|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
В воскресенье после завтрака Гарри, Рон и Гермиона отправились в Совятню, чтобы отправить Перси письмо и спросить, как и советовал Сириус, не видел ли он мистера Крауча в последнее время. Они использовали Хедвиг, потому что у нее так давно не было работы. Проследив, как она исчезла из виду через окно Совятни, они спустились на кухню, чтобы отдать Добби его новые носки. Домашние эльфы оказали им очень радушный прием, кланяясь и делая реверансы, и снова суетились вокруг приготовления чая. Добби был в восторге от своего подарка.
— Гарри Поттер слишком добр к Добби! — пропищал он, вытирая крупные слезы со своих огромных глаз.
— Ты спас мне жизнь, Добби, ты действительно спас, — сказал Гарри.
— Надеюсь, у вас будут эклеры? — спросил Рон, оглядывая сияющих и кланяющихся домашних эльфов.
— Ты только что позавтракал! — раздраженно сказала Гермиона, но к ним уже приближалось огромное серебряное блюдо с эклерами, поддерживаемое четырьмя эльфами. — Нам нужно купить что-нибудь для Бродяги, — пробормотал Гарри.
— Хорошая идея, — сказал Рон. — Дайте Свину какое-нибудь занятие. Не могли бы вы дать нам немного дополнительной еды, а? — обратился он к окружающим эльфам, и они радостно поклонились и поспешили за добавкой.
— Добби, где Винки? — спросила Гермиона, оглядываясь по сторонам.
— Винки там, у камина, мисс, — тихо сказал Добби, слегка опустив уши.
— О боже, — воскликнула Гермиона, заметив Винки. Гарри тоже посмотрел на камин. Винки сидела на том же табурете, что и в прошлый раз, но она так перепачкалась, что ее не сразу можно было отличить от почерневшего от дыма кирпича за ее спиной. Ее одежда была рваной и нестиранной. Она сжимала в руке бутылку сливочного пива и слегка покачивалась на стуле, глядя в огонь. Пока они наблюдали за ней, она громко икнула.
— Винки теперь выпивает по шесть бутылок в день, — прошептал Добби Гарри.
— Ну, это не крепкое пойло, — сказал Гарри.
Но Добби покачал головой.
— Для домашнего эльфа оно крепковато, сэр, — сказал он.
Винки снова икнула. Эльфы, принесшие эклеры, неодобрительно посмотрели на нее и вернулись к работе.
— Винки тоскует, Гарри Поттер, — печально прошептал Добби. — Винки хочет домой. Винки по-прежнему считает мистера Крауча своим хозяином, сэр, и никакие слова Добби не убедят ее в том, что профессор Дамблдор теперь ее хозяин.
— Эй, Винки, — сказал Гарри, пораженный внезапным озарением, подходя к ней и наклоняясь, — ты ведь не знаешь, что может задумать мистер Крауч, не так ли? Потому что он перестал приходить судить Турнир трех волшебников.
Глаза Винки блеснули. Ее огромные зрачки сфокусировались на Гарри. Она снова слегка покачнулась, а затем спросила:
— М-Мастер перестал — ик — приходить?
— Да, — сказал Гарри, — мы не видели его с самого первого задания. В "Ежедневном пророке" пишут, что он заболел.
Винки покачнулась еще немного, непонимающе глядя на Гарри.
— Хозяин — ик — заболел?
Ее нижняя губа задрожала.
— Но мы не уверены, что это правда, — быстро сказала Гермиона.
— Хозяину нужна его... ик-Винки! — захныкал эльф. — Хозяин не может... ик— справиться— с-ик-всем — сам.
— Другие люди, знаешь ли, сами справляются со своей работой по дому, Винки, — строго сказала Гермиона.
— Винки— ик — не только— ик — выполняет работу по дому для мистера Крауча! Винки возмущенно пискнула, покачиваясь еще сильнее, чем обычно, и расплескивая сливочное пиво на свою и без того сильно запачканную блузку. — Хозяин — ик — доверяет Винки — ик — самую важную — ик — самую сокровенную тайну
— Что? — спросил Гарри.
Но Винки изо всех сил замотала головой, пролив на себя еще больше сливочного пива.
— Винки хранит — ик — секреты своего хозяина, — мятежно произнесла она, тяжело покачиваясь и хмуро глядя на Гарри, скосив глаза. — Ты — ишь— куда — суешь — свой-нос.
— Винки не должна так разговаривать с Гарри Поттером! — сердито сказал Добби. — Гарри Поттер храбрый и благородный, а Гарри Поттер не любопытный!
— Он сует — свой— нос — в — личные— дела и секреты — моего хозяина, ик — Винки — хороший домашний эльф, ик — Винки хранит молчание, ик — люди пытаются — ик — совать— свой— нос — в-чужие— дела, ик-ик...
Веки Винки опустились, и внезапно, без предупреждения, она соскользнула со стула к камину, громко захрапев. Пустая бутылка из-под сливочного пива покатилась по выложенному каменными плитами полу. С полдюжины домашних эльфов поспешили к ней с недовольным видом. Один из них взял бутылку; остальные накрыли Винки большой клетчатой скатертью и аккуратно подоткнули концы, скрыв ее из виду.
— Нам жаль, что вам пришлось это увидеть, господа и мисс! — пропищал стоящий рядом эльф, качая головой и выглядя очень пристыженным. — Мы надеемся, что вы не станете судить о нас по Винки, господа и мисс!
— Она несчастна! — раздраженно сказала Гермиона. — Почему бы тебе не попытаться подбодрить ее, вместо того чтобы прикрывать?
— Прошу прощения, мисс, — сказал домашний эльф, снова низко кланяясь, — но домашние эльфы не имеют права быть несчастными, когда есть работа, которую нужно сделать, и когда нужно обслужить хозяев.
— О, ради всего святого! — Воскликнула Гермиона. — Послушайте меня, вы все! У вас такое же право быть несчастными, как и у волшебников! У тебя есть право на зарплату, отпуск и приличную одежду, ты не обязан делать все, что тебе говорят — посмотри на Добби!
— Мисс, пожалуйста, не впутывай Добби в это, — пробормотал Добби, выглядя испуганным. Веселые улыбки исчезли с лиц домашних эльфов, собравшихся на кухне. Они вдруг посмотрели на Гермиону так, словно она была сумасшедшей и опасной.
— У нас есть для тебя запасная еда! — пропищал эльф, стоявший рядом с Гарри, и сунул ему в руки большую ветчину, дюжину пирожных и немного фруктов. — До свидания!
Домашние эльфы столпились вокруг Гарри, Рона и Гермионы и начали выпроваживать их из кухни, подталкивая в спину множеством маленьких ручек.
— Спасибо тебе за носки, Гарри Поттер! — жалобно позвал Добби от камина, где он стоял рядом со скомканной скатертью, которая была на Винки.
— Ты что, Гермиона, не могла держать язык за зубами? — сердито спросил Рон, когда за ними захлопнулась кухонная дверь. — Они не захотят, чтобы мы к ним приходили! Мы могли бы попытаться вытянуть из Винки побольше информации о Крауче!
— О, как будто тебя это волнует! — усмехнулась Гермиона. — Тебе нравится приходить сюда только за едой!
После этого день выдался какой-то раздражительный. Гарри так устал от того, что Рон и Гермиона грызлись друг с другом за домашнюю работу в общей комнате, что в тот вечер сам отнес еду Сириуса в Совятню.
Пигвиджен был слишком мал, чтобы в одиночку отнести целый окорок на гору, поэтому Гарри заручился помощью двух школьных сов-визжалок. Когда они вышли в сумерки, выглядя крайне странно, держа в руках большой сверток, Гарри облокотился на подоконник, глядя на сад, на темные, шелестящие верхушки деревьев Запретного леса и колышущиеся паруса корабля Дурмстранга. Сквозь клубящийся дым, поднимающийся из трубы Хагрида, пролетел филин; он устремился к замку, обогнул Совятню и скрылся из виду.
Посмотрев вниз, Гарри увидел, что Хагрид энергично копается перед своей хижиной. Гарри было интересно, что он делает; казалось, что он разбивает новую грядку для овощей. Пока он наблюдал, из кареты Шармбатонов вышла мадам Максим и направилась к Хагриду. Она, казалось, пыталась вовлечь его в разговор. Хагрид оперся на свою лопату, но, похоже, не горел желанием продолжать их беседу, потому что вскоре к карете вернулась мадам Максим.
Не желая возвращаться в Гриффиндорскую башню и слушать, как Рон и Гермиона огрызаются друг на друга, Гарри наблюдал, как Хагрид копает землю, пока его не поглотила темнота, а совы вокруг Гарри не начали просыпаться и со свистом пронеслись мимо него в ночь.
На следующий день к завтраку плохое настроение Рона и Гермионы улетучилось, и, к облегчению Гарри, мрачные предсказания Рона о том, что домашние эльфы будут подавать на гриффиндорский стол некачественную еду из-за того, что Гермиона их оскорбила, оказались ложными; бекон, яйца и копченая рыба оказались ничуть не хуже, чем обычно. как обычно.
Когда прилетели почтовые совы, Гермиона с нетерпением посмотрела на них; казалось, она чего-то ждала.
— У Перси еще не было времени ответить, — сказал Рон. — Мы отправили Буклю только вчера.
— Нет, дело не в этом, — сказала Гермиона. — Я оформила подписку на "Ежедневный пророк". Меня уже тошнит от того, что я все узнаю от слизеринцев.
— Отличная мысль! — сказал Гарри, тоже поднимая взгляд на сов. — Привет, Гермиона, я думаю, тебе повезло...
Серая сова стремительно приближалась к Гермионе.
— Но у нее нет газеты, — разочарованно сказала она. — Это...
Но, к ее изумлению, перед ее тарелкой приземлилась серая сова, а за ней по пятам следовали четыре сипухи, коричневая сова и рыжевато-коричневая сова.
— Сколько раз ты подписывалась? — спросил Гарри, хватая кубок Гермионы, прежде чем его опрокинула стайка сов, которые столпились рядом с ней, пытаясь первыми доставить свое письмо.
— Что за хрень?.. — Гермиона взяла письмо у серой совы, открыла его и начала читать. — О, в самом деле! — пробормотала она, слегка покраснев.
— Что случилось? — спросил Рон.
— Это... о, как нелепо...
Она сунула письмо Гарри, который увидел, что оно написано не от руки, а составлено из наклеенных букв, которые, казалось, были вырезаны из "Ежедневного пророка".
"Ты злая девочка. Гарри Поттер заслуживает лучшего. ВОЗВРАЩАЙСЯ туда, откуда ты родом, маггла."
— Они все такие! — в отчаянии воскликнула Гермиона, открывая одно письмо за другим. "Гарри Поттер способен на большее, чем такие, как ты. ..." — "Ты заслуживаешь того, чтобы тебя сварили в лягушачьей икре. ...— Ой!
Она открыла последний конверт, и желтовато-зеленая жидкость, сильно пахнущая бензином, хлынула ей на руки, на которых начали образовываться большие желтые нарывы.
— Неразбавленный гной от буботубероза! — сказал Рон, осторожно взяв конверт и понюхав его.
— Ой! — воскликнула Гермиона, на глазах у нее выступили слезы, когда она попыталась вытереть гной с рук салфеткой, но ее пальцы были так густо покрыты болезненными ранами, что казалось, будто она надела пару толстых узловатых перчаток.
— Тебе лучше подняться в больничное крыло, — сказал Гарри, когда совы вокруг Гермионы взлетели. — Мы скажем профессору Спраут, куда вы ушли. . . .
— Я предупреждал ее! — воскликнул Рон, когда Гермиона, всплеснув руками, выбежала из Большого зала. — Я предупреждал ее, чтобы она не раздражала Риту Скитер! Посмотри на это. Он зачитал одно из писем, оставленных Гермионой: "Я прочитала в "Еженедельнике ведьм" о том, как ты притворяешься с Гарри Поттером, и у этого мальчика было достаточно трудностей, и я отправлю тебе проклятие следующей почтой, как только найду достаточно большой конверт". Блядь, ей бы лучше поберечься.
Гермиона не пришла на гербологию. Когда Гарри и Рон выходили из оранжереи на урок по уходу за волшебными существами, они увидели, как Малфой, Крэбб и Гойл спускаются по каменным ступеням замка. Панси Паркинсон шепталась и хихикала позади них со своей компанией слизеринок. Заметив Гарри, Панси крикнула:
— Поттер, ты расстался со своей девушкой? Почему она была такой расстроенной за завтраком?
Гарри проигнорировал ее; он не хотел доставлять ей удовольствие, зная, сколько неприятностей вызвала статья в "Ведьмином еженедельнике".
Хагрид, который на прошлом уроке сказал им, что с единорогами они закончили, ждал их у входа в свою хижину, держа у ног свежие открытые ящики. Сердце Гарри упало при виде ящиков — уж не вылупился ли еще один скрют? — но когда он подошел достаточно близко, чтобы заглянуть внутрь, то обнаружил, что смотрит на множество пушистых черных существ с длинными мордочками. Их передние лапы были странно плоскими, как лопаты, и они, моргая, смотрели на класс, выглядя вежливо озадаченными таким вниманием.
— Это нюхачи, — сказал Хагрид, когда класс собрался вокруг. — В основном вы находите их в шахтах. Они любят всякие блестящие штучки. ...Вот, идите, посмотрите.
Один из нюхачей внезапно вскочил и попытался сорвать часы с запястья Пэнси Паркинсон. Она вскрикнула и отскочила назад.
— Полезные маленькие детекторы сокровищ, — радостно сказал Хагрид. — Я подумал, что мы могли бы сегодня с ними повеселиться. Видишь вон там? — Он указал на большой участок свежевскопанной земли, за которым Гарри наблюдал из окна Совятни. — Я закопал несколько золотых монет. У меня есть приз для того, кто выберет нюхача, который выкопает больше всего. Просто снимите все свои ценности, выберите нюхача и приготовьтесь выпустить их на свободу.
Гарри снял часы, которые носил просто по привычке, поскольку они больше не работали, и сунул их в карман. Затем он взял нюхалку. Она уткнулась длинной мордочкой в ухо Гарри и с энтузиазмом понюхала. Это было действительно очень приятно.
— Подожди, — сказал Хагрид, заглядывая в ящик, — здесь есть запасной нюхач. ...кого не хватает? Где Гермиона?
— Ей пришлось отправиться в больничное крыло, — сказал Рон.
— Мы объясним позже, — пробормотал Гарри; Панси Паркинсон внимательно слушала.
Это было, пожалуй, самое веселое занятие, которое они когда-либо испытывали, ухаживая за волшебными существами. Нюхачи ныряли в клочок земли и выныривали из него, как из воды, каждый спешил обратно к ученику, который выпустил его, и выплевывал золото им в руки. У Рона это получалось особенно эффективно; вскоре у него на коленях было полно монет.
— Ты можешь купить их в качестве домашних любимцев, Хагрид? — взволнованно спросил он, когда его нюхалка нырнула обратно в землю, забрызгав его мантию.
— Твоя мама была бы не в восторге, Рон, — сказал Хагрид, ухмыляясь. — Они разрушают дома, нюхачи. Я думаю, они уже почти все достали, — добавил он, расхаживая по клочку земли, в то время как нюхачи продолжали пикировать. — Я только что закопала сотню монет. А, вот и ты, Гермиона!
Гермиона шла к ним через лужайку. Ее руки были сильно забинтованы, и она выглядела несчастной. Панси Паркинсон пристально смотрела на нее.
— Что ж, давай проверим, как у вас дела! — сказал Хагрид. — Пересчитайте свои монеты! И нет смысла пытаться их украсть, Гойл, — добавил он, прищурив свои черные, как у жука, глаза. — Это золото лепреконов. Исчезает через несколько часов.
Гойл с крайне недовольным видом опустошил карманы. Оказалось, что "нюхалка" Рона оказалась самой удачной, и Хагрид подарил ему в качестве приза огромную плитку шоколада "Ханидукс". По всему двору прозвенел звонок на обед; остальной класс отправился обратно в замок, но Гарри, Рон и Гермиона остались, чтобы помочь Хагриду уложить нюхачей обратно в коробки. Гарри заметил, что мадам Максим наблюдает за ними из окна своей кареты.
— Что ты сделала со своими руками, Гермиона? — обеспокоенно спросил Хагрид.
Гермиона рассказала ему о письме с угрозами, которое она получила этим утром, и о конверте, полном гноя от буботубера.
|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
