. Но управление будет хуже, тут ничего не сделаешь.

— Ну хоть так. — я оглядела мопед со всех сторон. Вмятина была замазана, а колесо выправлено, словно так и было. Краска кое-где сбилась, и мопед в итоге выглядел как воин, пострадавший в бою, но не собиравшийся сдаваться.

— Сакагами, расплатись с ним. — махнула я. Та беспрекословно отошла к Тацуе и они стали разбираться с ценой. Когда я услышала итоговую сумму, то вздрогнула, но она расплатилась без лишних слов. Мы попрощались с Тацуей и выкатили мопед во двор.

— Ну что, будешь читать мне лекцию о быстрой езде? — поглядела я на Сакагами.

— Если вы сами этого не поняли, то никакая лекция не поможет. — отбрила та. Не нашла, что ответить, да и в самом деле придётся ездить с черепашьей скоростью — мало ли что там после ремонта ещё не так помимо управления.

— Фуджибаяши-сан, вы ведь староста? — неожиданно спросила Сакагами. — Только я не поняла, какого класса...

— Третий "Е". — ответила я. — У третьего "Д" моя сестра. Клан Фуджибаяши постепенно опутывает корнями эту школу.

— А... — Сакагами немного смешалась от моего ответа. — Тогда, не хотите ли вы поддержать меня на выборах президента школы и вступить в ученический совет, когда я их выиграю?

Опа-на.

— А почему я? — спросила первое, что пришло на ум.

— Вы очень популярны среди учеников, Фуджибаяши-сан, и ваша поддержка будет мне на руку. — улыбнулась Сакагами.

Мда. Такой шанс упускать нельзя, но если на меня ко всем этим проблемам ещё и членство в совете свалится... не выдержу же. Но высокий пост, личное знакомство с президентом, открывающиеся возможности...

— Можно я подумаю?

— Только недолго, кампания скоро откроется. — попросила Сакагами. Я кивнула, попрощалась, завела мопед и осторожно поехала.

Да, управление и впрямь стало хуже. Даже без слов Сакагами я бы ехала медленнее — на большой скорости с таким рулём не так-то легко будет повернуть. Кё Фуджибаяши — член студсовета, ха. Можно в определённой степени начхать на угрозы учителей. Можно пользоваться властью. Можно с большей вероятностью поступить в колледж.

А ещё можно заработать дикий стресс и головную боль от всех набросившихся задач.

Похоже, голубки загуляли серьёзно — когда я приехала домой, Рё ещё не было. Ну и хорошо, чем больше они друг к другу притираются, тем легче мне, так что со спокойной душой села за уроки.

Спустя час я уже беспокоилась. Не слишком ли они загуляли? И не могло ли что-нибудь случиться? Да и Рё домой в любом случае ехать одной, мало ли что. К сожалению, телефона Томои у меня не было, но зато был телефон общежития, где жил Ёхей и куда он частенько захаживал.

— Алло. — сказала я в трубку. — Сагара-сан, Томоя Оказаки у вас? А скажите, с ним никакая девушка не приходила? Нет, тогда позовите его, пожалуйста.

Голос ответившей мне хозяйки общежития был полон недоверия. Прекрасно понимаю — звонит девушка и просит Томою, да ещё и спрашивает, не была ли с ним другая девушка.

Он взял трубку примерно через минуту.

— Алло?

— Томоя, где Рё? — сразу спросила я.

— Мы расстались с час назад, когда она побоялась заходить в общежитие. Сказала, что сама до автобусной остановки дойдёт. А что?

— Она ещё не пришла. — хотя по времени давно уже должна. Сердце тревожно забилось, и Томоя на другом конце вздохнул с тревогой. Мы оба на своём опыте знали, что даже вечерние улицы города могут быть небезопасны, особенно для одинокой скромной старшеклассницы.

— Я сейчас же сбегаю до остановки и поищу её. — сказал Томоя.

— Тоже, пока. — я кинула трубку, мигом оделась, крикнула маме, что собираюсь к подруге, прыгнула на мопед и помчалась. Тут уж придётся ехать быстро.

Путь от автобусной остановки до общежития ничего мне не дал — я даже Томою не встретила, а Сагара-сан сказала, что он ещё не вернулся. Пришлось вновь заскакивать на мопед и обследовать город, одновременно борясь с управлением. Единственной мыслью, которая билась у меня в голове, была надежда на то, что пропажа Рё как-то связана с тем типом Каппеем. Конечно, ничего хорошего в его увиливании за моей сестрой нет... но лучше уж он, чем молодёжная банда. Об этом старалась вообще не думать.

Наконец я стала уставать. Мопед поворачивал всё хуже, один раз уже едва не влетела в столб. Не было никаких следов Рё, да и Томоя с Каппеем не попадались. Вообще ни одного знакомого лица — по крайней мере, насколько я их различала на скорости.

Так, а это кто там?

Я резко затормозила, всмотрелась и от облегчения едва не уткнулась в руль — Рё шла по улице, не похоже что пострадавшая, да ещё и улыбается вроде.

А рядом с ней щебечет этот Каппей.

Понятия не имею, как он увернулся от моего удара ногой в прыжке. Эта скотина чертовски быстра, но как будто меня это остановит.

— Кё! — крикнула сестра, но я пока не обращала на неё внимания, пытаясь ударить Каппея. Тот же отлично уклонялся, а затем схватил мою занесённую для удара ногу и толкнул от себя. Пока я восстанавливала равновесие, он крикнул Рё: "Не бойся, злой двойник ничего тебе не сделает!" и побежал. Я в горячке хотела гнаться за ним, но Рё снова меня окликнула.

— Кё, что с тобой? Ты чего такая...

— Ты что, совсем двинулась! — я развернулась к ней, и Рё попятилась. — Ты уходишь с хрен пойми кем хрен пойми куда, никому не сказав, и ещё спрашиваешь! А если бы он оказался насильником, или маньяком, или обдолбавшимся наркоманом! Я кому рассказывала про то, что творится на этих улицах, ты жопой слушала, или решила проверить, вдруг старшая сестра просто пугает, а на самом деле там вафельный рай, так, что ли! И с хрена ты с ним пошла, у тебя парень есть, его зовут Томоя Оказаки, если твоя память не может такое удержать, и ходить по улицам города ты должна с Томоей Оказаки, а не с первым попавшимся козлом, ты меня поняла?

Рё сжалась в комочек и на её глазах выступили слёзы, а прохожие стали на нас оглядываться, но теперь мне было плевать. Я была действительно зла на эту дуру. Она хоть понимает, во что чуть не вляпалась? Этот кавалер сбежал при виде меня, а если бы встретился с тремя перекачанными жлобами, то умчался бы ещё быстрее, оставив Рё наедине с ними. Поэтому я схватила её за форму и потащила за собой к мопеду.

— Садись. — я села сама и дёрнула сестру. Та послушно уселась позади. — Держись за меня. — Она столь же послушно обняла за талию. — Сейчас мы едем до общежития, заходим туда и ждём, пока Томоя не придёт, после чего рассказываешь ему всё как есть. Если он скажет, что противно, когда девушка гуляет с другим парнем, и тут же тебя бросит — я и пальцем не пошевелю.

Рё позади меня начала всхлипывать. И пускай, её надо напугать, как следует напугать, чтоб и думать забыла о таких прогулках — с Томоей она хотя бы в какой-никакой, но безопасности. Всё равно он её не бросит, не такой парень.

Томои в общежитии всё ещё не было, так что я усадила Рё на стул в холле и стала ждать. Ёхей вышел к нам, изумлённо поглядывая на плачущую Рё, а вскоре вышла и Сагара-сан, высокая женщина с забранными в пучок тёмными волосами и жёлтыми глазами, встревоженно оглядывающими посетителей.

— То есть звонить в полицию с сообщением о пропаже не надо? — уточнила она. — А то вы тут устроили шуму.

— Да какая полиция. — вздохнула я. — Извините, Сагара-сан.

— Да зови уж Мисае, чего там, ещё с прошлого года знакомы. — отмахнулась та. — Сейчас-то чего ждёшь, Оказаки когда придёт?

— Ага. — кивнула я. Рыже-белый кот Мисае тем временем прыгнул на колени к постепенно успокаивающейся Рё и стал лизать ей лицо, истребляя слёзы, а та его тихонько поглаживать.

— Ну он теперь может и не прийти, дело к ночи. — Мисае взглянула на настенные часы. — Дуйте домой, придёт, так я ему передам, что всё в порядке. А ну, брысь отсюда!

В холл стали выглядывать лица футбольной наружности, но Мисае схватила метлу, и они быстро исчезли.

— Нет, мы его дождёмся. — я мрачно взглянула на Рё. — Пусть сам отчитает свою дурную девушку.

— Девушку? — вскрикнули Ёхей и Мисае. Хм, они не знают? Я думала, Томоя давно разболтал. Интересно.

— Оказаки завёл девушку. — простонала Мисае. — Надо посмотреть, что сегодня по телевизору будут говорить, вдруг конец света приближается.

— И ни одним словом. — потрясённо сказал Ёхей. — Ходит как обычно и даже мне не говорит, что у него есть девушка! Кстати, которая из вас? Или обе?!

— Умерь фантазии, придурок. — я надвинулась на него. — Его девушка Рё, так что давай больше не расстраивай её своими опозданиями.

— Я-то почему должен её не расстраивать? — завопил он. — И вообще, с чего это она, а не ты?

— Что? — я даже остановилась.

— Ну, ведь ты с ним дольше знакома и я видел, как на него смот...

Он влетел в стену так, что с потолка слетела штукатурка, и сполз на пол. Я опустила ногу и вздохнула. Ну, хоть кому-то вдарила и спустила пар. Всё равно Ёхею привычно, и наверняка даже не больно.

— Ты осторожнее, а то ещё придётся платить за ущерб зданию. — отметила Мисае, взглянув на Ёхея и увидев, как тот приходит в себя.

— Извините. — я отвернулась от них и посмотрела на сестру, которая уже успокоилась, продолжая гладить улегшегося ей на колени кота. Может, в самом деле пойти? Томоя наверняка уже не придёт, а воспитательный процесс и завтра устроим. Даже лучше так, без лишних свидетелей...

Томоя ввалился в холл уставший и мрачный, однако при виде Рё заметно оживился.

— Ты как? — он направился к ней.

— Она пошла гулять с этим Каппеем. — злорадно сказала я. — После того, как рассталась с тобой. И они ходили по самым неприятным районам. — Покривила душой, но кто знает, где они и в самом деле побывали и что делали.

— Фуджибаяши? — Томоя встал рядом с ней, не обращая внимания на меня и остальных.

— Простите, Оказаки-сан. — она вновь начала всхлипывать. — Мы встретились по пути... и он попросил меня помочь ему собраться с силами... перед собеседованием... просто пройтись и поболтать... а он же вроде ваш друг, ну я и...

Убить дуру. Друг он, видите ли. Ты хоть головой думала, что если у Томои в друзьях Ёхей, то ещё один может оказаться из той же клоаки?

— Ладно. — Томоя устало вздохнул. — Главное, что ты в порядке. — он похлопал Рё по плечу, отчего та испуганно дёрнулась. Не бойся, не бросает он тебя, как я и думала. Жаль, что не отчитал, но уж это тоже вряд ли, сам не послушный мальчик. Хотя и стоило бы.

— Ладно, мы пойдём. — я дёрнула сестру со стула; кот успел убраться с её колен. — Простите, что всех задержали.

— Да ладно, заходите ещё. — отозвалась Мисае. — Только на ночь не оставайтесь, а то две красивые девушки в общежитии спортсменов — вам же осаду придётся держать. — Под её смех я молча вывела сестру на улицу. Томоя вышел с нами.

— Кё, ты там Каппея хоть не пришибла?

— Попыталась. — буркнула я. Он понимающе кивнул.

— Если он опять на меня налетит, то постараюсь с ним поговорить.

— Слушай, ты что, даже не ревнуешь? — я уселась на мопед, и Рё вновь стала устраиваться позади меня. Томоя нахмурился и пожал плечами. В принципе да, он только узнал после того, как несколько часов мотался по городу, когда ему ревновать-то.

— Ладно, бывай. Завтра увидимся! — я дала по газам и, насколько успела увидеть, Рё ему помахала на прощание.

— Рё. — начала я, когда мы выехали на шоссе. — Зачем ты вообще с ним пошла?

Рё явно меня слышала — едем мы медленно, мотор не так уж и шумит — но ничего не ответила. За весь вечер она так мне ничего и не сказала — то ли обиделась, то ли задумалась.

Уже в кровати я подумала, что, может, она просто не ожидала такого внимания. Сестра всегда была стеснительной и тихой, раньше даже некрасивой, потом всё-таки созрела и расцвела, однако особым успехом у парней никогда не пользовалась. А тут один шлёт любовное письмо, второй принимает её чувства, третий зовёт гулять и оказывает знаки внимания. А ведь она ещё и неконфликтная, надавишь — и сделает всё, что попросишь. Одно наложилось на другое, а о том, что за неё будут беспокоиться, просто не подумала.

Эх, сестрёнка. Завтра надо будет перед ней извиниться.

22 апреля, вторник

Томоя Оказаки

На этот раз на пути в школу меня ничего не задержало. Никаких котов на автомобилях, требующего помощи рабочего и даже неспособной перейти дорогу старушки. И хорошо: после вчерашних внезапной утренней работы и не менее внезапной пробежки по городу в поисках Рё тело до сих пор не пришло в себя. Приятно, конечно, получать каждый день приличную сумму денег, но так чувствовать себя после этого...

— Оказаки-сан, здравствуйте.

Рё стояла у школьных ворот и ждала меня, вся милая и аккуратная, словно не она вчера устроила нам всем прекрасный вечер. Кё абсолютно точно её вчера отчитала за это, но я этим заниматься не собираюсь. Придираться к своей девушке, тем более на пятый день отношений — верный способ её потерять.

— Привет, Фуджибаяши. — я улыбнулся ей.

— Оказаки-сан. — она улыбнулась в ответ и тут же сделала виноватую мордашку. — Я... простите меня за вчерашнее. — Последовал глубокий поклон. — Я не думала, что мне может что-нибудь грозить, и... эм... что поступаю неправильно... ведь если мы встречаемся... то не должна гулять с другими парнями...

Её голос становился всё тише. Наверняка сегодня по школе пойдут слухи, что сама староста класса мне кланяется и это что-то значит. Вон уже многие на нас смотрят.

— Фуджибаяши?

Она разогнулась и вопросительно посмотрела на меня.

— Не возражаешь, если тогда я прогуляюсь с другой девушкой?

— Кто она! — Рё мигом придвинулась ко мне, и её глаза аж загорелись. Так-так-так.

— Никто. — усмехнулся я. — Просто теперь имею право разок прогуляться с другой девушкой, не так ли?

— А... э... — Рё замялась. — Э... ну... наверное... но... Оказаки-сан, не надо, пожалуйста...

— Расслабься, я пошутил. Мне всё равно не с кем. — я положил руку ей на плечо, и Рё вздрогнула. А затем положил ей руку и на другое плечо — так, проверить реакцию. Рё сначала не поняла, что происходит, но быстро обнаружила, что она теперь в моём захвате, и начала превращаться в помидор. Мы смотрели друг на друга, и я любовался тем, как переливается румянец на её щеках, блестят глаза и приоткрываются губы...

Толстенная книга пролетела ровно между нами, едва не стукнув по носам, и улетела куда-то в кусты.

— А, привет, Томоя. — Кё подскакала к нам. — Прости, у меня рефлекс нападать на всех, кто тянет к моей сестрёнке свои грязные лапы. Кстати, ты их сегодня мыл?

— Мыл. — я отпустил Рё. — И руки, и ноги, и подмышки. Показать?

— Эй, полегче! — она отшатнулась. — Прибереги стриптиз для Рё. И чего это вы решили целоваться в такой толпе?

— Мы не!.. — пискнула Рё.

— Да? А выглядело как поцелуй. Вы осторожнее там, а то ещё поползут грязные слухи. Особенно если я их распространю, ха-ха-ха! — Кё сегодня явно была довольна собой. Она подобрала книгу, отряхнула её и сунула в рюкзак. — Давайте в класс, любовнички, а то опоздаете, придётся заходить вдвоём и все сразу всё поймут. — Она весело умчалась вперед нас. Я вздохнул и оглянулся на Рё цвета закатного солнца.

— Пойдём, Фуджибаяши. Уж что с твоей сестрой поделаешь.

— А... ага. — кивнула она, и мы вместе направились в класс.

Допустим, Кё права, и я не должен видеться с другими девушками какое-то время. Но оставлять Миядзаву в неизвестности я просто не мог, и поэтому на первой же перемене отправился в архив, хоть и не особо рассчитывал застать её там. Насколько известно, уроки она посещает, так что вряд ли так сразу будет на месте. Можно было бы заявиться на обеденном перерыве, но я подумывал провести его с Рё и Сунохарой, вчера повопившем на меня за то, что не рассказал ему про такое важное событие, как девушка.

Как ни странно — была. И уже занималась делом.

— Ты прикладываешь слишком большие усилия, вот и соскальзывает. — говорила она Фуко, аккуратно проводя ножом по куску дерева. Девочка сидела напротив неё с тем же в руках и внимательно слушала.

— Твои руки уже выздоровели? — я закрыл дверь, Фуко вздрогнула и повернулась ко мне.

— А-а-а, извращенец! — она выставила нож вперёд. — Не подходи к Фуко!

— Больно надо. — я отвернулся от неё. — Миядзава, можно тебя на пару слов?

— Разумеется, Томоя-сан. — она уже направилась было к столу — видимо, за едой — но развернулась и подошла ко мне.

— Миядзава. — я немного понизил голос. — Прости, но я какое-то время не смогу сюда приходить.

— Почему? — она заметно огорчилась. Вот как ей нормально объяснить.

— Просто понимаешь... Кё, которая вчера сюда приходила... я встречаюсь с её сестрой, и это... она не хочет, чтобы я общался с другими девушками, включая тебя, потому что, ну... та это плохо воспринимает.

Миядзава грустно покивала.

— Понимаю. — вздохнула она. — Хотя это, конечно, нехорошо, Томоя-сан. Если девушка сразу требует от вас такое, значит, она не уверена в вас, себе или отношениях в целом.

— Скорее второе. — уж неуверенность Рё в себе я прекрасно вижу. — Не переживай, вряд ли это продлится долго. Однажды, может, даже приведу её сюда. Да и Сунохара будет захаживать, уж ему-то девушка и её запреты не светят.

— Спасибо, Томоя-сан. — она улыбнулась. — Буду скучать и ждать вас.

— А вот Фуко скучать не будет. — заявила та, кого не спрашивали. — И вообще, какая девушка может быть у такого извращенца? Ты просто понял, что красота и милота Фуко мигом завоевали сердце Миядзавы-сан, превратив твои нулевые шансы в полностью нулевые, и сейчас позорно сбегаешь!

— И научи её хорошим манерам, пожалуйста. — попросил я. — До скорого, Миядзава.

— До скорого, Томоя-сан.

Я поклонился и вышел из архива. На душе было пасмурно. Вчера нисколько не приревновал Рё, прекрасно зная, что она не станет изменять мне с Каппеем так вот сразу, и уверенность сестёр в том, что с другой девушкой поступлю иначе, даже немного обижала. Да и посиделок с Миядзавой мне будет не хватать, пусть даже эта Фуко теперь там обосновалась.

Что-то от этих отношений пока больше проблем, чем радости.

Как только обеденный перерыв начался, Рё подошла к моей парте и улыбнулась.

— Оказаки-сан, давайте я за вас сегодня заплачу. — предложила она. О желании пообедать вместе сказал ей ещё утром.

— Не стоит, с нами сегодня ещё и Сунохара будет обедать.

Сунохара, до сих пор лежащий на парте и уныло смотрящий в нашу сторону, встрепенулся.

— А почему это я? — спросил он.

— Э, Оказаки-сан... я бы хотела поесть лишь с вами... простите, Сунохара-сан... — Рё смущённо поддержала его. Жаль, думал постепенно знакомить их поближе, а то ещё нарвусь на "оставляешь друга ради девушки" или того вроде.

— Ты уверен, Сунохара? — всё же попытался я. — Поесть за чужой счёт, познакомиться со старостой, просто посидеть с красивой девушкой...

— И чтобы Кё вытащила наружу мои кишки, спасибо. — буркнул он. Иногда Сунохара неожиданно умён. — Вот когда буду уверен в своей безопасности, тогда и приглашайте. — и он быстро покинул класс. Неужели всё-таки обиделся? Конечно, я не рассказывал ему про Рё, но пока и рассказывать-то нечего, да и не подписывался докладывать ему обо всём происходящем со мной.

— Оказаки-сан... — пролепетала Рё. — Вы... считаете меня красивой?

— Разумеется. — кивнул я.

— А... а... — боже, её так легко вогнать в краску. — А... тогда... вы и сестру считаете красивой?

Опа, вопрос с подвохом. И как же на него ответить, учитывая, что Кё наверняка об этом узнает?

— Фуджибаяши, я вообще-то голоден. И если ты приглашаешь, то давай пойдём, иначе я скоро и Ботана красивой девушкой назову, лишь бы поесть.

Вроде выкрутился — по крайней мере, Рё хихикнула и послушно направилась вместе со мной в столовую.

Зря мы сюда пошли, так-то. Стояла привычная толчея, где слабых притирали к стенке и оставляли голодными. Обычно я следовал за Сунохарой, чьё желание еды было сильнее преград, но сегодня его тут не было — очевидно, ушёл к Миядзаве — и толкаться пришлось мне, а Рё стараться не отставать. Более-менее мы добрались до прилавка, разжились булочками с соком — Рё заплатила, пока я делал вид, что не вижу этого — и умудрились сесть за свободный столик.

— Спасибо, Оказаки-сан, что помогли пройти. — смущённо сказала Рё. — Обычно со мной сестра ходит, а теперь вот вы...

Угу, я видел, как Кё прорывается через эту толпу. Люди в итоге предпочитают отслеживать её и расступаться заранее — эта уважаемая учителями староста и отличница знает, куда бить, чтобы было больнее и не осталось следов. Страшный человек.

Кстати о.

— А где она? — я оглядел толпу, но особых криков боли, отмечающих путь ледокола имени Фуджибаяши, слышно не было.

— Не знаю. — Рё тоже огляделась. — Обед она сегодня с собой не брала...

Ох, не вздумала бы она заходить к Миядзаве. Пойти без меня и выяснить, действительно ли мы лишь друзья, попутно подкормившись там — с Кё станется. Драться она, конечно, не будет, но что-нибудь неприятное сказать и вообще поскандалить...

— Ну и ладно. — всё равно мне отсюда уже не уйти. — Фуджибаяши, ты и сегодня намерена меня проводить?

— Я так-то каждый день планировала... — ответила она и припала к соку.

— Хорошо. — я стал жевать булочку. — Просто мне сегодня реально нужно к Сунохаре, я у него одну вещь оставил.

— Ммм. — Рё задумчиво отпила немного и тоже принялась за еду. — Ну... я могу зайти с вами... если не будет проблем...

Вчера она, услышав мой преувеличенный рассказ про то, как выглядит изнутри общежитие парней и комната Сунохары в частности, предпочла поспешить на автобус. Мы оба помним, чем это кончилось, потому сегодня у Рё нет вариантов.

— Хорошо. — хотя честно, зачем мне это? Мы можем прогуляться и без захода на территорию ужаса и мрака, всё равно я наверняка зависну у Сунохары вечером. Может, просто хочу похвастаться, мол, Томоя Оказаки, лентяй, прогульщик и просто плохой ученик, идёт с девушкой, и не абы с какой?

Я посмотрел на Рё, сосредоточившуюся на еде. Ну да, ею хвастаться можно, Рё выглядит как идеальная девушка — по крайней мере, для такого нетребовательного парня, как я. Ещё бы узнать её получше.

— Фуджибаяши, а какую именно мангу ты читаешь?

Она поперхнулась соком и закашлялась, так что мне даже пришлось вставать и похлопывать её по спине.

— Разную. — сказала она, отчего-то сжимая булочку так, словно пыталась её раздавить.

— Ну вот например? Романтическую? Фэнтези? Или, может, пошлую?

— Романтическую! — почти крикнула она. — Пошлую... не читаю... вот сестра да...

— Вот как? — заинтересовался я. — И что именно она читает?

— Оказаки-сан, это неприлично, спрашивать такие вещи у девушек... — С таким красным лицом и заболеть недолго. — И не говорите ей, что я вам это сказала!

— Да не буду. — Но помнить стоит. Неожиданный компромат на Кё нельзя так просто оставлять. — А из романтической что последнее читала?

— Э... ну... — она заёрзала. — Там девушка... встречает мальчика... ну и...

Вау, какая неожиданность для романтики.

— Простите, Оказаки-сан, мне стыдно об этом говорить... — Рё даже опустила голову, и я вздохнул.

Поговорили, называется.

После уроков мы вместе направились к общежитию. Кё нас не беспокоила, о ней вообще подозрительно целый день не было слышно. И, пожалуй, это было плохо: без неё нашу компанию я и не знал, как расшевелить. Сунохара непривычно угрюмо косился на шагающую рядом со мной Рё, а та была молчалива даже по своим меркам. Оба явно тяготились обществом друг друга, и надо было придумать способ это исправить.

— Сунохара, ты вчера в комнате не находил визитку? Кажется, вчера её обронил. — спросил я то, из-за чего мы сейчас к нему и направлялись.

— Неа. — буркнул Сунохара. — Если кот не утащил, то там где-нибудь и лежит.

Плохо дело. Обычно по пути домой он заливается соловьем о том, как весело — по его мнению — мы будем проводить время.

— Кстати, мне имя того, кто выдал эту визитку, чем-то знакомо. — пытался я всё-таки продолжить разговор. — Юсуке Ёсино. Не слышал о таком?

— Неа, не слышал. — столь же мрачно ответил Сунохара. — Поня... стоп, Юсуке Ёсино? Серьёзно?

— То есть слышал.

— И ты слышал, балда! Юсуке Ёсино, один из крутейших музыкантов, я даже его кассету при тебе ставил! — наконец-то Сунохара оживился. — Его рифмы вообще... просто огонь! Даже она, может, слышала! — он без стеснения ткнул пальцем в Рё, которая замотала головой.

— Если только не зная, что это он. — добавила она.

— Я сейчас вам поставлю кассету, так скажешь точно! — воодушевился Сунохара. — Хотя зачем кассета! Ты где эту визитку раздобыл?

— Отдал рабочий, который фонари меняет. — ответил я.

— Врёшь. — уверенно заявил Сунохара. — Юсуке Ёсино рабочий? Да он на гонорарах должен жить припеваючи! Может, просто на улице нашёл, или... — он подобрался. — Или это твой очередной розыгрыш?

— Визитка же распечатана. — отмахнулся я. — Стал бы тратить деньги, чтобы тебя разыграть.

— Ну ладно. — произнёс Сунохара, всё ещё сомневаясь. — Но тогда получается, что я в одном городе с самим Юсуке Ёсино живу? И даже могу его встретить? И потом хвастаться, что видел его вживую?

— Будет жалко хвастаться только тем, что встретился со знаменитостью. — отметил я, но Сунохара лишь фыркнул.

— Ты лучше скажи, где ты его нашёл? И где его сейчас можно найти?

— Сейчас?

— А что? Я как чувствовал, когда на днях у младшеклассника гитару вытребовал! Заявлюсь к нему и скажу, что начинающий музыкант, хочу взять пару уроков. А там, под руководством самого Юсуке Ёсино... Слава, деньги, девчонки, хаааа... — Сунохара стал потихоньку уплывать в мир грёз, хихикая про себя, но тут же очнулся. — О, а ещё можно представить тебя, Оказаки, как моего партнёра.

— Я же играть ни на чём не умею. И не называй меня партнёром, звучит отвратительно.

— Будешь на барабанах. — недолго думал Сунохара. — На них и уметь играть не надо, стучи себе да стучи. А насчёт тебя... — он вновь ткнул в Рё. — Ты петь умеешь?

— Э... — начала она.

— Да тоже неважно, половина всех этих поп-идолов петь не умеет. — Сунохара не стал и тут разбираться. — Будем основывать свою группу, я глава-гитарист, Оказаки барабанщик, Фуджибаяши вокал, Юсукэ Ёсино наш мудрый наставник. Вместе мы пробьёмся на вершину славы!

— Хорошо, Фуджибаяши, пойдём отсюда. — я взял её за руку и развернулся. — А то ещё немного, и волна глупости захватит нас, заставив участвовать в этом отстойном аниме-мюзикле.

— Почему сразу отстойном? — возмутился Сунохара. — Оказаки, стой! Да стой же, ну не хотите в группу, как хотите, но Ёсино-сана помоги найти! Только ты знаешь, где он может быть!

— Ну хорошо. — я прекратил попытки сбежать с Рё. — Но тогда ты будешь отдавать мне восемьдесят процентов гонораров как человеку, который проложил тебе дорогу на музыкальный Олимп.

— А ты не офигел? — завопил Сунохара. Так с руганью о том, кто кому и за что должен, мы добрались до общежития. В комнате я быстро нашёл лежащую на полу визитку и показал её Сунохаре.

— Инженерная компания... ну не может известный музыкант работать в инженерной компании. — Сунохара с сомнением повертел визитку в руках. — Что он там забыл? Оказаки, это точно не твоя шутка? Она слишком далеко заходит.

— Будь это моя шутка, он бы занимался разведением крокодилов.

— Я бы на это вообще не купился. — хмыкнул Сунохара. Я усмехнулся — этот болван верил и в большие глупости. Пока он продолжал вертеть визитку, непонятно что высматривая, я оглянулся проверить, как там Рё.

Она стояла на чистом участке пола, прислоняясь к стене и осматриваясь одновременно с любопытством и ужасом. Ну да, вот это обычная комната парней вроде Сунохары — за всех говорить не буду. Разбросанная одежда, не факт что пустые пачки сока, просто пакетики, некоторые из которых чем-то измазаны, журналы, в том числе и... ай-яй-яй, Сунохара. Причём Рё почему-то расширенными глазами уставилась именно на этот журнал. Уж извини, но после этого моя комната — которую, чую, однажды придётся показать — будет для тебя образцом чистоты.

— Короче, вот гитара. — Сунохара, слегка чертыхаясь, вытащил её из груды мусора у шкафа. — Надо бы немного поиграть перед выходом, как думаешь?

— Ты там учти, что у него рабочий день не резиновый. — предупредил я.

— Точно же. — спохватился Сунохара. — Ну, тогда выходим. — Он помчался на выход, и мы потянулись за ним.

Хоть Сунохара и возлагал на меня такие надежды, я тоже не имел понятия, где искать Юсуке. Поэтому мы просто пошли вдоль ближайшего ряда фонарных столбов, но и так его не обнаружили.

— Может, покричать его? — предложил Сунохара, тут же сложил руки рупором и прокричал в них:

— Юсуке Ёсино!

Мы с Рё переглянулись, я пожал плечами и тоже начал кричать. Она присоединилась, но в наших воплях её робких попыток почти не было слышно.

Как ни странно, но это сработало: через пять минут наших воплей Юсуке показался на улице, всё ещё в рабочей одежде, и хмуро посмотрел на нашу троицу.

— И что это вы тут делаете? — поинтересовался он. Сунохара посмотрел на него вытаращенными глазами.

— Он. Ну точно, он. Ёсино-сан, я ваш преданный фанат! — завопил он. Это известие ожидаемо не обрадовало Юсуке, который лишь расстроено вздохнул.

— Я не понимаю, о чём ты. — он посмотрел на меня, затем на Рё, зато вновь на меня уже более добродушно. — А вы тут зачем?

— Мы начинающие музыканты. — вмешался Сунохара. — Хотим создать свою группу и чтобы вы нас научили, Ёсино-сан. Вот, у меня даже гитара есть. — и он с гордостью продемонстрировал её. Юсуке взглянул на гитару, на него и вновь нахмурился.

— Покажи руки. — неожиданно сказал он.

— А? — не понял Сунохара. Тогда Юсуке шагнул вперед, схватил его правую руку и безо всяких усилий вытянул её, всмотревшись в ладонь.

— Никакой ты не музыкант. — тут же сказал он, отпуская руку. — У любого гитариста первым делом появляются мозоли, а у тебя их нет.

— Ну, я вообще ещё только начинающий. — попробовал выкрутиться Сунохара. — И хочу с самого начала учиться под вашим руководством. И они хотят! — ткнул он в нас.

— Вот как? — Юсуке скептически оглядел меня и Рё. — И на чём вы играете?

— Оказаки на барабанах, это самое лёгкое! — Сунохара вновь сунулся. — А Фудзибаяши поёт. То есть ещё не умеет, но будет. Или там фонограмму пустим, делов-то!

— Фонограмму? — Юсуке посмотрел на него. — Самое лёгкое? Прости, парень, но ты не музыкант и никогда им не будешь. Нельзя заниматься музыкой, думая, что это очень легко, иначе сдашься после первой же попытки. Игра на гитаре — это содранная кожа, боль и кровь, которые ты должен преодолеть для того, чтобы нести людям свою музыку, свои мысли, своё я. Ты должен жить музыкой, думать о ней, быть готовым отказаться от самого дорогого ради неё, если хочешь быть настоящим музыкантом. Готов ли ты к этому? Сможешь ли так жить?

Судя по лицу Сунохары, ответ был отрицательным. Юсуке несколько разочарованно отвернулся от него и вновь обратился к нам.

— Вы ведь оба тоже не музыканты, да?

Я мотнул головой.

— Дай гитару. — неожиданно потребовал Юсуке у Сунохары. Тот всё ещё пребывал в ступоре, но послушно протянул её, и рабочий тщательно осмотрел её.

— Найди того, кто больше подходит, и отдай гитару ему. — наконец сказал он. — Это хороший инструмент, и он ещё может достойно послужить своему предназначению.

Сунохара лишь кивнул.

— А... — он наконец подал голос. — Можно автограф?

— Я не раздаю автографы. — отрезал Юсуке, и Сунохара окончательно сник. Он принял гитару обратно и уныло поплёлся в сторону общежития.

— Оказаки, да? — обратился Юсуке ко мне. — Это ведь твоя девушка?

— Да. — ответил я.

— Береги её. — серьёзно сказал он. — Любовь — вот что поддерживает нас и позволяет жить. Ты любишь, а значит, у тебя впереди есть будущее, как и у неё. Ты тоже его береги — сказал он Рё. — Ему нужна любовь, как и тебе и всем людям, и близкого человека, способного подарить тебе любовь, надо беречь и ценить больше, чем самого себя. Оказаки, моё предложение ещё в силе. До встречи. — он направился к стоявшему неподалёку белому фургону. Я взглянул на Рё, которая внезапно не была красной — скорее задумчивой.

— Похоже, тебе не удастся стать певицей. — сказал я ей.

— Мне и не надо. — откликнулась она. — Я даже не знаю, как пою.

— Могу как-нибудь послушать. — предложил я. Она смешалась, и румянец вернулся на её лицо.

— Оказаки-сан... не проводите меня до автобусной остановки? Отсюда недалеко.

На остановке нам пришлось какое-то время ожидать автобуса. Рё ничего не говорила и была непривычно задумчива. Когда же автобус показался, она повернулась ко мне.

— Оказаки-сан. — Рё протянула мне руку. Я немного удивлённо протянул и свою, после чего она взяла её и тихонько сжала. Рука была невероятно тёплая, даже горячая, мягкая и нежная, наши пальцы сплелись в клубок, и я почувствовал, как моё сердце забилось сильнее, так, что отдавалось в ушах. Рё же не двигалась и смотрела на наши руки, пока автобус наконец не подошёл, после чего расцепила пальцы.

— До завтра, Оказаки-сан. — она быстро поклонилась и заскочила в автобус. Я помахал ему вслед, всё ещё храня тепло её ладони. Стеснительная девочка Рё, да. Похоже, речь Юсуке как-то на неё повлияла. Я же больше размышлял над его последними словами, что предложение работать с ним всё ещё в силе. Кё о поступлении в колледж, разумеется, шутит — даже если умудрюсь всерьёз взяться за учёбу, то месяцы пропусков и разгильдяйства ничем не компенсировать, и любой колледж откажет мне лишь поэтому. Но работа нужна, если я планирую что-то серьёзное с Рё, и нельзя упускать ту, что предлагают. Другое дело, что как она на это отреагирует, наверняка ведь сама в колледж будет поступать, и захочет, чтобы и я постарался. Да и готов ли к такой работе, всё время поднимать тяжести, залезать наверх и что там ещё электрики делают, со всяким током возятся? Может, лучше подыскать что-нибудь не такое сложное?

Кё Фуджибаяши

Зуб даю — произойди это в более пустынном месте, и эти двое поцеловались бы.

Ну и если бы я не вмешалась, да. Конечно, молодцы, что двигаются вперёд, да и школа уже в курсе их отношений, хотя точных деталей не знает никто, но всё же, нечего целоваться прилюдно. И уж тем более в моём присутствии. Нечего, и всё тут!

Впрочем, далее я их не трогала. В том числе и потому, что решила ещё раз сходить в этот архив, проверить, не вздумал ли Томоя проигнорировать мои слова. И вообще разобраться, что там происходит. Девочка не может регулярно кормить мальчика и при этом ни на что не намекать, да ещё вместе с ним и Ёхея угощать. Мало ли что Томоя думает о ней как о друге.

Знаю я такую дружбу.

Так что на большой перемене сразу направилась туда. Хотела прийти раньше них и осмотреться, но не удалось — обе девушки уже сидели за столом и возились с кусками дерева. Они хоть на уроки ходят?

— Кхм. — громко сказала я, хлопая дверью. Обе вздрогнули, и девочка с закреплённой бантом волосами указала на меня ножом, однако другая улыбнулась.

— Фуджибаяши Кё-сан, здравствуйте. — обратилась она ко мне.

— Называй уж как-нибудь покороче. — я прошла к столу. — Я так понимаю, тут кофе и прочую еду подают? Хотелось бы попробовать.

— Разумеется, Кё-сан. — она мигом направилась к своему столу. Там что, электроплитка? Блин, неудивительно, что Томоя тут застрял, с таким-то отношением к гостям. Я уселась на стул и уставилась на вторую девочку, сосредоточившуюся на куске дерева, по которому она аккуратно водила ножом, уже потеряв ко мне интерес. Не сказать, что красивая, и как минимум на год младше меня. Если бы Томоя предпочёл её Рё, я бы надела на него корону идиота, сделанную из бешеных ядовитых змей.

— Пожалуйста, Кё-сан. — другая девушка уже поднесла мне стаканчик кофе. — Сэндвичи скоро будут готовы. Простите, больше еды у нас пока что нет, ещё не успела пополнить запасы.

Или ты их прячешь от неизвестной и недоброй гостьи. Я пожала плечами и взяла стаканчик.

Томоя, сволочь, как ты смел держать от меня в секрете такое офигенное место с таким офигенным кофе? Я откинулась на спинку стула, смакуя вкус обжигающей жидкости и наслаждаясь тишиной, прерываемой лишь треском электроплитки, подогревающей сэндвичи, да скрипом ножа по дереву.

— Что вырезаешь? — спросила я девочку. Та прекратила работу и подняла голову.

— Звёздочку. — ответила она. — Фуко надо вырезать много-много звёздочек, чтобы раздать их как пригласительные на свадьбу сестры.

— Звучит не очень логично. — заметила я.

— Наоборот! — взвилась Фуко. — Обычные приглашения просто бумажки, которые все тут же выкинут! Но никто не посмеет выкинуть такие милые морские звёздочки, а наоборот, поставят у кровати и будут любоваться на них перед сном!

— Это только странные люди будут делать. — сказала я, и Фуко насупилась.

— Фуко не странная. — упрямо заявила она. — Фуко самая нормальная личность в округе, и всё, что она делает, нормально по умолчанию. Только всякие извращенцы считают иначе.

Я хмыкнула и не стала продолжать спор. Да и не хотела — кофе невероятно расслабил, стул казался мягким, а та девушка уже несла сюда тарелку с сэндвичами и кофейник.

— А как тебя зовут? — спросила я её.

— Юкинэ Миядзава. — девочка аккуратно уселась напротив меня. — Приятно познакомиться.

— Приятно, Юкинэ. — я тут же налила себе ещё кофе и схватила сэндвич. Какое-то время мы втроём — Фуко оставила нож и тоже потребовала кофе — тихо и не спеша наслаждались едой. Если Томое каждый день такое предлагали, то Рё надо не просто научиться готовить, а делать это мастерски, иначе сравнение будет слишком не в её пользу.

Тишину прервала распахнутая дверь и противно знакомый голос:

— Юкинэ-тян, привет, я уже... ох твою ж налево!

— Ну привет, Ёхей. — я повернула к нему голову. — Вот и нашла ещё одно ваше тайное место.

— И зачем? — завопил он. — Здесь было так уютно, а теперь тут два придурка сидят и мешают!

— Как ты меня назвал? — после кофе не хотелось двигаться, но руку я всё же угрожающе протянула. — Скорее это вы тут с Томоей были двумя придурками!

— Сунохара-сан, проходите, пожалуйста. — Юкинэ вмешалась в нашу свару. — Сэндвичи и кофе ещё остались.

— Только держи этих двоих подальше от меня. — проворчал Ёхей, бочком продвигаясь к соседнему столу.

— Миядзава, выгони его, он посмел оскорбить Фуко! — девочка наконец прожевала сэндвич и тут же возмущённо завопила. — Как будто такой странный извращенец вообще может называть других придурками!

— Вот-вот. — поддержала я. — Кстати, тут много книг, а я давно в тебя не швыряла, ещё потеряю хватку...

— Я за это место буду стоять прочно и костями лягу! — завопил Сунохара, занося кулак так, словно подумывая стукнуть им по столу. — Как и за эту девушку, которую вы сейчас будете объедать за просто так!

— Успокойтесь, Сунохара-сан. — сказала Юкинэ, наливая ему кофе. — Никто никого не будет объедать и швыряться книгами. Давайте просто мирно посидим и поедим.

Юкинэ не повышала голос, не сверкала глазами, не угрожала и улыбалась всё так же вежливо-добродушно — но Ёхей и Фуко тут же заткнулись, да и я почувствовала, что не имею ни малейшего желания продолжать свару.

— Томоя не с тобой, значит? — вместо этого спросила я Ёхея.

— Он с твоей сестрой в столовую собрался. — проворчал он. Фуко пробурчала что-то про то, что извращенцам всюду девушки мерещатся, но развивать тему не стала. Значит, Томоя и Рё опять решили вместе поесть? Похоже, он прислушался к моим словам насчёт встреч с другими девушками, и этой Юкинэ можно не опасаться. Хотя она и так не похожа на ту, что страдает из-за его отсутствия.

— Ладно. — я с сожалением допила кофе. — Тут очень хорошо, но я пойду, иначе Ёхей будет весь обед на иголках сидеть и меня бояться. — Тот сверкнул глазами, но возражать не стал. — Всем пока.

— До свидания, Фуджибаяши-сан. — сказала Юкинэ, в то время как остальные что-то вежливо пробурчали. — Подождите минутку. — она подошла ко мне поближе. — Это ведь ваш кабанчик по городу рыскает?

— А что? — насторожилась я.

— Просто хотела сказать, что он любит кормиться в булочной Фурукав. А тамошний хлеб славится своей... ммм... необычностью, так что я хотела бы вас предупредить об этом.

Булочная Фурукав? Хм, а я ведь знаю, где это, пару раз проходила мимо. Значит, Ботан туда бегает за хлебом? Так вот почему он в последнее время набрал вес.

— Спасибо. — поблагодарила я.

— Не за что. — улыбнулась Юкинэ. — И передавайте привет Томое-сану.

Она поклонилась и отошла к остальной компании. Я пару секунд смотрела ей в спину, а затем вышла из архива.

Парочку я решила и после школы не трогать. Если вновь поведут себя как вчера, то усыплю их, привяжу лицом друг к другу и запру на пару дней где-нибудь. Мигом стеснение потеряют и отношения укрепят.

Булочная Фурукав была совсем неподалёку, на мопеде минут за пять домчалась. Юкинэ не выглядела лгуньей, но я решила убедиться во всём сама, и желательно поймав Ботана на месте преступления, так что оставила мопед на соседней улице, надежно приковав его, и отправилась к булочной. Повезло — он действительно был там, стоял рядом с входом и кушал... эм... радужный хлеб? Причём с явным удовольствием.

— Эй! — окликнул меня стоявший в дверях булочной мужчина, подкидывая Ботану ещё хлеба. Высокий, мускулистый, с растрёпанными каштановыми волосами и сигаретой в зубах он походил бы на какого-то выросшего хулигана, однако зелёный фартук с пандой портил всю картину. — Не любуйся, мы тут не устраиваем представления. Здесь булочная, а не цирк.

— И не думаю. — ответила я. — Просто это мой кабан. Ботан, сюда!

— Оу. — присвистнул мужчина, наблюдая за тем, как Ботан тащит ко мне остатки хлеба. — Ты поосторожнее с ним тогда. Я ведь сначала хотел пустить его на булочки с мясом, да слишком уж маленькая партия выходила.

— И правильно. — Никому не дам обижать моего малыша. — Иначе бы я вас сама в эти булочки запекла.

— М? — он отошёл от двери и приблизился ко мне. — Маленькая девочка смеет угрожать большому и взрослому мужчине?

— А большой и взрослый мужчина смеет угрожать маленькому кабанчику. — я схватила Ботана на руки. — И не стыдно?

— Он ветчина, у меня нет стыда перед ветчиной. — серьёзно сказал мужчина. — Хочешь меня пристыдить, так давай пойдём в тот парк, и если сможешь отбить мой бросок — извинюсь перед кабаном. А не сможешь — не извинюсь и буду звать его ветчиной.

— Ммм. — я посмотрела в указанном направлении. — То есть мы там будем наедине, и я с битой. Звучит многообещающе.

— Пфф! — он улыбнулся, показав зубы. — Грудь ещё не отросла битой размахивать. А раз угрожаешь, то будешь ещё и есть хлеб моей жены в наказание за проигрыш.

Позади него громко всхлипнули. Там стояла красивая женщина со светло-каштановыми волосами, украшенными двумя тонкими антеннами, и утирала слёзы белым фартуком.

— Так мой хлеб... лишь наказание... за проигрыш! — заревела она и помчалась по улице. Мужчина метнулся в дом и тут же выскочил с набитым хлебом ртом.

— Я лювлю ево! — замычал он, пускаясь вслед за женщиной.

— Мама, папа, вы опять! — закричала выскочившая за ними девушка. — Ох, простите. — Она поклонилась мне. — Заходите внутрь, выбирайте хлеб по вкусу.

— Спасибо. — я мотнула головой. — Мне тут сказали, что его для наказания используют.

— Это мамин. — без тени улыбки сказала девушка. — Папин же очень вкусный. Зайдите, убедитесь, я вас даже бесплатно угощу.

Сегодня что, всемирный день халявной еды для Кё? Что ж, отказываться нельзя, так что я зашла внутрь. Девушка засуетилась, принося мне булочку и наливая чай. Она тоже носила белый фартук, и в нём очень походила на маленькую копию той женщины, что сейчас бегала снаружи — даже волосяные антенны были точно такие же.

— Вы ведь из старшей школы, да? — спросила она, поглядывая на мою форму.

— Ага. — Ботан потянулся к булочке, но я отодвинула её. Кто-то уже поел, знаете ли. — Фуджибаяши Кё, староста 3-Е класса.

— Приятно познакомиться, Фуджибаяши-сан. — девушка поклонилась. — А я Нагиса Фурукава, из класса 3-С.

— Приятно. — 3-С? Знаю людей оттуда, включая тамошнего старосту, но никакой Нагисы не припомню.

— Вы меня, наверное, не знаете. — Нагиса словно прочла мои мысли. — Я часто болею, даже оставалась на второй год, и у меня не очень хорошо получается общаться с другими, эхехе. — она мило улыбнулась и села напротив меня. Ботан тяжело вздохнул, наблюдая за исчезающей в моём рту булочкой.

— Вступи в клуб. — я отпила чаю. — Там даже при болезни тебя бы помнили, а то и что-нибудь поручили на дому делать.

— Я уже в клубе. — ответила Нагиса. — Но... пока там только я одна...

— Это что за клуб такой?

— Драмкружок. — улыбнулась Нагиса. — Он был закрыт некоторое время, и сейчас я пытаюсь его возродить, но... — её плечи поникли. — Не знаю, как набрать людей.

Я отпила ещё чаю. Очень вкусно, как и булочка, школьная столовая и рядом не стояла. Даже захотелось в благодарность помочь сидящей передо мной девушке, но... Кё Фуджибаяши, тебе надо учиться и потихоньку готовиться к экзаменам, помогать Томое и Рё с их романом и, чует моё сердце, опять-таки экзаменами, а ведь и в школьный совет приглашали. Если ты ко всему этому ещё и восстановлением клуба займёшься, то совсем спятишь.

Хотя... клуб — это же можно проводить вместе время, заниматься одним делом, постепенно сближаться...

— Знаешь, — медленно сказала я. — возможно, смогу уговорить двоих людей присоединиться к твоему клубу. Троих, включая меня. Может, даже четверых...

— Правда? — Нагиса удивлённо заморгала. — Но... Фуджибаяши-сан... я просто так сказала... я не...

— Расслабься, у меня тут свои эгоистичные причины. — отмахнулась я. — Давай завтра встретимся в клубной комнате на второй перемене и обсудим получше. Заодно и кандидатов приведу.

— А... — Нагиса растерялась. — Спасибо, Фуджибаяши-сан. Я обязательно завтра приду, клубная комната в старом здании школы, на третьем этаже. Не хотите хлеба с собой? Бесплатно отдам. — она полезла к витрине выбирать хлеб.

— Эй, доченька. — донеслось от входа. — Если будешь раздавать хлеб каждому встречному, то мы разоримся.

Родители Нагисы вошли в булочную, улыбаясь так, словно не они несколько минут назад убежали в слезах и с набитым ртом.

— О, ты ещё тут. — мужчина посмотрел на меня. — Решила обмануть нашу дочь и втереться в доверие, дабы потом тёмной ночью совершить возмездие?

— У вас будет самая оригинальная причина смерти — убит летящим кабаном. — я приподняла Ботана. Мужчина вновь усмехнулся, но тут в разговор вмешалась его жена.

— Акио, дорогой, можешь посмотреть, как там суп? А то я оставила его на плите.

— Хорошо. — мигом ответил он. — Будем считать, что этот раунд закончился моей победой! — Он ткнул в меня пальцем и направился на кухню.

— Простите, пожалуйста. — женщина поклонилась. Она в самом деле походила на взрослую Нагису, даже волосы были одного оттенка, только длиннее. — Мой муж может доставить проблем, но он добрый человек и никогда бы вас не обидел.

— Да ничего. — ответила я. Этот Акио немного походил на Томою. И не думаю, что Ботану что-либо угрожало: тогда бы он давно схватил его, а не подкармливал.

— Вы останетесь на обед? — продолжила женщина.

— Нет, спасибо, мне уже пора. — я выбралась из-за стола, не забыв захватить притащенную Нагисой круглую буханку. — Извините.

— Ну, заходите как-нибудь. — женщина явно немного расстроилась, но улыбку не убрала. — Мы всегда рады принять у себя друзей Нагисы.

— Ага. — Ну вот, меня и тут уже в друзья записали. — Нагиса, не забудь, завтра на второй перемене. До свиданья.

— До свиданья! — хором ответили они, и я наконец вышла из булочной.

Рё заявилась ко мне вечером, когда я уже лежала на перешедшем в режим подушки Ботане. Уроки были сделаны, до ужина ещё есть время, так что просто листала мангу.

— Да? — сестрёнка весь день была задумчива, и вряд ли пришла просто так.

— Кё, — сказала Рё, прикрыв дверь и усаживаясь у моих ног. — у меня к тебе дело.

— Кстати, у меня тоже. — с этими уроками совсем забыла сказать ей про драмкружок. — Кто первым начнёт?

В итоге сыграли очерёдность на "камень-ножницы-бумага". Я обрадованно стукнула ладонью по кулачку Рё и сказала:

— Как насчёт того, чтобы с завтрашнего дня состоять в кружке?

— Зачем? — удивилась она.

— Уточню. — я наклонила голову. — Как насчёт того, чтобы с завтрашнего дня состоять в одном кружке с Томоей?

— А. — и она тут же порозовела.

— Причём это драмкружок. — продолжала наседать я. — Разные элегантные костюмы. Постановки романтических сценок. Совместное поднимание занавеса, в четыре руки, касаясь друг друга, пыхтя и обливаясь потом...

— Ладно-ладно, Кё! — ещё немного, и Рё превратится в красотку с планеты краснорожих. — Я поняла. Но... Оказаки-сан согласен?

— Пусть только попробует не согласиться. — фыркнула я. — Ты его попроси на первой перемене, и он не посмеет отказать своей милой красавице, а на второй мы вместе в комнату кружка пройдём. Тоже там буду, на всякий пожарный, а то ещё уединитесь в залежах декораций.

Рё что-то прошептала, уставившиь в пол, но я не расслышала. А затем подняла голову.

— Кё, теперь моя очередь?

— Валяй.

— Я в воскресенье иду на свидание с Оказаки-саном. Не хочешь пойти с нами?

Я молчала несколько секунд, и всё это время пристально рассматривала сестру. Сестру, которая никогда не славилась хитрыми планами, да и вообще не умела обманывать, даже когда старалась.

— И зачем? — наконец спросила я.

— Я не хочу, как в прошлый раз. — она немного отвернулась. — Оказаки-сану было со мной скучно, может, даже плохо. А я не хочу, чтобы он скучал на наших свиданиях, потому... Кё, помоги мне его, ну... чтобы я поняла, как его веселить, как сделать ему хорошо. И только без пошлостей!

— Парень идёт на свидание с двойняшками, и обходится без пошлостей. — пробормотала я. — Ты всерьёз считаешь, что без меня у вас всё будет так же плохо?

— Да. — кивнула она.

— Точно?

— Точно.

— Уверена?

— Уверена. Кё, у тебя какие-то планы уже?

— Да нет... — в воскресенье я надеялась как следует отдохнуть. Или вновь последить за парочкой, попробовав всё-таки зацепить этого Каппея. В принципе, свидание можно рассматривать как вариант отдыха, но не когда на него идёшь втроём. Разве что действительно переходя на пошлости, но это...

Это просто невозможно.

— Ладно, пока что договорились. — я слабо улыбнулась ей. — А сейчас давай-ка ты покажешь мне, что у тебя там с готовкой. Будет здорово принести на свидание свой обед, так ведь?

23 апреля, среда

Томоя Оказаки

На следующее утро Рё вновь встретила меня у ворот школы.

— Доброе утро, Оказаки-сан. — улыбнулась она.

— Утро. — кивнул я. — Ну как, вчера нормально добралась?

— Ага. И даже успела немного постоять у плиты. Хочу угостить вас в воскресенье, когда мы пойдём на... свидание. — она всё продолжала радостно улыбаться, словно сейчас не вела речь о том, как бы меня отравить.

— Только давай устроим обед рядом с больницей, хорошо? — сказал я. — Чтобы не бежать долго.

— Оказаки-сан. — Рё мило надулась. — Я реально постараюсь, не так, как в прошлый раз.

— Ну смотри. — мы вместе направились в класс. — А то могу пригласить Сунохару, чтобы он пробовал первым.

— Оказаки-сан!

— Ладно, ладно.

Когда мы зашли в класс, то Рё отошла к своей парте положить сумку, а затем быстро вернулась ко мне.

— Оказаки-сан, можно ещё? — спросила она. — Не хотите вступить со мной в драмкружок?

— Кружок? — я бросил портфель на пол. — Серьёзно?

— Что-то не так? — забеспокоилась Рё. Я вздохнул, пытаясь обдумать, как бы лучше ей объяснить.

— Я не люблю школьные клубы, Фуджибаяши. Лоботряс же, не забыла? И так делаю большое одолжение, что прихожу вовремя. Чем мне там заниматься, в драмкружке? Наряжаться? Играть роль? Запоминать кучу текста? Прости, это не моё.

— Но... — Рё явно не ожидала отказа. — Но... я вам помогу... и... мы... будем заниматься вместе...

— Разве не будет лучше вместо клуба просто погулять, а, Фуджибаяши? — ответил я. — Без всяких приказов со стороны главы, физически умственных нагрузок и взглядов на любую нашу попытку заигрывать друг с другом. Без клуба нам будет только лучше, поверь.

— Но... — Рё заколебалась. — Я не знаю...

— Ты неправильно делаешь, Оказаки. — случилось чудо, и Сунохара тоже пришёл на первый урок, причём уже успел развалиться на парте. — Тебе надо сказать, типа, "о, Фуджибаяши, я буду ходить в этот невыносимый клуб только на одном условии: ты будешь целовать меня за это несколько раз в день. А когда поцелуи перестанут работать, то и дальше зайдём".

— И куда это дальше будет заходить, а? — раздался над его головой голос богини смерти. — Не уточнишь?

Сунохара едва не рухнул со стула, пытаясь спастись от Кё, но та схватила его за воротник.

— Что у вас тут вообще? — спросила она нас. — Томоя, ты чего выпендриваешься?

— Не хочу ходить в клуб. — просто сказал я.

— Ха? — Кё тряхнула Сунохару и отпустила его. — То есть твоя девушка будет заниматься одна в бог весть какой компании, а ты гулять невесть где и с кем?

— Нет, её тоже уговариваю не вступать. — кажется, я лез в пасть ко льву, но выполнять что-то противоречащее моей натуре лишь потому, что так захотела даже не моя девушка, а её зловредная сестра — фигушки.

— М? — Кё посмотрела на сестру. Та стояла вся красная и смущённо поглядывала на меня. Неужели она всерьёз восприняла Сунохару? — Рё, что думаешь?

— А... м... — она поколебалась, а затем неожиданно достала из кармана колоду карт. — Давайте я погадаю на лучшее решение?

Мы немного удивились, но Рё уже тасовала карты, удивительным образом не роняя их. Наконец она раскрыла колоду веером, немного замешкалась и протянула её мне.

— Оказаки-сан, вытяните, пожалуйста, три карты.

Я пожал плечами, вытащил их и тут же передал Рё. Что бы там на них не было изображено, моего решения это не изменит.

— Хммм. — Рё уставилась на карты и задумалась. — Оказаки-сан, сегодня вы встретите давнего знакомого, который поможет вам с верным выбором.

— И всё? — сказал я после недолгого молчания, во время которого Рё продолжала пялиться в карты.

— Да... — неуверенно сказала она.

— И проблемы это не решило, так? — подытожила Кё.

— Отстала бы от него, не хочет Оказаки идти в этот драмкружок, значит, не хочет. — Сунохара рискнул вклиниться в разговор. — А то он реально от твоей сестры что-нибудь потребует взамен.

— К твоему сведению, любитель справедливости, Рё вчера чуть не обожглась, пытаясь учиться готовить для Томои. Так что это она должна требовать взамен. — Кё гневно уставилась на него. — В конце концов, его просят вступить в клуб, а не стать лучшим учеником и преуспевающим работником — что было бы очень неплохо, вообще-то!

— Действительно вчера чуть не обожглась? — тихо спросил я Рё.

— Сестрёнка приукрашивает. — так же тихо ответила она. Кё недовольно посмотрела на нас.

— В общем, подходите на второй перемене в старый корпус. — сказала она. — Третий этаж, фиг знает какой кабинет, найдёте там. Хотя бы просто придите, может, чью-то унылую рожу ещё и забракуют. — и она выскочила из класса.

— У неё что, личный интерес в этом? — поинтересовался я у Рё.

— Не знаю, вчера как-то неожиданно предложила... — протянула она.

— Ну ладно. — я зевнул. Ложиться пораньше, что ли, а то в последние дни перестал высыпаться. — Сама-то что думаешь?

— Я? — Рё склонила голову. — Думаю... что Оказаки-сану не помешали бы клубные занятия... и... хотела бы с вами вместе поработать... — она вновь стала краснеть.

— Ладно, посмотрим. — я положил голову на парту. — Спокойной ночи... то есть это, приятно поучиться.

— Оказаки-сан, вы бы тоже поучились. — обиженно сказала Рё, перевела взгляд на Сунохару, увидела, что тот уже умудрился заснуть, вздохнула и молча вернулась на своё место.

На следующей перемене Рё меня всё-таки уговорила. Ну как уговорила — она просто ещё раз повторила про то, что хотела бы позаниматься вместе со мной, а я во время дрёмы подумал, что раз это драмкружок, то там должны быть разные платья, в которые её можно будет нарядить. Может, даже есть костюм горничной.

А ещё Рё смотрела на меня очень жалобными глазами, и я с удивлением обнаружил, что не могу сопротивляться этому взгляду. Надеюсь, она этого не просекла, а то ещё будет применять в любом удобном случае.

В общем, дал согласие пойти с ней в этот кружок и уже на месте разобраться. И сейчас мы втроём — Сунохара наотрез отказался даже близко подходить к месту, где ему могут дать работу, и Кё махнула на него рукой — обследовали этаж в поисках нужного кабинета. Сначала прошли мимо двери, но внимание Рё привлекла надпись на потускневшей табличке, гласящая, что драмкружок расположен именно тут.

— Алло, есть здесь кто? — Кё постучала по двери, а затем без стеснения открыла её.

Девушка, стоявшая посреди комнаты, удивлённо посмотрела на нас. Она держала в руках лист бумаги, словно что-то зачитывала с него, и явно не понимала, что это за сброд ввалился к ней.

Где-то я уже видел эти каштановые волосы с двумя торчащими антеннами...

— Хэй, Нагиса, это я! — махнула ей Кё. — Не забыла?

— А. — Нагиса вздрогнула. — Ой, извините, я и не думала... Здравствуйте, Фуджибаяши-сан.

— Здравствуй. — хором отозвались близняшки, и Нагиса подзависла, переводя взгляд с одного лица на точно такое же другое.

— Вы близнецы? — наконец спросила она.

— Ага. — Кё обхватила Рё. — Так что изволь обращаться к нам по именам. Я Кё, а это вот Рё.

— Эээ... — Нагиса вновь зависла, похоже, пытаясь разобраться, кому какое имя принадлежит.

— Не бойся, ты быстро их запомнишь. — сказал я ей. — Та, что милый домашний хомячок — Рё. А бешеная склизкая горилла — Кё.

В следующий момент я со звоном в ушах и болью в рёбрах лежал на полу, а Рё обеспокоенно склонилась надо мной.

— Оказаки-сан, вы в порядке? — спросила она и немного обиженно добавила. — Я не хомячок.

— Прости, можешь выбрать любого другого грызуна. — я протянул ей руку, она взяла её и помогла встать.

— Ну а этот несчастный идиот — Томоя. — продолжала Кё как ни в чём не бывало. — Он пригоден лишь на таскание тяжестей и просто вещей, так что не бойся запрягать его по максимуму.

— Оказаки-сан? — Нагиса посмотрела на меня. — Как я рада вас видеть!

— Вы знакомы? — насторожилась Кё.

— Оказаки-сан в начале года помог мне. — улыбнулась Нагиса. — Я стояла у подножия холма и не решалась подняться, думала вообще развернуться и уйти, но Оказаки-сан сказал мне двигаться дальше. Он больше со мной не разговаривал, но я благодаря его словам сумела набраться храбрости не только прийти в школу, но и попробовать возродить кружок, эхехе.

Ах да, было дело. Я потом ещё видел эту Нагису пару раз, в том числе и сидящей во дворе, но как-то больше ею не интересовался.

— Ах да, Томоя всегда такой добрый. — пропела Кё. — Пойду поблагодарю его за это. — Она подошла ко мне и оттащила в угол подальше от Рё.

— Томоя, что за фигня? — тихо спросила она. — Какого хрена я уже третью левую девушку рядом с тобой наблюдаю, а?

— Если ты посчитала Фуко, то она вообще никаким боком ко мне не относится. — прикинул я. — А с этой девушкой всего один раз говорил, сам уже про это не помнил. Ты серьёзно считаешь, что она с твоей сестрой будет соперничать?

— Я уже вижу, что они похожи по характеру. — буркнула Кё. — И не знаю точно, что происходит у тебя в голове. Вдруг ты фетишист по светлым волосам и именно поэтому таскаешь с собой Ёхея?

— Это смертельное оскорбление. — ответил я.

— Будто есть причина лучше. — она вздохнула. — Потом разберёмся, не уходить же сейчас.

Мы вернулись к девушкам. Рё вопросительно поглядывала на нас, но вопросов не задавала. Пусть потом сестру пытает, я даже не знаю, что ей сказать. Что Кё за неё ревнует меня к каждой встречной девушке? Смешно и грустно одновременно.

— Ладно, Нагиса, чем мы займёмся в клубе? — спросила у неё Кё.

— Эмм... — Нагиса неуверенно огляделась. — Я даже не знаю... не рассчитывала, что тут будет столько народу...

— О боже. — вздохнула Кё. — Ладно, ты основатель и глава клуба, тогда я объявляю себя твоим заместителем, ибо лучшего кандидата нету и все согласны. — она покосилась на меня. — А поскольку мы драмкружок, то должны будем поставить пьесу. Нагиса, у тебя есть какая-нибудь пьеса?

— Э. — Нагиса покосилась на листы бумаги, которые она отложила при нашем появлении. — Я думала эту сделать, но она на одного человека рассчитана...

— Ну-ка. — Кё схватила листы и пробежала их глазами. Затем нахмурилась и прочитала куда медленнее.

— Мда. — наконец выразилась она. — Интересная пьеса... но она, похоже, и впрямь на одного. А нам что тогда делать?

— Если это на сцене будет, то надо кого-нибудь со светом поставить работать. — неожиданно сказала Рё.

— А ведь точно. — Кё показала ей большой палец. — И со звуком, тут наверняка звуковые эффекты не помешают. И декорации. Значит, мы занимаемся всем этим, а Нагиса чисто выступает.

— Я тоже могу помочь... — начала было Нагиса, но Кё сунула ей листы.

— Ты хоть видишь, как много учить? Даже если с памятью всё в порядке, то это всё равно нелегко. Займись этим. Остальным... Томоя, возьмёшься за свет? Там всего-то надо прожектор перемещать, даже ты справишься.

— Ты уверена, что всё так просто? — скептически ответил я.

— Поглядим. — немного неуверенно сказала она. — Рё, на тебе декорации и вообще всё, что с внешним видом связано. Платье Нагисе, например...

— У меня есть.

— Тогда украшение на платье, может быть. Я со звуком разберусь. Тут магнитофона не завалялось?

Мы оглянулись на занимавшие большую часть комнаты ящики, в которых, очевидно, лежало имущество драмкружка, оставшееся от прошлых хозяев. Да тут не то что магнитофон, но и танк найдётся.

— Сегодня после уроков приходим сюда и начинаем разбираться, что тут вообще лежит. — Кё тут же наметила фронт работ. — Томоя, Рё, притащите сюда Ёхея, ему полезно будет. А сейчас давайте на урок, звонок скоро.

Мы вместе вышли из кабинета, Нагиса закрыла его на ключ, попрощалась с нами и убежала вперёд.

— Ну что, Томоя, на тебя можно рассчитывать? — обратилась ко мне Кё.

— Да. — только и сказал я. Похоже, мне с самого начала некуда было деться, но дело оказалось не только в выполнении пожеланий сестричек, но и в Нагисе. Какая-то часть меня хотела помочь ей, пусть даже перемещением прожектора или чем там ещё придётся. — Однако Сунохару не обещаю.

— Уж постарайся, а то тебе придётся одному все эти ящики разбирать. — хмыкнула Кё. — И с Рё обещание поцелуя за тяжкий труд так и не выбил.

— Ага, я её поцелую, а потом буду искать доктора, чтобы в чувство привёл. О, кстати, Фуджибаяши, так и сделаем. Зависнем на территории больницы, я тебя поцелую, отведаю твоей стряпни, а дальше пусть врачи головы ломают.

— Оказаки-сан! — её голос зазвенел так возмущённо, что мы с Кё оба не выдержали и засмеялись.

Как ни странно, но особых изменений в моей жизни от вступления в клуб не произошло. Следующие пару дней мы только и делали, что разбирали ящики и их содержимое. Точнее, разбирали я и Сунохара — от помощи Нагисы толку было мало, а Кё командовала издалека, вместе с Рё занимаясь уроками, а затем ковыряясь в извлечённом на свет хламе. Да, Сунохару удалось завлечь рассказом о том, как прекрасная и заинтересованная в нём Нагиса нуждается в его помощи. И ни капли не соврали — Нагиса и впрямь была мила, не менее мило общалась с Сунохарой и точно нуждалась в человеке, который может позволить обрушить на себя три ящика с невесть чем, так что он приходил и далее. Наверняка ещё и считал себя ловеласом, раз заодно ходил обедать к Миядзаве.

Уставал ли я от всего этого? Да как-то нет. В разборе кучи ящиков не было ничего приятного, этот кайф скорее для перебирающих всё же оказавшиеся в одном из них платья девчонок, но после работы с Юсуке даже мышцам это казалось мелочью. Жизнь вообще неожиданно стала походить на нормальную — я приходил в школу вовремя, встречался с девушкой и мы вместе обедали, дома в ожидании воскресенья лежала пачка денег, после школы были клубные занятия и совместный поход до общежития или остановки. Я даже постарался прислушиваться к учителю для разнообразия, и хотя попытка полностью провалилась, но имело смысл попробовать ещё раз и поменьше расстраивать Рё — а её мои сны на уроках явно расстраивали.

Рё всё так же прогуливалась со мной после школы и встречала у ворот утром. Там мы в четверг опять встретили Каппея, который вновь начал сыпать комплиментами. Нормально поговорить не удалось — он неожиданно ловко увернулся от книги и бросился бежать, оставив примчавшуюся Кё сыпать проклятиями.

Единственным плохим моментом во всём этом было то, что с Рё я лишь прогуливался. Попытки выяснить о её увлечениях либо разбивались о стену застенчивости, либо сводились на гороскопы и гадания, в которых я ничегошеньки не понимал. Шутить следовало осторожно — Рё обижалась на мои штуки о ней, пускай и немного. А предпринимать что-то в физическом плане не решался, тем более что Кё частенько крутилась рядом, а я после объятий с её сестрой хотел ещё пожить.

Все надежды были на воскресное свидание, и я молил небеса, чтобы его ничего не испортило. И поэтому же решился нарушить обещание.

25 апреля, пятница

В архив я шёл как на тайное свидание — сказал Рё, что прихватило живот, и отправился в старое здание, проверяя, нет ли за мной хвоста из какой-нибудь близняшки. По дороге ещё важно было не нарваться на Нагису, которая повадилась ходить в клуб и учить свою пьесу каждую перемену. К счастью, всё обошлось, и я без проблем зашёл в комнату архива.

Единственным заметным изменением за время моего отсутствия стал небольшой холмик деревянных звёздочек — теперь это уже походило на звёздочки — на столе Миядзавы. Фуко всё так же сидела на своём месте и вырезала ещё одну, а Миядзава напротив неё занималась тем же самым.

— М? — она отвлеклась от работы, когда я прикрыл дверь. — О, Томоя-сан! Вам кофе или чаю?

— Мне бы совета небольшого. — улыбнулся я. Расслабляющая атмосфера этого места уже начала захватывать меня даже с учётом гримас Фуко. Миядзава понимающе кивнула, оставила звёздочку и подошла ко мне.

— Надеюсь, ваша девушка не обидится, что вы пришли сюда? — спросила она.

— Не думаю, потому что из-за неё и пришёл. — ответил я. — Видишь ли, Миядзава, я с ней в воскресенье иду на свидание... на второе свидание, но первое было, м, не очень. И можешь ли ты что-нибудь мне посоветовать, чтобы это второе было лучше?

Будь я похрабрее — добавил бы, что обращаюсь к ней как к самому адекватному человеку из окружающих меня.

— Совет по свиданию? — Миядзава как-то особенно склонила голову. — Томоя-сан, а вам не кажется невежливым спрашивать одну девушку о том, как вам встречаться с другой?

— Э. — я немного растерялся. — Извини, не подумал...

— Ладно, я вам помогу. — улыбнулась она. — Что именно у вас было не так?

— Ну... — я попытался сформулировать сам для себя. — Я не смог с ней нормально поговорить и больше о ней узнать. Она очень стеснительная — ну, когда дело не касается гаданий — и из неё слово так просто не вытянешь, когда мы наедине.

— И всё? — сказала Миядзава так, словно бы это вообще ничего не значило.

— Ну... да? — удивлённо сказал я, и девушка вздохнула.

— Томоя-сан, для чего нужны свидания?

— Э... — я почувствовал себя стоящим перед грозным учителем. — Чтобы... вместе прогуляться?

— Чтобы хорошо провести время вместе. — немного поправила меня Миядзава. — А разве для этого надо узнавать всё друг о друге?

— Ну...

— Вот много ли вы, Томоя-сан, знаете обо мне? И влияет ли это на то, как вы проводили тут время?

Я замолк. А ведь верно, о Миядзаве не знаю почти ничего. Даже не знаю, почему она здесь сидит. И да, это нисколько не мешало прекрасно расслабляться здесь, в её компании.

— Ну вот. — улыбнулась она. — Вы сказали, что ваша девушка стеснительная, Томоя-сан, а это означает, что она тоже хочет с вами общаться и тоже не знает, о чём. Так и не мучайте друг друга, просто проведите время как можно лучше. Например, — она ненадолго призадумалась. — можете купить мороженого, сесть на берег реки и полюбоваться видами. Хотя... к семи вечера лучше бы вам оттуда уже уйти.

Я кивнул. Ага, в курсе того, какие личности могут шляться в том районе с наступлением темноты. Рё там появляться опасно даже в моей компании.

— Или, скажем, найдите кафе и посидите там. Можете даже почитать какую-нибудь мангу, каждый свою. Или кино... только это надо в другой город, да. Вы меня поняли, Томоя-сан?

— Вроде как. — осторожно сказал я.

— Просто помните, что свидание заключается в приятном времяпровождении. — улыбнулась Миядзава. — И чем больше вы проводите время вместе, тем больше она к вам привыкнет и потом сама всё расскажет о себе.

— Спасибо. — пробормотал я. — Слушай, Миядзава, чем тебя отблагодарить? Ты мне реально сейчас помогла.

— Ну. — она зачем-то посмотрела на Фуко. — Знаете, Томоя-сан, вы мне поможете, если возьмёте эту морскую звезду. Фуко, отдашь ему?

— Морскую? — удивился я.

— Этому извращенцу? — подняла голову Фуко. — Не для него Фуко свою звездочку готовила!

— Фуко. — Миядзава подошла к ней. — Я же тебе объяснила, Томоя-сан не извращенец, так что не бойся. Надо же с кого-то начинать.

— Ну ладно. — проворчала Фуко, встала, схватила звёздочку из уже сделанных и потопала ко мне.

— Приходите на свадьбу моей сестры. — сказала она, протягивая мне звезду. — И не испорти её поползновениями к Фуко, извращенец. Фуко отлично понимает, как её взрослое тело привлекает типов вроде тебя, но это не повод хватать его где придётся.

— Ты до сих пор об этом помнишь? — я принял звезду. Фуко ещё больше насупилась, а Миядзава сказала:

— Фуко, а давай ты ему вручишь ещё звезду, которую он передаст своей девушке?

— У извращенцев не бывает девушек! — завопила та. — Он её выдумал! А Фуко не даёт звёздочки выдуманным персонажам!

— Фуко. — повторила Миядзава, и девочка, ворча про себя, сбегала за ещё одной и сунула мне в руки.

— Хоть кому-то отдай. — буркнула она.

— Похоже, Миядзава из тебя верёвки вьёт. — с улыбкой заметил я.

— Миядзава-сан добрая, но страшная. — ответила Фуко. — И общается с тёмными силами. Фуко сложно ей перечить.

— Ага, ага. — Тёмными силами? Наверняка она имеет в виду меня и Сунохару. Ни за что не поверю, что под маской этой милой девушки скрывается хоть какой-то монстр. — Ладно, Миядзава, я пошёл, пока меня не начали разыскивать. Может, загляну в понедельник отчитаться.

— Я же не ваш босс, Томоя-сан. — улыбнулась она. — Но буду ждать. До свиданья.

— До свиданья. — и я прикрыл дверь. Ну ладно, теперь осталось незамеченным добраться до класса и уложить звёздочки в сумку, после чего ещё раз обдумать слова Миядзавы.

И с нетерпением ждать воскресенья.

Кё Фуджибаяши

Утром пятницы в моём шкафчике для обуви оказалось любовное письмо.

Увы — не от парня. Почему-то они никогда не присылали мне писем, зато от девушек приходило частенько, только на этой неделе уже второе.

— Что, всё так же? — спросил меня Томоя, захлопывая свой шкафчик и переобуваясь. Он был в курсе моей проблемы и никогда не упускал случая над этим поиздеваться.

— Увидим ещё. — я достала письмо и стала разуваться. — Вдруг случилось чудо, и нашёлся храбрый парень, готовый мне признаться.

— И ты от безнадёжности ответишь ему, даже если это жирный прыщавый извращенец? — усмехнулся Томоя.

— Кто бы говорил. — я покосилась на него. — Если бы не Рё, фига с два ты бы девушку заимел. Да и то пришлось её впихивать чуть ли не насильно.

— Надо было говорить прямо. — с серьёзным лицом сказал он. — А то откуда я знаю, чего она ко мне подходит, вдруг пытается заставить учиться.

— Прямо? — я захлопнула дверцу. — Девушка, смущаясь и краснея, хочет проводить с тобой время и предлагает обед. Каким идиотом надо быть, чтобы не воспринимать это как полагается?

— Кстати о Рё. — Томоя поспешил признать поражение и свернуть тему. — Она где сегодня?

— Когда я выходила из дома, то носилась и щебетала, что проспала. — усмехнулась я. — И кстати, беспокойный вопрос о том, где пропадает твоя девушка, нужно задавать сразу же.

— Раз ты тут, значит, всё с ней в порядке. — отмахнулся он, и мы вместе направились в класс. — Да, хотел спросить: а чего вы вместе почти никогда не ездите?

— Я ненавижу автобусы, воняет и тесно. — А ещё там однажды старый извращенец пытался облапать моё бедро. Я прищемила ему пальцы о поручень и с тех пор стараюсь избегать автобуса при любой возможности. — А Рё от мопеда ссытся, думает, что упадёт. Вот и ходим разными путями.

— Ну понятно, а то я всё думал, чего ты со своей заботой о сестре никогда её не сопровождаешь.

— Рё надо оберегать, но не превращать в хрупкую розу, неспособную выйти из дома без поддержки. — зевнула я. — И вообще, если так беспокоишься, то сам и провожай и встречай на этом автобусе.

— Для этого мне надо у вас жить. Ты что, так предлагаешь к вам переселиться? — спросил Томоя. Я захлопнула рот. Блин, сказала не подумав, и ведь это выглядит как приглашение пожить.

Хотя...

— Ага, ты только того и ждёшь. — усмехнулась я. — Жить в одном доме с двумя красивыми девушками и совершать поползновения. Ишь что задумал.

— Можно подумать, ты не сломаешь мне руку за любой неверный шаг. — улыбнулся Томоя. — Ладно, удачи. — Он махнул мне и направился в класс.

Томоя, живущий у нас.

Эта глупая и невообразимая мысль весь первый урок заставила обдумывать себя. Вряд ли такое возможно — слухи разнесутся, и как мы всё объясним — но...

Родителей уговорить не проблема, если уж я их на мопед раскрутила, а вместе с Рё мы и не такое сможем выклянчить. С отцом у Томои никаких отношений после того, как тот избил его или что там у них произошло, отчего он руку поднять выше плеча не может. Постелем футон в гостиной, ему хватит. Поползновения... если серьёзно, вряд ли Томоя за них примется, а если уж и начнёт что-то с Рё, то на её кровати, а не фиг пойми где. Накормить не проблема, Ботан его любит, лишние мужские руки не помешают, нам давно надо разобрать чулан, а у отца с работой всё не выходит этим заняться...

Блин, может, и в самом деле? Мама с папой знают, что Рё встречается с парнем — прошлое воскресенье от них не ускользнуло — просто не интересовались им специально, доверяя нам. Как-нибудь пригласить Томою, представить, прорекламировать, потом ещё раз, потом сказать, что... эм... почему-то ему негде жить, пусть у нас, пока школу не закончим, а там будет работать... Томоя, ну вот почему ты не учишься хорошо, меньше проблем было бы, а так придётся лгать и изображать из тебя обычного ученика.

Хотя, так-то, будь Томоя обычным учеником, мы с Рё могли и не обратить на него внимания...

Мысли стали совсем уж сложными, так что решила обдумать всё позднее. На перемене надо будет ещё написать ответ на любовное письмо — я уже посмотрела, что оно опять от девушки — и хорошо бы сегодня вручить.

А ещё надо выловить Нагису, ибо меня кое-что беспокоит.

— Алё, Нагиса, ты тут? — я заглянула в комнату драмкружка. Ну, можно было и не спрашивать — Нагиса, как всегда на перемене, сидела за вытащенным из-под ящиков столом и сосредоточенно вчитывалась в текст пьесы. Антуражу добавляло то, что к её стулу было прислонено велосипедное колесо. Понятия не имею, откуда оно тут взялось, но вчера свалилось на Ёхея сверху и теперь слонялось по кабинету, ибо регулярно оказывалось на чьём-то пути и его приходилось откатывать.

— М? — Нагиса подняла голову. — О, привет, Рё-сан.

— Ты опять? — вздохнула я.

— Ой! — Нагиса аж уронила лист на стол. — Простите, Кё-сан! Вы просто с сестрой так похожи...

— Да ладно уж. — это было даже немного забавно, особенно когда Нагиса так же путалась с Рё, и я наблюдала за прелестной картиной двух глупышек, выясняющих, что произошло, как им поступить и кто должен извиняться. — Слушай, у меня тут вопрос возник. — Я подвинулась к себе стул и уселась. — Ты откуда вообще ключ от кабинета взяла?

— В учительской. — улыбнулась Нагиса. — Я просто его попросила, и мне выдали.

Ага, так и думала. Значит, всё плохо.

— Нагиса, а теперь очень важный вопрос. Кто куратор драмкружка?

— Кто? — недоумённо посмотрела на меня Нагиса.

— Куратор кто?

— Куратор?

Я закрыла глаза.

— Учитель, который контролирует работу клуба. Я хожу сюда уже третий день и ни разу его не видела. Он вообще есть?

— Эээээ... — протянула Нагиса. Ладно, Кё, спокойно, ты сама узнала о кураторе после того, как заглянула в школьные правила насчёт клубов, которыми до этого никогда не интересовалась.

— Нагиса, у нас нет куратора. А раз нет куратора, значит, драмкружок незаконен. А это значит, что никакой нам сцены, и даже собираться тут мы не имеем права. Как ты могла прошляпить такую важную вещь?

— Я... — её глаза стали наполняться слезами. — Я... не думала, что сюда вообще хоть кто-то придёт...

Ох боже, вот кто должен быть близняшкой для Рё.

— Не плакать. — строго сказала я. — Продолжай учить, заниматься, работать. Все проблемы решает заместитель, пока начальник сидит с важным видом, так что сиди.

— Но... — она зачем-то попыталась протестовать.

— Делай то, что у тебя получается лучше всего — учи свою пьесу. — я ткнула в неё пальцем. — А всяческую бюрократию спихивай на меня. Так, я побежала, удачи тебе тут.

— И вам. — пискнула она уже в мою спину.

Мдааа. И кого же нам в кураторы? Я быстро мысленно перебрала учителей. Знать бы ещё, кто к какому клубу причислен, и есть ли вообще свободные, да вот только если такой список и существует, то он в учительской... Значит, надо туда.

Списка не было — ну или молоденькая учительница, единственная присутствующая в учительской, о нём не знала. Однако она посоветовала мне обратиться к Тошио Коумуре, мол, он когда-то курировал драмкружок. Тошио Коумура... он же вроде был классным руководителем Томои и Ёхея в первом классе старшей школы, нет? Ах да, и у нас немного преподавал. Уже седой и даже немного сгорбленный, но по-прежнему бодрый мужчина с шикарными усами. Что ж, Коумура так Коумура, учительница мне заодно и подсказала, у какого класса он сейчас преподаёт, так что буду ловить.

На следующей перемене я сразу со звонком сорвалась с места и помчалась к классу Коумуры. К счастью, он ещё только собирался.

— Здравствуйте, Коумура-сенсей. — я поклонилась ему.

— М, Фуджибаяши-сан? — он меня ещё помнил и приветливо улыбнулся. — Чем могу вам помочь?

— Коумура-сенсей, я слышала, что вы раньше курировали драмкружок, пока он не закрылся. Сейчас мы пытаемся вновь его открыть, и не могли бы вы помочь нам и вновь стать куратором?

— Вы открываете драмкружок? — заинтересовался он. — Ах да, Фуджибаяши-сан, выйдем-ка в коридор.

Когда мы переместились к коридор и встали у окна, Коумура оценивающе посмотрел на меня.

— Фуджибаяши-сан, это очень хорошо, что вы собираетесь возродить драмкружок. Но, к сожалению, у меня для вас даже две плохие новости. Первая — я уже курирую музыкальный клуб.

Я ожидала, что могут возникнуть сложности с уговорами, но не настолько. И пока определялась, что именно ответить, Коумура продолжил:

— Конечно, я мог бы курировать два кружка сразу, это не запрещено. Но вторая плохая новость — срок регистрации клубов уже закончен, и драмкружка среди них не было. Так что я не могу приступить к курированию неофициального клуба.

Ну всё Кё, капец. Идею кружка можно считать похороненной. Вот только как объяснить это Нагисе...

— Впрочем, это тоже не конец. — удивительно, но Коумура улыбался. — Вы всё ещё можете открыть кружок, если получите специальное разрешение от студсовета. Однако сейчас, в связи с грядущими выборами, его могут рассматривать очень долго. Так что можете пока прибраться в клубной комнате, а после выборов подать заявление, и не думаю, что новоизбранный президент решит начать своё правление с резких отказов. — Он кивнул мне. — Так что удачи, Фуджибаяши-сан. Может, как-нибудь неофициально загляну к вам.

— Спасибо, обязательно загляните. — только и сказала я. Коумура поклонился мне и направился в учительскую.

В его изложении всё выглядело не так уж и плохо, но на деле... Выборы через месяц. Трудиться весь месяц, чтобы потом получить категоричный отказ и все труды насмарку? Весело будет.

Хотя стоп, чего это я.

Ну да, и так подумывала согласиться, а сейчас уж придётся.

Я не стала что-то изобретать, а просто засунула голову в класс и проорала:

— Томоё Сакагами, в коридор!

После чего отошла к окну, и через несколько секунд в дверном проёме появилась удивлённая Томоё.

— Привет. — помахала я ей. — Дело есть.

— Здравствуйте, сенпай. Я уж думала, ко мне на разборку пришли. — сказала она, подходя ближе.

— Да почти. Короче, принимаю твоё предложение о студсовете. Распоряжайся мной как хочешь, но с одним условием: я тут помогаю драмкружку, но его глава прошляпила время регистрации. Поэтому после выборов ты разрешишь его и сделаешь официальным.

— А это будет законно? — нахмурилась Томоё.

— Абсолютно. — отрезала я. — Почитай правила, коль сомневаешься. Ну что, по рукам?

— По рукам. — и мы пожали руки. Вокруг нас стали перешёптываться, но это и к лучшему. Пройдёт слух, что Кё Фуджибаяши поддерживает кандидатуру Томоё Сакагами — и часть дела сделана.

— Что мне делать, босс? — сказала я, выпустив её руку. Так, стоп, когда это у меня успело появиться два начальника?

— Для начала, пожалуйста, не так официально. — вздохнула Томоё. — А так, надо будет подготовить агитационные плакаты... — она стала загибать пальцы. — ...помочь продумать программу, с которой я пойду на выборы, и поискать ещё людей вроде вас. Может, посоветуете кого, сенпай?

— Подумаю. Плакаты, кстати, давай я тоже возьму. И переходим на "ты", мы в одной лодке.

— На "ты"? — Томоё задумалась. — То есть, например... Кё-тян?

— Ты точно не лесбиянка? — прищурилась я.

— Ну что так сразу-то! — обиделась она.

— А жаль. Кандидат в президенты студсовета — лесбиянка. Сразу получишь голоса влюблённых в тебя девушек.

— Их что, здесь так много? — растерялась Томоё. Я вздохнула и положила руку ей на плечо.

— Ты даже не представляешь себе истинное лицо этой школы. Кстати, мотоциклы до сих пор бьёшь?

— Не говори так, будто это моё хобби. — нахмурилась она.

— Да кто тебя знает. Я к чему: можно будет в каких-нибудь состязаниях принять участие или самим организовать, мол, смотрите, как кандидатка в президенты спортивна, элегантна, держит себя в хорошей форме и будет держать в такой же форме всю школу. Обратите особое внимание на то, как её груди подпрыгивают под футболкой, это зрелище должно убедить вас, что она лучший кандидат.

— Я уже жалею, что пригласила тебя. — горестно вздохнула Томоё. — А без этого никак нельзя?

— Ну ладно, насчёт груди я пошутила. — хотя честно, мой намыленный глаз сразу разглядел под школьной формой немалый размер. Даже у Рё меньше. Грех будет не использовать. — Но про состязания серьёзно. Президентом становится не тот, кто подготовит лучшие идеи, а тот, кто приобретёт большую популярность, а нет ничего популярнее, чем спортивная девушка. Кстати, ты очки не носишь?

— Нет, у меня линзы. — Томоё поднесла руку к глазам.

— Так, значит, носишь? — восхитилась я. — Обязательно надень! Спортивная умная среброволосая девушка в очках, с нехилой фигурой и крутыми идеями — да вся школа в твои ноги упадёт!

— Ох. Ладно, пообсуждаем после. — ученики в преддверии звонка потянулись в класс, и Томоё тоже заторопилась. — Давай завтра встретимся как-нибудь? Я к тому времени закончу программу и тебе её покажу.

— Ага, после уроков подходи сюда же. — я похлопала её по плечу. — Ну давай, увидимся.

— До свиданья... Кё-тян. — Томоё неожиданно улыбнулась и поспешила на урок. У девчушки есть потенциал, осталось лишь раскрутить и научить кое-каким премудростям жизни.

Что ж, даже за вычетом влиятельного поста это может оказаться интересным. Осталось сообщить друзьям неприятные новости.

— Короче, я выхожу из кружка, потому что решила помочь человеку на выборах президента, и я не резиновая!

Сообщила это сразу после того, как распахнула дверь в комнату драмкружка. Три головы тут же повернулись ко мне, а четвёртая со светлыми волосами лежала на ящике и бессовестно храпела. Ну и ладно, Ёхея это всё равно не касается.

— Кё-сан, вы уходите? — огорчённо протянула Нагиса.

— Ага. Твоим заместителем будет... — чёрт, а кого назначить? Рё не справится, Томоя тоже. — Сама разберись, кто будет, ты же глава.

— А что, участвовать сразу в выборах и работе над кружком для Кё Фуджибаяши уже слишком сложно? — подал голос Томоя, и мне тут же захотелось в него чем-нибудь швырнуть.

— Не вякай там, я и так каждый день кручусь как белка в колесе, в отличии от некоторых. — под руку ничего не попалось, и пришлось огрызаться. — Да вы и вчетвером справитесь, музыку скинете на Ёхея, с основной бюрократией я разобралась за вашей спиной, сидите, учите и развлекайтесь. Кстати, не участвую с сегодняшнего дня. Всем пока!

И прежде, чем кто-то успел ответить, я вылетела из кабинета. Простите, ребятки, но если я буду состоять в незаконном кружке, то это может повлиять на результат выборов. Выиграю — там посмотрим. А пока надо готовиться к завтрашнему дню, набросать плакат хотя бы черновиком и подумать, что ещё можно сделать.

А ещё подумать, что бы такое надеть в воскресенье, когда у меня будет свидание с Томоей.

То есть, у меня и Рё, конечно же.

27 апреля, воскресенье

Рё Фуджибаяши

На этот раз перед зеркалом сидели мы обе — я задумчиво перебирала помаду, а сестра тщательно причёсывала свои длинные волосы.

— Хвостики заплести, что ли? — она скрутила их в две длинные пряди, посмотрела на себя в зеркало и нахмурилась. — Блин, я так похожа на какую-то цундэрэ. Ну уж нет, обойдёмся. — И она убрала руки, обрушив всю копну себе на плечи. Я завистливо посмотрела на неё — хотя Кё и утверждала, что моё каре намного элегантнее, но иногда хотелось точно такие же прекрасные длинные волосы.

— Кё, ты серёжки надела? — заметила я.

— Ага. — сестра убрала прядь, открывая ухо и покачивающийся на нём небольшой серебряный месяц, мой подарок к её прошлому дню рождения. — Я что-то давненько их не одевала, а сейчас типа повод. Не бойся, особо украшаться не буду и вообще пойду в спортивном костюме.

— Это который красный с белым? — уточнила я. Для спортивного костюм с красным верхом и белым низом слишком красив, в таком бы и я не постеснялась прийти на свидание, но Кё редко его надевала, для ежедневных пробежек используя куда более потрёпанный фиолетовый.

— Он самый. — Кё посмотрела на меня. — Да чего ты мучаешься, возьми бирюзовую, тогда точно от тебя глаз не отведёт.

— Я же сказала, что не буду её использовать! — эту помаду Кё подарила мне после перехода в третий класс, понятия не имею, зачем. Сейчас же выбрала вишнёвую и начала осторожно накрашиваться. Кё тем временем сбегала к себе, притащила костюм и начала переодеваться.

— Рё, ты планируешь в какое особое место зайти? — спросила она, залезая в брюки. — Кафе там или игровой центр? Блин, неужто так похудела, что штаны не держатся. — она стала возиться с резинкой.

— Да так-то нет. — я наконец отложила помаду. — А раз мы сейчас поели, то и в кафе не надо будет.

— Ты что. — возразила Кё, наконец затянув брюки. — Это ты с диетами привыкла завтрак поклевать и до ужина не беспокоиться, а мне надо будет пожрать. Да и ему тоже. — Она принялась за толстовку. — Тогда сама вам дорогу организую. Надеюсь, Томоя захватит денег. — она хихикнула, наконец одевшись и вновь пройдя к зеркалу перехватывать помаду. Я же, напротив, отошла к шкафу.

То платье мне очень нравится, но явиться в нём на свидание второй раз подряд... Однако и с вариантами как-то плохо, ни один из тех, что сейчас висел внутри, мне не нравился.

— Кому-то нужно обновить гардероб, да? — Кё положила голову мне на плечо, также всматриваясь в шкаф. — Боже, неужели я носила то кислотно-зелёное?

Я вздохнула. Большая часть вещей досталась мне после того, как старшая сестра их выносила, и не похоже, что скоро сюда добавятся новые.

— Раскрутить бы Томою на платье, да фига с два у него такие деньги найдутся. — задумчиво сказала Кё. — Ладно, тогда опять это и надень.

— Так ведь была в нём уже...

— Что поделаешь. — развела руками сестра. — У меня ничего такого элегантного нет, сама видела. И вообще, Томое наверняка плевать. Он бы с большей охотой на тебя в этом посмотрел. — усмехнулась она, дёргая меня за лямку лифчика. Я вспыхнула и поспешила достать бежево-синее платье. Уж что есть.

— Тэкс, всё сделали? — Кё прошлась по комнате. — Ванну приняли, шампунь, мыло, лосьон, всё такое, макияж, оделись, Ботана накормили, сами поели, надушимся перед выходом... — Она остановилась. — Рё, неожиданный вопрос, но я точно тебе нужна сегодня? Ну не поболтаете вы, так и ладно, ему наверняка в кайф после меня и Ёхея с кем-то тихим позависать.

— Ты ведь уже одета. — я разгладила платье. — И сколько раз говорила, что нужна. С тобой веселее.

— Думаешь? — пробормотала Кё. — Ну, давай тогда отправляться, что ли, а то ещё опоздаем, и этот паршивец решит, будто мы ему за это должны будем.

Мы не только не опоздали, но и прибыли на станцию раньше Оказаки-сана.

— Ха! — Кё огляделась. — Он что, решил, что если ты в прошлый раз опоздала, то теперь ему можно?

На часах было ещё без пятнадцати, но сестрёнку, как всегда, такие мелочи не волновали. Я тоже стала оглядываться и первым увидела Оказаки-сана, приближающегося к станции с небольшой сумкой на плече. Он тоже меня увидел и прибавил шагу, но затем заметил Кё и замедлился.

— Хой, Томоя, подходи, сегодня не укушу! — замахала она.

— Привет, Фуджибаяши. — Оказаки-сан всё же подошёл к нам. — Кё, а ты что тут забыла?

— Я сегодня вас сопровождаю. — улыбнулась Кё. — Буду развлекать, веселить, отвлекать болтовнёй и не давать скучать.

Оказаки-сан лишь нахмурился.

— Фуджибаяши. — вновь обратился он ко мне. — Это же наше свидание. Только для нас двоих.

— Вы в прошлый раз ходили рядом и молчали, как чужие. — Кё тоже начала хмуриться. — Хочешь то же самое?

— Фуджибаяши. — повторил Оказаки-сан, недовольно посмотрев на неё. — Может, соизволишь выступить против своей сестры и намекнуть, что она тут лишняя? Мало ли что захотела, это не повод молча подчиняться.

— Чья-то наглая рожа давно пенделя не получала! — Кё начала заводиться. — Тебе под нос свидание с близняшками суют, радоваться должен, а не кривиться, как стукнутый импотент!

— Оказаки-сан! — нужно вмешаться до того, как это перерастёт во что-то плохое. — Простите, это я попросила сестру прийти сегодня, потому что... ну... — как ему объяснить, не могу же назвать истинную причину! — Потому что вы всегда такой активный рядом с ней, и... эм... пожалуйста, не прогоняйте её, а я... я в обмен сделаю всё, что вы попросите!

— Рё! — присвистнула Кё. — Ты что, нельзя давать парням такое преимущество! Он же возьмёт и попросит всякое, везде и всюду!

— Кто-то свои фантазии на других переносит. — проворчал Оказаки-сан.

— А ты у нас, значит, сошедший с небес святой, да? — огрызнулась Кё. Да что с ними такое? Они постоянно спорят, но такими злыми я их ещё никогда не видела.

— Оказаки-сан, Кё, ну не ссорьтесь. — жалобно попросила я. Оба посмотрели на меня, затем вновь уставились друг на друга.

— Слушай, Томоя. — сестрёнка всё же постаралась успокоиться. — я здесь не для того, чтобы мешать вашему свиданию, орать на вас или что ты там ещё можешь подумать, а для того, чтобы помочь, как помогала с вашими отношениями всё это время. И не сама это придумала, меня попросила Рё для того, чтобы тебе же было лучше. Если хочешь, чтобы я ушла — я уйду, без проблем, разбирайтесь с собой сами.

Оказаки-сан посмотрел на меня, я увидела, что он колеблется, и улыбнулась ему, пытаясь показать, что ничуть не против её присутствия.

— Ладно, Кё. — вздохнул он. — Прости. Я подумал, что ты решила за сестрой притащиться и всё нам испортить.

— Сплюнем и забудем, хорошо? — к сестре быстро вернулась улыбка. — И что это я могу испортить? Ты что-то нехорошее планировал сделать с моей милой сестричкой, а, Томоя?

— Ничего я такого не планировал. — к Оказаки-сану хорошее настроение не торопилось.

— А зря. — Кё неожиданно зашла мне за спину и крепко схватила. — Смотри, какой лакомый кусочек для любого нормального парня. Так и хочется потискать, и если ты, Томоя, будешь хорошим мальчиком, то рано или поздно дорвёшься до самого главного — её шикарной груди.

— Хмм. — Оказаки-сан, не смотрите так оценивающе! — То есть её грудь лучше твоей?

— А? — Кё положила голову мне на плечо. — Рё, он что-то сказал?

— Нет, ничего. Извини. — Оказаки-сан наконец-то стал приходить в себя. — Мы так и будем стоять и меряться, или пойдём куда-нибудь?

— Пойдём, разумеется. — Кё наконец прекратила меня тормошить. — И пойдём мы не куда-нибудь, а по магазинам! Томоя, ты захватил деньги?

Тот как-то странно дёрнулся и потянулся к сумке.

— Ага, значит, захватил. — от Кё ничего из этого не укрылось. — Тогда будешь платить во имя своей девушки. Ну что, потопали, голубки? Нечего ждать!

Оказаки-сан опять помрачнел, и я подошла поближе к нему.

— Простите, Оказаки-сан. Сестрёнка всерьёз хочет постараться и сделать всё как лучше для вас. И... я действительно готова выполнить... любую вашу просьбу...

Он посмотрел на меня, затем тихо улыбнулся и неожиданно положил руку мне на голову, отчего мои щёки сразу вспыхнули.

— Так и быть. — ответил он. — Попытаюсь получить удовольствие.

Затем Оказаки-сан взял меня за руку и повёл к нетерпеливо пританцовывающей Кё.

В магазины мы заходили не просто прицениться — Кё твёрдо была нацелена покупать, и не первое попавшееся. Летние сандалии для меня она приобрела за свои деньги, а вот шляпку уже Оказаки-сан по её рекомендациям. Платье купить не удалось, но Кё брякнула: "Ну, Томоя, запомни цену того, в чём ты хочешь видеть Рё", и Оказаки-сан смотрел на ценники уж слишком задумчиво. В небольшой лавке Кё закупила штук десять томов манги и, подмигнув мне, потребовала от него за всё заплатить. В кафе она забраковала идею пирожка с чаем, заявив, что успешным свидание может считаться лишь с полным желудком, и начала заказывать блюда. Оказаки-сан опять платил, но каждый раз, когда он доставал деньги, его лицо мрачнело.

Денег, кстати, оказалось неожиданно много. Кё вроде как не обращала внимания, но я гадала, откуда он столько их взял. Может, не соглашался гулять со мной по вечерам не потому, что опасался неприятных встреч, а потому, что занимался подработкой? И поэтому же приходит не вовремя и дремлет на уроках? Я с любовью посмотрела на него, но Оказаки-сан ответил мне мрачным взглядом.

И увы, но было от чего.

Как Кё ни заявляла, что собирается нам помочь, я этой помощи не чувствовала, и Оказаки-сан тоже вряд ли. Мы перестали держаться за руки, когда он вынужден был тащить пакеты с покупками. Разговаривать не получалось просто потому, что Кё без умолку трещала, то нахваливая меня, то сбиваясь на темы школьной жизни, то обсуждая покупки, а то и просто обращая внимание на вещи вроде скособоченного дорожного знака ("Нет, я в него не въезжала, нечего тут!"). Оказаки-сан какое-то время отвечал ей как обычно, но затем примолк и молча шагал.

— Так. — Кё внезапно остановилась как раз тогда, когда мы вышли за город и забрались на небольшой холм. Я в это время вновь обернулась на Оказаки-сана, и в итоге врезалась в сестру. — Эй, Рё, ты чего?

— Предупредила бы! — я потёрла лоб, которым стукнулась об её затылок. Только шишки и не хватало.

— Ладно, извини. — Кё успокаивающе подула мне на лоб. — Томоя, проведём работу над ошибками?

— А? — отозвался он. Кё в ответ забрала у него один из пакетов, взяла его освободившуюся руку и соединила с моей.

— А то хоть бы пикнули, что давно вразбивку идёте. — ворчливо сказала она. Я немного удивлённо посмотрела на сестру — она уже столько раз оборачивалась и смотрела, как мы там идём, но до сих пор не реагировала. — Так, теперь. Томоя, ты ведь планировал что-то на сегодня? Можешь приступать, если, конечно, задумал что-то интересное и не пошлое.

— Да нет смысла уже. — проворчал он.

— Тогда хоть расскажи, что задумал? — наклонила голову Кё. — Это как-то связано с тем предметом, что у тебя в сумке? И чего так смотришь, ежу понятно, что там что-то из разряда подарков, я такое за милю чую.

— Подарок, да. — на этот раз Оказаки-сан не стал отпираться. — Для той Фуджибаяши, что милая, и подарю я его только в конце свидания.

— Хмммммм? — Кё скрестила руки на груди. — Тогда получается, ты ей что-то купить хотел, так? И потому рожу кривил, когда расплачивался?

— Оказаки-сан. — тихо сказала я, превозмогая стеснение и прикасаясь второй рукой к его плечу. — Спасибо, но мне не надо никаких подарков... сберегите лучше деньги для себя.

— Наоборот. — сказала Кё. — Если ты любишь человека, ты обязан для него что-нибудь покупать, обязан тратить как можно больше денег на него, даже если он протестует. Выясняй вкусы с желаниями и покупай, покупай, покупай. Любовь на словах — хорошо, моральная поддержка — классно, но если ты не будешь тратить на свою любовь деньги, или будешь страдать и считать каждую йену, то у вас просто ничего не выйдет. — Она подошла к нам ближе. — Именно поэтому и я, и она пытаемся заставить тебя учиться, Томоя. Если у тебя не будет работы, ты не сможешь содержать Рё, доказывая деньгами свою любовь, а она однажды спросит себя: "Зачем мне парень, который вечно на мели и не может даже платье купить?".

— Кё... — попробовала я вмешаться. Что это на неё вдруг нашло?

— И я знаю, Томоя, что ты сейчас думаешь. — Кё подошла ещё ближе. — Что я злая, циничная стерва, которая испортила тебе свидание, сводит всю любовь к трате денег и вновь трындит об учёбе. Но я хочу, чтобы ты и Рё жили счастливо, без скандалов и выяснений отношений, продолжая радовать друг друга спустя годы. А этого не будет, если ты решишь, что Рё всегда будет топать рядом с тобой и не протестовать даже в нищете. Она живая девушка, Томоя, а не сошедшая с экрана, ей нужны эти сандалии и шляпка, не помешает новое платье, хочется кушать, читать новую мангу и пополнить запасы косметики — и это ещё мелкотня, пока её содержат родители и не надо думать о квартплате и ребёнке. И лучше я сейчас испорчу вам свидание, но вдолблю это в твою голову, чем позволю гулять как ни в чём не бывало и думать, что так будет всегда.

Я не знала, что сказать сестре. Я вообще не поняла, о чём именно она говорит. Оказаки-сан просто молча смотрел на неё, а затем вздохнул, открыл сумку и достал оттуда деревянную... морскую звезду?

— Фуджибаяши. — повернулся он ко мне. — Это тебе подарок. Уж прости, что его нельзя съесть и надеть, — на мгновение в его голосе прозвучал сарказм. — но я просто подумал, что раз ты увлекаешься всякой астрологией, то звезда тебе пригодится.

Так это просто звезда? Хотя какая разница, мне всё равно приятно, да и звёздочка красивая. Где он её нашёл, интересно?

— Спасибо, Оказаки-сан. — улыбнулась я. — Только это... вы же сказали, что подарите в конце свидания...

— Ага, там уже темнеет, так что надо бы сворачиваться. — ответил он. Я немного приуныла. Неужели наше второе свидание закончится точно так же?

— И, Фуджибаяши... — он сжал мою руку, а затем резко повернулся и обнял меня.

Время остановилось. Я чувствовала его дыхание, согревающее моё ухо, руки, сжавшие в самые приятные тиски на свете, прижавшееся ко мне тело, запах...

Он отпустил меня слишком быстро и высвободил руку. Я тут же схватилась за щёки, чувствуя, как жар грозится выйти наружу.

Он обнял меня. Посреди бела дня. Снаружи. В присутствии сестры. Которая почему-то никак не комментирует?

Кё действительно молчала, лишь стояла и смотрела на нас. Я не могла понять её взгляд, и единственное, что почувствовала — сестра очень, очень устала.

— Я провожу вас до автобусной остановки. — сказал Оказаки-сан, и больше мы в этот вечер не разговаривали.

Я зашла в комнату следом за сестрой и сразу же спросила:

— Кё, что это было? Я просила тебя помочь, а не портить ещё больше!

— Подумаешь, вы не провели одно свидание в приятном щебетании. — сестра начала раздеваться. — Зато проведёте остальные, когда теперь, надеюсь, я ему вправила мозги.

— Что ты ему вправила! Я вообще не поняла, что за чушь ты несла! Он мне и так подарок собирался купить, раз столько денег принёс.

— Ага, собирался. — равнодушно сказала Кё. — Наверняка какую-нибудь бесполезную цацку из того ювелирного. А теперь вместо этого потратил деньги на нужные вещи, так чего возмущаться. Для любования вон, подарил деревянную звезду, можешь поставить на полку и млеть.

— Я... — ну, так и думала положить её куда-нибудь на хорошее место и любоваться. — Да даже если и так, всё равно приятно же! Твои серёжки тоже лишь для красоты!

— Для моей красоты, когда я их надеваю, то уровень харизмы повышается. — всё тем же тоном сказала Кё. — Толку от обычного кольца, ладно бы с драгоценным камнем, но на такое у него и так не хватило бы. А эту звезду вообще разве что к руке кастетом привяжешь. И я знаю, откуда она, поэтому говорю точно: он её не вырезал и не покупал, просто взял и просто преподнёс тебе, ибо думает, что ты сейчас от него и комок соплей с радостью примешь.

— Он не думает так!

— Да даже если и не думает, ему всё равно надо вбить мысль, что отношения — это не когда милая девочка исполняет любой каприз и всегда улыбается, а ты по настроению делаешь ей подарки в виде бесполезных безделушек. — Кё наконец сняла костюм и достала халат. — И Рё, если бы он был настроен серьёзно, то уже бы взялся за ум или нашёл подработку.

— Так, может, и нашёл. — возразила я.

— Ага, как же. Он с Ёхеем каждый вечер зависает, какая подработка.

— А откуда тогда деньги взял?

— Без понятия. — Кё пожала плечами. — У отца стащил, скорее всего. Я в ванную, присоединяйся потом. — она попробовала было выйти, но я протянула руку и схватила её за рукав.

— Кё. — пыталась говорить спокойно, хоть и была очень зла. — Томоя не вор. И не будет красть деньги, тем более у отца. Он их заработал, не знаю как, но заработал. Так что, пожалуйста, не смей подозревать его в воровстве.

Кё посмотрела на меня, выдернула рукав и неожиданно впервые за вечер улыбнулась.

— Прости, это я так пошутила. Не бойся, прекрасно знаю, что Томоя лентяй, балбес, прогульщик и двоечник, но не вор. Молодец, что его защищаешь. — она одобрительно кивнула мне и ушла в ванную. Я прошла к себе и, несмотря на её слова, всё ещё злилась.

Сестру я пригласила для того, чтобы отблагодарить за всю оказанную помощь, предоставить ей возможность сходить на свидание с парнем, которого она любит ну или недавно любила, и заодно на её примере поглядеть, как общаться с Оказаки-саном. Но я не ожидала, что она устроит такое и лишь всё сделает хуже. Никогда больше её не приглашу.

Оказаки-сан... я впервые назвала его по имени, но и он впервые меня обнял. И мне хотелось ещё. Больше обниматься с ним, дольше, крепче, и...

Я постаралась не думать дальше, раздеваясь и тоже собираясь в ванную. Когда зашла туда, то Кё уже лежала в зеленоватой от раствора воде с закрытыми глазами и довольным выражением, а Ботан рядом с ней неторопливо перебирал лапками, плавая небольшими кругами и похрюкивая. Она немного приоткрыла один глаз, когда я села напротив, и вновь умиротворённо зажмурилась. Тоже попыталась расслабиться, но неожиданно моя память зацепилась за кое-что, на что сначала не обратила внимания.

— Кё, я же не говорила, что мы заходили в ювелирный. Откуда ты об этом знаешь?

Кё вновь приоткрыла глаз и посмотрела на меня.

— Всё ты говорила. — зевнула она. — Не помнишь уже, что ли, как докладывала? Мммммм. — Ботан с плеском запрыгнул ей на плечи и без команды начал массажировать так, что сестра по макушку сползла в воду и стала довольно пускать пузыри.

Я задумчиво посмотрела на неё. Ну да, рассказывала о прошлом свидании, но не настолько подробно, чтобы перечислять всё, что мы делали. Либо в самом деле уже не помню, либо...

Либо Кё тогда следила за нами.

Каппей Хиираги

Злой двойник отбросила всякий стыд и теперь ходила вместе с Оказаки-саном и Рё так, будто ей это кто-то разрешал. И Оказаки-сан точно не был этому рад, по его лицу видел. Но увы, ничем не мог помочь.

Только и оставалось, что наблюдать за ними, чем и занимался весь день после того, как проснулся на всё той же скамейке, вылез наружу и внезапно увидел всех троих. Какое-то время даже думал, что они за мной, и хотел было показаться, но тут все трое куда-то направились, и я из любопытства пошёл следом. Очень скоро понял, что это у них такое странное свидание, и стал прятаться, дабы не помешать им. Похоже, они меня так и не засекли, иначе бы злой двойник вновь полезла бы в драку. И мне не нравилось то, что я наблюдал: как Оказаки-сан идёт позади всех, как Рё отпустила его руку, чтобы он нёс сумки, как они стояли на холме и слушали болтовню злого двойника вместо того, чтобы развернуться и уйти.

Ну, хотя бы обнялись в итоге. Значит, их любовь по-прежнему сильна и тут не надо беспокоиться. Однако всё равно продолжил следить за ними вплоть до того момента, как обе девушки сели на автобус, Оказаки-сан остался смотреть ему вслед и я понял, что это шанс.

— Оказаки-сан! — крикнул я, подбегая к нему. — Здравствуйте!

Оказаки-сан вздрогнул, посмотрел на меня и, похоже, не сразу узнал.

— Каппей, привет. — наконец ответил он. — Давно не виделись.

— Ага, всё пытался работу найти, и никак не мог вас поймать. — улыбнулся я. — Вы сегодня без вашей девушки? — Надо было делать вид, будто только пришёл и ничего не видел. Не думаю, что Оказаки-сан будет рад тому, что за ним весь день подсматривали.

— Она уже уехала. — Оказаки-сан направился куда-то, и я зашагал рядом с ним. — А чего с работой, почему не нашёл?

— Да они всё то тяжести заставляют таскать, то требуют всякие дипломы и характеристики, то вообще пытаются в платье нарядить. — пожаловался я. — Можно подумать, работы этим и ограничиваются.

— Хм. — Оказаки-сан непонятно усмехнулся. — А какую работу ты бы хотел?

— Хотел? — я призадумался. — Ту, где надо быстро бегать.

— Курьер?

— Там тоже велели тяжести носить...

— Серьёзно? — удивился Оказаки-сан. — А спортсменом-бегуном не пробовал?

— Ээээээ... — нет, я не могу говорить об этом. — Не вышло как-то.

— Ясно. — слава богам, Оказаки-сан не стал выпытывать подробности. — Работа, говоришь...

— Ага. — кивнул я. — Мне деньги нужны, я хочу свой собственный дом, на скамейках уже надоело спать.

— А кому не нужны... стоп, дом? На скамейках?

— Ну да. Я же не отсюда родом, а пришёл оттуда, — я неопределённо махнул рукой.— потому что слышал, что город собирается расширяться и развиваться, значит, точно пригожусь. Но пока работы не нашёл, то и жить негде.

— И как же ты живёшь на улице? — нахмурился Оказаки-сан.

— Да я привыкший. У вас тут по ночам, конечно, всякое бывает, но нашёл пару спокойных местечек, умываюсь в реке, на собеседованиях меня часто кормят... бывало и хуже.

Оказаки-сан некоторое время смотрел на меня каким-то очень странным взглядом, так что я даже засмущался. А ещё вспомнил о своей давней мысли напроситься к нему домой. Только вот...

— Слушай, Каппей. — сказал он. — Как насчёт того, чтобы я нашёл тебе жильё?

— Оказаки-сан, вы приглашаете меня к себе жить? — восхитился я. Воистину он мой друг, даже мысли уже читает!

— Ко мне? — он почему-то не обрадовался. — Нет, это не вариант. А вот к нему можно. — он указал мне на здание, напротив которого мы остановились. Обычное такое белое здание, похоже на общежитие, старое, но ещё крепкое и не обшатанное.

— Только сначала разрешения спросим у местной хозяйки. — прежде, чем я продолжил спрашивать, Оказаки-сан зашагал к зданию, и пришлось следовать за ним.

Холл здания поражал чистотой — выложенные плиткой стены сияли белизной, да и пол мог быть таким же, если бы не грязное пятно у дальней двери, которое яростно оттирала молодая женщина в комбинезоне и со скрученными в пучок чёрными волосами.

— Придётся научиться различать их отпечатки, засранцев эдаких. — пробурчала она, окуная швабру в ведро. — А то пройдут, и хоть бы хны, а так сами помоют один раз, потом мигом начнут ноги вытирать. Кто там ещё пришёл? А, Оказаки, привет. Обувь вытер?

— Я её вообще снял. — Оказаки-сан показал на груду обуви у входа, где я тоже оставил свои ботинки.

— Это зря, здешние балбесы любят одевать всё подряд. — заметила женщина. — На разные ноги, разного цвета и... так, а это кто с тобой?

— Сагара-сан, это Каппей. — Оказаки-сан представил меня. — Каппей Хиираги. Каппей, это Мисае Сагара, хозяйка общежития и местный ужас.

— Оказаки, выбирай слова, у меня вообще-то швабра в руках. — Сагара-сан продолжила оттирать пятно. — Какой-то мерзавец наследил, а потом ещё и обувь снял, чтобы я по грязным следам не добралась до его комнаты. Умник, тоже мне, нет чтобы убрать. Найду кто — схвачу как швабру и волосами буду оттирать, чтоб знал.

— Сагара-сан очень добрая, но содержит мужское общежитие для спортсменов. — пояснил мне Оказаки-сан абсолютно серьёзным голосом.

— А они лишь боль и понимают. — поддакнула ему женщина. — Сунохара у себя в комнате, если вы к нему пришли, весь вечер там сидит, и только поэтому я его не подозреваю.

— Не совсем к нему. — Оказаки-сан подтолкнул меня вперёд. — Сагара-сан, Каппей хотел бы пожить в комнате Сунохары. Вы разрешите ему?

— Прости, Оказаки, психиатрическая больница в другой стороне. — почему-то ответила женщина. Оказаки-сан хмыкнул.

— Он не свихнулся. Просто ему негде жить, а Сунохаре не помешает адекватный сосед, который приучит его наводить порядок.

— Он-то приучит? — Сагара-сан смерила меня взглядом. — И вообще, Оказаки, ты чем думаешь, когда такого милого парня сюда приводишь? Его же легко за девушку примут и мне общежитие разнесут.

— Он может за себя постоять. — ответил Оказаки-сан. Я невольно поёжился — постоять-то за себя как раз не могу, только убежать со всех ног.

— Да всё равно. — Сагара-сан вздохнула и вновь окунула швабру в ведро. — Парень не из нашей школы, я правильно понимаю? Ну вот. Даже если спортсмен где-то там, всё равно не имею права его пустить — а он и на спортсмена не похож. И если я буду пускать в общежитие кого попало, то во что оно превратится, когда уже и так? — она выразительно указала на пятно.

— Оказаки-сан, не переживайте. — кажется, здесь ловить нечего. — Я на вокзале привык...

— Подожди, Каппей. — перебил он меня. — Сагара-сан, разве вы не должны мне услугу?

— С каких пор? — проворчала она.

— С тех самых, как я научил вас приёмам против беспокойных жильцов. — ответил Оказаки-сан.

— И я теперь за это должна?

— Разумеется. — кивнул Оказаки-сан. — Вы же порядочная женщина, значит, умеете отвечать услугой за услугу.

— Оказаки, ещё раз скажешь мне "женщина", и я эту швабру знаешь куда тебе засуну? — Сагара-сан выпрямилась и задумчиво посмотрела на меня.

— Эх... — неожиданно мягко сказала она. — Напоминаешь ты мне одного... Ладно, проходи. Ночь тут посиди, а там подумаем. И Оказаки, если этот твой приятель будет поджигать стены, курить или сам сбежит от Сунохары, то даже не надейся, что я его вновь приму.

— Разумеется. — кивнул Оказаки-сан. — Пойдём, Каппей.

Я послушно последовал за ним на второй этаж, где мы остановились у одной из похожих друг на друга дверей, и Оказаки-сан толкнул её, даже не постучавшись.

— Эй, Сунохара, к тебе гость. — сказал он, заходя внутрь. Я прошёл за ним и уставился на комнату.

Честно, я видел помойки чище. Словно бы где-то в комнате была пространственная дыра, из которой периодически выпадало всякое. Посреди всего мусора стоял соскочивший с кровати парень со светлыми волосами. Иностранец? Да вроде нет.

— Оказаки. — неожиданно хриплым голосом сказал он. — Ты кого сюда привёл?

— Соседа. — Оказаки-сан подтолкнул меня. — Будете теперь жить вместе.

— Что? — громко завопил блондин, схватил Оказаки-сана, потянул его в угол и начал что-то выпытывать. Я вежливо не стал вслушиваться и лишь оглядывался, пытаясь понять, как мне тут устроиться.

Ну, пол очистить не проблема, тут весь мусор мелкий. Наверняка у Сагары-сан веник с совком найдётся... и швабра ещё одна... и мыло с тряпкой... и краска...

Боже, что тут вообще происходило.

— В общем, Сунохара согласен. — объявил Оказаки-сан, возвращаясь ко мне. Блондин кивнул, почему-то стараясь не смотреть на меня. — Не бойся, Хиираги-тян, он тебя обижать не будет, а если будет — крикни Сагару-сан, она с удовольствием его осадит.

— Я и не собираюсь обижать. — пролепетал парень, всё-таки взглянув на меня и сразу побледнев. — И вообще, это, буду выполнять любую просьбу.

— Как насчёт уборки в комнате? — тут же сказал Оказаки-сан.

— Не твою любую просьбу! — завёлся парень.

— Но в комнате точно надо убрать. — сказал я, чувствуя поддержку Оказаки-сана. — Как мне в таком жить?

— Ох, конечно! — блондин кинулся подбирать мусор.

— Ну вот, Хиираги-тян. — развёл руками Оказаки-сан. — Это бесполезное существо зовут Ёхей Сунохара и он будет служить тебе верой и правдой. Попроси его побыть скамейкой для твоих ног — исполнит без промедления.

— Да вот ещё! — заорал Сунохара, пытаясь собрать все пачки из-под сока разом.

— Сунохара, будешь скамейкой для моих ног? — спросил я. Тот выронил пачки и попытался приклеить на лицо улыбку.

— Разумеется, Хиираги-тян! — сказал он, нагибаясь с таким видом, будто большей радости не видел.

— Прости уж, лучшего жилья у меня нет. — сокрушенно вздохнул Оказаки-сан. — Ладно, устраивайтесь тут, а я пошёл.

— Э, Оказаки-сан, вы тут не останетесь? — встревожился я.

— Мне уже домой пора. — сказал он. — Ещё немного, и улицы станут совсем страшными. А тут ночевать я хочу ещё меньше, так что побежал. Думаю, вы справитесь. — он широко улыбнулся и вышел из комнаты. Я вздохнул и вновь посмотрел на Сунохару, который сообразил, что скамейка сейчас не нужна, и продолжил руками собирать мусор.

— Расчисть хотя бы этот кусок, чтобы спать можно было. — указал я на ковёр. — Завтра основной уборкой займёмся, сейчас поздно уже.

— Сию минуту! — Сунохара бросил так и не собранные пачки и бросился убирать с ковра замызганную майку с пакетами от чипсов. — Стоп, Хиираги-тян, вы собираетесь тут спать?

— Ну да.

— Вы чего! — завопил Сунохара. — Нет уж, ложитесь в мою постель, а здесь я переночую.

— Вот как? — я задумчиво посмотрел на его кровать. Надеюсь, она хоть сколько-то чистая. — Хорошо, если так. Тогда можно ещё халат? Хочу в ванную сходить.

— Да, конечно. — Сунохара быстро открыл шкаф и вынул на удивление приличный халат. — Хиираги-тян, вы прямо сейчас пойдёте?

— Ну да, а что?

— Я это... тогда сбегаю к Сагаре-сан, пижаму вам принесу, хорошо?

— О, спасибо. — что ж, парень пусть и неряшливый, но добрый. Когда я последний раз переодевался в пижаму и ложился спать в обычную постель? Уже и не помню.

Мылся я очень долго и тщательно, ибо кто знает, вдруг завтра отсюда выгонят, и надо пользоваться случаем. Будут деньги — возмещу Сунохаре мыло и шампунь. Наконец вода из горячей стала просто тёплой, и я понял, что надо вылезать. Пижаму в ванную мне не занесли, так что как был, в халате, отправился в комнату.

Сунохара успел принести не только пижаму, но и ужин в виде двух накрытых крышкой пиал, и сейчас терпеливо ожидал меня. Когда я в халате подошёл к столу, то он уставился на меня таким взглядом, что даже стало не по себе.

— Что тут у нас? — как бы он там не смотрел, еда сейчас волновала меня куда больше, и я открыл крышку.

Рис! С овощами! И так много! Лучший вечер в году!

— Приятного аппетита! — я схватил палочки и тут же принялся уплетать. Сунохара издал странный всхлип, вскочил и выбежал из комнаты. Я с удивлением посмотрел на захлопнувшуюся дверь, а затем задумчиво на его порцию.

Нет, это всё же будет некрасиво, так что сосредоточился на своём рисе, пока не прикончил его до последнего зёрнышка, после чего принял таблетку, переоделся в пижаму и лёг на кровать. Делать было нечего, и я взял одну из стоявших на стеллаже манг почитать. К сожалению, она была не спортивной, а какой-то фэнтезийной, из тех, где минимум смысла и одежды. Но, похоже, все тома тут были такие, так что просто лениво перелистывал страницы.

Сунохара явился где-то через полчаса, когда я уже начал зевать, взглянул на меня, побледнел, ушёл в дальний угол комнаты и лёг лицом к стене, не забыв утащить с собой свою порцию риса.

Я что, чем-то его обидел? Надо будет спросить Оказаки-сана, может, по незнанию сделал что-то не то. Вдруг эта манга неприкосновенна?

Но это уже завтра, а сейчас баиньки.

28 апреля, понедельник

Томоя Оказаки

— В общем, второе свидание тоже можно считать неудачным.

Я сидел в архиве и с наслаждением потягивал горячий кофе, рассказывая о произошедшем вчера. Фуко для разнообразия отсутствовала — как сказала Миядзава, у них закончилось дерево для звёздочек, и девочка, заявив, что сможет его добыть, смылась. Оставалось надеяться, что у неё хватит ума найти разницу между "добыть" и "украсть".

— Томоя-сан. — Миядзава поставила свой стаканчик на стол. — Можете как можно точнее повторить, что именно вам сказала Кё-сан?

Я послушно повторил, насколько помнил.

— М. — она слегка неловко улыбнулась. — Надеюсь, Томоя-сан, вы не обидитесь, если скажу, что полностью с ней согласна?

— Да я так-то тоже... — за вечер и ночь вроде как сумел понять, что именно пыталась донести до меня Кё, и не знал, чем можно на это возразить. Появилась девушка — добывай на неё денег, а не сиди и жди, что она сама вас обеспечит. Всё просто и понятно.

Ещё бы их было так просто заработать.

— Я могу помочь вам с чем-нибудь, Томоя-сан. — предложила Миядзава.

— Спасибо, но внезапно я знаю, что делать. — визитка Юсуке всё ещё была у меня, и если он примет на подработку и вообще не передумал, то проблема может решиться, не успев возникнуть.

Или привести на хвосте парочку новых.

— Вот как? Я очень рада за вас, Томоя-сан! — Миядзава искренне улыбнулась. Не возникни в моей жизни Рё — точно бы влюбился в неё. Но сейчас между нами исключительно устраивающая обоих дружба.

Иначе бы не решился такое попросить.

— Слушай, Миядзава... — я попытался сформулировать своё желание. — Все эти уроки жизни и прочее хорошо, но с Рё так нормально и не пообщался. Как ты смотришь на то, чтобы я привёл её сюда, и, это... посидели тут вместе?

Прямо посреди фразы я сообразил, что фактически прошу её предоставить архив под наши с Рё заигрывания. И только начал объяснять, что не это хотел сказать, как Миядзава резко встала.

— Томоя-сан, у меня есть вариант получше. — она прошла к книжному стеллажу. — Только... постарайтесь сдерживать себя, хорошо?

Э? Сдерживать? В смысле? Пока я пытался понять, о чём речь, Миядзава сняла с полки всё ту же книгу, из которой она вычитала то заклинание на встречу с тем, кому ты нравишься.

— Есть одно... любопытное и даже немного опасное заклинание. — сказала Миядзава, поворачиваясь ко мне. — У вас найдутся две монеты по десять йен?

— Ещё осталось. — порылся я в карманах.

— Если вы на столе прислоните их друг к другу вот так, треугольником. — она подошла и показала мне, как именно. — а затем отпустите и трижды скажете "СкоростнойКиануРивз", то скоро будете заперты на складе спортинвентаря с тем человеком, о котором думали в этот момент.

— То есть... если я буду думать о Рё... то я окажусь запертым с ней на складе? — не поверил я.

— Ага. — радостно подтвердила Миядзава.

Блин. Это очень опасное заклинание. Интересно, кто вообще его составлял и зачем?

Но наедине с Рё, без всяких раздражающих сестёр... Вчера я по глупости обнял её, больше пытаясь насолить Кё, и теперь жалел об этом. Не так я представлял себе своё первое объятье с девушкой. Сейчас можно это немного исправить и просто воспользоваться шансом побыть с Рё наедине.

Только действительно надо удерживать себя и не пользоваться другими шансами. Не думаю, что Рё, да и я готовы от объятий сразу пойти дальше. Да и Кё за такое на лоскуты порежет.

Кё... даже не могу понять, помогает она нашим отношениям или вредит. Спасибо ей за всё, но сейчас мне кажется, что я и Рё спокойно сможем разобраться сами, без вмешательства наглых посторонних. Вот только как бы ей это сказать...

— Томоя-сан?

— А? — я очнулся и посмотрел на Миядзаву. — Прости, я задумался.

— Понимаю. — улыбнулась она. — Томоя-сан, вам необязательно проделывать это сейчас и вообще сегодня.

— Да нет, всё нормально. — я поставил монетки на стол и наклонил их друг к другу. — Только это, заклинание сейчас и сработает, или когда?

— Должно в этот же день. — Миядзава посмотрела в книгу. — Просто подождите, Томоя-сан, оно всё сделает за вас.

— Ну хорошо. — и почему веду себя так, будто верю, что оно сработает? В прошлый раз же вышло наполовину — со мной заговорила не только Рё, но и Кё. Если в этот раз выйдет точно так же и я окажусь запертым сразу с обеими... нехорошо будет, в общем. — Кстати, а дверь потом сама откроется или как?

— Нет, сама не откроется. — Миядзава всё улыбалась. — Для этого вам надо будет снять штаны и трижды прошептать "Заклинания ничто для меня".

Снять штаны в присутствии девушки? Особенно если эта девушка Рё? Что за демон вообще писал это заклинание? Но отступать уже было поздно, так что я посмотрел на монетки и сосредоточился. Надо думать о Рё. О девушке, которую ты вчера обнял. Что может быть легче? О ком мне ещё думать, не о Кё же?

А ведь вблизи, когда длина волос перестаёт быть сильно заметной, и не отличишь, Рё это или Кё...

— СкоростнойКиануРивз! СкоростнойКиануРивз! СкоростнойКиануРивз!

Монетки упали друг на друга, и теперь оставалось лишь ждать результата. Я положил их обратно в карман и только потянулся допивать кофе, как дверь распахнулась, символизируя конец уюта.

— Ох! Только Фуко на минутку оставила Миядзаву-сан, как этот извращенец решил, что можно вновь за ней увиливать! — возмущённо завопили за моей спиной. — Не дождёшься! Фуко защитит её святость и честь от таких, как ты, сколько бы вас ни было!

— Ты дерево нашла? — ответил я. Фуко возмущённо засопела и подошла к Миядзаве.

— Миядзава-сан, Фуко не могла найти хорошего дерева. — пожаловалась она. — Только фанера. Кто вообще будет вырезать звёздочки из фанеры?

— Вот как? — Миядзава призадумалась. — Не бойся, я что-нибудь придумаю. Томоя-сан, вы случайно нигде поблизости кусков дерева не видели?

— Только в лесу. — пожал я плечами, допивая кофе. — Спасибо за помощь, Миядзава, но уже пойду, наверное. А то опять искать начнут, или это дурашество до меня докапываться.

— Мог бы и послушать Фуко! — разумеется, она не могла пропустить это мимо ушей. — Если уж Фуко, с её умом и жизненным опытом, тебя не любит, то и все остальные не будут!

— Фуко, не надо так говорить. — Миядзава тепло улыбнулась мне. — До скорого, Томоя-сан.

— До скорого.

Я надеялся заманить Рё к складу после уроков, сказав ей, что якобы увидел там Ботана. Но увы, с последним звонком её сразу обступили девушки, просящие погадать. Такое было не впервые, в таких случаях просто ждал Рё у ворот, но сейчас это мешало всем моим планам. Даже подумывал шугануть их, но потом решил не портить её отношения с классом.

В конце концов, если это заклинание работает, то пусть само и разбирается.

Таким образом, к складу пришёл один и осторожно заглянул внутрь, на случай, если Рё каким-то колдунством уже перенесло туда. Разумеется, её там не было, и я отошёл подальше от распахнутой двери. Ещё закроет меня одного, и все надежды насмарку.

— Томоя! Эй, Томоя!

Ох твою ж налево, серьёзно? Я оглянулся и увидел подходящую ко мне Кё. Точнее, груду баскетбольных мячей, под которыми осторожно передвигались ноги в красных спортивных шортиках, а венчало экспозицию её усталое, но довольное лицо.

— Томоя, помоги мне, надо мячи занести внутрь. — сказала Кё.

— Чего так много-то, играли в вышибалы, и проигравший должен все мячи унести?

— Наоборот, я единственная, кто остался стоять. — ядовито отозвалась Кё. — Помоги давай, знаешь, как их тру... ай, блин!

Она как-то неудачно двинула рукой, и один из мячей соскользнул вниз; Кё попыталась перехватить его, но лишь уронила ещё два, да и остальные-то еле удержала.

— Эх, растяпа. — я наклонился и подобрал мячи. Кё вместо ответа швырнула мне ещё один и направилась прямо на склад.

Ох, не нравится мне это. Если Кё тут задержится, то в лучшем случае увидит, как я закрываюсь тут с Рё. А в худшем...

— Давай, сюда бросай. — указала мне Кё, свалив мячи в один из ящиков. Я мигом кинул их туда же. Так, а теперь в темпе...

Дверь со зловещим треском закрылась.

Приехали. Долбаное заклинание, тебя что, Нагиса составляла с её путаницей в именах? Я же отчётливо думал про Рё, даже представлял себе её, разве что мелькнуло, как она похожа на сестру... Неужели оно именно это уловило?

— Это ещё что? — Кё, не подозревая о моём негодовании, стала стучать по двери. — Эй, ау, кто там такой умный?

— Похоже, я.

— А? — Кё обернулась ко мне. Хотя на складе и царил полумрак, но пробивающихся лучей света было достаточно для того, чтобы разглядеть недоумение на её лице.

— Это из-за меня мы тут заперты. — вздохнул я. — Прости, Кё. Можешь меня ударить. — и даже зажмурился в ожидании её ярости и последующей боли.

Ни того, ни другого подозрительно долго не было. А когда я наконец открыл глаза, то к своему удивлению увидел Кё стоящую уже ближе, но боком, словно она не решалась повернуться ко мне.

— То есть, ты хотел оказаться тут со мной наедине? — тихо спросила она.

— Понимаешь, я тут вычитал одно заклинание... оно запирает тебя на складе с человеком, о котором ты думаешь, ну и... ради шутки, чисто ради шутки решил попробовать на себе и Рё, но... как-то в процессе подумал о тебе, и... вот.

Мда, шикарное достоверное объяснение. Зачем вообще ей всё выбалтываю, не лучше ли было делать вид, что дверь захлопнул порыв ветра или что-то там ещё?

— Получается, когда ты думал о человеке, с которым хотел побыть наедине, то в итоге подумал обо мне? — Кё опустила голову, возвращаясь к той же теме. — И это при том, что у тебя есть Рё?

— Прости. — искренне сказал я. Как там надо избавиться от заклинания? Ага, снять штаны. То есть каким-то образом спрятаться от Кё.

И кстати, где буря эмоций, где колотушки, где обзывания? Я думал, что Кё будет выбивать дверь моим телом, но она вместо этого так и стояла, по-прежнему не оборачиваясь ко мне, смотря в пол и как-то странно поёживаясь.

— Томоя... неужели... ты понял, что я чувствую...

Эм, что?

— Томоя... спасибо... но у тебя есть Рё. Она очень сильно тебя любит, ничуть не меньше меня. Не надо жалеть меня и мои чувства, не надо пытаться хоть как-то порадовать... будь только с Рё, так нам обоим будет легче...

У меня мгновенно застучало сердце. Эти слова... они ведь означают что-то другое... должны означать что-то другое!

— Томоя... ты должен был пригласить сюда Рё... да, вы ещё школьники, вам не положено, но я верю, что ты сумеешь быть нежным... — Кё наконец подняла голову и повернулась ко мне. И мне очень, очень не понравился её взгляд. Как будто она пьяна, или...

Или одержима.

— Но... если ты вдруг не знаешь, как правильно... удовлетворить Рё... и хочешь сначала потренироваться на мне... то я не против. — она подошла ближе, и её лицо горело так, как даже сестре не всегда удавалось. — Ведь я очень, очень сильно люблю вас обоих... и ради вашего счастья... пойду на что угодно...

Вот честно, когда Кё Фуджибаяши в полутёмном складе подходит к вам с таким взглядом, то единственное, что можно ощущать — панический ужас. А она ещё и опустила руки на пояс и стала подворачивать пальцы под резинку шорт — медленно, неуверенно, даже высвобождая их, словно борясь с желаниями.

— Кё... — наконец я смог хоть что-то пробормотать, одновременно пятясь назад и в итоге врезаясь в стеллаж. Тот задребезжал, но девушку это не остановило.

— Представь, что я Рё, Томоя. — прошептала она. — И ничего не бойся. — Она подошла ещё ближе, и словно бы некое поле накрыло меня, принося с собой такие знакомые мысли.

Не беспокойся. Расслабься. Махни рукой. Не думай о последствиях. Наслаждайся тем, что есть сейчас.

Слова, которые я говорил сам себе уже не один год. Которые определяли мою жизнь. Которые сейчас воплотились в эту подходившую ко мне девушку, взглядом обещающую всё, что пожелаю. Я уже чувствовал аромат её духов, видел блестящие от желания глаза, и не мог не посматривать на учащённо поднимающуюся грудь, которую скрывала лишь спортивная белая футболка, прекрасно обрисовывающая её формы...

— Кё. — прохрипел я. — Можешь... повернуться спиной?

Она на мгновение замерла, тяжело дыша.

— Ты хочешь сзади? — прошептала она. — Да... да, так лучше... мы не будем смотреть друг на друга, и нам будет легче...

Она повернулась, и я тут же, одним рывком, снял с себя штаны.

— Заклинания ничто для меня. Заклинания ничто для меня. Заклинания ничто для меня!

Дверь заскрипела, распахнулась, и в помещение ворвался яркий свет, осветив мне фигуру Кё с наполовину задранной футболкой. Я метнулся за стеллаж, но всё равно успел увидеть её полуобнажённую и белую в хлынувшем внутрь свете спину, изгибами переходящую в красное пятно спортивных штанов.

— Староста? — неуверенно произнесла стоявшая на пороге девушка. Кё мигом опустила руки и подошла к ней.

— Тут так жарко, я уж думала раздеться и обмахивать себя. — сказала она. — А потом добраться до окошка, высунуть футболку и махать ею как флагом. Ну и где тот идиот, что решил закрыть склад, не разбираясь, есть ли там кто?

Я уже не слышал, что ей ответила девушка, так как обе вышли наружу, и мне пришлось, прыгая на одной ноге и натягивая брюки, поспешить к выходу. Открывшая нас, к счастью, не увидела меня, а с Кё станется тут и запереть. Однако этого не произошло: когда я осторожно вылез наружу, то обеих девушек уже не было, как и вообще хоть кого-то рядом со складом.

Всё, нафиг заклинания. Чтоб я ещё раз связался с магией, нет уж, спасибо.

Рё всё ещё ждала меня у ворот — вся понурая, как преданная собачка, которую хозяин оставил на улице. Когда она услышала мои шаги, то подняла голову и тут же оживилась.

— Томоя-кун, вы целы? — вскрикнула она. — Я... уже и не знала, что делать...

— Да всё в порядке... — минутку, она назвала меня по имени? Да что сегодня происходит с этими близняшками? Рё уставилась на меня, а затем медленно сообразила, что сказала, и пошла пятнами.

— Простите, Оказаки-сан... — прошептала она.

— Ладно, ладно. — я постарался ей улыбнуться. — А твоя сестра тут не пробегала?

— Нет. — удивлённо сказала она. — А что?

— Да так... Ну, до общежития?

— Хорошо...

Мы пошли вместе, как обычно — в полной тишине, думая каждый о своём и просто пытаясь наслаждаться обществом друг друга. Вот только у меня это сегодня совсем не получалось.

Что такое произошло с Кё? Почему она... она...

Я был влюблён в Кё на втором году. Ну как влюблён — когда красивая, спортивная и популярная девушка оказывается одной из немногих, что регулярно с вами общаются, то нельзя остаться к ней равнодушным. Однако всё общение сводилось к пинкам, ссорам и хватаниям за шкирку, что развитию чувств совсем не способствовало. И хотя Кё к концу года стала спокойнее, а в этом и вовсе добрее относительно себя прошлой, вся моя влюблённость успела улетучиться.

И теперь вот выясняется, что она меня любит. По крайней мере, я не могу воспринимать всё это как-то иначе, пусть даже Кё и вела себя так, словно кто-то её контролировал. Видимо, заклинание оказалось мощнее и не только запирало людей на складе, но и поставляло феромоны в качестве бонуса.

Я украдкой взглянул на Рё, даже не подозревающую, что её парень едва не изменил ей с сестрой. А ведь они действительно очень похожи: те же черты лица, тот же поворот головы, одинаково сильный румянец. Избавься от отличительных бантов, подстриги одной волосы или нарасти другой, заставь молчать — и вообще не отличить. Образ Кё в одной футболке и красных шортиках вновь возник перед глазами, и упорно не желал уходить, даже когда я попытался представить вместо неё Рё.

— Оказаки-сан, всё нормально? — Рё повернула голову и наткнулась на мой сверлящий взгляд.

— Да, просто тобой любуюсь. — я поспешил отвернуться. Блин, такие испытания для подростка — это слишком. Ещё не хватало, чтобы Рё как-то узрела похоть в моём взгляде. — Слушай... а давай называть друг друга по имени?

— Что? — пискнула она.

— Ну, мы же встречаемся, да? И у нас всё прочно, ничто не мешает, ничто не разрушит, да... Давай на имена перейдём!

— Эээээ... — она замялась. — То... Томоя... Томоя-кун...

— Вот так, правильно, молодец. — хоть как-то продвинуть наши отношения, изгнать этот образ, помнить, кто именно моя девушка. — Молодец... Рё-тян.

Лишь через пару шагов я сообразил, что она от меня отстала, остановился и повернулся. Рё стояла и смотрела прямо на меня плачущими глазами.

— Томоя-кун. — вновь сказала она.

— Рё-тян. — послушно ответил я, и Рё неожиданно улыбнулась, не прекращая плакать.

— Томоя-кун.

— Рё-тян.

— Томоя-кун.

— Рё-тян. Ещё раз десять повторим для закрепления?

— Нет, я уже... — она одновременно хихикнула и всхлипнула. По крайней мере, звук выглядел именно так. — Томоя-кун... я боялась, что никогда не смогу обращаться к тебе по имени...

— Мне надо было давно начать и подать тебе пример. — ответил я. — Так, там общежитие уже виднеется. По домам?

— Минутку, Томоя-кун! — она мигом вытерла рукавом слёзы и подошла ко мне. — Я... можно мне...

Я даже не понял, о чём именно она говорит, пока она не подошла вплотную и не обняла меня тонкими руками, уткнувшись носом в плечо.

Сегодня что, день неправильного поведения Фуджибаяши? Я дёрнулся было обнять её в ответ, но руки повисли в воздухе — прижимающееся ко мне девичье тело только усугубило всё моё положение. А ещё, похоже, сёстры используют одни и те же духи, и стало совсем некомфортно. Рё, ещё немного, и столь же некомфортно станет тебе.

— Томоя-кун, обними меня, пожалуйста.

Ох, ну что поделаешь. Я всё-таки обнял её. Даже если Рё и чувствовала что-то, то не подавала виду. Наконец мы разомкнули объятья (я с некоторым облегчением) и улыбнулись друг другу.

— До завтра, Томоя-кун. — Рё поклонилась мне, и пошла к автобусной остановке, а мне только и оставалось, что глядеть ей вслед. Она почувствовала это, обернулась и вновь сверкнула улыбкой, после чего зашагала дальше.

Мне срочно нужен Сунохара. Иначе баланс моего организма не будет восстановлен.

Чтоб их, этих прекрасных близняшек.

Сагара-сан вновь находилась в холле, играя со своим котом, носящимся за привязанным к концу верёвки пёрышком так, будто от этого зависел его ужин и завтрашний день. Улыбка с её лица не пропала даже тогда, когда она обернулась и увидела меня.

— А, Оказаки. — махнула она мне рукой с верёвочкой, заставляя кота совершать невообразимый кульбит. — Проходи давай, твои в комнате сидят.

— Что, так и не выходили? — я наклонился погладить уставшего кота.

— Не, ну в школу-то Сунохару твой товарищ выпнул. — Сагара-сан присела на корточки и тоже стала гладить кота. — Каппей, да? Прискакал ко мне сегодня, заявил, что ему нечего делать, и не может ли он мне помочь. Я его шуганула обратно, ибо чем он тут мне поможет, из баскетболистов дурь выбьет, что ли, так попросил веник с совком и что-то так до сих пор их и держит.

— Комната Сунохары же.

— Ага. — Сагара-сан неожиданно шмыгнула носом и уставилась на меня. — Оказаки, от тебя несёт женскими духами. Твоя подружка всё-таки не вымысел?

— Вы же её видели. — деланно обиделся я.

— Ну мало ли. — она пожала плечами, ещё раз потрепала кота по голове и выпрямилась. — Конечно, ты лучше большинства живущих тут, но всё равно не думала, что сумеешь себе девушку подыскать до того, как за ум возьмёшься.

— Сагара-сан, а у вас есть парень? — поинтересовался я.

— Ты вступаешь на опасную территорию, Оказаки. — проворчала она. — Вали давай к своим, помоги им с тем, что осталось от комнаты. И пусть уже веник вернут, у меня их не миллион.

— Разумеется. — я поспешил наверх и скоро уже стоял перед дверью, за которой в кои-то веки мог скрываться сюрприз. Поэтому не стал растягивать себе удовольствие и тут же открыл её.

Гм. Технически, стало лучше.

Пол и впрямь стал чище, зато у стены невесть откуда взялись три... четыре мусорных мешка, набитых до отвала. И судя по тому, что Сунохара ещё что-то подметал в углу, мог понадобиться и пятый. Каппей же лежал на кровати и наблюдал за ним, то ли отдавая приказы, то ли просто наслаждаясь шоу "Болван за уборкой".

— М? — повернул он голову. — Оказаки-сан!

Каппей мигом слетел с кровати, едва не зацепившись за одеяло, и примчался ко мне.

— Оказаки-сан, мы почти убрались в комнате! — радостно доложил он. — Сначала я днём, а Сунохара уже вечером!

— Я вижу. — осмотрелся я. — Устали?

— Я да. — пожаловался Каппей. — Тут мусора оказалось больше, чем надо, а потом ещё и пришлось мешки перебирать, потому что... что там было выброшено, Сунохара?

— Да ничего особенного, Хиираги-тян! — Сунохара расплылся в очень усталой и недовольной улыбке. Ага. Вчера я не уточнил ему, что Каппей парень, решив посмотреть, что из этого выйдет, и дурачок принял его за девушку. Похоже, до сих пор принимает.

— Кстати, там Сагара-сан уже веник и совок требовала.

— Сейчас отнесу. — Каппей метнулся к Сунохаре. — Ладно, давай оставим это на завтра.

Сунохара, краснея, передал Каппею веник с совком, и тот, крикнув "Я быстро!", выскочил из комнаты.

— Оказаки, спаси меня! — Сунохара мигом подскочил ко мне.

— Что, убираться слишком сложно? — усмехнулся я.

— Да к чёрту уборку! — завёлся Сунохара. — Хотя вообще-то да, весь вечер только и делаю, что подметаю, как будто больше заняться нечем!

— Но ведь нечем.

— Да плевать! — взвыл он. — Оказаки, я не могу жить с ней в одной комнате! Она вчера вышла после душа, в халате, вся свежая и чистая... едва не набросился!

М, понятно. Хотя набросился — сегодня, глядишь, и не убирался бы, приходя в себя от шока и поруганной мечты.

— Оказаки, я понимаю, что вокруг тебя неожиданно девчонки завертелись, и ты теперь по дружбе мне их спихиваешь.— Сунохара опять включил какую-то внеземную логику. — Но я так не могу! Для неё жить с парнем словно нормальное дело, но мне-то жутко неудобно!

— Сунохара, крепись. Просто представь, что это огромное испытание, после которого тебя ждёт награда... какая-нибудь награда. Может быть.

— Вот именно, может быть. — горестно вздохнул Сунохара. — Пока одни с девушками обнимаются, другим "какая-нибудь награда". И где справедливость?

— В смысле, обнимаются? — я сделал шаг назад.

— Оказаки, от тебя духами Фуджибаяши несёт. — Сунохара посмотрел на меня как на идиота. — Ты точно с ней обнимался какое-то время.

Его выражение лица говорило о том, что он хотел добавить "сволочь" в конце, но сдержался.

— Ага, может, это мои духи. — хмыкнул я.

— Ври больше. — скривился он. — Лучше расскажи, что у тебя там с ней? Мне же интересно... как другу интересно.

— И мне тоже! — Каппей вернулся в самый неподходящий момент, причём с подносом, на котором лежали три тарелки с горячим раменом.

— Что, носить тяжести уже не так сложно? — я принял у него поднос и аккуратно опустил на журнальный столик, выглядевший сиротливо после избавления от окружавшего мусора.

— Свою еду я могу носить бочками. — без тени улыбки сказал Каппей, устраиваясь за столиком сбоку. Сунохара сел напротив меня, и в итоге одна часть стола осталась незанятой. Надеюсь, никто не вздумает явиться.

— Приятного аппетита! — Каппей разломал палочки и тут же принялся за еду. Мы с Сунохарой пробормотали то же самое и приступили к своим тарелкам.

Какое-то время в тишине раздавались лишь всасывающие звуки избавления от лапши, а затем поднял голову и увидел, что Сунохара и Каппей смотрят на меня и молча требуют продолжения начатого разговора.

— У меня с Фуджибаяши нету ничего такого. — наконец сказал я, всосав в себя длинную лапшу. — Мы прогуливаемся, иногда говорим, и всё. Если кое-кто нацелился послушать о нашей порнушке, то пусть даже фантазировать не смеет.

Сунохара бросил испуганный взгляд на Каппея, но того ничего не смутило.

— Жаль. — сказал он. — Рё наверняка способна доставить вам огромное удовольствие в постели, Оказаки-сан, и надеюсь, что вы скоро сами в этом убедитесь.

Сунохара немного посерел и принялся всасывать лапшу с куда большим хлюпаньем, чем нужно.

В общем-то, наличие Каппея ничуть не помешало нам провести вечер в своём привычном безделье. Сунохара осторожно попробовал выяснить его музыкальные вкусы, и слегка приуныл, когда тот сказал про классику. Впрочем, включенный хип-хоп ему тоже зашёл. Высказался Каппей и по поводу манги Сунохары, пожаловавшись, что она вся неинтересная, и попросив его добыть парочку научной фантастики или хотя бы романтических комедий. Он назвал для примера пару названий, но мне они ничего не говорили; Сунохаре, похоже, тоже, но он промямлил, что попробует что-нибудь добыть. Наверняка завтра пойдёт отбирать у младшеклассников, а потом наткнётся на их злых старших братьев с предсказуемым результатом.

За время этих посиделок мысли о том, что произошло днём, немного улетучились, но когда я попрощался и отправился домой — налетели с новой силой. Образ Кё вновь возник, и даже попытался дополниться возможными картинами того, что могло произойти, не сними я заклинание. До дома в итоге добрался практически бегом, стараясь думать о чём угодно другом. Например, о том, что в последнее время вечерами стало гораздо спокойнее, словно кто-то прищучил хулиганье в немалых масштабах.

Отец уже лежал в комнате и тихо посапывал. Мирная картина, если бы не то, что он был пьян, лежал на полу и был одет в замызганные майку и трусы. Я осторожно обошёл его и заглянул в холодильник — вместе с выпивкой он иногда приносил и что-нибудь поесть.

Не сегодня. Я прошёл к себе в комнату, лёг на кровать и уставился в потолок. Свет включать не стал — скоро буду спать укладываться, а так ещё отец проснётся, и мне только его сейчас не хватало.

Или, может, я уже сплю? И весь сегодняшний день был сном? И вообще все прошедшие дни? Ну не может быть такого, чтобы в меня, обычного парня — да даже хуже, чем обычного — влюбились две красивые и популярные близняшки. Ладно бы спас от хулиганов, или вступил в их идущий ко дну школьный кружок, или постоянно помогал в ущерб себе, или какие там ещё завязки у подобного романтического, но нет — с Кё мы только ругались, а Рё всегда плохо знал. Так, несколько раз встречал и пару раз поговорили в стиле "Не видела сестру? — Не видела".

Но если это не сон, то... то Кё любит меня и одновременно пытается устроить мои отношения с Рё, потому что... не знаю, почему. Я вообще не могу представить себе Кё, которая вместо того, чтобы надеть на своего избранника ошейник с поводком, толкает его к другой абсолютно добровольно. Или не добровольно? Или между близняшками произошло что-то эдакое, и в результате победу за право встречаться со мной одержала Рё? Тоже странно, ибо мой измученный мозг не в силах представить поединок, в котором Рё обыгрывает Кё.

Кё... до чего ж она была прекрасна в тот момент, красная, разгорячённая, целеустремлённая... если бы Рё была такой...

Нет. Нет. Не думать о них. Не думать ни о чём. Попытаться заснуть как можно быстрее. Я не знаю, как завтра увижусь с близняшками, но лучше завтра с этим и разобраться.

А сейчас спать.

Спать.

Спать, мать твою!

Кё Фуджибаяши

Я сумела подойти к воротам лишь тогда, когда эти двое скрылись из виду и прошло ещё минут пять. Только затем осторожно выглянула и убедилась, что Томоя и Рё действительно ушли, и не попадусь им на глаза.

Был бы мопед, так укатила бы в лес и, возможно, попыталась бы врезаться в какое-нибудь дерево. А так... а так тоже пошла в лес. Ибо видеть хоть кого-то из людей сейчас просто не могу. Мне казалось, что каждый будет смотреть на меня и сразу видеть, что произошло.

Кё Фуджибаяши, отличница, староста и гордость класса, практически отдалась парню.

Причём парню своей сестры.

Причём парню, которого уже давно пыталась разлюбить.

Интересно, как в лесу с дикими, плотоядными и просто бешеными животными? Далеко до них идти?

Когда я вышла на свою любимую поляну, то уже более-менее успокоилась. Мне всегда нравилось стоять тут и просто смотреть, как ветер нежно шелестит травой, окрашенной пробивающимся сквозь кроны деревьев солнцем, птицы с любопытством щебечут, обсуждая появившегося человека, и нисходит такой покой и умиротворение, что в компьютерной игре это определённо было бы точкой восстановления сил. Именно сюда несколько лет назад я под проливным дождём пришла, рыдая от злости и горя после поражения на волейбольном матче, и ко мне вылез жалобно хрюкающий кабанчик — настолько маленький и несчастный, что все мои проблемы мигом показались ничтожными.

Жаль, Ботан сейчас не тут, видимо, в кои-то веки решив остаться дома. Он в последнее время немного обижается на меня за диету, но уж прости, малыш. Ещё не хватало, чтобы ты вымахал под центнер весом и таким падал мне в ноги спать по ночам, как обычно.

Я вдохнула свежего воздуха, села под ближайшим деревом и прижалась к его стволу. Так, Кё, вроде как ты успокоилась, давай разбираться, что за фигня вообще произошла.

Последним уроком была физкультура. Наш класс устроил баскетбольную тренировку, которая быстро переросла в перестрелку мячами. Учитель особо не вмешивался, полагая, что если подростки носятся и визжат, то это технически считается физкультурой и всё хорошо. После урока я, как староста, должна была собрать мячи и отнести их на склад спортпринадлежностей. Дело привычное, обычно делала в два-три захода, но сегодня почему-то захотела унести всё сразу. Пожалела уже через несколько шагов, но на чистом упрямстве двинулась дальше. Встретила Томою, кинула ему часть мячей, зашли на склад.

Затем дверь закрылась.

Ещё не успела как следует по ней постучать и пообещать жестоко наказать виновного, как Томоя стал говорить, что это из-за него, и понёс какую-то чушь про заклинание, которое закрывает с тем, о ком думаешь. А я вместо того, чтобы покрутить пальцем у виска, поверила, что он хочет побыть наедине со мной, и стала нести ещё большую чушь.

А затем...

Я не ханжа. Совсем не ханжа. Знаю, что происходит между парнем и девушкой в постели, более-менее видела процесс в манге и, в принципе, не прочь хотя бы чуточку попробовать с подходящим человеком. Но не настолько же!

Просто... когда была рядом с Томоей, и он смотрел на меня, я... я словно была в его власти. Это пугало, но в то же время как-то и немного влекло. Попроси он меня о чём угодно — и выполнила бы, не задумываясь.

Впрочем, и без просьбы чуть было не... даже не зная, почему. Я не вынашивала планы его соблазнить, скорее наоборот. Если бы злые духи существовали, могла бы сказать, что была одержима им. Разум ушёл, здравый смысл не мог пробиться, а тело и инстинкты требовали наброситься на этого парня, в которого ты уже год как влюблена, и сделать с ним всё то, что даже мне казалось постыдным.

Томоя сказал, что это заклинание... которое он вычитал... а вычитать его мог лишь в одном месте... неужто эта Миядзава как-то причастна? Но даже если и так, что я ей предъявлю? Что она, скажем, изготовила какое-то любовное зелье, опрыскала им Томою и отправила его навстречу мне, чтобы я потеряла голову и девственность?

Ох, что за чушь. Легче поверить, что просто начиталась всякой извращённой манги, и мне это ударило по мозгам.

Дерево надо мной мирно зашумело, словно пытаясь успокоить. Что ж... просто буду думать, что кратковременно сошла с ума. Такое бывает. Вроде как.

Томоя молодец. Он не стал пользоваться случаем, он... произнёс странные слова, после которых дверь открылась... в общем, не повёл себя как скотина, изменяющая своей девушке при первой же возможности. И это резало по сердцу больнее ножа. Как бы я не одобряла его поступок, но... когда он мог сделать со мной что угодно, то предпочёл оттолкнуть. Когда я думала о том, что могло бы произойти, поддайся он, то мне было одновременно и плохо, и хорошо.

Прости, Рё. Твоя любящая старшая сестрёнка фактически предала тебя и едва не увела твоего парня. Я не знаю, как сегодня буду смотреть тебе в глаза, и вообще смогу ли хоть как-то до конца жизни загладить свою вину, но... прости. Я не хотела. Ты первой решилась привлечь его, ты первой попросила помощи, тебе быть первой и далее. В любом случае, сейчас уже поздно что-либо менять.

Неожиданно слёзы потекли по щёкам. Если бы я... если бы я была уверенней в себе, если бы успела раньше, если бы, если бы... У меня был целый год, и я ничего не сделала. А сейчас ещё и специально всё порчу. Томоя, несомненно, тоже попытается как-то загладить вину, что-нибудь ей подарит, может, они даже сделают шаг вперёд и ещё больше сблизятся... а если вдруг произойдёт невозможное, если он влюбится в меня, теперь, после моего признания и моего... то сама не позволю ему... сделаю что-нибудь, чтобы даже не думал... иначе это разобьёт Рё сердце, а я не могу, не хочу, не буду этого делать...

Я уже рыдала без всякого стеснения. Ну почему так всё вышло? Почему сестра умудрилась влюбиться в того же мальчика? Почему я ей уступаю? Почему не призналась ему первой? Почему он не влюбился в меня раньше? Почему?

Я не знаю, сколько ещё плакала, задаваясь вопросами, оскорбляя себя и его, желая убежать куда-нибудь подальше от всех и получая от этого какое-то больное, извращённое удовольствие. Наконец я успокоилась, лишь всхлипывая на автомате.

Встать. Пойти домой. Не видеться с Рё. Не видеться со всеми. Принять ванну. Бухнуться в кровать. Уснуть. Не иметь ни малейшего понятия, что делать дальше и как теперь говорить с Томоей.

Как же, дадут мне ни с кем не видеться. Только я начала собираться в ванну, как ко мне в комнату голодным зверьком заскреблась Рё.

— Кё, с тобой всё в порядке? — обеспокоенно спросила она.

— Да просто спину потянула на физкультуре, вот и хожу угрюмая. — тут же выдумала я, стараясь не смотреть на неё и держать бодрый голос. Пусть сестрёнка думает, что всё в порядке.

— Ох. — беспокойства в голосе Рё всё равно не убавилось. — Может, тебе её помассажировать?

— Прости, но в массаже тебе до Ботана как до луны. Говори уже, зачем пришла, не только же на меня посмотреть.

— Кё, я и в самом деле о тебе беспокоюсь. — обиженно сказала Рё. — Ты сегодня так долго отсутствовала и пришла такой... никакой.

Никакая. Ага. Очень точное слово. Выплакавшаяся пустая оболочка, желающая даже тебя послать куда подальше до конца дня.

— А так... — Рё неожиданно улыбнулась. — Мы с Томоей сегодня...

Так, Кё. Спокойно. Сиди, улыбайся, кивай болванчиком, не показывай ничего из того, что чувствуешь при упоминании его имени.

Минутку, имени?

— Мы сегодня... договорились называть друг друга по имени... а затем вновь обнялись, и... — Рё придвинулась ко мне и зашептала прямо в ухо. — И я даже почувствовала... его...

— В смысле? — только и сказала я.

— Ну... — Рё как-то странно хихикнула. — Ты знаешь... его.

Не знаю. Я вообще понятия не имею, о чём ты говоришь. Что значит, ты его почувство...

Тухлые яйца мне в глотку, вы серьёзно?!!

— Это было так мило. — Рё зарделась, продолжая улыбаться. — Он настолько меня любит, хорошо же, Кё?

Ага, заебись. Только, возможно, это он не тебя так заценил, а... не думать об этом!

— Молодцы. — Томоя точно молодец, почувствовал себя виноватым и сразу массивно продвинул ваши отношения, как я и думала. Умный мальчик. Вот только моему сердцу всё больнее.

— Ладно, Кё... — Рё не могла не почувствовать мой настрой. — Если со спиной всё так плохо, то давай спать ложись пораньше, может...

— Подожди.

Томоя, чувствуя свою вину, сразу же побежал тебе компенсировать. Мне придётся сделать то же самое.

— Рё, как ты смотришь на то, чтобы Томоя жил с нами?

Рё замерла, удивлённо заморгала — и задумалась. В её голове наверняка проносились те же мысли, что и у меня поначалу.

— А он согласится? — неуверенно сказала она.

— Жить в доме со своей девушкой на всём готовом? — вздохнула я. — Согласится, разумеется.

— Ну тогда... — Рё повела плечом. — Хорошо, если папа и мама не против. Давай ты завтра сразу ему и скажешь?

Ни! За! Что!

— Сама скажи, ты же его девушка.

— Но... ты же предложила... да и если я ему скажу, то что он обо мне подумает...

А если я ему скажу, то он вообще хрен знает что подумает, дурында! И вообще, как его стояк чувствовать, так улыбка до ушей, а как пожить приглашать, то сразу трусишку играть?

— Вместе пригласим. — Рё наконец пришла к гениальному решению. — От нас двоих он уже не отобьётся, да?

Ага, ага. Пусти уже меня в ванную. Хочу мыться и забыться.

В горячей воде и с тихо похрюкивающим Ботаном я хоть как-то расслабилась. Вообще, пригласить Томою пожить к нам тоже было частью моей стратегии по избавлению от любви. Расчёт прост — Томоя не жил с матерью, а с отцом у него никаких отношений, и вряд ли он в бытовом плане хоть сколько-то хорош. В конце концов, в комнате Сунохары неплохо себя чувствует. Рё-то плевать, она на своей стадии влюблённости и вообще характере всё проигнорирует, даже если он насрёт в раковину, а вот я наверняка найду тысячи поводов прицепиться и тем самым убью любовь. Мол, как можно любить парня, у которого носки каждый день лежат на новом месте?

Хе-хе. Не может не сработать. Да и пересекаться мы особо не будем, Рё наверняка его будет таскать с собой и не отходить ни на шаг. И пусть это будет очередным вызовом, который я принимаю от жизни и выдерживаю.

Но завтра даже видеть его не хочу.

Кстати, о вызовах, чуть не забыла, что завтра же у нас с Томоё назначено рекламное выступление. Выглядеть будет не так внушительно, как звучит, но всё равно подготовиться надо. И хоть как-то отвлечься.

29 апреля, вторник

— Мне что, прямо в это говорить? — недоумённо сказала Томоё, вертя в руках рупор. — А просто микрофона нету?

— Ну, если у тебя есть и дырка, куда подключить, то пожалуйста. — развела я руками. Томоё вздохнула и перестала поднимать тему. В принципе да, кандидат в президенты, рассказывающий о себе через рупор, выглядит немного нелепо, но таковы уж издержки выступления на улице.

Зато толпа больше соберётся. И так должна — я порекламировала выступление у себя в классе, да и Рё попросила сделать то же самое — но чем больше, тем лучше.

— Готова? — спросила я Томоё. Речь мы набросали ещё в субботу, она должна была уже выучить, но мало ли.

— Всё в порядке. — кивнула она. Молодец, так и дальше — уверенная в себе, сильная, независимая, кто не захочет такую в президенты. — Но ты уверена, что мы должны именно на этом заостряться? Я всё же думаю, что...

— Томоё. — подняла я руку. — Первое правило выборов — надо говорить то, что хотят услышать люди, а не что ты хочешь сделать. Желательно бы ещё и совместить, но это уже у кого как. Не бойся, просто нормально расскажи, но не так, будто ты текст с невидимой бумажки зачитываешь, и всё будет окей.

Томоё нерешительно кивнула, и принялась проговаривать текст про себя. Я же тем временем огляделась, проверяя, что там с народом.

Мы находились на пустынном заднем дворе, где Томоё в первый раз должна была выступить как кандидат в президенты. Пока пустынном — звонок уже отзвенел и вот-вот должны начать подтягиваться обедающие здесь школьники... ага, уже. Специально подгадала именно это время и место, чтобы обхватить больше народу. Наверняка кто-нибудь возмутится, что ему придётся есть в шуме, но разрешение у нас получено, так что пусть возмущаются. А когда мы разыграем свою коронную фигуру, то и вовсе замолкнут.

— Так, народ уже подходит специально для тебя. — я выглядела среди прибывающих своих одноклассников. — Давай, начинаем.

Томоё кивнула, кашлянула, приставила ко рту рупор и сказала:

— ВСЕМ ЗДРАВСТВУЙТЕ. МЕНЯ ЗОВУТ ТОМОЁ САКАГАМИ, Я КАНДИДАТ В ПРЕЗИДЕНТЫ ШКОЛЬНОГО СОВЕТА, И СЕГОДНЯ ХОТЕЛА БЫ ПРЕДСТАВИТЬ НЕКОТОРЫЕ ПУНКТЫ СВОЕЙ ПРЕДВЫБОРНОЙ ПРОГРАММЫ.

Ай, слишком громко. Так даже в самой школе могут услышать. Что есть хорошо, так-то, просто надо бы отойти ей за спину, а то уши уже реагируют. Тем более что есть зачем: я взяла огромный баннер "Томоё Сакагами в президенты!", который сама кандидатка нарисовала за выходные, и подняла его над головой как фон.

— Я УЧЕНИЦА ВТОРОГО-С КЛАССА СТАРШЕЙ ШКОЛЫ. — продолжала Томоё. — И ХОТЯ ПОСТУПИЛА К ВАМ ТОЛЬКО В ЭТОМ ГОДУ, НО УЖЕ ПОЛЮБИЛА НАШУ ШКОЛУ — ПОЛЮБИЛА НАСТОЛЬКО, ЧТО ЗАХОТЕЛА СДЕЛАТЬ ЧТО-НИБУДЬ ДЛЯ НЕЁ, И ПОТОМУ РЕШИЛА ПРИНЯТЬ УЧАСТИЕ В ПРЕЗИДЕНТСКИХ ВЫБОРАХ.

Кстати, она не врёт. Я помахала баннером, зазывая людей, но те и так подходили, интересуясь представлением.

— ЕСТЬ НЕСКОЛЬКО ВЕЩЕЙ, КОТОРЫЕ БОЛЬШЕ ВСЕГО РАССТРАИВАЮТ КАК МЕНЯ, ТАК И ДРУГИХ УЧЕНИКОВ. НАПРИМЕР, ХУЛИГАНЫ, КОТОРЫЕ РЕГУЛЯРНО ВТОРГАЮТСЯ НА ТЕРРИТОРИЮ НАШЕЙ ШКОЛЫ И УСТРАИВАЮТ БЕЗОБРАЗИЯ. В СЛУЧАЕ МОЕГО ИЗБРАНИЯ Я ОБЕЩАЮ ОРГАНИЗОВАТЬ ДЕЖУРНЫЕ ОТРЯДЫ, КОТОРЫЕ БУДУТ ОГРАЖДАТЬ УЧЕНИКОВ ОТ ПОДОБНЫХ ВЫХОДОК ДО ТЕХ ПОР, ПОКА СИТУАЦИЯ НЕ НОРМАЛИЗУЕТСЯ.

Жаль, я так и не сумела заставить её сказать, что она сама может такие отряды возглавить и тренировать. Томоё почему-то стеснялась своих бойцовских навыков. Впрочем, толпа всё равно оживлённо зашумела.

— ЕЩЁ МЕНЯ КРАЙНЕ ОБЕСПОКОИЛ ВОПРОС ОБЩЕЖИТИЙ. НАСКОЛЬКО Я ПОНЯЛА, ИХ ПРЕДОСТАВЛЯЮТ ТОЛЬКО ЗА УСПЕХИ В УЧЁБЕ ИЛИ СПОРТЕ, ОБЫЧНЫМ ЖЕ УЧЕНИКАМ В БОЛЬШИНСТВЕ СЛУЧАЕВ ОТКАЗЫВАЮТ БЕЗ ОБЪЯСНЕНИЯ ПРИЧИН. В СЛУЧАЕ МОЕГО ИЗБРАНИЯ Я СОБИРАЮСЬ ОБСУДИТЬ ЭТОТ ВОПРОС С АДМИНИСТРАЦИЕЙ ШКОЛЫ И ДОБИТЬСЯ ОТМЕНЫ ИЛИ СУЩЕСТВЕННОГО ОСЛАБЛЕНИЯ ЭТОГО ПРАВИЛА.

Толпа зашумела чуть меньше. Ну да, это не настолько критично, но Сунохара как-то рассказывал, что Томоя именно из-за этого правила не смог переехать в общежитие после травмы в драке с отцом и ухода из баскетбольной команды. Так что будем отменять.

— ЕЁ ОДНО, КРАЙНЕ ВАЖНОЕ ДЕЛО. Я В СВОЁ ВРЕМЯ БЫЛА ОШЕЛОМЛЕНА ПРОИСХОДЯЩИМ В ШКОЛЬНОМ БУФЕТЕ ВО ВРЕМЯ ОБЕДЕННОГО ПЕРЕРЫВА. ЛЮДЕЙ ЧУТЬ ЛИ НЕ ЗАТАПТЫВАЮТ В ТАКОЙ ДАВКЕ, А МНОГИЕ ПРОСТО НЕ МОГУТ ПОЕСТЬ, ТАК КАК ПРОДУКЦИЯ ЗАКАНЧИВАЕТСЯ ДО ТОГО, КАК ОНИ НАКОНЕЦ ДОБИРАЮТСЯ ДО ПРИЛАВКА. В СВЯЗИ С ЭТИМ ХОЧУ СООБЩИТЬ, ЧТО У МЕНЯ ЕСТЬ ДОГОВОРЁННОСТЬ С МЕСТНОЙ ПЕКАРНЕЙ ОБ ОТКРЫТИИ ВТОРОЙ ТОЧКИ НА ТЕРРИТОРИИ ШКОЛЫ, ЧТО И ПРОИЗОЙДЁТ В СЛУЧАЕ МОЕГО ИЗБРАНИЯ.

Точнее, договорённость есть у меня, и то лишь через Нагису, которая обещала передать родителям, но людям об этом знать не стоит. Благо этот пункт взволновал толпу, часть которой как раз явилась из столовой, больше всего.

Блин, руки устали.

— В МОЕЙ ПРЕДВЫБОРНОЙ ПРОГРАММЕ ИМЕЮТСЯ И ДРУГИЕ ПУНКТЫ, С КОТОРЫМИ ВЫ СМОЖЕТЕ ОЗНАКОМИТЬСЯ ВО ВРЕМЯ МОЕЙ КАМПАНИИ ЧУТЬ ПОЗЖЕ. — потому что мы эту программу ещё не дописали, ага. — Я ОЧЕНЬ НАДЕЮСЬ НА ВАШУ ПОДДЕРЖКУ. ЕСЛИ ВЫ СЧИТАЕТЕ, ЧТО МОЖЕТЕ ПРЕДЛОЖИТЬ ЕЩЁ ЧТО-ТО ВАЖНОЕ, ТО МОЖЕТЕ СПОКОЙНО ОБРАЩАТЬСЯ КО МНЕ, ОБЕЩАЮ ВЫСЛУШАТЬ КАЖДОГО.

А теперь мой выход. Я положила баннер, подошла к Томоё и выхватила у неё рупор.

— НАША КАНДИДАТКА В ПРЕЗИДЕНТЫ СИЛЬНА НЕ ТОЛЬКО УМОМ, НО И ТЕЛОМ, И ГОТОВА ЭТО ДОКАЗАТЬ. НА СЛЕДУЮЩЕЙ НЕДЕЛЕ ТОМОЁ САКАГАМИ ПРОВЕДЁТ СЕРИЮ ПОКАЗАТЕЛЬНЫХ МАТЧЕЙ В ВОЛЕЙБОЛЕ, БАСКЕТБОЛЕ, БЕЙСБОЛЕ И ФУТБОЛЕ, В ОДИНОЧКУ СЫГРАЯ ПРОТИВ ШКОЛЬНЫХ КОМАНД. ПРИХОДИТЕ ОЦЕНИТЬ ЕЁ РЕШИМОСТЬ И СТРЕМИТЕЛЬНОСТЬ, С КОТОРЫМИ ОНА БУДЕТ ВЫСТУПАТЬ ПРОТИВ СОПЕРНИКОВ И ШКОЛЬНЫХ ПРОБЛЕМ!

Все зашумели так, что я поняла — успех. Уже сегодня о Томоё будет говорить вся школа, а завтра вообще вся. Начало положено, пусть даже её взгляд теперь ощутимо жжёт мне затылок.

— ГОЛОСУЙТЕ ЗА ТОМОЁ САКАГАМИ! — напоследок проорала в толпу, и несколько голосов одобрительно крикнули в ответ. Наконец можно перестать мучать рупор. Я сунула его обратно Томоё, та поклонилась зааплодировавшим ей ребятам, и мы отправились к школе.

— А меня предупредить? — начала Томоё сразу после того, как мы отдалились от толпы.

— Да ладно. — отмахнулась я. — Что, думала, на выборах будешь лишь стоять и речи зачитывать? Даже если ты в спорте проиграешь, но хорошо себя покажешь, то сторонников уже прибавится. А если выиграешь...

— Одной против целой команды? — хмуро сказала Томоё.

— Ну не прямо же матчи устраивать. Скажем, в бейсболе тебе будут мячи кидать, а ты отбивать, а затем наоборот. Там разберёмся и уточним.

— Ох, Кё. — Томоё немного помолчала. — Ты уверена, что с этой булочной выгорит?

— Нет. — призналась я. — Но задницу надорву, чтобы выгорело. Да и тебе придётся, будь готова туда сходить почесать языком.

— Булочная Фурукав, да? Ну хорошо.

— Ага. — Поесть бы. Я просила Рё принести нам булочки с соком после выступления, но что-то её не видно. Жаль, заодно бы предложила в команду Томоё запихать, всё равно она и Томоя перестали кружок Нагисы посещать. Его бы тоже запихать, да вот на какую роль, а сейчас и не смогу...

— Кё! Мы тут!

Мы? Под "мы" Рё ведь имеет в виду булочки?

Ох, ну разумеется нет. Она и Томоя стояли рядом, всё же с пакетом булочек, но... как мне теперь прикажете к ним подойти?

— Простите, что так долго, в столовой не пробиться, а Томоя-кун сегодня какой-то вялый. — Рё поклонилась Томоё. — Рё Фуджибаяши, третий "Д" класс, староста.

— Приветствую, сенпай. — Томоё тоже поклонилась. — Томоё Сакагами, второй "С" класс.

— Э? — Рё удивлённо посмотрела на неё. — Томоё?

Пока она удивлялась, я всё-таки решилась взглянуть на Томою, но тот стоял, опустив взгляд в пол, и даже не пошевелился, услышав имя.

Ох, не нравится мне это.

— Да, а что-то не так? — тоже удивилась Томоё.

— Нет-нет, всё так. — Рё испуганно замахала руками. — Просто... моего парня зовут Томоя, вот и...

Томоя наконец соизволил поднять голову, и ох блин, даже мне отсюда было видно, что он не просто не выспался, а не против где-нибудь лечь и наверстать. Понятия не имею, во сколько он в школу пришёл, но очень удивлюсь, если всё-таки вовремя.

— То есть это вас? — Томоё с любопытством посмотрела на него. — Здравствуйте, Томоя-сан.

— Привет. — пробурчал он. Рё, ну ты бы хоть поддержала его, что ли, парень сейчас упадёт. Я бы вообще оттащила его к одной из клумб и уложила там отдыхать вместо урока.

И легла бы рядом.

Стоп, что?

— Я принесла вам булочки. — наконец Рё протянула пакет. — Сестра сказала, что вы будете голодны, и... Кё, ты куда?

— В туалет хочу, мочи нет. — сказала я, старательно отходя подальше. — Не сжирайте всё, сейчас прибегу. И кто-нибудь приведите уже Томою в чувство, а то он ещё рухнет на вас!

И с этими словами помчалась к школе.

Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт!

Всё стало только хуже! Я думала, что успокоилась, но стоило мне взглянуть на Томою — и всё полетело нафиг.

Я любила его. Я хотела его. Ещё никогда у меня не было такого сильного чувства. Желание помогать сестре, обеспечить счастье её и Томои, разлюбить его и не мешать им — всё это дрогнуло в момент. Его нельзя приглашать к нам жить, это огромная, чудовищная, непоправимая ошибка. Рё, пожалуйста, пускай сейчас ты застесняешься и не сможешь его пригласить, а я тебе скажу, что это была просто шутка. Или пусть Томоя не примет это предложение. Что угодно делайте, только чтобы он не жил в одном доме со мной! Я ж просто не выдержу, это не тот вызов, который можно осилить!

Почему у меня так, почему? Заклинание? Томоя говорил про заклинание, да. Эта Миядзава научила его, больше некому. Говорила же не ходить к ней, так нет, разве будет слушаться этот независимый, думающий своей головой, сильный, прекрасный — да ёб твою мать!

Миядзава. Ведьма. Пойти, схватить за горло и трясти, пока она не придумает какое-нибудь контрзаклинание. Прямо сейчас. И если она попробует сказать, что такое нельзя провернуть, и я теперь до конца жизни не смогу нормально общаться с Томоей... лучше бы ей такого не говорить.

Юкинэ Миядзава

Когда я открыла дверь архива, то Фуко уже сидела внутри и увлеченно вырезала звёздочку из деревянной бляшки, куча которых лежала на столе рядом с ней. Как хорошо иметь друга на лесопильном заводе с доступом к отходам производства.

— Фуко, будешь рис? Или омлет? — спросила я, укладывая сумку под стол и открывая ящик с продуктами.

— Рис! — крикнула девушка. — Только сейчас, Фуко закончит эту милую звёздочку! — и она продолжила вырезать. Я улыбнулась, достала кастрюлю с рисом, которую заготовила ещё вчера, и поставила на зажжённую плитку. Немного согреется, потом помешаю, добавлю трав — и готово. Всегда стоит ожидать, что кто-нибудь придёт обедать — Сунохара-сан, например, частенько заглядывает, или Томоя-сан, или кто-нибудь из других моих друзей. Да и Фуко никогда не отказывается, ей вообще больше негде поесть.

Пока кастрюля грелась, я достала веник с совком и стала убираться. От Фуко вечно были опилки, да и вообще грязь и пыль очень любили скапливаться, так что тщательно подмела пол, а затем взяла тряпку, сбегала смочить её в туалет и протёрла столы. Фуко тем временем закончила со звёздочкой и попыталась мне помочь, но всё уже было сделано. Я отключила электроплитку и прихватками осторожно сняла крышку кастрюли.

Снаружи донёсся какой-то шум, как голос или вроде того. Я из любопытства прислушалась, накладывая Фуко рис, а затем и вовсе высунулась в открытое окно.

Всех слов не различила, но имя Томои-сана различила точно. А, нет... это не его имя, просто похожее. Томоё?

— ГОЛОСУЙТЕ ЗА ТОМОЁ САКАГАМИ! — это я услышала отчётливо. Ах да, выборы президента, и агитация уже началась. Томоё Сакагами... та самая, что ли? Очень интересно.

— Миядзава-сан, сегодня странных людей не будет? — спросила Фуко, предварительно набив рот рисом.

— Они не странные, Фуко, не надо их так называть. Я же просила.

— Прости, Миядзава-сан. — она надулась. — Но Фуко страшно и неудобно рядом с ними! Ей всё кажется, что они её схватят и утащат!

— Этого не произойдёт. — уверенно сказала я. — Тебе нечего бояться. Да и благодаря им ты начала раздавать старые звёздочки и получила дерево для новых, так что не называй странными, хорошо?

Фуко насупилась и продолжила поедать рис. Очень упрямая и своевольная девочка, но и очень милая. Как же мне её жаль...

— Фуко, ты сегодня тоже останешься тут ночевать? — спросила я. Раньше она уходила на ночь, но дня три назад решила остаться и пока так и продолжала.

— Фуко вообще не собирается отсюда уходить! — довольно заявила она. — Здесь тепло, хорошо, Фуко кормят и помогают вырезать звёздочки, зачем ей отсюда уходить?

Ну да, чего ещё можно ожидать. Я наконец отошла от окна — агитация давно уже смолкла — и потянулась к кастрюле положить риса и себе.

Дверь распахнулась с такой силой, что едва не пробила стену, а Фуко от неожиданности подавилась и закашлялась. Она в гневе повернулась к вошедшей Кё-сан, но от страха тут же прекратила кашлять и сползла под стол.

Да и я, честно говоря, испугалась. У Кё-сан был такой безумный взгляд... я уже видела его у других. Человек с таким взглядом способен на всё.

— Миядзава! — закричала она, вламываясь в комнату, огибая стол и прорываясь ко мне. — А ну-ка живо расколдуй меня! — Кё-сан подобралась вплотную, схватила меня за горло и даже немного приподняла.

— Я вас не... кха... заклкха... — у Кё-сан оказалась стальная хватка, и я безуспешно пыталась разжать её пальцы.

— А ну, отпусти Миядзаву-сан! — Фуко вынырнула из-под стола и швырнула в Кё звёздочку. Она ударила девушку по голове, заставляя её повернуться и так рявкать на Фуко, что та отскочила к шкафу.

— Ты научила Томою какому-то грёбаному заклинанию, из-за которого я теперь хочу его целовать, обнимать и завалить в постель каждый раз, когда вижу! — она вновь обратилась ко мне. — И теперь либо его снимешь, либо...

— Хххаа... — уже не могла говорить, когда Кё-сан наконец разжала руки. Я свалилась на пол и закашлялась.

Заклинание... Томои-сана... неужели оно так сработало?

— Где книга? — Кё-сан тем временем пошла к шкафам. — Томоя сказал, что он его вычитал, значит, есть книга. Говори, где она, живо!

— Рядом с вами... слева... на второй полке... на книгах... — сказала я, пытаясь отдышаться, и вновь закашлялась. Давно меня не душили, даже успела забыть все эти неприятные ощущения. Пока Кё-сан вынимала брошюру и пролистывала её, я сумела кое-как забраться на стул и прокашляться ещё раз.

— Что за бред? — наконец крикнула она. — Как придавать еде особый вкус, как встретиться с человеком, которому ты нравишься, как избавляться от мух... — Кё-сан повернулась ко мне. — Где "как снять идиотское заклинание раз и навсегда"?!

— Кё-сан... — отдышалась я. — Заклинание... Томои-сана... не должно было сработать так...

— Но вот оно сработало, увы! — заорала Кё-сан. — И мне плевать, что оно там не должно, мне надо, чтоб оно было снято! Живо отвечай, как!

— Сейчас разберёмся... — я вынула кофеварку. — Кё-сан... не хотите кофе?

Какое-то время она прожигала меня взглядом, а затем швырнула брошюру мне на стол и уселась на стул, скрестив руки и закинув одну ногу на другую. Фуко осторожно, бочком пролезла с другой стороны и подошла ко мне.

— Миядзава-сан, я сбегаю за помощью? — зашептала она. — Только скажите, кого привести.

— Никого. — я взяла брошюру и открыла на нужной странице.

Условия заклинания не изменились — двое людей оказывались заперты вдвоём на складе. И всё. Про то, что как минимум один из них будет после испытывать любовное влечение, ничего не указано. Конечно, я до этого никогда не применяла это заклинание на практике, но остальные всегда работали с точностью от и до. Так почему же в этот раз всё изменилось?

— Кё-сан. — тихо сказала я. — А вы уверены, что это заклинание, а не... вы?

Кё-сан схватила стул, повертела его — и с грохотом уронила.

— Уверена. Я Томою пытаюсь забыть, а не фантазировать о нём. И уж тем более не затаскивать в постель.

Меня это не убедило, скорее даже наоборот, но протестовать я не стала. Девушка сейчас в таком состоянии, что следующий стул спокойно может полететь в меня, и до такого лучше не доводить. На всякий случай я пролистала всю брошюру. Иногда заклинания появлялись в ней просто так, из ниоткуда — но нет, всё как обычно.

И что мне ей сказать?

Кофеварка издала свисток, и я тут же её выключила, налила кофе в стаканчик, поднесла его Кё-сан — и после некоторых колебаний села напротив неё.

— Кё-сан, я очень извиняюсь за то, что произошло. Видите ли, Томоя-сан попросил привести вашу сестру сюда для того, чтобы побыть с ней наедине. Я же решила предложить ему вариант, когда они смогут оказаться наедине друг с другом, и для этого научила его заклинанию. Оно лишь запирает на складе и ничего более. Я не знаю, почему оно на вас сработало, и не знаю, почему именно так. Это как если бы в уравнении по расчёту объёма тела внезапно появилась переменная совершаемой им работы — такого просто не должно быть.

Кё пила кофе и слушала меня. Вроде как она успокоилась, но безумный взгляд никуда не исчез.

— Ну и что ты тогда предлагаешь? — тихо спросила она. — Извинишься, скажешь, что не при чём, и вытуришь меня, предоставляя справляться с проблемой, которую я не в состоянии решить?

— И не думала. — Я и в самом деле хотела ей помочь. — Может, вам попробовать, м, представить его в неприглядном свете?

— Уже! — вновь разъярилась Кё. — Я даже представила, как он срёт в моём присутствии! И знаешь что? Мне захотелось сесть рядом и тоже посрать! Представляешь теперь, как всё хуёво?

Да уж, тяжёлый случай. Я ещё раз пролистала брошюру. Не то, не то, не то, ничто из этого не может помочь. И я просто не знаю, что делать.

Разве что... Ох, но если так... это же...

— Кё-сан, вы сможете удержать себя в руках до конца дня?

— Без понятия. — мрачно ответила девушка.

— Постарайтесь, пожалуйста. Просто мне надо встретиться с одним... человеком, который может знать, как вам помочь. Но это займёт некоторое время.

— Я с тобой. — тут же заявила Кё-сан.

— Если вы будете со мной, он не появится.

— Вот как? — она угрожающе посмотрела на меня. — Тянуть время будешь, пока я окончательно всё не испорчу, и ты ни при делах?

— Сегодня же решу вашу проблему, Кё-сан, клянусь. Пожалуйста, потерпите всего лишь до конца этого дня. — Я умоляюще сложила руки. Кё-сан буравила меня взглядом, а затем неожиданно встала, прошла к кастрюле, подхватила со стола ложку и начала есть.

— В общем. — сказала она, наевшись и бросив ложку в кастрюлю. — Я тебе поверю и потерплю. Но если завтра приду в школу и пойму, что всё как прежде, а ты заявишь, что ничего не можешь сделать, то разнесу всю эту комнату на клочки. Всё равно с таким заклинанием нормальной жизни у меня уже не будет.

И с этими словами она вышла, точно так же яростно хлопнув дверью.

— Вот же стерва. — проворчала Фуко.

— Фуко, нельзя так говорить. — тут же сказала я.

— А как её ещё назвать? — вскинулась девушка. — Пришла, нагрубила, меня напугала, тебя так вообще едва не убила, звёздочку испортила, да ещё и рис съела! Фуко бы её и худшими словами назвала, да вот только не знает их, к её счастью!

Фуко со своей стороны права, но я видела перед собой лишь глубоко несчастную девушку, над которой повисло самое настоящее проклятие. И ведь она и без него влюблена в Томою-сана, раз хочет его забыть. Что, интересно, произошло между ними такого?

Что бы не произошло, надо помогать. Я поставила стул на место, достала из кармашка пару монет в десять йен, поставила их на стол и наклонила друг к другу, трижды прошептав: "СкоростнойКиануРивз". Затем убрала монеты и повернулась к Фуко.

— Фуко, сейчас мне надо будет уйти. Возможно, до конца дня меня не будет. Никому не открывай, в том числе и окно. — Я быстро заперла его. — Если вдруг что, комната в твоём распоряжении.

— Миядзава-сан, вы что, можете не вернуться? — побледнела Фуко.

— Да что ты. — улыбнулась я. — Разумеется, я вернусь.

С этими словами вышла из архива и спустилась во двор. У склада никого не было, и это хорошо — никто не полезет меня отпирать раньше срока. Я немного задержалась перед входом, а затем глубоко вдохнула — и зашла внутрь.

Дверь за мной тут же закрылась.

Я подняла голову, всматриваясь в полутёмное пространство склада. Спортивный инвентарь складывался в разные фигуры, но ни одна из них не была той, до боли знакомой. Придёт ли он? Или всё же ошиблась?

— Привет, Юкитян.

Голос прошелестел как ветерок, принося с собой успокоение. Я привалилась спиной к стеллажу и улыбнулась в темноту.

— Я так и думала, что это сработает, братик. Надеюсь, никому от этого не будет плохо?

— Разумеется нет, Юкитян. Это была лазейка специально для тебя. — ласково сказал он, и на мои глаза навернулись слёзы.

— Братик... я... так по тебе скучаю...

— И я по тебе, Юкитян. Не плачь, я всегда буду с тобой и присмотрю, чтобы тебе было хорошо. — он немного помолчал. — Как там родители?

— Они не одобряют то, что я делаю. Боятся, что повторю твою судьбу, и у них вообще никого не останется. Но, братик... они тоже скучают по тебе.

— После того, как фактически заставили уйти из дома. — вздохнул он и вновь помолчал. — Как там Юкимура?

— Пытается остепениться, даже девушку себе нашёл. А вот Обэнто-сан всё не хочет.

— Ну да, балбесом был, балбесом и остался. — повеселел братик. — Икудза тоже, я так понимаю?

— Его недавно Томоё-сан побила, так что он грустит и не знает, что делать.

— Томоё вновь в патруль вышла? — присвистнул он. — Я думал, она после той встречи с самурайкой завязала.

— Она не только не завязала, но ещё и президентом школы планирует стать. — улыбнулась я.

— Проголосуй за неё, Томоё вашу школу встряхнёт только так. — на полном серьёзе сказал он. — Боже, Юкитян, как же мне не хватает бесед с тобой. Чаще приходи сюда, пожалуйста.

— Обязательно, братик. Мне... так много нужно тебе сказать...

— Мне тоже. Но, Юкитян, ты решилась прийти сюда из-за той девушки, Кё?

— Да. — я сразу погрустнела. — Братик, это ведь ты с ней что-то сделал?

— Ох, Юкитян. — вздохнул он. — Готова слушать мои оправдания?

— Всегда. — кивнула я. Какое-то время он молчал, так долго, что даже обеспокоенно спросила "Братик?".

— В общем, Юкитян. — наконец продолжил он. — Этот парень, Томоя, очень важен для города. Нет, не в том плане, что он его спасёт или имеет при себе суперсилу, забудь всю эту манговскую фигню. Важен совсем в другом плане, я сам не всё понимаю, знаю и могу тебе рассказать, так что просто — важен. И эта девушка, Кё... тоже важна, скажем так. И поэтому, а также ещё по ряду причин, этим двоим необходимо быть вместе.

— И ты решил так экстремально им помочь, братик?

— Если бы. — тяжело вздохнул он. — Юкитян, ты знаешь, что у Томои умерла мать, когда он был совсем маленьким?

— Первый раз слышу. — я вообще ничего не знаю о Томое-сане и как-то даже не стремилась специально выяснять.

— Ну вот. И она теперь приглядывает за ним так же, как я за тобой. И всё шло более-менее до того, как отец толкнул парня в окно и ему осколками стекла защемило нерв... или что там... в общем, теперь не может поднять правую руку выше плеча. А парень был баскетболистом, к сведению, и обожал баскетбол настолько, что другие виды спорта, даже те, где руки поднимать не надо, его не интересуют. Ну и... пошёл по не настолько крутой, как наши знакомые, но всё же наклонной.

Боже. Бедный Томоя-сан.

— Матери, разумеется, на такое смотреть больно, и она решила сделать то, что, как посчитала, будет наилучшим вариантом — отдать его в заботливые женские руки. И как бы это сказать... в общем, если Томоя сближается с нормальной... необязательно нормальной, но доброй и хорошей девушкой, так что она в него влюбляется, то любовь эта сильнее и крепче, чем обычно. И, возможно, влюбляется быстрее и легче, чем должна бы, тут я не особо понял.

— Постой, братик! — я в волнении даже отступила от стеллажа. — Но так получается, что я тоже могу?

— Вполне. — похоже, это его не сердило. — Но я не советую, Юкитян. Парень и так влип в любовный треугольник, который спокойно может разрастись, не усугубляй его ситуацию. Тем более что ты в него не влюблена, да?

Я кивнула. Любовь... нет, с Томоей-саном хорошо, но для моей любви этого недостаточно.

— Молодец, Юкитян. В итоге, когда Томоя и Кё умудрились оказаться на складе — тут уже к нему все претензии — то я решил подстегнуть их чувства, не зная, что на неё уже те чары действуют. И вышла такая вот фигня.

— Это можно исправить?

— А вот тут и начинаются проблемы, Юкитян. — ответил братик. — Я не могу удалить то, что сделал, оно слишком сплелось с чарами его матери. Ему смогу, а вот ей — нет. И похоже, что единственный вариант — это избавляться от моих и её чар полностью. И она уже мне сказала, что не пойдёт на такое, потому что в таком случае все девушки, которые в Томою уже или могут быть влюблены, собственно разлюбят его или не смогут полюбить сильно. А наложить обратно не выйдет, потому что это не заклинание из видеоигры, его нельзя применять сколько пожелаешь раз. В принципе, Юкитян, Томоя своими силами может попробовать их удержать, но если раньше, к примеру, его подколки девушек скорее раззадоривали, то теперь они будут обижать и бесить, и так далее, так что это будет нелегко.

— И тогда мне придётся в него влюбиться. — невесело улыбнулась я.

— Ничего не выйдет, если ты будешь с ним чисто из жалости, Юкитян. — тихо прошелестел он. — Просто пойми... У Томои и Кё шанс на разрыв сейчас силён как никогда. Либо она всё-таки на него набросится, и после этого они если и смогут сойтись, то лишь пройдя через все круги ада. Либо она резко перестаёт его любить, и Томое придётся как-то добиваться её вновь — при условии, что он захочет, разумеется. И я не знаю, есть ли приемлемый третий вариант.

Я выдохнула в ужасе. Боже, это ведь... они себе всю жизнь загубят. Я должна им помочь, непременно должна... но как?

— Братик, а... — мой голос задрожал. — Если Томоя и Кё всё же не захотят быть вместе... то что тогда?

— Тогда единственная надежда, что Рё сможет остаться с ним. — сказал братик. — Не то, что нужно, потому что они уже... не вариант, в общем, но хоть что-то. Однако и это далеко не факт. Знаешь, почему она в него влюбилась? Потому что он однажды помог ей добраться до медпункта, приобнимая и думая, что это Кё. И что останется между ними, когда она поймёт, что запала больше нет, и взглянет не глазами влюблённой дурочки? А так... одна надежда ещё остаётся, и то там случай похожий и вообще сложно, так что кто знает...

— А если не сработает?

— Тупик. — просто ответил он.

Мы оба молчали. Здесь уже не было смысла говорить, надо что-то делать. Но что?

— Да, насчёт этой девочки, Фуко... — начал братик. — Молодец, что с ней возишься. Она тоже не совсем обычная.

— Это я знаю. Потому что Фуко Ибуки сейчас лежит в коме в больнице далеко отсюда.

— Ты уже знаешь? — удивился он. — Ну, тогда понимаешь, как важно ей помочь. Фуко... некоторым образом нарушила правила, и поэтому её ждёт наказание. И очень важно до того, как этот день наступит, исполнить её мечту. Кстати, когда ты это сделаешь... ты поймёшь, что это произошло... очень внимательно смотри по сторонам. И когда увидишь, то тут же хватай.

— Ты говоришь загадками, братик. — улыбнулась я.

— Не могу сказать больше, Юкитян. Прости. — он виновато зашелестел. — Давай закончим с другими. Расскажи мне о том, как ты поживаешь.

Когда я наконец вышла из склада, то сразу же направилась в архив. Поплакать поплакала, а теперь пришла пора действовать.

Фуко так всё и сидела внутри, успев за это время выстрогать две звёздочки. Бедный и несчастный призрак. Я примерно догадываюсь, что подразумевается под наказанием, и оттого ещё больнее на неё смотреть.

— Миядзава-сан! — она резко повернулась ко мне. — Тот парень с гнусной рожей стучал по стеклу, но я спряталась, и он ушёл!

— Хорошо. — я успела достаточно изучить Фуко, чтобы понять, о ком она. — Кё-сан не заходила?

— Нет.

— Ладно, тогда пойду её искать.

— Не надо! — всполошилась Фуко. — Она же вас убьёт!

— Возможно. — я взялась за дверную ручку. — Но перед этим пусть выслушает.

Томоя Оказаки

Для того, чтобы приходить в школу вовремя и не расстраивать Рё, я откопал у себя в комнате старый, но рабочий будильник. И сейчас, слушая его, проклинал себя, Рё, будильники, технический прогресс и вообще всё, что приходило на ум.

Я не спал полночи. Кё упорно не шла у меня из головы, как не старался её оттуда изгнать. Вроде бы и во сне она явилась. Так что сейчас, даже кое-как умывшись, одевшись и на автомате шагая в школу, я желал только одного — нормально поспать. Уж извини, Рё, но сегодня не то чтобы слушать учителя — вообще голову от парты не оторву.

Пока я зевал и еле думал, то прошёл мимо школьных ворот и остолбеневшей от такой наглости Рё. Но уже через несколько шагов она меня нагнала и схватила за руку.

— Томоя-кун, ты куда? — спросила она. — И... с тобой всё в порядке?

— А. — я постарался сфокусировать на ней взгляд. Блин, чем дальше, тем больше хочется спать. — Утра, Рё. Как спааааааа...

Я зевал, нисколько её не стесняясь. Спать. На парте, на улице, в той манящей канаве...

— Томоя-кун! — она схватила меня и за вторую руку. — Идём в школу!

И с этими словами Рё потащила меня вверх по холму. Я послушно шагал за ней, даже не пытаясь вырываться. Девушка тащит парня в школу, где он сладко поспит, обычная картина, чему тут возмущаться. Скорее бы прийти.

Когда Рё наконец усадила меня за парту, то я поблагодарил её, уронил голову и заснул. Кажется, она пыталась меня трясти, но такие мелочи уже не волновали.

Не помню, что мне снилось, но осталось ощущение каких-то лабиринтов, клоунов и почему-то лица Фуко. А проснулся я от того, что Рё склонилась надо мной, гладила меня по волосам и ласково говорила прямо в ухо:

— Томоя-кун, просыпайся. Просыпайся, Томоя-кун.

Её горячее дыхание и кроткие прикосновения заряжали такой энергией, что даже оторвал голову от парты. Спать отчего-то всё ещё хотелось, но сейчас хотя бы мог ответить:

— Утра, Рё-тян.

— Томоя-кун, уже обед. — несколько обиженно ответила она. — И мне твоя помощь нужна. Сестра с выборами поесть не сможет, так попросила меня принести ей и Сакагами-сан из столовой чего-нибудь, а я в такой толчее не выживу.

Справедливо. Только и от меня толку будет мало, в таком состоянии. Не говоря уже о том, что при упоминании Кё она вновь заплясала перед глазами.

— Хорошо. — я с неслабым усилием встал. — Сейчас. Двигаем к столовой. — И, не теряя времени, пошёл в указанном направлении, стараясь не стукаться об стены. Жаль, Сунохары нет, когда он так нужен. И где его носит?

С горем пополам мы добрались до столовой, я открыл дверь, оценил толпу — и попёр по прямой. Рё, как всегда, пристроилась за мной и старалась не отставать; обычно поддерживал и оглядывался на неё, дабы никто не оттёр, но сегодня все силы уходили на создание коридора. Наконец мы дотолкались до прилавка, где Рё купила булочек и сока, развернула меня, и я вновь послушно и уже куда легче зашагал, пока наконец не выбрались в коридор.

— Томоя-кун, ты не будешь против поесть после того, как я отдам Кё её булочки? Томоя-кун, не засыпай!

— Булочки Кё, хе-хе... — пробормотал я, примеряясь сползти по стене на пол.

— Томоя-кун!

— Да-да. — блин, поспал же, почему опять хочется? Конечно, я люблю спать, но даже по моим меркам это слишком. Рё посмотрела на свои руки, занятые булочками и соком, а затем умоляюще на меня. Пришлось отлипнуть от стены и зашагать рядом с ней. Хорошо хоть она ничего мне нести не дала, а то бы выронил и не заметил.

Мы спустились вниз и уже там натолкнулись-таки на Кё. И на кого-то ещё: я слышал незнакомый голос, но когда сумел поднять голову, то видел лишь Кё.

И она смотрела на меня. Я пытался не пялиться в ответ, и это удавалось, потому что никак не мог сфокусировать взгляд. Со мной вообще всё нормально?

Кё исчезла куда-то. Только стояла тут, а пока я вновь попытался проморгаться, то уже нету. Зато удалось увидеть среброволосую девушку, которая без стеснения меня разглядывала. Это... это... Сакагами, кажется? Та самая, что якобы избила приехавших в школу хулиганов.

— Томоя-сан, приятно познакомиться. — сказала она. Я что-то промычал в ответ. Наверняка произвожу плохое впечатление, но в таком состоянии уже всё равно.

— Томоя-кун. — Рё взяла меня за руку. — Ты же сейчас упадёшь. Простите, Сакагами-сан, он вчера... допоздна... делал уроки... то есть не уроки, а это... в общем, не выспался. Это только сегодня так!

Рё, даже я сейчас скажу, что ты врёшь. И что врать ты совершенно не умеешь.

— Я бы его домой отправила. Нельзя, чтобы он уроки пропускал, но в таком состоянии он всё равно ничего не выучит, да ещё и учителя разозлит. — ответила Сакагами. Как там её имя было, какое-то смешное... по крайней мере, я смеялся, когда услышал...

Ах да, Томоё!

— Томоё. — пробормотал я. Девушка вздрогнула и вновь уставилась на меня.

— Простите, Сакагами-сан, мы пойдём. — Рё потянула меня наверх. — Звонок скоро. До свиданья и удачи вам на выборах. — Она потянула меня следом и через несколько шагов добавила:

— Томоя-кун, не называй других девушек по имени так вот сразу. Обидно же.

Извини. Хотя я понятия не имею, за что извиняюсь.

Вернёмся в класс — снова посплю.

Как ни странно, но проснулся я уже на следующей перемене таким отдохнувшим, словно кто-то за урок покопался внутри и нажал кнопку "Выспаться". А ещё Кё куда-то пропала из мыслей. Так что я потянулся, зевнул и немного размял плечи.

— Томоя-кун, ты наконец проснулся? — подошла ко мне Рё.

— Вроде как. — Так, надо бы получше размяться. А ещё выслушать зов организма. — Пойду в туалет схожу. Не хочешь со мной?

— Ты-ты-ты чего? — Рё аж начала заикаться. Я улыбнулся ей и вышел из класса. По пути подвигал руками и головой, проигнорировав все направленные на меня взгляды. И чего так смотреть, будто сами после сна не разминаетесь. Так, вращая головой, не сразу b заметил их.

Хотя картина действительно была не из привычных: Кё и Миядзава стояли в углу лестничной площадки и о чём-то тихо беседовали. Удивлённый таким зрелищем, я решил ещё немного потерпеть и двинулся к ним.

— Хой. — сказал я, подходя ближе. Обе девушки вздрогнули и повернулись ко мне.

В следующий момент Миядзава резким движением одной рукой закрыла Кё глаза, а второй рот. Причём та совершенно не сопротивлялась.

— Пожалуйста, уйди отсюда. — сказала она, смотря прямо на меня и пытаясь как-то заодно и прикрыть Кё уши.

— Эээээ... — от неожиданности я замедлился. Миядзава никогда не говорила со мной таким командным тоном. Что с ней такое?

— Пожалуйста, уйди отсюда. — повторила Миядзава, и на этот раз послушался. Здесь определённо происходило что-то странное, во что меня не собирались посвящать. Потом как-нибудь загляну к ней и выясню, а сейчас надо бы добраться до туалета, благо мочевой пузырь активно напоминал о себе.

Обратно шёл по лестнице осторожнее, пытаясь не наткнуться на девушек за поворотом, но они уже куда-то ушли. Очень странно. Даже не могу вообразить сценарий, согласно которому эти двое общаются вне архивной комнаты, а такое поведение и вовсе вызывало кучу вопросов. Размышляя, я вернулся в класс, сел за парту и лишь тогда обратил внимание, что Сунохары так и нет. Хм, вчера он припёрся и, как всегда, недовольно дрых. Может, он всё-таки набросился на Каппея, был арестован, а я тут сижу и пропускаю всё веселье?

— Томоя-кун. — Рё вновь притянулась ко мне, как булавка к магниту. — Ты так и не поел в обед... — она протянула мне булочку и пакетик сока. Ох, благослови боги заботливых девушек! Я тут же принялся за еду, чувствуя, как вздыхает с облегчением мой уже начавший ворчать живот. Рё тем временем с удивительным безразличием села на стул Сунохары и принялась наблюдать за мной, улыбаясь. Я тоже посматривал на неё, и в голове стали всплывать вчерашние картины.

Нет, конечно, они всё-таки разные. Представить себе Кё, которая приносит мне булочку и сок, не пытаясь ими кидаться или требовать плату, решительно невозможно. Как и Рё, подходящую ко мне с таким блеском в глазах и беготнёй пальцев по резинке штанов... так, нет, об этом лучше не думать. Надо будет потом найти Кё, извиниться перед ней и закрыть тему. Кто бы там не подходил ко мне в максимально соблазнительных условиях, моя девушка сейчас сидит рядом и улыбается, а изменять ей я не собираюсь.

Хотя будет очень неплохо посмотреть на неё в такой же форме. Полюбоваться, да и сравнить, кто из них лучше выглядит...

— Томоя-кун, мне надо бы с тобой поговорить. — неожиданно сказала Рё. — Я...

От звонка она едва не подпрыгнула, и с разочарованным видом встала.

— На следующей перемене. — сказал я, она кивнула и ушла к своей парте.

Так, спать не хочется, значит, придётся... придётся слушать учителя. Надеюсь, он меня не усыпит.

Но и на следующей перемене Рё не смогла поговорить. Только она вновь села на место Сунохары и раскрыла рот, как дверь открылась и зашла одна из самых странных картин, что я когда-либо видел.

Кё тянула за собой Миядзаву, которая тщательно закрывала ей глаза ладошками. Когда они поравнялись с Рё, то Миядзава дёрнула руками, послушная лошадка Кё остановилась, а затем по велению всё тех же рук повернулась ко мне, не открывая глаз.

— Привет, Томоя. — сказала она. — Как учёба?

— Только что стала гораздо интереснее. — выдавил из себя я. Рё так вообще сидела с открытым ртом, как и остальной класс. — Кё, тебе не кажется, что Миядзава для твоих фетишей слишком хороша и невинна?

Невероятно, но обе девушки проигнорировали мои слова, застыв и словно прислушиваясь к чему-то. Затем Кё подняла руку, коснулась закрывающей левый глаз ладони Миядзавы, и та послушно её убрала.

Кё уставилась на меня. Это и так часто было неуютно, но сейчас, с одним глазом, и вовсе выглядело жутковато.

— Ближе. — скомандовала она, и они подвинулись ко мне.

— Ближе. — и вот Кё уже стоит прямо над моей партой и продолжает смотреть. Надеюсь, я не попал во внезапный школьный ужастик? По ощущениям так да.

— Уходим. — внезапно сказала Кё, развернулась и с по-прежнему держащейся за неё Миядзавой вышла из класса. Я перевёл взгляд на остолбеневшую Рё.

— Рё, у тебя есть вариант ответа помимо "Кё долбанулась"?

— Нету... — прошептала она. — То есть, моя сестра не долбанулась! Она просто...

— Она просто. — кивнул я. Рё замолчала, пытаясь переварить произошедшее.

— Ты ведь поговорить о чём-то хотела? — напомнил я. Она вздрогнула, посмотрела на меня и сцепила пальцы.

— Я... начала она и тут же замолкла, а затем огляделась. Класс активно обсуждал Кё, и для личной беседы было самое время, но Рё всё же колебалась.

— Томоя-кун, давайте мы после уроков посидим на заднем дворе. — сказала она. — Там и поговорим. Просто... возможно... нам придётся долго это обсуждать...

— Если ты беременна, то я ни при чём. — ответил я. Рё уставилась на меня, краснея и издавая булькающие звуки.

— Томоя-кун! — наконец выдохнула она. — Ты чего, я с тобой-то боюсь!

— Такой страшный?

— Нет... совсем наоборот... просто... — она начала нервно дёргать юбку. — Я и в самом деле хочу обсудить кое-что важное... так что после уроков... хорошо?

— Хорошо. — кивнул я. — Спасибо за еду.

— Да не за что. — она наконец улыбнулась.

Наконец-то последний звонок, и мы с Рё вместе зашагали вниз. Сунохара так и не явился, никто не собирался нас отвлекать или ещё как мешать вплоть до того, как мы вышли наружу.

Миядзава ждала нас у самого входа и тут же подошла ко мне.

— Томоя-сан, можно вас на минутку? — сказала она. — Рё-сан, вас тоже.

Мы удивлённо прошли за ней в сторону от людского потока и встали рядом с деревьями.

— Томоя-сан, подождите немного, сейчас Кё-сан подойдёт. — сказала Миядзава.

— Зачем? — встревожился я.

— Нам надо. — Миядзава стала высматривать Кё. Рё же схватила меня за руку и нагнула к себе.

— Кто это? — тихо спросила она.

— Друг. — так же тихо ответил я. Рё сжала мою руку, но продолжить допрос не успела, так как со стороны школы к нам помчалась Кё.

Боже, что она с собой сделала? Волосы с левой стороны были переброшены на правую так, что перекрывали пол-лица, включая глаз и нос. Белый бант покинул своё законное место и съехал вниз, обвязывая всю эту жуткую конструкцию, чтобы она не распадалась. Это что, какой-то новый писк моды? Больше похоже на рёв чудовища.

— Кё, что с тобой? — кратко выразила Рё мои мысли. Кё махнула ей рукой.

— Вынужденные меры, потом объясню. Так... — она посмотрела на меня, и это длилось несколько секунд. — Юкинэ, мы отойдём? Кажется, я справляюсь.

— Я готова, если что. — отозвалась она.

— Хорошо. Томоя, пойдём, кое-что сказать надо. Рё, не подслушивай, потом расскажу.

Мы удивлённо переглянулись, но послушались: я отошёл вслед за Кё к другому дереву, а Рё осталась с подозрением смотреть на Миядзаву.

— Томоя. — сказала Кё, когда мы остановились. — В общем... прости за вчерашнее. Мне мячом попали в голову, и я впала в неадекват. Сейчас всё в порядке. Я тебя не люблю, соблазнять не хочу, и уж тем более вынуждать тебя изменять Рё. Пусть это останется нашим маленьким постыдным моментом, который больше никогда не повторится.

— Кё... — начал я. — Ты тоже меня извини. Даже если ты меня не любишь, тебе ведь наверняка было неприятно так вот... быть отвергнутой.

Кё издала странный звук. Смех? Нет, смеётся она несколько иначе.

— Разумеется, мне было неприятно. — сказала она. — Шикарной мною не хочет пользоваться парень, пусть даже такой придурок, как ты. Но ведь так и надо поступать, Томоя? Держаться за свою девушку, что бы не произошло. Так что всё нормально. Рё об этом знать не стоит, если что, сам понимаешь.

— Да. — кивнул я. — А что это у тебя с волосами?

— А, это. — Кё провела рукой по разделившей лицо чёрной линии. — У меня тут мелкая неприятность, и Юкинэ посоветовала отличное заклинание для её решения, так что придётся какое-то время не смотреть одним или даже двумя глазами. Ничего такого серьёзного, просто несколько дней поношу, а дома сегодня ещё поколдую, чтобы выглядело лучше.

— Ну да, а то ты похожа на сумасшедшую убийцу. — кивнул я.

— Ага, знаю. — мрачно сказала она. — Попрошу Рё сфотографировать меня такую, на память. Кстати, какого фига вас вдвоём ещё не фотографировала? Напомни обязательно.

— Хорошо. — мы немного помолчали. — Прости ещё раз, Кё. Ты красивая, ничуть не хуже сестры, даже лучше...

— Замолчи. — прошептала она, неожиданно тяжело задышав. — Замолчи и никогда такого не говори, ясно? Рё лучше меня, во всём, вбей это себе в голову. — она отступила на шаг. — Кстати, она тебе ещё не говорила?

— Говорила? Она хочет мне сейчас что-то сказать, ты про это?

— А, значит, ещё нет... — она помедлила. — Томоя, я... в общем, если будешь думать, что ей ответить... меня устраивает любой вариант.

Что? Но прежде, чем смог уточнить, Кё развернулась и отошла к Рё и Миядзаве.

— Всё, Рё, Томоя целиком и полностью твой. — сказала она. — А я побежала. Юкинэ, всё окей, завтра ещё загляну, лады?

И она умчалась к воротам.

— Миядзава, ты теперь и с Кё знаешься? — я подошёл к девушкам.

— Кё-сан лишь обратилась ко мне за помощью. — улыбнулась она. — Рё-сан, Томоя-сан, извините за беспокойство. До свидания. — и она направилась к школе, видимо, возвращаясь в архивную комнату. И как эти двое вообще сумели сойтись? Конечно, и Кё и Миядзава при желании без проблем подружатся с любым человеком, но всё же...

— Ладно, Рё. — я поглядел на свою девушку, которая всё ещё смотрела вслед Миядзаве. — Что ты там хотела мне сказать?

— Томоя-кун, кто это? — невпопад сказала она.

— Ты про Миядзаву? — я быстро вспомнил давние предостережения Кё. — Она просто сидит в архиве и... в общем, помогает людям... ну, то есть мне и Сунохаре, а теперь Кё... Тот к ней постоянно бегает, я же не так часто... ведь у меня есть ты, и это...

И когда я разучился врать? Но если скажу правду, то Рё наверняка пустится в слёзы — особенно если упомяну, как хорошо она готовит.

— Томоя-кун, и не ходи к ней, пожалуйста. — Рё хмуро взглянула на меня. Я попытался улыбнуться.

— Рё, ты что, ревнуешь?

— Я... — она опустила голову. — Да. Томоя-кун, я... не настолько хороша, как другие девушки, и... всякий раз, когда другая появляется, мне... мне страшно, что ты посчитаешь её лучше меня...

— Рё, ну что за глупости. — мягко сказал я. — С чего это ты не хороша, ты же такая милая и добрая.

— Да... милая и добрая... — прошептала она. — И это всё...

Даже не знал, что тут сказать. Неужели у неё проблемы с уверенностью в себе сильнее, чем казалось? Надо бы отвлечь, пока совсем не погрузилась в уныние.

— Рё, так о чём ты хотела поговорить? Или это только на заднем дворе и можно сказать?

— А? А нет, нет, можно и здесь. — она чуть улыбнулась. — Томоя-кун... ты не хочешь жить у меня?

Я посмотрел на Рё, а затем поковырялся в ухе.

— Прости, я не расслышал, уши забиты. Что, ещё раз?

— Боже, Томоя-кун. — она проследила за моим пальцем, который я за неимением лучших мест вытер об брюки. — Не хочешь у меня жить?

— И зачем мне это нужно?

— Томоя-кун, почему ты всегда упрямишься, когда я тебе что-то предлагаю? — обиженно сказала она. Ну да, я и с кружком начал отбиваться, но тут ведь и дело куда более серьёзное.

Как там Нагиса, интересно. Уже несколько дней я и Рё к ней не заходили, Сунохара не знаю как. Неудобно выходит...

— Томоя-кун?

— Я думаю. — так, если подходить к этому серьёзно... что мне это даст?

Жизнь в одном доме с Рё. Бонусом подкидывается Кё, так что это не такая мечта, как можно подумать. Зато не надо добывать себе еду, заваливаться к Сунохаре и бездельничать... а ведь в доме с двумя девочками-подростками мне наверняка найдут дело из разряда мужских... и потенциально пикантные ситуации, за которые Кё будет вытрясать из меня душу... но я смогу наконец уехать из ненавистного дома и больше не видеть отца...

— Рё, а твои родители-то как?

— Мы с ними ещё не говорили. — Ну да, подумаешь, какая-то мелочь. — Но Кё сказала, что сумеет их убедить, если ты согласишься.

А ведь она может, если мопед вытребовала и кабана держит без проблем. Так вот к чему было замечание, что примет любой вариант? А ещё от этой идеи так и несёт её наглостью, вряд ли бы Рё до такого сама дошла.

— Ещё подумаю до завтра. Сама знаешь, такие дела быстро не решаются. Лады?

— А... ну хорошо... — так, Рё, только не говори мне, что ты ждала мгновенного согласия. Я подошёл к ней и обхватил за плечи.

— И не ревнуй. Ты моя девушка, и это не изменится. — я улыбнулся ей, и она улыбнулась в ответ. Мы смотрели друг на друга, и время словно бы замедлилось.

А затем я наклонился и поцеловал её.

Уже в процессе вспыхнула мысль о том, что не помню, чистил ли я сегодня зубы — но тут же улетела, поглощённая ощущением тепла и неожиданной влажности её губ. Но и оно не продержалось долго, так как уже через пару секунд мы прекратили поцелуй, смущённые и краснеющие.

— Это чтобы ты точно знала. — наконец сказал я, и она прижалась ко мне. Мы постояли некоторое время, обнимаясь, а затем разомкнули и объятья.

— Я тебя провожу до остановки, хорошо?

— Хорошо.

Когда автобус с Рё, машущей мне в окно, наконец скрылся из вида, то я сел на скамейку рядом с остановкой и зажмурился.

Мой первый поцелуй. И, в отличии от объятья, он прошёл отлично — по крайней мере, чувствовал себя замечательно. В следующий раз надо будет задержать его, а то ощущения были настолько короткие, что уже стали улетучиваться.

Жить у Фуджибаяши, хе. То есть, больше шансов на поцелуи... или меньше, не знаю, как там у неё с уединением. Вряд ли Кё позволит...

Кё...

Она уже не стояла перед глазами, улетучившись вместе с дремотой, но на сердце что-то щемило. Я не очень поверил в её разговоры про мяч и всё такое. Не может мяч в голову такое вызвать, особенно у Кё, которой эти мячи наверняка только так прилетали на тренировках.

Может ли быть, что заклинание Миядзавы работает на то, чтобы разлюбить меня? Тогда понятно, почему по его условиям она должна прикрывать глаза при встрече со мной, пусть даже до этого заклинания логикой никогда не отличались. И я не знаю, как к этому относиться. С одной стороны, так нам станет легче, но с другой, от одной мысли на этом мне почему-то становится неспокойно.

Сагары-сан в холле общежития не было, и я беспрепятственно завернул к Сунохаре.

Внутри было чисто. Настолько, что я вышел и ещё раз посмотрел на дверь, удостоверяясь, что я зашёл в нужную комнату.

— Оказаки-сан, вы куда? — обиженно сказали внутри. Нет, всё-таки туда.

Каппей вновь лежал на кровати, с таким видом, что сразу можно было сказать, кто именно тут убирался. Он даже встал поприветствовать меня не так активно, как вчера.

— Мог бы лежать дальше. — сказал я ему. — А где Сунохара?

— Я сам хотел бы знать. — нахмурился Каппей. — Он ушёл утром и так и не появлялся. Причём без портфеля, так что не в школу.

— Ага, его там не было. — наверняка отправился в город переживать за игровым автоматом. — А тебе тут пришлось всё вычищать, да?

— Мне Сагара-сан помогла. — признался Каппей. — Правда, она много чего выкинула, даже то, что я пытался защитить. Надеюсь, ничего совсем уж важного.

— Вряд ли у него было что-то важное. — я сел на чистый пол и с наслаждением вытянул ноги. — Как тебе тут вообще?

— Да хорошо, Оказаки-сан. — Каппей точно так же сел напротив меня. Ну хоть не стал свои ноги на мои накладывать, а то было бы неудобно. — Сунохара парень добрый, хотя и какой-то странный, Сагара-сан не выгоняет, даже кормит. Жил бы и жил, да работу надо искать.

— У тебя хоть какие-то варианты остались?

— Не знаю. Завтра побегаю по городу, посмотрю. Оно всегда так, сегодня ничего, а завтра на двери большими буквами: "Нужен помощник". — он расслабленно улыбался, явно веря в то, что говорит. Мне бы его оптимизм.

— Слушай, Каппей, ты как вообще по любовным делам?

— Много о них читал. — тут же ответил он. — У вас что-то не так с Рё?

— Нет, с ней всё так. — а что не так, то не собираюсь распространяться. — Просто подумал, может, опытом поделишься.

— Простите, Оказаки-сан. Я никогда не влюблялся — ну, до встречи с Рё — и в меня не влюблялись, так что нечего сказать. — погрустнел он. — Скорее я вашим опытом должен интересоваться.

Ну да, технически так. Если у него не было никаких любовных отношений, то не было и поцелуев, так что я опытнее, притом что...

— Каппей, а сколько тебе лет?

— Девятнадцать. — безмятежно сказал он.

— Сколько? — хотя да, он ведь уже работу ищет. Но блин... он ниже меня, и меньше, и вообще...

— Меня часто за подростка принимают. — обиженно буркнул он. — Пару раз из-за этого не смог устроиться, заявили, что я школьник, выдающий себя за взрослого, козлы. — Он засопел. Мда, вот кого-кого, а его точно нельзя судить по обложке.

— Слушай, Каппей. — попытался начать я издалека. — Тебя кто-нибудь приглашал жить к себе?

— Нет. А вы приглашаете? — да блин, что ему надо от моего дома?

— Не приглашаю. А где ты жил до этого, не всю же жизнь странствуешь?

— Я приютский. — просто ответил Каппей. — Понятия не имею, кто мои родители, да и ну их. Жил всё время в приюте, но учился в местной школе, они там позволили, потому что я... эээ, потому что я очень сильно попросил. Ну а когда выучился, то решил жить самостоятельно и пошёл по миру искать место, где почувствую себя как дома. Вся история моей жизни. — Он обезоруживающе улыбнулся. Явно что-то недоговаривает, но настаивать не буду, сам о многом про себя не хочу рассказывать.

Дверь распахнулась, и в комнату ввалился Сунохара.

— Хиираги-тян. — торжественно заявил он. — Вот всё, что мне удалось собрать. — он протянул Каппею стопку манги, в процессе увидел свою комнату и застыл.

— Тебя ограбили, Сунохара. — тут же сказал я. — Но грабителей уже видели. Один из них синий и покрыт шерстью, а второй динозавр на трёх ногах. По таким приметах их скоро поймают.

— Иек! — только и вырвалось у перешедшего в стадию паралича Сунохары. Каппей осторожно взял у него мангу, быстро посмотрел названия, довольно кивнул и положил их на подушку.

— Сунохара, Сагара-сан очень много выкидывала, как мы тут убирались. — сказал он. — И я не знаю, насколько это было важно. Например, ту тряпку с вышитым футбольным мячом...

— ААААААА!!! — заорал Сунохара, резко развернулся и вылетел наружу. Надеюсь, он не к Сагаре-сан помчался, она скора на расправу.

— Знаешь, чувствую себя виноватым перед ним. — пробормотал Каппей. — Он мне свою кровать уступил, а я позволил его личные вещи выкидывать. Хотя Сагара-сан так размахивала шваброй, что страшно было возражать. — Он поёжился. — Оказаки-сан, вы не знаете, я могу как-то ему это возместить?

— Совместная ванна. Скажешь, что это мужественно, и он поведётся.

— Да? — задумался Каппей. — Ну да, понимаю... Спасибо, Оказаки-сан!

— Ага, не за что. — я встал. — Только без меня, пожалуйста.

— Вы уже уходите? — огорчился он.

— Да, мне надо. — я неопределённо махнул рукой. Сунохара сейчас либо получит от Сагары-сан, либо побежит копаться в мусорных ящиках и опять-таки получит от неё, а потом придёт и начнёт канючить. Не очень хочется оставаться выслушивать. — До завтра, Каппей.

— До завтра, Оказаки-сан. — помахал он мне.

Входную дверь пришлось открывать максимально осторожно, прислушиваясь к происходящему внутри. Не хватало прийти как раз когда отец накачивает себя. Но нет, в доме стояла тишина, а когда прошёл в комнату, то увидел его уже спящего на полу.

В холодильнике сейчас была палка колбасы, которую мгновенно вынул и начал кусать. После больницы я выкинул из дома все ножи, и отец, отдам ему должное, никогда не пытался принести хотя бы один. И вот из такого дома мне предлагали переселиться в более уютный и лучший — то есть понятия не имею, какой там он у Фуджибаяши, но все дома по определению лучше моего.

Возражений против переезда в моей голове как-то не возникало. Хоть я и сказал Рё, что подумаю, но уже тогда знал ответ. Не сомневаюсь, что идея принадлежит Кё, а значит, она уже многое продумала за меня и не нашла доводов против. А раз так, то на кой мне их искать?

В конце концов, если всё окажется плохо, я всегда могу вернуться. Или отправиться к Сунохаре и жить полулегально с ним и Каппеем... да, лучше взять как совсем уж запасной вариант. Хотя ещё можно попроситься у Юкинэ ночевать в архиве. Или по примеру Каппея дрыхнуть на скамейках.

От последней мысли я вздрогнул и неуверенно огляделся. Я что, настолько ненавижу этот дом? Да, здесь уже давно не видел ничего хорошего и мечтал его покинуть, но... это всё-таки мой дом, моя кровать, моё пусть и нелюбимое, но убежище... На мгновение в голове мелькнула мысль остаться, но я тут же её прогнал.

Девушка приглашает меня пожить к себе. Там будет разнообразная еда, чистые комнаты, мою одежду будут стирать за меня, не потрескавшаяся ванна, в гостиной не валяются пьяные отцы, кровать... хотя, скорее всего, мне выделят футон, но и то здорово.

А ещё я больше времени буду проводить с Рё.

И с Кё.

Непонятное чувство тревоги скользнуло в душу, но я постарался проигнорировать его и начал собирать свои немногочисленные вещи. Вот будет весело, если мне завтра скажут, что родители заупрямились и ни в какую. Да... надо будет подготовиться и к такому.

Хотя с чего это я решил, что завтра и переезжаю? Я ведь не сказал, что согласен, и даже Кё может уговорить родителей не за один день, и вдруг ещё какие сложности возникнут... Поспешил. Но вещи всё равно лучше собрать, на всякий случай, благо не так уж и много их у меня.

— Томоя-кун?

Смотрите, кто проснулся. Ну хоть не держится за стену, и на том спасибо. Рассеянный взгляд отца блуждал по комнате, наконец наткнувшись на рюкзак, куда только что положил свои носки.

— Томоя-кун... ты уходишь?

Я ничего не ответил, лишь продолжил собираться, делая вид, что его нет. Не вступать в беседу, ни за что, иначе опять сорвусь на крик, а он сгорбится и будет выглядеть жалким, словно несчастная жертва... Игнорируй, и уйдёт.

Когда я вновь повернулся к двери, то отца уже там не было. Наверняка пошёл спать дальше, и потом даже и не вспомнит, что сейчас было. Мне это даже к лучшему. Скажу ему потом, что уезжаю, и всё, уж в розыск-то меня объявлять не будет. Возможно, даже обрадуется, раз весь дом в его распоряжении.

Хорошо бы ещё и в школе от всех это скрыть. Узнают, что я буду жить с близняшками Фуджибаяши — сожрут с потрохами.

Кё Фуджибаяши

Когда Томоя и Рё вышли с территории школы и пошли по привычному маршруту, то я не стала их догонять, а последовала в отдалении точно так же, как на их свиданиях. Блин, не слышно, о чём они там болтают, но Рё только что улыбнулась, и я непроизвольно ускорилась. Так, ещё поближе...

Ком земли влетел мне в голову и едва не сбил с ног. Тут же повернулась туда, откуда он прилетел, и еле увернулась от второго. Это же... тот паршивец! Стоит, вызывающе смотрит на меня и усмехается.

Ну всё, тебе конец. Я одним прыжком перемахнула через канаву, уронила сумку у дерева и помчалась к Каппею, который по своей обычной тактике развернулся и дал дёру.

Ха, а в лесу ты не такой резвый! Не знаю, где учился бегать, но я целый год носилась за Томоей по всей школе, уклоняясь от учеников и учителей. Лавировать между этими деревьями и брёвнами для меня вообще тьфу, а вот тебе явно в новинку. Так что совсем скоро догнала его, толкнула в спину, сама едва не свалилась, но всё же нормально затормозила и накинулась на него.

— Ох сейчас кого-то убью. — не успевшая растрястись за время бега земля с моих волос посыпалась на него. — Медленно и жестоко!

— Ради счастья Оказаки-сана и Рё я готов умереть! — пафосно заявил он. — Так что тебе не победить, злой двойник!

— Парень, чунибьё отстой. — он попытался двинуть мне коленом, но я успешно выставила ногу и схватила его за руки. — И какой я тебе злой двойник? Рё моя сестра, идиот.

— Сестра? — он ненадолго замер, и мне удалось прижать его пинающиеся ноги своими. Несколько постыдная позиция, но зато гадёныш не сбежит. — У нежной и прекрасной Рё такая дикая сестра?

— Сейчас получишь за дикую. — хотя сейчас с такой причёской и землёй в ней наверняка не красотка. — И хватит ею восторгаться, она с Томоей встречается, на тебя в жизнь не посмотрит.

— Так я чего и хочу, чтобы они встречались без помех! — Каппей вновь стал пытаться выкручиваться. — А злой двой... то есть, ты им мешаешь!

А? Так, минутку... этот хорёк хочет того же, что и я, и мы крысимся друг на друга, подозревая в порче отношений? Да ладно, блин. Я уже хотела ударить его, но вновь вспомнила побледневшую Юкинэ, пытавшуюся вырваться из моего захвата, вздохнула, нашарила рукой ближайший кустик, выдернула его и опустила землёй на волосы Каппея, затем встала и стала отряхиваться.

— Слушай, Каппей. — сказала я, когда он отбросил куст и тоже встал. — Не знаю, что ты там углядел, но я им тоже помогаю. Без меня бы они не сошлись вообще. Так что хватит доставать, надоел уже.

Он молча отряхивался, недружелюбно поглядывая. Да ладно, тебе с короткими волосами нормально, а мне сегодня придётся распутывать причёску, как следует мыть и потом вновь запутывать, скотина.

— Чем докажешь? — воинственно спросил Каппей, прекратив отряхиваться.

— Спроси Томою, придурок. Сразу ответит, что я хранитель и сводница их чудесных отношений. А ты что сделал для голубков, кроме забегов от меня?

Каппей открыл рот, но тут же закрыл. Ага, как швыряться землёй и за ноги дёргать, так пожалуйста, а помочь нормально силёнок мало. Блин, голова чешется. Если из-за тебя там жучки какие-нибудь занеслись, то на медленном огне поджарю.

— В общем, давай, двигай отсюда. — я развернулась и потопала туда, где должна была лежать моя сумка. Ожидала, что кинет что-нибудь в спину и беготня продолжится, но обошлось.

На этот раз Рё не стала гулять, и уже была дома, когда я пришла. Сумка, к счастью, особо не запачкалась, но всё равно какое-то время отряхивала её в ванной и по-быстрому мыла под краном голову, так что к сестре ввалилась недовольной.

— А? Кё? — Рё уже успела приняться за уроки, но при виде мокрой меня отложила ручку.

— Всё в порядке, из-за этого закрытого глаза в канаву чуть не свалилась. — отмахнулась я. Рё поджала губы.

— Кё, тебе эта смена имиджа совсем не идёт.

— Знаю. — ответила я, падая на кровать и дотягиваясь до её фена. — Но мне так надо, потом расскажу. А пока высушусь и обсудим, как родителей уговаривать.

— У меня тут алгебра... — Рё уже успела вернуться к тетрадке.

— Сейчас помогу, подожди только. — я включила фен и начала сушить волосы. Ох, хорошо-то как. Вечером ещё помою как следует и завяжу, чтобы хоть как-то красиво глаз прикрывало.

На ужин мама приготовила суп с креветками, и вместе с отцом уже сидела за столом, когда мы наконец спустились в гостиную.

— Приятного аппетита! — я села и тут же принялась за еду. Ох и вкусно же, ну почему у Рё не получается так? Могла бы уже привязывать Томою своими обедами, но вместо этого лишь недавно разобралась с тем, что при какой температуре надо варить.

— Мам, пап, Рё хочет вам кое-что сказать. — зачерпнула я ещё одну ложку. Мы договорились, что само убеждение лежит на мне, но начать и объяснить ситуацию должна сестра.

— Да, я... — она повозилась ложкой в супе. — Мам, пап, я встречаюсь с парнем!

Ну что ты так кричишь, родители уже давно в курсе.

— Его зовут Томоя Оказаки, и он... он очень хороший, но... у него в семье проблемы... и я это... хочу ему помочь, и... пусть он какое-то время поживёт у нас?

Родители, до сих пор молча слушающие, переглянулись, и я приготовилась встречать возражения.

— А что за проблемы? — спросила мама.

— Э... у него отец... плохой...

— Пьяница отец. — вмешалась я. — И в последнее время повадился Томою бить. А матери нету.

— Вот как? — мама нахмурилась. — И что, ему в опеку не обратиться?

— Мам, ему семнадцать, какая опека, они и не вздумают заняться. Да и сам Томоя не хочет с этим возиться, мы и то случайно от его приятеля узнали.

— Хм. — мама вновь посмотрела на отца, который пока молчал. — Он что за парень-то, этот Томоя?

— Очень хороший! — повторила Рё.

— Они все очень хорошие, а потом дома ложки пропадают. — сестра насупилась, и я поспешила вмешаться.

— Не, мам, Томоя нормальный парень. Вы же не думаете, что подпущу к сестрёнке какого-нибудь хулигана?

— То есть он тихий и спокойный мальчик, который хорошо учится?

Я чуть не подавилась креветкой. Спокойно, если сейчас заржёшь, то все усилия пойдут прахом.

— Да, он такой! — Рё неожиданно кинулась в атаку. — Мам, он просто у нас поживёт какое-то время, пока всё не успокоится!

Родители вновь переглянулись, а затем отец тихо сказал:

— Мы ещё пообсуждаем это. А сейчас давайте есть, суп стынет.

Похоже, ничья? Родители не согласились сразу, но и не отказали. Рё сидела вся недовольная и в болтовне за столом участия не принимала, а затем быстро ушла к себе. Неймётся сестрёнке, понимаю, но учись терпению. Вечером ещё поговорю, а Томоя может потерпеть и до послезавтра, спешить некуда.

В аптечке оказалось ещё две повязки, я нацепила одну из них на левый глаз и уставилась в зеркало. Только после обеда мысль пришла, что можно и так попробовать, а не возиться с волосами.

Мда, раненная, но не сломленная. Хотя есть определённый шарм...

— Кё, что у тебя с глазом? — мама появилась в зеркале рядом со мной, изумлённо уставившись на повязку.

— Всё в порядке. — я быстро сняла её. — Экспериментирую над внешностью.

— Свою бы ткань взяла для эксперимента, а то одна повязка осталась, мало ли что. — мама закрыла аптечку. — Да и не идёт тебе такие красивые глаза прятать.

Красивые? Томоя их частенько называет чем-то вроде "пылающие колодцы Ада". Хотя это, возможно, синоним красивому...

— Доченька. — спросила мама. — Ты ведь придумала этого Томою к нам пригласить?

Ну да, стоило ожидать. Всё-таки она знает меня лучше всех, и я даже не видела смысла изворачиваться, так что просто кивнула.

— Как я и думала. — вздохнула мама. — Рё с ним стала чуточку увереннее в себе, но не настолько же. Хотя сегодня за ужином, конечно, учудила. Не помню, чтобы когда-нибудь её такой настойчивой видела. — она тепло улыбнулась.

— Рё не придумала, мам, но она активно поддерживает. — добавила я.

— Ну да, но... сама знаешь, её очень легко обмануть и запутать. Иногда даже страшно подумать, что бы с ней стало, если бы не ты. — мама, не надо такое вспоминать. — Поэтому, Кё... этот Томоя действительно хороший, или он, как бы это сказать... крутой?

— Мам, если ты под крутым понимаешь, что он курит гитару на мотоцикле, то нет. — ответила я. — Томоя хороший парень, но и очень несчастный. Возможно, Рё стала первым светлым событием в его жизни. Мы обе очень хотим ему помочь, и когда мне пришла в голову такая идея, я... мама, я просто не смогла придумать, почему нет.

— Ну, я могу сразу восемь причин найти. — улыбнулась она. — Только, доченька... надеюсь, ты в этого Томою не влюблена?

— Уже нет. — она не стала дальше расспрашивать. Больше мы на эту тему не говорили, но я чувствовала, что победила. Даже если у отца найдутся претензии, мама на моей стороне и сумеет его уговорить. Наверное, утром скажут, что не против, и Рё будет улыбаться до ушей, пока не выложит Томое новость.

Боже, неужели этот день наконец-то заканчивается. Люди за год переживают меньше, чем я за сегодня. Даже ванна, в которой сейчас лежу, не помогает окончательно забыться.

Хотя не, вру. Горячая вода офигенна. Так и задремала бы тут, да скоро Рё явится, будем друг друга мыть. Пока же мне компанию составлял лишь Ботан, уже наплававшийся и ожидающий приказа перейти в режим мочалки. Не сейчас, малыш, мамочка хочет ещё полежать и расслабиться.

Что за день, слов нет. Первая агитация выборов. Бзик на Томое. Разгром архива, за который мне будет стыдно до конца жизни. Юкинэ, которая всё равно решила помочь и завела чушь про колдующих призраков — то есть, это вроде как правда, но всё равно чушь. Эксперименты с взглядами на Томою и выяснением, пробьёт ли меня, если смотреть одним глазом или не смотреть вообще, причём прилюдно — мол, лучше удерживать себя буду. Удача, в результате чего пришлось всё-таки решить надевать повязку. Драка с Каппеем. Уговоры родителей.

До чего же устала. Рё, где ты там, я хочу, чтобы мне вымыли голову. А потом тебя вымою, если не отрублюсь в процессе. Пошутить, что ли, про то, как Томоя и вообще кто угодно мечтает оказаться на месте моего застывшего на тумбочке кабанчика, хе.

О. наконец-то. Рё осторожно потрогала ногой воду, а затем медленно уселась в ванну и уставилась на меня.

— Слушай, давай ты первая меня сегодня вымоешь. — я протянула ей баночку с гелем.

— Сестра, нам нужно серьёзно поговорить. — ответила она, перебивая меня. Эм, с чего бы это?

— Кё. — Рё пододвинулась ко мне. — Что произошло с тобой и Томоей?

Ик! Это что, было так заметно? Я постаралась нацепить на лицо самую искреннюю улыбку.

— Рё, о чём ты гово...

— Кё, я глупая, но не тупая. — так, я начинаю бояться. — Вчера ты явилась домой совсем никакая и с покрасневшими глазами, а Томоя долго не выходил из школы, а как подошёл — сразу же спросил, не проходила ли ты. Сегодня он спал полдня, а затем сразу вскочил живчиком, ты же вообще вела себя не пойми как. Что у вас произошло?

Ох ты ёпты. Рё, такой наблюдательности от тебя не ожидала. Придётся врать на ходу.

— Да всё нормально, Рё. — я продолжала улыбаться. — Просто... у меня небольшой нервный срыв произошёл, потому что Томоё дала такой фронт работ, что я офигела. Перетрудилась, делов-то...

— Хватит лгать, Кё! — боже, а ведь сестрица в ярости, насколько вообще на такое способна. — Какой нервный срыв? С нервным срывом не таскают за собой девушку, закрывающую глаза, и не устраивают со своими волосами невесть что! С вами явно что-то произошло, и я... — Рё заплакала. — я хочу знать... потому что... если что случится со мной, то вы всегда поможете... а я полностью бесполезна, и хочу знать больше, чтобы... хоть разделить с вами проблемы...

Ну-ну, сестричка, не плачь, а то ещё присоединюсь к тебе. Я потянулась к Рё, обняла её за голову и прижалась лбом.

— Рё, у меня всё нормально. Вчера мне попал мяч в голову, а потом Томоя помогал их носить после физкультуры на склад, потому что мотало немного. Я решила съездить на свою поляну любимую, там отдохнула, стала копаться в себе, разревелась — ты же знаешь, как это... а сегодня эта Юкинэ... я её уже какое-то время знаю... и у неё есть книга заклинаний... ну, она их зовёт заклинаниями, но это просто мантры, методики, советы, всё такое... и там есть, что для уменьшения стресса надо смотреть на мир одним глазом, а то и оба закрыть, какое-то время, чтобы это... лучше углубиться в себя, отсечь влияние извне, сконцентрироваться и так далее... — наверное, любой психолог за такую небылицу меня бы в этой ванне и утопил, но для Рё должно прокатить. — ну я и решила, что почему и нет... имидж зато сменила, хорошо же, ну... ну не плачь...

— А Томоя что? — всхлипнула Рё.

— Не знаю, я же его не выслеживаю. Спал, говоришь? Может, опять шатался ночью с Сунохарой или один. Помнишь, когда я гуляла по ночам, то рассказывала, как с ним встретилась? Вспомнил былое. А ведь до этого он всё вовремя приходил, не спал как раньше, организм и сбился...

Ох, Кё, ну ты и врушка. Хоть в политики иди. Но только ложью сейчас можно успокоить сестру, и Рё действительно стала приходить в себя, меньше всхлипывая и выпрямляясь.

— Прости, Кё, что накричала. — она вытерла слёзы. — Меня ещё сегодня Томоя дважды ревновать заставил, я так переволновалась...

— Дважды? — удивилась я. — Это... к Томоё и Юкинэ, что ли?

— Ага.

— Ох боже, Рё. Верить надо в своего парня, знаешь ли, а то будешь ревновать его к каждому столбу, а он в итоге к этому столбу и уйдёт, потому что вместо плюшек и ласок получает подозрения и упрёки. — Уж я знаю, что говорю, он ради тебя от халявного секса отказался, паршивец благородный. — Да и ладно Юкинэ, он её более-менее знает, обращался за теми же мантрами вроде, но с Томоё-то у него никаких связей. Не говоря уже о том, что она сейчас занята президентской кампанией, и ей не то что Томоя — семья родная наверняка побоку.

Рё слабо улыбнулась, уже придя в норму окончательно, так что я протянула руку к Ботану.

— Кё, давай я тебя так намою, он же меня не любит.

— А, да. — конечно, Ботан в режимах позволяет хватать себя кому угодно, если не вмешаюсь, но Рё он побаивается после того, как она захотела его искупать и случайно сделала воду кипятком. Почему он после этого стал бояться Рё, а не горячую воду — поди пойми, нет в округе экспертов по сообразительным кабанчикам с семью полезными в хозяйстве формами. Так что я встала, развернулась спиной к Рё, вновь села и прикрыла глаза, передав ей баночку с гелем. Сестра смочила губку, нанесла гель и стала усердно натирать мне спину.

— Да, Кё. — сказала она. — Томоя меня сегодня поцеловал.

Чегоооо? Я повернула голову и свободным глазом уставилась на сестру. И, главное, таким будничным тоном, словно у них это уже ежедневная привычка.

— И как?

— Знаешь. — Рё на мгновение замерла. — Не так хорошо, как ожидалось.

— Ха! — фыркнула я. — Зуб ставлю, это его первый поцелуй. Неудивительно, что налажал.

— Да, но... — она стала задумчиво выводить губкой круги на моей спине. — Он целовал меня пару секунд и... мне показалось, что из его рта пахло...

— Господи, Рё. — вздохнула я. — Если он сегодня так дрых, как ты говоришь, то удивительно, что он в штанах пришёл, не то что с запахами. А пара секунд это и поцелуем-то назвать нельзя, так, губами соприкоснулись. Вот если он и язык засунет, а тебе не понравится, тогда да, проблема.

Нет, но Томоя, конечно, сволочь. То неделю лишь ходил под ручку, то за пару дней сразу несколько стадий перескочил, пусть даже и немного вынужденно. И Рё хороша, поцеловалась раньше меня, так ещё и выделывается. Все сволочи, кроме тебя, Ботан. Иди сюда, чудо мохнатенькое, сейчас нам спину помоют, а потом за голову возьмутся.

Уже в комнате я вспомнила, что совсем забыла спросить, как Томоя отнёсся к предложению переезда. Пришлось вламываться к Рё, которая перед сном ещё раскладывала то ли пасьянс, то ли гадание.

— Он сказал, что подумает. — ответила она, тасуя карты.

— А, ясно. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Я вернулась к себе. Подумает, ха. А мне казалось, что он тут же согласится. То ли просто шокирован внезапностью, то ли у него с отцом сложнее, чем считала. Хотя какая разница, родители практически согласны.

Спать, спать, спать и надеяться на хороший день в компенсацию.

30 апреля, среда

— В общем да, всё работает. Специально подошла к Томое утром. Сердце, конечно, колотит, но накидываться не хочется.

Я стояла рядом с Миядзавой, открывавшей архивную комнату, и сообщала об успехах. Та внимательно слушала, довольно улыбаясь.

— Так пока и потерпите, Кё-сан. — сказала она, наконец отпирая дверь. — Обещаю, я сделаю всё возможное, чтобы избавить вас от этой проблемы как можно быстрее.

— Главное, скажи этим твоим призракам, если они существуют, что я о них думаю.

— Обязательно. — она поклонилась и вошла внутрь. Я не стала заходить следом и направилась в свой класс.

Блин, эта повязка уже бесит. Одним глазом смотреть жутко неудобно, едва в людей не врезаюсь. И выгляжу наверняка как долбоёб, хотя Томоя утром обошёлся без шуточек. Или не успел, я не особо долго рядом с ним стояла.

— Эй, Кё!

Ох, лёгок на помине. Томоя подошёл ко мне, и моё сердечко тут же забилось. Так, Кё, контролируй себя, тут рядом люди и вообще.

— По поводу того, что вчера Рё сказала. — он понизил голос, оглядываясь на окружающих. Я кивнула и поманила его в угол подальше от остальных. Ох и рискую, но если кто-то узнает...

— В общем, согласен. — тут же сказал он, убедившись, что никто не слушает. Я не смогла сдержать улыбки, пусть даже моя разумная часть разочарованно вздохнула. — Когда переезжать?

— Сегодня. Родителей мы уже уговорили, всё нормально, все готовы.

— Так быстро?

— Ну а как же? Будет Рё ждать целый день, когда уже можно. — как и я, собственно. — Так что сегодня заходим к тебе, собираешь вещи и сразу идём.

— Ко мне? — Томоя сразу и резко встревожился. — А вам так надо заходить ко мне?

— Томоя, мы прекрасно знаем, что у тебя хреновый дом — одного твоего быстрого согласия съехать из него достаточно. Но сам подумай, надо сохранить это в тайне как можно дольше, если не вообще навсегда, так? И что тогда предлагаешь, притащить рюкзак с вещами в школу, затем с ним на плечах пойти вместе со мной и Рё до остановки и уехать на одном автобусе? О да, тогда точно вся школа не узнает на следующий день.

Он не нашёлся, что ответить, но всё равно смотрел хмуро.

— Мы внутрь не будем заходить, больно оно нам надо. — успокаивающе добавила я. — Подождём на улице. Пристанет кто — так либо я отобьюсь, либо устроим такой шум, что выскочишь и как мужчина защитишь.

— Ладно, там увидим. — Томоя веселее не стал. — Разобралась с глазом, как я вижу? Хотя думал, что ты волосами прикроешь.

— Не вышло. — проворчала я. — Знаешь, как волосы в глаз лезут?

— Зато теперь никто не усомнится, что твой взгляд проклят. — ответил он. — И для чего вообще такое неудобное заклинание?

— Девичий секрет. — Мда, если все так подумают, то задолбаюсь объяснять каждому первому. — И не пытай Юкинэ, она тебе тоже ничего не скажет. И кстати, кому говорила к ней не ходить?

— Так я тебя и послушаюсь. — хмыкнул он.

— Хоть раз мог бы. — понурилась я. Это ведь из-за того, что он попёрся к Юкинэ, теперь страдаю. Дурак Томоя. Пнуть бы, да у меня на него теперь рука и нога не поднимаются. А если поднимаются, то совсем не...

Так, закругляемся.

— В общем, встречаемся в обед на заднем дворе. — улыбнулась я. — Там же всё и обговорим. И сразу, если думаешь поглядывать за нами или в комнате Рё оставаться на ночь, то фиг тебе.

— И зачем я тогда переезжаю? — деланно вздохнул он. Цыц, мне воображение и так подсовывает сцены из пошлых манг с тобой, так что лишь показала язык и умчалась.

Ох, держаться держусь, но блин... влюблённая дурочка похуже Рё. А теперь ещё и видеть чаще буду, но от всякой мысли о том, чтобы не позволить Томое жить рядом со мной, так крутит...

Юкинэ, побыстрее, пожалуйста.

— Простите, Кё-сан. — виновато сказала она, закрывая дверь на ключ. — У меня ничего нового.

— Совсем? — огорчилась я.

— Простите. — она извиняюще поклонилась, на миг скрыв бледные следы от моих пальцев на её горле. Не могу не смотреть на них и напоминать себе, что надо становиться спокойнее и хладнокровнее, пока не случилось чего похуже.

Томоя Оказаки

— А теперь, Томоя, слушай основные правила проживания в доме Фуджибаяши.

Мы втроём — я, Кё и Рё — сидели под деревом на заднем дворе и обедали притащенными близняшками бенто. Приготовила их Кё, заявившая, что Рё в этом всё ещё не преуспевает, так что мне сейчас приходилось обнимать огорчённую девушку.

— Первое. — Кё подцепила палочками омлет и стала им размахивать. — Если тебе надо в туалет, ванную или чью-то комнату, то обязательно стучись и жди. Я не хочу, чтобы возникла тупая фансервисная ситуация. И ладно с нами, от меня не убудет, а Рё можно, но если маму так застанешь, то быстро из дома вылетишь.

Я кивнул, выбирая сосиску, а Рё покраснела и прижалась ко мне.

— Второе. — продолжила дирижировать Кё. — Следи за языком. Если ты при родителях ляпнешь что-нибудь о наших бюстах, или начнёшь грубить, или просто как обычно себя будешь вести, то опять-таки вылетишь.

— Хм? — я проглотил сосиску. — А можно тогда пересмотреть первый пункт?

— Вот об этом я и говорю. — Кё ткнула в меня омлетом, тот выскочил из палочек и улетел куда-то в сторону дороги. — Блин, Томоя!

— Я-то при чём?

— При том. — проворчала Кё, взяла другой кусочек и теперь уже стала жевать. — Короче, тихий вежливый мальчик, который идеальная пара тихой вежливой девочке Рё, понял?

Я опять кивнул. Тихий, вежливый, скучный. Ну хорошо, если меня каждый день будут кормить такими вкусными сосисками, то почему бы и нет.

— Третье. — продолжила Кё. — Ботан шастает по дому где хочет, а поскольку он тебя почему-то любит, то будет ласкаться. Нам это на руку, ибо бонус к родительскому одобрению, поэтому как полезет к тебе — бери, гладь, чеши за ушками, даже если никого нет. Вздумаешь обидеть — выскребу глаза ложкой и заставлю сожрать.

Я аккуратно положил назад сосиску, которую отчего-то резко расхотелось есть. Рё рядом со мной и вовсе икнула.

— И да, ещё, мы тебе выделим футон, так проверяй, не заполз ли он туда. — добавила Кё. — Ещё раздавишь. Ну, так-то. — она подцепила помидор и удивлённо уставилась на него. — Эй, а когда я успела его положить... а, так-то это всё. Там, ванну принимай, вставай по будильнику, не ломай стены, если что попросим помочь, так помогай, это всё ясно.

— Я думал, Рё будет меня будить, так зачем будильник? — сказал я, оглядываясь на прижавшуюся ко мне девушку.

— Хм? Рё, что на это скажешь? — Кё тоже посмотрела на сестру. Та покраснела, но затем мужественно сказала:

— Томоя-кун, если ты хочешь, то я не против.

— Только в пять утра его не буди. — хмыкнула Кё. — А то весь дом спит, одежды минимум, сердца стучат, и закончится известно чем.

Рё пискнула, но меня при этом не отпустила. Я же почувствовал себя так... ну вот именно как когда мечта о красивой девушке, которая будит вас по утрам, внезапно начинает принимать реальные очертания.

— Томоя, не фантазируй там. — одёрнула меня Кё. — И не думай, что тебе будет вольготно и хорошо. У нас кладовка вся забита, будешь помогать её разбирать, да и потом найдём, к чему мужские руки пристроить.

— И кто теперь фантазирует? — вздохнул я. Кё в ответ закатила глаза.

Точнее, глаз. Второй она прятала под медицинской повязкой, видимо, осознав, что с её причёской нормально прикрыться не получится. И что всё-таки это за заклинание такое? Надо будет потом аккуратно выяснить у Рё, вдруг сестричка ей проболталась.

— Томоя, не пялься так, словно и меня затягиваешь в свои фантазии. — Кё тем временем нашла новый повод прицепиться.

— Я просто думаю, какой иероглиф тебе на повязке нарисовать, чтобы выглядело круто. — ответил я. — Может, "Зло"?

— "Зло"? — нахмурилась Кё. — Совсем больной, что ли? Нет уж, я... — она неожиданно задумалась. — я выберу другой...

— М? — но Кё не ответила. Рё продолжала держаться за меня и молчать; я взглянул на неё и увидел сияющую улыбку. Кажется, девочка пользуется моментом и балдеет.

— Да, Томоя. — Кё тоже заметила довольную сестру. — Родителей, конечно, ублажить первое дело, но не забывай: главное, чтобы Рё твоими бытовыми навыками осталась довольна. Пусть даже у неё критерии низкие и сердце доброе, но если будешь раскидывать трусы по углам, то и она взбунтуется.

— Ничего Томоя-кун не будет раскидывать. — обиженно сказала Рё.

— Это я к слову. И про меня не забывай, уж я-то найду сотни причин докопаться. — Кё ткнула в меня пальцем. — Ты всё ещё хочешь к нам переехать?

— А ты против? — поинтересовался я. Кё неожиданно погрустнела и обхватила себя руками.

— Томоя, подумай сам. В доме будет жить парень моего возраста, и теперь, например, не пройти в халате из ванны в комнату, чтобы не наткнулся случайно — или специально, учитывая твоё паскудство. Естественно, будет неудобно.

— Так зачем тогда пригласила? — спросил я. Кё достала из бенто последнюю сосиску.

— Сам подумай, дурак. — тихо сказала она. Какое-то время мы молча сидели и доедали остатки; Рё своё, впрочем, больше обращала внимание на меня, и Кё закрыла её бенто крышкой.

— Дома скушаешь, осталось-то немного. — ласково сказала она. — Так, значит, у нас остался один урок, мы выходим вместе, идём к тебе. Ждём, пока соберёшься, затем к автобусу и едем домой. Мама нас встретит, так что будь готов нацепить улыбку... нормальную улыбку, ещё раз так клыки обнажишь, и я их выбью!

— Ладно, понял. — я перестал кривляться.

— Ужас. — проворчала Кё. — Томоя, если тебя выкинут в первый же день за такое, то Рё будет рыдать, а я твоей тупой голове лоботомию сделаю.

— Хорошо, хорошо. — оба варианта мне совсем не нравятся. — А тебе не надо после школы на выборы оставаться?

— Пока нет, Томоё на себя часть работ взяла. — отмахнулась Кё. — Потом придётся, так что будете вдвоём ездить обратно. А хотя, что у вас там с кружком-то?

— Ничего. — пожал я плечами. — Без репетиций делать нечего, не сидеть же и смотреть, как Фурукава учит.

— Ну да, но мне как-то неловко, сначала обрадовала её кучей помощников, а затем и сама смылась, и они ушли... — забормотала Кё. — Загляните к ней завтра, что ли, скажите там, что как только выборы пройдут, так вернёмся и с удвоенной силой наверстаем. А то и позависайте, какая вам разница, где именно, если вместе. Так, там звонок же скоро? Всё, собираемся, пошли. Рё, твоё бенто я унесу, не переживай.

Из школьных ворот я вышел в сопровождении почётного эскорта — Кё слева, Рё справа, завистливые лица окружающих парней прилагаются.

— Хм. — Кё тоже обратила внимание на ситуацию. — Томоя, ты уже второй раз гуляешь с двумя прекрасными близняшками. И как ощущения?

— Во сне было лучше. — несколько минут мы шагали молча, и я ощущал сверлящие меня с обоих боков взгляды, но смотрел лишь вперёд, опасаясь, что поворот головы сразу начнёт бурю разборок.

— Кха. — наконец Кё прервала совсем уж затянувшееся молчание. — Значит, всё как договаривались? Ждём тебя у входа, ты заходишь, берёшь рюкзак, выходишь, продолжаем.

— Возможно, не так быстро. — ответил я. Надо будет ещё раз проверить, всё ли собрал. С отцом вряд ли встречусь — он ещё должен быть на работе или уже с кем-то пить — но тоже кто знает.

— Не выйдешь через пятнадцать минут — начну орать на улице. — пожала плечами Кё. — Да и Рё стоять устанет. Так что давай не засиживайся там.

На мгновение мне подумалось, что мой дом, сколько хочу — столько и засиживаюсь. Но говорить этого я не стал. В конце концов, сам в предвкушении с самого утра нахожусь и терять время не намерен. Войти — взять — уйти навсегда.

Минут через десять мы наконец добрались до дома, и Кё тут же впилась в него взглядом.

— Ха, я ожидала вертеп. — сказала она. — А так вполне милый снаружи.

— Ну, на самом деле он примерно как и ты. — я зашёл внутрь прежде, чем Кё осознала сказанное.

Отец был дома и не спал, а сидел прямо на голом полу и что-то смотрел по телевизору. Я быстро пересёк в комнату и прошёл к себе. Блин, только этого не хватало. Надеюсь, он не вздумал разорить или спрятать мой рюкзак, а то было такое опасение...

Нет, удивительно, но тот так и лежит на кровати. Я быстро покопался в вещах, проверяя, всё ли на месте. Одежда, бельё, обувь, зубная щётка, несколько уже надоевших, но когда-то любимых томов манг... все школьные принадлежности и так уже в сумке... вроде всё... только магнитофон придётся оставить, но я и так в последнее время музыку слушал мало и у Сунохары...

Фотография мамы. Я снял её со столика, смахнул пыль и посмотрел на лицо, которое никогда не видел и не смог полюбить вживую. Даже не знал подробности той аварии, и никогда не хотел узнавать. Само понятие мамы всегда было каким-то непознаваемым, даже запретным. И теперь, если оставлю тут эту фотографию, то окончательно избавлюсь от связи с ней. Но если возьму...

— Томоя-кун, ты всё-таки уезжаешь?

Отец встал в дверном проёме — и, неожиданно, не был пьян. Он стоял ровно, не бегал глазами по комнате, и даже лицо не наливалось багровой тучей. Я поставил фотографию обратно на столик, закинул на плечи рюкзак и пошёл прямо на него.

Останется стоять — собью.

Не остался; отшатнулся в комнату и молча смотрел, как его сын проходит мимо, навсегда покидая дом. Уже у самого выхода я задержался, чувствуя, что хоть что-то сказать должен.

— Я буду жить у друга. — поворачиваться к отцу лицом не собирался. — Возвращаться не собираюсь. Можешь теперь жить как хочешь.

Мне показалось из-за скрипа двери, или он пробормотал: "Удачи, сынок"?

Кё, выпуская свою буйную натуру и маясь от безделья, пинала телефонный столб на противоположной стороне улицы, а Рё за ней наблюдала. Когда я хлопнул дверью, то обе тут же повернулись ко мне.

— Ну как? — Кё едва ли не прыжками примчалась обратно. — Всё нормально?

— Ага. — кажется, моё лицо говорило обратное, потому что они синхронно уставились на меня.

— Томоя-кун, точно всё в порядке? — осторожно спросила Рё.

— Отец был дома. — просто сказал я и зашагал, пока он не вздумал выглянуть и увидеть, что другом являются две девушки. Обе, к счастью, не стали задавать вопросов — только Кё проворчала, чтоб не так быстро шёл.

В автобусе нам свезло на свободные места — я с рюкзаком и сумкой бухнулся у окна, Рё примостилась рядом со мной, а Кё развалилась напротив.

— Минут пятнадцать ехать будем. — пояснила она. — И ещё пять идти.

— А я думал, вы далеко живёте. — сказал я, вглядываясь в окно. Надо бы запомнить пейзаж, чтобы не проехать остановку, если придётся добираться одному.

— Да не, порою вообще пешком добираюсь. — мотнула головой Кё. — Это Рё нежная и хрупкая, поэтому устаёт такой путь проделывать.

— М, ясно. Рё, что тебе? — её пальцы накрыли мою руку.

— Томоя-кун, давай я твою сумку понесу, как выйдем. — попросила она.

— Кё же сказала, что минут пять идти. — удивился я. — И у тебя уже своя есть.

— Я унесу. — хм, кто-то обиделся на нежную и хрупкую? Судя по упрямому выражению лица, с которым Рё вцепилась в ремешок моей сумки, таки да.

— Да отдай ты ей, Томоя. — подала голос Кё. — Для девушки огромное счастье носить вещи парня, потому что в них по пути можно незаметно покопаться. — она расхохоталась, Рё надулась и быстро отдёрнула руку. Я улыбнулся ей и вновь уставился в окно.

Каких-то минут десять — и буду жить в новом доме. И как не пытался быть реалистом и напоминать себе, что это ещё ничего не означает, но душа пела в предвкушении счастья. По крайней мере, на хороший ужин сегодня точно могу рассчитывать.

Автобус качнуло, и Рё прижалась ко мне. Я, всё так же не отворачиваясь от окна, нащупал её руку, взял её и легонько сжал. Она даже и не подумала вырываться, и её тепло лишь больше успокоило меня.

Так, что это за странный вздох? Я обернулся и увидел Кё, прислонившуюся к окну и смотрящую на нас таким грустным взглядом, что стало неудобно. Попытался освободить руку Рё, но теперь уже она стала меня сжимать и не выпускать. Так в неловком молчании мы и доехали до остановки. Рё вновь захотела взять мою сумку, но я не позволил ей и даже попытался забрать у неё, пока Кё не заорала, что она сейчас в любителей сумок своей швырнёт. В итоге пошли как есть, хотя Рё решила зачем-то поддержать мой рюкзак.

— Рё, ты там не забудь, что на ночь с Томоей тебе придётся расстаться. — Кё с огромным неудовольствием смотрела на всё это.

— Так я и пользуюсь случаем. — неожиданно храбро ответила Рё, цепляясь за рюкзак. Помощи в этом не было никакой, но смотрелось забавно.

— Ты ещё ему на колени за ужином сядь. — не унималась Кё. — Сразу убедишь папу с мамой, что ваши отношения милые и невинные.

Рё вновь надулась и, похоже, намеревалась продолжать спор, но Кё ускакала вперёд.

— Вот, тут мы живём. — она подошла к калитке. — Заходи.

Я пока не спешил, запрокинув голову и разглядывая дом, где мне предстояло жить. Ну... не то чтобы ожидал большего, но это был самый обычный дом. Белый в коричневых прорезях слезшей краски, двухэтажный, с ведущей к двери дорожкой из асфальтовых плиток и небольшим цветущим садиком во дворе. Скопировать, вставить — и вот тебе типичный пригород.

А ещё там на веранде бельё сушится на верёвке. В том числе и...

— Тэкс, Томоя, быстро в дом. — Кё мигом заслонила картину. — Нечего тут торчать, словно ты из мегаполиса будущего приехал и впервые такое видишь. И аккуратнее поворачивайся, ещё зашибёшь Рё рюкзаком. Ботан! — кабанчик пулей кинулся к хозяйке, которая тут же взяла его на руки. — Смотри, это Томоя, помнишь его? Он теперь будет у нас жить. О, мам, привет.

— Привет всем. — из дома вышла высокая худощавая женщина, с волосами столь же длинными, как у Кё. — Вы и есть Томоя Оказаки?

— Да. — я призвал к себе всю свою вежливость. — Здравствуйте, Фуджибаяши-сан.

— Здравствуйте. — мы поклонились друг другу. — Проходите в дом. Рюкзак пока можете оставить в коридоре... да, вот сюда его, чтоб никто не запнулся.

— Спасибо. — я поставил рюкзак на полку у стены, снял обувь и отошёл в сторону, дабы не мешать близняшкам раздеваться. Кё уже с недовольным лицом что-то шептала на ухо матери, Рё же, скинув туфли, быстро отошла ко мне.

— Томоя-кун, сюда в ванную пройди, помой руки. — она показала мне на дверь. Я зашёл внутрь и застыл в изумлении.

Это ванная? Да здесь спать можно без проблем. Плитка сияет белизной, унитаз в углу пыжится ничуть не меньше, а в ванне спокойно поместятся двое, если не больше. На кране никакой ржавчины, и мне даже не кажется, что это они специально к моему прибытию всё вычищали. Скорее всего, постоянно убираться для них привычное дело...

— Томоя. — в дверь постучали. — Если ты там ещё и в туалет пойдёшь, то предупреди, а то зайду в неприличный момент.

— Не надейся. — я включил кран и начал мыть руки. Кё зашла в ванную и встала у стены ждать своей очереди.

— Может взять жёлтое мыло, мы им давно не пользуемся. — сказала она. Рё тем временем тоже просочилась в ванную. — И сразу на обед, а уже там разберёмся, где именно тебе жить.

— А что, есть варианты? — я отошёл от крана, и Рё тут же протянула мне полотенце.

— Вот смотри, у нас есть гостиная, но тебе там одеваться и всё такое неудобно будет. — Кё пошла мыть руки, ухватив зелёное мыло. — И есть кладовка, но её надо разбирать, чтобы место освободить. Мы там уже чуть-чуть покопались, но именно что чуть-чуть.

— Ты ещё чулан под лестницей предложи.

— Тоже можно. — пожала плечами Кё. — Хотя я давно туда не заглядывала, и последний раз там были паутина и мрак. — Она уступила сестре место у крана. — Ещё мы обсуждали вариант, что Рё переезжает ко мне, а ты спишь в её комнате, но это слишком постыдно и Рё боится, что ты обнаружишь её тайники.

— У меня нет тайников! — возмущённо сказала Рё.

— Да-да. — усмехнулась Кё. — В общем, выбор за тобой.

— А что, лишней комнаты у вас нет?

— Откуда? — спросила Кё. — Из воздуха? В доме и так пятеро живут, никто не ожидал ещё одного... так скоро. — добавила она.

— Пятеро? — прикинул я в уме.

— Ботан тоже член семьи. — строго сказала Кё.

— Тогда гостиная. — остальное вообще не варианты, как по мне.

Рё закончила мыть руки, вытерла их и мы наконец отправились обедать.

А ведь не только ванная, но и весь дом, насколько вижу, заколдован чистотой. Конечно, от семьи с тремя женщинами такого стоило ожидать, но это было слишком непривычно. Я не особо убирался у себя, разве что когда становилось совсем грязно, да и в мусор Сунохары внёс свою лепту. Здесь же такое поведение грозило смертной казнью.

От стола в гостиной тем временем несло ухой, и живот аккуратно заворчал. Кё хмыкнула и указала мне на место сбоку стола, неподалёку от двух стульев во главе. Рё села на этой же половине, придвинув стул ко мне, а Кё вновь села напротив. Суп пах невыносимо аппетитно, но женщины в комнате не было, близняшки к еде не приступали, и приходилось терпеть.

— Простите, Оказаки-сан, на кухне были небольшие проблемы. — наконец Фуджибаяши-сан вошла в комнату. — Могли бы начать есть без меня.

Я нервно улыбнулся, не зная, как ответить. Женщина наконец уселась, мы пожелали приятного аппетита и принялись за еду.

Ох, и вкусно же! Хотя у Юкинэ очень близко, но здесь словно бы отшлифовано и доведено до совершенства. Так и хотелось съесть ещё и потребовать добавки, но я пытался сдерживать себя и есть медленнее. Хороший вежливый мальчик, помни.

— Оказаки-сан, вы ведь одноклассник Рё, да? — а вот и начало допроса.

— Да. — осторожно сказал я. — Фуджибаяши-сан. — быстро добавил в конце. Женщина чуть улыбнулась.

— И как же вы познакомились? — спросила она. Я быстро взглянул на Кё, но она успокаивающе подмигнула — значит, можно не опасаться несовпадений версий. Вот только что именно сказать?

— Ну... Рё мне очень нравилась, потому что... она очень хорошая староста, и я однажды предложил ей встречаться, она согласилась, и вот...

Кё вздохнула. Уж извини, почему-то мне кажется, что истинный вариант озвучивать не стоит.

— М, вот как? — задумчиво сказала женщина. — Кё, сними повязку, уж за столом-то.

Кё прямо с ложкой во рту посмотрела на маму, потом зачем-то на меня и опять на маму. Затем молча сняла повязку, запихнула её в карман, как-то странно сгорбилась и продолжила есть.

— Оказаки-сан, а как вы учитесь? — продолжила женщина так, словно этого небольшого прерывания и не было.

— Хорошо. — осторожно сказал я. Надеюсь, близняшки не вздумали сделать меня отличником.

— Как именно хорошо?

— Эм... на прошлом тесте я получил... — блин, какое число назвать, чтоб нормально выглядело? — шестьдесят девять баллов.

Кё поперхнулась и закашлялась так, что матери даже пришлось вставать и легонько стукать её по спине. Я воспользовался этим моментом для того, чтобы отведать ещё ухи и покоситься на Рё — всё ли нормально. Та успокаивающе улыбнулась.

— Шестьдесят девять не так уж и хорошо. — сказала женщина, вернувшись на место. — Да, простите, совсем забыла представиться, меня зовут Айкава, Айкава Фуджибаяши.

— Приятно познакомиться. — вежливо сказал я, и Айкава наконец отвела от меня взгляд.

— Рё, как день прошёл?

— Нормально, мам. — отозвалась та.

— Кё, а у тебя?

— Мам, я завтра опять поздно приду. — сказала та, упорно не поднимая глаз. — Нужно помогать Томоё с выборами, а то ещё президентская программа не до конца составлена.

— То есть на тебя не готовить? — уточнила Айкава.

— Неа. — под столом хрюкнули, и Кё мигом зачерпнула ложку ухи с картошкой и рыбой, вылила её в маленькое блюдце, с самого начала стоявшее рядом с тарелкой, и поставила его вниз. Мать не сказала ни слова, и обед мы закончили в относительной тишине.

— Кто чем сейчас займётся? — Айкава начала собирать тарелки.

— Томоя-кун и я уроки будем делать. — тут же сказала Рё.

— Аналогично. — добавила Кё.

— Хорошо, тогда идите наверх и занимайтесь. На ужин не опаздывайте. — сказала Айкава, отправляясь с тарелками на кухню.

Мне пришлось немного подождать за дверью, пока девушки переоденутся в домашнее — причём обе выбрали чёрные спортивные брюки и белые кофты. В таких и гулять не зазорно пойти.

— Фух. — Кё, успевшая вернуть повязку на место, бухнулась на кровать. — Первый допрос прошёл успешно, но ты не расслабляйся, Томоя, ещё папа с работы не пришёл.

— Ожидал худшего. — сказал я, оглядывая комнату Рё, в которую меня только пустили.

— Тоже, поэтому думаю, что каверзные вопросы ещё впереди. — Кё прислонилась к стене. — Как тебе жилище сестрёнки?

— Прекрасно. — искренне ответил я. Уют, чистота, порядок такой, что мне и не снилось. Кровать, на которой валялась Кё, граничила с большим коричневым шкафом. Перпендикулярно ему, частично заслоняя окно, стоял почему-то жёлтый письменный стол, на котором тремя стопками лежали книги и тетради. Стена напротив кровати была отдана под огромное трёхстворчатое зеркало с парой стульев, а вокруг него на стене развесились календарь с котятами, несколько наклеек и плакат какой-то мальчиковой группы. Всё это переходило в книжный шкаф, заставленный книгами и мангами, а на одной из полок лежала подаренная мною звёздочка. Весь пол был занят багровым шерстяным ковром, в котором ноги тут же стали тонуть и греться.

— Томоя-кун, не против, если мы вместе домашнее задание сделаем? — спросила прошедшая к столу Рё. Э?

— Что, Томоя? — хищно усмехнулась Кё. — Ты шёл в комнату девушки делать уроки, и вдруг обнаружил, что на самом деле придётся делать уроки? Вот облом-то! — и она захохотала. Хорошо ей, а я даже не помню, что за предметы сегодня были. Английский, кажется...

— Томоя-кун, я тебе помогу. — улыбнулась Рё. — Можешь пока переписать мою работу, как сделаю, я её тебе объясню.

— Нет бы заставить делать самому. — проворчала Кё. Рё искоса глянула на неё и принялась вытаскивать из сумки тетрадки.

— Ох, ладно. — Кё, похоже, уловила взгляд сестры и наконец встала с кровати. — Кажется, тут третья лишняя, так пойду тоже позанимаюсь. Только учтите, что я тут. — она постучала по стене. — И если услышу стоны, то сразу же прибегу. — и Кё наконец вышла из комнаты, оставив нас вдвоём.

— Томоя-кун... — обратилась ко мне Рё, но я поднял руку, вынуждая её умолкнуть, и подождал с минуту, а затем залез на кровать, нажал на неё изо всей силы, издавая сильный скрип, и одновременно нарочито громко простонал.

Через пару секунд Кё распахнула дверь и уставилась на нас, сидящих и делающих вид, что всё нормально. Она недовольно посмотрела на меня, прищурилась и захлопнула дверь.

— Томоя-кун, не беси сестру. — сказала Рё, улыбаясь. — Может, ты и в самом деле что-нибудь из уроков сделаешь?

— Даже не знаю, что задано. — покаянно сказал я.

— О, так я расскажу. — Рё тут же протянула мне тетрадку. — Это очень легко.

То, что для Рё очень легко, для меня оказалось непроходимой чащобой. Я не знал формул, правил произношения, грамматики и лишь переписывал решённое девушкой. В итоге даже от этого у меня натурально заболела голова, и Рё быстро это учуяла.

— Томоя-кун, ты устал?

— Прости, Рё. — выдавил я. — Слишком давно не притрагивался к учебникам.

— Всё нормально. Если хоть что-то сегодня запомнил, то дальше уже пойдёт легче. — в том-то и проблема, что вряд ли я запомнил хоть что-то. — Только не злись на меня, Томоя-кун, я же хочу, чтобы ты больше знал и умел...

Чтобы работать и зарабатывать деньги, да, понимаю. Кстати об этом.

— Рё. — я потянулся. — Завтра уедешь домой одна?

— Почему? — изумилась она.

— Мне надо сходить к Сунохаре, кое-что у него забрать. И ещё в одно место, чтобы, м, закончить с переездом.

— Ладно. — Рё всё равно огорчилась. — Но ты же сюда вернёшься?

— Если только не сработает мышечная память. — улыбнулся я. Рё грустно улыбнулась в ответ, а затем Кё без предупреждения распахнула дверь.

— Вау, вы одетые. — заявила она, почему-то облачившись в поношенный фиолетовый спортивный костюм. — Рё, я на пробежку и чай скоро, так что спускайтесь вниз. Томоя, ты хоть чем-то позанимался?

— Кажется, понял, как складывать дроби.

— На третьем году обучения? Рё, тебе точно нужен парень, который тупее Ботана?

— Томоя-кун не тупой! — обиженно сказала Рё. Кё лишь махнула рукой и ушла, оставив дверь открытой.

— Пробежка? — посмотрел я на девушку.

— Сестра бегает вокруг дома перед едой. — ответила Рё. — Поддерживает форму.

— И откуда в ней столько энергии?

— Сама хотела бы знать. — горестно вздохнула Рё. — Ладно, Томоя-кун, пойдём вниз, там мама реально уже чай готовить должна.

— Ага. — я встал с кровати. — Кстати, глупый вопрос, но тебе обязательно добавлять "-кун"?

— А тебе не нравится?

— Да не, просто Кё меня по имени зовёт, а ты вот...

— Так то Кё. — Рё несколько нахмурилась. — А мне нравится "Томоя-кун". Но если ты хочешь...

— Да не, всё нормально. — я махнул рукой. — Идём.

Внизу Айкава ещё заваривала чай, так что нам пришлось просто сесть за стол и ждать. Я ещё и оглядывал просторную гостиную, стол в которой не занимал и половины, оставив кучу места под, скорее всего, котацу и мой будущий футон. Незыблемая чистота, даже ходить неудобно. И ведь от меня потребуют её поддерживать, а я понятия не имею, как. А делать вид, что так и надо, и пусть убираются близняшки... хм...

— Оказаки-сан, у нас к чаю печенье будет. — Айкава наконец вынесла поднос к столу. — Вы не против?

— Нет, всё в порядке. — вообще удивлён, что тут между обедом и ужином ещё что-то едят.

Хлопнула дверь — Кё вернулась с пробежки, заглянула в гостиную, увидела нас, кивнула и ушла переодеваться. Вернулась как раз к чаю, сняла повязку уже без предупреждения, села и уткнулась носом в чашку.

— Оказаки-сан, вы планируете куда-нибудь после школы поступать? — Айкава, разливая чай, одновременно нанесла удар прямо по больному месту. Я глянул на Кё — та так и смотрела вниз, Рё же выглядела растерянной не меньше моего.

— Я пока ещё не решил. — пришлось формулировать обтекаемый ответ. — Столько всего хорошего, даже и не знаю, за что лучше уцепиться.

— Врачом не хотите?

— Врачом? — удивился я. — Да как-то не думал...

— Понятно. — улыбнулась вернувшаяся на своё место Айкава. — Просто Рё хочет учиться на медсестру, и я подумала, что вы могли бы вместе работать.

Впервые слышу о планах Рё на будущее. Медсестра... а ведь ей пойдёт. Наверное. По своему больничному опыту знаю, что медсестрам приходится сталкиваться с слишком большой для такой милой девочки грязью.

Но в любом случае врач из меня ещё хуже.

— А кем тогда больше всего думаете? — Айкава упорно не желала отцепляться, а Кё столь же упорно не желала помогать. Сегодня же спрошу у Рё, что это с ней такое, уже на заклинание Миядзавы и не похоже.

— Возможно, электриком... — осторожно сказал я, вспомнив Юсуке. Айкава удивлённо подняла брови.

— Интересный выбор. — сказала она. — Я думала, вы скажете что-нибудь вроде юриста или госслужащего, Оказаки-сан.

Так, меня сейчас похвалили или что? Обе близняшки как воды в рот набрали — точнее, чаю. Надо бы пить, кстати, а то остынет. Я аккуратно взял чашку и стал отпивать маленькими глоточками, Айкава сделала то же самое. Мы так и пили чай в полном молчании, закусывая печеньем, и это меня нервировало. Понятия не имею, произвожу ли вообще какое-то впечатление, а ведь ещё с их отцом не говорил и в деле себя не показывал.

После чая мы вернулись в комнату Рё. Кё на этот раз не стала нас дёргать и молча ушла к себе.

— Слушай, Рё. — спросил я её, вновь усаживаясь на кровать. — Тебе Кё случайно не говорила, зачем вообще эту повязку носит?

— Это для того, чтоб от стресса избавиться. — ответила Рё. — Там, концентрация на отдаление от мира... нет, не так. — она нахмурилась. — В общем, не смотреть одним глазом.

А ведь в такое можно поверить. Заклинание от Миядзавы, избавляющее от стресса и предлагающее для этого дикое условие. И понятно теперь, почему Кё сразу замыкается в себе, когда повязку снимает. Вот только от чего у неё стресс, интересно? Неужели она вопреки своим словам всё же любит меня?

— Рё, значит, ты хочешь стать медсестрой? — решил пока не думать об этом. Рё, углубившаяся было в учебник, повернулась ко мне.

— Я хочу ухаживать за людьми и спасать жизни. — сказала она. — Но на врача или спасателя просто не тяну. Поэтому медсестра.

— Понятно. — вот это мотивация. Даже стало стыдно за себя, до сих пор не решившего по поводу своего будущего. Рё вернулась к учёбе, навёрстывая то, что не успела во время послеобеденных занятий со мной, а я лёг поперёк кровати, свесив ноги на пол и уставившись в потолок.

О, там что-то блестит, но отсюда не видно, что. Спросить бы Рё, но та углубилась в уроки, и не хочется отрывать. До чего же обе сестрички трудолюбивы — уроки, пробежки, чистейший из виденных мною домов, и наверняка они подготовили ещё немало сюрпризов. Всё то, на что у меня ушло бы огромное количество сил и выполнялось с большой неохотой, они делали как нечто обыденное — и это удручало.

Завтра же перестану думать, откладывать и сомневаться. Сходить к Сунохаре — а точнее, к Каппею — искать Юсуке, проситься на подработку и прощай, ленивая жизнь.

— Рё. — поднял я голову. — Ты говорила, что у вас кладовку надо разбирать?

— Скорее, не помешало бы. — сейчас она даже не стала отрываться от учебника.

— Тогда схожу, посмотрю, что у вас там. — вскочил я с кровати. — Нет-нет, ты сиди, просто скажи, где именно она.

Я добрался до нужной двери, открыл её, включил свет — и присвистнул.

Не знаю, чем Кё думала, но о ночёвке здесь не может быть и речи. То есть небольшой пятачок пола свободен, но спать на таком... Всё остальное пространство было забито во многом всяким спортивным — мячи, сдувшиеся и нет, поломанные и целые биты, перчатки, кроссовки, что-то похожее на купальник. А ещё были банки, чемоданы, тазы, корзины, стопка старых журналов... ох, чего тут только не было.

— Мы просто не любим выбрасывать вещи, Оказаки-сан. — раздался позади меня голос Айкавы. — Считаем, что порою даже такое старьё может пригодиться в хозяйстве — и случаи уже бывали. Но если вы хотите что-то себе взять, то никто не против.

— Нет-нет, просто Кё сказала мне, что здесь спать можно будет. — я быстро погасил свет и закрыл дверь. Айкава стояла в коридоре и внимательно рассматривала меня, а я постарался как можно спокойнее рассмотреть её.

У них с Кё есть что-то похожее — не только длина волос, но и лицо, и даже какой-то отблеск в глазах. И Айкава тоже была очень красива, хотя ей должно быть сколько, около сорока? Отцу Кё в этом плане определённо повезло.

— Спать? — она перевела взгляд на дверь кладовки. — Ну, если освободить, то да. А так вам сегодня придётся ночевать в гостиной.

— Я так и думал. Спасибо, Айкава-сан.

— Не за что, Оказаки-сан. — Она подошла чуть ближе. — Можно поговорить с вами, пока девочек тут нет?

— Да, конечно. — а вот, похоже, и пора каверзных вопросов, так что максимально собрался и приготовился отвечать.

— Вы ведь тот самый Томоя Оказаки, который двоечник, прогульщик и лодырь?

Первым же вопросом меня впечатали в стену. Тем не менее, попытался отбиться:

— В-возможно, это какой-то мой тёзка...

— Моя дочь весь прошлый год болтала о двоечнике, прогульщике и лодыре Томое Оказаки, а затем приводит домой его тёзку, утверждая, что он хороший и прилежный ученик? — усмехнулась Айкава. Теперь меня не только впечатали, но и обездвижили, переломав кости. Любой попыткой трепыхаться только наврежу себе.

Не прожил тут и нескольких часов. Близняшки точно во мне разочаруются.

— Простите. — я глубоко поклонился. — Пойду собирать вещи. — Хотя чего их собирать, рюкзак я пока даже не распаковал.

— Зачем? — неожиданно спросила Айкава. Я удивлённо взглянул на неё. — Это ведь Кё принялась меня обманывать, вы лишь подчинялись ей. Эх... умная девочка, но опыта у неё до сих пор слишком мало. Неужели всерьёз думала, что я не слушаю и не мотаю на ус то, о чём она говорит?

— Так вы меня не выгоняете? — решился спросить я.

— Видите ли, Томоя Оказаки. — сказала мне Айкава. — Если бы на вашей стороне стояла одна Рё, то очень даже вероятно, что вы даже как гость сюда бы не попали. Не поймите неправильно, просто она добрая и верит в людей, её слишком легко обмануть. И парень-двоечник, чуть ли не хулиган, вызывает во мне одну мысль: он хочет запудрить мозги моей маленькой девочке, грязно воспользоваться ею, и я ни в коем случае не должна такое допустить. Но. — она неожиданно улыбнулась. — На вашей стороне стоит и Кё, которая разбирается в людях куда лучше, и это вынуждает меня думать, что вы не такой плохой человек, скорее не нашедший место в жизни. Поэтому я даю вам шанс, Томоя Оказаки.

— Спасибо. — еле выдавил я из себя.

— Не за что. Просто, Томоя Оказаки, помните — если вы сделаете моим девочкам больно, вообще хоть как-то им навредите или даже хуже, то вы труп. — она улыбалась так, словно сказала что-то нормальное. — И случайно не знаете, почему Кё решила носить эту повязку? Ей совсем не идёт и она что-то темнит с объяснениями.

— Без понятия. — сглотнул я. А, стоп, мне же только что сказали. — Хотя слышал, что она якобы от стресса избавляется, по какой-то там методике.

— От стресса... — задумчиво сказала Айкава. — Понятно. Спасибо, Оказаки-сан. — она вновь улыбнулась мне и пошла дальше по коридору. Я же поспешил наверх, пока меня не схватили для проведения ещё одной серии приёмов.

А ведь считал Кё страшной. Теперь понятно, в кого она такая. И понятно, откуда у Рё проблемы с уверенностью в себе — всю жизнь с двумя такими... такими... тут с чем угодно проблемы возникнут.

Кё уже сидела в комнате Рё, заняв моё место на кровати и точно так же растянувшись.

— О, Томоя, я думала, ты уже сбежал от осознания того, что придётся каждый день делать уроки. — взглянула она с усмешкой.

— Нет, я с твоей мамой говорил. — я присел на край кровати. — Она сказала, что в детстве ты была миленькая и глупенькая любительница бабочек.

— Врёшь. — Кё выпрямилась. — Мама никогда про меня такого не скажет.

— Вру. — согласился я. — На самом деле она раскусила весь наш спектакль.

— Уже? — удивилась Кё, и Рё, что-то записывающая в тетрадке, с беспокойством оглянулась к нам.

— Ага. Но сказала, что раз вы меня поддерживаете, то выгонять не будет.

— Вот как? — прищурилась Кё. — То есть, если ты хочешь тут жить, то должен будешь делать всё, чтобы я осталась довольна? Мва-ха-ха!

— Шантаж карается законом. — предупредил я. Кё лишь фыркнула.

— Но это даже хорошо, Томоя-кун. — Рё вступила в разговор. — Нам не надо будет лгать.

— Ну да. Только я ещё не знаю, что ваш отец скажет.

— Вряд ли он пойдёт против мамы. — проворчала Кё, и я заранее посочувствовал мужику, которого держат в крепких тисках. — Хотя скоро придёт, там и увидим. Так, сейчас на пробежку, а потом ужинать.

— Опять? — поразился я.

— Я и перед завтраком бегаю. — хмыкнула Кё. — А ты что думал, моё шикарное соблазнительное тело от рождения таким было? Спорт, спорт и ещё раз спорт, тем более что диеты ненавижу. Ладно, побежала. — и она выскочила из комнаты.

— Я их тоже ненавижу, но что поделаешь. — горестно вздохнула Рё.

— Да ладно, даже если ты не бегаешь, у тебя тело ничуть не хуже. — я попытался её приободрить.

— Томоя-кун, не надо наши тела изучать и сравнивать. — неожиданно обиделась Рё. Пришлось извиняться.

Отец семейства Фуджибаяши пришёл домой вместе с отбегавшей Кё. Он оказался грузным мужчиной с начавшейся лысиной и лицом, на котором так и читалось, как тяжело вкалывалось весь день и теперь хочется отдохнуть. Я осторожно выяснил у Рё, что он работает бухгалтером в крупной фирме.

— Здравствуйте. — когда он разделся, то сразу подошёл ко мне. — Это ведь вы Оказаки-сан?

— Да. — мы пожали руки. А у него неожиданно сильная хватка для бухгалтера, хоть я и понятия не имею, в чём состоит их работа помимо складывания чисел. — Здравствуйте, Фуджибаяши-сан.

Он кивнул мне и сразу пошёл к столу, где уже стояли чашки риса с мясом. Из всех отсутствовала лишь Кё, которая переодевалась наверху.

— Ну что, Оказаки-сан, будем знакомиться. — сказал мужчина, значительно повеселевший после того, как скушал кусок мяса. — Меня зовут Юкито Фуджибаяши.

— Томоя Оказаки.

— И как тебе у нас тут, Томоя Оказаки?

— Хорошо. — осторожно ответил я.

— Это хорошо, что хорошо. — куда делся усталый бухгалтер? На его лице теперь сияла улыбка. — Напомни ещё раз, с какой из наших дочерей ты встречаешься?

— С Рё. — ему что, никто ничего не рассказал?

— С Рё. — повторил он, поворачиваясь и утаскивая мясо у спокойно ужинавшей Айкавы. — А почему не с Кё? Боишься?

Кё, успевшая спуститься к столу и уже начавшая подкармливать Ботана, гневно уставилась на отца, Айкава же равнодушно продолжала есть. Кажется, моё предположение о тисках рассыпается на глазах.

— Не боюсь. — аккуратно сказал я. — Но встречаюсь с Рё.

— Ну так это и правильно. — рассудил он. — Девочка милая, хозяйственная, грудастая, так что не упускай свой шанс, парень.

Рё, скажи честно, тебя сюда подкинули? Не может быть, чтобы в таком окружении могла вырасти настолько нормальная девушка. Или я чего-то о тебе не знаю?

— Пап, ты бы дочь не смущал. — проворчала Кё. И действительно, Рё уже сидела вся красная и поедала рис так, словно надеялась им подавиться.

— Ладно, ладно. — усмехнулся Юкито. — Я просто подбадриваю парня, а то ведь у него жизнь не совсем хорошая, не так ли?

Он тоже знает. А если и не знает, то Айкава сегодня расскажет.

Юкито ещё немного пообщался со мной, но я отвечал осторожно и односложно, и он переключился на остальную семью, вновь утащив у Айкавы мясо. Я медленно ел, слушал их разговоры, частично напоминающие перебранки, и чувствовал себя жутко неудобно. Ожидал тишины, серьёзного официального разговора, каких-то придирок, но не настолько скандально-весёлой атмосферы, на которую просто не знал, как реагировать.

Почувствовал бы себя совсем лишним, да вот только Рё тоже сидела носом в тарелку и в разговоре почти не участвовала. Осторожно коснулся её руки под столом, она повернулась ко мне и улыбнулась.

— Давай быстро доедим и пойдём наверх. — шепнул я, она кивнула, и мы быстро заработали палочками.

— Мам, пап, я всё. — объявила Рё, закончив чуть раньше меня. — Мы пойдём ко мне.

— Ага. — кивнул Юкито. — Кё, тоже доедай и беги присмотри за ними, пока не вздумали воспользоваться моментом.

— Обязательно. — Кё принялась добивать рис, и мы поспешили покинуть комнату.

— Рё, честно, иначе представлял себе твоих родителей. — признался я, пока мы шли по лестнице.

— Извини, Томоя-кун. — вздохнула она. — Надо было тебе рассказать про них, да не знала, как они тебя встретят. Думала, будут какое-то время сдержанными и серьёзными...

Когда мы зашли в её комнату, то вновь сел на её кровать, а Рё неожиданно выключила свет и села рядом со мной.

— Э? — дёрнулся я.

— Томоя-кун, посмотри наверх. — попросила она, и я послушно поднял взгляд.

Ох и красотень! Потолок неожиданно ярко засиял в темноте так, что это было похоже... на звёзды. Ночное звёздное небо, внезапно появившееся в комнате, очаровывало.

— Как вы так сумели? — только и смог спросить.

— Секрет. — ответила Рё. Я повернул к ней голову и разглядел в полумраке, что она тоже смотрит на меня. Мы были так близко друг к другу, в темноте, освещаемые лишь слабым светом с потолка...

— А теперь поцелуйтесь. — громко сказали у двери. Рё вздрогнула и быстро отвернулась от меня.

— Ну вот, только фотоаппарат приготовила. — Кё включила свет, окончательно разрушая атмосферу, и сделала снимок. Она успела нацепить повязку обратно и сейчас единственный открытый глаз хищно сверкал. — Ничего, вы на кровати тоже неплохо получились, будет компромат на будущее.

— Кё, спрячь эту фотографию. — недовольно поднялась Рё.

— Может быть, может быть. — Кё спрятала фотоаппарат за спину. — Томоя, ещё одно правило, о котором я не сразу сообразила. В ванную я и Рё сейчас идём вместе и обязательно до тебя, и даже не смей околачиваться рядом, пока мы заходим, моемся и выходим, понятно?

— Можно подумать, от вида вас в халатах что-то изменится. — я зажмурился и потянулся, так и не вставая с кровати. Чего-то да, после дня учёбы и тарелки риса уже в сон тянет.

— Томоя, мы даже в школьной форме офигенны, а в халатах после купания так и вовсе божественны. — заважничала Кё. — И тебе такое зрелище пока что ни-ни. Пойдём, Рё. Что значит "да ладно, пускай смотрит"?

Я с интересом поднял голову, но сестрички уже скрылись в коридоре. Рё что-то расхрабрилась в последнее время. Неужели объятья и поцелуй её настолько растормошили? И дома она нормально себя ведёт, не краснеет и не молчит от стеснения — ну, не считая того эпизода за столом.

Конечно, уединения тут никакого, но если так и продолжится, то скоро мы с Рё двинемся ещё дальше поцелуя. И ещё. И ещё...

— Томоя-кун.

Ох, задремал. Рё стояла надо мной, благоухающая шампунем, но всё в той же домашней одежде.

— А где халат? — сразу ляпнул я.

— В ванной и переоделась, Томоя-кун... — покраснела она. — Иди, твой черёд.

— Ага, спасибо. — я нехотя встал и отправился в ванную. По пути надо бы достать полотенце и пижаму из рюкзака. И зубную щётку. И вообще как-нибудь его разобрать. Но пока сосредоточимся на горячей воде в ванне, где только что были две обнажённые девушки.

К тому времени, как вышел из ванной, сестрёнки постелили мне футон посреди гостиной. Их родители тоже отправились в ванную, а потом собирались спать.

— Ну, Томоя, как первый день в новом доме? — поинтересовалась Кё.

— Прекрасно. — ответил я. И в самом деле, давно не чувствовал себя так хорошо. Можно надеяться, что так будет и дальше?

— Замечательно. — Кё польщённо улыбнулась, как будто все заботы обо мне были делом её рук. — Я спать, Рё тоже пойдёт спать, как бы она не делала вид, что хочет тут задержаться и обсудить домашнее задание. Завтра она тебя разбудит, Томоя, не сомневайся.

— Я и не сомневаюсь. — улыбнулся я огорчённой Рё. — Э, подожди минутку.

Кё уже потащила сестру к лестнице, но после моих слов остановилась. Я же без лишних разговоров подошёл к Рё и обнял её.

Рука Кё, держащая Рё, соприкоснулась с моей, вздрогнула и отпустила сестру. А затем Кё мощным паровозом помчалась наверх, оставляя нас обниматься в гостиной.

— Знаешь. — тихо прошептал я. — А ведь это наш шанс.

— Не сегодня, Томоя-кун. — она мягко освободилась из моих объятий. — Спокойной ночи.

И Рё направилась вслед за неадекватной сестрой. Я вздохнул — ну да, не на что было надеяться, но всё же — залез в футон, застегнул его и уставился в потолок.

Лежать удобно, под головой не только мягкая ткань футона, но и ковёр, а я сыт, вымыт и хочу спать, несмотря на то, что уже подремал. Прекрасный день заканчивается, а завтра мне предстоит много ходить, устраиваться на работу и вообще решить парочку дел. Так что спать.

Ботан запрыгнул прямо на меня и стал с довольным похрюкиванием устраиваться в ногах. Я успел подумать, что надо бы не ворочаться во сне, дабы не раздавить — и уснул.

1 мая, четверг

Кё Фуджибаяши

Утром я какое-то время лежала и глядела в потолок. Рё предлагала сделать такое же подобие звёздного неба, как у неё, но мы с ним слишком задолбались работать, так что потолок сиял белизной точно так же, как и мои мысли.

Томоя всё-таки поселился у нас, и родители его приняли. Это было одновременно и здорово, и не очень. Вчера я полдня провела с ним, и вроде держалась нормально, даже когда снимала повязку за столом и упорно не смотрела на него, но потом он перед сном случайно меня коснулся, и пришлось позорно бежать.

Надо будет поинтересоваться у Юкинэ, можно ли мне поговорить с призраками. А то их не вижу, знаю лишь с её слов, и не дурят ли меня вообще. Я зевнула и наконец стала выбираться из кровати. Так, зарядка, пробежка, завтрак, ванная, собраться в школу... всё как обычно, только с Томоей рядом.

Ну, почти рядом.

В гостиной наткнулась на презабавную картину: Рё осторожно, мелкими шажками подобно любопытной кошке подбиралась к ещё спящему Томое, лежащему на спине с мирно дрыхнущим на животе Ботаном — так вот куда он на ночь убежал, а я ещё удивлялась! Если она собирается его будить, то с такой скоростью к обеду как раз доберётся. Я тихо проскользнула к сестре, как раз остановившейся у стола и не отрывающей от парня взгляда.

— Стояк отсюда не разглядеть. — шепнула я ей на ухо. Рё рванула, влетела в меня и едва не опрокинула.

— Кё! — прошептала она, крепко обхватив. — Не пугай так!

— А ты не пугайся так! — прошептала я в ответ.

— Почему шёпотом? — прошептал папа.

Мы отскочили, и Рё вновь едва не упала, но он вытянул руку и подхватил её.

— Я пять минут назад заглядывал, а ты всё ещё его не разбудила. — другой рукой он поправил галстук. — Неужели действительно стояк высматривала?

— Да вы что, совсем уже! — вывернулась Рё, и папа примирительно поднял руки.

— Всё, всё, каюсь. Но это и впрямь выглядело забавно.

— Вы там его разбудили, нет? — мама заглянула в комнату. — Я уже скоро вам завтрак понесу, и открывать рот да насыпать внутрь не собираюсь.

— Рё обещала его будить каждое утро. — я взяла сестру и подтащила её к Томое. — Пусть выполняет.

— Я уже встаю. — хмуро сказали из футона. Томоя расстегнул его и сел, Ботан свалился ему на колени, нисколько не огорчаясь. — По утрам здесь всегда такой шум?

— Это ещё рабочий день, в выходной совсем жутко. — хмыкнул папа. — Кё, ты ведь на пробежку оделась?

— А, да. — блин, я опять уставилась на Томою. Ну не могу не смотреть на него, пусть даже растрёпанного после сна. Надеюсь, ему хорошо спалось, потому что реально больше некуда положить. Не ко мне или Рё в комнату же, даже если родители вдруг будут не против, то мы откажемся сами.

Хотя так не хочется отказываться...

Ноги понесли меня вокруг дома. Пять кругов, плюс-минус сколько пожелается. Обычная практика. Постепенно выходящие на улицу соседи стали приветственно махать мне и здороваться; я делала то же самое, хотя все мысли были лишь о Томое.

Когда прекратила бегать и вернулась, то папа уже одевался в коридоре.

— Кё, проходи. — он посторонился, пропуская меня. — Там уже кушают яичницу и нахваливают.

— Ещё бы не нахваливали. — мама протянула ему портфель. — Дорогой, не купишь мяса и яиц на обратном пути? Нам теперь их больше понадобится.

— Да ничего, если Рё опять на диету сядет, то будем парню её порцию отдавать. — рассмеялся он. — Ладно, всё, я побежал. — они поцеловались, и отец ушёл. Я, на этот раз даже не переодеваясь, пошла к столу.

Томоя сидел какой-то мрачный, а Рё рядом с ним молча уминала яичницу. Надеюсь, они не успели поссориться? Всё же Рё его не разбудила, но вряд ли это такой уж повод обижаться...

— Ну, как спалось? — я бухнулась на своё место и тут же приступила к еде.

— У вас точно нет лишней кровати? — Томоя ответил вопросом на вопрос. — На полу как-то неудобно, всю ночь фигня снилась.

— Одиночной — нет. У меня двуспальная, но фигушки тебе.

Рё участливо взглянула на угрюмого Томою, но ничего не сказала. Вошедшая в комнату с подносом мама обвела нас взглядом (я успела снять повязку), отметила тихую атмосферу, но не стала ничего говорить.

После умывания Томоя повеселел и переоделся в школьную форму. Рё уже ждала его у двери, а я накладывала Ботану остатки яичницы.

— Можете без меня идти! — крикнула с кухни, наклонилась и погладила кабанчика по холке.

— А то ещё прижмут к нему в автобусной давке. — тихо сказала Ботану. Тот понимающе хрюкнул и принялся за еду. Я ещё с пару минут посидела, пока наконец входная дверь не хлопнула, и лишь затем вышла в коридор и стала надевать обувь.

— Ты и сегодня на мопеде, Кё? — мама вышла в прихожую.

— Ага. Пусть они проедутся вместе на автобусе, а то вчера весь день рядом и почти рядом торчала, небось надоела уже.

— Ну, это вряд ли. — усмехнулась она. — Ты в повязке собираешься ехать?

— Нет, конечно. — я стянула её и сунула в карман. Сегодня бы простирнуть надо, уже потрепалась от постоянных сниманий, ещё занесу в глаз что-нибудь.

— Кё, тебе зачем она вообще? — спросила мама. — Это никак не связано с Оказаки?

— Нет. — Прямо связано, но если расскажу, то ты не поверишь. А поверишь — выгонишь Томою отсюда, чтобы не провоцировал. — До скорого, мам.

— До скорого, доченька.

Когда вышла, то Томои и Рё не было видно. По времени они должны быть на остановке, а то и вовсе к автобусу успели. Я же прокачусь с ветерком.

Управление мопеда по-прежнему страдало, но уже к нему приноровилась и поворачивала теперь куда легче, чем поначалу. Десять минут давно знакомой дороги — и вот я у стоянки автомобилей, где оставляю мопед и бегу к школе. Тех двоих ещё нет, и не скоро будут, так что успею добраться до класса и засесть там.

Так, план на сегодня. На обеде сбегать к Юкинэ, вдруг что прояснилось. После школы увидеться с Томоё, узнать, как у неё прошло с командами на предмет будущих поединков одной на всех и дописала ли программу. Стараться не встречать Томою.

— Я сумела поговорить с... духами, но не знаю, хорошие это для вас новости или нет.

Мы вновь сидели в архиве — я, Юкинэ и Фуко — и потягивали кофе, причём последняя делала это с таким важным видом, что мне хотелось смеяться. Как-то начинаю привыкать ходить сюда обедать. Вот бы и в самом деле, когда всё успокоится, затащить сюда Томою и Рё... хотя Юкинэ офигеет с превращения архива в кафе.

— Выкладывай, я уже решу, хорошие или нет. — приказала я.

— Хорошо, Кё. — кивнула Юкинэ. — В общем, эти чары, что на Томое-сане, имеют ещё одно условие. Если ваша сестра сойдётся с ним совсем уж близко, то они начнут постепенно пропадать.

— То есть я Томою тут же разлюблю?

— Не разлюбите. Скорее... — Юкинэ ненадолго призадумалась. — Будете считать лучшим другом, хорошим парнем, приятным воспоминанием. Примерно так.

— И что имеется в виду под "совсем близко"? — я отпила кофе. — Секс?

Фуко едва не выплюнула на меня свой кофе, однако Юкинэ даже не дёрнулась.

— Необязательно. — спокойно сказала она. — Просто отношения должны зайти за границы, когда их уже можно назвать сильной любовью. Чары сами поймут, как это произошло.

— То есть, чтобы с меня всё это спало, нужна сильная любовь Томои и Рё.

— Именно.

— Хорошо, тогда такой вопрос. — я поставила стаканчик на стол и откинулась назад. — Если я даже при всём этом сумею завязать отношения с Томоей и продвинуть их до этой самой сильной любви, то что произойдёт?

— Вы всё равно будете любить его. — сразу ответила Юкинэ. — Не так безумно, как сейчас, а просто любить. Я специально это уточнила.

Вот как? Я тяжело вздохнула и забарабанила пальцами по столу.

— Фуко не понимает, зачем вообще страдать по этому парню. — проворчала девушка, наконец нашедшая повод выступить. — Он же извращенец. Как можно влюбляться в извращенца?

— Девочка, сначала вырасти, а потом вякай. Это сейчас тебя такое заботит, а позже плевать будет, извращенец или нет.

— Говори за себя! — ощетинилась Фуко. — Сама, небось, тоже извращенка!

— А ремня не хочешь?

— Миядзава-сан, спаси меня! — Фуко предусмотрительно отпрыгнула.

— Не ссорьтесь, пожалуйста. — попросила Юкинэ. Фуко вновь принялась ей жаловаться, но я закрыла уши руками и погрузилась в раздумья.

А почему бы, собственно, и нет? Если я так его люблю, то надо перестать тормозить и сражаться за свою любовь, пусть даже Рё...

Стоп-стоп-стоп, Кё, ты всерьёз хочешь отбить парня у сестры? Прекрасно понимая, что это не просто разобьёт ей сердце, но и разрушит все ваши отношения, а её уверенность в себе, которая только начала появляться, уйдёт в минус? Но ведь это не просто парень, а Томоя, ты его любила даже до этого колдовства, и вряд ли когда-то встретишь настолько подходящего...

Позволить сестре быть счастливой и остаться с разбитым сердцем, возможно, до конца жизни? Или самой обрести счастье, отправив Рё во мрак потери и страданий?

— Кё. — тихо сказала Юкинэ, когда я опустила руки. — Не отбивайте Томою у своей сестры. Это будет неправильно.

Я медленно подняла на неё взгляд.

— Это ты и твои призраки вмешались в наши отношения. Это из-за вас всё стало гораздо хуже. Это вы наложили на меня заклинание, из-за которого я вынуждена уродовать себя и напрягать всю силу воли каждый раз, когда вижусь с любимым парнем. И после этого вы собираетесь мне указывать, что делать правильно? И вообще хоть что-то указывать?

Фуко сжалась в комочек, да и Юкинэ выглядела немногим лучше. Пусть только попробуют оправдываться, пусть только попробуют...

— Для Рё это будет даже лучше. — прошептала я. — Да, лучше. Годами пытаюсь научить её жить, а потом всё рушится, потому что эта добрая пустая голова вновь поверила очередным сладким словам. Пусть теперь узнает, что за место в жизни надо сражаться, что надо ожидать удара в спину, даже с родными, даже с любящими людьми. Пусть докажет, что заслужила Томою. Пусть попытается меня одолеть. А проиграет — ну поплачет в подушку, ну походит хмурая, её вообще любой в жёны возьмёт. Тому же Каппею сплавить, раз он так её любит. Зато я буду счастлива.

— Кё, это плохой путь... — вновь начала Юкинэ.

— Да мне плевать. Сколько не иду по хорошему пути, а счастья всё нет, только куча проблем, которые уже устала решать. Значит, пора попробовать плохой, на котором счастье будет. — Я резко встала и без всяких прощаний вышла из архива.

Голова раскалывалась. Одна часть меня орала о том, какую чушь я несу, другая рычала и жаждала крови.

Сделать Рё счастливой.

Заставить страдать для её же блага.

Забыть о Томое.

Любить Томою.

Поискать другое счастье.

Хватать то, что имеется.

Быть хорошей.

Быть плохой.

— Кё, ну почему ты так противишься удлинению юбок? — не выдержала Томоё.

— Объяснила же! — рявкнула я. — Все будут против, тех, кто за, слишком мало, и они тебе голосов не сделают!

— Нет, это поняла, я не понимаю, почему лично ты против! — Томоё ткнула в меня ручкой. Мы вдвоём сидели в пустом классе после уроков и окончательно добивали президентскую программу, уже успев немало поскандалить.

— Я не против длинных юбок, я против них, потому что все будут против! — тупой ответ, но у меня уже язык заплетался. От двух бутылочек минералки уже почти ничего не осталось, и мы тут явно надолго. Сбегать до буфета, что ли, вдруг ещё не закрылся.

— Ладно. — наконец уступила Томоё. — Зачёркиваю. — и она провела ручкой по записанной фразе.

— Томоё, из тебя получится шикарный президент, но блин, ты хоть на место других себя ставь. У тебя больше половины "я хочу, чтобы было так, и мне плевать, что вам будет неудобно". Похвальная позиция, но не когда идёшь на выборы и уж тем более желаешь другим помочь.

— У меня в самом деле так было? — удивлённо сказала Томоё.

— Ага. Вот это, например. — я ткнула в текст. — Запрет на вырубку сакуры. Всем плевать, а их лепестки потом замаешься извлекать из тетрадей, одежды и...

— Этот пункт остаётся. — перебила меня Томоё.

— А?

— Этот пункт остаётся. — повторила она.

— Томоё, ты что, не поняла, что я...

— Кё. — твёрдо сказала она. — Я очень ценю твоё мнение, но этот пункт остаётся. Или ищу себе другого помощника.

Некоторое время мы играли в гляделки, а затем я не выдержала и отвела взгляд.

— Ладно. Но если проиграешь на выборах из-за такой мелочи, то меня не винить. И чего ты вообще к этой сакуре привязалась?

— Есть причины. — кратко сказала Томоё. Хм, неужели она ещё и поэтому стремится в президенты? Интересно, но сейчас ответа из неё не выбью.

— Тогда это всё. Одиннадцать пунктов, программа принята. Так?

— Так. — кивнула Томоё. Фух, наконец-то. — Теперь плакат. — она взяла лист, который я вчера весь вечер разрисовывала, и подняла его над головой. — Это что вообще такое?

На плакате Томоё делала широкий жест ногой, так, что ещё немного — и будут видны трусы. Рядом алела надпись "Томоё Сакагами выбьет все проблемы!".

— И что не так?

— Выбьет все проблемы? Мне надо указывать, насколько глуп этот лозунг?

— Нуууууу... Может, надо просто переработать, другие слова подставить...

— А может, вообще не зацикливаться на том, как я бью? — Томоё скрутила плакат в трубочку.

— А почему нет? Если ты превосходно дерёшься так, что одним ударом мнёшь мопеды, то почему нельзя этим хвастаться?

— Потому что я не хочу "мять мопеды"! — она аж выделила кавычки пальцами.

— Тогда зачем это делаешь?

— Потому что больше никто их не остановит. — неожиданно тихо сказала Томоё. — Всех этих хулиганов, бандитов и насильников. Ненавижу драки и вообще хочу быть более женственной, но иначе никак. И уж лучше буду спасать тех, на кого они нападают, чем лежать и слушать их крики в ночи.

Какое-то время я ошарашенно молчала, а Томоё водила пальцем по парте. Нет, прекрасно знаю, насколько ночная жизнь города отличается от благополучной дневной, но блин...

— Я слышала, что есть другая девушка, которая пытается успокоить их мирными методами, но не все ей подчиняются, а у меня то же самое не вышло. Поэтому, Кё, я прошу не зацикливаться на моих умениях драться. — продолжила Томоё, посмотрев прямо на меня. — Это не выпендрёж, из которого можно устроить шумную рекламу, это мой единственный способ помочь людям, который меня тяготит. Если надо, я надену очки или ещё что-нибудь эдакое, но драться для завоевания поста не собираюсь.

— Однако спортивные состязания... — после недолгого молчания сказала я.

— Это ладно. — тут же ответила Томоё. — Там не надо драться... обычно. — лёгкая улыбка тронула её губы. — И ты права, это прибавит мне популярности и веса среди учеников. Я уже договорилась с бейсболистами и баскетболистами, однако футболисты чего-то заупрямились, заявили, что играть командой против девушки не хотят.

— Так серию пенальти можно устроить. — предложила я.

— Опять-таки против девушки. — она пожала плечами. — Разберёмся ещё. Перерисуй плакат, пожалуйста. Действительно, сделай меня в очках, я завтра в них приду, глянем, что получится.

— В очках и строгом наряде учительницы с крайне соблазнительными колготками. — пробормотала я.

— Кё, не увлекайся. — Томоё протянула мне плакат. — Что там с булочной?

— Прости, вчера совершенно времени не было. А сегодня девушка уже ушла.

— Кё... — вздохнула Томоё.

— У меня есть предложение лучше. — перебила я её. — Завтра мы вместе после школы сходим до той булочной и ты сама договоришься. Как тебе такое?

— Мм. — подумала Томоё. — Хорошо. Я знаю тамошнего хозяина, так что проблем не возникнет.

— Этого паскуду?

— Паскуду? — удивилась Томоё. — Он добрейший человек из всех, что я встречала. Хотя да, первое впечатление может произвести не лучшее, но не обращай на это внимания.

— Ну, как босс скажет.

Домой ехала в расстроенных чувствах. Вся жажда крови после встречи с Юкинэ испарилась, а пример Томоё, перешагивающей через себя ради помощи другим, смущал. Я просто не знала, что мне делать. Более того, не знала, смогу ли удержать линию поведения, которую изберу.

Два пути. Счастье для себя и счастье для любимого человека. Что бы я ни выбрала, меня ждёт множество неприятностей и страданий. И даже не могу опустить руки и просто сдаться, потому что это уже будет выбором. И третьего варианта нигде не видно.

Что за пиздец.

— А где Томоя? — удивлённо спросила я, когда и в комнате сестры его не обнаружила. Сидевшая за уроками Рё повернулась ко мне.

— Он ещё вчера сказал, что забежит к Сунохаре и ещё куда-то, чтоб с переездом закончить. — пояснила она.

— А мне сообщить? — Куда это он ещё собрался? К кому? Зачем? — Когда хоть придёт-то?

— К ужину, надеюсь. — Рё даже не беспокоилась. Ну да, Томоя же сказал, что придёт, чего волноваться. Он же не раскусил ситуацию и не решил свалить, что за чушь, он же не может... не может так просто взять и уйти...

— Кё? — Рё обеспокоенно встала. — У тебя руки трясутся.

И впрямь. Я тут же убрала их за спину и натужно улыбнулась.

— Не, просто музыку в голове играю, и так потряхиваюсь в такт.

— Кё, с тобой точно всё в порядке? — кажется, мне не поверили. Ну да, Рё меня знает, и если я раньше не тряслась под воображаемую музыку, то и сейчас не должна. Внимательная заботливая Рё. Идеальная сестра.

Люблю её до безумия.

— Рё. — прошептала я. — Прости меня, Рё. Прости. Прости. Прости.

— Кё? — она рванула ко мне, я обхватила её и зарыдала.

Она пыталась меня утешать, что-то говорить, отвела в мою комнату, уложила на кровать. Пришла мама, тоже пыталась что-то говорить. Затем мне засунули в рот какую-то таблетку, заставили запить, и я в рыданиях едва не подавилась.

Прости, Рё.

Моё тело тряслось, а плач просто не заканчивался. Все горести, все волнения, все печали, проблемы, заботы словно сошлись в одно, и я только и могла, что громко рыдать.

Прости, Рё.

Мама выходила из комнаты и возвращалась вновь, а затем вошёл ещё кто-то, а затем небольшая боль в руке, которая успокоила, расслабила и погрузила в темноту.

Прости, Рё.

Я выбрала не тебя.

Томоя Оказаки

С Рё распрощался ещё в школе: она решила всё же сходить до драмкружка, а у меня на это просто не было времени. Слишком многое надо сделать, и для начала добраться до Каппея, если он ещё остался у Сунохары, так что к общежитию я практически прибежал.

Сагары-сан в холле опять не было, а вот Сунохара у себя не только был, но и играл с Каппем в карты — и проигрывал, судя по унылому лицу. Комната, кстати, немного пополнилась вещами — то ли он умудрился что-то спасти, то ли начал таскать заново.

— Оказаки-сан! — Каппей при виде меня тут же радостно отбросил карты. Сунохара же, наоборот, ещё больше скукожился.

— Да-да, всем привет, безудержная радость. Сунохара, можно попросить тебя выйти? Мне надо с Каппеем поболтать.

— Да. — безразлично ответил Сунохара. — Конечно. Болтай с ним сколько угодно. — он сделал особый упор на "ним" и вышел из комнаты. Ага, понятно.

— Он после совместной ванны так себя ведёт. — удивлённо сообщил Каппей. — Зашёл туда весь бледный и трясущийся, стал достаточно бесстыдно меня рассматривать, а затем упал в обморок, благо хоть быстро очнулся, и с тех пор сам не свой. С ним точно всё в порядке, Оказаки-сан?

— Всё нормально. — за Сунохару я не беспокоился, идиоты быстро восстанавливаются. — Каппей, слушай, ты всё хотел у меня поселиться, так вот, предлагаю.

— Серьёзно? Оказаки-сан, я в благодарность готов у вашей кровати спать!

— Во-первых, ни за что. Во-вторых, я там жить не буду, меня... пригласил к себе другой человек.

— Рё? — тут же спросил Каппей. Блин, а ты бы мог именно сейчас не сообразить?

— Да. — нехотя признал я. — Но это большой секрет, так что никому, даже Сунохаре. — Каппей усердно закивал. — Дом будет в твоём распоряжении, делай что хочешь. Там живёт... мой отец, так скажешь ему, что я позволил. Будет противиться — стукни чем-нибудь.

— Оказаки-сан, вы чего так про отца-то. — неожиданно нахмурился Каппей. Хм, думал, что после равнодушия к своим родителям он и чужих не будет уважать.

— Ну не стукай. Разберёшься там. — я продиктовал ему адрес и протянул ключ. — Настаивать не настаиваю, если вдруг тут понравилось, просто приглашаю.

— Да не знаю, как-то без вас не то будет... — протянул Каппей. — Оказаки-сан, уже уходите?

— Ага. — я направился к двери. — Мне надо кое-кого найти, и это может затянуться.

— А дома вас ждёт Рё с накрытым ужином и фартуком на голое тело. — частично угадал Каппей. — Не смею задерживать!

— Да, до скорого. — быстро вышел, сохранив в памяти обещание пофантазировать о такой картине.

Сунохара далеко не ушёл, молча застыв у двери, и я замедлился.

— Он скоро съедет отсюда, так что быстро комнату опять замусоришь.

— Оказаки, я влюбился. — сказал Сунохара бесцветным голосом.

— В кого?

— В Каппея.

— В кого?!

— Сам знаю! — неожиданно взорвался он. — Два дня у меня сидел, а я даже не подумал пол проверить! А потом предлагает совместную ванну устроить, и уже весь благодарю богов, как вдруг вижу член, и понимаю, что всё! И любовь после этого не ушла. — закончил он опять же тихо. Я присвистнул. Да уж, такого эффекта никак не ожидал.

— Он съедет. И ты вернёшься в норму, дружище.

— Ага. — отозвался Сунохара и зашёл в комнату, а я пошёл дальше, понятия не имея, как оценивать произошедшее.

Ладно, забыли. Надо искать Юсуке.

Его фургон обнаружился неожиданно быстро — буквально через пару кварталов. Сам Юсуке стоял наверху, копаясь в придорожном фонаре, так что я прислонился к соседнему фонарю и стал ждать.

Когда он спустился, то сразу увидел и узнал меня.

— Здравствуйте, Ёсино-сан.

— Здравствуй, Оказаки. — ответил он, и я сразу продолжил.

— Хотел узнать, могу ли устроиться на подработку по вечерам, после школы. Вы приглашали на работу, но я уже сейчас хочу.

— Похвально. — ответил Ёсино-сан. — Во сколько у тебя школа заканчивается?

— В четыре.

— В четыре... то есть примерно два-три часа... — пробормотал Ёсино-сан. — Давай проедем в офис и пообщаемся с шефом, хорошо? Он на тебя посмотрит.

— Без проблем. — пожал я плечами. — Сейчас могу уже помочь?

— Я уже почти закончил. — он заткнул отвёртку за пояс. — Залезай в фургон, сейчас поедем.

— Ты только учти, что работа будет нелёгкая даже поначалу. — сказал Ёсино-сан после недолгого молчания за рулём. — Тебе много чего тяжёлого придётся держать, наблюдать, что я делаю и как, и ещё дам несколько книг и методичек, чтобы изучил на будущее.

Я промолчал. Мне в любом случае придётся что-то учить, так уж лучше то, что пригодится для работы. Единственное, что беспокоило — как быть с правой рукой. Я не могу поднять её выше плеча, боль в этот момент настолько адская, что буквально вырубает. Однако в остальном рука в порядке, так что достаточно будет умолчать об этом, а если вдруг придётся что, то либо как-то постараться левой, либо вообще избежать.

Офис компании, к которой мы приехали, не поражал великолепием. Я бы вообще рискнул назвать его большим гаражом — обшарпанное здание, когда-то жёлтое, но сейчас уже давно растерявшее почти всю краску и лоск. Внутри, впрочем, он выглядел куда лучше — до чистоты дома Фуджибаяши далеко, но порядок тут явно поддерживают.

— Хэй, Юсуке. — крикнул один из мужчин, переодевающихся в раздевалке, сквозь которую мы проходили. — Как там девятый участок?

— Поменял. — откликнулся Ёсино-сан. — Но там уже надо саму подстанцию менять, с такими скачками напряжения ничто долго не продержится.

— Босс-то в курсе? — поинтересовался другой мужчина.

— Сейчас сообщу. Оказаки, сюда. — мы вышли из раздевалки в небольшой коридор и открыли первую же дверь.

Босс оказался мужиком ниже Ёсино-сана, но и выглядевшем куда старше. Он сидел за столом и мрачно разглядывал бумаги на нём, но при виде нас тут же поднял голову.

— Юсуке, не говори мне про девятый участок, я уже сообщил, да у них денег нет обновляться. — тут же сказал он.

— С такими поломками и не будет. — мрачно сказал Ёсино-сан.

— Что поделаешь, с этим больничным центром финансирование едва ли не всем урезают. — развёл руками босс. — А это кто с тобой?

— Это Томоя Оказаки. — представил меня Ёсино-сан. — Он как-то мне помог, а сейчас хочет устроиться к нам на подработку после школы.

— Ну-ка, ну-ка... — босс заметно оживился и подошёл ко мне. — Оказаки-сан, значит? И почему ты именно к нам хочешь?

— Я с Ёсино-саном знаком, да и ваша работа меня привлекает. — Вряд ли честный ответ "мне нужны деньги, а больше не знаю, куда обратиться" их устроит.

— Тяжести поднимать не боишься? — спросил босс.

— Нет.

— Это хорошо. Не то что тот пострел. — Каппей и тут отметился? Хотя стоило ожидать. — Вообще о работе электриком что-нибудь знаешь?

— Не очень.

— Это нормально. Открою секрет — Юсуке сюда пришёл, вообще ничего не понимая. Когда ты там научился отличать переменный ток от постоянного, а, Юсуке? А сейчас почётный работник. — Босс добродушно рассмеялся, да и Ёсино-сан немного улыбнулся, ничуть не смущённый такими подробностями. — Ну что, Оказаки-сан, ещё не раздумал?

— Нет.

— Вот и славно. Начинаешь в пять вечера и работаешь сколько получится, потому как расписание до семи, но форс-мажорам плевать. Сегодня у нас что, четверг? Давай с завтрашнего дня и приступай, в пятницу и субботу выйдешь, в воскресенье придёшь в себя и там уже поглядим точнее, что с тобой делать.

— Хорошо. — я так и ожидал, но внутри всё равно что-то скрутило. С завтрашнего дня конец свободной ленивой жизни.

— Юсуке тебе спецодежду и каску выдаст. — продолжил босс. — Ставка... давай двести йен в час? Там если что, так обсудим.

Я покосился на Ёсино-сана, но тот на этот раз и бровью не повёл. А ведь тогда выплатил мне гораздо больше. От доброты душевной, что ли?

— Так, Юсуке, ты где-то ловить будешь или ему подходить куда? Сюда ведь тебе будет неудобно... — посмотрел на него босс.

— Давай на углу третьей и четвёртой. — обратился ко мне Ёсино-сан. — Я завтра как раз рядом буду. А там договоримся.

— И захвати с собой ручку, придётся несколько документов подписать. — добавил босс. — А так всё. До завтра, парень. — он протянул руку, и я её пожал. Не менее крепкая хватка, чем у Юкито Фуджибаяши. Кажется, мне надо к этому привыкать.

Ёсино-сан предложил подбросить меня, но я отказался — не хотел светить дом Фуджибаяши. Правда, из-за этого пришлось добираться до ближайшей остановки пешком, и в итоге приехал только к ужину. Наверняка близняшки обидятся, ну да ничего. Я улыбался сам себе, представляя себе лицо Кё после того, как она узнает о моей работе. Рё скорее обрадуется, всё же сделал часть того, о чём они периодически меня пилили.

Когда постучал в дверь, то мне открыла Айкава.

— Здравствуйте, Фуджибаяши-сан. — сказал я, удивлённый неожиданно холодным взглядом. Она рассматривала меня как охранный робот, готовый в любую секунду разрезать лазером этот мешающийся шмот мяса.

— Ну проходи, Томоя Оказаки. — наконец сказала она, уходя в коридор. Я осторожно зашёл и увидел лишь Айкаву, скрестившую руки на груди. Что произошло?

— А где Рё?

— Наверху. Сейчас поешь и иди к ней.

Голос у неё был странно равнодушным, и это пугало. Неужели они всё-таки решили меня выгнать? Или узнали о моём отце? Или что?

Я быстро разделся, умыл руки и прошёл в гостиную. Дом был ненормально тих, и постепенно стало нарастать ощущение ужаса. Близняшек не было, как и тарелок на столе рядом с их местами.

Что-то произошло. Что-то очень жуткое. Я развернулся к Айкаве.

— Где Рё и Кё? — спросил я. — Что с ними?

Та в ответ поставила передо мной тарелку с овощным супом.

— Поешь, и иди к Рё. — повторила она. — У неё всё узнай. А сейчас извини, я устала. — И с этими словами Айкава покинула гостиную.

Я ел так быстро, как никогда в жизни, и прикончил суп минуты за две, после чего помчался наверх, у двери Рё затормозил и прислушался.

Ни звука. Как и из комнаты Кё. Я протянул руку, но в последний момент вспомнил наставления и вместо того, чтобы рвануть дверь, постучал.

Внутри зашевелились, а затем дверь открылась, и показалась заплаканная Рё. Прежде, чем успел что-то спросить или даже разглядеть её, она схватила меня за руку и затащила в комнату.

— Рё, что произошло? — встревоженно спросил я, оглядываясь. Рё села на кровать и посмотрела на меня.

— У Кё была истерика. — тихо сказала она. — Так что, пожалуйста, не шуми и не беспокой её.

У Кё? Истерика?

— Как это произошло? — я сел рядом с ней и тоже понизил голос.

— Она пришла ко мне, и спросила, где ты. — начала рассказывать Рё. — Я ей сказала, что закончишь с переездом и приедешь позже, и увидела, что она затряслась, а потом стала извиняться и рыдать. Я не смогла её успокоить, мама тоже, пришлось вызвать врача, он ей что-то вколол и она уснула. — Рё тяжело вздохнула. — Так пока и спит. Врач нам сказал, что это на почве стресса и переутомления. Всё же Кё на последнем году обучения, обязанности старосты выполняет, выборы, мячом недавно попало, да ещё и нам помогает, вот и свалилось... — она всхлипнула.

И ещё любовные муки. Неудивительно, что Кё сорвалась.

— С ней всё нормально, но мама уже договорилась с учителями, что завтра в школу не пустит. Возможно, и в субботу тоже, чтоб отдохнула. — Она вновь всхлипнула. — Это я виновата...

— Да брось. — растерянно сказал я. — Ты ни в чём не виновата.

— Нет, Томоя-кун, я должна была что-то сделать. Она ещё в понедельник пришла с пустым взглядом, но сумела меня убедить, что всё в порядке. Надо было что-то предпринять уже тогда... — она заплакала, и я подбадривающее обнял её.

Рё, скорее всего, это моя вина. Кё мучается из-за того, что видит нас вместе, и не могу ей помочь, потому как не знаю, чем именно. Бедная Кё... как ни странно думать о ней в таком ключе. Надо обратиться к Миядзаве, завтра же, с утра, потому что Рё этого не расскажешь, а больше никто не сможет вникнуть.

— Как ты думаешь, с ней всё будет в порядке? — спросил я плачущую Рё.

— Я уверена. — она посмотрела на меня. — Томоя-кун, сестра очень сильная, она справлялась с множеством проблем, справится и сейчас. Но я за неё переживаю, и мне было так страшно...

Да уж, бьющаяся в истерике Кё кого угодно напугает. Рё опять всхлипнула, но постепенно стала успокаиваться. Мы ещё немного посидели, обнявшись, а затем Рё спросила:

— Томоя-кун, как там твои дела?

— А, да. — из-за беспокойства о Кё я едва не забыл обо всём. — Рё, я с завтрашнего дня устраиваюсь на подработку, с пяти до семи, так что вместе домой ходить не получится, извини.

— О. — на несколько секунд она ещё больше осунулась, но затем даже попыталась улыбнуться. — Это же хорошо, Томоя-кун. Просто замечательно.

— Прости. Сам хотел бы больше времени с тобой провести, но так, может, там приживусь, и не надо будет волноваться о будущем.

— Всё в порядке, Томоя-кун. — её улыбка стала ещё шире. — Мы уже проводим вместе больше времени, чем я думала, и ты же работать будешь, а не болтаться. — Она вроде как пришла в себя, но бросила взгляд на стену, за которой спала Кё — и вновь помрачнела. Я опять её обнял, но дальше заходить не стал.

До конца дня она так и не проснулась. Я переписал домашнее задание, опять заглянул в кладовку оценить объём работ, поболтал с Рё, но Кё мои мысли так и не покидала. Мне хотелось сделать для неё что-нибудь хорошее, как-то приободрить, или хотя бы просто серьёзно поговорить, но понятия не имел, что ей сказать. Прекрати любить меня? Не устраивай больше истерик? Кё за такое врежет мне, на этот раз абсолютно заслуженно. И раз она любит меня, то проявление внимания может и истолковать неправильно.

Точно придётся обратиться к Миядзаве.

2 мая, пятница

Кё Фуджибаяши

Наверное, я единственный в мире человек, который может проснуться, увидеть прямо перед собой кабанью морду и не завизжать от ужаса.

— Ботан. — слабо сказала я. — Ты со мной сегодня спал, да?

Ботан утвердительно хрюкнул и полез ласкаться. Я вынула руку из-под одеяла, прижала его к себе и огляделась.

Лежу в своей комнате на кровати и сейчас полседьмого утра, если верить часам. Скоро вставать в школу, но поваляться ещё можно. Кстати, лежу почему-то в белье, а не в пижаме, и школьная форма висит не в шкафу, а на спинке стула. Ах да... это меня, наверное, так вчера раздели.

Вчера...

Всё то состояние ушло — по крайней мере, биться в истерике не хотелось. Да и вообще ничего не хотелось — голова побаливала, а тело было странно расслабленным. Но вставать надо, у меня сегодня прогулка с Томоё и вообще уроки, пропускать нельзя. Я, придерживая Ботана, села на кровати и спустила ноги на пол. Зарядка... может быть пропущена, потому что встаю-то неуверенно. Ничего, спущусь и поднимусь по лестнице, проеду на мопеде — уже подвигаюсь, к школе окончательно оклемаюсь.

Дверь открылась, и мама зашла в комнату. Тут же, не говоря ни слова, она взяла меня за плечи и подтолкнула обратно к кровати.

— Э, мам, мне надо собираться. — пробормотала я.

— Никуда ты сегодня не пойдёшь. — категорично сказала она. — Я уже договорилась с учителями, что весь день сидишь дома и отдыхаешь. Ложись обратно.

— Какое отдыхать? — я пыталась сопротивляться. — У меня же выборы президентские, Томоё сегодня помочь надо.

— Если эта Томоё без тебя ничего не может, то пусть и не суётся в президенты. — мама всё-таки загнала меня в постель и накрыла сверху одеялом. — Кё, ты вообще хоть понимаешь, что вчера было? По-хорошему, тебя стоило в больницу положить.

— Да ладно. — я вновь села. — Всего лишь перенервничала.

— Это я перенервничала. — она толкнула меня обратно. — Потому что наблюдала, как моя дочь рыдает, корчится и это никак не прекращается. Так что сегодня ты тут отдыхаешь, спишь и приводишь себя в порядок. А если что — и завтра тоже.

— Два дня без школы? — я рывком опять села. — Мам, ты чего?

— А то и три! — рявкнула она так, что я уже сама рухнула. — Боже, Кё, сколько твоих ровесников прыгало бы от радости, услышав, что вместо школы можно лежать и ничего не делать.

— Хотя бы Рё позови, скажу ей, что сделать в школе надо.

— Она спустилась этого Оказаки будить. — ответила мама. — Сейчас позову. Учти, вообразишь, что удастся подложить её вместо себя и смыться — всыплю так, что ходить не сможешь.

И в мыслях не было. Уж мама-то ни за что нас не перепутает, даже если Рё накроется одеялом с головой. И Томоя, получается, тут, никуда не ушёл, я навоображала себе всякого, дура.

Ботан высвободился из хватки и выскочил из комнаты, когда мама выходила. Поесть, попить, в туалет — и обратно. Не кабан, а фамильяр какой-то.

Рё пришла через несколько минут, глядя на меня так, словно в любой момент ожидала взрыва.

— Хой. — я помахала ей. — Всё в порядке.

— Не думаю, Кё. — Рё села на краешек кровати. — Ты вчера такая жуткая была.

— Ага, извини, рычажок заело. Слушай, меня сегодня в школу не пускают, не могла бы ты пару дел сделать?

— Слушаю. — приготовилась она.

— Найди Томоё Сакагами и передай ей, что я заболела и не смогу прийти. Не говори про истерику, выдумай там простуду или типа того, если спросит. В булочную пусть идёт одна, там разберётся. Так. — я ненадолго задумалась. — После уроков в моём классе спроси Кавасари, парта сразу позади меня, пусть скажет, что сегодня было задано. Ну и там важные объявления какие или ещё что, если будут. Запомнила?

— Сакагами и Кавасари, запомнила. — кивнула Рё.

— Ага. — я немного помедлила. — Томоя говорил, где он вчера был?

— Да, и ты не поверишь. — Рё неожиданно хихикнула. — Кё, он подработку нашёл!

— Чего? — я опять села.

— Так и сказал. — кивнула она. — Теперь сразу после школы и до семи будет работать, так что сюда лишь к ужину появляться. Но ведь работать будет, здорово, да?

— Офигеть. — только и сказала, укладываясь обратно.

— Именно. — поддакнула мне Рё. — Я так за него рада!

— Рё, если ты тут, открой мне. — сказали за дверью.

— Сейчас, мам. — Рё соскочила с кровати и помогла ей зайти с подносом, на котором стояла тарелка с картошкой и рыбой, а также чашка чая. Одновременно Ботан просочился в комнату и вновь запрыгнул на меня, косясь на рыбу.

— Рё, завтрак уже готов, и твой Оказаки там уже наворачивает. — сказала мама, укладывая поднос на столик рядом с кроватью.

— Хорошо. Поправляйся, Кё. — Рё наклонилась ко мне, чмокнула в лоб и убежала.

— Поешь, пока горячее. — сказала мне мама, и я послушно потянулась за рыбой. — Сейчас тебе какую-нибудь мангу принесу почитать, хотя лучше бы ты поспала. — она отошла к шкафу. — Где там парни наиболее голые?

— Да без разницы. — сказала я, пригубив чаю. Мама в итоге вытащила пять штук и положила их на меня.

— Поднос оставь, я потом унесу. И особо его не корми, уже целую миску навернул. — я поднесла кусочек рыбы к жалобно-голодной мордочке кабанчика, убеждающей меня, что все врут и никто бедного малыша не кормил. — Ладно, Кё, мешать не буду, отдыхай. — она вышла из комнаты и закрыла дверь.

Ещё бы Томоя сюда пришёл. Правда, я без повязки и в одном белье, так что рискованно — но блин, уже день его не видела и у меня куча вопросов. Как ты умудрился найти подработку? Кем? Она хоть оплачиваемая? И какого хрена я целый год с тобой мучилась, и сумела разве что заставить приходить не к последнему уроку, а как Рё в девушки влезла, так и встаёшь по будильнику, и учиться пытаешься, и работу нашёл?

В два рыла мы прикончили рыбу, дверь внизу хлопнула, время давно вышло — а Томоя так и не появился, зараза. Придётся теперь лежать, читать, ничего не делать и выздоравливать. Скукота.

Может, реально поспать...

До самого вечера так и пришлось лежать. Утром ещё подремала, и дальше совершенно не хотелось, но мама не желала ничего слушать. Пришлось читать, лежать, болтать с Ботаном и думать.

Много думать.

За время сна решение оформилось окончательно — я буду сражаться за Томою. Рё меня поймёт и простит, мы же любящие сёстры. Может, даже заразится духом соперничества и не уступит так легко. Нет, с ней проблем не будет, а вот сам Томоя... любит ли он меня? Перебрала в памяти все прошлые моменты общения с ним и не могла сказать ничего внятного. Да, он сказал, что я красивее Рё, но ещё говорил, что у неё грудь лучше, называл меня гориллой и сравнивал со своим домом, скотина. Я что, настолько плохая? Ну... била его, да, но за дело, и сейчас даже не хочу. Капала на мозги учёбой, так что поделаешь, нельзя же, чтобы он присоединился ко всей этой ночной жизни. Не выгляжу такой милой и ласковой, как Рё, но это только выгляжу, так-то вполне способна...

Поговорить бы с ним откровенно. Признаться, объяснить, что со мной происходит, сделать всё для того, чтобы переключить его внимание на себя. Попросту соблазнить, да. Не любит сейчас — полюбит в будущем. В конце концов, я и знаю его лучше, чем Рё, знаю, за что надо дёргать и куда тыкать.

Попрошу Рё пригласить его сюда сегодня вечером. Даже повод не нужен — больная девушка хочет увидеться с другом, живо подайте его сюда. Поговорить, забросить пару удочек, посмотреть на реакцию. Можно даже в присутствии Рё, так будет даже интереснее.

Возвращайтесь уже скорее.

Рё зашла ко мне сразу, как вернулась — и без Томои.

— До семи подработка, говоришь? — я взглянула на часы. Ох, ну блин, чего ж так долго-то.

— Да уж, придётся теперь так. — вздохнула Рё, садясь на кровать и едва не придавив мне ноги. — Вот, держи домашнее задание, Кавасари-сан поделилась. И Сакагами-сан сказала, что всё в порядке, она сама сходит. Пожелали тебе скорейшего выздоровления.

— Ну это уже как мама посмотрит. — проворчала я, пролистывая тетрадь с заданиями. Так, похоже, не так много, успею сделать. Но всё равно один учебный день уже в труху, а ведь экзамены впереди, пусть сейчас ещё только начало года.

— Попробую её уговорить, Кё, если ты в самом деле хорошо себя чувствуешь. — пообещала Рё. — Но ты уверена, что если завтра в школу пойдёшь, то всё будет в порядке?

— Скорее свихнусь от этого ничегонеделания. По комнате пройтись нельзя, блин. — я активно зашевелила ногами под одеялом. — Ела, лежала, даже не бегала, килограмм набрала точно. Даже вместо туалета горшок принесли — кстати, аккуратнее, он как раз где-то у твоих ног стоял.

— Ага, я вижу. — Рё покосилась вниз. — Ладно, сейчас принесу тебе чаю и поговорю с мамой.

— Спасибо. Да, Томоя появится — турни его ко мне.

— Зачем?

— Что значит "зачем"? Этот паршивец утром не зашёл проведать и как следует пожалеть. Так и скажи, что я жду его утешений и подарка какого-нибудь. Раз работает, значит, деньги водятся, значит, подарок должен быть готов.

— Кё, ты точно нездорова. — заключила попытавшаяся в ехидство сестрёнка. — Скажу ему, как придёт. Но ты хотя бы оденься, а то он сразу и уйдёт. — она скользнула взглядом по полуголой мне. А ведь да, с него станется. Да и спокойнее будет.

— В семь и оденусь . — я откинулась на подушку. — А так лишь вспотею под этим одеялом. Давай, неси мне еду, верная слуга.

— Слушаюсь, капитан. — она вышла из комнаты, улыбаясь.

Когда Томоя наконец соизволил прийти и заглянуть ко мне, то заодно принёс и суп в качестве ужина.

— Считай это подарком. — сказал он, опуская поднос на кровать. Я недовольно заворчала — горячо даже сквозь одеяло, блин.

— А я считал, что у тебя будет какая-то другая комната. — Томоя стал осматриваться. — Тут даже вещи так же расположены.

— Когда родители нам комнаты обделывали, они рассудили, что раз близняшки, то и нечего думать над планировкой, как у одной, так и у другой. — я медленно стала хлебать суп. — А нам без разницы. Потом уже более-менее разнообразились — я себе кровать двуспальную вытребовала, Рё зеркало, всё такое.

— А почему двуспальную? — недоумённо спросил Томоя.

— На будущее. — папа, когда услышал этот ответ, заржал и больше вопросов не задавал. Томоя же уставился на кровать и что-то прошептал про себя.

— Как работа? — несколько разочарованно спросила я.

— Больше стоял и смотрел, чем что-то делал. — ответил он. — И получил кучу книжек изучать, Рё на них уже растерянно смотрит. Кстати, встретил Томоё, она просила передать, что там в булочную продавец нужен, и без него никак.

— Ха? — в смысле, продавец нужен? — Ты имеешь в виду, кто работать будет в школьной точке?

— Может. — равнодушно сказал Томоя. Если так, то это и впрямь интересный вопрос, обдумаю до конца дня.

— Притащи мне часть своих книжек, хоть развлекусь. — добавила я. — Кем работаешь-то?

— Электриком.

— Да ладно?

— А что, ты ожидала дворника? — усмехнулся Томоя.

— Нет, но... — как-то не успела погадать, кем именно он мог устроиться. — Минутку, когда ты маме сказал, что хочешь электриком быть, то уже знал?

— Я рассчитывал на это. — ответил он. Ох... неужели Рё права, и те деньги он действительно сам заработал? Думала ведь, что отложил или реально у отца взял. Стыдно-то как.

— Ну, молодец, что ещё сказать. — я указала на него ложкой. — Давай так дальше, и Рё вообще на тебя молиться будет.

— Кё. — тихо сказал он. — Ты сейчас в порядке?

— Да, а что? — встревожилась я.

— Просто... — Томоя что-то совсем не свой. Он взял от стола стул, вытащил его на середину комнаты, сел лицом ко мне, опёрся на спинку и лишь тогда сказал:

— Кё, ты ведь влюблена в меня?

Ложка булькнулась в суп. Всё это время я старалась не смотреть на него напрямую, но сейчас мне пришлось — и ответ был очевиден.

— Да.

— Как давно? — он опустил глаза.

— Не знаю. Может, с самого начала, просто осознала не сразу.

— И почему тогда уступала Рё?

— Были причины. — только и ответила я, и мы оба замолчали.

— Томоя... — наконец мне пришлось нарушить тишину. — я... намерена сражаться за тебя с Рё.

Он вздрогнул и недоверчиво уставился на меня, так что тут же отвела глаза.

— У меня просто не выходит забыть тебя. — я подобрала ложку и окунула её в суп. — Сколько бы ты не сближался с Рё, это словно заводило меня ещё сильнее. А после... того, что случилось в понедельник, окончательно поняла, что не смогу перестать любить тебя. А раз так, то буду сражаться за свою любовь.

— С Рё. — хрипло сказала он.

— У неё огромное преимущество, и сейчас я в отстающих, но меня это не остановит.

— И всё теперь зависит от меня, так?

— Да. — я хотела как-то уменьшить давление на него, но не смогла. — Выбирать тебе, Томоя. Не бойся, если всё-таки предпочтёшь Рё, то постараюсь ещё раз забыть тебя, уже сильнее, и на этот раз смогу. Но сейчас хочу те... хочу сражаться за тебя.

Он ничего не отвечал, и это даже немного успокаивало. Будь Томоя окончательно влюблён в Рё, то уже сказал бы, что любит и выбрал её, так что завязывай с этими глупостями. Но он молчит, и у меня есть шанс.

— Хорошо, Кё. — наконец сказал он. — Спасибо, что рассказала мне. Поправляйся, и постарайся больше такого не допускать. Мы все за тебя жутко перепугались.

— Можно подумать, я рада.

Томоя даже не попытался улыбнуться, лишь встал и молча вышел, оставив меня хлебать суп. А ведь положи он поднос не мне на ноги, и кто знает, что бы вышло. Заклинание ещё действовало, и я была не прочь сразу показать ему удобство двуспальной кровати.

Теперь главное, чтобы не рассказал об этом Рё. Уверена, что она сумеет воспринять это нормально, но всё же. В конце концов, про преимущество не врала — они уже целовались, а у меня максимум контакта с Томоей были пинки.

Ну ничего, когда наконец разрешат встать — будет что угодно, кроме пинков.

Томоё Сакагами

Одноклассники дружно одобрили очки. И парни, и девушки сгрудились у парты, наперебой утверждая, что они мне очень идут, делая красивее и женственнее. Я благодарила их, пытаясь не краснеть, но прервались восхищения лишь звонком и воплем учителя.

Идея Кё опять сработала. Надеюсь, она после этого не предложит ещё что-нибудь подобное нацепить. Если уже правильно понимаю её логику, то меня ждут кошачьи ушки.

Хотя нет, вряд ли. Кё нацелена на победу ничуть не меньше, а кандидат в кошачьих ушках — это смешно. Впрочем, мы сегодня проведем вместе много времени, отправляясь на переговоры в булочную, заодно и попытаюсь ненароком узнать, нужно ли ещё что-то менять в моей внешности.

Увы, не проведём. На перемене меня поймала её сестра, Рё, и сообщила неприятную новость — Кё заболела простудой и сегодня не придёт, просила передать, чтобы я шла в булочную одна.

— Точно простуда? — Кё девушка спортивная, трудно поверить, что её за день так свалило.

— Э... да, Кё бегает по вечерам и набегала. — Рё как-то замялась с ответом. — Но с ней всё в порядке, она, может, уже завтра придёт, так что не беспокойтесь, Сакагами-сан.

— Эх. — вздохнула я. — Хорошо, передай ей, что схожу. Желаю ей скорейшего выздоровления.

— Обязательно. Удачи вам. — она поклонилась и поспешила смешаться с толпой школьников.

И это сестра Кё. Небо и земля. Конечно, я и брат тоже не копии друг друга, но всё же между нами много схожего, а тут даже по манере общаться видна огромная разница.

Без Кё будет неудобно, всё же договаривалась, да и язык у неё лучше подвешен. Но с другой стороны, чего мне бояться? Владельца булочной я знаю, и исключительно с положительной стороны, он меня вроде как тоже. К чему-нибудь да придём, а если что, второй заход с Кё удастся точно.

После школы я сразу, не теряя времени, направилась в булочную. И мне повезло: хозяин, Акио Фурукава, стоял прямо на крыльце и курил.

— Если ты сюда, то мы временно не работаем. — сказал он, увидав, что я направляюсь прямо к нему. — Подожди минут пять.

— Нет, я лично к вам, Фурукава-сан. — ответила я. Тот удивлённо пригляделся.

— Хм, а ведь помню эти серебряные волосы. Ты та девка, что избила трёх хулиганов так, словно они детсадовцы какие-то. Только в очках сейчас.

— Да. — сказала я, решив не заостряться на "девка". — Меня зовут Томоё Сакагами.

— Ну, приятно познакомиться, Сакагами. — хмыкнул он и протянул мне руку. — Скажу по секрету, если ты купишь хлеб моей жены, то сможешь использовать его как щит или дубину, и никто ничего тебе не предъявит.

— Эээ... — даже не знаю, что на это ответить. Акио усмехнулся и оглянулся назад, словно ожидая чьего-то появления.

— Хм. — немного растерянно сказал он через несколько секунд. — Санаэ, ты где там? — он зашёл внутрь и я, восприняв это как приглашение, зашла следом.

В булочной красивая женщина с каштановыми волосами и двумя торчащими прядями раскладывала хлеб на витрине и что-то весело мурлыкала про себя.

— О, у нас посетитель? — сказала она, оглянувшись на меня. Похоже, это и была та самая Санаэ. — Чем могу служить?

— У меня лично к вам дело. — ответила я. — К вам обоим.

— По закону хлеб назад не принимается. — тут же ответил Акио.

— Нет, я не про хлеб. Точнее, не с жалобой на хлеб. Видите ли, я участвую в выборах президента школы, и одним из пунктов моей предвыборной программы является открытие второй точки продажи булочек помимо школьного буфета. Мы... моя заместительница должна была договориться с вашей дочерью, чтобы она вам это сказала, и я пришла услышать ответ.

— Ха, погоди, не спеши так. — Акио начал жевать сигарету. — Нагиса говорила лишь то, как безумно любит меня, про какую-то точку ничего не было.

— Дорогой, она нам рассказывала, помнишь? В понедельник ещё. — мягко сказала Санаэ.

— Да, но я не слушал. — ответил Акио. — И зачем в школе продавать хлеб?

— Просто в буфете всегда огромная очередь и толчея, к прилавку приходится пробиваться и многие не успевают поесть. — объяснила я.

— И? Обычное дело. В мою молодость точно так же пихались, пришлось даже организовывать подпольную торговлю хлебом. Так я и заработал свой первый миллион, а потом потратил его на выпивку и девушек. Эх, славное было время.

Я не могла понять, шутит он или говорит всерьёз.

— И наконец, даже если мы откроем точку, то там некому будет работать. — закончил он. — Мы все заняты здесь, а нанимать кого-то денег нет. Да и школа не позволит, знаю я тамошних хмырей.

— Могу поискать вам помощника...

— Я просто не хочу этим заниматься. — перебил он. — Ты президент, ты вписала это в свою предвыборную программу, ты с этим и носись.

— Акио, это слишком грубо. — огорчённо сказала ему Санаэ. — Мы ведь сможем помочь такой красивой девушке?

— Красивой? — Акио зевнул. — Рядом с тобой она какая-то блеклая. И вообще, я отыгрываюсь за унижения со стороны президента школы по поводу моей учёбы. Не мешай обидам прошлого развиваться и подавлять здравый смысл!

А ведь тогда он первый накинулся на тех трёх хулиганов, тащивших в подворотню школьницу, и свалил двоих, а я успела вовремя выбить у третьего нож и впечатать его в стену. А потом, не обращая внимания на синяк под глазом, сидел прямо на грязном асфальте, успокаивал перепуганную девочку, обещал проводить её до дома и показать парочку эффективных приёмов.

— Акио, Нагиса скоро придёт, сходи разогрей ей обед. — сказала Санаэ. Тот послушно махнул мне и отправился на кухню.

— Простите моего мужа. — она низко поклонилась. — На самом деле мы подумали над вашим предложением и не против расширения, но нам действительно нужно нанять человека и получить разрешение. Без этого просто связаны руки.

— Если стану президентом, то сумею повлиять на школу и поискать людей. — успокоено ответила я.

— Замечательно. — улыбнулась Санаэ. — Тогда договорились. Не хотите приобрести что-нибудь из выпечки, попробовать?

— Хм... — я уставилась на витрину.

— Мама, папа, я дома. — в булочную зашла удивительно похожая на Санаэ девушка и сразу посмотрела на меня.

— Здравствуйте. — поклонилась она.

— Здравствуйте, Фурукава-сан. — я тоже поклонилась. — В каком вы классе?

— О. — она посмотрела на мою форму так, словно только сейчас её увидела. — 3-С. А вы?

— 2-С. — стоп, она старше меня? — Получается, вы мой сенпай, Фурукава-сан.

— А... эхехе... да какой из меня сенпай... — засмущалась она. — Тем более что вы президентом школы будете...

— Выборы ещё не прошли. — улыбнулась я. — Может, у вас какие просьбы или предложения будут, сенпай?

— Не называйте меня так! — девушка смущённо замахала руками. — А просьбы... можете помочь моему кружку?

— Какому кружку? — насторожилась я.

— Я глава драмкружка. — гордо сообщила она и тут же скуксилась. — Только он незаконен и туда теперь никто не ходит. Можете восстановить его, как станете президентом?

Кё ведь об этом говорила, не так ли? Придётся изучить вопрос детальнее, что там в уставе насчёт признания кружков прописано.

— Хорошо, я постараюсь.

— Спасибо! — Фурукава-сан вновь расцвела. — Могу... я вам чем-то помочь?

— Рисовать умеешь? Тогда можешь нарисовать мне плакат вот с таким концептом? — я порылась в портфеле и подала ей тетрадный листок, на котором примерно обрисовала своё видение предвыборного плаката на случай, если Кё опять не преуспеет.

— Постараюсь... — протянула девушка, рассматривая листок. — А можно, я украшу его семьёй булочек?

— Кем? — не поняла я.

— Нагиса, не стоит. — Акио вернулся с кухни. — Сама подумай, официальный и тошнотворно пафосный плакат со скучным списком обещаний, и тут же семья булочек. Народ придирчивый ныне, он не поймёт.

— Сначала нарисуй без них, а там посмотрим. — пришла я к решению. Ещё и узнать, что это за семья булочек. Нагиса довольно кивнула.

— Хотите хлеба, Сакагами-сан? — спросила она.

— Не откажусь.

— Возьми вон тот, радужный. — указал Акио, ухмыляясь. — Очень вкусный, все рекомендуют.

— Нет, спасибо, я лучше обычный возьму. — отказалась я. Санаэ, которая всё это время с улыбкой слушала нас, неожиданно скуксилась прямо как дочь. — Сколько с меня?

Мда, ещё только начало пути, а передо мной уже стоит проблема. Даже две проблемы в одной: как уломать администрацию на вторую точку продажи выпечки и кого найти в продавцы. И если первым стоит заняться лишь после выборов, то второе надо уже сейчас обдумывать. Хотя без Кё, похоже, не справиться.

Кё... никогда ещё не встречала такого человека. Сражения с хулиганами как-то приучили меня делить людей на бандитов и жертв. Первые плохие, их надо бить, вторые хорошие, их надо защищать. Кё же была ни той, ни другой. Отличница и староста, гоняющая на мотоцикле с превышением скорости и вроде как кого-то сбившая. Предлагающая дельные и разумные идеи, а также способная в любой момент сказать пошлость, оскорбить или разгневаться. Активная настолько, что мне завидно, обладающая добрым сердцем и грязным языком, обожаемая в школе и бессовестно этим пользующаяся, Кё была для меня загадкой. Честно, если бы кампания уже не шла, то предложила бы ей побороться за президентский пост, а сама бы стала заместительницей. Возможно, она его больше заслуживает, а моя цель была бы достижима и тогда — Кё сумеет понять, почему я хочу сохранить сакуру. Но сейчас уже поздно давать задний ход, и лучше наоборот, показать, что тоже не лыком шита. Только не сейчас — у меня нет таких связей и знания школы, как у Кё, я просто не имею понятия, кого можно поставить торговать булочками.

Знала бы, где она живёт — сразу можно было сходить и заодно проведать. А так придётся ожидать до завтра, а то и до понедельника. И плакат, скорее всего, тоже. Конкуренты тем временем не спят, как бы не отстать...

Я прошла мимо двоих рабочих, копошащихся у придорожного фонаря, и остановилась. Минутку, я же знаю его, это парень Рё Фуджибаяши, и у него имя похожее на моё — Томоя. Томоя Оказаки.

— Оказаки-сан? — обратилась я к нему. Парень, уставившийся на своего напарника, работающего наверху, вздрогнул и повернулся ко мне.

— Томоё Сакагами? — несколько неуверенно сказал он, и я кивнула. — Какими судьбами?

— Просто мимо проходила. — сказала я. — А ты что, подрабатываешь?

— Да, только начал. — он покосился наверх.

— Это хорошо. Надеюсь, не во вред занятиям?

Он вздохнул настолько тяжело, словно я уже сотая, кто об этом спрашивает. Хотя его девушка староста и отличница, так что вполне возможно.

Кстати.

— Слушай, ты не знаешь, где Кё живёт?

— Без понятия. — тут же ответил он.

— Как же так, ты не знаешь, где твоя девушка живёт?

— Кё не моя девушка. — Оказаки-сан как-то весь напрягся и пристально посмотрел на меня.

— Я про её сестру. Они же вместе живут, не так ли?

— А, ты про это. — он тут же расслабился. — Да, вместе, но ещё не спрашивал, где именно.

— Жаль. — надо будет у самой Кё спросить, как вернётся. Мало ли что. — Можешь тогда, если завтра Кё не придёт, передать ей кое-что через её сестру?

— Ну давай.

— Скажи ей, что с булочной пока ничего не выходит, потому что нужен продавец, пусть подумает над подходящей кандидатурой.

— А у вас всё серьёзнее, чем думал. — удивлённо сказал он. — Хорошо, передам.

— Оказаки, ты там смотришь? — спросили его сверху.

— Да, Ёсино-сан. — Оказаки-сан поспешно задрал голову, и я отступила.

— Ну пока тогда, не буду мешать. Спасибо. — он махнул в мою сторону, не глядя, и я пошла дальше. А парень симпатичный в этой серой рабочей одежде, высокий, с намёком на мускулы и глаза красивые. В другое время и в другом месте... но у меня выборы, а он занят. Интересно, чего он так напрягался из-за Кё?

Дома никого не было, но на столе лежала записка от родителей. Такафуми постепенно идёт на поправку, и теперь они поехали уточнять по поводу выписки. Ужин в холодильнике, квартира в твоём распоряжении, не знаем когда приедем.

Значит, Такафуми скоро выпишут. Завтра навещу его — обязательно выпытаю подробности, когда именно, а то надоело видеть всего раз в неделю беспомощно лежащим на кровати. Не сомневалась, что братик поправится, но это как-то слишком затянулось.

Ладно, это всё завтра, а сейчас приготовить себе риса, поесть, сделать уроки, поспать — и ещё на одну встречу.

В ночь я вышла уверенно, совершенно не опасаясь идти по тёмным улицам. Хоть и не люблю свою силу, но не могла не признать, что в городе лишь двое могли посоперничать со мной — и один из них умер, а о второй со времён нашей схватки ничего не слышала. Впрочем, сейчас я и не драться иду.

Знакомая еле освещённая улица, группа парней, выскакивающая мне навстречу и быстро утекающая обратно в тень — и вот уже у здания бара, давным-давно закрытого, заброшенного и с тех пор никому не нужного.

Официально, разумеется.

Когда я открыла входную дверь, то стоявший за ней парень встрепенулся, а как увидел меня, то и вовсе побледнел. А ведь бугай на две головы выше, шире, больше, прям гора мускулов.

— Я сегодня с миром.

— Да, меня предупредили. — сглотнул он. — И это... извини за то, что тогда было.

— Да и ты тоже. — несколько дней назад влезла в массовую драку, прекратив её максимально быстро, и он точно был там. — Скорее попал под горячую руку. Хотя наверняка заслужил, не так ли?

— Ну как сказать. — чуть храбрее ответил он. — Проходите, вас уже ждут.

Внутри бара сидело человек семь, освещаемых лишь свечами, и все напряжённо смотрели на меня так, словно размышляли, куда лучше броситься: в атаку или в окно. А поскольку окон тут не было, то напряжение возрастало. Я скользнула по ним взглядом, проверяя, нет ли рож из списка особых мерзавцев, которым сломать ногу при встрече было бы заслугой перед обществом. Нет, повезло.

— Проходите. — громила распахнул дверь в заднюю комнату бара, а затем закрыл её за мной.

В комнате с двумя подсвечниками на стенах и мощным фонарём на столе была всего одна девушка. Она сидела за столом и что-то писала в свете фонаря, однако со скрипом двери тут же положила ручку и уставилась на меня.

— О. — она встала и поклонилась. — Здравствуйте, Сакагами-сан.

Я немного помедлила с ответом, разглядывая девушку. Таких можно встретить сотнями: чёрные брюки и коричневый жакет, длинные каштановые волосы до пояса, улыбка на губах, выглядит младше своих лет в том числе и из-за небольшой груди.

Претендентка на звание теневой королевы города, Юкинэ Миядзава.

— Здравствуйте, Миядзава-сан. — наконец и я поклонилась. Юкинэ, нисколько не смутившись задержкой, предложила присесть и сама села обратно.

— Кофе?

— Нет, спасибо. — не очень хочется есть в этом месте.

— Хорошо. — кивнула она. — Сакагами-сан, я позвала вас сюда для того, чтобы отблагодарить.

Отблагодарить? Я слышала о деятельности Юкинэ, но мы никогда не пересекались, пусть наши цели вроде как и совпадали.

— Из-за ваших патрулей многие агрессивные ребята стали куда покладистее. — продолжала Юкинэ. — Они стали переосмысливать свои взгляды, один даже нашёл работу. И всё благодаря вам. — она, не вставая, вновь поклонилась. Я немного подвинулась так, чтобы фонарь не бил в глаза.

— Спасибо, Миядзава-сан, но вряд ли это моя заслуга. Такие парни не будут менять свою жизнь только потому, что их кто-то побил.

— Во-первых, не кто-то, а хрупкая прекрасная девушка. — ответила Юкинэ и неслабо меня смутила. — Во-вторых, у разных людей по-разному. Кому-то, увы, нужна хорошая трёпка для того, чтобы встать на нужный путь. Но не буду отрицать, моё влияние тоже имело значение. — она улыбнулась ещё сильнее.

— Ну, не за что тогда. — пробормотала я. — Это всё?

— Нет. — ответила она. — Сакагами-сан, я хотела бы объединить наши усилия. Мы обе желаем лишь одного — чтобы этот город стал спокойным и безопасным местом, а все те, из-за кого это не так, сумели исправиться и найти своё место в жизни.

— Или сели в тюрьму.

— Только если иначе никак. — мягко сказала Юкинэ. Я не стала с ней спорить. Предложение было очень интересное, и если судить по тому, что слышала об этой девушке, она не лгала о своём желании остановить бандитизм.

— И чем же я могу помочь?

— Я бы хотела пользоваться вами как, не сочтите за грубость, пугалом. — Юкинэ извиняющим жестом склонила голову. — Чтобы люди знали, что вы теперь работаете вместе со мной и можете явиться по душу всех, кто нарушает порядок. Для многих этого будет достаточно.

— Интересно. — я побарабанила пальцами по столу. — Но где гарантии, что меня бросят именно против нарушителей, а не претендентов на ваше место?

— С претендентами я разберусь сама. — ответила Юкинэ. — Да и нету их, если честно. А так могу выдать вам досье на особых негодяев, и вы сами проверите, что именно они сделали и как с ними поступить. Я всего лишь облегчаю вашу работу, Сакагами-сан, чтобы это пошло на пользу всем. Не бойтесь, моим личным бойцом вы не будете.

— Ну да, я бы и не согласилась. — сражаться за девушку, которая руководит бандой? Увольте. — Как понимаю, ваши парни неприкосновенны?

— Вовсе нет. — ответила Юкинэ. — Если совершат преступление, разумеется.

— Я о чём и говорю. Не просто так же их бить, проходя мимо. — попробовала пошутить, и Юкинэ улыбнулась в ответ.

— Сакагами-сан, и знаете, мы можем вам помочь с выборами. — неожиданно добавила она. — Прислать людей на помощь, организовать рекламную кампанию, проголосовать за вас и что ещё понадобится.

— Я... — она застала меня врасплох. Очень хочу победить, ради Такафуми, школы, её будущих и нынешних учеников, но не силами бандитов. — ...я подумаю.

— Хорошо. — кивнула Юкинэ. — Значит, мы договорились?

— Лучше проговорю так, чтобы не осталось недопонимания. Я теперь должна работать в координации с вами и бить только тех, кого вы укажете. Указывать вы мне будете злостных бандитов, которые одним своим присутствием нарушают закон, и никого более. Я спокойно могу не бить их, если пожелаю или мне что-то покажется подозрительным. Взамен ваши парни не нападают на меня, помогают и делятся информацией, а вы можете помочь мне с выборами, если опять-таки пожелаю. Так?

— Сейчас. — Юкинэ, когда я начала говорить, мигом достала лист бумаги из ящика стола и стала записывать. — Вот, ничего не пропустила?

Я осмотрела протянутую мне бумагу и поразилась — она записала всё сказанное, слово в слово.

— Всё верно.

— Вот и договорились. — Юкинэ спрятала бумагу обратно в стол. — Можно мне теперь обращаться к вам по имени?

— Как пожелаете.

— Хорошо, Томоё-сан. И ещё, вы ведь работаете вместе с Кё Фуджибаяши?

— А что? — я подобралась.

— Просто можете тогда ей передать, что я нисколько не обиделась и всегда рада её видеть?

Я удивлённо посмотрела на Юкинэ. Вот так новость, неужели Кё тоже замешана во всей этой бандитской кутерьме? Хотя звучит похоже на правду. Точно надо с ней серьёзно поговорить.

— Передам. А вы не можете сказать, где она живёт? А то я как-то не выяснила, а сейчас хотела бы с ней поговорить и не знаю, куда идти.

— Ммммм. — Юкинэ пару раз щёлкнула ручкой. — Видите ли, Томоё-сан, как бы вам это сказать... Кё-сан пока не хочет никого приглашать к себе домой по причинам, которые касаются лишь её. Вы можете, конечно, поинтересоваться у неё, но я адреса без разрешения не выдам.

Я поняла, что стала запутываться. Юкинэ Миядзаве требуется разрешение Кё, которая что-то скрывает у себя дома? Во что моя заместительница вообще вляпалась? И та ли она, кем кажется?

— Извините. — ладно, настаивать не будем, разберёмся самостоятельно. — На этом у нас всё?

— Пока что да. — Юкинэ встала проводить меня. — Если что — я сижу в школьном архиве, можете туда заходить в любое время. Ох, чуть не забыла. — она метнулась к столу и достала оттуда деревянную звёздочку.

— Томоё-сан, во время фестиваля основателя состоится свадьба бывшей учительницы нашей школы, Коуко Ибуки. Это пригласительный. — она протянула мне звёздочку. — Пожалуйста, придите туда, это очень важно.

Фестиваля? То есть через месяц примерно. Любопытный выбор места, и за этим тоже скрывалась какая-то тайна, но меня она не касалась, и я спокойно приняла звёздочку.

Домой вернулась в полночь. Улицы были тихи и пустынны, а те, кто попадался мне на пути, делали вид, что их тут нет. На всякий случай всё же всматривалась в них — вдруг чудом натолкнусь на Кё, крадущуюся куда-то по своим секретным делам — но всё это были парни.

Нам абсолютно точно надо серьёзно поговорить. Если Кё как-то связана с бандитами, то надо убедить её оставить этот путь. Или...

Нет, конечно же убедить, никакого "или" не будет, Кё не настолько глупа. Хорошо бы ещё выяснить, что именно она скрывает. Что-то вертелось у меня в голове, словно я уже знала ответ, просто не могла его поймать. Нет, не сейчас, потом соображу.

Сейчас надо прийти и лечь спать.

Каппей Хиираги

Я очень серьёзно обдумал предложение Оказаки-сана. Жить в его доме — это хорошо, но без него уже не так здорово. Переехать и не смущать больше Сунохару хорошо, но лишаться всех преимуществ общежития, включая еду Сагары-сан... Трудный выбор.

Но всё-таки лучше переехать. Во-первых, так смогу больше узнать об Оказаки-сане и сблизиться с ним. Во-вторых, с этими преимуществами не так активно ищу работу, а это недопустимо. В-третьих, стесняю Сунохару. Хватит, Каппей, хорошо пожил на всём готовом, а теперь вперёд и с песней. К тому же у него сестра скоро приезжает, как я понял из услышанного телефонного разговора, надо ей место уступить.

В свой последний день я опять тщательно вымылся и собрал немногочисленные пожитки. Помощи от Сунохары никакой не требовалось, и он просто сидел на кровати и печально наблюдал за мной. Манга, которую он мне принёс, лежала рядом — решил оставить её в знак хоть какой-то благодарности.

— Прости, что выгонял с кровати. — извиняюще сказал я, когда настала пора прощаться. — Это было совсем невежливо с моей стороны.

— Да ладно. — пробормотал он, и я почувствовал стыд. Парень из-за моего прибытия получил кучу неудобств, однако ни разу не пожаловался, и даже не знаю, как ему за это оплатить. Получу первую зарплату — отдам ему часть.

— Хорошо, тогда... — я поправил сумку и ещё раз осмотрел комнату, проверяя, не оставил ли чего. — Давай прощаться. Может, ещё загляну, постарайся особо не захламить комнату.

— До скорого. — и мы пожали руки, а затем я сразу развернулся и вышел.

Сагара-сан уже ждала меня в коридоре, с котом на руках и грустной улыбкой.

— Жаль, что ты уезжаешь. — сказала она. — Все бы тут жили как ты, так у меня и проблем не было.

— Спасибо, Сагара-сан. — я не стал ей говорить, куда отправляюсь, лишь сказал, что уезжаю. — Но вы и так превосходно справляетесь.

— Если бы. — она отчего-то помрачнела. — Всё взял?

— Да, спасибо. — поблагодарил я, и мы спустились вниз.

— Заходи хоть, если вдруг мимо проезжать будешь. — сказала Сагара-сан, открывая мне дверь. — И удачи с поиском работы.

— Спасибо огромное, Сагара-сан, за то, что заботились обо мне. — поклонился я ей. Она слабо усмехнулась, а кот прощально мяукнул. Я вышел наружу и ещё какое-то время смотрел на здание общежития, почти успевшее стать мне домом. Нет, прочь сожаления и сомнения, раз решил, то решил.

Оказаки-сан жил не так уж и далеко отсюда, добрался минут за десять. Дверь была закрыта, я осторожно постучался и, не дождавшись ответа, отпер её.

— Есть здесь кто? — я заглянул в дом и прислушался. Молчание. Наверное, отец Оказаки-сана ещё не вернулся с работы. Я тихо закрыл дверь, подумал и запер её, чтоб когда он пришёл, то не волновался сразу. Надо бы придумать, как его встретить так, чтобы не приняли за вора.

Но пока осмотрим дом.

В гостиной было... нет, не такой уж и беспорядок, особенно после комнаты Сунохары, но чувствовалось: здесь на уборку махнули рукой давно и прочно. Стены обшарпаны, пол в разводах и пятнах, а телевизор, похоже, старше меня. На столе была куча посуды и бутылок, уже покрытых плесенью. Оказаки-сан жил в таких условиях? Неудивительно, что он ушёл к Рё.

Я зашёл в другую комнату, зажёг свет и ахнул. В гостиной хотя бы пыльно не было, здесь же, похоже, про пылесос и веник в жизни не слыхивали. На ковре пятна неизвестного происхождения, кровать наполовину расстелена, на полке шкафа одиноко стоит старый магнитофон, а стол в углу комнаты покрыт трещинами. Кажется, это комната Оказаки-сана, которую мне предстоит занять.

Буду думать, что он просто не осознавал, в какой грязи жил, занимаясь более важными вещами.

Только один предмет не покрыт пылью — фотография женщины на столе. Даже скорее девушки: короткие чёрные волосы, тёмные глаза и навечно застывшая улыбка. Кто это, мать, сестра или бывшая девушка Оказаки-сана? И почему он не взял эту фотографию с собой? Я быстро отошёл от неё, чувствуя, что вторгаюсь в совсем уж личное пространство, оглядел комнату и решил прежде, чем наводить хоть какой-то порядок, осмотреться дальше.

Я тщательно обыскал дом. В спальню отца Оказаки-сана не совался, лишь убедившись, что она есть, а вот на кухне осмотрел всё. Правда, осматривать особо было нечего — еды в холодильнике не было, её вообще нигде не было, разве что в ящике стола обнаружил пачку с крупой. Ванна потрескалась, и рядом с ней на тумбочке лежал небольшой кусок мыла, бутылка шампуня и пачка стирального порошка. Унитаз явно давно не чистили, хорошо хоть смывали.

Весело. Может, вернуться в общежитие? Хотя стоит подождать отца Оказаки-сана, выяснить у него, почему дом в таком плохом состоянии, и уже потом подумать. А пока немного убраться, благо веник всё-таки разыскал.

Я успел с огромным трудом подмести в комнате, пройтись добытой в туалете тряпкой по полкам шкафа, вытряхнуть одеяло, уставиться на только подметённый пол и обозвать себя идиотом, как входная дверь открылась. В доме заходили — похоже, отец Оказаки-сана наконец-то прибыл. Я постелил одеяло обратно на кровать и медленно вышел из комнаты в гостиную как раз когда он, кряхтя, усаживался на пол.

— М? — он поднял голову, услышав мои шаги. — А вы кто?

Мужчина не был напуган, и спрашивал абсолютно спокойно. На Оказаки-сана он не очень-то и походил — седая голова, простые овальные очки, скрывающие усталый взгляд, щетина на подбородке и какая-то общая неопрятность в одежде.

— Здравствуйте. — я аккуратно сел на пол напротив мужчины. — Я друг Оказаки-сана, и он предложил мне пожить здесь, пока он будет у своей девушки.

— Томоя-кун живёт у своей девушки? — он напрягся. Ой, кажется, не то сказал. Но разве Оказаки-сан его не предупредил?

— И как же вас зовут? — мужчина быстро расслабился обратно.

— Каппей.

— Каппей-сан... — повторил он. — Хорошо, Каппей-сан, живите здесь, если Томоя-кун вам позволил.

— Благодарю. — поклонился я.

— Только извините, не рассчитывал сегодня на гостей, поэтому еды нет. — он достал из пакета банку тушенки. — Могу разве что этим поделиться.

— Мне хватит. Или, если дадите денег, то до магазина сбегаю.

— Да с деньгами-то проблема, надо Томое-куну на обеды оставлять, чтоб ел нормально. — вздохнул мужчина.

— Но ведь Оказаки-сан здесь уже не живёт, а там его накормят. — аккуратно напомнил я.

— Ах. Точно. — мужчина весь понурился. Странно, Оказаки-сан говорил о нём с неприязнью, так что я ожидал увидеть какого-то мерзкого типа, но передо мной сидел самый обычный усталый человек, беспокоящийся о том, как питается его сын.

— Ну если так, то можете сходить, купить себе на что хватит. — мужчина открыл кошелёк и протянул мне пару купюр. — Мне ничего не смотрите, я этим обойдусь.

— Хорошо. — я принял деньги и посмотрел на мужчину с некоторым удивлением. Он даже не думал о том, что его гость может оказаться вором, забрать у него вообще все деньги, да ещё и избить — хотя кого я обманываю, с моей силой избить не получится, даже если он будет беззащитно лежать. Но мужчина-то этого не знал, и тем не менее вёл себя абсолютно равнодушно.

— Скоро вернусь. — пообещал я, выскакивая в коридор, надевая обувь и устремляясь на улицу. Так, пробегал когда-то в этом квартале, и ближайший магазин должен быть... ага, туда.

В магазине купил бутылку сока, хлеба, колбасу, а затем ещё одну колбасу — денег хватало. Долго думал над тем, чтобы взять десяток яиц, но потом решил отставить. Яичницу делать умею, но надо посмотреть, в каком состоянии плита и что там дальше по деньгам пойдёт. На всякий случай спросил продавщицу, не нужны ли тут работники, но увы.

Когда я вернулся домой с покупками, то быстро обнаружил, почему Оказаки-сан испытывал к отцу такую неприязнь.

Тот пил.

Понятия не имею, где достал бутылку — во время осмотра дома находил лишь пустые, а с собой он вроде не приносил — но сейчас сидел и потихоньку отпивал оттуда. Я осторожно прошёл на кухню и положил продукты в холодильник.

Оказаки-сан, вы замечательный человек, но могли бы поподробнее рассказать, с чем мне придётся столкнуться. Ваш отец, который вроде как показался добродушным человеком, вновь превратился в загадку, и даже не знаю, можно ли показываться ему на глаза. Или это он только сейчас запил, тоскуя о сыне?

В конце концов решился. Если бы отец Оказаки-сана впадал в пьяное буйство, то тот бы обязательно мне это сказал. Осторожно, готовясь убежать в любую секунду, я вернулся в гостиную.

Мужчина продолжал сидеть и пить. Он посмотрел на меня ещё более грустными глазами, и вновь приложился к бутылке. Я очень аккуратно сел напротив него, но теперь постарался оказаться подальше.

— Томоя-кун ушёл. — он неожиданно заговорил. — Молодец, сынок. Как же я боялся, что он будет вечно сидеть тут и пропускать жизнь мимо себя. Но он ушёл, ушёл к девушке, и у него теперь всё будет хорошо. — он вновь посмотрел на меня, и в его глазах блестели слёзы.

Я сидел, не шевелясь и не понимая, почему он так говорит. Отец, восхваляющий сына за то, что тот его бросил — ни в одной из книг не читал о таком и сейчас даже не знал, что и думать. Надо будет при следующей встрече с Оказаки-саном выяснить, почему именно он так не любит отца, если только тот не скажет об этом сейчас. Но нет, мужчина вновь приложился к бутылке и заклевал носом.

— Вы есть будете? — спросил я, но он растянулся на полу и прямо как есть, в брюках и рубашке, захрапел. Мда, если Оказаки-сан наблюдал такую картину каждый вечер, то нет ничего удивительного, что он ушёл при первой же возможности. Хоть это и не моё дело, но ужасно любопытно, как именно они дошли до такой жизни.

Я организовал себе ужин из бутербродов с колбасой и сока, но мужчина так всё и спал. Тушёнку, кстати, он успел открыть, пока я ходил, и сейчас ополовиненная банка лежала рядом с ним. Пришлось очень аккуратно брать её, закрывать и ставить в холодильник.

Весь оставшийся вечер я вновь пытался убираться, и более-менее привёл комнату Оказаки-сана в надлежащий вид, пусть пыль и оставила резервы для реванша. Хотел было посмотреть телевизор, но мужчина всё ещё спал в гостиной, и решил его не беспокоить. В шкафу обнаружилась пара манг про баскетбол, я взял одну и стал лениво перелистывать. Скучно, хоть ложись и засыпай, благо устал второй раз за неделю приводить в порядок свинарник.

Интересно, как там Оказаки-сан у Рё живёт? Небось еда вкусная, комната чистая и девушка ласкает. Эх... что ж мне так не повезло, и первая за всю жизнь любовь оказалась занята, да ещё и первым же другом. Сидел бы сейчас, наслаждался её объятьями и готовкой, а не вслушивался бы в тишину соседней комнаты на случай, если лежащий там пьяница не такой уж и мирный.

Нет, не стоит об этом думать. Оказаки-сан и Рё выбрали друг друга, и я не имею права вмешиваться. А даже если и захочу, то всё равно не смогу разлучить, настолько сильна их любовь.

Хотя навестить будет не такой уж и плохой идеей. Надо будет поинтересоваться, где именно они живут.

Пока же я аккуратно разлёгся на кровати Оказаки-сана и уставился в потолок. Да уж, жить в таком доме, мрачной и грязной комнате, несколько лет, день за днём... даже в приюте было лучше, там хотя бы солнца больше, а тут оно еле пробивалось сквозь пыльное окно. Ох, совсем забыл его вытереть. Надо будет завтра устроить генеральную уборку, только сначала выяснить у отца Оказаки-сана, чем и как убираться.

И заодно что произошло у него с сыном, и можно ли как-то их помирить.

Томоя Оказаки

Почему-то казалось, что в первый же день меня заставят лезть на высоту, паять, прикручивать и так далее. Но пришлось лишь стоять под фонарями, задирать голову и смотреть, что там делает Юсуке.

— Ты уж прости, что дела не выдаю. — сказал он, угадав моё настроение после пятого фонаря. — Но сразу бросать школьника на такую работу никто не будет. Сейчас тебе главное привыкнуть, понять основы, узнать технику безопасности и подкачать мускулы.

Я хотел пошутить про то, что думал уже сегодня починить все фонари, но одёрнул себя. С Юсуке станется и воспринять всерьёз. Поэтому только и спросил:

— Это всё на сегодня?

— Пока да. — Юсуке направился к машине. — Каску отдай, а форму можешь сохранить. Будешь работать по-настоящему — лучше оставляй на работе, там постирают и погладят, да и спокойнее. Держи. — он передал мне стопку брошюр. — Здесь основные термины и понятия электротехники, здесь как читать схемы, здесь про модели дорожных фонарей, с которыми мы работаем, здесь техника безопасности. Остальное тоже почитай, не повредит.

— Спрашивать будете? — я взял брошюры.

— Обязательно. Переодевайся. — Юсуке открыл фургон, где я пару часов назад переоделся в рабочее, и отвернулся. — Состояние дорожных фонарей очень важно, Оказаки, ведь под ними влюблённые оказываются в луче света, разгоняющего тьму, и наслаждаются друг другом. Без них они не смогут нормально попрощаться до следующего дня.

Я предпочёл не комментировать, быстро переоделся, и положил рабочий костюм с брошюрами в пакет, который теперь предстояло нести домой.

— Что завтра делаем? — спросил я Юсуке.

— По плану надо будет до конца проверить пригород. — ответил он. — Но работа может позвать электрика в совсем неожиданные края.

— Мы и в другие города ездим?

— Нет, только этот. — похоже, он немного смутился, но не обиделся. — Завтра снова встречаемся в пять, там же. Да, Оказаки, что это за девушка сегодня была? Не похожа на твою.

— Вы про Сакагами-сан? — зачем-то уточнил, хотя больше никто ко мне не подходил. — Нет, это просто знакомая. У нас друзья общие.

— А, ну хорошо. Тебя подвезти?

— Нет, спасибо. — Мы и так были неподалёку, на пути к этому фонарю даже проехали мимо дома Фуджибаяши. — Сам доберусь.

Юсуке кивнул и полез в машину.

— До завтра, Оказаки. — сказал он и захлопнул дверь. Через несколько секунд фургон медленно покатил, оставив меня с пакетом на тротуаре.

Что ж, идём домой.

Когда я вступил на асфальтовую дорожку, ведущую к дому, то дверь неожиданно распахнулась, Рё выскочила наружу и бросилась ко мне.

— Томоя-кун! — я едва успел поднять пакет до того, как девушка врезалась в меня и тут же обняла. Кажется, на моём лице выступило полное ошеломление, так как Рё растерянно заморгала.

— Томоя-кун, я что-то не то сделала? — поинтересовалась она. — Вроде так надо встречать с работы...

— Э. — неопределённо промычал я. — Нет, всё правильно, просто не ожидал.

— Хорошо. — Рё довольно улыбнулась. — Как день прошёл?

— Да так, больше смотрел, чем что-то делал. — ответил я. — Кучу литературы дали почитать, можешь посмотреть и сказать, насколько сложно. — я аккуратно, чтобы не задеть по-прежнему обнимающую меня Рё, полез в пакет и достал оттуда брошюры.

— Обязательно. — кивнула она, взяла одну из них, уставилась на название и округлила глаза. — Мы такого не проходили... это твоя рабочая одежда? Дай постираю.

— Там стирать-то нечего, я почти не трудился.

— Ну всё равно. — она стала цепляться за пакет.

— Ну смотри, только надеюсь, ты не будешь её нюхать. — я разжал руки и позволил ей забрать форму.

— Э? — Рё уставилась на меня. — В смысле?

— Ну как, разве девушки берут стирать вещи парней не для того, чтобы заодно их понюхать? — сказал я с максимально серьёзным лицом. Рё растерянно заморгала.

— Томоя-кун. — осторожно сказала она. — Так лишь извращенцы поступают.

— То есть мне надо просить Кё? — уточнил я. Рё вновь подзависла.

— Нет, она не настолько... ой, то есть не такая! И вообще, Томоя-кун, тебе хочется, чтобы я нюхала твои вещи?

— Нет, но это было бы забавно. Кстати, это у вас такой обычай, трусы на веранде вешать сушить?

— Э? — Рё уставилась на верёвку с бельём. — Ээээээээ!

Она мигом схватила меня и со всей силой потащила к дому. Я даже не пытался сопротивляться, наслаждаясь ситуацией.

— Томоя-кун, ты ничего не видел! — выпалила Рё, отпустив меня лишь в прихожей.

— Не видел синие или белые?

— Вообще ничего не видел!

— Тогда уже забыл. — я начал снимать ботинки. — Как там Кё, жива ещё?

— Да, и уже требует её выпустить. — Рё погрустнела, но при этом слегка улыбнулась. — И Томоя-кун, она тебя ждёт.

— Зачем? — насторожился я.

— Ну, ты же её не навестил утром, и она злится. — Рё улыбнулась шире. — Ещё и подарок требует, раз теперь работаешь и деньги зарабатываешь.

— Деньги я разве что на следующей неделе получу, так что обойдётся. — Надо бы и в самом деле уточнить у Юсуке, когда там мне платить будут, чтобы сводить потом Рё на нормальное свидание. — Ужин будет, отнесу её порцию и хватит.

— А он готов, мы лишь тебя ждём. — сказала Рё. Я тут же направился в ванную мыть руки, а затем в сопровождении девушки в гостиную, к уже вкусно пахнущему столу.

Как оказалось, отец Фуджибаяши ещё не пришёл, и накрыто фактически было для нас двоих — Айкава просто сидела и смотрела на меня. И мне не нравился её взгляд — не такой холодный, как вчера, но всё равно неприятный. Неужели она поняла, что Кё сломалась из-за меня? Да нет, тогда бы давно выкинула за дверь. Скорее только подозревает, и поэтому надо делать вид, что всё в порядке, и налегать на суп.

Когда я закончил есть, то набрался смелости попросить у Айкавы отнести Кё еду. Та кивнула, сходила на кухню и быстро вернулась с подносом.

— Мама сама не своя после этого. — прошептала Рё, когда мы стали подниматься наверх. — Извини, Томоя-кун, мне кажется, она почему-то тебя обвиняет.

Просто доказательств нету, да. Я улыбнулся ей, делая вид, что всё в порядке, и осторожно понёс поднос в комнату Кё.

Когда я вернулся к Рё, то та опять сидела за домашней работой. Не стоило ей мешать, так что просто забрался на кровать и растянулся.

— Томоя-кун, с Кё всё в порядке? — Рё сама прервалась и обернулась ко мне.

— В полном, сидит, ест и грозится. — ответил я, повернув голову так, чтобы видеть девушку. — Завтра уже будет скакать как прежде.

— Я надеюсь — кивнула Рё. — Сказала маме, что у Кё много дел и ей нельзя так пропускать, так не знаю, что решит. Всё же впервые так...

— Думаю, что и в последний раз. — я постарался говорить бодро. — У всех бывают плохие дни.

— Ага. Томоя-кун, я скоро закончу, тогда и дам переписать.

— Да не спеши. — я свесил ноги на пол, опёрся о стену и стал наблюдать за девушкой.

Кё любит меня. Это уже не предположение, не мечты и не воображение подростка. Случись это год, полгода или даже несколько недель назад — ответил бы ей взаимностью, ну или постарался. Однако сейчас...

Конечно, самый разумный путь заодно и самый очевидный. Рё сидит рядом, она точно моя, мягкая, тёплая, добрая, и только полный идиот откажется от такого. Мало ли что признались, если обращать на всех влюблённых в тебя внимание, то никаких сил не хватит, не говоря уже о прочем. Это лучше всего — ничего не менять. Рё не будет страдать, а Кё справится.

Вот только вместо того, чтобы принять такое правильное и разумное решение, я сидел и вспоминал наше общее прошлое.

В некотором плане мне ещё повезло — травму получил в самом конце средней школы, когда спортивные успехи уже позволили перебраться в старшую. Но место в общежитии, куда думал переехать после этого, уже не получил, пришлось дальше жить с ненавистным отцом, и жизнь стала терять всякий смысл. И раньше учился не лучшим образом, а тогда совсем съехал.

Единственным, кто хоть как-то пытался помочь, был мой классный руководитель Коумура-сенсей. Он нередко разговаривал со мной, подбадривал, рассказывал о людях, которые с травмами добивались огромных успехов. Вот только на меня все эти разговоры не действовали. Легко быть успешным, когда ты окружен любовью и поддержкой семьи и друзей, а что прикажете делать человеку, который всего этого лишён и в школе о нём шепчутся как о хулигане, боясь лишний раз поговорить? Даже пробовал выходить на улицу ночью и постигать тамошнюю жизнь, но эта жизнь едва не постигла меня. Сумел удрать, но выбитый зуб и пережитый шок оставили впечатлений надолго. Правда, всё равно продолжал иногда слоняться по ночам, когда терпеть выпивающего отца становилось совсем невыносимо, но теперь уже куда осторожнее и ни во что не влезая.

А потом наступил второй год обучения, и прямо перед ним меня пригласили в учительскую для очередной серьёзной беседы об оценках и поведении. В коридоре я встретил перебинтованного парня с настолько хмурым лицом, что неожиданно для себя впервые за долгое время рассмеялся. Парень сначала посмотрел на меня как на придурка, но затем засмеялся и сам.

Так я стал дружить с Ёхеем Сунохарой — и это оказалось очень кстати, когда выяснилось, что старостой нашего класса является Кё Фуджибаяши. До этого мельком слышал о ней, потому как школьными делами совершенно не интересовался, и потом пожалел, что не догадался собрать информацию заранее.

Кё была фурией, твёрдо нацелившейся на то, чтобы весь класс ходил по струнке, и два прохвоста, приходящих на уроки как им вздумается, встали ей поперёк горла. Она стала поджидать нас перед уроками, хватать за шкирку и тащить в класс, а когда пробовали сбегать с занятий, то накидывалась, сбивала с ног и отбивала всякое желание перечить. Кё дралась так, как парням вроде нас и не снилось, а давать сдачи было опасно — во-первых, это всё-таки девушка, а во-вторых, однажды Сунохара попробовал. Жуткое было зрелище. Поэтому обычно прикрывался им как щитом.

Так полгода и прошло — Кё делает всё для того, чтобы я и Сунохара были примерными учениками, мы изо всех сил сопротивляемся. Она не отходила от нас на перемене, могла напасть посреди толпы и как-то раз даже вломилась в мужской туалет, подозревая, что мы планируем сбежать оттуда через окно — что и хотели сделать.

В итоге как-то стали вместе зависать и общаться не только с руганью. Примерно тогда же я научился давить на больные точки Кё и Сунохары, получая огромное удовольствие от того, как они бесятся. Впрочем, Кё постепенно стала отвечать и порою даже, казалось, провоцировала меня на подобное.

А потом я и Сунохара абсолютно законно, в выходной, отправились в игровой центр и встретили Кё там. Сунохара пробовал обыграть её на игровых автоматах, но полностью продул, и девушка улыбнулась так победоносно, что неизвестно почему отстранил его, сам сел за автомат и выиграл, чуть не получив по голове этим же автоматом. Мы так ещё пару раз сталкивались, а однажды, когда опять наорал на отца и ушёл в ночь, то встретил её и тогда, шагающую по улице с видом отважного супергероя. Пришлось прочитать лекцию о том, почему девушка не должна быть здесь в такой час, и отправить домой, что она с удивительной покорностью сделала.

Уже тогда я... ну, она мне нравилась, но это быстро сходило на нет. Да, Кё общалась с нами, но она всё равно была из другой лиги активных, успешных и выдающихся людей. Её обожали в школе, в том числе и учителя, она отлично училась, и на лице всегда было какое-то выражение превосходства. Да и то, что в любой момент могла пнуть меня по рёбрам, не добавляло любви.

Однако же угасание чувств не означало прекращение общения. К концу года Кё даже стала спокойнее — то ли смирилась, то ли я к ней привык. Мы уже разговаривали нормально, и она, похоже, разнюхивала про меня на стороне, так как однажды ни с того ни с сего спросила, почему я бросил баскетбол. Пришлось кратко рассказать про свою травму.

Когда Сунохара узнал о моей руке, то предложил заниматься футболом, но я отказался — туда вовсе не тянуло, да и о футбольной команде слышал много нехорошего. Как ни странно, но Кё поступила точно так же, только предложила волейбол, а когда раздражённо начал повторять, что не смогу поднимать руку, то заявила, что отбивать можно и одной рукой, а им как раз нужен человек.

Я согласился, но ничего особого из этого не вышло. Играть было интересно, тем более в смешанной команде, и мы пару раз даже участвовали в матчах между классами, но желания продвигаться далее так и не проступило, к тому же рука всё равно доставляла неудобства. А ближе к концу года Кё неожиданно вышла из команды, так что решил, что тоже не стоит задерживаться.

И теперь, когда я погрузился в мысли о прошлом, то обнаружил, что Кё и Сунохара были единственными помимо Коумуры кто не смотрел на меня как на отброс, выдерживал насмешки, спокойно общался и даже как-то пытался помочь. Да, сейчас таких людей стало больше — Рё, Юкинэ, Каппей, Нагиса, Юсуке — но всё началось с этих двоих. И я просто не знал, что предпринять, когда Кё призналась, что любит меня и любила всё это время.

— Рё. — я посмотрел на девушку. — А почему ты в меня влюбилась?

Она вздрогнула и как-то совсем неуверенно покосилась на меня.

— Томоя-кун, а почему ты спрашиваешь?

— Мне просто интересно. Знаешь, чтобы потом не поступать так же с другими девушками.

Рё немного улыбнулась и нервно сжала ручку.

— Томоя-кун, я... просто слушала, что говорит о тебе сестра, и... мне это всё больше и больше нравилось... ну и... — она жутко покраснела.

— Кё так подробно рассказывала про меня? — это уже интересно. — И что именно, что я мерзкий негодяй, разрушающий её коварные планы?

— Что ты, вовсе нет. — замотала головой Рё. — Хотя... да, и такое было, но всё же Кё скорее... восхищалась тобой, воспринимала как брошенный ей вызов.

— А я в итоге оказался совсем не таким потрясающим?

— Что ты, Томоя-кун, ты гораздо лучше в жизни, чем в рассказах! — заверила меня Рё. Послушать бы эти рассказы, даже интересно стало. Но... восхищалась мной? Кё, которая по всем показателям на две ступеньки выше, восхищалась мной? Это даже любовью трудно объяснить.

Я вспомнил свой сегодняшний разговор с Юкинэ. Девушка даже не смотрела мне в глаза и говорила про то, что происходящее с Кё является их личным делом, о котором она не имеет права рассказывать. Впервые я ушёл из архивной комнаты раздосадованным и гневающимся от того, что не могу не только помочь Кё, но и вообще понять, что с ней происходит.

— Томоя-кун, я закончила, можешь переписать. — Рё протянула мне тетрадки. Я поблагодарил её и взял их, а другой рукой обхватил её руку.

— Э? — она покраснела, а я лишь смотрел, не отворачиваясь.

Рё — милая, добрая, готовая помочь чем угодно, ничем не упрекающая и остающаяся верной всегда?

Или Кё — весёлая, игривая, не обижающаяся на мои шутки, всегда способная найти тему для разговора и с которой мы знакомы гораздо ближе и дольше?

Два пути. На одном Рё счастлива, а Кё продолжает страдать. На другом Кё становится счастливой, но Рё недоумевающе смотрит на меня, и её глаза наполняются болью.

Какой путь лучше? Какой принесёт меньше несчастий? И, главное, по какому я сам хочу идти?

Раньше мне нравилась Кё, потом понравилась Рё, а сейчас... даже не знаю, кто. Они слишком похожи внешне и вместе с тем слишком разные как личности. С Рё очень хорошо, но тот момент, когда Кё подходила ко мне на складе, продолжает беспокоить меня в том числе и во снах.

— Томоя-кун? — тихо спросила ничего не понимающая Рё.

— Рё, не хочешь переспать со мной?

Этот вопрос надо задавать гораздо позже, а сейчас это верный способ разрушить то, что образовалось между нами. Рё может подумать, что я извращенец, что меня волнует лишь её тело и своя похоть, что ей придётся ответить положительно, дабы не обидеть. Но мне интересен её ответ.

— Томоя-кун! — она попыталась выдернуть руку. — Ты чего, мы же ещё учимся!

Я без проблем отпустил её, и Рё замолкла, а затем тихо продолжила.

— Но если... тебе действительно так хочется... — она долго, мучительно подбирала слова. — то я... Кё мне рассказывала... всякое... и я... могу попробовать...

— Я пошутил.

— А?

— Пошутил. Это была шутка. — я улыбнулся ей. — Будем ждать до свадьбы, как и положено, не так ли?

— Прости, Томоя-кун... — замялась Рё. — Я просто... очень боюсь... так что дай мне немного времени, я перестану бояться и... стану твоей.

— Отлично. Пока попробую учиться. — я открыл её тетрадки, свои и начал переписывать, одновременно пытаясь вникнуть в то, что пишу. Рё немного поколебалась, затем взяла выданные мне брошюры, села рядом и начала их листать.

Мирная идиллия двух влюблённых. Долго ли она продлится?

Кё Фуджибаяши

Когда мама зашла в комнату, то я тут же рывком села, показывая, что давно здорова, активна и готова рвануть в любую секунду.

— Не дёргайся так, опять голова заболит. — впечатлить её не удалось.

— Мам, завтра в школу иду. — заявила я тоном "не возражать мне". Мама села в ногах и внимательно посмотрела на меня.

— Кё, ты уверена? То, что с тобой произошло, не шутки в деле.

— Всё хорошо. — я умоляюще сложила руки. — Просто слишком много свалилось сразу. От чего-то откажусь, что-то скину на других, в воскресенье на всех забью, хорошо отдохну, и всё в порядке будет.

— Эх, и в кого ты такая активная. — вздохнула она, но я уловила тёплые нотки и поняла, что победа близка.

— Мам, у нас экзамены впереди. Даже один пропущенный день может обернуться бедой, а уж два...

— Чтоб их. — проворчала мама. — Ладно, завтра отпускаю. Но, Кё, — прервала она мой радостный визг. — если подобное случится снова, то отправляю в больницу, никакой школы и лишь лечение. Лучше нормальная дочь с плохими оценками, чем сломанная с хорошими, ясно?

— Ясно. — что ж, лучше контролировать себя и не доводить. Ещё бы понять, как это сделать. — Томоя и Рё уже спят?

— Кстати, об этом парне. — ой, зря поинтересовалась. — Это из-за него у тебя такое произошло, Кё?

Пока я лежала, то многое обдумала. В том числе и то, как ответить на такой вопрос.

— Мам, понимаешь, он никому не сообщил, что ушёл работу искать. А я в школе с Томоё ругалась из-за её программы, плакат надо перерисовывать, и вижу, что он ушёл, чего-то решила, что из-за меня к себе вернулся, ну и...

— И поэтому перед Рё извинялась? — спросила мама.

— Ага. — кивнула я. Какое-то время мы смотрели друг другу в глаза, а затем она вздохнула и потрогала мне лоб.

— Совсем себя доводишь, Кё. — сказала она. — Зря ввязалась в эти выборы, выжмут как тряпку, а волноваться мне. Больше не выдумывай себе такого.

— Конечно. — заверила я её. — Можно мне перед сном побегать? Я устала лежать.

— Завтра и побегаешь, а пока лежи. — мама всё же предпочла оставить за собой последнее слово. — Выздоровей ещё немного. Спокойной ночи, Кё.

— Спокойной ночи, мам. — она поцеловала меня в лоб и вышла из комнаты. Ботан, на время нашего разговора скатившийся с кровати, запрыгнул обратно, и я погладила его.

Кажется, удалось обмануть маму. Может, серьёзно в политики идти? Хотя радоваться рано, она всё же не убеждена до конца, а моя проблема с Томоей так и не решилась. Повязка, где повязка? Тут её нет, а вчера её сняла и... не помню, блин. Надо в сумке посмотреть.

Но сейчас поспать, завтра встать пораньше и размяться как следует.

3 мая, суббота

Шесть утра, а спать уже не хочется — и это мне-то, соне. Но и так лежала слишком долго, надо вставать, выходить в мир и побегать.

— Прости, Ботан. — сказала я, делая зарядку под укоризненный взгляд лишившегося живой подушки кабанчика. — Дела зовут, школа бурлит, без меня всё рухнет, надо спасать.

Ботан понимающе вздохнул и устроился лежать на простыне. Я накрыла его одеялом — никто не сядет, а нагреется, так сам вылезет — переоделась в спортивный костюм, выскочила из комнаты и направилась вниз. У гостиной притормозила, подумала — и заглянула посмотреть, как там Томоя.

Он спал в футоне как ни в чём не бывало. Залезть бы рядом, под бочок, но если мама обнаружит — пиши пропало. Да и не сказать, чтобы хотелось вновь ложиться...

Стоп, мне действительно не хочется? Я провела рукой по глазам, открыла их шире и уставилась на Томою. Неа, любить любится, но желания накидываться с безумной страстью нет. Опа-на, оно что, прошло? От этой истерики внезапно есть польза?

На всякий случай не стала задерживаться и выбежала наружу — спокойно, без всяких мыслей остаться с ним и наблюдать, как спит. Точнее, без мыслей, которых нельзя преодолеть. Людей на улице ещё не было, разве что редкие невезунчики мелькали на улице мутными от недосыпа фигурами. Бегать и думать никто не мешал.

Если оно и впрямь прошло... можно выкинуть надоевшую повязку, извиниться перед Юкинэ, меньше нервничать, не вставать на пути Рё... хотя нет, любить я его по-прежнему люблю, и намерена бороться, но теперь можно не так активно, помягче... ох, сначала надо уточнить, прошло ли моё безумие, и уже потом разбираться. Я пробежала ещё кружок и вернулась домой, где мама как раз только прошла на кухню.

— Доброе утро и жди теперь завтрака. — сказала она, увидев возвращающуюся меня. Я показала большой палец, сбегала к себе, переоделась в домашнее, выскочила обратно вместе с успевшим проголодаться Ботаном, постучала по двери Рё и наконец вернулась в гостиную.

Томоя продолжал спать, и я не желала прерывать его извращённым образом, как бы не глядела. Прошло, реально прошло. Прям как в анекдоте — девушка решила проблему истерикой. Будить его теперь или нет? Рё скоро подтянется выполнять свой долг, но я должна уже свою любовь показывать и очки набирать...

Пока колебалась, упустила шанс — Рё, уже одетая, зашла в гостиную, сонно пожелала доброго утра и уставилась на Томою. Ну-ка, поглядим, как она его будит.

— Томоя-кун. — Рё покосилась на меня, но я махнула рукой, и она наклонилась над парнем. — Томоя-кун, вставай. — она протянула руку и коснулась пальцем его лба.

— Вставай, Томоя-кун, я тебе покажу кое-что мягкое, большое и округлое. — пропела я, пытаясь копировать её голос. Рё недоумённо взглянула на меня и пропустила момент, когда Томоя открыл глаза.

— А, вижу. — сказал он, скакнув глазами на грудь Рё. Сестра тут же выпрямилась и покраснела, но визжать на весь дом не стала.

— Вставай, Томоя. — я погладила заурчавшее брюшко Ботана. — Сегодня суббота, короткий день в школе и длинный для тебя, потому что убираться будешь.

— Что, всё-таки кладовка? — он сел.

— Не, я про глобальную субботнюю уборку, когда мы чистим, скоблим и моем весь дом. — где там завтрак, кабанчик уже с голоду помирает, да и я тоже. — Лестницу, комнаты, ванную, всё такое. А поскольку ты тут живёшь, то тоже присоединишься.

— Я работаю. — напомнил он.

— Ну, мы тебе после работы оставим. — кивнула я. — Или до придётся, у тебя ведь в пять, а школа сегодня коротким днём.

— Ну и чью комнату мне зачищать? — Томоя встал, потянулся, и я ненадолго залюбовалась. Рё, судя по округлившимся глазам — тоже.

— Не надейся. — погрозила я пальцем. — Наши комнаты мы убираем сами. А вот лестницу тебе отдадим, я в прошлый раз чуть не навернулась.

— Со второй ступеньки. — прокомментировал зашедший в комнату папа.

— Второй сверху. — уточнила я.

— Звучит опасно. — пробормотал Томоя.

— Да не, парень, это легко. — засмеялся папа. — Кё тогда просто решила попеть во время работы, и так фальшиво, что пришлось швырять в неё губкой. Уж ты-то петь не будешь, надеюсь?

— Не имею привычки. — Томоя направился в ванную.

— Правильно. — папа направился следом. — И всё же можешь помочь девочкам с их комнатами. Обрати особое внимание на самый нижний ящик стола Рё, там много чего интересного лежит.

— Папа! — Рё кинулась за ними, оставив меня в стороне от веселья и с активно помирающим от голода Ботаном.

Что-то у меня впервые так — решиться решилась, а приступить не смогла. Ну ладно, впереди ещё уйма времени.

На этот раз я вышла из дома вместе с ними, и даже не стала брать мопед.

— Кё, ты сегодня на автобусе? — удивлённо посмотрел Томоя.

— Ага. Вдруг с болезненной несчастной мной что-нибудь случится, а опереться не на кого. — и тут же опёрлась на Томою, показывая, как именно. Рё с другой стороны тут же схватила его за руку и некоторое время мы наблюдали, как парень пытается справиться с выступившим румянцем.

— Хорошо. — наконец сказал он. — Если в автобусе будет давка, то воспользуюсь вами как дубинами.

— Сам ты дубина. — я даже отпустила его. — Обо мне вообще-то заботиться надо, а не как оружие использовать.

— То есть Кё Фуджибаяши согласна зависеть от меня? — с ухмылкой уточнил Томоя. Я уже подняла кулак, но тут же опустила, вспомнив, что обещала больше его не бить, и лишь ответила:

— Не зависеть, а получать абсолютно добровольную помощь.

— Ну раз добровольно, то отказываюсь. — он пожал плечами, а Рё довольно улыбнулась. Томоя, сволочь, я вообще-то с тобой заигрываю тут, мог бы и оценить. Или получается плохо?

Никогда ни с кем не заигрывала осознанно.

— Кстати, Кё, а где твоя повязка? — спросил Томоя.

— Она мне уже не нужна. Всё прошло уже, и до чёртиков надоела.

— Славно, а то ты в ней выглядела как чудовище. — ответил он. То есть, без неё я красавица? Спасибо, если так.

Давка в автобусе была, и меня успешно от них оттерли. Пришлось наблюдать, как эти двое стоят друг напротив друга и делают вид, будто им неудобно быть так близко. Можно подумать, эти двое не обнимались, не целовались и кто знает что ещё делали, пока я валялась в кровати. Обратно поедем вместе — оттолкну Рё и сама так постою, понаслаждаюсь. Но сейчас пришлось тихо скрежетать зубами и ждать, пока автобус наконец не доедет до остановки и не вытолкнет нас наружу, после чего вновь прицепилась к Томое.

— А я не слишком шикарно в школу прихожу? — спросил он, поглядывая на держащую его за руку Рё.

— Радуйся, пока есть возможность. — отозвалась я. — И считай это авансом за уборку.

— А что, ещё и основная награда будет?

— Ага. Рё в старой одежде, с грязными руками и замаравшимся лицом подойдёт к тебе обниматься и целоваться.

— Звучит неплохо. — ответил Томоя, пока Рё знаками просила меня заткнуться. — А ты тоже подойдёшь?

— Сначала Ботана поцелую. — надо бы попытаться извернуться так, чтобы не всполошить Рё. Не похоже, что Томоя ей сказал про моё признание, и пока не стоит. — От него наверняка пользы больше будет.

— Ну, тогда я постараюсь его одолеть. — ответил он. Так, Томоя, это моё влюблённое воображение или ты заигрываешь в ответ?

За всем этим мы дошли до школы, так что пришлось расстаться и разойтись по классам. Начался учебный день, чтоб он закончился поскорее.

Один день отсутствия старосты ни на что не повлиял, никто даже не успел соскучиться. А когда отправилась на первой же перемене в соседний класс проведать Томою, то меня перехватила Томоё.

— Поздравляю с выздоровлением. — сказала она. — Не ожидала, что тебя простуда свалит.

— Ага, бегала вечером, начала кашлять, утром вся в соплях. — проговорила я, надеясь быстрее от неё избавиться. — Плакат в понедельник принесу, извини.

— Да ничего. Кё, слушай. — эй, а ты не видишь, что я спешу? — Что у тебя за дела с Юкинэ Миядзавой?

— Я пару раз заходила в архив, она там людей кормит. Только и всего. — откуда она вообще узнала про мои дела с Юкинэ? Слухи настолько разошлись?

— Кё. — Томоё это почему-то не успокоило. — Скажи честно, ты как-то связана с бандитами?

Кем? Бандитами? Что за резкая смена темы и откуда оно вообще взялось?

— Томоё. — наконец ответила я. — Я не связана ни с какими бандитами. У меня дохрена дел, если ещё и с бандитами свяжусь, то отправлюсь в психушку. Где ты вообще эту чушь выкопала?

— Так ведь Юкинэ-сан сказала, что не обижается на тебя и всегда рада видеть... — растерянно ответила Томоё. Так, ладно, одну перемену встречи с Томоей пропускаем, потому что сейчас прямо тут происходит какая-то хрень.

— Томоё, я тебя оставила на день, и ты уже откуда-то узнала про Юкинэ, зачем-то связала её с бандитами и сейчас пристаёшь ко мне со странными вопросами. — я придвинулась к ней. — Понимаю, что очень страшно жить без моей поддержки и опоры, но имей совесть. Кстати, ты человека на роль продавца так и не придумала?

— Не придумала. — ответила Томоё. — И Кё, я хотела к тебе зайти, но не знаю адреса, а Юкинэ-сан сказала, что ты что-то прячешь у себя дома и боишься гостей. Что именно?

Я постаралась натянуто улыбнуться. Возможно, ещё раз придушить Юкинэ будет не такой уж и плохой идеей.

— Абсолютно ничего не прячу, Томоё. Если хочешь, можешь прийти ко мне, когда потребуется. — Я назвала ей адрес. Томоё удивлённо посмотрела на меня, но повторила его, показывая, что запомнила. — Только давай всё оставим на понедельник, сегодня и завтра у меня реально куча дел.

— Просто учти, что другие кандидаты тоже не сидят сложа руки. — ответила Томоё.

— Зато мы круче. — я показала ей сжатые кулаки. — Не боись, справимся. Готовься к следующей неделе лучше — кстати, что там с футбольной командой?

— Да всё так же упрямятся.

— Ясно, тогда сама к ним сегодня зайду, поговорю как следует.

— Хорошо, до скорого тогда. — попрощалась Томоё и ушла. К Томое идти уже поздно, на следующей перемене... так, футболисты наверняка после уроков будут играть, раз короткий день, тогда к ним и загляну. Только Томоя с Рё домой пойдёт...

Ох, Кё, ладно, любовь любовью, а дела делами. Парень никуда не ускачет, а вот выборы вполне могут. Загляну к нему на перемене, пофлиртую, впереди ещё весь день рядом с ним позависать.

Кстати, они завтра собираются на свидание, как обычно? Если нет, то можно будет куда-нибудь Томою вытащить, если да, то опять с ними сходить. И надо бы как-нибудь его прятать, если Томоё вздумает прийти.

Хотя зачем прятать? Он же не в моей комнате живёт, пришёл ради Рё, правила не нарушает, а скрываю потому, что я милая стеснительная девочка, мне стыдно. Ну и чтобы о Рё плохих слухов не ходило. Томоё поймёт. Да, стоило ей сказать, а то она уже что-то не так поняла и меня бандиткой обозвала. И что ей такое в голову взбрело, Юкинэ чай на каких-то не тех травах заваривала, что ли?

На следующей перемене я сразу выскочила из класса и помчалась к параллельному, дабы успеть первой, но Рё уже сидела напротив Томои и о чём-то с ним говорила.

— Томоя! — я выдернула из-под Ёхея стул и уселась на него. — Как уроки проходят?

— Нормально. — удивлённо сказал он. — По крайней мере не засыпаю.

— Вот и молодец. — я назидательно подняла палец. — Учись хорошо и дальше.

Кё, что за чушь ты несёшь? Быстро ищи тему для разговора, пока не начала пускать пузыри.

— Вы ведь на свидание завтра собираетесь? — я понизила голос, пока Ёхей молча вставал с пола и выходил из класса. Рё вздрогнула и внимательно посмотрела на Томою.

— Возможно, ещё не говорили. — он пожал плечами. — Собираешься опять присоединиться?

— Да нет конечно, что ты. — обязательно присоединюсь. — Просто хочу уточнить. Эм... — что ещё ему сказать? Быстрее, Кё, думай!

— Ладно, я это, побегу! — я вскочила со стула и подстроила так, словно сделала это слишком быстро, потеряла равновесие и рухнула на Томою. Тот успел вытянуть руки и схватить меня до того, как на него оперлась. Ну вот.

— Аккуратнее. — он подтолкнул меня назад, и я выпрямилась.

— Ага, извиняй. Пока! — и выскочила из класса.

Боже, Кё, ты же так давно в него влюблена, но до этого ничто не мешало общаться, даже с повязкой могла, сейчас-то чего. Но просто... когда на него смотрела, то не хотела говорить, хотела лишь прижаться, обнять, сидеть так вот вместе, ничего не делая. Безумие прошло, но осадок остался, особенно теперь, когда перестала себя мучать в попытках разлюбить.

С футболистами пришлось повозиться — мы сразу же начали переругиваться на тему игры Томоё. Они хоть и не лезли на рожон, зная меня, но по-прежнему держались грубо. Уже подумывала отпинать пару особо тупых, но тут подошёл тренер, с которым можно было поговорить нормально. Он в итоге преподнёс парням будущую игру как шанс "побить выскочку в президенты", мы все ещё немного полаялись, но в итоге пришли к согласию. Так что, когда я заявилась домой, то Рё уже приступила к уборке своей комнаты, а Томоя успел свалить на работу. Пришлось быстро пообедать и тоже начать подметать и мыть пол у себя.

Обычно мама убирала кухню и гостиную, я коридор второго этажа и лестницу, а Рё возилась с ванной. Но сегодня мы всё-таки решили оставить лестницу Томое, и потому присоединилась к сестре — она скоблила саму ванну, а я мыла всё остальное.

— Так что, пойдёте завтра на свидание с Томоей? — спросила я её, смачивая швабру под краном. Обе мы оделись в старьё, которое не жалко намочить и испачкать, и потому негласно пытались работать быстрее, пока любимый мальчик не застал в таком виде.

— Да, мы договорились. — Рё, сидящая прямо в ванне, осторожно провела щёткой по эмалированному боку. — Только не знаю, куда.

— Погадай на картах, куда именно идти. — предложила я, отмывая пятно у двери.

— Я не очень хочу гадать на нас. — Рё с шуршаньем оттирала ванну. — Вдруг выпадет плохое, и что тогда делать?

— Сама же говорила, что это только варианты будущего, и они могут ошибаться.

— Но думать-то буду уже о плохом!

— Ты всё же не уверена в Томое? — я пристально взглянула на неё. Рё перестала чистить, посмотрела на меня и с теплотой в голосе сказала:

— Абсолютно уверена, Кё. Томоя-кун любит меня, как и я его.

Я ничего на это не ответила, и мы продолжили убираться молча. Задача передо мной стоит сложная, но теперь она казалась и вовсе невыполнимой. Могу и должна ли я вообще разрушать эту улыбку сестры и её уверенность?

Надо понять, любит ли её Томоя. В конце концов, он после моего признания не отказал прямо, и эта надежда продолжает меня питать. Я готова уступить сестре, но лишь когда шансов совсем не останется.

А пока они есть — надо бороться.

Томоя заявился к ужину, но лестница до сих пор его ждала, так что после еды он прямо в рабочей одежде, которая офигеть как ему идёт, начал мыть.

— Сверху опускайся вниз, а там посидим в гостиной, пока не высохнет. — велела я, встав внизу лестницы в предвкушении зрелища. Рё встала рядом со мной.

— Ботана держи, а то ещё пробежится грязными копытами, а виноват я буду. — ответил Томоя, смачивая тряпку в тазу.

— Ну помоешь ещё раз, делов-то. — хихикнула я. — И не надо тряпку в шарик скатывать, наоборот, разверни её полностью, быстрее будет.

— Ага, спасибо. — он начал мыть ступеньки, наклоняясь, и я ткнула Рё локтем в бок.

— Надеюсь, вы там не смотрите на мою задницу? — с подозрением спросил он.

— За Рё не отвечаю, а меня интересует то, как ты моешь. — пропела я. — Что за мужчина, если он лестницу вымыть не в состоянии?

— Самый обычный? — поинтересовался он, постепенно спускаясь.

— Ага, как же. — надо бы зыркать по сторонам, чтобы мама и папа не подошли и не заметили, как мы таращимся. — Сегодня тебе ещё мало, Томоя, на следующей неделе и коридор оставим.

— Как вовремя я устроился на работу. — отметил он, спускаясь ещё ближе к нам. Мда, моет Томоя неидеально, вон по той ступеньке вообще почти не прошёлся, так что подождала, пока он добрался до низу, вырвала у него тряпку и поднялась до нужной ступеньки.

— Вот тут так надо было тереть, понял? — я опустила тряпку на ступеньку и как следует протерла рывком, туда-сюда. — Видишь?

— Вижу, очень классно. — подтвердил он, и лишь сейчас сообразила, что не только встала задом к нему, но и вертела им. Блин, серьёзно, этого я не планировала! Пришлось спускаться вниз, прилагая все усилия для того, чтобы не покраснеть. Рё, похоже, что-то поняла, потому как смотрела на Томою с подозрением, а тот делал слишком уж безмятежное лицо.

— Ладно, потом как-нибудь специально научим мыть. — я бросила тряпку в таз. — Идите в гостиную, сейчас к вам подойду.

Заодно умоюсь холодной водой, а то постепенно начинаю полыхать от стыда и радости одновременно. А ведь казалось, после недавнего, да ещё и с моими познаниями и желаниями, подобное должна без проблем воспринимать. Увы, не всё так просто.

В гостиной мы уместились прямо на полу. Жаль, котацу давно убрано, сейчас бы залезть под него и греться. Но грелись друг о друга только севшие рядом Томоя и Рё, пока я мрачно смотрела на них и выискивала предлог для того, чтобы тоже прижаться к нему.

Помощь пришла с неожиданной стороны.

— Хэй, молодёжь, уже убралась? — папа заглянул в гостиную. В субботу он всегда приходил домой особо усталым и измотанным за неделю, частенько из-за этого освобождаясь от уборки и сразу после её завершения резко оживляясь. — Тогда как насчёт того, чтобы я сфотографировал всех вас троих? — он показал свой фотоаппарат и широко улыбнулся. — На память.

— А давайте. — я мигом метнулась к парочке. — Вот так вот, сядем вместе, плотнее.

— Ага, чтобы все в кадр попали. — папа посмотрел на нас в фотоаппарат. — Кё, Рё, прижмитесь к парню так, чтобы у него лицо стало поглупее.

Я послушно выполнила указание и прижалась к Томое максимально близко; Рё сделала то же самое. Его лицо и впрямь сделало выражение "не обращать внимания на два мягких женских тела рядом с собой".

— Так, идеально. Щёлкаю. — папа нажал на кнопку.

Надеюсь, у меня лицо не поглупело, всё же впервые настолько близко к Томое. Кто-нибудь, скажите, вдыхать запах его рабочей одежды и наслаждаться им вообще нормально? Хотя Рё, похоже, делает то же самое.

— Вот, прекрасно. — папа сделал ещё три фотографии, которые тут же вылезли из фотоаппарата. — Может, и начнёте встречаться таким составом? Крайне любопытный опыт получите.

— Меня ж так убьют. — ответил Томоя, не уточняя, кто. Я и Рё продолжали за него держаться, хотя фотографирование давно закончилось, и папа проницательно взглянул на нас.

— Идите уже к себе, высохло наверняка. — велел он, и Томоя тут же поспешил встать и стряхнуть нас.

В комнату Рё мы тоже зашли втроём: Томоя плюхнулся на кровать, Рё рядом с ним, а я устроилась на полу.

— Ну что, завтра гуляете?

— Кё, ты опять спрашиваешь. — недовольно ответила Рё. Томоя, похоже, решил так и носить рабочую одежду до конца дня. Ничего не имею против.

— Так у меня планы как следует отдохнуть, вот и хочу знать, куда вы пойдёте, чтобы не натолкнуться.

— Мне всё равно, куда. — Томоя взял одну из брошюрок на кровати и стал её читать. Я тоже взяла одну, рассказывающую про модели уличных фонарей.

Увлекательное, должно быть, чтение.

— Кё, у тебя же там Ботан один в комнате сидит, нет? — Рё совершенно не умеет намекать.

— Он по саду носится, потом сюда прибежит.

— Тогда, может, там надо проверить, всё ли убрано.

— Боже, Рё, скажи прямо, что тебе хочется остаться наедине с Томоей и он дал волю рукам. — вздохнула я. — Не сегодня, вы и так весь день без меня просидели, теперь со мной будете. Завтра у вас свидание, тогда и пошалите. Хотя можете и сейчас, я не помешаю, даже посоветую чего.

— Вот ещё! — её голос зазвенел от возмущения.

— Мы и в ванную таким составом отправимся? — подал голос Томоя, до сих пор тщательно изучающий свою брошюру.

— А ты хочешь? — я швырнула в него брошюрой о фонарях, всё равно ничего из неё не поняла. — Давай проголосуем. Томоя за, я против, Рё, твой голос решающий.

— Против. — она мрачнела на глазах. А вот серьёзно, что ей так мешает миловаться с ним в моём присутствии? Сестрёнка в последнее время расхрабрилась, обнималась с ним без проблем, пока я рядом торчала, а сейчас что? Неужели реально переходят на стадию распускания рук?

Такого нельзя допустить.

— Ну раз против, то идём в ванную, Рё. — я встала. — Томоя, ты как всегда, строго после нас.

— Не забудьте себя сфотографировать. — ответил он, по-прежнему вчитываясь в брошюру. Блин, Томоя в рабочей одежде, сидит и занимается, его можно потрогать в любой момент... не думала, что такой день вообще может наступить.

Рё хоть и с недовольной миной, но всё же последовала за мной.

В горячей ванной она расслабилась, но недовольство никуда не ушло.

— Рё. — сказала я, подсев поближе. — Ну прости, я успела по вам обоим соскучиться. Да и весело же втроём зависать, нет?

— Только не когда я хочу вдвоём. — ответила Рё. — И Кё... хватит уже этих шуточек.

— Каких шуточек?

— Пошлых. — Рё говорила серьёзно. — Почему вы все так хотите, чтобы я занялась сексом с Томоей прямо сейчас, чуть ли не под запись и в наблюдении всей семьи?

Похоже, у нас пришла минутка откровенности.

— Рё, я же именно что шучу. Сама посуди, как вас можно заставить? Вы вообще второй раз хоть целовались? Ну вот.

— И потому хватит этих шуточек. — Рё придвинула к себе ноги и положила голову на колени.

— Рё. — осторожно спросила я. — Ты что-то имеешь против секса?

— За исключением того, что мне семнадцать и я ещё учусь? — с неожиданным сарказмом ответила она. — Да нет, ничего, но... я боюсь.

— Чего там бояться, немного больно в первый раз, и всё.

— Да это ладно! Я... — Рё какое-то время молчала, пытаясь сформулировать. — Я не могу это представить, Кё. Не могу представить, каково это — быть хорошей в постели. И не надо мне рассказывать теорию, я её даже слишком знаю, и это не поможет, потому что... потому что, когда у меня впервые будет с Томоей, я... даже не знаю, смогу ли вообще что-то сделать, кроме как лежать и бояться, и... он будет недоволен. Поэтому не хочу торопиться, хочу подождать, пока не привыкну к нему окончательно, не наберусь храбрости...

И сестра, нарушающая ваше уединение, лишь мешает.

— А если он сам предложит, Рё? — спросила я. — Если поставит вопрос ребром, что ты сделаешь?

— Он уже. — просто ответила Рё. Чтоооооо? Он... уже?

— И? Что ты?

— Сказала, что пока не хочу. Но если ему так надо, то могу как-нибудь помочь. Пока что отказался. — Рё краснела с каждым словом и в итоге погрузилась в воду по глаза, скрывая румянец. Я отплыла от неё и растянулась, ошарашенная услышанным.

Томоя предложил Рё переспать, и она отказалась.

Как мне прикажете это оценивать?

Выходит, что он хочет её, и мне ловить нечего. Но Рё отказалась, Томоя вряд ли этим доволен, и это шанс для меня. Нет, стоп... это он отказался, значит, не так уж и хочет... или вообще не хочет, просто проверял, насколько далеко сестра уже способна зайти? Блин, Томоя, ты меняешься не хуже Рё, перестану так тебя понимать.

— То есть секса ты боишься, но что-то не настолько серьёзное уже нормально? — я вновь обратилась к сестре.

— Ну... — Рё высунула голову из воды. — Если он захочет меня потрогать или... посмотреть... то почему бы и нет... но не более! — и она вновь окунулась.

Завтра точно придётся вмешаться в их свидание, а то реально начнут трогать и смотреть, и мне можно будет сдаваться.

4 мая, воскресенье

Рё Фуджибаяши

Сегодня у меня опять свидание с Томоей-куном. И на этот раз оно должно пройти удачно.

Прошлое частично испортила Кё, а самое первое я, но сейчас такого не случится. Сестра убежит по своим делам, а Томою-куна буду расспрашивать о его работе, и мы прекрасно проведём время. Надеюсь, опять поцелуемся, а то пока всё не удаётся даже просто побыть наедине.

Я села перед зеркалом и стала расчёсываться. Кё наверняка ещё спала — она и так в последние два воскресенья вставала рано, хотя обычно предпочитала валяться до полудня, да и потом выходить с видом "надо было ещё подремать". Пусть поспит, ей и так нелегко пришлось, а к свиданию и сама подготовлюсь. Благо спешить некуда, Томоя-кун спит внизу, мы вместе позавтракаем и сможем выйти хоть в десять, хоть в одиннадцать, хоть...

А надо ли вообще идти куда-то?

Я покрутила расчёску, обдумывая только сейчас возникшую идею. За окном прекрасная погода, но и в доме хорошо, мы сможем вместе посидеть у меня, почитать его книги, доделать домашние задания, а если Кё уйдёт, то никто не будет нам мешать, и тогда... тогда...

Надо спросить Томою-куна. Может, он всё-таки хотел куда-то сходить, и если так, то никаких проблем. Какая разница, где, лишь бы с ним.

В гостиной на этот раз Кё не было, как и по пути сюда. Похоже, сестрёнка и в самом деле решила поспать, вот и славно. Томоя-кун тоже спит, и во сне откинул покрывало футона.

Он такой милый в своей бело-синей пижаме и мне так до стыдного приятно его рассматривать...

— Томоя-кун. — я аккуратно склонилась над ним. — Томоя-кун, проснись.

Ноль реакции. Томоя-кун очень крепко спит, мне всё время приходилось его касаться для того, чтобы разбудить. Придётся и сейчас. Я протянула руку и осторожно потрогала пальцем его лоб.

— Томоя-кун. — нет, по-прежнему ничего. Уже прямо уселась на футон и вновь прикоснулась к его лбу, а затем осторожно посмотрела за спину.

Никого, и шума шагов не слышно. Если воспользоваться моментом...

Я быстро легла рядом с Томоей-куном и замерла, напряжённо вслушиваясь. Хоть один посторонний звук — и надо вскакивать. Но пока ничего, и можно вблизи посмотреть на спящего Томою-куна.

Однажды мне придётся лежать рядом с ним уже нормально, гораздо ближе, в его объятьях, ничего не опасаясь — и без одежды. И что бы я не говорила Томое-куну и Кё, но с нетерпением жду этого момента. И одновременно боюсь.

Я никогда не встречалась с мальчиком. Кё тоже, но она постоянно с ними общается, мне же и здесь похвастаться нечем. В начальной школе вообще была некрасивой — Кё утверждает, что я выдумываю, но когда вокруг одного близнеца собираются толпы поклонников, а второго тщательно игнорируют, то это говорит само за себя. До сих пор, когда я смотрю в зеркало, то вижу самую обычную девушку, ничуть не красивее своей сестры, что бы та не говорила. Даже каре и бант придуманы ею, без них наверняка выглядела бы ещё хуже.

И потому, когда я влюбилась в Томою-куна, то даже думать не смела как-то признаться. Разве может такой спортивный и красивый парень, способный вызвать восхищение моей сестры, обратить хоть какое-то внимание на меня? Тем более что Кё тоже была в него влюблена, и я не сомневалась, что они будут вместе.

Но проходили дни, недели, месяцы, а они всё не становились парой. Я начала думать, что, возможно, Томоя-кун не любит мою сестру, да и она его тоже, иначе бы давно сошлись. А потом, во время подготовки к экзаменам в конце второго года, вдруг с ужасом поняла, что могу прожить всю школу, ни с кем не встретившись, и вообще остаться старой девой.

Наверное, именно это ужас и позволил однажды поговорить с сестрой, признаться в своих чувствах и попросить её, как лучше всех знающую Томою-куна, помочь мне стать его девушкой.

Никогда не забуду взгляд сестры в тот момент — она словно впервые меня увидела. Я уже стала бояться, что всё-таки ошиблась и они любят друг друга, едва не стала извиняться — и тут Кё заявила, что сделает для нас всё что угодно.

Всё вышло так, как я и мечтать не могла. Томоя-кун согласился со мной встречаться, Кё помогала всем, чем могла — то наше двойное свидание было единственным плохим моментом, но я сама была в этом виновата, пригласив на него сестру. Да и не сказать, чтобы оно было совсем отвратительным. Мы научились разговаривать друг с другом, перешли на "ты", обнимались, целовались, начали жить в одном доме и неизбежно пойдём далее. Как теперь, когда я лежу рядом с ним, вижу, как он мирно спит и понимаю, до чего же сильно люблю его и он меня тоже.

В моей жизни идёт по-настоящему светлая полоса.

От радостных мыслей даже на несколько секунд зажмурилась, а когда открыла глаза, то Томоя-кун уже смотрел на меня.

— Мне нравится так просыпаться. — тут же сказал он, и я покраснела. — Не хочешь придвинуться?

— Томоя-кун. — мягко сказала я. — Скоро родители встанут, если не уже. — Шагов не было слышно, но и с папы, и с Кё станется подкрасться и наблюдать, так что я поспешила встать. Томоя-кун пока просто сел.

— Ну что, гуляем и развлекаемся сегодня? — спросил он, потягиваясь.

— Эм, Томоя-кун... может, останемся дома?

— Зачем?

— Ну... ты почитаешь, перескажешь мне, уроки вместе опять сделаем, просто посидим, такое...

Томоя-кун скептически посмотрел на меня.

— Рё, то есть вместо того, чтобы погулять и повеселиться на свежем воздухе, ты предлагаешь сидеть и учить весь выходной?

— Нет, я это... тебе же вроде надо учить, а так вместе со мной, это... — ох, с его стороны ведь так и выглядит, словно я требую от него лишь сидеть и заниматься.

— Так и начинается заколдованный круг, Томоя. — Кё, ты уже проснулась? — Тебе надо вкалывать для того, чтобы твоей жене было лучше, но в итоге не находишь времени гулять с ней, отчего ей становится хуже. И хрен знает, что делать, разве что наследство привалит или абсолютно послушный клон.

Нет, ещё не совсем проснулась — волосы спутаны, головой оперлась на косяк и глаза полузакрыты. Кё, ты зачем тогда вообще сюда спустилась?

— И что предлагаешь? — Томоя-кун наконец встал.

— Предлагаю посидеть и позаниматься дооооооооо... — Серьёзно, иди спать! — До как хотите, а потом гулять. — Кё мутно оглядела нас. — Так, вы вроде одетые, беспокоилась зря, иду баиньки. — Она развернулась и потопала обратно. Я на всякий случай проводила её до лестницы, а затем вернулась к Томое-куну, убирающему футон.

— Может, так и сделаем? Посидим до полудня где-то, а потом гулять? — осторожно поинтересовалась я.

— Ну, это уже лучше. — кивнул Томоя-кун. — Но до еды никаких книг, я вчерашнюю-то еле переварил.

— Хорошо. — улыбнулась я. — Может, тебе быстро что-нибудь приготовить?

— Бутерброд тебе можно доверить? — задумчиво спросил он.

— Томоя-кун, я не настолько плохо готовлю. — надулась я. — И вообще, ты давно моей стряпни не ел, а она улучшилась.

— Будет важная контрольная, тогда и поем. — кивнул он, и я надулась ещё больше. — А пока парочку бутербродов, пожалуйста.

— Ладно. — и я отправилась на кухню. Томоя-кун иногда слишком груб на ровном месте, понятия не имею, что с этим делать. Кё научилась ему отвечать, но мне о таком нет смысла и мечтать, так что придётся терпеть.

С готовкой у меня действительно нелады, да ещё и Кё в последние дни прекратила учить. У неё-то выходит замечательно, а вот я всё время посолить забываю, не ту температуру ставлю, жду меньше или больше нужного... Надо что-то с этим делать, а то придётся в совместной жизни на дом еду заказывать, до чего же позорно будет. Хоть с бутербродами проблем нет: порезать хлеб, положить на него колбасу, налить в стакан сока, поставить на поднос, вернуться.

Пока я ходила, Томоя-кун успел переодеться в бежевую рубашку и джинсы, которые притащил из дома, и сесть за стол. Кё не возвращалась, и я, положив поднос перед ним, придвинулась так, что едва не упёрлась в плечо.

— Вкусно. — сказал он, прожевав первый бутерброд. Я радостно улыбнулась. Весь день впереди, а уже блаженствую, и это мы ещё не строго наедине — мама только что зашла в гостиную.

— О, кто-то уже успел позавтракать. — увидела она нас. — Готовить меньше, хорошо.

— Мама. — укоризненно сказала я.

— Да знаю. — она тут же ушла на кухню. Мама почему-то Томою-куна так и не любит, хотя он ничего плохого не делал, Кё свою истерику сама заработала. Ну, хотя бы и не выгоняет.

К тому времени, как мама приготовила завтрак, в гостиную подтянулся отец, тоже пошутивший про то, что мы сидим одетыми, а к еде вылезла и Кё, на вопрос о пробежке ответившая, что потом по всему городу пробежится. Я сказала, что мы ещё позанимаемся пару часов перед прогулкой, возражать никто не стал.

Брошюры Томои-куна так и лежали у меня на столе — вчера попыталась почитать про формулы электрического тока, это хотя бы было знакомо, но оказалось труднее, чем в учебнике. Он тоже их не особо понимал, но старался, как и сейчас, забравшись на мою кровать.

— Могу тебя поспрашивать, если хочешь. — я примостилась рядом.

— Мне бы хоть что-то выучить сначала. Но можешь лечь на колени в качестве моральной поддержки.

— Э... я... нет, Томоя-кун... — хочется, но мне слишком стыдно такое делать. Тем более что Кё загремела в коридоре, собираясь в город. Увидит в такой позе — опять начнёт пошлить, вчера так и не сумела убедить её прекратить.

— Ну ладно. — он не обиделся и углубился в чтение. Я сидела тихо, боясь даже пошевелиться и помешать ему.

— Кстати, Рё, — неожиданно спросил Томоя-кун. — что именно у тебя в нижнем ящике стола лежит?

— Ты заглядывал? — я едва не сорвалась на крик.

— Нет, но теперь мне очень интересно. — он с улыбкой повернулся ко мне. Ох...

У меня там лежит яойная манга. Да, я читаю такое, мне нравится по... причинам. Об этом знает лишь Кё — и папа откуда-то — и больше никто и не должен. Особенно Томоя-кун. Что бы такое соврать?

— У меня там просто личные вещи... — выдавила я. — Такие, знаешь... слишком личные. И ничего пошлого нету, это у Кё наверняка всё забито. — По крайней мере, её коллекция больше моей.

— Надо будет у неё посмотреть... — он опять уткнулся в брошюру. Томоя-кун в последнее время тоже всё больше и больше сворачивает на пошлости. Кё неоднократно говорила, что парни хотят секса, и это надо принять как должное, если хочешь нормальных отношений. Но... мы же даже месяца не встречаемся, ещё рано и страшно. Однако если Томоя-кун настойчиво будет требовать, а я отказывать, то не оттолкнёт ли его это?

Я пересела к столу и сама успела немного позаниматься до того, как пришло время нашей прогулки.

Кё после прошлого свидания отдала мне старое белое платье, и я стиркой и глажкой сумела привести его в приличное состояние, так что теперь рискнула надеть. Томоя-кун, оставшийся в рубашке и джинсах, довольно посмотрел на меня.

— Идём наконец? — сказал он, протянув мне руку.

— Ага. — я уже безо всяких проблем взяла её. Кё давно ушла, родители чем-то занимались дома, так что мы беспрепятственно вышли и просто направились вдоль улицы, никуда особо не стремясь.

На следующей неделе обещали дожди, но пока что солнце продолжало греть. Скоро на летнюю форму перейдём, а там и до каникул недалеко. Может, опять на море поедем, хотя теперь придётся и Томою-куна с собой брать. Если так, то надо бы купальник новый присмотреть...

— Рё, ты едва в столб не врезалась, осторожнее. — он притянул меня к себе.

— Ой, извини, Томоя-кун, я задумалась.

— Ты осторожнее так. Хочешь в кафе зайти?

— Мы недавно ели...

— В тенёк, солнце уже невыносимо. Да и перекусить можно.

— Ну хорошо... — я коснулась кошелька в кармане. — В какое кафе пойдём?

— Давайте в которое вон на том углу, там вкусно.

— Ну хорошо. Эээээ? — я обернулась и увидела довольную Кё в её фиолетовом костюме. Она что, так по городу в нём и бегала?

— Томоя, я набегалась по городу и теперь голодна. — заявила она, сверкая улыбкой. — Покорми меня.

— А самой поесть? — спросил Томоя-кун.

— Так за чужой счёт вкуснее же. — пояснила Кё. Я недовольно уставилась на неё — сестра могла бы до дома сбегать и там поесть, а не мешать нам. Когда сейчас Томоя-кун её прогонит, то не буду заступаться.

— Ладно, пойдём. — он равнодушно пожал плечами. Э? Томоя-кун, ты чего, это же наше свидание! Кё тем временем мигом подскочила к нему и устроилась рядом так, словно говоря: "Нет, теперь это моё свидание".

— Тогда вперёд за едой! — сказала она, хватая Томою-куна за руку и таща нас за собой. Что вообще происходит?

В кафе Кё неожиданно не проявила особого аппетита, взяв только парочку булочек с мясом и картошки. Томоя-кун купил пару плюшек, я же вовсе обошлась пачкой сока.

— Похоже, ты не особо и голодна. — Томоя-кун кивнул на тарелку Кё.

— Да ладно, тебе же надо деньги зарабатывать, не буду пока что разорять. — ответила сестра. — И не забудь хоть какую-то часть откладывать, обязательно пригодится. Платья нам купить, например, или ещё что.

— Нам? — уточнил Томоя-кун.

— Рядом со мной ходит парень с деньгами, и я не должна этим пользоваться? — фыркнула Кё, ковыряя картошку. — Так что готовься, буду выпрашивать.

— А что мне за это будет? — такое впечатление, что Томою-куна всё это веселит.

— Стриптиза не жди. — они опять перешли на пошлости! — Но могу дать переписать домашку или бенто приготовить, раз Рё не может. Или в халате покрасоваться, наверняка ведь хочешь.

Томоя-кун в ответ улыбнулся — и это стало последней каплей.

— Кё, пошли в туалет. — я встала, схватила сестру за локоть и потащила в угол кафе. Та даже не сопротивлялась, и без проблем вошла внутрь.

— Кё, что всё это значит?

— Ты о чём? — прикинулась она дурочкой.

— Обещала же нам не мешать, бегать своей дорогой и так далее. Чего ты к нам сейчас прицепилась, поесть можно и дома!

— Хэй, Рё, спокойнее. — она обеспокоенно посмотрела на меня. — Я проголодалась, увидала вас, услышала про кафе, вспомнила, что как раз неподалёку есть одно, и что ещё прикажешь делать?

— Не попадаться на глаза и идти домой. — я старалась говорить спокойно. — Это наше свидание, и только наше.

— Рё, Томоя вообще-то мой друг, я имею право доставать его даже на свидании. — внезапно заупрямилась Кё. — И ты что, ревнуешь?

— Я... — ох, а ведь и в самом деле ревную. Не хочу терять Томою-куна и ничего не могу с собой поделать, а Кё вчера всё вокруг него крутилась, он и не возражал...

— Уйди домой, Кё. Пожалуйста. — вновь попросила я. Кё как-то странно посмотрела на меня, словно и не думала слушаться, а затем улыбнулась.

— Ладно, Рё. Извини, но мне просто очень приятно в вашей компании находиться. Два очень близких человека, как-никак. Но раз уж так хочешь...

— Да, хочу.

— Хорошо-хорошо, я поняла.

Мы вышли из туалета, и Кё схватила пирожки.

— Томоя, доешь картошку, ладно? Жаль будет, если останется. — сказала она.

— Ты уходишь? — спросил Томоя-кун.

— Ага, мне надо ускакать. Наслаждайтесь тут. — она махнула нам и отправилась к выходу. Лишь после того, как сестра ушла, я позволила себе сесть обратно и расслабиться.

— Рё, ты её выгнала? — спросил Томоя-кун. Я хотела было отнекиваться, но... он и так понял, тут только идиот бы не понял.

— Да.

— Ты что, ревнуешь?

— Да, я ревную! — ой, слишком громко, но я успела разозлиться. — Томоя-кун, с тех пор, как Кё поправилась, она от нас почти не отходит. А я хочу больше быть с тобой наедине, особенно на свидании, и мне не нравится присутствие девушек, даже если это моя сестра.

— Понятно. — он притянул к себе картошку Кё и только опустил ложку, как я выдернула тарелку и поставила её перед собой.

— Э, Рё, я хотел это съесть.

— Нет. — он что, про непрямой поцелуй не слышал? — Закажи что-нибудь другое, я оплачу, а это сама съем.

Ну вот, похоже, Томоя-кун ещё и недоволен. Молодец, Кё, опять портишь наше свидание. Надо срочно что-то делать, чтобы выправлять.

— Томоя-кун, не хочешь прогуляться до леса, тут недалеко? — предложила я. Надеюсь, сообразит, что лес — это уединение. Пусть действительно меня потрогает, и повеселеет, и я успокоюсь.

— Да как-то нет. — кажется, он меня не понял.

— Давай, там природа, тихо, хорошо, никто не помешает...

— Я чего-то не хочу никуда идти. — признался он. Томоя-кун? Ты ведь так ждал этой прогулки, сейчас-то чего?

— А что хочешь? — осторожно спросила я. Он задумался, а затем неуверенно сказал:

— Разве что до Сунохары сходить можно.

— Эээээ? — вот такого я совершенно не ожидала. Сунохара... ну да, они вроде как давно не общались, хотя приятели, но... сейчас наше время, завтра в школе болтайте сколько угодно...

— Тебе лучше не идти. — он посмотрел на меня. — Видела же его комнату.

— Так срочно надо? — прошептала я.

— Ну... я ему кое-что задолжал, и сейчас должен отдать, так что не хочу с этим медлить. — пробормотал он. Я посмотрела в картошку, и слёзы поползли по щекам.

Почему ты уходишь, Томоя-кун? Ты же ждал этого дня, мы оба ждали, а сейчас что? Я скучная и тебе надоела? Ты меня разлюбил?

— Томоя-кун, пожалуйста... — я всхлипнула. — Пожалуйста, погуляй со мной дальше, это же наш день... Завтра иди куда угодно, к кому угодно, я ни слова не скажу, но сегодня, пожалуйста, будь со мной и ни с кем больше...

— Хорошо, Рё, хорошо. — заговорил он несколько испуганно. — Прости, я... как-то устал. Не привык в утро воскресенья заниматься. Извини, я... тупой ученик и быстро от такого выдыхаюсь. — он обезоруживающе развёл руками.

— Что ты, Томоя-кун, никакой ты не тупой. — я стала вытирать слёзы. — Это я глупая, решила, что тебе заниматься с утра в моей компании будет нормально. Прости, пожалуйста.

— Ничего, Рё, мне всегда было очень приятно с тобой. — мягко ответил он, протягивая руку и касаясь моего плеча. Я кивнула, пытаясь перестать плакать, но лишь рыдая ещё сильнее. Пришлось даже вынимать платок и утирать слёзы.

— Ты хотела до леса прогуляться? — сказал он, когда я наконец успокоилась. — Давай сходим.

— Угу. — моих сил хватило на ещё один кивок. Мы, увы, оставили недоеденную картошку и вышли наружу, и Томоя-кун обнимал меня.

Лес был совсем недалеко от нашего дома — где-то минут пятнадцать ходьбы. Но сейчас мы добирались полчаса — я никак не могла идти быстро. Такое впечатление, что истерика Кё едва не передалась мне, и сейчас, что бы она ни творила, искренне ей сочувствовала — досталось ведь раз в десять сильнее. Томоя-кун всю дорогу поддерживал меня, ни разу не упрекнув за то, что пришлось едва ли не тащить.

Придём к лесу, найдём укромное место — и пусть делает что хочет. Кё права, ничего от меня не убудет. А и убудет — переживу, до самого главного у нас всё равно не дойдёт.

По крайней мере, попрошу Томою-куна не доходить.

Лес встретил нас прохладой и мирным шумом налетевшего ветерка. К тому времени я уже окончательно успокоилась, могла сама идти и сейчас извинялась перед Томоей-куном.

— Всё нормально, Рё. Я знаю, что ты плакса, и меня это не волнует.

— Томоя-кун, это было очень обидно.

— Прости. — он даже склонился. — Сейчас-то ты в порядке?

— Да. — я огляделась. Вон там, за деревьями, небольшая полянка. Не та, куда любит ходить Кё, та немного дальше. Людей здесь нет, никого нет. Идеальное место.

— Томоя-кун, пройдём сюда. — я пошла в сторону полянки, слушая, как он топает позади меня — и, как только зашли на неё и город частично скрылся за деревьями, повернулась к нему. К парню, которого любила больше всего на свете.

— Томоя-кун. — я глубоко вздохнула. — Ты позавчера попросил переспать с тобой, и я отказалась, но... сейчас, здесь, мы одни и... если ты хочешь сделать со мной что-то, кроме... ну, кроме самого... делай что хочешь. Я твоя девушка, и должна помогать тебе, даже с таким, поэтому... приступай.

Ожидала чего угодно — что он подойдёт медленно, быстро, накинется на меня или даже развернётся и в отвращении уйдёт. Но чего я не ожидала, так это того, что он будет просто стоять и смотреть, ничего не делая, даже особо не шевелясь.

— Томоя-кун. — повторила я. — Ты можешь делать всё что угодно, я всё выдержу. — Страшно, очень страшно, но должна терпеть.

— Так вот что ты имела в виду... — задумчиво сказал он. — Рё, знаешь, на кого ты сейчас похожа?

— А?

— На бравого героя, который идёт на смерть и знает это, но он бравый герой, поэтому надо.

— А? — Томоя-кун, мне всё равно, на кого я там похожа, хоть на ошпаренную макаку, приступай уже, пока от страха не парализовало.

— Поэтому, Рё, я к тебе сейчас не притронусь.

— А? — только и могла, что акать.

— Рё, я не хочу идти против твоей воли. Если ты так жутко боишься, то и не надо этого делать. Я хочу с тобой секса, раз уж мы так откровенны, но я не хочу секса с тобой напуганной и трясущейся в панике. Так что прости — но не сегодня.

Томоя-кун... я пыталась понять, что именно он говорит. Он... тоже не против подождать, пока я перестану бояться? И... не отвергает меня?

— Томоя-кун... — прошептала я. — Извини...

— Слушай, Рё, пойдём домой. — сказал он. — Всё хорошо, просто сегодня не наш день.

— Пойдём. — Страх прошёл, оставив после себя уныние и грусть.

Томоя-кун всё сделал правильно, и я, похоже, даже полюбила его ещё больше за это. Но где-то глубоко внутри сидело сожаление о том, что могло бы сейчас произойти.

При подходе к дому мы постарались повеселеть — ещё не хватало, чтобы Кё что-то заподозрила и начала допрашивать. Впрочем, избежать её всё равно не удалось.

— Ну, как сходили? — Кё всё в том же костюме остановилась и вытерла пот со лба. Похоже, у неё опять предобеденная пробежка. — И что-то вы быстро, я думала, завтра утром явитесь.

— Мы решили отдохнуть дома. — сказал Томоя-кун. — Гулять жарко.

— Заигрывать надо меньше, тогда и холоднее будет. — буркнула сестра. — Ладно, проходите, там вам обед оставили.

— Ага, сейчас. — Томоя-кун направился к дому, а я задержалась, смотря на убегающую Кё.

Если обед уже прошёл, то почему она бегает? И какая-то вспотевшая, хотя со своих пробежек прибегала свежей, даже как-то жаловалась, что они уже не действуют. Неужели она... как и тогда...

— Рё? — Томоя-кун остановился в дверях.

— Да-да, иду! — я направилась к нему. Потом поговорю с сестрой, обязательно, а сейчас действительно хотелось бы поесть, с завтрака лишь сока и немного картошки досталось.

После обеда мы опять направились ко мне. Кё увязалась следом, расспрашивая, как погуляли, но я захлопнула дверь перед её носом. Эх, в своё время решила, что мне не нужен засов, и сейчас об этом жалела.

— Да пусти ты её, мы уже хорошо вместе провели время. — сказал Томоя-кун, застывший у книжного шкафа. Хорошо провели время? По мне так всё было ужасно.

— У неё своя комната есть, пусть туда идёт. — сказала я так громко, чтобы меня услышали в коридоре. Там фыркнули, но зашагали к себе.

— Рё, не обижайся на неё. — Томоя-кун открыл шкаф и достал один томик манги. — Ты же знаешь Кё, у неё голова умная, но пустая. Сначала бьёт, потом думает.

— Да хоть и так. — меня это не успокоило. — Попросила её не приходить, сама сказала, что не придёт, а в итоге...

— Ну-ну, спокойно. — Томоя-кун оставил мангу, подошёл ко мне и обнял. — Всё в порядке, Рё. Просто один плохой день, только и всего. Сейчас посидим, пообнимаемся, почитаем, и ты успокоишься.

— Ага. — я тоже обняла его. — Просто плохой день. Впереди у нас много хороших, чего расстраиваться.

— Угу. — подтвердил он.

Когда я вошла в ванную, Кё уже лежала там с закрытыми глазами. И как бы не хотела тоже окунуться в горячую воду и расслабиться, но сейчас опять предстоит серьёзный разговор.

— Кё. — я уселась в ванну. — Ты следила за нами?

Вот так сразу, чтобы не успела опомниться. Сестра аж выпрямилась.

— Рё, ты чего, совсем того? — удивлённо спросила она. — Зачем мне за вами следить?

— Но ведь следила. Ты бегала, хотя обед уже прошёл, была вся усталая и вспотевшая. И тогда за нами следила — я всё же не рассказывала тебе про ювелирный, точно помню.

— Да рассказывала, точно рассказывала. — стала выкручиваться сестрица. — А бегала я просто дольше обычного и после еды, захотелось так.

— Кё, не дури меня.

— Э, ну...

— Я тебя насквозь вижу, Кё. — я придвинулась к ней. — И это некрасиво, подглядывать за чужим свиданием.

— Ага, а строить из себя боязливую недотрогу, а потом тащить парня в лес для развлечений очень красиво. — неожиданно огрызнулась Кё. — И что вы там делали, а? Можно тебя поздравить с потерей девственности или ты только верхними губами поработала?

— Кё! — даже не знаю, чем была шокирована больше: её словами, признанием в слежке или непонятно откуда взявшейся агрессией.

— Что Кё? — она и не думала униматься. — Давай, рассказывай старшей сестрёнке, что у вас там было, мне очень интересно!

— Ничего у нас не было, Кё. — буркнула я.

— Что? — она удивлённо посмотрела на меня, а затем расхохоталась. — Ты серьёзно? Затащила парня в лес, в укромное место, чуть ли не ноги раздвинула, а он ничего тебе не сделал? Господи, Рё, это эпический провал!

— Хватит, Кё! — ещё слово, и я её тресну. — Что опять с тобой такое?

— А ты ещё не догадалась? — неожиданно успокоилась она. — Я люблю Томою.

В наступившей тишине я только и слышала, что шум своего забившегося в тревоге сердца. Что? Что она сказала?

— Ты... любишь...

— Я люблю Томою. — повторила Кё. — И хочу отбить его у тебя.

Там, в лесу, я чувствовала просто страх, сейчас же мною завладел огромный ужас, сковавший всё тело, парализовавший даже волю. Кё, моя сестра, которая всегда была лучше, всегда была впереди, всегда меня обыгрывала, намеревалась соревноваться в самом важном вопросе моей жизни. И я уже знала, что она опять меня опередит, вырвется вперёд и выхватит главный приз.

Унесёт Томою-куна.

Он больше не будет моим.

— Не надо, Кё... — каким-то чудом губы ещё двигались. — Не надо, пожалуйста...

— Прости, Рё. — она опустила голову и старалась не смотреть мне в глаза. — Я люблю его, очень люблю, это не причуда и не каприз. Пыталась забыть, но лишь сильнее полюбила, извини.

— Но так нельзя... Так неправильно...

— Да, это неправильно, что мы не вместе. — ответила Кё. — Рё, ты найдёшь себе кого угодно, а Томоя единственный, кто меня понимает и признаёт. Я вряд ли ещё когда-нибудь такого встречу.

Мне не нужен кто угодно, мне нужен Томоя-кун!

— И с чего ты взяла, что проиграешь? — её голос наполнился фальшивым весельем. — Ты же его девушка, вы обнимаетесь, целуетесь, едва до тисканий не дошли, а я так, знакомая, которая пинала по заднице. Выше нос, Рё, наверняка ты меня одолеешь.

Не говори глупостей, как я могу одолеть тебя? В чём? Да даже если бы мы уже поженились, победа всё равно будет за тобой! Я прекрасно знаю, на что ты способна, Кё. У меня нет ни единого шанса.

— Расслабься, Рё. — Кё улыбалась так, словно не обрушила сейчас мой мир. — У тебя всё будет хо...

Я выскочила из ванны и мигом оделась. Не вымылась — и ладно, утром сумею. Но сейчас видеть её не хочу. Как была мокрой, я помчалась наверх, там, где меня ждал Томоя-кун.

Долго ли он будет ждать меня и только меня?

— Томоя-кун! — я распахнула дверь. Тот вздрогнул и удивлённо посмотрел поверх брошюры.

— Рё, что произошло? — вскочил он.

— Томоя-кун! — я подлетела к нему. — Ты меня любишь?

— Ну да. — растерянно сказал он. — Что произошло?

— Ничего. — я уткнулась ему в грудь. Не плакать, не плакать, ты сегодня уже рыдала до изнеможения, не надо во второй раз.

— Люби меня всегда, Томоя-кун. Что угодно сделаю, только люби.

Он растерянно погладил меня по волосам.

— Рё, может, тебе лечь спать? — осторожно сказал он. Заботливый Томоя-кун.

— Наверное. — но для этого меня придётся от него оторвать. — Томоя-кун... когда выйдешь отсюда... не говори с Кё. Не обращай на неё внимания. Игнорируй как можешь.

— Что-то случилось?

— Просто игнорируй её, хорошо?

— Хорошо. — он решил не спорить, и я благодарно улыбнулась.

А затем подняла голову и поцеловала его.

Первый поцелуй был не лучший, но этот совершенно его затмил. Мы не размыкали губы несколько секунд, и я чувствовала его дыхание, всё его тепло и влагу, и наполнялась решимостью. Наконец мы разомкнули губы.

— Прости за испорченный день. — я радостно улыбнулась, наконец хоть немного успокоившись.

— Ты ничем его не испортила. — отозвался он.

Я долго не могла заснуть, всё думала над словами Кё. И чем дольше думала, тем больше злости во мне просыпалось.

Получается, тогда обыграла её, когда не только первой забрала Томою-куна, но и потребовала помогать мне. А раз так, то обыграю и сейчас. Может, сестра дольше его знает, зато я ближе. И ей меняться трудно, я же смогу стать такой, какой нужно.

Томое-куну нужна храбрая девушка? Я стану храброй.

Томое-куну нужно подавать вкусную еду? Я и без Кё научусь готовить.

Томоя-кун захочет заглянуть в ящик моего стола? Да пусть заглянет, скажу, что давно всё это не читаю, потому что они ничто рядом с ним.

Я знаю тебя как облупленную, Кё. Даже знаю, как ты будешь стараться отбить моего парня. И сдаваться не собираюсь.

И раз ты объявила войну, то не плачь, когда я ударю из всех своих орудий и смету тебя.

5 мая, понедельник

Томоя Оказаки

Я проснулся от того, что мне на ноги кто-то наступил, причём в опасной близости от уязвимого места.

— М? — перед глазами предстали белые носочки, принадлежащие какой-то из близняшек. Они не двигались, и вообще в комнате царила странная тишина, словно лишний звук мог вспугнуть что-то неприятное.

— Рё? — прошептал я на случай, если это и в самом деле так. Ноги вздрогнули, сошли с меня, и Рё наклонилась, улыбаясь.

— Доброе утро, Томоя-кун. — ласково сказала она.

— Утра, Томоя! — провопили за ней. — Вставай, подымайся, сегодня понедельник, праздник всех лодырей!

— И чего тогда ты радуешься? — я стал подниматься, а Рё и не подумала отодвигаться, так что едва не стукнул её головой. И прежде, чем успел про это сказать, быстро поцеловала меня.

— Томоя-кун, ты не будешь против каждое утро встречать поцелуем, как и положено лучшему парню в мире? — спросила она, улыбаясь чуть ли не до показа зубов. Это вот сейчас нормально было, да?

— Лучший парень в мире должен по утрам получать больше, чем поцелуй. — ядовито сказала Кё. — Так что приступай, Рё. Или не рискнёшь?

Улыбка Рё застыла, и она сделала вид, что не услышала. Я наконец встал, посмотрел на часы, а затем на девушек.

— Все в курсе, что можно было ещё полчаса спать?

— Рё решила, что полчаса ничегонеделания с ней важнее того же времени здорового, крепкого и полезного сна. — тут же заявила Кё.

— Я не будила тебя, Томоя-кун, лишь защищала от всяких неприятных шумов. — ответила Рё. Ну вообще-то я из-за твоих ног проснулся. И что с вами происходит?

— Пойду в ванную тогда.

— Я принесу тебе туда одежду, Томоя-кун. — тут же подскочила ко мне Рё. — Хочешь, вместе зубы почистим?

— Это уже фетиш. — Кё тоже за секунду успела оказаться рядом со мной. — Я вместо этого соберу тебе сумку, Томоя, намного полезнее будет.

— Если только ты её не перероешь и не оближешь каждую вещь. — Рё схватила меня за руку.

— Я что сделаю? — взбеленилась Кё, тоже хватая меня.

— Пойду в ванну один! — заявил я, стряхивая девушек и быстро шагая туда. Удалось перевести дух только после того, как оказался внутри и заперся.

Что такое с ними сегодня? Они словно соревнуются за меня... или так и есть? В ванне между ними что-то произошло, в результате чего Рё меня поцеловала и почти весь вечер не отпускала, Кё, пожелав спокойной ночи, ещё минут пять ходила по гостиной, а сегодня утром вот это. Старые договорённости утратили силу, дипломатия не помогла, начинается артобстрел моих позиций.

И мне это не нравится. В том числе и потому, что понятия не имею, кому отдавать предпочтения. Мои старые чувства к Кё, похоже, никуда не ушли, лишь взяли перерыв на обед, и вчера я был не прочь провести с ней время, когда она неожиданно вмешалась в нашу прогулку.

Может быть, поэтому и отказал Рё. Да, на неё было больно смотреть, девочка едва не падала от страха, но... она так же боялась говорить со мной, идти рядом, держаться за руки и так далее, а сейчас вообще без заминок, так что и тут было бы то же самое. Но я всё равно предпочёл не трогать её. В конце концов, нисколько не соврал — хоть что-то делать с такой бледной от ужаса девушкой нет смысла, не герой-любовник, способный успокоить одним поцелуем.

Но разлюбить не разлюбил. Наоборот, после вчерашнего как-то по новому взглянул на неё, хоть и затруднялся сам себе объяснить, как именно. Всё же не узнал её полностью, вполне мог ожидать немало приятных сюрпризов, и по-прежнему чувствовал любовь к ней.

Как и к Кё.

Вот же угораздило.

Когда я вышел из ванной, то оказалось, что близняшки не просто так чесали языками: Рё держала мою форму, Кё сумку, и обе встретили меня сияющими улыбками. Так, это уже страшно.

— Могу и сам одеться. — сказал я, когда Рё шагнула в ванную.

— Ну Рё же думает, что ты без неё неспособен даже поесть. — пропела Кё; Рё развернулась к ней, и я быстро заскочил обратно в ванную. Надеюсь, они не вздумают из-за меня всерьёз поссориться? Всё же родные сёстры, и без слов видел, как они любят друг друга. В коридоре раздался шум — кажется, Айкава наткнулась на девушек и велела им отправляться в гостиную. Я быстро переоделся в школьную форму и вышел следом.

Перед завтраком Кё успела поскандалить с мамой, когда потащила стул с явным намерением сесть поближе ко мне, но та приказала ей оставаться где была. Переспорить не удалось, и теперь она мрачно ковыряла мясной салат, наблюдая за тем, как Рё чуть ли не лежит на моём плече — и "чуть ли не" лишь потому, что я едва не заехал ей локтем.

Юкито и Айкава, что интересно, ни слова мне не сказали. Первый вообще сидел с лицом "сегодня понедельник" и не веселился, а вторая после ссоры с дочерью не открывала рта. Отчего-то я казался себе посторонним элементом, разрушающим всё семейное благополучие, и потому поспешил поесть и выбраться из-за стола.

— Томоя-кун, ты хочешь выйти пораньше? — спросила меня Рё; Кё, осознав, что перед ней ещё полная тарелка, стала наворачивать как житель осаждённого города, наконец-то добравшийся до хлеба.

— Можно. — честно говоря, в таких условиях казалось неплохим уйти одному, но всё равно ведь догонят, схватят, да ещё и обидятся. Какое-то время придётся терпеть, пока не выберу — и надо бы с этим выбором не затягивать.

Девушки собирались с какой-то супергеройской скоростью — из ванны выскочили через десять минут, уже в форме и ещё мокрые, сумки собрали ещё быстрее и практически одновременно вернулись в коридор, где я уже ожидал их.

— Мы пошли! — крикнула Кё родителям, и все втроём вышли наружу. Несколько шагов от дома — и вот уже Кё и Рё синхронно хватают меня за руки, вцепляясь так, словно их сюда приварили.

Хм, а если? Я резко ускорил шаг, так, что ничего не ожидающие девушки буквально повисли на мне и быстро заперебирали ногами.

— Эй, Томоя, тпру! — завопила Кё. В следующее мгновение Рё запнулась, отцепилась от меня и с коротким криком рухнула прямо на асфальт.

— Рё! — я мигом затормозил и кинулся к ней. Девушка уже вставала, но коленки были разодраны, форма успела приобрести два грязных пятна, а третье было на лбу.

— Рё, прости меня! — я даже не знал, как ей помочь.

— Всё в порядке, Томоя-кун. — она ещё и улыбалась! — Прости, я слишком замедлилась.

— Рё, срочно домой! — Кё оттолкнула меня. — Промой колени и лоб, пока ничего не попало. Держи. — она протянула сестре свой платок. — И форму отряхни, только не торопись, успеешь, мы тебя подождём, всё равно рано вышли.

Рё платок взяла, но с места не сдвинулась, посмотрев на сестру и на меня. Тогда Кё шагнула к ней и что-то прошептала — так тихо и быстро, что ничего не уловил. Однако Рё поняла, кивнула и направилась к дому — хорошо хоть не прихрамывая.

— Вот это, Томоя, сейчас было реально глупо. — сказала Кё. Я вздохнул — крыть было нечем, просто не хотел всю дорогу до школы тащить на себе двух девушек, вот и думал так их стряхнуть.

Рё вернулась через пятнадцать минут, уже с чистым лбом, едва заметными пятнами и перевязанными коленками. Кё за это время ничего мне не сказала, как и я ей. Да и что говорить? Девушки, впрочем, невысказанное поняли и в меня больше не вцеплялись, однако всё равно держались рядом. В автобусе я встал лицом к окну, а они умудрились обе вжаться в мою спину, даже потолкавшись, и это было невыносимо по нескольким причинам. В школу заявились точно так же — на попытку скрыть наш секрет, полагаю, уже можно забивать, ибо любой сообразит, что приходящий второй день подряд с близняшками Фуджибаяши вряд ли встречается с ними где-то по пути. А если ещё и засекали, как мы вместе из автобуса выходим...

Впрочем, если кто что и засёк, то мне об этом не говорил. Весь первый урок я опять пытался понимать учителя, и вроде как стало получаться, даже записывал его речь в тетрадь — пусть и с трудом понимая написанное. Рё, подошедшая ко мне на перемене, одобрила мои успехи с таким воздыханием, словно я написал тест на сто баллов.

— Томоя! — Кё ворвалась в класс через несколько секунд. — Не хочешь сегодня пообедать со мной? Или сейчас, каждую перемену понемногу кушать?

— Прости, мне надо пообщаться с Сунохарой. — твёрдо заявил я, вставая и хватая за руку потянувшегося к выходу приятеля.

— Я с вами! — не расстроилась Кё, да и Рё направилась к нам.

— Не стоит. — я потянул ошеломлённого Сунохару к выходу. — Мы будем обсуждать, у кого в школе лучше грудь, и вы вряд ли будете в первой десятке.

— Чего?! — завопили обе, но я захлопнул дверь и потащил Сунохару по коридору.

— Эй, Оказаки! Оказаки, да не тащи меня! — Сунохара вырвал руку. — И чего тут обсуждать, ты вообще видел, что у Сакагами? Наверняка это накладная грудь, они не бывают такими большими!

— И это говорит человек, смотрящий порно. — ответил я, перешагивая через запрещающий знак и открывая дверь на крышу; Сунохара сделал то же самое, захлопнув дверь за собой.

— Эх, давно я тут не был. — он с удовольствием опёрся на перила и посмотрел вниз. — Отсюда даже моё общежитие видно, чтоб ему.

— Какие-то проблемы?

— Да сестра приезжает. Опять начнёт приставать и выспрашивать, как я живу, как ем, не обижают ли меня, не надо ли слюни вытереть... блин.

Сестра? Попытался представить женскую версию Сунохары и едва не затрясся в припадке. Не стоит об этом думать, а то ещё приснится ночью.

— Слушай, Сунохара. — вместо этого сказал я. — Я хотел бы извиниться за Каппея.

— А? — он удивлённо посмотрел на меня.

— Ну, ты же в него влюбился, и сейчас небось страдаешь...

— Да нет уже. — перебил Сунохара. — Он же парень, чего по нему страдать. Был бы девушкой, то разумеется. — он тяжело вздохнул. — Но парень без вариантов.

— Отлично. — немного растерянно сказал я. А ведь думал, что он из-за Каппея такой мрачный ходит, но похоже, это из-за его сестры... не думать о ней.

— И да, Оказаки, ты извиняешься? — уставился на меня Сунохара. Справедливый вопрос.

— Просто решил, что это уже слишком. — я пожал плечами.

— Ты меня бросал в Кё, а сам удирал, и считал это нормальным. — пробормотал Сунохара. — А сейчас извиняешься. Что с тобой, Оказаки?

Да, было такое. Но просто как-то не по себе, что приятель может страдать из-за любви, вот и захотелось извиниться.

— Да всё нормально. Мне уже извиниться нельзя? — улыбнулся я.

— Кстати о Кё. — не унимался Сунохара. — Что у вас там вообще происходит?

Я хотел сказать ему, что ничего особенного, тишь да гладь, но вместо этого спросил:

— Сунохара, кого бы ты выбрал между Кё и Рё?

— Рё. — ответил он без раздумий.

— Так быстро?

— Ну а чего. — он посмотрел на меня как на придурка. — Тихая девушка, которая сделает всё, что попросишь, да ещё и с фигурой. Мечта любого парня. И знаешь, — он хихикнул. — такие тихие девушки наедине совсем не тихие. Понимаешь, о чём я?

Устами идиота.

— А Кё что?

— Кё... — Сунохара тут же скривился. — Не, она шикарна, но с ней жить невозможно будет. Здесь не так, тут не то, опять неправильно чашку положил, сиди и учись, когда на улице солнце... никто не выдержит.

У Кё и Сунохары не было настолько близкого общения, как у меня с ней — она чаще его пинала, больше придиралась и, если правильно помню, какое-то время даже звала Харухарой — и очень удивилась, узнав, что это неверно.

— Оказаки, ты что, выбирать между ними собрался? — в кои-то веки угадал Сунохара, и я лишь неопределённо пожал плечами.

— Понятно. — задумчиво сказал он. — То есть любишь обеих, но не можешь выбрать.

— Когда ты успел прокачать интеллект? — удивлённо спросил я.

— У Миядзавы всякое читал. — ответил Сунохара. — Эй, минутку, хочешь сказать, что я был дураком?

— Был?

— Ну вот, только извинился, и опять за старое! — завопил он. — Мог бы и не издеваться, раз так шикарно живёшь!

— Шикарно? — я поднял брови.

— А разве нет? Знаешь, сколько людей хотело бы оказаться на твоём месте?

Я удивлённо посмотрел на беснующегося Сунохару. Он что, серьёзно? Люди хотели бы оказаться на месте ленивого травмированного парня с туманным будущим, который не может выбрать девушку? Идиот, что с него взять.

— Короче, Оказаки, если не можешь выбрать — выбери обеих. — продолжил Сунохара. — Глядишь, втроём сделаете это, это, а то и это!

Не очень понял, что именно он показывал на пальцах, но явно что-то пошлое.

— Ты всерьёз думаешь, что это получится? — покачал я головой.

— Так ситуация же прямо как полагается — две близняшки, которые по уши в тебя влюблены и сделают всё что угодно. — усмехнулся Сунохара. — Или просто воспользуйся, устрой соревнование на лучшее бенто, или лучший купальник, или... — он завис, придумывая очередную пустую идею. Если кто и сомневался в его глупости, то теперь убедился окончательно.

Парень словно бы считал, что я реально очутился в какой-то извращённой манге и могу делать с обеими девушками всё что захочу. А на деле, подойди к ним и предложи конкурс купальников, то мой растерзанный труп скинут в реку и никогда не найдут.

— Ну не хочешь ничего с ними делать, так ладно. — Сунохара сбавил обороты, увидав моё скептическое лицо. — Какая разница, Оказаки, всё равно ты с одной из них останешься в итоге. Уж обеих потерять не сможешь.

Эти слова холодным шилом пронзили мне сердце. Потерять... обеих? Лишиться сразу и Рё, и Кё?

А ведь так может быть. Если буду затягивать с выбором, ухаживать за двумя сразу или делать вид, что ничего не происходит, то они в итоге устанут и посчитают, что я равнодушен к ним и их усилиям. Надо выбирать, как можно быстрее и окончательно.

— Оказаки, там звонок. — прислушался Сунохара. — Тебя ведь они доставать будут, если не явишься.

— Да. — невпопад ответил я. — Да, спасибо, Сунохара.

— Да не за что. — удивлённо ответил он. — Зайдёшь ко мне сегодня? Надоело одному куковать.

— Прости, я на подработку устроился.

— Подработку? — Сунохара остановился прямо у двери. — Какую подработку?

— Ты уверен? — спросил Юсуке. — Электрик — не работа для лентяев, желающих найти удобное место.

— Ну так Оказаки вы приняли, Ёсино-сан, а я чем хуже? — заныл Сунохара. — Чего прикрутить или подержать надо, так это без проблем.

— Прикрутить. — хмыкнул Юсуке и посмотрел на меня. Я равнодушно зевнул.

Когда Сунохара узнал о моей подработке с Юсуке, то потребовал устроить и его туда же. Спорить не стал — вряд ли в нашем соревновании стажёров, даже если такое будет, он сможет вырваться вперёд. А если упадёт с фонаря или полезет пальцами куда не надо, то сам и виноват, не так ли?

— Давай поступим так. — сказал Юсуке. — Я сейчас отвезу тебя в офис, поговоришь с боссом, всё равно пока ничего такого важного нету. Оказаки, проедешься с нами. Ты взял с собой брошюры почитать?

— Одну, по технике безопасности. — я достал книжку из портфеля.

— В следующий раз бери с собой все. — приказал Юсуке. — Будешь учить, пока мы едем с места на место и вообще без дела сидим. На следующей неделе начну спрашивать.

— Ёсино-сан, а мне брошюры? — Сунохара решил проявить инициативу.

— Сначала тебя принять надо. — похоже, Юсуке был настроен скептически. — И в любом случае ты будешь не со мной работать. Двух учеников не потяну, да и не позволят.

— Эх. — Сунохара приуныл. Наверняка пришёл сюда для того, чтобы потом хвастаться, как работал под началом самого Юсуке Ёсино и даже самоотверженно подавал ему отвёртки. Тем не менее, он залез в фургон, я сел рядом с Юсуке, и мы поехали.

— Оказаки, раз он твой приятель, скажи честно — его имеет смысл нанимать? — спросил меня Юсуке, не поворачивая головы.

— Даже не знаю. Он идиот, но упёртый, многое может выдержать.

— Если идиот, то жаль. — ответил Юсуке. — Идиоты нам не нужны.

— Сами проверьте.

— Босс проверит. — он сконцентрировался на дороге. Интересно, а спрашивать Юсуке Ёсино о моей ситуации имеет смысл? Мы не слишком близки, но он наверняка за свою карьеру видал немало девушек, может и подсказать что-нибудь. Пока я раздумывал, грузовик подкатил к офису, и мы все выбрались наружу.

— Оказаки, тебе что-то надо? — спросил Юсуке, когда я пошёл с ним и Сунохарой.

— Хотел уточнить, когда мне платить будут

— Так обычно в конце недели... а, тебе же за эти два дня не платили, да. — задумался он. — Лучше останься здесь, почитай и вообще последи, я сам у босса спрошу.

— Хорошо. — я вернулся к фургону и прислонился к нему. Читать не хотелось, и так большую часть выходных читал, но иначе с меня шкуру снимут, так что нехотя потянулся к двери.

— Оказаки-сан?

— Каппей! — я с облегчением повернулся. Каппей стоял неподалёку от меня, весь довольный и с полным пакетом. — Ты как тут очутился?

— Тут неподалёку магазинчик с дешёвыми продуктами, так я туда буду бегать закупаться. — пояснил он. — А вы тут что, работаете, Оказаки-сан?

— Не совсем тут, мы по всему городу ездим, фонари чиним, здесь просто штаб-квартира.

— А, да, ходил сюда. — Каппей покосился на здание. — Нормальные люди, но как сказали, что мне мускулы нужны, так и всё. Жаль, так бы с вами сейчас работал. — он довольно улыбнулся.

— Как живётся-то? — поинтересовался я.

— Оказаки-сан, вы уж простите, но ваш дом едва ли не помойка. — его улыбка поувяла. — Я два дня его в порядок приводил, а если бы ваш отец не помог, то и все три пришлось бы. И почему вы мне не сказали, что он пьёт?

— Да это... — и в самом деле, почему я ему не сказал? Настолько к этому привык, что даже не посчитал нужным упомянуть? — Забыл. Прости.

— Всё нормально. — Каппей вновь повеселел. — Мы более-менее сошлись, он мне денег выдаёт на продукты, вот. — он взмахнул пакетом. — И скучает по вам, Оказаки-сан.

— Да-да. — Каппей, живи там, а не встревай в мои с отцом отношения. Всё равно ничего тут уже не изменить.

— Ладно, вы ведь кого-то ждёте по работе, Оказаки-сан? — Каппей огляделся. — Тогда я побежал. Передавайте привет Рё!

— Обяза... Каппей, стой! — крикнул я. Он резко затормозил и удивлённо оглянулся.

— Слушай. — я попытался сформулировать мысль, которая только пришла мне в голову. — Если вдруг... чисто в теории... мы с Рё расстанемся, ты ведь её возьмёшь себе?

— Нет. — ответил Каппей и тут же пояснил. — Рё — не вещь, чтобы её "брать", Оказаки-сан. Я могу лишь позаботиться о ней, стать опорой и постараться утешить, но "забирать" не имею права. Кроме того, вы не расстанетесь.

— Ага. — промычал я, смущённый его уверенностью. — Извини, просто спросил. До встречи.

— До встречи, Оказаки-сан! — и он помчался ко мне домой. Хотя, фактически, уже к себе.

А ведь это выход. У Кё нету варианта, но у Рё вот он, бежит со всех ног. Чем Каппей хуже? Разве что своего дома нету — а учитывая, какой он у меня, разница небольшая. И уж точно никогда не попадёт в такую ситуацию, а если и попадёт, то даже не подумает взглянуть на другую — по крайней мере, насколько я его знаю. Каппей действительно будет идеален для Рё...

Стоп, почему я размышляю так, словно уже выбрал Кё? Я сжал виски и за раздумьями пропустил момент возвращения Юсуке.

— Оказаки! — он гаркнул чуть ли не у моего уха. — Почему ты не читаешь?

— Простите! — я едва не упал от неожиданности. — Задумался о... девушке.

— Хорошо. — сказал он после недолгого молчания. — О девушках надо думать чаще, чтобы знать и понимать их. Но Оказаки, постарайся сконцентрироваться на учёбе. Если не выучишь хотя бы азы, то даже я не смогу помочь тебе остаться здесь.

— Ещё раз простите. — сконфуженно сказал я. — А где Сунохара?

— Босс решил поговорить с ним наедине. — ответил Юсуке. — Да и мне там делать нечего, наставником всё равно не буду. По твоей зарплате — её выдадут в следующую субботу, с учётом тех двух дней, что уже отработал, так что не переживай.

— Спасибо.

— Не за что. — он поглядел на часы. — Знаешь, Оказаки, ты можешь идти. Прости, что день непродуктивный, но у ремонтников вечно так. Никогда не живём по расписанию.

— Да ладно, поучу немного дольше сегодня. — отозвался я.

— Обязательно. Тебя подвезти?

— Нет, спасибо, сам доберусь.

До дома Фуджибаяши добрался ещё засветло. К счастью, никто не караулил у входа, как я уже опасался — хотя да, пришёл же раньше положенного. В прихожей меня тоже никто не ждал, разве что Айкава вышла посмотреть, кто там заявился.

— Здравствуйте.

— Здравствуйте. — она ушла на кухню. Мда, всё так же холодна. А ведь если выберу Кё, то что она обо мне подумает? Ещё пришибёт.

С такими невесёлыми мыслями я вымыл руки, переоделся и поднялся наверх, в комнату Рё. Постучал по двери, после чего внутри что-то грохнуло.

— Томоя-кун! — Рё распахнула дверь. — Ты уже дома?

— Вас ограбить можно, и никто не узнает. — ответил я. — Чем ты там громыхаешь?

— Томоя! — Кё распахнула свою дверь. — Ты как прошёл мимо Ботана, он же на страже стоял!

— Взял и прошёл. — кабанчика в саду вообще не видел, возможно, он сторожил готовящийся ужин. Рё схватила меня за рукав и втянула в комнату как раз тогда, когда Кё бросилась ко мне, захлопнула дверь и подпёрла её спиной. В ту же секунду по двери глухо стукнуло, и из коридора донеслись проклятия.

— У меня просто книга упала, Томоя-кун. — ответила Рё так, словно ничего не случилось. — Разобрала шкаф немного.

Не знаю, как она его разбирала, по мне так разницы вообще никакой. Но какая-то толстая книга посреди комнаты лежит, это да.

— Смотри, Томоя-кун. — Рё схватила стоявший у шкафа стул, подперла им дверь и только тогда направилась к книге. — Что из этого тебе приготовить?

О, так это сборник рецептов. И ответа сразу не дам — тут только от оглавления глаза разбегаются.

— Сейчас гляну. — я кинул книгу на кровать.

— Хорошо. — Рё сияла. — Домашнее задание я уже сделала, можешь переписать. Как работа прошла?

— Да вообще не было, зато Сунохара теперь будет там же работать. Эм, Рё? — она, внимательно слушая, подошла ко мне и закинула руки на шею.

— Надо встречать отработавшего возлюбленного только так. — сказала она как по учебнику и мы поцеловались, даже дольше, чем вчера.

— Томоя-кун... — Рё наконец оторвалась. — Ты прекрасно целуешься, замечательно и бесподобно!

Эти слова она фактически прокричала в сторону коридора, и там злобно зашуршали.

— Рё, что у вас произошло с Кё?

— М? — она лишь улыбалась. — Ничего не произошло. Просто я теперь поняла, как именно должна показывать тебе свою любовь. А если с Кё что-то происходит, так это её причуды, нас они не касаются.

Ясно, значит, мне не ответят. Я сел на кровать, взял книгу рецептов и начал её листать — а в следующее мгновение Рё села рядом и легла мне на колени.

— Это ещё что? — я посмотрел на девушку.

— Любовь. — невинно ответила Рё. Она лежала головой вверх и стремительно покрывалась румянцем, но упрямо оставалась на месте.

— У тебя так давление повысится. — заметил я.

— И? — ответила она. Без понятия, сам не знаю, что после повышения давления происходит, так что поспешил уткнуться в книгу.

О, рисовые шарики с разными начинками, ну-ка...

— Господа любовнички, ужин! — Кё загрохотала по двери. — Живо вниз, пока я не выломала дверь и не потащила вас полуголыми всем на порицание!

— Придётся идти. — я положил книгу, но Рё, подобно кошке, не желала никуда уходить.

— Давай ещё немного полежу, Томоя-кун. — протянула она. — Опоздаем, и ладно.

— Ага, а Кё скажет вашей маме, что мы заперлись в комнате, не выходим и издаём подозрительные звуки, после чего она сначала дверь вышибет, а затем меня дверью вышибет.

Рё вздохнула, но послушно села.

Кё сменила тактику — вместо того, чтобы опять таскать стул, она весь ужин болтала со мной, выспрашивала про работу и нахваливала так, словно я не стоял под фонарями и смотрел, а в одиночку налаживал электроснабжение всего города. Юкито, узнав название компании, оживился, сказал, что они как-то прокладывали проводку на его работе, и очень нахваливал. Айкава вроде как потеплела — по крайней мере, больше не глядела на меня как прищурившаяся змея. Рё недобро посматривала на сестру и держалась как можно ближе ко мне.

В общем, ужин прошёл лучше, чем завтрак, а после него Кё догнала нас на лестнице.

— Рё, Томоя! — крикнула она. Рё, повернувшись, мигом встала передо мной, словно прикрывая от смертельного удара.

— Слушайте, Томоё начинает матчи против спортивных команд, и завтра у неё волейбол. Он после школы, так что тебе, Томоя, не светит. — Кё грустно вздохнула. — Но Рё, ты можешь прийти? Там, мячи потаскать, воду принести, подбодрить криками.

— А Томою-куна кто провожать будет? — недобро ответила Рё.

— Сам дойдёт, не маленький. — отмахнулась Кё. — Не бойся, на тебя всё не спихну, там ещё несколько человек пригласила. Пожалуйста, Рё, нам поддержка очень нужна.

— Томоя-кун, что скажешь? — спросила Рё, не поворачиваясь и продолжая следить за сестрой.

— Сходи, конечно. — ответил я. — С сестрой вместе поработаешь.

— А для совсем тяжёлых работ у нас Ёхей есть. — добавила Кё.

— Он же вроде устроился подрабатывать.

— Ха-ха, очень смешно, Томоя.

— Нет, я серьёзно. Он сегодня пробовался туда же, где я работаю, и его могли взять.

Кё уставилась на меня, а затем подошла к стене и боднула её.

— Томоя работает и учится, Ёхей работает, Рё храбрится. — пробормотала она. — И когда я прошла через портал в параллельный мир?

— Могли и не взять, это же Сунохара, и не такое завалит. — попробовал я её утешить. Рё решила, что больше ничего интересного не будет, и потащила меня за собой, благо Кё ещё раз боднула стену и не последовала за нами.

— А вы в ванную сейчас не пойдёте? — уточнил я, пока меня затаскивали в комнату.

— Сначала я схожу быстро, а потом уже она. — пробормотала Рё, наконец отпустив меня. — И Томоя-кун, пока там буду, не открывай и не говори с ней, пожалуйста.

— Хорошо. — сказал я, чувствуя себя не так уж и хорошо. Если так будет и далее, то сёстры дойдут до натуральной партизанской войны.

На сегодня, похоже, они всё же решили успокоиться. Рё без проблем сходила в ванную и вернулась, пришёл черёд Кё, а потом и мой. На всякий случай запер дверь, но никто и не пытался её дёргать, так что без проблем вымылся и сразу переоделся в пижаму.

А когда вышел, то вновь обнаружил близняшек перед дверью, на этот раз с пустыми руками.

— Хочу пожелать тебе спокойной ночи, Томоя. — сказала Кё, улыбаясь. — И тебе там ещё не жарко спать? Если хочешь, Рё может переехать ко мне, а ты её кровать займёшь.

— Да ну, зачем такие сложности. — отмахнулся я.

— Томоя-кун, я не против. — неожиданно сказала Рё. — Так и будить тебя будет проще, и мне будет приятнее, что ты спишь прямо за стенкой...

— Ага. — кивнула Кё. — Нет, ты можешь и ко мне переехать, уж как-нибудь поместимся...

— Ни за что! — крикнула ей Рё.

— Стоп, стоп, вы это серьёзно? — вмешался я в назревающий скандал. Обе девушки решительно кивнули.

— Можешь даже прямо сейчас. — добавила Кё.

Раньше они такой вариант подавали как шутку, но сейчас говорили без тени улыбки. Вот только, при всей заманчивости идеи, проводить ночь в чужой кровати, когда за стеной строят планы две девушки, кто знает куда способные зайти...

— Спасибо, сегодня посплю как обычно, а там подумаю. — ответил я. Обе мигом погрустнели, но спорить не стали, пожелали спокойной ночи и потянулись наверх, поглядывая друг на друга.

Я прошёл в гостиную и начал расстилать футон. Вот с чего им такое в голову взбрело, интересно. Хотя, возможно, если они вместе проведут ночь, то уже не будут настолько бешено...

— Томоя-кун! — Рё влетела в комнату, схватила меня и тут же поцеловала. Я даже не успел подготовиться, и поцелуй вышел каким-то скомканным, но девушку это ничуть не смутило.

— До завтра, Томоя-кун. Приятных тебе снов! — и она умчалась обратно, оставив ошеломлённого меня сидеть на футоне. Рядом недоуменно хрюкнули — Ботан вылез из-под стола и спрашивал, что за хрень произошла.

— Сам в шоке. — сказал я ему. Ну... по крайней мере, меня сегодня трижды поцеловали, больше, чем за всю жизнь, хоть какая-то польза от этого разброда.

Но выбрать надо как можно скорее, пусть даже до сих пор понятия не имею, кого и как.

Надеюсь, сегодня ночью никто не вздумает лечь рядом со мной, а то утро точно начнётся со скандала.

6 мая, вторник

Кё Фуджибаяши

Вот казалось бы, чего сложного — соблазнить парня, который и так всё время рядом. Прицепиться к нему, поприжиматься, накормить, подстроить пару фансервисных моментов — и дело в шляпе.

Но не могу. Кое-что пытаюсь, но это так, мелочи в сравнении с тем, на что я способна. Не хочу обижать Рё, не хочу её расстраивать, она и так уже смотрит на меня как на врага, и от этого неожиданно больно.

Ради этого и предложила Томое переехать в комнату сестры, а её ко мне положить. Сумеем поговорить, объясниться и, может, как-то спокойнее поймём, что делать, потому что Томоя выбирать не спешит.

Это всё ещё меня вдохновляет, потому что если Рё его теперь чуть ли не вылизывает, а он продолжает сомневаться, то что-то ко мне чувствует. Но и её бросать не желает, что неудивительно. Главное, чтобы не пробовал усидеть на двух стульях, потому что тогда я... ну, вряд ли разлюблю, но неприятно будет.

Может, мне попробовать стать как Рё? То есть, такой же заботливой и нежной. Томоя, как день прошёл? Томоя, хочешь, поглажу тебя по волосам? Томоя, я тебе покушать принесла. Кё милая и хорошая девочка, если что было в прошлом, то оно ушло и понятия не имею, о чём ты. Теперь я Рё, улучшенная версия, умеющая готовить и способная зайти дальше поцелуев.

Но так не будет хватать переругиваний с ним...

Будильник трезвонил и трезвонил, пока наконец не высунула руку и не стукнула по нему.

— Чего звонишь, надоел. — сонно пробормотала я, убрала руку обратно под одеяло и закрыла глаза.

Кто вообще решил, что устраивать занятия так рано — хорошая идея? Небось кто-то с нарушением сна подвёл под свою хотелку экономическую эффективность, социальную сплочённость, космических мух...

— А при чём тут мухи? — я сонно спросила саму себя и села на кровати. Так. Просыпайся, Кё, впереди новый день. Что у нас там сегодня вообще? Томоя, Томоё. С первым заигрывать, вторую гнать на волейбол.

И не перепутать.

Жаль, Ботана нету — масса кабанятины, плюхающаяся на лицо, будит просто замечательно. Опять, наверное, у Томои спит, счастливчик.

Всё, просыпаться и на зарядку с пробежкой.

Рё, разумеется, меня опередила, и теперь с гордым видом торчала у ванны, где Томоя готовился к завтраку. Честно, горжусь сестрой — с появлением парня так расхрабрилась, да и тот стал над собой работать. Интересно, если он выберет меня, я тоже так же уровень прокачаю?

— Доброе утро. Я так понимаю, в туалет теперь не сходить? — спросила я Рё.

— Нет. Доброе утро. — ответила она. Ох, сестрёнка, непривычно видеть тебя такой отчуждённой, давай быстрее с этим заканчивай. Ладно, тогда пробегусь, потом заскочу.

Погода шикарная, как ни крути, и надо пользоваться, сезон дождей скоро. Просто дождик меня не пугает, организм к такому привык, но в ливень приходится сидеть дома и вертеть ногами на кровати. Зато фигура замечательная, хотя Рё умудрилась отхватить получше и будет этим пользоваться. Ну ничего, как говорят шахматисты, главное не фигура, а умение ею двигать.

Они ведь наверняка так говорят, да?

Ванную, к счастью, успели освободить, и за стол опять явилась последней.

— Утра, Томоя! — крикнула я ему. — Рё, не забудь, после уроков в спортзал!

— Дуэль устроите, что ли? — поинтересовался папа.

— Не, Томоё для президентской кампании будет в волейбол играть, а мы поддерживать.

— А я уже представил. — усмехнулся он. — Удачи ей там.

На игру Томоё собрала целую группу поддержки: не только Рё, но и Нагиса с Юкинэ откликнулись на мою просьбу. За последней притащилась и Фуко, хотя её я не звала, и тут же бросилась к игрокам волейбольной команды раздавать звёздочки.

— Зачем это она делает? — удивлённо спросила я.

— Во время фестиваля основателя будет проходить свадьба Коуко Ибуки, и Фуко раздаёт звёздочки как приглашения. — пояснила Юкинэ.

— Ха? А почему Фуко раздаёт приглашения? — девочка всё-таки всучила звёздочку отнекивающемуся капитану.

— Она хочет, чтобы эта свадьба состоялась. — немного уклончиво ответила Юкинэ. Что-то тут темнят, но ладно, это чужие проблемы, мне и своих хватает.

— Ну как, ты готова? — подошла я к Томоё, пока Нагиса стала расспрашивать Юкинэ о свадьбе.

— Готова. — кивнула она. — Да и деваться некуда, не так ли?

— Расслабься, тебе сейчас главное не выиграть, а показать класс. Видишь, сколько народу? — я кивнула на заполненные трибуны. — Покрасуешься улыбкой, попрыгаешь, докажешь свой боевой дух, это уже всех впечатлит.

— И именно поэтому ты мне такую узкую майку принесла? — Томоё слегка потянула её вниз. — Она из-за моей груди так задирается, что живот открывает.

— Ох, это мой недосмотр. Как так могла, надо было майку гораздо уже принести, чтобы твои формы совсем уж выделялись. — я не удержалась и всё же засмеялась. Томоё лишь закатила глаза.

— Можно подумать, в игре главное грудью потрясти. — проворчала она. Милая, спорт связан с сексом не меньше, чем танцы, а женский волейбол и вовсе в авангарде, так что не жалуйся. Правда, сейчас у нас волейбол смешанный, но всё равно не жалуйся.

— Давай уже на поле, игра скоро начнётся. — я поглядела на плакат, который висел на трибунах. Томоё его вчера одобрила — милая девушка, в очках, строгом наряде, стоит в эпицентре разлетающихся лепестков сакуры. Не знаю, по мне так не очень удачно, но мы люди маленькие, что босс велел, то и делаем.

Томоё выпила воды, мы пожелали друг другу удачи, и она пошла на поле, а я взяла микрофон, который удалось выпросить в радиорубке, и подошла к сетке.

— РАЗ-ДВА-ТРИ, ВСЁ РАБОТАЕТ. ДАМЫ И ГОСПОДА, СПАСИБО ВСЕМ ПРИШЕДШИМ НА ИГРУ КАНДИДАТА В ПРЕЗИДЕНТЫ ШКОЛЫ ТОМОЁ САКАГАМИ ПРОТИВ ВОЛЕЙБОЛЬНОЙ КОМАНДЫ! — трибуны приветственно засвистели. — ХОТЯ ДЛЯ ВСЕХ ВАС ЭТО БУДЕТ ШИКАРНОЕ ШОУ, ДЛЯ ТОМОЁ САКАГАМИ ЭТО БУДЕТ ВОЗМОЖНОСТЬ ПРОДЕМОНСТРИРОВАТЬ, КАК ОНА НЕ БОИТСЯ ТРУДНОСТЕЙ И ГОТОВА С ОГРОМНОЙ СИЛОЙ ДУХА ВЫСТУПАТЬ КАК НА СПОРТИВНОМ, ТАК И НА ШКОЛЬНОМ ПОЛЕ! — притянуто за уши, но народу понравилось. — И ДЛЯ НАЧАЛА, ПОПРИВЕТСТВУЕМ КАПИТАНА ВОЛЕЙБОЛЬНОЙ КОМАНДЫ, ТАКАГИ-САНА! — трибуны вновь зааплодировали.

— Давно не виделись, Фуджибаяши-сан. — поклонился мне Такаги, а затем сказал в микрофон.

— МЫ РАДЫ, ЧТО ТОМОЁ САКАГАМИ БРОСИЛА НАМ ВЫЗОВ. МЫ ВИДЕЛИ ЕЁ ВО ВРЕМЯ ЗАНЯТИЙ ФИЗКУЛЬТУРОЙ, И МОЖЕМ С УВЕРЕННОСТЬЮ ЗАЯВИТЬ — ЭТО НЕ БУДЕТ ИГРА В ОДНИ ВОРОТА, ТАК СКАЗАТЬ, И ПОЭТОМУ СДЕЛАЕМ ВСЁ ВОЗМОЖНОЕ ДЛЯ ПОБЕДЫ.

Вау, они за ней наблюдали? А ребята серьёзно к этому подошли. Хотя я большую часть из них натаскивала в своё время, так что неудивительно. Может, не стоило начинать с волейбола — что бы там не говорила о том, что важнее показать себя, победа принесла бы куда больше очков в копилку Томоё.

Хотя попробуем и так, я тоже наблюдала за её тренировками. Всех тех, кто удивляется странной игре одной против команды, сейчас ждёт огромный сюрприз.

— СПАСИБО, ТАКАГИ-САН. — я вернула себе микрофон. — ТОМОЁ САКАГАМИ, ВАМ ЕСТЬ ЧТО СКАЗАТЬ ПЕРЕД ИГРОЙ?

— ПУСТЬ ЭТО БУДЕТ КРАСИВО И ЧЕСТНО. — ответила она, и трибуны вновь зааплодировали.

— ПРЕКРАСНО! ТОГДА... НАЧИНАЕМ!!!

Пока Томоё получала мяч, я отошла к Рё, Нагисе и Юкинэ, сбившимися в группу. Ёхея не было — он действительно чудом сумел устроиться на подработку и сейчас вместе с Томоей наверняка уже трудился, пока мы тут прохлаждаемся.

Ну, как и должно быть, верно? Фуко, кстати, тоже куда-то слиняла.

— Девочки, у Томоё ещё три матча будут. Завтра баскетбольный, в пятницу бейсбол, а в субботу футбол. — обратилась я к подругам. — Можете и тогда подойти помочь?

— Мы сейчас-то не помогаем. — откликнулась Рё. Ну да, этой лишь сбежать к Томое и провожать его до работы. А вот фигушки.

— Сейчас да, но вдруг понадобится воды принести, бинтов, просто за фигнёй сбегать, криками подбадривать... кстати, сейчас это и делаем, они начинают. — я сконцентрировалась на поле.

Томоё подавала первой, и, что бы там не говорила про нежелание красоваться, но именно этим сейчас и занималась. Ступает от бедра, движения изящные, майка обтягивает грудь... даже команда соперников засмотрелась, а трибуны и вовсе завздыхали. Пожалуй, и хорошо, что Томои нет. Ещё не хватало, чтобы он полюбовался и сдурел из двух зол выбрать третье.

Так, команда засмотреться засмотрелась, но рты не разинула, приняла передачу Томоё и после пары пасов отправила ей мяч. И в ту же секунду она чуть ли не с вертикальным ускорением рванула к сетке, прямо в воздухе задела мяч и отправила его на вражескую сторону так, что никто и пошевелиться не успел.

Счёт открыт, и мы все, включая Рё, восхищённо закричали. Волейбольная команда на минутку собралась в кружок — обсудить тактику "против нас супермен" — а затем вновь рассредоточилась по полю.

Они дважды меняли тактику, пытаясь обмануть Томоё ложными движениями и закидывая мяч как можно дальше, но всё это не помогало. Будущий президент двигалась размазанным пятном, и засчёт скорости добиралась до мяча даже когда попадалась на обманки. Первая партия закончилась со счётом десять-ноль, и был объявлен перерыв.

— Сакагами-сан, вы удивительны! — первой высказала наше мнение Нагиса, когда Томоё приблизилась к нам.

— Спасибо. — она взяла полотенце и вытерла лоб. — Кё, может, мне пропустить один мяч? Как-то некрасиво выходит.

— Кё, может, мне забить на одну школьную проблему? Как-то некрасиво выходит. — передразнила я её.

— Ладно, ладно. — отмахнулась она полотенцем. — Я просто не ожидала, что так легко будет, и мне перед ними неудобно.

— Справятся. — я передала ей бутылочку с водой. — И подождём баскетбола, там одной против всех не так здорово. А уж на футболе что будет...

— Похоже, эту неделю запомню надолго. — вздохнула Томоё. — Девочки, спасибо вам всем за поддержку.

— Не за что, Томоё-сан, я же обещала вам помощь. — ответила Юкинэ. Томоё быстро взглянула на неё, передёрнула плечами и ничего не ответила. Эти двое не только когда-то успели пообщаться, но и, похоже, что-то от меня скрывают, даже интересно.

Начался второй период, и команда вновь сменила тактику, на этот раз пытаясь просто блокировать Томоё и не дать ей забрасывать мяч, а то и попробовать перехватить. Не получалось: Томоё всё так же беспрепятственно засчёт скорости избегала блоки и перебрасывала мяч через руки. Что она вообще принимает, я тоже такое хочу.

Трибуны радостно свистели, и задачу можно уже считать выполненной — завтра о Томоё вновь будет говорить вся школа. Но на лицах команды уже явственно читались изумление и злость. И когда второй период закончился, принеся Томоё ещё восемь очков, я тут же направилась к ним.

— Ребят, вы меня простите, если скажу, что сама не ожидала от неё такой прыти? — пролепетала я, приближаясь к игрокам. Все недобро на меня посмотрели.

— Фуджибаяши, мы просто не знаем, что с ней делать. — ответил за всех Такаги. — Ты где такое чудо вообще откопала, её бы к нам в команду, и тогда хоть на национальное первенство.

— Увы, она хочет быть президентом школы. — развела я руками.

— Она-то хочет, а мы не хотим быть мальчиками для битья. — сказал Такаги, и команда согласно загудела. — Может, слабыми местами поделишься?

— Я их не знаю. — сказала чистую правду, и игроки приуныли. — Ребят, ещё раз извините, даже не думала...

— Ладно, Фуджибаяши, постараемся. — вздохнул Такаги. — Так, вот ещё идея... — они вновь сгрудились, а я отошла к Томоё.

— Надеюсь, они на меня не обиделись? — взволнованно спросила она.

— Они о твоих слабых местах спрашивали. Есть такие?

— Даже не знаю. — растерялась она. — Может, мне всё-таки поддаться?

— Никаких поддаться. — строго сказала я. — Что за президент, который будет вредить себе при виде каждого хныкающего противника? Переживут ребята, уж я-то их знаю. Давай, попей и в третьем периоде порви их на кусочки.

— А я так надеялась во время кампании читать речи и пожимать руки. — с еле различимым сарказмом сказала Томоё, допила воду и отдала мне пустую бутылку. — Давай побыстрее с этим закончим.

Я кивнула и повернулась к девочкам.

— Скучаем?

— Я да. — тут же сказала Рё. Прекрасно понимаю, что для неё всё, что не является флиртом с Томоей, смертельная скука, но уж терпи.

— А я нет. — ответила Нагиса. — За Сакагами-сан так интересно наблюдать!

— Угу. — кивнула Юкинэ. — Она достойна самых искренних восхищений.

— Кстати о восхищениях, если не секрет, как вы умудрились встретиться и потолковать так, что Томоё меня с твоих слов к бандитам причислила? — поинтересовалась я у Юкинэ.

— К бандитам? Ой... просто мы разговаривали о том, как опасно в городе по ночам, в процессе перешли на вас и Томоё-сан, наверное, что-то не так поняла. Простите, пожалуйста. — и она поклонилась.

— Аккуратнее там, а то она уже хотела мой дом обыскивать. — буркнула я.

— Ещё раз извините. Да, Кё-сан, — Юкинэ подошла поближе и понизила голос. — с вами всё в порядке? Я заметила, что вы повязку больше не носите...

— Вся моя чепуха прошла. — я посмотрела на поле, где Томоё вновь начала громить команду. — Немножко перенервничала, и как рукой сняло. Понятия не имею, почему, но и неважно.

— Ах, то есть... как вы теперь к Томое-сану относитесь? — осторожно спросила Юкинэ.

— Это моё личное дело. — я окончательно повернулась к площадке, показывая, что не хочу продолжать разговор. Юкинэ вздохнула, но не стала настаивать.

Третий период ничем не отличался от первых двух — Томоё разгромила команду в одни ворота. Те, понадеявшись на её усталость, произвели замену игроков, но ничего не изменилось. Двадцать пять — ноль, даже трибуны поскучнели, хотя после завершения игры разразились аплодисментами — особенно когда я, подхватив микрофон, стала рассыпаться в комплиментах волейбольной команде. Матч закончился, ученики потянулись к выходу, и Рё исчезла со скоростью прыжков Томоё. А я так хотела пройтись вместе до дома и поболтать...

— Фуджибаяши. — Такаги подошёл к нам. — Попробуй расспросить, на чём таком она сидит, что так прыгает. Нам очень пригодится.

— Обязательно, самой интересно. — кивнула я. — Прости, Такаги, знала, что она спортивная, но не ожидала, что настолько.

— Ничего, если она точно так же окунёт в грязь футболистов, то всё простим. — усмехнулся Такаги. — Заходи к нам почаще, а то словно никогда тут и не была.

— Дела, знаете же, последний год обучения. — грустно сказала я. — Освобожусь от этих выборов, так обязательно.

— Тогда до встречи. — мы стукнулись кулаками и разошлись. Юкинэ тоже успела уйти, а вот Нагиса и Томоё ещё ждали меня.

— Ты была великолепна! — я хлопнула Томоё по плечу. — Завтра баскетбол, давай на нём так же!

— Спасибо. — она улыбнулась. — Но чтобы принесла майку пошире, в этой даже неудобно было двигаться.

— Томоё. — неудобно двигаться? — Откуда у тебя такая сила? Ты ведь сейчас в пух и прах разнесла не самую слабую волейбольную команду, и явно не на сто процентов выложилась.

— Сила? — растерялась Томоё. — Даже не знаю, просто занималась по программе, каждый день сто отжиманий, сто приседаний, сто пресса и десять километров бегом.

— Ладно, не хочешь говорить — не говори. — просто занималась по программе, ха. Конечно, владей я такой силой, то тоже бы скрывала её источник, но всё равно любопытно. — Нагиса, что там с хлебным ларьком у школы, а то фиг знаю кого туда ставить.

— Я могу сама там поработать, Кё-сан. — ответила Нагиса. — Он же только на большой перемене, да? Если быстро побегу, то успею открыть и подготовиться до того, как все подойдут.

— Хммммм. — с сомнением сказала я. — Ладно, ещё пообсуждаем. Давайте расходиться, уже поздновато. Томоё, завтра баскетбол, не забудь. Нагиса, ты тоже, раз уж в группе поддержки. Всё, всем удачи, всем пока!

Надо бы побыстрее до дома доскакать, чтобы Рё Томою не перехватила.

Не перехватила, зато усвоила вчерашний урок и торчала в коридоре — дёрнувшись, когда я зашла, но тут же сделав вид, что просто стоит и прохлаждается. Пришлось в темпе бежать наверх, переодеваться и спускаться обратно, точно так же незатейливо встав в коридоре и игнорируя ядовитые взгляды. Мама прошла мимо нас на кухню готовить ужин, недовольно посмотрела, но ничего не сказала.

Когда Томоя наконец пришёл, то мы обе тут же рванули к нему, но он успел выставить руку.

— Я сегодня сидел и учил. А потом мне сказали, что надо сидеть и учить ещё. Накормите меня ужином и не загружайте.

Взгляд у Томои и впрямь был немного остекленевший, так что мы не стали настаивать и прямо в рабочей одежде потащили к столу. Как бы всё-таки умудриться сесть рядом с ним? Напротив тоже неплохо, но Рё едва ли не на колени к нему лезет, а родители внимания не обращают. И просто хочу поближе к нему быть, обнимать, прижиматься, смеяться, слушать его смех, смотреть в его глаза... хоть скули от отчаяния. Как бы суметь решить этот вопрос побыстрее, я вовсе не хочу так и жить в неопределённости!

После ужина Рё опять забрала его к себе в комнату, а мне придётся сидеть у себя, делать уроки и вслушиваться, чтобы не устроили неприличную возню. Хотя неприличную возню при желании можно и без шума устроить, если небольшую. Блин, хоть стену разрушай. Надо будет перед сном ещё раз повторить про то, чтобы Томоя к Рё переехал, а она ко мне. Может, сумеем поболтать и помириться, а то она вчера даже отказалась вместе ванну принять и сегодня наверняка не станет.

Увы, но Томоя моим просьбам не внял.

— Прости, но не хочу ничью кровать отнимать. — сказал он, выходя в ванную после нас. — Да и нормально мне на полу спать, не мёрзну от жары.

Томоя, вот не играл бы ты сейчас вежливого хорошего парня, в самом деле, всем нам лучше будет. Но увы, переубедить не смогла, и пришлось спать одной. Надеюсь, Рё не зайдёт так далеко, что отправится к нему ночью.

Завтра опять встану рано и проверю.

7 мая, среда

Впоследствии мы ещё не раз вспоминали этот и прочие дни, пытаясь понять, можно ли было что-то изменить и исправить, как именно наши решения повлияли на случившееся, и что нам следовало сделать для того, чтобы не допустить этого кошмара, спасти Рё прежде, чем она исчезла навсегда.

Томоя Оказаки

В последнее время меня всё как-то необычно будят. Вот и сейчас проснулся от чьего-то горячего дыхания, а как открыл глаза, то увидел прямо перед собой склонившуюся Кё.

— Утра, Томоя! — она отодвинулась совсем ненамного. — Наконец-то и я тебя разбудила! Здорово ведь?

— Ага. — я огляделся. — А Рё ты в кладовке заперла?

— Скажешь тоже. — надулась девушка. — Она на кухне, пытается тебе завтрак приготовить. Сразу говорю, там уже что-то подгорело, так что особо не рассчитывай, лучше я потом тебе яичницу сделаю.

— Заботливая Кё. — усмехнулся я.

— Я разносторонняя личность. — довольно ответила Кё и неожиданно погладила меня по волосам. — Вставай давай, будни ещё идут.

— Как Томоё-то вчера сыграла?

— Разбила всех, как и полагается президенту.

— Томоя-кун, ты уже проснулся? — Рё заглянула в комнату. — У меня... а ну-ка отойди от него!

— Хэй, Рё, спокойно. — Кё тут же вскочила. — Я просто его бужу.

— Томою-куна бужу я. — Рё выставила вперёд поварёшку. — Так что нечего рядом вертеться. Скоро завтрак, ты перед ним бегаешь, вот и беги отсюда.

— Твой завтрак, что ли? — хмыкнула Кё, следя за поварёшкой. — Думаешь, что если отправишь Томою на больничную койку и будешь за ним ухаживать, то ваши отношения сразу улучшатся?

— Сначала попробуй его, а потом язви. — пропела Рё. — А сейчас марш отсюда! — она замахнулась поварёшкой так, что Кё поспешила выскользнуть из гостиной.

— И что ты там приготовила? — поинтересовался я.

— Рисовые шарики, как ты и просил вчера, Томоя-кун. — Рё улыбнулась мне. — И не обращай внимания на Кё, я сама пробовала, они вкусные. Хочешь, докажу? — и прежде, чем я успел пошевелиться, Рё встала рядом со мной и мы поцеловались. Вкус её губ и языка отдавал рисом, рыбой и... стоп, языка?

Впервые мы целовались с языками, и это было настолько волнующе, что после того, как прервали поцелуй, оба некоторое время тяжело дышали и краснели.

— А ведь помню, как ты стеснялась мне слово сказать. — наконец выдохнул я.

— Я и сейчас немного, Томоя-кун. — её румянец стал как в былые времена. — Но мне даже ты говорил, что надо стать храброй и уверенной в себе, ведь так нам будет лучше, вот и становлюсь. — она прижалась ко мне. — Прости, Томоя-кун, если той тебе больше нравилась, но я сейчас себе больше нравлюсь.

— Да чего извиняться, так и надо. Расти как личность, всё такое. Это ты прости, что я так и остаюсь, кем был.

— Но ты тоже растёшь, Томоя-кун. — горячо возразила она. — Никогда не думала, что увижу тебя сидящего с книгой и готовящегося к работе.

— То есть, раньше я был дураком.

— Что ты, что ты! — испуганно защебетала Рё. — Просто... я хотела, чтобы ты учился, а ты мне всё возражал, и вдруг...

Ну да, есть такое. Сам удивляюсь, отчего так, но честно — восторженные взгляды обеих девушек того стоят. Да и уже что-то запоминаю, вроде тех же формул, где при последовательном подключении силы тока надо сложить, а при параллельном они равны... или наоборот...

— Томоя-кун? — обеспокоенно спросила Рё.

— Прости, завис. — очнулся я. — Там на кухне ты уже закончила?

— Почти. — Рё отступила. — Пока к завтраку готовишься, то как раз успею. — и она отправилась на кухню, а я в ванную.

Кё Фуджибаяши

Совсем нехорошо. Пока я тут бегаю, Рё с Томоей хрен знает что делает. И про подгоревшее зря сказала — наоборот, оно выглядит и пахнет сносно. Не удивлюсь, если Томое понравится — разве что он после моих и маминых блюд на остальное уже и не взглянет. Надо срочно что-то делать, а то так просто профукаю все шансы. Хоть и в самом деле залезай к нему в футон и соблазняй.

Но нет, это только если совсем вариантов не будет. Может, после школы с ним пройтись... ах да, Томоё. Хотя чего Томоё, с баскетболистами давно всё обговорено, попросить Юкине подменить меня в том числе и у микрофона, потому что левый мизинец болит, а самой побежать за парнем. Некрасиво, конечно, но если вести честный бой, то фига с два выиграешь, особенно в моих условиях.

Да и в конце концов, я что, незаменимая шестерёнка? Если они такой толпой не смогут баскетбольный матч организовать, то сами виноваты. Всё, решено, после школы иду с Томоей, докуда они с Рё обычно доходят, а там глядим по обстановке.

Когда я вернулась с пробежки, то семейство уже сидело за столом и внимательно разглядывало рисовые шарики. Родители о стряпне Рё знают не понаслышке, папа после одной пробы омлета даже шутил, что за такое надо в постели стараться на максимуме, и едва не получил от нас троих. Вот и сейчас он кашлянул, попросил не поминать его плохим словом, взял шарик и кинул в рот.

— Хм. — сказал он, пожевав. — А знаете, это даже неплохо. — и в подтверждение взял ещё один шарик. После этого уже все остальные потянулись за едой и стали жевать.

А ведь реально неплохо! Нет, рис вроде как недоваренный, а в рыбе чуть не наткнулась на косточку, но хотя бы можно есть, и даже не из вежливости. Сила любви, блин. Точно надо что-то предпринять, иначе Рё меня так будет бить по всем фронтам, как бы странно это ни звучало.

— Очень вкусно. — похвалила мама Рё, и Томоя тоже одобрил. Пришлось и мне улыбнуться и показать большой палец. Поражение надо воспринимать с достоинством, даже если на деле хочется бежать на кухню, приготовить свою версию и вывалить её на тарелку Томои с криком "смотри, как я могу".

Увы, времени нет, в школу надо собираться.

Томоя Оказаки

Близняшки опять следовали за мной почётным эскортом, и я теперь отчётливо видел, как ученики перешёптываются и посматривают на нас. Даже примерно угадывал смысл шепотков — "почему это хорошо учимся мы, а с девушками ходит он?".

Простите, ребята, сам не в курсе. И это не настолько хорошо, как вам кажется — одну из этих девушек мне предстоит оставить с разбитым сердцем, при этом регулярно попадаясь ей на глаза. Было бы куда съехать — давно бы съехал, чтобы не надоедать им и вообще смягчить атмосферу, а то уже чуть не дерутся.

Сунохара лежал на парте, но не спал, даже поднял голову, когда я и Рё зашли в класс.

— Оказаки, ты хоть что-нибудь понял в устройстве фонаря? — спросил он.

— Я до этого даже не дошёл.

— Я дошёл, но не вдупляю. — пожаловался Сунохара. — А как добрался до схем подключения, так вообще абзац. Фиг пойми, что чем обозначено и как это вообще читать.

— А там что, инструкции нет? — я сел за парту и повернулся к нему; Рё, осознав, что в этом разговоре ей не поучаствовать, пожелала мне удачной учёбы и прошла к своему месту.

— Я и инструкцию не понял. — Сунохара сказал это с таким видом, словно только сейчас осознал свою глупость. — Там указано, что прямоугольник это резистор, но что за хрень этот резистор и почему он должен быть именно там? И как я буду смотреть на прибор, на схему и понимать, что где что?

— С опытом придёт, видимо. — предположил я. — Кстати, мы уже некоторое время говорим о работе.

— А? — Сунохара нахмурился, а затем побледнел. — Боже. Оказаки, надо срочно о чём-то другом, иначе мы сами не заметим, как превратимся в работяг, которые разговаривают лишь про всякие шурундные валы.

— Про кого?

— Ну, про всякое такое. Оказаки, давай сбежим с уроков, оттянемся в игровом центре, а? — предложил он.

— С меня шкуру спустят. — я покосился на Рё.

— Оказаки, да не бойся ты. — Сунохара последил за моим взглядом. — Даже если накричит, сама же потом ласкаться прибежит. Хотя да, Кё. — он понурился. — И почему ты не выбрал себе девушку без злобной сестры?

— Она не такая уж и злобная.

— Ну да, если ты в неё влюблён. — Сунохара понизил голос. — Но Рё лучше, и я не понимаю, чего ты тянешь с выбором. Или уже?

— Нет, ещё нет. — я так и не мог решить, кого выбрать. Более того, всё больше склонялся к мнению, что верного ответа тут просто нет. Рё делала всё для того, чтобы быть идеальной, но... что-то меня останавливало. Словно некое чутьё говорило мне не делать этого, подождать, посмотреть, что предпримет Кё.

Кё... она говорила, что собирается бороться за меня, но я как-то не вижу этой борьбы, вся она лишь в язвительных комментариях и попытках прицепиться ко мне. И очень стыдно даже думать это, но хотелось бы увидеть что-то большее,

Урок начался, но я продолжал размышлять об обеих девушках. Кого и почему выбрать? Как не обидеть другую? И как не сожалеть о выборе потом?

Не думаю, что тут вообще можно найти решение. Остаётся ждать, пока оно придёт само. Но сколько придётся ждать, день, неделю, месяц? До тех пор, пока они не прижмут меня к стенке и не потребуют выбрать здесь и сейчас?

Может, спросить совета у кого-нибудь ещё? Той же Юкинэ, например... хотя она наверняка скажет мне, что правильней будет выбрать Рё. Или Юсуке... ответит то же самое, да и негоже о таком спрашивать человека, от которого твоя работа зависит. Про Каппея и говорить нечего. А к кому ещё я могу обратиться?

Кё Фуджибаяши

— Мне это не нравится, Кё. — нахмурилась Томоё. — Ты устроила всю эту пляску с матчами, а теперь уже на втором убегаешь, потому что тебе просто "надо".

— Да, мне просто надо. — прошипела я. — Томоё, ну ты что, реально думаешь, что так просто возьму и брошу выборы, потому что захотелось? Просто у меня реально личное дело, а на площадке я не нужна. Юкинэ уже сказала, она с микрофоном походит, всё без проблем завернёт.

— А говорить, что это за личное дело, не хочешь. — вздохнула Томоё. Я прищурилась.

— Только не говори, что ты в меня влюбилась, и моё присутствие прибавляет тебе сил.

— Кё, ну ты опять чушь несёшь. — обиделась Томоё. — И хватит меня в лесбиянки записывать, я не из них.

— Половина следящих за тобой девушек надеются на другое. — хмыкнула я. — Томоё, серьёзно, кровь из носу надо убежать после уроков. Если хочешь на меня смотреть, то смотри на Рё, она такая же красивая и точно будет.

— Да ну тебя. — отмахнулась она. — Беги куда пожелаешь. На бейсбол-то придёшь?

— Обязательно. А на футбол тем более, уж больно хочется увидеть, как ты их рожи отпинаешь.

— И не надейся. Ладно, пока, Кё. — Томоё направилась к себе в класс. Теперь ничто не мешает мне погулять с Томоей, йей! Может, сразу и заглянуть к нему? Время ещё есть.

Томоя, к счастью, сидел в классе. И, к несчастью, разговаривал с Рё. Ну да ладно, всё равно получилось подкрасться и закрыть ему глаза ладонями.

— Угадай, кто? — ласково сказала я.

— Жёсткие, шершавые, в мозолях... Сунохара? — ответил он. — Ай, Кё, раздавишь же!

— А вот нечего мои руки оскорблять! — я быстро на всякий случай оглядела ладони. Рё смотрела на меня со злобой, однако ничего не говорила. Боится устраивать скандал посреди класса? Этим можно было бы воспользоваться, но от её взгляда у меня сердце сжималось.

— Ладно, просто заскочила проверить, всем пока! — я выбежала из их класса и вернулась в свой. Ну вот опять ничего не получилось, пока Рё рядом, просто не могу заигрывать с Томоей совсем уж откровенно.

Надеюсь, сегодня всё-таки получится поймать его после школы.

Томоя Оказаки

На последней перемене Рё потянула меня в угол класса.

— Томоя-кун, слушай. — тихо сказала она. — Ты можешь сегодня постараться лечь и заснуть пораньше?

— А что?

— Понимаешь, Томоя-кун. — она огляделась, проверяя, не подслушивает ли кто нас. — Я... эм... хочу попробовать побороть свой страх и... — она ещё раз огляделась. — прийти к тебе рано утром и... как-нибудь...

— А я думал, ты лишь через три года решишься.

— Да ну, Томоя-кун, я не настолько трусливая. — немного обиделась она. — Просто... не ожидай многого, пожалуйста, я сама не знаю, получится ли вообще, но... должна свой страх преодолевать, так что...

— Ну давай попробуем. — я потрепал её волосы, и Рё улыбнулась мне.

— Я люблю тебя. — прошептала она.

Именно такой — яркой, улыбающейся, шепчущей слова любви, счастливой — я и запомнил её навсегда.

К сожалению, Рё и сегодня не могла меня проводить, оставаясь на баскетбольный матч.

— Я там стою и ничего не делаю, но Кё заливает мне про то, что мало ли пригожусь. — мрачно сказала она. — Прости, Томоя-кун, завтра точно ничего не будет, так что обязательно.

— Да ничего, мы ещё сотню раз пройдёмся. — сказал я, сам не очень веря в сказанное. — А так вдруг действительно без тебя никто не справится.

— Ну если только. До свидания, Томоя-кун. — мы обнялись, совершенно не стесняясь проходящих мимо учеников, и я направился к выходу из школы.

Обычно мы вместе доходили до перекрёстка, где меня поджидал Юсуке, и уже там прощались. Но теперь уже второй день иду один. Надеюсь, он не начнёт задавать вопросы, и так вчера удивлённо посмотрел. Ничего, завтра приду с Рё опять, так...

— Томоя!

Кё оказалось рядом со мной и схватила за руку раньше, чем я это осознал. А осознав — занервничал.

— А почему ты не на баскетболе? — только и смог спросить.

— Там без меня справятся. — махнула Кё. — А я хочу с тобой прогуляться, мы ни разу вместе не гуляли.

Ну не считая той ночи, когда я потребовал от тебя идти домой и не нарываться. Хотя это прогулкой сложно назвать.

— Только гулять недалеко. — я более-менее справился с волнением. — Мне вон дотуда идти, там и подберут.

— Ну хоть столько. — Кё посмотрела в указанную точку. — Всё равно неплохо будет, так? — и она немного прижалась ко мне. Похоже, тяжёлая артиллерия начала пристреливаться. Я постарался не прижиматься к ней в ответ, хотя честно — очень хотелось.

Кё Фуджибаяши

Томоя стеснялся как маленький мальчик, пытается делать вид, что мои прикосновения ничего не значат, но его даже глаза выдают. Было бы смешно, но вот только я сама стеснялась не меньше. Мы идём так близко, держимся за руки и сердце стучит как никогда. И чего так долго маялась, могла бы уже несколько месяцев так ходить, а сейчас придётся буквально пару сотен метров, и когда ещё шанс выпадет.

— Так Сунохару приняли на работу или нет? — попыталась начать хоть какой-то разговор.

— Приняли, только он у другого человека обучается и не сюда ходит, а прямо в штаб. — ответил Томоя.

— Мда, никогда бы не подумала, что Сунохара ещё в школе работу найдёт.

— Про меня то же самое думала? — кажется, он начал привыкать, уже и мою руку держит увереннее.

— Да не, всегда считала, что ты работу наверняка найдёшь. — правда, я скорее в это верила, но молчок.

— Спасибо. — Томоя как-то стушевался и покраснел. Вот и поговорили, через пару шагов остановились на перекрёстке и он высвободил руку.

— Меня тут сейчас подберут... о, уже. — белый фургон вырулил из-за угла и стал приближаться. — До встречи, Кё.

— До встречи, Томоя. — я подождала, пока он не сел рядом с водителем, какое-то время посмотрела вслед удаляющемуся фургону и тяжело вздохнула. Работа Томои из чуда света превратилась в обыденность, как и его жизнь у нас. Скоро забудемся и будем не в ванной переодеваться, а так в халатах и ходить. Хотя мы обе уже не против такого.

Рядом со мной затормозили с такой силой, что едва не вынесли на дорогу; Рё, запыхавшаяся, с залитым потом лицом посмотрела в одну сторону, в другую, а затем с отчаянием и злобой уставилась на меня. Вот блин, откуда она взялась? Увидела, что сестры нет на матче, и умудрилась сообразить? Рё тем временем ткнула в меня пальцем, закашлялась, махнула рукой, развернулась и пошла к автобусной остановке. Я последовала за ней, посматривая на полную презрительного игнорирования спину.

— Рё, может, поговорим? — позвала я. Спина даже не дёрнулась.

Томоя Оказаки

— Оказаки, твоя девушка парик нацепила? — сказал Юсуке, когда мы проехали пару перекрёстков.

— А? Нет, это её сестра-близнец была, у них волосы разные.

— Понятно. — он немного помолчал. — Как ты смотришь на то, чтобы сегодня немного потрудиться?

— Что именно?

— Наверх не полезешь, а вот подержать фонарь, как тогда, придётся. — ответил Юсуке. — Может, ещё что, посмотрим как пойдёт. Да, ты зонтик с собой захватил?

— Нет, дождя же не обещали.

— Знаю, но мне небо не нравится. — Юсуке ненадолго глянул в окно. — С такими облаками часто жди ливня.

Я засомневался, но высказываться не стал. Может, Юсуке и прав, он по этим улицам дольше меня ходит. Да и попаду под дождь — беда небольшая, до Фуджибаяши как-нибудь доберусь, а там и намекать на то, чтобы согрели и высушили, не надо. В голову полезли такие мысли, что я заулыбался и едва не пропустил момент, когда машина остановилась.

— Вылезаем. — коротко бросил Юсуке. Я выскочил наружу, и направился к фургону переодеваться. Обычно Юсуке за это время успевал разложить стремянку и инструменты, а то и залезть наверх, однако сейчас он лишь стоял, задрав голову и рассматривая фонарь.

— Хм. — наконец сказал он. — Оказаки, погляди, ты видишь там хоть какие-то трещины?

— Нет. — я попытался всмотреться. — Разве что мелкие, но их не видно.

— Вот именно. А нас сюда вызвали заменить разбитый камнем фонарь. Никуда не уходи, сейчас уточню. — он направился к радиотелефону в машине. Я ещё раз посмотрел на фонарь — никаким камнем тут и не пахло — и стал ждать, что там скажут Юсуке.

— В общем, Оказаки, там напутали немного. — наконец он закончил разговаривать. — Фонарь совсем на другой улице и его как раз Ямато с твоим Сунохарой уже чинят. Похоже, на сегодня опять работы нет.

— И зачем переодевался. — оглядел я себя.

— Можешь посидеть тут поучить, если домой не хочешь. — предложил Юсуке.

— Да нет, пожалуй, всё же пойду. — решил я. Заниматься никто не мешает — не считая того, что Рё понравилось ложиться мне на колени, после чего начинаю думать совсем не о том напряжении.

— Ну как хочешь. До завтра, Оказаки. — он передал мне мою сумку, захлопнул дверь и поехал, а я медленно направился в сторону дома.

Кё Фуджибаяши

— Нет, Рё, давай всё-таки поговорим.

Я зашла в комнату сестры и с этими словами закрыла дверь. Сидевшая за уроками Рё сначала оглянулась, а затем встала и повернулась ко мне.

— И о чём мы будем говорить?

— О всей этой ситуации. Сестрёнка, у нас тут любовный треугольник, как ни крути, и с этим надо что-то делать.

— Любовный треугольник исключительно из-за тебя. — равнодушно сказала Рё. — Отстань от Томои-куна, и всем сразу станет лучше.

— Мне не станет. Я люблю его.

— Ты его не любишь! — резко заявила Рё. — Ты его недели две назад по рёбрам ударила только потому, что он тебя обозвал! Разве это любовь?

Ну да, тогда просто мозги на секунду отключились, когда услышала, что он меня с гориллой сравнивает.

— Это уже забыто. — замахала я руками. — И больше я его не бью.

— Ты сейчас говоришь так, а потом на глаза ему давишь. — не унималась Рё. — Ты его не любишь, Кё, ты лишь нагадить мне хочешь. Прекрати уже и не мешай.

— Нагадить? — у меня едва голос не пропал от возмущения. — И с чего это я собираюсь тебе нагадить, а?

— Ну как же. Младшая сестра, которая всегда во всём была хуже и тем самым поддерживала твою заносчивость, внезапно гораздо раньше нашла парня. Как тут не нагадить?

На крыше раздался небольшой хлопок, затем ещё и ещё, а затем дождь забарабанил, постепенно скрывая солнце и погружая комнату во тьму.

— Рё. — наконец ответила я. — Что за чушь ты несёшь? Я никогда не поддерживала свою заносчивость тобой. И какая разница, кто первой нашёл парня?

— Огромная. — ответила Рё. — К тому же я не просто нашла, а забрала его у тебя. Неудивительно, что ты теперь злишься.

— Ты его у меня не забирала. — мои руки стали сжиматься в кулаки. — Он не был моим парнем. И если бы не я, то и твоим бы не стал.

— Может, и стал. — самоуверенно заявила Рё. — В конце концов, я как хозяйка дома лучше тебя.

— С твоей-то готовкой?

— Я уже умею готовить. Для Томои-куна смогу сделать что угодно и измениться как угодно. А ты, Кё, только и сможешь, что обещать не бить его, забывая когда захочется. И после этого ещё надеешься, что Томоя-кун выберет тебя?

Дождь зашумел сильнее, и в комнате стало ещё темнее.

— Если он выбрал тебя, Рё, то давно бы это сказал. А он молчит, значит, не так уж ты ему и дорога.

— Это пройдёт. Ещё немного заботы и любви — и уже никуда не денется.

— Ты что, думаешь, что он полюбит тебя, если хвостиком будешь за ним таскаться?

— Я хотя бы за ним таскаюсь с лаской и добротой. А ты что думаешь, сделаешь что-нибудь пошлое и всё, он твоя боксёрская груша навеки?

— Я не собираюсь его бить!

— Ну да, уже устала. Отдохнёшь и опять приступишь.

— По крайней мере я не разыгрываю из себя тихую и невинную девочку, хотя на самом деле...

— Что на самом деле? Ну да, я интересуюсь сексом, как же так можно, да?

— Если я интересуюсь, то и не скрываю это!

— А Томое-куну не нужна профессиональная развратница, ему как раз тихую и невинную подавай, которая постепенно перед ним раскроется!

— То есть ты строишь из себя тихую снаружи, на деле совсем не такая, и надеешься, что Томоя этого лицемерия не просечёт?!

— Ой, кто бы говорил, собака на сене. Целый год круги нарезала, а как стал не твоим, так мигом засуетилась и побежала отбивать!

Я дала ей пощёчину, и дождь застучал пулемётом. В комнате наступила тишина.

— Рё, нам нужно успокоиться и...

Она дала пощёчину мне, и щека взорвалась болью.

— Успокоиться? — тихо сказала она. — Успокоиться, улыбнуться и позволить сестре забрать моё счастье? И не надейся, Кё. Томоя-кун мой, и только мой. Ищи себе другую жертву для издевательств, а Томое-куну нужны любовь, обожание и забота, которые ты никогда не сможешь ему дать. Так что убирайся с нашего пути.

Я молча посмотрела на неё, держась за щёку, а затем развернулась и вышла. Зашагала вниз по лестнице, надела обувь, пинком распахнула дверь и окунулась прямо в обрушивающуюся с небес стену.

Томоя Оказаки

Вот это попал так попал.

Когда первые капли дождя шмякнулись на голову, то лишь зашагал побыстрее — не так уж и далеко оставалось. Но капли стучали всё сильнее и чаще, и вот уже стою под козырьком остановки и напряжённо смотрю в небо. До Фуджибаяши ещё минут пятнадцать бежать, и именно что бежать, так что оставалось надеяться, что скоро всё утихнет. Иначе рабочая форма до завтра не высохнет, даже если вся семья стирать соберётся, да и то ещё удовольствие под таким ливнем находиться.

Но дождь утихать не собирался, наоборот, становился всё сильнее и сильнее. Ну и что делать, не ночевать же здесь? Я уже начал снимать рубашку, надеясь под её защитой быстро добежать, когда к моим ногам подкатился мокрый и грязный комочек.

— Ботан? — я с трудом узнал кабанчика. Он что, опять сбежал и тоже попал под дождь? Если так, то лучше бы ему заскочить сюда, ещё простудится. Но Ботан не завернул под навес, как не подзывал его, наоборот — хрюкнул мне и укатился в дождь. Затем прикатился обратно, зубами ухватил меня за штанину и потянул. Он куда-то зовёт меня? Что-то случилось с Кё? Едва я подумал об этом, так тут же, наплевав на укрытие, выскочил в дождь и помчался за спешащим изо всех лап кабанчиком.

Кё мы обнаружили в парке — она стояла посреди дороги, и её плечи тряслись.

— Кё! — я мигом схватил её и потащил назад, к скамейке с навесом, которую заприметил по пути. Девушка нисколько не сопротивлялась и покорно уселась на скамейку. Я мигом достал из рюкзака свою школьную форму и накинул ей на плечи и спутанные грязные волосы.

— Вытрись хотя бы этим. — она послушно стала вытираться. Я уселся рядом и перевёл дух. Тоже не помешало бы чем-нибудь вытереться, но не рабочей одеждой же, особенно в присутствии девушки. Ботан тем временем запрыгнул к Кё и начал ласкаться с ней, пачкая форму. Надеюсь, её не придётся выкидывать.

— Томоя. — тихо сказала Кё, закончив вытираться и так и оставив форму на себе. — Я нежная и ласковая?

— Кё, что произошло? — ответил я вопросом на вопрос.

— Просто скажи, я нежная и ласковая? — Кё всхлипнула. — Или только и могу, что драться?

Её глаза покраснели, а то, что осталось от туши, расползлось по лицу, пусть даже она и вытерла часть моей формой, волосы из тёмно-каштанового сделались просто грязного цвета. Что-то произошло за эти полтора часа, что мы не виделись, и надо было узнать, что именно.

— Кё. — осторожно сказал я. — Ты можешь быть какой захочешь, в том числе нежной и ласковой.

— То есть сейчас я не такая? — ещё раз всхлипнула она.

— Я не видел много нежности с твоей стороны, но очень хочу увидеть. — постарался выбрать ответ, и вроде подействовало. По крайней мере, Кё перестала всхлипывать.

— Так что всё-таки случилось? — вновь попробовал спросить я.

— Я поругалась с Рё. — Кё посмотрела на свои колени. — Сильно поругалась. Мы высказали друг другу всякое, и... она сказала, что тебе нужна милая и хорошая девушка, а не... я. — нет, она опять начала хлюпать носом.

— Ну-ну, Кё. — я осторожно протянул к ней руку. — Кто тебе сказал, что ты не такая?

— А разве не так? — она ещё больше сгорбилась. — Я тебя била и обзывала, везде ищу выгоду, говорю о себе как о какой-то чемпионке во всём, отпускаю пошлые шуточки...

— Брось, Кё, это ещё не делает тебя плохой.

— А ещё, когда моя сестра наконец-то нашла себе парня, я пытаюсь отбить его. — прошептала она. Ботан усмиряющее залез ей на колени, и Кё стала поглаживать его по мокрой шёрстке. Я и не знал, что ей ответить. Честно, здесь уж скорее меня, отчего-то засомневавшегося в правильности изначального выбора, надо винить во всём.

— Кё. — спросил я, надеясь хоть сейчас получить ответ и как-то разобраться в ситуации. — А почему ты в меня влюбилась?

Кё Фуджибаяши

Ну и вопрос он задал. Хотя отвечу, конечно. Сейчас на что угодно ответила бы, даже спроси он размер груди и цвет трусиков. Щека всё ещё горела, и вместе с ней душа, готовая на всё плюнуть и плыть по течению, а вынесет оно меня к берегу с Томоей или нет...

— Потому что ты намного сильнее меня, Томоя.

— Вообще-то я никогда тебя в драке не побеждал... — осторожно начал он.

— Я не про это. — от упоминания о драках мне стало ещё чуточку хуже. — Ты сильнее внутри, Томоя, ты преодолел то, что я бы никогда в жизни не смогла. Все мои успехи — ничто по сравнению с твоими.

— Кё. — медленно сказал он. — На всякий случай, если ты забыла — я прогульщик и двоечник, у которого всё плохо с целями в жизни, у тебя же ровно наоборот. О каких успехах ты вообще говоришь?

— Ты так и не понимаешь, Томоя. — я даже чуть улыбнулась. — Ну да, я успешная отличница, но у меня хорошая и любящая семья, в том числе милая младшая сестра, которую надо защищать. У меня нет и не было ограничений, могу заниматься чем угодно, и рвусь к вершинам, чтобы никогда не оказаться в нищете. У тебя же нет матери и фактически отца, тебе не о ком заботиться, ты травмирован и привык жить в бедности. — я набралась смелости повернуться к нему. — Многие в твоих условиях пошли бы по пути Ёхея или даже хуже, но ты продолжал бороться, продолжал улыбаться и просто жить. Ходил на уроки — пусть как вздумается, но ходил. Худо-бедно сдавал экзамены — даже когда в прошлом году я стояла над душой. А сейчас работаешь, и нацелен работать дальше. Неужели ты думаешь, что я в твоих условиях добилась бы большего? Скорее пошла бы грабить прохожих или прицепилась к какому-нибудь парню на содержание. Поэтому я и люблю тебя, Томоя. Я ещё никогда не встречала парня сильнее тебя.

Дождь, казалось, немного утих, словно тоже вслушиваясь в мои слова. Томоя с абсолютно недоумённым выражением открыл было рот, но я продолжила:

— И за всё остальное тоже люблю. Ты красив, Томоя, и у тебя ясные глаза. С тобой очень хорошо, даже когда дразнишься, потому что могу дразниться в ответ и знаю, что ты не обидишься, не начнёшь плакать и читать мораль. Ты всегда поможешь, когда это нужно, и мне хочется помогать тебе. Я очень люблю тебя, Томоя, и... пожалуйста, люби меня.

Ну вот, унижаюсь до таких вот мольб, но мне даже после признания не стало лучше. Люблю, люблю — а толку-то? С Рё ему однозначно лучше, сейчас скажет что-нибудь типа "давай останемся друзьями" и всё, можно переходить в режим депрессии.

Но вместо ответа он тихо засмеялся. Я даже несколько испуганно посмотрела на него, но это не был какой-то жуткий смех. Скорее... радостный?

— Спасибо тебе, Кё. — ответил он. — Теперь я понял, почему тоже люблю тебя.

Ч-ч-что?

— Мне ведь тоже хорошо с тобой, даже если дразнишься или дерёшься, потому что ты никогда не обидишься и не надуешься, когда я буду отвечать. — он посмотрел мне в глаза. — Ты тоже всегда мне помогаешь, пусть и скандаля в процессе, и тоже очень красива, особенно когда заматывала волосы через лицо. — Его улыбка стала шире. — И я не знаю насчёт тебя на моём месте, но я на твоём точно не добился бы таких успехов.

— Томоя. — выдохнула я.

— Кё. — он протянул ко мне руку.

И мы поцеловались. Мокрые, пахнущие, выглядящие как замарашки, мы целовались, и просто не могли прекратить. Наши губы соприкасались, наши руки ловили друг друга, наши сердца бились одновременно. Рё, отец, выборы президента, работа — все эти и прочие проблемы были забыты, стали незначительны, не имели никакого смысла. Важно было лишь тепло самого близкого человека в мире, целующего тебя, обнимающего тебя, одним прикосновением вселяющего уверенность в том, что наступит новый день, все проблемы решатся, все беды исчезнут, все преграды падут.

И пока мы вместе, то сделаем всё для того, чтобы сохранить эту уверенность навечно.

Томоя Оказаки

Мы мчались под дождём, ведомые несущимся грязным клубочком Ботаном. Кё держала над головой мою сумку, я же укрывался за своей школьной формой. За те десять минут, что мы добежали до дома и ввалились внутрь, они превратились в такое жалкое зрелище, что понятия не имею, как завтра в школу пойду.

— Сразу кидай в ванную, постираю. А хотя давай сюда, сейчас и занесу. — Кё выхватила у меня форму и кинулась в ванную, откуда вскоре донеслись звуки фена. Я застыл у двери, нетерпеливо ожидая, пока она закончит.

— Томоя-кун? — Рё скатилась с лестницы. — Боже, ты весь вымок! Кё, убирайся из ванной, Томое-куну сушиться надо!

— Если вы сейчас зайдёте, то он меня раздетой увидит! — донеслось оттуда, и Рё, уже нацелившаяся распахнуть дверь, отдёрнула руку.

— Томоя-кун, отойди. — попросила она, после чего всё-таки приоткрыла дверь и скользнула внутрь. Без всякого шума она тут же выбралась наружу и накинула на меня полотенце.

— Сейчас, Томоя-кун. — Рё начала меня растирать. — Как она выскользнет, так сразу внутрь заходи, сам вытрись, я тебе что-нибудь сменное принесу.

— Ага, Томоя, давай сюда. — Рё мигом закрыла мне полотенцем лицо, когда Кё выскочила из ванной. — Вытрись, можешь даже душ принять, одежду мы у двери оставим, если что.

Двойной заботой в итоге оказался впихнут в ванную и там наконец остался один. А душ — это неплохая идея. Я быстро снял всю мокрую одежду, швырнул её в ближайший таз, включил душ и встал под него.

Ох, как же хорошо.

Вода постепенно смывала грязь и её журчание возвращало спугнутые бешеной гонкой мысли о том, что только что произошло.

Я признался в любви Кё.

И это не было влиянием момента, я действительно осознал, что все эти месяцы мне было хорошо с ней. Даже во время драк — да и они как-то стерлись из памяти, оставляя прекрасное лицо девушки, которая всегда интересовалась мной и пыталась помочь, пусть это и не выглядело помощью. И с ней можно поговорить без проблем, не то что с Рё, которая обижается даже на безобидные шутки.

Рё... что мне с ней делать, как сказать так, чтобы она поняла и не обиделась? Объяснить, что я любил Кё раньше и сейчас чувства вернулись? Уверить, что она не виновата, что до сих пор шикарная девушка, попробовать заинтересовать Каппеем? Надо будет попросить Кё присоединиться, она лучше сможет сказать, да и вообще о таком надо объявлять вдвоём. И сделать это надо сегодня и вообще сейчас, тем более что Рё хотела ко мне завтра утром прийти... и будет очень неудобно, если это произойдёт.

Я выключил душ, быстро вытерся, надел халат, приоткрыл дверь, быстро утащил принесённую девушками одежду и окончательно привёл себя в порядок. Хотелось есть, но в гостиной ужином и не пахло, так что поднялся наверх.

Близняшки ждали меня в коридоре, и я замедлился, глядя на обеих. Кё при виде меня отцепилась от стены и толкнула дверь комнаты Рё; девушки зашли внутрь, и я направился следом. Рё прошла к своему столу, развернулась и вцепилась в стул.

— Кё говорит, что у тебя для меня что-то есть, Томоя-кун. — сказала она ровным голосом. Я посмотрел на Кё, получил от неё небольшой одобряющий кивок и вздохнул.

— Рё. — я постарался обдумать каждое слово. — ты очень хорошая девушка. Просто замечательная. То есть, если создавать идеал девушки, то тебя можно брать за основу. Но... я любил Кё ещё давно, и сейчас... полюбил её вновь. Прости, Рё.

Тишину комнаты нарушало лишь недовольное постукивание дождя, не собиравшегося униматься. Рё сжала спинку стула, а затем сказала:

— Томоя-кун, ты сегодня устал на работе?

— Э... — вопрос выбил меня из колеи.

— Ты устал. — тут же продолжила Рё. — Устал, вымок, проголодался, и тебя с утра никто не целовал. Вот и приходит в голову всякое. Сейчас отдохнёшь, поешь, высохнешь, я тебя поцелую, и ты забудешь про всякую чушь.

— Рё, это не чушь, я и в самом деле люблю Кё.

— Ты не можешь любить Кё, Томоя-кун. — Рё говорила всё тем же спокойным, ровным тоном. — Она злобная сволочь, которая попользует тебя и выкинет, а потом будет считать себя несчастной жертвой.

Я не удержался и взглянул на Кё, но та не пылала от гнева, а наоборот — стояла, опустив голову. Ну да, она и тогда себя плохой считала.

— Рё, я не думаю, что Кё плохая. И какой бы она ни была, я её люблю.

— Томоя-кун. — Рё немного наклонила голову. — Мы же ещё не ходили в кино, не были на пляже, не провели отличное свидание, не ели вместе мороженое, не отмечали день Святого Валентина, не занимались сексом и не делали много чего ещё. Неужели ты хочешь лишиться всего этого?

— Всем этим он теперь займётся со мной. — глухо сказала Кё, и Рё только сейчас посмотрела на неё.

— Как-то странно, вы оба пришли вместе и после этого заявляете такое. Признайся, Кё, теперь уже ты губами работала?

— Рё. — Кё подняла голову. — Томоя выбрал не тебя. Он долго сомневался, но выбрал не тебя. Прими это, пожалуйста, и давай уже помиримся.

— Если что, Каппей всё ещё тебя любит. — добавил я. — Присмотрись к нему, он неплохой парень.

— Разумеется. — ответила Рё. — Я охотно соглашусь с выбором Томои-куна, передам его тебе, буду продолжать улыбаться и веселиться, а также охотно влюблюсь в того, на кого укажете. ВЫ ЧТО, СОВСЕМ ЕБАНУЛИСЬ?

Мы аж отшатнулись оба, с такой яростью Рё сказала это, сжав бедный стул так, что от него скоро щепки полетят.

— Думаете, сказали мне забиться в норку и не высовываться, скинете мне какого-нибудь приятеля на утешение и всё, все довольны? — прошипела она. — И долго вы это задумывали, а, Томоя-кун? Долго ты принимал мои ласки, перемигиваясь с Кё и обсуждая, как же порвать со мной так, чтобы прежде всего вам было хорошо?

— Рё, ты что, мы не... — начала Кё.

— Поэтому ты и отказался, когда я себя предлагала, да? — Рё даже не взглянула на неё, обращаясь только ко мне. — Уже тогда надеялся, что Кё тебе даст, и строил из себя рыцаря? Ах, девушка трясётся, это же отличный повод не распускать руки, я же такой добрый, великодушный и чистосердечный, не так ли?

— Рё, ты выдумываешь. — ответил я, поражённый её тоном.

— Убирайся. — только и ответила Рё. — Убирайся отсюда. Оба убирайтесь. Чтобы я вас не видела. — Она наконец отпустила стул и неуверенно зашагала к кровати.

— Рё. — Кё качнулась к ней, но не успела сделать и шага, как дверь в комнату открылась.

Айкава проскользнула мимо нас и подхватила Рё в объятья. Та уткнулась ей в грудь и начала всхлипывать.

— Томоя Оказаки. — сказала Айкава. — Прямо сейчас вы собираете вещи и навсегда уходите из моего дома.

— Мам, ты чего! — возмутилась Кё.

— Я не хочу, чтобы он оставался здесь и продолжал портить моих девочек. — Айкава ласково погладила Рё. — Даю полчаса на сборы, после них выкину в чём будете.

— Дождь же за окном! — ткнула рукой Кё.

— Сестра ревёт из-за разбитого сердца, а тебя волнует лишь то, не промочит ли твой парень ноги? — Айкава что-то успокаивающе прошептала Рё. Кё вновь открыла рот, но я коснулся её плеча.

— Не надо, Кё, я уйду. — так и знал, что однажды это произойдёт. — Рё какое-то время лучше меня не видеть. — Я быстро взял с кровати брошюры и спустился вниз. Получаса мне вполне хватило на сбор вещей, рюкзак так почти и не успел разобрать.

Юкито вышел из гостиной и наблюдал за мной, я же старался не смотреть на него. Мне было очень стыдно. Эти люди меня приютили и кормили, а я довёл обеих их дочерей до истерики и вообще ничем не помог. Выход под град дождя казался ещё слабым наказанием.

— Слушай, Томоя. — неожиданно начал Юкито. — Оно нехорошо получилось, но, если я правильно вижу ситуацию, ты пытался сделать что мог. Мы давно уже всё поняли, но не знали, как вмешаться, и думали, что вы сами сможете разобраться.

Ничего я не пытался разобраться. Рё сейчас плачет наверху исключительно по моей вине. Я накинул на себя рюкзак, в который положил в том числе так и не выстиранную школьную форму, и поклонился Юкито.

— Томоя? — Кё спустилась в прихожую. — Хотя бы возьми. — она протянула мне зонтик.

— Спасибо. Позаботься о Рё.

— До завтра, Томоя. — в её глазах также появились слёзы, и я поспешил выйти.

Дождь накинулся на меня бешеным зверем. За то время, пока был внутри, он усилился, и сейчас я брёл по лужам, доходящим до щиколоток, и понятия не имел, куда идти.

Домой? К Сунохаре? Или реально найти какое-нибудь крытое место и устроиться там, всё равно возможные бандиты сейчас и носа на улицу не высунут? Даже, наверное, так лучше — до первых двух вариантов идти полгорода.

Хотя заслужил. От одной мысли о Рё сердце разрывалось, а тихий голос внутри спрашивал, правильно ли я выбрал. Чтобы заглушить его, я постоянно думал о Кё и продолжал идти вперёд.

О, остановка с крышей и скамейкой внутри. Вокруг никого нету, так что я подошёл к ней, уронил рюкзак и осмотрелся. Место грязное, вонючее, для бомжа в самый раз, но выходить обратно в дождь и идти куда-то ещё не хотелось. Да и вообще ничего не хотелось. Я поставил рюкзак на угол скамейки, сел и прислонился к нему. Надеюсь, завтра проснусь до того, как его кто-то вздумает утащить...

Что-то ткнулось мне в ногу, и я с удивлением обнаружил Ботана, к спине которого была привязана небольшая коробка. Он запрыгнул мне на колени, тут же промочив их, и ткнул коробкой в нос. Я открыл её и обнаружил внутри завёрнутые в пакет маленькую бутылочку с водой, пару бутербродов, яйцо и записку, которую тут же стал читать.

"Томоя, прости, больше не вместилось. Оставь на сегодня Ботана у себя, мне и так совестно было выпускать малыша, но он отважно согласился. Завтра в школе поговорим. Люблю, Кё".

— Тебе хозяйка велела у меня остаться. — сказал я Ботану. Тот чихнул в ответ, подождал, пока отвяжу коробку, и лёг рядом со мной. Я быстро поужинал присланным, после чего кинул коробочку в мусорное ведро — вряд ли Кё будет требовать её сохранить, да и размокла вся.

Школа... ещё бы попасть в неё завтра, с грязной формой и... ох, я же сумку у Фуджибаяши оставил. Надеюсь, Кё её захватит. Как-то не очень хочется пропускать целый день после того, как постепенно начинал учиться.

Хотя сейчас единственное, что хочется — спать. Я попросил Ботана будить меня, если что-то произойдёт (он согласно хрюкнул), вновь опёрся на рюкзак и закрыл глаза.

8 мая, четверг

Передо мной стояла целая толпа. Кого-то я узнавал — там был мой отец, промелькнул Каппей — но большей частью их лица и тела были скрыты колеблющейся тьмой, захватывающей всё пространство вокруг и тянувшей жадные щупальца в сторону людей. Лишь восемь девушек, стоявшие полумесяцем лицом ко мне, не были затронуты тьмой.

Одну из них я не знал — высокую девушку с задумчивым лицом и оранжевыми бусинками, разделяющими длинные чёрные волосы на несколько прядей. Она была в форме моей школы и казалась странно знакомой, но я точно никогда её не встречал. В отличие от всех остальных.

Нагиса Фурукава. Юкинэ Миядзава. Мисае Сагара. Томоё Сакагами. Фуко.

А также Кё и Рё Фуджибаяши.

Они ничего не делали, просто стояли и смотрели на меня, каждая по-своему, кто грустно, кто радостно, кто пряча глаза.

А затем тьма дотянулась до них и начала поглощать.

Фуко исчезла первой, неожиданно приветственно взмахнув деревянной звёздочкой, которую держала и тут. Затем с тяжёлым вздохом растаяла Мисае. Юкинэ дружелюбно улыбнулась и словно отступила в тьму. Томоё посмотрела на меня с теплотой и грустью, покачала головой и исчезла. Нагиса улыбнулась радостно, и мрак вокруг неё даже колыхнулся, но затем всё же поглотил. Незнакомая девочка наклонила голову, словно о чём-то размышляя, и плавно скользнула в сторону, так что передо мной остались только близняшки. Рё шагнула вперёд и заговорила.

— Вернись ко мне, Томоя-кун. — её голос был тих и печален. — Я всё прощу. Я всё забуду. Я сделаю всё, что попросишь. Только вернись, пожалуйста.

Она протянула руку, коснулась меня — и перед глазами замелькали картинки, невероятно быстро, но при этом различимые до деталей.

Мы с Рё сидим в её комнате и празднуем Рождество. Она носит красную шляпу с бубенцами и смеётся прямо в такт их звону...

Рё, краснея, прямо в школьном коридоре протягивает коробку конфет...

Рё лежит рядом, накрытая одеялом, и поворачивается ко мне. Она так счастлива, что кажется, будто солнце отражается от её улыбки...

Рё кружится по комнате, показывая костюм медсестры, ловит мой взгляд и медленно начинает его снимать...

Я стою в комнате и мрачно думаю о будущем, когда тонкие руки Рё обвиваются вокруг меня. Она кладёт голову мне на плечо и одобряюще шепчет...

Я и Рё идём по городу, держа за руки маленького черноволосого мальчика, который с жаждой познания рвётся к ближайшей луже...

Мы вдвоём сидим на веранде нашего дома и смотрим на закат, обнимаясь...

Эти и многие другие картины затопили моё сознание, обещая, маня, рассказывая о том, что ждёт впереди... а затем исчезли. И Рё исчезла, осталась лишь Кё.

Мы смотрели друг на друга, и Кё улыбалась. Она осталась последней, обогнала остальных, победила — и мрак клубился вокруг неё, завёртываясь в странные формы, придавая жуткий вид, но не имея сил поглотить. Кё протянула руку, и я тоже протянул ей руку.

Она шагнула вперёд, и наши руки соприкоснулись.

Я проснулся так резко, что несколько секунд не понимал, куда делась Кё, и только потом оторвался от своего рюкзака и посмотрел на улицу.

Дождь прекратился, оставив после себя моря на асфальте. Людей пока особо не было — то ли нашли маршрут почище, то ли слишком рано проснулся.

Ну и сон. Мне и раньше снились странные сны, один какое-то время вообще повторялся — про странную девочку в некоем пустынном месте — но затем резко прекратился. И вот опять. Я вспомнил картины моей жизни с Рё и поёжился. Конечно, это всего лишь сон, но они были так реальны... возможно, кто-то другой на моём месте сразу побежал бы каяться и извиняться.

Но нет. Я люблю Кё, и никакой сон это не изменит. Кстати, она ждёт меня в школе, так что надо бы поторапливаться.

— Ботан? — кабанчик лежал на скамейке и всё ещё дрых, но при звуках своего имени лениво открыл глаза.

— Ботан, беги домой. Тут еды нет, и я сейчас пойду в школу, а тебе туда нельзя. И подожди, унесёшь зонтик с собой?

Ботан повертел мордочкой — не соврали, действительно нет — подождал, пока верёвкой от коробки аккуратно привяжу к нему зонтик, спрыгнул со скамейки и бойко помчался по улице. Скорее даже поплыл — воды осталось очень много. Я закатал штаны до щиколоток, взял рюкзак и отправился в путь.

Сначала я отправился не в школу, а в мужское общежитие — надо попробовать одолжить форму у Сунохары. Конечно, она мне будет немного мала и вообще это одежда, которая была на Сунохаре, но лучше уж так, чем в грязном. И заодно отдать свою Сагаре-сан — она никогда не отказывалась её стирать, хоть и постоянно ворчала, что это в последний раз.

Ворчала и сейчас, когда я нашёл её и достал форму из рюкзака.

— Господи, Оказаки. — она даже немного брезгливо приняла её. — Знаешь, такое свинство должен сам и стирать. Или деньги за это платить.

— Сагара-сан, но вы ведь по дружбе бесплатно поможете? — я сделал невинное лицо.

— По дружбе и ты мне помочь деньгами должен! — рявкнула она, но всё равно взяла форму. — Учти, сейчас не выстираю, так что либо гуляй день, либо у Сунохары проси.

— За этим и пришёл. До свидания, Сагара-сан! — интересно, почему она в моём сне появилась? Хотя я и про остальных-то понятия не имею, особенно ту незнакомую девушку. Вроде как незнакомую: что-то смутно шевелилось в памяти, но упорно не желало проясняться.

Сунохара уже не спал и поэтому был мрачен, так что на мой вопрос о запасной форме лишь кивнул в сторону шкафа. Там она действительно отыскалась, и я начал переодеваться.

— А с твоей что произошло? — спросил Сунохара, зевая.

— Под дождь вчера попал.

— Дождь? — Сунохара посмотрел в окно. — Не помню дождя, но я вчера этот чёртов фонарь держал, так устал, что почти сразу вырубился. — Он подвигал плечами и немного поморщился.

— Не надоело ещё работать? — хм, форма не так уж и мала. И даже какого-то отпечатка мерзости не несёт.

— Не, деньги же обещали. — Сунохара тоже начал переодеваться. — А чего ты вчера под дождь-то попал?

— С работы возвращался и не успел.

— Так а чего тебе близняшки не постирали? Они же сейчас для тебя на что угодно готовы, а уж стирка и подавно женское дело.

— Ты бы ещё это при Сагаре-сан сказал. — хмыкнул я.

— Я не самоубийца. — Сунохара наконец оделся. — Ну что, вместе в школу или тебя у входа уже караулят?

— Да не должны. — я как-то с неожиданной грустью подумал, что ведь впервые за долгое время могу прийти в школу один. Если только Кё не подсуетится или Рё не пойдёт в атаку.

— У вас всё нормально? — с неожиданным беспокойством спросил Сунохара. — А то у тебя форма грязная, сумки нет, никакая близняшка рядом не крутится. Ты обсмеял Кё слишком сильно, она тебя избила и вышвырнула из дома?

Серьёзно, когда он успел поумнеть? Или я когда-то отупел настолько, что теперь все умнее?

— Неа. — я поправил костюм. Ну вот, теперь даже не жмёт. — Просто прочитал про методику, согласно которой в школу надо ходить вообще без всего. Так тебе легче идти, ты довольный и потому внимательнее слушаешь и запоминаешь.

— Вот как? — восхитился Сунохара. — Надо будет проверить!

Увы, чуда не произошло.

Кё Фуджибаяши

7 мая, среда

Пока мы бежали под дождём, то успела помечтать о том, как Томоя сегодня посидит в моей комнате, а завтра уже я буду его будить. Но реальность как всегда, и сейчас Томоя ушёл, Рё отдыхает от пролитых слёз у себя, а я просто лежу на кровати и думаю, как же быть. Даже Ботана нет — отправила его вслед за Томоей с едой, а то он со всем этим кавардаком и поужинать не успел. Надо бы ему бенто приготовить.

Ожидала, что Рё нехорошо это воспримет, но не думала, что настолько. И уж тем более не думала, что мама вмешается. Умом я их понимала, но в сердце бурлил гнев — как они вообще посмели выгнать Томою под такой дождь, в ненавистный дом к пьянице-отцу? Ну поспал бы он тут одну ночь, всё равно Рё из своей комнаты больше и не вылезает, а завтра бы разобрались, что к чему.

Я уставилась на стену, за которой была комната Рё, и тут мне стало стыдно. Мама права, о чём я вообще думаю? У меня сестра лежит после тихой, но всё же истерики подобно моей, надо вокруг неё суетиться и кудахтать, а не сидеть и дуться, что парень ушёл. Тут же вскочила, вышла в коридор и осторожно прислонилась ухом к соседней двери.

— Рё? — я постучала и, не дождавшись ответа, тихо заглянула внутрь. Сестрёнка лежала на кровати и, похоже, не спала, уставившись в потолок.

— Рё? — я приоткрыла дверь, но тут на лестнице зазвучали шаги и появилась мама с подносом.

— Кё, отойди. — сказала она, после чего зашла к Рё и положила еду на столик рядом с кроватью. Та немного повернула голову, но больше никак не отреагировала.

— Я позвонила в школу, сказала, что ты попала под дождь и простудилась, так что об уроках можешь не беспокоиться. — Рё продолжала лежать недвижимо, будто уроки сейчас её совершенно не интересовали. — Если что-то надо будет, просто позвони в колокольчик, вон тут он, на столике будет. — мама положила туда небольшой серебряный колокольчик с привязанной к нему ленточкой. — Поспи, дочка, уже завтра почувствуешь себя лучше. — она поцеловала Рё в лоб и вышла из комнаты.

— А мне колокольчика не приносили. — заметила я.

— А тебя было бы неплохо под домашний арест посадить. — ответила мама, скрещивая руки на груди. — На неопределённый срок. Никакой беготни, никаких выборов, никаких свиданий со всякими.

— Мам, ты чего? — побледнела я.

— А что ты предлагаешь, хвалить тебя? Неужто этот парень настолько замечательный, что надо было его у своей сестры отбивать, а потом, когда она лежит с помирающим видом, возмущаться, что тебе колокольчик с поклонами не носили?

Вообще-то да, настолько. Но маме это вряд ли объяснишь, особенно сейчас, поэтому просто опустила голову.

— Я как знала, что ничего хорошего из этого не выйдёт, и всё равно доверилась вам, пустила его сюда, и что в итоге? Вы умудрились поссориться, Рё теперь очень повезёт, если не потребуется помощь врача, а я наверняка ещё и злодейка, потому что причину всего этого выгнала, не так ли?

— Нет, мам.

— Ну хоть это. — она тяжело вздохнула. — Кё, я никогда тебя не ограничивала, потому что всегда думала, что ты сама будешь знать, когда надо остановиться и не переходить черту. И уж тем более не думала, что так поступишь с родной сестрой. За что ты с ней так жестоко? Рё тебя чем-то обидела?

— Нет, мам.

— Всё нет и нет. — мама приложила ладонь ко лбу. — Вроде уже вышли из подросткового возраста со всеми его глупостями, но нет, похоже, ещё и не начинали. И что теперь? Будешь считать себя несчастной, которую все гнобят за то, что она всего лишь хотела любви?

— Нет, мам.

— Возвращайся к себе в комнату, Кё. — нахмурилась она. — Не знаю насчёт домашнего ареста, но сегодня чтобы там и сидела. Мы ещё потом с тобой серьёзно поговорим.

Я без возражений зашла в комнату, закрыла дверь и рухнула на кровать. Томоя, что бы ты там не говорил, но я очень плохая сестра и плохой человек. Мне нечего возразить маме, нечем помочь Рё — разве что отдать тебя ей, но так ни за что не поступлю. А ещё и этот домашний арест — даже если мама всё же смягчится, действительно стоит переключиться с тебя на Рё и не бередить её рану.

Вот только всё равно не знаю, что делать. Тут уже и сон не поможет, и на аттракционы вытаскивать бесполезно. Идея сходить в научный клуб и узнать, нет ли у них машины по клонированию Томои, и вовсе кажется единственной рабочей. Может, Юкинэ с её призрачным мумбо-юмбо попросить? Если оно существует, конечно, до сих пор не уверена, а разбираться не было времени.

Ладно, время позднее, давай-ка в ванну — туда ведь можно? — и спать. Может, во сне решение придёт, или Томоя до чего-нибудь додумается, или просто чудо случится.

8 мая, четверг

Увы, ни решения, ни чуда. Рё из своей комнаты так и не выходила, мама про домашний арест ничего не сказала, только папа немного подбодрил меня.

— Мне он показался хорошим парнем, так что думаю, что вы тут все просто запутались. — тихо сказал он, выйдя в коридор, где я собиралась в школу. — Попытаюсь убедить Айкаву, что Рё будет в порядке и беспокоиться не о чем, но ты же её знаешь, дочери это святое.

— Пап, ты уверён, что с сестрёнкой всё будет в порядке? — столь же тихо ответила я.

— Разумеется. Особенно если ты ей поможешь. — мы внимательно посмотрели друг на друга и еле заметно кивнули, после чего я направилась в школу. Одна — и впервые этим недовольная, тем более что пришлось нести две сумки, потому как Томоя умудрился вчера забыть свою у нас.

Правда, она даже легче моей. Нельзя так просто взять и стать успешным учеником, да, Томоя? Ну ничего, теперь уж точно заставлю учиться. Мягко, ласково и непринуждённо.

Перед школой пересечься, увы, не удалось, поймала лишь когда он уже сидел за партой.

— Утра, Томоя. Держи. — я постаралась передать ему сумку как можно незаметнее, а то ещё возникнут вопросы, откуда она у меня перед уроками взялась.

— Спасибо. Как Рё?

— Сегодня не придёт, если что, говори, что простужена. — тихо сказала я. — На обеде поговорим, во дворе, я тебе бенто приготовила.

— Обязательно приду. — мы разговаривали как шпионы, склонившись друг к другу. Но так какое-то время и придётся, пока нельзя объявлять о том, что мы встречаемся, так что быстро выскочила из класса и убежала на уроки ждать обед.

Когда мы встретились во дворе, то Томоя поблагодарил меня, схватил бенто и тут же стал есть так, что я выпучила глаза.

— Извиняй. — сказал он через пять минут, кое-как прожевав. — Завтрака сегодня не было, и денег нету, обещали послезавтра выплатить. Спасибо за вчерашнюю еду, кстати.

— Так что ж ты утром не сказал, притащила бы хоть что-то! — охнула я.

— Да я это... — он замялся. — Не подумал.

Не привык ещё, что его девушка теперь я? Ну и я ещё не до конца осознала, что страдания закончились и Томоя теперь мой парень. Прижаться бы к нему, да люди вокруг.

— Что там с Рё на самом деле происходит? — он понизил голос.

— Ничего хорошего. — я тоже стала шептать. — Лежит, почти не ест, молчит, смотрит в потолок. Я пыталась с ней поговорить и как-то растормошить, но без толку, да и мама считает, что только мешаю.

— Погано. — Томоя даже отложил палочки. — Есть идеи, как ей помочь?

— Увы. А у тебя?

— Только одна — попросить помощи у Каппея. — ответил он, помрачнев. — Он Рё любит, и должен что-то сделать.

— А ты уверен, что он сможет? — засомневалась я.

— У него оптимизм пробивной, надеюсь, Рё именно это сейчас и нужно. Только если она лежит и на улицу не выйдет, то надо продумать, как его к ней затащить, чтобы твоя мама не выпнула.

— Это задачка. — выпнуть не выпнет, но на четвёртый член уравнения сразу посмотрит искоса. Того и гляди будет присутствовать при беседе, и если этот Каппей начнёт признаваться в любви...

— Томоя, может, ты всё-таки сможешь как-нибудь прокрасться и сам поговорить с Рё?

— Что я ей скажу? — тяжело вздохнул он. — То же самое, что и тогда — извини, ты классная, но я люблю другую? Я даже не смогу сказать, что разлюбил её, потому что... не уверен, что и любил.

— Томоя, ты серьёзно?

— Понимаешь, Кё... ко мне подошла красивая девушка и предложила встречаться, а я решил не упускать случай. И как бы Рё не была хороша, не думаю, что чувствовал к ней то... ну, что я чувствую к тебе.

— Даже когда она тебя обнимала и целовала только так? — улыбнулась я.

— Ну вот здесь были сомнения, да. — он хитро сверкнул глазами. Паршивец, так бы и стукнуть, да пообещала держать руки при себе.

— Ничего, Томоя, немного подожди, и будет тебе всё то же самое, только круче.

— Да, насчёт этого: мы в воскресенье куда-нибудь пойдём?

— Пока не знаю. — если Рё так и будет лежать, то вполне возможно, что никуда. — Там разберёмся.

— Хорошо. — он принялся доедать, а я с улыбкой следить. Ну хоть и вчера поел, и сегодня, а ужин...

— Томоя, а ты где теперь будешь жить?

— Скорее всего, у Сунохары. Домой я возвращаться не хочу, а больше и некуда.

— Да уж, мама совсем против тебя настроена. — вздохнула я. — Прости... так ведь хотела с тобой пожить по-настоящему...

— Немного потерпим и будем. — мудро сказал он. — Тебе ещё надоест.

— Ну да, если просыпаться с твоими разбросанными носками на лице, то надоест.

— Можно подумать, мне с твоими трусами на животе будет приятно.

— С чего это я буду свои трусы тебе на живот кидать, а?

— Так в порыве страсти ты их даже на лампу закинешь, а доставать мне.

— Как мужчине, правильно. И ты всерьёз думаешь, что вызовешь во мне порыв страсти?

— Ну да, ты ж такая холодная и недоступная, что хоть три часа бейся, всё равно даже не улыбнёшься.

— Ах ты...

Я вновь проводила Томою до места работы, и приехавший за ним человек посмотрел на меня с большим удивлением. Ну да, с ним же Рё всё время ходила, а теперь я второй день подряд. Наверное, и не стоит — вдруг ещё как-нибудь придерётся к Томое и с работы выгонит из-за меня, тогда вообще не пойми что делать.

Всё же улыбалась, когда махала вслед фургону, а затем грустно посмотрела в сторону ближайшей автобусной остановки. Так не хочется ехать домой, ибо нутром чую — вряд ли что-то изменилось. И не изменится до завтра точно — Томоя пообещал поговорить с Каппеем после работы, сегодня они уже точно не успеют.

Блин, Томои сегодня не будет рядом. Я уже так привыкла, что по вечерам он тут, сидит и читает на кровати Рё, а сейчас... Может, мы поспешили? Пусть Томоя как-нибудь грубо повёл себя с Рё, сморкался и плевался, заставил бы её себя разлюбить, а там месяц-два мы бы тайно повстречались, а затем явно. И Рё бы так не страдала, и нам хорошо.

Умная мысль всегда приходит после дела, да.

Дома так ничего и не изменилось — Рё всё так же недвижимо лежала.

— Мам, с ней точно всё в порядке? — спросила я, когда попытки дозваться до сестры не сработали.

— Завтра врач придёт, скажет точно. — встревоженно ответила она. — И Кё... я из комнаты все острые предметы и прочее убрала, но ты прислушивайся и заглядывай к ней почаще, вдруг что.

— Мам, ты что, серьёзно? — ужаснулась я.

— Я не знаю, чего от неё ждать. — мама выглядела устало, так, словно постарела на несколько лет. — И лучше приму меры, чтобы не допустить худшего, чем махнуть рукой и... — она не договорила, направишись к Рё проверять, как дела. Я же быстро нашла Ботана.

— Ботан, слушай. — зашептала я кабанчику. — Я знаю, ты не любишь Рё, но ей сейчас очень плохо. Можешь посидеть в её комнате и присмотреть, чтобы всё было хорошо? Я тебе потом две таких вот краюхи хлеба куплю.

Ботан согласно хрюкнул, и мы поспешили наверх. Мама вышла из комнаты Рё, её лицо не изменилось — как и состояние сестры, видимо, так что я скользнула внутрь.

Рё лежала под одеялом и почти не шевелилась. На меня она даже не взглянула, и при виде мертвенно бледной сестры я едва не рухнула сама, настолько мне стало за неё страшно.

— Рё. — я уцепилась за кровать. — Рё, ну пожалуйста, приди в себя, поговори со мной, встань, улыбнись. Ну хочешь, вкуснятины тебе наготовлю, или всё что угодно подарю, или... или... только очнись, пожалуйста. — Я уже чуть не рыдала, и даже Ботан встревожено захрюкал. Рё немного дрогнула, и посмотрела на меня, а затем что-то прошептала.

— А? — я нагнулась к ней.

— Где Томоя-кун? — чуть громче спросила она.

— Он... — соврать? Не соврать? — Ему нельзя сюда, Рё, но он тоже ждёт, когда ты поправишься, и очень за тебя переживает.

Рё лишь прикрыла глаза и вновь немного отвернулась. Ну хоть так поговорили, и то что-то. Я оставила Ботана в комнате (Рё никак не отреагировала), и отправилась к себе.

Надо думать, как завтра или когда выйдет провести сюда этого Каппея. Не очень ему доверяю, но раз Томоя говорит, что парень хороший, то пускай.

Если он поможет Рё, то может быть хоть первостатейным козлом.

Рё Фуджибаяши

Я то засыпаю, то опять просыпаюсь. Разницы никакой, в душе всё так же темнота.

Томоя-кун предал меня.

Всю мою любовь, ласку, доброту, нежность, заботу — всё это он растоптал, прельстившись Кё, её грубостью, пошлостью и злобой. Он обманывал меня, целуя, а на самом деле давно заигрывая с сестрой и выискивая парня себе на замену. Думал, наверное, что для меня нету разницы, кого обнимать, кого целовать, с кем проводить время и жить. Рё добрая девочка, а значит, с ней можно делать всё что угодно, она стерпит.

Ненавижу.

И люблю. Хочу, чтобы время отмоталось назад, чтобы он вновь сидел на кровати и занимался, чтобы улыбался мне, чтобы мы вновь обнимались и целовались... Я хочу обниматься и целоваться, хочу чувствовать его тепло, его сильные руки... сколько уже лежу? День? Два? Неделю? И всё это время тепла не было. Мама была рядом, Кё была рядом, но Томои-куна не было. Где он? Боится? Стесняется? Давно уже наплевал на меня и сейчас развлекается с сестрой?

Кё... всё-таки она меня победила. Я старалась как могла, но она просто взяла, пару раз улыбнулась, повертела задницей, и всё — Томоя-кун её. Ей вся школа пятки облизывает, но нет — надо было отбить парня у своей сестры, которая впервые в жизни её опередила. Стерва. Как же ненавижу. Бросай её, Томоя-кун, даже если она сейчас милая и добрая, это долго не продержится и истинное лицо всё равно вылезет. Бросай её и вернись ко мне, Томоя-кун. Я всё прощу. Я всё забуду. Я сделаю всё, что попросишь. Только вернись, пожалуйста.

9 мая, пятница

Приходил врач, сделал мне укол и пытался поговорить. Я вроде как даже отвечала, но не помню что. Толку от врачей, разве что они мне Томою-куна притащат. Мама тоже со мной говорила, но я спросила у неё, где Томоя-кун, не получила ответа и отвернулась.

Когда проснулась в следующий раз, то неожиданно почувствовала себя лучше и даже смогла сесть. Голова болела, тошнило и очень сильно хотелось в туалет, так что аккуратно встала и вышла из комнаты. Пришлось держаться за стену, чтобы не упасть, а на самом верху лестницы меня перехватила мама.

— Рё, ты куда? — она осторожно обняла меня.

— В туалет. — прошептала я, и мама без вопросов отвела меня туда, а когда я вышла, то уже стояла с миской лапши.

— Поешь, доченька. — ласково сказала она. Я кивнула и прошла в гостиную к столу, уселась и стала вбирать в себя лапшу. Посмотрела налево, где ел Томоя-кун.

Его там не было.

— Мама. — я отложила палочки. — Где Томоя-кун?

— Он ушёл. — ровно ответила она. — Тебе будет только хуже, пока он тут.

— Ушёл. — не понимаю этих слов. Как это, ушёл? А кто будет сидеть рядом со мной, заниматься на моей кровати и спать в футоне? Кого мне будить по утрам и с нетерпением ждать вечером? На чьих коленях лежать, ощущая тепло и стыд?

— Он не мог уйти, мама. — сказала я, уставившись на лапшу. — Томоя-кун просто в школе, или на работе, и обязательно придёт, так ведь?

— Рё, ты всё ещё не выздоровела. — мама подошла и потрогала мой лоб. — Доешь и возвращайся к себе, отдохни.

Я вновь заработала палочками, не понимая, что происходит. Я ведь всего лишь... долго спала... почему же тогда Томоя-кун ушёл?

— Рё! — Кё ворвалась в гостиную. — Ты как, в порядке?

Кё. Любимая сестра. Она... она забрала Томою-куна, наверняка и заставила его уйти, она...

Я с такой силой сжала палочки, что они треснули. Надо было их метнуть, попало бы сестре прямо в глаз, изуродовало бы — ох нет, Рё, так же нельзя...

— Так, доченька. — мама аккуратно забрала треснувшие палочки и взяла тарелку. — Давай пойдём наверх, там доешь.

— Лучше я отнесу, заодно и добавки положу. — предложила Кё.

— Мама, она меня так отравит. — сказала я. Кё сделала глупое лицо, а мама обняла и потащила наверх.

У себя в комнате я сначала немного полежала, а затем села. Спать уже не хотелось, но и заняться было нечем, даже уроками. Книг Томои-куна не было, как и его самого, зато под столом обнаружился мирно спящий Ботан.

Интересно, если мы обе потеряем своих любимых, это будет справедливо?

Словно почуяв что-то, кабанчик открыл глазки и хрюкнул. Я села на корточки, посмотрела на него и всхлипнула.

— Ну вот почему, Ботан, я же всё делала правильно, была доброй, ласковой, ничего плохого ему не сделала. Почему он ушёл, да ещё к этой стерве, сестре моей. Чего ему не хватало?

Ботан опять хрюкнул. Только и знает, что хрюкать, а Кё с ним носится как с собственным ребёнком. Всего-то и надо, что протянуть руку, взять его за лапу, размахнуться и ударить об стол...

Нет. Нет, Рё, ты что. Я сжала виски, встала, прошла к кровати, села на неё и оглядела комнату. Нечего делать, ну вот совсем, разве что лапшу доесть, чем и занялась.

Только я положила пустую миску на кровать, как Кё вновь заскреблась в дверь.

— Рё. — заискивающе сказала она, засовывая нос в комнату. — Если тебе стало лучше, то, может, сходим прогуляемся? В кафе сходим, мороженое поедим, вообще на фигуру забьём, а?

Только хотела уточнить, куда именно она может засунуть это мороженое, как позади неё появилась мама и завела ту же песню:

— Сходи, Рё. Тебе сейчас подвигаться на свежем воздухе нужно, а Кё тебе послужит, не так ли? — та закивала с таким видом, будто искреннее обо мне беспокоилась. Лживая тварь. Ну хорошо, давай сходим, на улице будешь сдерживать свой яд, и уж я на тебе отыграюсь. А когда Томоя-кун придёт и увидит, как жалко стелишься передо мной, то мигом ко мне вернётся.

Ах да... он не придёт. Мне тут же захотелось рухнуть на кровать, но всё же пересилила себя и спустилась в коридор — всё равно не отстанут. Кё и впрямь увивалась вокруг меня, даже предложила помочь надеть обувь — на что я после некоторых раздумий согласилась. Потом туфли вычищу, а пока пусть унижается.

Когда мы вышли, то Кё попыталась взять меня за руку, но я мигом её отдёрнула. Она начала болтать про свою Томоё, которая шикарно побила бейсболистов, а до этого баскетболистов, а завтра против футболистов выйдет... вот и крути с ней роман тогда, а Томою-куна оставь в покое.

В кафе Кё купила мне пломбир — моё любимое, но толку-то — заплатила за него, усадила меня поесть и всё трещала о том, как я себя чувствую, не надо ли чего... даже голова заболела.

— Надо. — я отставила стаканчик с мороженым. — Приведи сюда Томою-куна.

Кё осеклась на полуслове.

— Зачем? — спросила она.

— Хочу его поцеловать. С... давно уже не целовала.

— Ну... — Кё опустила взгляд. — Он на работе сейчас.

— Где именно?

— А?

— Где именно он работает? Я его девушка, я обязана знать.

— Так он вроде по всему городу ездит... — с сомнением сказала Кё.

— Отлично. — я встала. — Тогда сейчас ходим по всему городу, пока не отыщем.

— Э? Стой, Рё, мы так можем его несколько часов искать!

— Я хочу подарить моему любимому поцелуй, и ради это хоть целый день буду ходить. — я направилась к выходу, взяв с собой мороженое. Всё же пломбир, негоже оставлять.

— Рё, постой! — Кё кинулась за мной следом. Начнёт отговаривать — убегу, уж силой-то не заставит.

К её счастью, не стала ни отговаривать, ни задерживать, и даже пыталась делать вид, что помогает. Я не обращала внимания на её ужимки, внимательно осматривая каждый фонарь — Томоя-кун говорил, что они лишь ими и занимаются. Никого, никого, ни... о, это же Сунохара, стоит и мнётся, пока наверху работают.

— Как всегда. — Кё словно прокомментировала мои мысли, так что я умчалась от неё и побежала прямо к парню.

— Сунохара, где Томоя-кун? — потребовала я, подскочив к нему.

— Хрен знает. — тут же ответил он. — Но обещал у меня пожить, так что скоро закончим тут, и... эй, Фуджибаяши, форму порвёшь!

— У тебя жить? — я схватила его. — Почему у тебя?

— А я знаю? — завопил он. — И отпусти уже!

— Хэй, Сунохара, что там у тебя за фигня, а? — спросил сверху человек в такой же форме.

— Всё в порядке, сэр! — завопил Сунохара, вытягиваясь по стойке "смирно" и одновременно пытаясь меня отцепить. Но я отпустила его сама и помчалась далее по улице, хотя Кё и что-то орала мне вслед.

Томоя-кун будет у Сунохары, значит, надо туда.

Всё-таки я умудрилась оторваться от сестры, вскочив в автобус и уехав, оставив её в бешенстве размахивать кулаками на остановке. Так ей и надо. Даже если помчится туда же, я успею нацеловаться с Томоей-куном и вернуть его себе, а ей оставить шиш с маслом.

А то и не только нацеловаться. Выпнем Сунохару из комнаты, и она будет полностью в нашем распоряжении. А там уже Томоя-кун не отвертится, после такого расстаться не сможет, даже если захочет. Хотя с чего бы это ему хотеть, он же не любит Кё на самом деле, лишь прельстился на её показную крутизну.

С автобусной остановки до общежития я добралась так быстро, что перед входом даже пришлось немного постоять и отдышаться. Не привыкла двигаться так долго и много, да. Надо бы попробовать, а то скоро должна была сесть на диету, но так не хочется.

Так, ладно, потом о диете, сейчас Томоя-кун. Отдышалась, готова, всё, захожу.

Сагара-сан подметала холл, одновременно играясь веником с котом. Она удивлённо повернулась ко мне и какое-то время просто не узнавала.

— А, ты ведь девушка Оказаки? — наконец сказала она. — Прости, имя не запомнила.

— Фуджибаяши Рё. — здесь надо включить вежливость, иначе не пропустит. — Я к Томое-куну.

— Хм, а почему тогда сюда? — удивилась Сагара-сан. — Он сегодня не приходил, только вчера был. Вы не поссорились случаем?

— Нет, конечно. — уж лучше бы поссорились. — Просто он вроде говорил, что хочет у Сунохары жить...

— Тогда я сейчас проверю. — Сагара-сан взяла веник как автомат. — И выкину, если действительно там. Только нелегальных жильцов мне ещё не хватало. Так, а ты куда направилась, стой тут, ещё потеряешься, а мне отвечай. Приволоку сюда за шиворот Оказаки твоего, не бойся. — И Сагара-сан вместе с котом скрылась в коридоре, мне только и оставалось, что прислониться к стенке и ждать. Увы, ждать напрасно — Сагара-сан вернулась без Томои-куна.

— Разве что он спрятался. — извиняющее сказала она. — Но обследовать уромные места той комнаты если и полезу, то только с противогазом и огнемётом. Ищи парня в другом месте.

— Спасибо, Сагара-сан. — я вышла из общежития и задумалась. Она может его покрывать? Вроде бы у них не особо близкие отношения, но теперь ни в чём не уверена. Томоя-кун мог мне врать вообще обо всём, ни одно его слово нельзя воспринимать как правду. Я с сомнением посмотрела на окна общежития. Понять бы, какое из них Сунохары, может, удастся посмотреть, нет ли там движения...

— Фух, наконец-то... догнала... — Кё, тяжело дыша, остановилась рядом со мной. — Рё... пойдём... домой... а то... да блин! — она раскашлялась и даже немного отошла в сторону.

— Я Томою-куна так и не нашла, так что не надейся.

— Да похрен на Томою, ты видела, который час! — вскипела Кё и опять закашлялась. — Всю дыхалку... сбила... пока бежала... да чтоб тебя... — она усердно задышала. — Завтра в школе поймаешь, если пойдёшь.

А ведь точно. Встретить его завтра, выяснить, где именно живёт, тут же проверить после школы. Благо суббота, короткий день и долгий вечер с Томоей-куном.

— Ну ладно тогда, идём домой. — пожала я плечами.

— Ага, идём, автобусы ещё ходят? — Кё немного отдышалась. — Сейчас подожди, зайду к Мисае, маме позвоню, пусть за нами приедут. — она повернулась к общежитию, а затем снова ко мне. — Рё, давай зайдём внутрь, тут всё-таки уже время небезопасное. И не смотри на меня так, пожалуйста, если ты тут, то Томоя не у Сунохары, и тогда даже я хрен знаю где он, к себе домой вроде не хотел возвращаться.

Значит, именно туда и отправился. Думала, сумеешь так меня обхитрить, Кё? Завтра же проверю его дом точно. А пока ладно, притворюсь, что слушаюсь тебя и зайду внутрь.

Хотя на улице и в самом деле темнеет, не стоит тут оставаться. Да и опять дождь начинает накрапывать.

Мама никого из нас не обругала, когда приехала на такси, просто посадила нас в машину, и мы отправились домой. Всю дорогу молчали, я лишь думала о том, что завтра, что бы ни случилось, наконец-то увижу Томою-куна. И он никуда не денется, придётся ответить на все мои вопросы, покаяться и вновь принять меня, а Кё оставить с носом.

Дома я выкинула Ботана из своей комнаты перед сном и улеглась, размышляя только о хорошем. Томоя-кун ни за что не сможет от меня убежать, так что уж обнять-то его точно смогу.

И пусть только попробует убежать.

10 мая, суббота

Каппей Хиираги

Такое впечатление, будто я никогда не найду работу.

Куда бы не тыкался, кем бы не просился, на что бы не соглашался, результат один — отказ. Даже по второму кругу пошёл на случай, если в первый раз не свезло, но увы. Хоть в другой город переезжай, но тут хорошо, тут друзья, тут согласные меня приютить.

Тут Рё.

Может, как-нибудь руки покачать? До сих пор я делал упор лишь на ноги, с тех пор, как осознал, что бег — это моя жизнь. Но после того, как дорога в спорт оказалась закрыта навсегда, как-то больше ничего и не развивал. Похоже, и зря, на трети работ сильные руки нужны. Думал открыть своё дело, вроде маленькой курьерской службы, но на это деньги надо, много денег. И наверняка больше, чем кажется.

Прям тупик какой-то. Отец Оказаки-сана мне даёт денег, но этого только на жизнь и хватает, да и надоело жить за чужой счёт. Интересовался было его работой, но там сплошное перекладывание бумажек, я ж с тоски сдохну на третий день.

Хотя сдыхать от тоски с деньгами всё же лучше, чем ничего не делать без них...

По утрам я периодически бегал и смотрел, как Оказаки-сан и Рё идут вместе в школу. Одно понимание того, что у них всё хорошо, наполняет меня решимостью на весь день — если, конечно, увидеть удалось. И сегодня застал картину поистине странную — Рё шла одна, с таким печальным видом, что не мог не вмешаться.

— Привет, Рё! — я выскочил на её пути так, словно пробегал мимо и узнал на ходу. — Как поживаешь?

Рё посмотрела на меня пустым взглядом и какое-то время просто не узнавала, пока не назвал своё имя.

— А, это ты. — её взгляд из пустого неожиданно стал неприятным.

— А где Оказаки-сан? — немного нервно огляделся я.

— Вот ты мне и скажи, наверняка ведь он тебя сюда послал.

— Чего? — даже не понимал, о чём речь. — Меня никто сюда не посылал.

— Да? — она приблизилась; я сглотнул, но остался стоять. Рё рассматривала меня несколько секунд, а затем хмыкнула и прошла мимо. Рискнул оглянуться и проводить её взглядом, но она поворачиваться и не думала, целеустремлённо направляясь к школе.

Что сейчас произошло? Рё и Оказаки-сан не вместе, да и она не знает, где он. Значит, он пропал, но Рё не выглядит взволнованной, и почему-то уверена, что я от него иду. Я обещал не ввязываться в их отношения, но всё это выглядит настолько странно, что у меня не остаётся выбора.

Прежде всего надо искать Оказаки-сана, он либо ушёл раньше её, либо... они больше не живут вместе. Не верится во второй вариант, но на всякий случай стоит сбегать к Сунохаре и поинтересоваться, не видел ли он Оказаки-сана. Может, даже в самом общежитии перехвачу, если он так и ленится идти в школу.

— Да что вы все ко мне пристали, он обещал жить у меня, но так и не явился! — взорвался Сунохара. Он всё-таки вышел из общежития, но не успел далеко уйти, когда я его поймал и спросил, где Оказаки-сан.

— Прости. А что, кто-то ещё спрашивал?

— Фуджибаяши спрашивала, которая его девушка. — буркнул Сунохара. — Но Оказаки у меня нету, и не знаю, где он.

— И это тебя не тревожит?

— Тревожит? — Сунохара недоумённо посмотрел на меня. — Чего тревожиться, он дома у себя сидит. На уроки наверняка явится, с него близняшки шкуру снимут, если опоздает. С меня тоже, так что прости, некогда болтать. — и он заторопился уйти. Я пожелал ему удачной учёбы и задумался.

Домой к себе Оказаки-сан точно не приходил — или я, или его отец это бы заметили, даже если нас не было. У Сунохары его тоже нет, как и у Рё. На душе стало тревожно. Эти улицы опасны даже для более сильных людей, чем Оказаки-сан, вдруг с ним что-то произошло, и никто не в курсе?

Так, ладно, не паниковать заранее. Сунохара прав, Оказаки-сан должен прийти на уроки, чтобы не расстраивать Рё. По времени они уже начались, так что просто заявлюсь к концу — сегодня суббота, у них короткий день, не забыть — и повысматриваю. А пока сбегаю в пару мест, на случай, если он всё-таки угодил в неприятности.

На реке его не оказалось, на местной свалке тоже, а там уже и пришла пора бежать обратно в школу. Однако хоть и успел до того, как ученики стали расходиться, но среди них Оказаки-сана не было. Впрочем, и Сунохары тоже не было, и Рё. Они где-то застряли? Можно постоять и подождать ещё, а можно попробовать поискать их на территории школы... на которую вот этот мускулистый мужчина в форме меня вряд ли пустит. Он уже и смотрит с подозрением, так что лучше бы отойти подальше. Ничего, рано или поздно они должны выйти, ни за что не пропущу.

Ждать пришлось ещё примерно час, пока из ворот вновь не потекла группа школьников. Среди них я наконец-то увидел Оказаки-сана и рванул было к нему — но тут же затормозил и метнулся в тень.

Рядом с ним шагала злой двой... злая сестра. Они о чём-то переговаривались, но хоть лица и были серьёзными, на них мелькали улыбки, да и в целом оба не были против общества друг друга.

А ещё они держались за руки.

Похоже, я понимаю, что происходит. Оказаки-сан и Рё поссорились, как всегда ссорятся парочки, и разошлись по углам дуться друг на друга. Злая сестра в полном соответствии со своей натурой пытается соблазнить Оказаки-сана, а тот, обижаясь на Рё, ведёт себя как идиот и принимает ухаживания. Рё страдает, но из-за доброго сердца не может взять и показать сестре, где её место.

И вот тут в дело должен вступить благородный рыцарь Каппей Хиираги, наказать злодеев, позволить влюблённым соединиться и забыть горести, провозгласить силу любви и уехать в закат. Что ж, можете на меня положиться! Оказаки-сан и злодейка уже далеко, но Рё... а кстати, где Рё?

О, вот она идёт, одна из последних и о боже. Голова опущена, плечи поникли, сумка бьёт по ногам, шагает так медленно, словно не хочет. Оказаки-сан, куда вы ушли, совсем сердца нет, свою девушку оставлять в таком виде, пусть даже вы и поссорились.

— Рё! — я подскочил к ней. — Не бойся, я сделаю всё для того, чтобы Оказаки-сан к тебе вернулся!

Рё встала, подняла голову и уставилась на меня.

— В смысле, сделаешь всё, чтобы вернулся?

— В прямом. Оказаки-сан ведь всё ещё любит тебя, просто он тупит. Так что сделаю что угодно для того, чтобы его вразумить. Просто скажи, там, твою злую сестру в грязь окунуть или ещё что, мигом сделаю!

— Злую сестру? В грязь? — она засмеялась. — Я бы очень хотела это увидеть, но прости, ты не справишься.

— Ты меня недооцениваешь. — широко улыбнулся я. Рё внимательно посмотрела на меня и призадумалась.

— Каппей, твои родители могут тебя сегодня отпустить? — неожиданно спросила она.

— Эээ... — замялся я. — У меня их нету, так-то.

— То есть ты один живёшь?

— Нет, я... ну, в некотором роде да...

— Тогда слушай сюда. — приказала Рё. — Сегодня ты ночуешь в моём доме. Так, никаких возражений! Раз уж они думают, что я так просто в тебя влюблюсь вместо Томои-куна, то давай сделаем вид, будто это и произошло. Они успокоятся, расслабятся и завтра наверняка пойдут на свидание. Мы тоже сделаем вид, что ушли на свидание, а на деле последим за ними и как следует испортим всё их веселье.

— И потом Оказаки-сан поймёт, как ваша злая сестра жалка по сравнению с вами, и вернётся! — радостно подытожил я, но Рё наоборот, помрачнела.

— Каппей, я... не думаю, что Томоя-кун вернётся. И не думаю, что сама хочу вернуть его. Он... причинил мне столько боли, ведь всё время, пока считала, что мы вместе и счастливы, он лгал мне, за моей спиной встречался с Кё... и сегодня, когда я хотела обнять его, поцеловать и поговорить, Томоя-кун... просто отодвинул меня, и весь день ходил с ней под ручку... — она едва не плакала, рассказывая это, и моё сердце разрывалось. Оказаки-сан, как вы могли так поступить? Неужели под личиной хорошего парня всё это время прятался гнусный тип, способный ни с того ни с сего разбить сердце такой прекрасной девушке?

— Тогда зачем нам портить их свидание? Месть?

— Да. Кё портила мои свидания с Томоей-куном, теперь мой черёд. Пусть ей тоже будет больно, им обоим должно быть так же больно, как и мне.

Она произнесла это с такой ненавистью, что на мгновение я даже засомневался, кто именно тут злая сестра, но тут же отбросил все сомнения. Оказаки — без всякого -сана! — поступил отвратительно, так, как не должен поступать ни один порядочный человек, и его точно надо проучить.

Мы просто-напросто испортим свидание, ничего более.

Про дом Рё не шутила, и мы действительно вместе сели на автобус (разумеется, я заплатил), доехали до её дома и зашли внутрь. Я жутко нервничал, но Рё схватила меня за руку, что отнюдь не успокоило, и тащила за собой. До чего же у неё нежная и мягкая кожа, каждый день стараюсь мыться, и до такого далеко...

— Мама, папа. — заявила Рё, втолкнув меня в гостиную. — Это Каппей Хиираги. Кё мне сказала, что он якобы хорошо заменит Томою-куна как парень, поэтому теперь будет тут жить вместо него. Вздумаете выгонять — буду плакать, истерить и резать вены. Приятно познакомиться.

Я успел увидеть три ошарашенных лица, включая злую сестру, когда Рё вновь потащила меня, теперь уже по лестнице на второй этаж. Там она впихнула меня в комнату на кровать и закрыла дверь.

— Э, Рё, нам ещё совсем рано... — я осторожно встал, не ожидав оказаться в такой ситуации и лихорадочно размышляя, что делать.

— А? — посмотрела она на меня. — Не раскатывай губу. Моё тело предназначалось лишь для Томои-куна, а сейчас... понятия не имею. Но тебе точно не на что рассчитывать.

— Я и не хотел! То есть, ты шикарная, но...

— Но ты благородный и вежливый рыцарь, да-да, я это уже слышала. — перебила она. — Каппей, мне всё равно, что там о моём теле думаешь, просто помни, что ты должен помочь мне отплатить моему... парню и сестре. Справишься — может, позволю себя потрогать. Если захочу. Всё остальное время мы влюблённой парочкой притворяемся... как сейчас, например. — прислушалась она к шуму на лестнице. Через пару секунд дверь распахнулась, и злая сестра влетела в комнату.

— Рё, это что ещё такое? — заявила она с порога.

— О чём ты? — повернулась к ней Рё. — Я просто привела выбранного вами парня к себе домой и предложила переночевать. Что-то не так?

— Но ведь это тот прощелыга, который за тобой и Томоей регулярно таскался и таскается! — ткнула та в меня.

— Вот как? — ласково сказала Рё. — Ох, какой он паршивец, посмел вмешиваться в наши отношения, ну и злодей!

Эта Кё, конечно, мерзавка, но проняло и её — она побледнела, опустила руку и следующую фразу сказала едва ли не заискивающе:

— Рё, ну... извини... давай мы с тобой мирно и спокойно поговорим...

— Не сейчас, Кё. — Рё села на кровать и обхватила меня так, что я едва не задохнулся от волнения. — Мне нужно помиловаться с моим парнем, которого твой Томоя-кун так рекомендовал. Хочешь остаться и посмотреть?

— Да вы... — Кё победнела, а затем неожиданно подмигнула мне и резко закрыла дверь. Спустя несколько секунд зазвучали шаги.

— Пффф. — Рё тут же отпустила меня. — А ещё извращенкой себя называла. Вечно гонору полно, а только и может, что у других красть. — она пересела за стол. — Делай что хочешь, спать будешь в гостиной, в футоне. У Кё кабанчик ручной есть, Ботаном зовут, может к тебе полезть в том числе и спать. Опять-таки делай что хочешь, но учти, что Кё за него на лоскуты порвёт. Родителей не бойся, строй из себя хорошего мальчика... хотя Томоя-кун тоже строил, так что тоже как хочешь. Так, ещё — семья сейчас будет уборкой заниматься, я себе освобождение уже вытребовала, ты смотри сам. И особо не привыкай, завтра мы отомстим этим козлам, и больше мне будешь не нужен.

Я лишь покорно кивал, пытаясь справиться с шоком. Девушка моей мечты, стеснительная и добрая внешне, оказалась совсем не такой, и даже немного пугала. Впрочем, Оказаки тоже оказался совсем не таким. Может быть, и злая сестра... так, об этом лучше не думать. А вот насчёт уборки... в принципе, это становится уже традицией, в новом доме сразу же прибираться, но даже мне эта традиция уже надоедает. Хотя, так смогу на родителей Рё произвести впечатление, но и оставлять её одну не хочется...

Пока размышлял, Рё отвернулась от меня и больше не обращала внимания. Ладно, посижу тут, и в самом деле устал прибираться, а там просто скажу, что не знал, и в следующий раз постараюсь. А пока же тихо прошёлся до шкафа, аккуратно открыл его и посмотрел на ряд томов манги. Ого, тут романтика есть — хотя чего удивляюсь. Осторожно взял одно из знакомых названий, сел обратно на кровать и начал читать. Уюта картине добавил вновь начавший моросить дождь — как же он надоел за последние дни.

Так мирно и спокойно мы просидели до ужина, на котором Рё усадила меня за стул рядом с собой. Я боялся, что её родители сейчас начнут допрашивать, ругать или вовсе схватят за шиворот и выкинут из дома, но они словно меня не замечали. Как и Кё, угрюмо ковырявшаяся в своей тарелке. Даже когда я поблагодарил всех за вкусную еду, никто и ухом не пошевелил.

— Сейчас я иду в ванную — сказала Рё. — Потом Кё, потом ты. Вздумаешь подглядывать — глаза выколю.

— И не собираюсь. — даже немного обиделся. — Рё, ты можешь мне доверять!

— Доверять? — она замерла. — Каппей, меня предали парень и сестра, два человека, которых я любила и думала, что всегда смогу на них положиться. И после этого ты ждёшь, что буду доверять тебе?

— Прости. — Дурак, это она должна на меня обижаться, что не понимаю её чувств. Но Рё ничего не сказала, только взяла полотенце и ушла.

Когда наконец пришла моя очередь и я тщательно вымылся, то в гостиной уже обнаружил расстеленный футон и стоящую рядом с ним Рё. Она поманила меня к себе, и я послушно подошёл.

— Притворяемся. — прошептала она, запрокидывая руки мне на плечи и приближая лицо максимально близко так, что со стороны это реально могло показаться поцелуем. Но его не было, Рё лишь сладко дышала на мои губы, посматривая куда-то в сторону. Наконец раздались чьи-то шаги, и в ту же секунду Рё отпустила меня.

— Не только ты умеешь лгать, сестрица. — довольно пробормотала она. — Ложись спать. Завтра чтобы был готовым и не зевал.

— Так точно! — я мигом нырнул под футон, а Рё какое-то время продолжала стоять и рассматривать меня. Ожидал ещё инструкций, но вместо этого услышал:

— Спокойной ночи, Каппей.

И она выключила свет, а я тут же растянулся и постарался уснуть.

Эх, как резко всё может измениться. Ещё утром считал Оказаки хорошим человеком и другом, а сейчас готов испортить его завтрашнее свидание, потому что он оказался совсем не таким. Ну да и ладно, Рё — бриллиант, за порчу которого несомненно стоит мстить.

11 мая, воскресенье

Рё Фуджибаяши

Когда я проснулась, то первой мыслью было вскакивать и будить Томою-куна. А второй — что его уже нет, там спит этот Каппей, и его бежать поднимать нет смысла. Или стоп, мы же типа парочка, значит, смысл есть.

Вот только Каппей успел не только встать раньше меня, но и занять ванную. И вчера долго мылся, откуда у него такая чистоплотность? Хм... а готовить тоже надо, раз делаем вид? Наверное, да, так что потопаю-ка на кухню. Попробовать ещё раз рисовые шарики, или если другой парень, так и другое блюдо? Вот только какое...

— О, Рё, ты уже тут. — мама тоже пришла на кухню. — Прости, сегодня завтрак за мной.

— А, ну ладно. — я хотела уйти, но она аккуратно взяла меня за плечо.

— Рё, знаешь, я вчера ничего не сказала, но для разрешения ваших конфликтов тащить в дом незнакомого парня...

— Он не незнакомый. Он приятель Томои-куна, я с ним как-то даже прогулялась. Томоя-кун говорит, что Каппей будет отличной заменой ему, и я послушно исполняю его слова.

— Рё. — мама сжала руку. — Мы не хотим вмешиваться в вашу ссору, потому что надеемся, что сами сможете разобраться, но если тебе понадобится помощь...

— Что ты, мамочка, всё хорошо. — сказала я, аккуратно высвобождаясь из захвата. Не хотим вмешиваться, а сами Томою-куна выгнали, тоже мне.

Каппей наконец-то освободил ванную и догадался там переодеться, а то бы спускающуюся по лестнице Кё шок хватил. Хотя и в этом своём спортивном костюме выглядит не здорово, хоть новую одежду покупай. Откуда он вообще такой явился? Родителей нет, в школе его не видела, вечно куда-то бегает... надо будет потом проверить, всё ли дома на месте.

Кё прошмыгнула в ванну раньше меня, но хоть дверь не заперла. Был соблазн зазвать туда Каппея и полюбоваться на её ужимки, но вместо этого я просто прошла в туалет, заодно понаблюдав за тем, как она намывает себя и упорно не смотрит в мою сторону. Не прикидывайся, и так знаю, что ты на свидание с Томоей-куном собралась. Вот только фигушки тебе, а не свидание.

За завтраком я, помня о спектакле, сидела рядом с Каппеем и даже думала покормить, но тут же отказалась от такой глупости. Паренёк и так нервничал рядом со мной, едва не роняя палочки, но меня сейчас волновал не он, а Кё, которая отсутствовала за столом, потому как приукрашивала себя наверху. Не явилась она и тогда, когда мы оба поели и вышли из гостиной. Наверняка вообще побежит без завтрака, а потом сожрёт всю зарплату Томои-куна, тем более что её как раз должны были выдать.

— Ты придумал какой-нибудь план, как их свидание испортить? — спросила я у Каппея.

— Разве только привлечь внимание хулиганов и на них вывести. — Я обдумала этот вариант, но не знаю. Кё реально сильна в драке, а ярость "моё свидание прерывать" сделает её ещё страшнее. Если только целую толпу приманить, но поди её найди днём. Других путей как-то и не вижу — Кё портила моё свидание исключительно своим появлением, и если я так сделаю, то они надо мной лишь посмеются.

Хотя, если получится неожиданно подкрасться и обнять Томою-куна...

Кё действительно пробежала мимо гостиной в выкопанном невесть откуда белом платье, сразу направившись в прихожую обуваться. Я оставила Каппея и подошла к ней.

— Опять вместо того, чтобы поесть, будешь Томою-куна объедать? Не подумала, что и ему деньги нужны?

Кё, так и не надев одну сандалию, застыла спиной ко мне.

— Хотя ты так всё время с ним и будешь. — продолжила я. — Высасывать всё, что имеется, потом позволять милостливо целовать себя в щёчку. Ни любви, ни нежности, один прагматизм и холодный расчёт, который будешь гордо называть отношениями. И ради этого ты решила разбить сердце родной сестре, которой до сих пор клялась в любви и обожании, тварь.

— Мы скоро расстанемся. — тихо сказала Кё.

— Что?

— Мы скоро расстанемся. — повторила она, повернув ко мне неожиданно заплаканное лицо. — Последний год школы, Рё. Ты станешь медсестрой, я воспитательницей, наши пути разойдутся. И ты должна научиться жить без меня и моей помощи, без надежды на то, что старшая сестра прибежит и всё разрулит. Я понимаю весь тот ужас, который ты сейчас переживаешь, но Рё, это не последний раз, когда случается такое. Возможно, потом будет даже хуже. И я хочу, чтобы ты уже сейчас сумела преодолеть это одна, быть максимально готовой, когда придётся испытать это снова.

— Хочешь сказать, что именно для этого ты отняла Томою-куна? — тихо спросила я.

— Нет. — она плакала беззвучно. — Рё, пожалуйста, прими то, что Томоя мой и он сам так захотел. Прими, и двигайся дальше, ведь что бы не случилось с тобой потом, ты обязана двигаться дальше. Найди другого парня, займись чем-то новым, сосредоточься на других целях — и, пожалуйста, улыбайся. Если. — и вот теперь она всхлипнула. — Если ты не хочешь больше со мной общаться, то это хорошо, я пойму... Только иди дальше, выберись из того мрака, где ты сейчас, и продолжай жить.

И прежде, чем я успела хоть что-то ответить, она быстро сунула ногу в сандалию и выбежала из дома.

Каппей Хиираги

Чем дальше, тем интереснее мне становится. За ночь желание отомстить Оказаки несколько поутихло, а сейчас злая сестра разговаривала... не как злая сестра. Я благоразумно не слушал, но её голос был тихим и взволнованным, а Рё после того, как она ушла, застыла на месте, уставившись туда, где та только что стояла.

— Рё? — осторожно приблизился я. — Мы идём?

— А? — она словно очнулась от транса. — А... да... да, идём... ты ведь быстро бегаешь?

— Стараюсь. — скромно ответил я.

— Тогда беги за ней так, чтобы не попадаться, и проследи, где она встретится с Томоей... Томоей-куном и где они... засядут, в каком кафе. Потом дуй на автобусную остановку недалеко от школьного общежития, это где... а, знаешь, хорошо. Встречаемся там, ты говоришь, где они, и мы их выслеживаем.

— А не потеряем так? — обеспокоенно спросил я. Пока бегаю за Рё и обратно, эти двое могут уйти куда угодно.

— Да нет, я примерно знаю, куда они могут пойти... ну, давай, бегом.

— Есть! — я выскочил на улицу и помчался за злой сестрой, спина которой как раз исчезла за поворотом улицы. Ничего, на ровном месте она меня не догоняла, значит, и сейчас не убежит.

Ох блин, в автобус заскакивает! Я ускорился и влетел чуть ли не в закрывающиеся двери, сразу рухнув на сиденье, попытавшись съёжиться. К счастью, она меня не заметила.

И, к счастью, у меня были с собой деньги на билет.

Всю дорогу осторожно поглядывал, боясь быть замеченным, но она в мою сторону даже не смотрела и ждала своей остановки. Которая, на удивление, оказалось той самой, где мы с Рё договорились встретиться. Далее злая сестра зашагала так быстро, что мне тоже пришлось прибавить шагу, не забывая держаться поодаль и быть готовым в любую секунду спрятаться.

Пришли мы прямо к так знакомым мне воротам школы, где ранее Рё любила поджидать Оказаки. Сейчас же наоборот — Оказаки стоял там и ждал эту Кё. Она ту же подскочила к нему, они обнялись и...

И поцеловались. Совсем никакого стыда.

Сразу после этого они взялись за руки и направились ко мне — едва успел скользнуть за угол дома — прошли мимо, не заметив, и пошли по дороге в сторону центра города.

Они отошли от автобусной остановки как раз тогда, когда к ней подкатил очередной автобус. Я немного задержался — вдруг Рё на нём приехала — одновременно не упуская их из виду. И в самом деле, Рё выскочила из автобуса, одетая в то самое сине-бежевое платье, в котором впервые встретил её и Оказаки на их свидании.

— Сюда! — замахал я ей, не боясь криком привлечь внимание — те двое уже достаточно удалились. — Они вон там, не потеряем.

Рё Фуджибаяши

Словно сами небеса решили помочь: вместо того, чтобы вдвоём с Каппеем обегать все увеселительные заведения города, уже сразу с автобуса сели им на хвост. Томоя-кун и Кё шли точно так же, как я с ним ходила: держась за руки, о чём-то разговаривая, даже улыбаясь друг другу.

Ненавижу.

Чем можно испортить это блаженство? Купить лапшу, столкнуться и вылить всё Кё на платье? Сказать полиции, что эти голубки несут с собой ножи и смотреть, как их задерживают и обыскивают? Или, если дойдут до реки, столкнуть в воду?

— Рё, не беги вперёд, они заметят. — подал голос Каппей, и я замедлилась. Он прав, нельзя раскрывать себя раньше времени, пусть они как следует поворкуют, расслабятся, а там уж...

Как и ожидала — Кё затащила Томою в кафе. Сестре дай только дорваться до еды за чужой счёт, так отожрётся, что потом бегать придётся и после обедов. Внутрь заходить не стала, лишь села на скамейку неподалёку так, чтобы видеть вход и не привлекать внимания. Каппей безмолвно опустился рядом со мной.

— Каппей, а ты где учишься, я тебя в школе никогда не видела. — всё равно больше нечем заняться, пока они там проедают деньги Томои-куна.

— Так я уже закончил школу, чего мне.

— Как закончил? — я покосилась на него.

— Ну что, не видно, что мне девятнадцать? — обиженно сказал он.

— Сколько? — на секунду забыла о той парочке и повернулась к нему. — Девятнадцать?

— А что такого-то?

— Что такого? — я схватила его за руку. — Мы почти одного роста, хотя мне семнадцать, и ты похож скорее на девочку младше меня, тем более что у тебя такое миловидное лицо... и нежные руки...

Ох. Я быстро отпустила его и вновь повернулась к входу, чувствуя, как начинают гореть щёки. Спокойно, Рё, это просто парень, а ты сейчас на взводе из-за погони, только и всего.

— Я похож на девочку? — произнёс Каппей с таким шоком, словно он впервые это узнал. — Ну да, я... не сказать чтобы хорошо питаюсь... и чистоту люблю... но на девочку?!

— Только не делай вид, будто тебе до этого такое не говорили.

Каппей Хиираги

Я похож на девочку. Так сказала Рё, а значит, это абсолютная правда. Так вот почему меня пытались нарядить в платья — господи, каким идиотом я был! Думал, что раз много бегаю, то спортивная фигура непременно должна выдавать во мне парня, а остальные меня просто подкалывают.

Теперь ясно, почему на работу не берут. Кто же возьмёт работать парня, похожего на девочку?! Блин, с этим надо что-то делать. Есть больше мяса? Отращивать бороду? Или учиться носить тяжести?

— Выходят. — бросила Рё. Кто? А, точно, совсем забыл. Парочка вышла из кафе — быстро же они — о чём-то потолковала и пошла дальше.

— Неужели в торговый центр идут? — пробормотала Рё, вставая со скамейки; я пристроился рядом с ней. — Я никогда не приглашала туда Томою-куна, думала, он и так там всё изучил... да и сам не требовал... а сейчас идёт как миленький... — она помрачнела так, что сразу сделалась не такой красивой, как всегда. Оказаки, вам только за это стоит держать ответ.

— А что мы им в торговом центре сможем сделать?

— Не знаю. На месте сообразим. Но именно там что-нибудь и сделаем, да.

Я согласно кивнул. Торговый центр большой, возможностей много, времени ещё полно. Всё успеем сделать, если только...

— Рё, они ведь мимо проходят?

Оказаки и злая сестра действительно не повернули к центру, вместо этого они пошли дальше по улице, продолжая что-то обсуждать. Рё остановилась и придвинулась ко мне.

— Каппей, не думаешь, что они могли нас засечь? — зашептала она мне в ухо так, что для ответа мне пришлось сглотнуть.

— Они не оборачивались. Вообще не смотрели назад. И твоя злая сестра давно бы напала, если заметила.

— Это да, но Кё хитрее и коварнее, чем ты думаешь. — задумчиво сказала Рё. — А хотя ладно, не прекращать же слежку. Да и нападёт — уж мне есть чем ответить. Идём. — и она устремилась вперёд. Я задержался на секунду, слегка одурманенный прекрасным запахом её духов, а затем поспешил следом.

Рё Фуджибаяши

А ведь с сестры могло статься заметить нас и в наказание водить по всему городу. Знает же, что я в спорте и ходьбе не очень, лишь рядом с Томоей-куном об усталости не могло быть и речи. Без него уже чувствую, что устаю, а они наверняка ещё не на середине свидания. Хоть в ещё одно кафе зайдите, посижу отдохну.

О чём они вообще так долго говорят, интересно? Кё при желании может часами болтать о всякой ерунде, но Томоя-кун вряд ли столько выдержит. Послушать бы...

— Рё, не возражаешь? — спросил Каппей и прежде, чем спросила, против чего именно, он взял меня за руку и согнул локоть так, что моя рука оказалась между ним и его телом.

— Если ты устанешь, то можешь опереться, я тебя потащу. — заявил он. Я недоумённо посмотрела на руку, на него — и ничего не сказала.

Томоя-кун никогда так не изощрялся, просто держал меня за руку, и это ощущение было... необычным. Рука согревалась телом Каппея, даже казалось, что чувствую биение его сердца, и это ужасно смущало, так что едва не упустила Томою-куна и Кё из виду. Но Каппей отслеживал их, и вскоре стало ясно, куда они двигаются.

К реке.

Вариант со сталкиванием в воду, похоже. Если всё-таки нас не заметили. Я немного прижалась к Каппею и тихо сказала ему:

— Они сейчас, скорее всего, подойдут к реке. Идём за ними.

— Хорошо. — так же тихо ответил он.

И мы вышли к реке. Томоя-кун и Кё без проблем перелезли через ограду — нарочно, ворота всего в нескольких шагах — прошли по ступенькам и остановились почти у самого края. Разбежаться, врезаться — и столкнуть. Ничего им тут не угрожает, Кё точно и выплывет, и Томою-куна вытащит, если тот вдруг не умеет плавать, а свидание гарантированно будет испорчено.

А если промахнусь, то... ей придётся нырять за мной, и опять-таки их свидание будет испорчено. Как ни смотри, везде плюс. Только как бы вбежать в них так, чтобы гарантированно? Я осторожно, дабы меня не заметили, встала наверху и оценила расстояние. Нет, пробежать не получится, даже если не переломаю себе обе ноги во время спуска, то успеют услышать, обернуться и встретить насмешками.

Придётся прыгать.

Да, именно так — свалиться на них сверху и столкнуть. Если надо — упасть вместе с ними. Ладно бы река бурная или глубокая или ещё что, а так пфф — платье намочу, и ладно, когда оно ещё мне понадобится. Я отошла к Каппею и сказала:

— Слушай, если что — зови на помощь, не стесняйся. Я просто сейчас им задам, и мало ли.

— Как именно? — спросил он, но я уже направилась обратно. Вновь нашла их, оценила расстояние и приготовилась.

И в этот момент Томоя-кун и Кё повернулись друг к другу и поцеловались.

Вместо прыжка я рухнула на асфальт, потрясённо наблюдая за их поцелуем и счастливыми лицами после него. А затем встала, развернулась и подошла к встревоженному Каппею.

— Что там? — спросил он. Я посмотрела на него.

Ничего они нас не вычислили и не водили за нос. Они действительно просто гуляли, просто наслаждались друг другом и просто нашли своё счастье — то, что я не смогла подарить Томое-куну.

Я заревела — нисколько не стесняясь стоявшего передо мной парня. Он всполошился, стал утешать, спрашивать, искать платок по карманам, но на всё это уже не обращала внимания.

Прощай, Томоя-кун — хотя, наверное, теперь стоит называть тебя просто Томоя. Я всё же люблю тебя, несмотря на все страдания, и потому будь счастлив с той, которую ты и только ты выбрал. Я хотела быть ею, и сейчас выплакиваю всю боль и скорбь от того, что это не так, но уже ничего не поделаешь. Мне надо двигаться дальше.

— Рё, пойдём отсюда, они же тебя услышат. — обеспокоенно сказал Каппей и потянул меня за собой. Я не сопротивлялась и лишь всхлипывала, навсегда прощаясь с мечтой о Томое. Никогда не прощу его и сестру за то, что они разрушили её, но пусть они наслаждаются друг другом, пока смогут, я же попробую восстать из пепла и построить новую.

Каппей Хиираги

Так неприятно, когда ты вообще ничего не понимаешь: почему Рё ходила туда-сюда, почему вдруг зарыдала и что мне с этим делать. Наверное, придётся накачивать не только мускулы, но и мозги. Интересно, нельзя как-нибудь одновременно?

— Каппей. — сказала Рё, когда мы отошли подальше от реки. — Давай пойдём отсюда.

— А, но как же они...

— Да ну их. — ответила она, уже почти не плача. — Эта парочка быстрее друг другу нагадит, нам и вмешиваться не нужно.

— Ну хорошо... Так, где там у нас автобусная остановка...

— Зачем остановка, сведи меня в кафе. — потребовала Рё. — Не бойся, я заплачу.

— Я заплачу! — мигом перебил я. Денег осталось разве что на автобус обратно, ну да что-нибудь придумаю.

— Хм. — она даже улыбнулась. — Ну хорошо тогда.

Так, срочно что-нибудь придумывать.

Увы, когда мы поели в кафе, то выяснилось, что счёт превышает всю мою наличность. Но пока думал, как же быть, Рё без проблем его оплатила. Затем мы сбегали до торгового центра, поиграли на автоматах (она опять заплатила), залезли на батуты (и опять), ещё раз поели в кафе (я так от стыда сгорю). Рё, казалось, не требовала чего-то особого, она кидалась к первой весёлой вещи, что попадалась ей на глаза, и без проблем оплачивала. Я аккуратно собирал все чеки, чтобы потом, когда найду работу, вернуть деньги , и старался поддерживать веселье. Наконец, когда мы отправились домой (всё же сумел оплатить билеты), она села рядом со мной и сразу легла на плечо, усталая и довольная.

— Ты как?

— Хорошо. — ответила она и зевнула. Я вздохнул, вспомнив сумму на чеках. Откуда у неё эти деньги, копила на Оказаки, что ли? А сейчас растратила в один заход, бедная девочка. Постой, мы ведь к ней едем, получается, так и буду у неё жить? Совсем не против, но как-то это, отец Оказаки наверняка волнуется, я же его не предупредил...

— Ты сегодня спишь точно так же. — сказала Рё, когда мы сошли с автобуса. — И не бойся моих родителей, будешь вежливым и аккуратным, так они тебя без проблем примут, особенно папа. — она задумчиво посмотрела на меня. — И знаешь что, Каппей, я хотела бы больше о тебе узнать. Не против сегодня посидеть в моей комнате и потрепаться?

Не против ли провести время в раю? Да разумеется! Я широко улыбнулся, перевёл взгляд на дом, к которому мы подходили, и едва не споткнулся — злая сестра стояла у калитки и внимательно смотрела на нас. Прежде, чем успел обдумать отпор, Рё отпустила меня и зашагала к ней.

Сёстры встали друг напротив друга — различимые лишь длиной волос и одеждой, одинаково нахмуренные, сосредоточенные, непоколебимые. И после недолгого молчания Рё сказала:

— Позаботься о Томое. Пойдём, Каппей.

Я осторожно проскользнул в калитку и последовал за Рё, оставив злую сестру парализованной на улице.

Вечер прошёл почти так же, как и вчера — никто и слова мне не сказал, Рё расспрашивала меня о моей жизни, и очень изумлялась, когда слышала о приюте, злая сестра нас словно и не замечала. На ночь опять постелили в гостиной, и Рё вновь пожелала мне спокойной ночи — а затем неловко и как-то даже неуклюже обняла.

— Слушай, Каппей. — тихо пробормотала она. — Давай попробуем... ну... встречаться по-настоящему. И не смотри на меня, какой я была все эти дни... это была немного не я, так что... извини и, если ты не против...

Меня захлестнул целый океан чувств — прямо как в тех романтических книжках. Я думал, что буду ей верным слугой, оруженосцем, другом, называйте как хотите, но именно что встречаться... я ведь не заслуживаю такого, да и моя...

... но не должен отвечать иначе.

— Давай будем встречаться. — я тоже аккуратно обнял её. — Только извини, если подведу.

— Да уж теперь ко всему готова. — тихо сказала она. Мы ещё немного подержали друг друга, а затем Рё пожелала мне спокойной ночи и ушла, а я залёг в футон и уставился в потолок.

Вот так тихо и незаметно моя жизнь изменилась, а девушка моей мечты просит с ней встречаться. И всё это благодаря тому, что Оказаки поступил как сволочь, так что даже понятия не имею, как к нему теперь относиться.

Но пока постараюсь забыть обо всех сложностях и просто помечтать о Рё.

Эпилог

— Я всегда это знал. — довольно заявил Сунохара. — Кё всё время на тебя так поглядывала, что даже не понимаю, как ты, Оказаки, этого не замечал.

— Такое бывает. — с улыбкой сказала Юкинэ. — Не видишь любовь прямо под носом, или даже не веришь, что хороший человек может в тебя влюбиться.

Я хмыкнул и отпил кофе. Мы втроём сидели в архиве, куда пришёл на обед, поскольку Кё его не сделала. Выборы президента перешли в решающую фазу, голосование должно было стартовать в среду, и она временно сконцентрировалась на этом, попутно заявив, что мне ждать от неё еды каждый день будет слишком жирно.

— Только я надеюсь, что вы сможете найти способ утешить Рё-сан. — Юкинэ тут же затронула больную тему. — Её нельзя оставлять с разбитым сердцем.

— Она уже нашла себе парня. И Рё только кажется нежным слабым созданием. Она справится.

— Ну, если так... — вздохнула она.

— Жаль, если нашла. — проворчал Сунохара. — Мог мне сказать, что девушку свою бросил, я бы её утешил. Глядишь, всё получилось, и стали бы мы родственниками, Оказаки!

Я поперхнулся и так закашлялся, что Юкинэ даже пришлось вставать и постукивать меня по спине.

— Даже не думай такие ужасы ещё раз говорить. — наконец отдышался я. — У тебя сестра есть, с ней и возись.

— Ага, как же. — он поскучнел. — Мей уже с Сагарой-сан спелась, та ей вывалила кучу небылиц про меня и теперь проходу нет.

— Так ты любую небылицу готов подтвердить одним своим существованием.

— Ребята, не ссорьтесь. — Юкинэ прекратила меня постукивать и вернулась на место. — Сунохара-сан, ваша сестра будет здесь во время фестиваля основателя?

— А он когда вообще? — Сунохара, как всегда, не обращал внимания на школьную жизнь. — Через три недели? Не, она уже уедет к тому времени.

— Жаль. Томоя-сан, можете принять это для Кё?

— Принять что? — не понял я. Юкинэ грустно поглядела куда-то вбок.

— Оказаки, ты что, слепой? — возмутился Сунохара. — Фуко-тян тебе звёздочку протягивает!

— Фуко? — я понятия не имел, кто это, но имя было знакомым. — Фуко, Фуко... Фуко!

— Оказаки-сан грубиян! — завопила девочка, размахивая звёздочкой в опасной близости от моего лица. — Фуко уже хотела ткнуть ему пальцем в глаз, чтобы проморгался, да побоялась касаться такого извращенца!

— Ну всё, Фуко, он тебя увидел. — улыбнулась Юкинэ. — Теперь отдашь ему звёздочку?

— Ага, придётся. — пробурчала Фуко. — Надеюсь, ты не потерял свою, извращенец? Фуко помнит все свои звёздочки, и тебе она её точно отдавала!

— Так зачем вновь отдаёшь? Настолько влюбилась в меня, что решила задарить?

— Миядзава-сан, я не хочу отдавать ему звёздочку! — Фуко развернулась к Юкинэ. — Он и его девушка заразят её своей пошлой злобой!

— Фуко, пожалуйста. — попросила Юкинэ, и девушка вновь повернулась ко мне, нахохленная, но всё же решившаяся протянуть звёздочку.

— Это для твоей злой девушки. — проворчала она. — Приходите на свадьбу моей сестры во время фестиваля основателя. Если сразу же уйдёте в тёмный угол и там отрубитесь, чтобы никому не мешать, то вообще здорово будет.

— Спасибо за добрые слова. — я отпил кофе и встал. — Тогда сразу пойду и передам. Удачи вам тут всем. Юкинэ, пока всё как обычно. — и я вышел прежде, чем Сунохара стал допрашивать, что именно как обычно.

Всё-таки я выбрал вариант с ночёвкой в архиве. Юкинэ была не против, Кё тоже ("Но узнаю, что ты там с кем-то ночуешь — прибью и труп среди шкафов спрячу!"), а больше никому и не говорил. Ещё разнесут весть, и так каждую ночь рискую быть пойманным, хоть Юкинэ заверила, что учителя сюда не зайдут. Вариантов лучше, увы, всё равно нет — домой возвращаться не хочу, а у Сунохары его сестра, да и не готов ещё так низко пасть.

Но пока меня интересует только встреча с любимой девушкой. Кё хоть и занята, но просила проводить до дверей класса, когда закончит. Такое впечатление, что она всё ещё не верит в случившееся и поэтому использует каждый лишний шанс побыть рядом и удостовериться, что это не сон.

В принципе, я ощущаю то же самое.

— Теперь вы мне верите, Сунохара-сан? — обратилась я к нему, когда дверь за Томоей-саном закрылась.

— Ага. Как не поверить, Оказаки прямо на Фуко-тян смотрит и не видит её. — он призадумался. — Я чем-то могу помочь?

— Пока особо нечем, но если что, то обязательно. — Всё же Сунохара-сан хороший парень, пусть и с ветром в голове, а бедной Фуко сейчас всякая помощь нужна.

— Фуко, ты так и не смогла показаться сестре?

— Нет. — она уселась за стол со звёздочками и прижала к себе одну из них. — Она всё ещё меня не видит.

— А кто сестра-то? — поинтересовался Сунохара.

— Коуко Ибуки-сенсей. Она совсем недавно в нашей школе преподавала, но вы, Сунохара-сан, вряд ли у неё учились, как раз года два назад ушла.

— Да, такой не помню. — кивнул Сунохара. — Значит, она замуж выходит?

— Точнее, мы пытаемся уговорить, но получается плохо. — я тяжело вздохнула. — Коуко-сенсей... не видит Фуко и не хочет свадьбы, пока та не выйдет из комы. Одной мне переубедить сложно, хоть Коуко-сенсей и хороший человек, спокойно меня выслушала. Я попробовала как-то выйти на Юсуке Ёсино, её кандидата в мужья, но...

— Стоп, Юсуке Ёсино? — всполошился Сунохара. — Так я же его знаю, он босс Оказаки и музыкант, каких свет не видывал!

— Что? — Томоя-сан всё это время мог вывести меня на Юсуке Ёсино?

— Мне догнать его? — приподнялся Сунохара.

— Нет, я сама с ним после уроков поговорю. — Это ведь многое может решить. Под напором сразу со стороны меня и своего будущего мужа Коуко-сенсей не устоит. Осталось найти способ убедить самого Юсуке Ёсино.

Когда я вышла со встречи с Томоё, то сразу кинулась в объятия поджидавшего меня Томои и тяжело вздохнула.

— Опять мозг долбили? — поинтересовался он.

— Томоё всё больше нервничает. Да ещё и ПМС у неё наверняка начался, так что тиранит только так.

— Кё, твой язык однажды доведёт тебя до беды. — недовольно сказала Томоё позади меня.

— Или к вершинам счастья. — я подмигнула Томое. — Серьёзно, через два дня голосование, а твоя популярность выше крыши, так что всё в порядке будет. Успокойся уже.

— Ты так говоришь, как будто после выборов самое лёгкое начнётся. — пробурчала Томоё. — Ладно, обнимайтесь тут, а я пошла, мне ещё надо прорепетировать финальную речь. — и она поспешила удалиться.

— Значит, через несколько дней ты станешь почти во главе школы... — задумчиво произнёс Томоя.

— Ага. Но сначала я как следует воспользуюсь служебным положением. — я щёлкнула его по носу. — А потом, может, и тебе позволю.

— Уже буду составлять план хищений. — усмехнулся он. Я ещё раз обняла его. Наконец-то, после всех этих мытарств, мы вместе, и он обнимает меня, а его руки ползут...

Эй, куда это его руки ползут?

— Томоя! — предупредила я. Он сделал невинное лицо.

— Что? Тебе не нравится?

— Я вообще-то разрешения не давала.

— А, ну так подумал, что раз ты цундэрэ, то никогда не скажешь, чего именно хочешь.

— Кто я? — мой голос оскорбительно зазвенел, а Томоя всё усмехался.

— Держи, кстати. — он сунул мне деревянную звёздочку. Он ведь... где-то я её уже видела...

— Что это?

— Да одна, эм... девушка... Фуко, да, Фуко, раздаёт их как приглашение на свадьбу сестры во время фестиваля. Ну и мне всучила для тебя.

— Свадьба, ха? — я повертела звёздочку в руках. Конечно, заглядывать так далеко в будущее ещё рано и даже опасно, но побывать на самой настоящей свадьбе, посмотреть, как и что всё выглядит, а также понамекать Томое... имеет смысл. — Буду помнить.

— Ага. Ладно, я побежал. — он быстро наклонился, поцеловал меня и вновь прижал руки к неразрешённому месту, а затем помчался по коридору. Я несколько секунд закипала, а затем взорвалась:

— ТОМОЯЯЯЯЯЯЯ! — и побежала за ним, размахивая звёздочкой и пылая жаждой уничтожения.

Высокая черноволосая девушка аккуратно несла стопку книг, когда раздавшийся крик едва не пошатнул её. Она недоумённо осмотрелась, одновременно пытаясь удержать книги от падения, когда мимо неё пронёсся парень, а за ним девушка со злобно горящими глазами.

— Томоя? — с удивлением сказала девушка, смотря вслед убежавшей парочке и наконец успокаивая книги, после чего более ласковым тоном повторила:

— Томоя-кун?

Я идиот, недостойный Рё. Болван. Кретин. Тупица.

Таблеток осталось ровно две, и другой пачки нету, ибо как всегда прохлопал ушами. И в аптеке её не купишь. Придётся идти в больницу, наверняка вновь проходить обследование, а то и перебираться в палату, где целыми днями лежать и ничего не делать.

Ужас как невыносимо.

Зря я ответил на чувства Рё, надо было остаться её помощником, и тогда никаких проблем. А сейчас что прикажете делать? Оттолкнуть не могу, внезапно пропасть — буду сволочью не хуже Оказаки. Рассказать правду — Рё вся испереживается, а ей это вредно и просто нельзя. Хоть бы чудо-лекарство подвезли, да кто ж ради меня так постарается.

Ладно, две таблетки всё же остались. За это время обежать аптеки — вдруг где купить можно — и как следует подумать, что делать. Рё ничего не говорить. Ходить, улыбаться, делать вид, что всё нормально.

Кажется, не доведётся мне поработать.

Ванна с сестрой всегда была некоторым испытанием нервов — хотя бы потому, что она могла в любой момент начать мыть мне самые интимные участки тела, благо хоть не обижалась, когда получала в ответ мочалкой. Но теперь я уже который день не моюсь вместе с Кё, и так даже лучше — тише и спокойнее. Никаких пошлых шуточек, визгов, обмена мнениями, подбадриваний, уверений в моей красоте...

Только я одна сижу и моюсь. Когда-то даже фантазировала, как однажды буду мыться с Томоей, но теперь... теперь... теперь это стало частью той боли, которую пытаюсь забыть. А с Каппеем... нет, я вообще не могу такое представить. Он хороший парень, в чём-то даже лучше Томои, но... пока рано о таком думать.

Кё появилась совершенно неожиданно, просто и без лишнего шума открыв дверь, скинув халат и сев в ванную до того, как я успела возмутиться. Она что, решила, что если я в некотором роде нашла себе парня, то всё хорошо и можно жить как раньше?

— Рё. — сказала Кё, взяв в руки мыло с мочалкой. — Знаешь, между нами было, есть и будет всякое, но одно я знаю точно — мыть самой себе спину та ещё пакость. Не против, если мы друг дружке в этом поможем?

От такой наглости у меня пропал дар речи. Какое-то время просто таращилась на сестру, а затем, пытаясь выглядеть максимально оскорблённой, повернулась к ней спиной, и Кё мигом принялась за дело. Что ни говори, но моет она предельно аккуратно, с силой и одновременно нежно. Прямо блаженство, даже если по завершении хватает меня за грудь и начинает выяснять, насколько та выросла с предыдущего хватания.

Но сейчас этого не произошло: непривычно тихая Кё вымыла мне спину и отплыла к своему краю, начав намыливать уже себя. Я развернулась к ней, подобрала оставленную в воде мочалку и задумчиво посмотрела сначала на неё, затем на сестру.

— Кё, давай и я тебе спину помою.

Та аж уронила мыло в воду и уставилась на меня, а затем нерешительно повернулась. Я намылила мочалку и стала тереть спину сестры. Наверняка не так нежно и бережно, но главное грязь убрать.

Да и нечего ей после всего ожидать от меня нежности. Кё отлично это понимала и терпела, даже когда тёрла совсем уж сильно. А когда закончила, то повернулась обратно и продолжила мыться как ни в чём не бывало — чем и я занялась.

Ни о каком прощении речи идти не может, и прежними лучшими подругами нам тоже не быть. Но спины друг другу помыть — почему бы и нет.

Одной управляться и в самом деле та ещё пакость.

 
↓ Содержание ↓
 



Иные расы и виды существ 11 списков
Ангелы (Произведений: 91)
Оборотни (Произведений: 181)
Орки, гоблины, гномы, назгулы, тролли (Произведений: 41)
Эльфы, эльфы-полукровки, дроу (Произведений: 230)
Привидения, призраки, полтергейсты, духи (Произведений: 74)
Боги, полубоги, божественные сущности (Произведений: 165)
Вампиры (Произведений: 241)
Демоны (Произведений: 265)
Драконы (Произведений: 164)
Особенная раса, вид (созданные автором) (Произведений: 122)
Редкие расы (но не авторские) (Произведений: 107)
Профессии, занятия, стили жизни 8 списков
Внутренний мир человека. Мысли и жизнь 4 списка
Миры фэнтези и фантастики: каноны, апокрифы, смешение жанров 7 списков
О взаимоотношениях 7 списков
Герои 13 списков
Земля 6 списков
Альтернативная история (Произведений: 213)
Аномальные зоны (Произведений: 73)
Городские истории (Произведений: 306)
Исторические фантазии (Произведений: 98)
Постапокалиптика (Произведений: 104)
Стилизации и этнические мотивы (Произведений: 130)
Попадалово 5 списков
Противостояние 9 списков
О чувствах 3 списка
Следующее поколение 4 списка
Детское фэнтези (Произведений: 39)
Для самых маленьких (Произведений: 34)
О животных (Произведений: 48)
Поучительные сказки, притчи (Произведений: 82)
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх