|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Роберт "Клык" Таннер, оперативник "Цербера" (Мендуар, 22 августа 2366 г.)
Это дело воняло с самого начала. Роб не любил такого типа дела, но однозначный приказ Призрака не оставил ему выбора. После очередного ранения Роберта выпнули из ВКС в отставку, и он, тридцатилетний инвалид, оказался на улице, без гроша в кармане и с мизерной пенсией. Какое-то время Роб пил, пытаясь на дне бутылки найти решение своих проблем, перебиваясь случайными заработками и жильём в самой дешёвой ночлежке на задворках Денвера. Там его нашли эмиссары "Цербера", и, после непродолжительного торга, он уехал с ними. Затем — лаборатория и полгода пыток под названием "восстановительные процедуры", где в него натолкали имплантов, что вернуло Роберту былую силу. Две недели назад Призрак отозвал его с "Бека" на станцию "Хронос", и там лично выдал задание.
— Запомните, Роберт, ваше задание — привезти сюда мальчика. Привезти живого и здорового. Вы можете потерять всех выделенных вам людей (потери среди пиратов вообще некритичны), но он должен быть здесь. Вам всё понятно?
— Так точно, сэр! Разрешите вопрос, сэр?
— Задавайте.
— Чем он так важен?
— Этот ребёнок — чудо, мистер Таннер. Мой человек год собирал данные о нем, сидя в колонии. Он — будущее нашей расы, его таланты должны служить всему человечеству. Надеюсь, что ученые разберутся, как передать его способности другим людям. Её потеря для нас неприемлема.
Призрак не лгал — своим куцым даром Роб чувствовал, что ему говорят правду. Это он хорошо задвинул — насчёт человечества... только вот, по собственным наблюдениям Роберта, большую часть людей интересовали, как и тысячи лет назад, лишь жратва, выпивка, секс, и плевать им на всех остальных с высокой тумбочки...
Прибыв в точку сбора флота вторжения, Роб мог только ругаться. Из этой банды, которая собралась атаковать колонию, большая часть сброда даже стрелять толком не умела, а о таком понятии, как дисциплина, они не слышали вообще никогда.
Проблемы начались сразу, ещё до выхода на орбиту — местные, на трёх корветах, сумели так повредить один из крейсеров пиратов, что он беспомощной тушей просто повис в пространстве. Два оставшихся так умело связали боем, что о поддержке с воздуха можно было забыть... и, самое главное, осталась полностью активной система ПКО колонии. Естественно, она устроила нападавшим настоящую преисподнюю!
Летя в челноке к поверхности, Роб молился всем богам, чтобы миновала его ракета мобильных ЗРК, как выяснилось, густо натыканных в лесах колонии, и снаряд орудия ПКО — этот раскалённый вольфрамовый штырь, летящий с гиперзвуковой скоростью.
"Они нас ждали, — свербила мысль. — Ждали и готовились".
Из рубки неслась ругань, челнок болтало из стороны в сторону. Один из пилотов высунулся из проема и заорал:
— К городу не подойти, третьего уже ссадили. Сядем в трёх-четырёх километрах от цели, дальше — топайте пешком. Понятно?
— Так точно! Садись давай.
Пилот кивнул и скрылся в рубке.
"Вот, Майки, ты и получил своё... — подумал Роб. Майк Хэплорн был его напарником в этой миссии. Остальные наёмники не имели к "Церберу" никакого отношения. — Теперь, Роб, ты командуешь единолично. Херово".
На каналах связи царил гвалт с нотками паники, все орали на всех. Пираты высаживались, где попало, и тут же попадали под огонь местных — отряды милиции устроили пиратам жаркую встречу. Подавитель вошёл в атмосферу и вышел на рабочий режим, но на эффективности действий местных это почему-то не сказалось совершенно...
Панические вопли командиров пиратских групп, безжалостно истребляемых местной милицией, заполнили весь эфир.
"Во дают фермеры! У них тут что, одни отставники в колонистах? Такая жара — с самого начала... что дальше будет? Ведь пираты — это не армия, которая, благодаря дисциплине, может сжать зубы и, несмотря на потери, переломить ситуацию, — сердце кольнуло нехорошим предчувствием. — А не станет ли Мендуар твоей могилой, Робби?"
Высадившись, собрались в компактную группу и пошли к точке рандеву — какому-то местному ранчо, где вместе с родителями жила объект. Роберт знал, что в городе работают ещё несколько групп, но у них объектом был местный шериф, как-то связанный с беглецом из "Цербера" — Грейсоном. В кубрике обсуждали, что с помощью местного шерифа попытаются выманить ренегата. Тот ему, вроде как, брат. В авангарде началась и неуклонно нарастала стрельба и крики, близко полетели пули. Роберт спрятался за толстым деревом, а вот один из пиратов не успел, и его голова, вместе со шлемом, разлетелась на части.
"Охренеть! — пронеслась мысль. — Это какой же калибр?"
Минут десять сотня пиратов с наёмниками сбивали заслон местной милиции и, потеряв почти десяток, смогла-таки задавить местных. Проходя мимо, Роб разглядел их оружие: у одного батарианца был "Богомол Б", по виду, в гражданском исполнении, а у лежащей рядом турианки — обычная "Цунами IV".
"Нехило вооружена милиция — эта экспериментальная винтовка под десяток штук стоит... но свои деньги она отрабатывает на все сто. Если хоть половина милиции с ними — нам кранты".
Эти, по виду, обычные работяги наколотили восьмерых, и ещё трое — уже не бойцы. Один из пиратов подошёл к мертвецам и, видимо, решил отрезать от турианки кусочек на сувенир. Достав боевой нож, Роб объяснил уроду всю глубину его ошибки. После этого уже ни один не подходил к погибшим, а на Роберта смотрели со страхом и ненавистью — он их хорошо чувствовал. Плевать на эти куски дерьма — он всё равно собирался по завершении миссии тех из них, кто выживет, зачистить. Лично. На всякий пожарный, как говорится.
Вот и искомое ранчо — несколько модульных домов, стоящих по двум улицам. Окна закрыты рольставнями, горят красные голограммы на дверях. Складывается ощущение, что здесь никого нет, однако Роб чувствовал присутствие — это умение у него от бабушки. Чувство взгляда на него, через прицел. Роберт скомандовал остальным рассредоточиться и медленно заходить в посёлок.
Это кошмар! Это не посёлок, это — чёртова крепость! Уже больше двадцати пиратов кучами тряпья валяются на улице. Местные оказывают ожесточённейшее сопротивление. Заперевшись в одном из домов и опустив ставни так, что остались лишь узкие щели, ведут прицельный огонь. На малейшее шевеление следовал выстрел, и пиратов становилось всё меньше. Гранату не закинешь, отскочит от ставен — они пружинят. Да и близко не подойти — мигом снимут. Трупы непонятливых показали остальным тщетность попыток, да и объект повредить боязно. Призрак очень доходчиво объяснил, что будет с Робертом в случае гибели цели.
В начале боя, заметив небольшую группку местных, удирающих в предгорья, Роб отправил за ними двоих наёмников и человек под тридцать пиратов. После рванул "подавитель", и связь у нападавших накрылась совсем. От ушедшей группы не было никаких вестей. Измочаленный дом продолжал огрызаться огнём, парочка пиратов, попытавшихся пробраться через задний двор, была задавлена здоровенным псом. Просматривая позже трёхсекундную запись этого события с визора шлема, Роб разглядел пса — и почувствовал, как на затылке волосы встали дыбом... Это же "страж"! Какого хера, чёртова куча дерьма, что же тут за семейка?! Такие псы были неимоверной редкостью — на одной из церберовских баз периметр охраняли две такие собачки, и обошлись они администрации в несколько лимонов кредитов и напрочь отдавленные кнопки корпоративных связей.
На неоднократные предложения добром отдать девчонку, из дома летели пожелания на всех известных языках, с указаниями, куда именно Робу следует отправиться, прихватив с собой заодно пиратов.
Он подозвал одного из наёмников.
— Патрик, остаёшься здесь, твоя задача — не выпустить местных и не позволить им ударить нам в спину. Понял?
— Но босс, девка наверняка у них, и если ты уйдёшь с половиной оставшихся в горы, у меня почти нет шансов её выцарапать, — заволновался наёмник.
— Нет её здесь. Я это чую, и группа наша в горах не отвечает. Не могли же трое непонятных местных завалить всех? Компаньоны твои, вроде, птицы стреляные — не должны подставиться. Как думаешь?
— Да хрен их знает... Муса больше яйцами думает, хотя боец злой. А Джок — вообще птица тёмная, я его в серьёзном деле ещё не видел, а в мелочёвке всякой хер поймёшь, какой он. Пираты же... ну ты сам видел — полное дерьмо.
— Да?! Вот же хрень. Ладно, ты давай тут посматривай — у остальных пиратов, похоже, дела плохи совсем. Слышишь — даже артиллерия молчит. Так что нам надо девочку забирать и валить отсюда быстро-быстро, а то, боюсь, могут не дать улететь. С ней хоть шанс есть — прикроемся, как заложником.
— Твоя правда, босс! У меня очко что-то больно развопилось... Давай инструметроны свяжем — хоть такая связь будет. Найдёшь девку — свистнешь, ок?
Роб помолчал, решая, стоит или не стоит сообщать Патрику новости.
— Ладно, давай. Жди сигнала и попробуй связаться с челноками.
— Окей, босс.
Теперь Роберт сидел за камнем, у висячего моста, и смотрел, как невидимый снайпер косит пиратов. Один за другим они падали, ловя пули, любая попытка сбежать пресекалась. Полтора километра тропы вдоль берега стали запретными — несколько дохлых неудачников на ней стали ярким примером. Следуя по следам пропавшей группы, Роб испытывал все большее удивление. Многие пираты были убиты из снайперской винтовки — причём очень умело. Наемников вообще завалили из крупняка. Джока фактически разорвало пополам, после чего его добили в упор, а Муса лишился головы, куски которой валялись в радиусе двух метров от трупа. Трупы пиратов дополняли картину. И мост не перейти.
"Где же ты? Где? — думал Роб, осматривая в перископ противоположный берег. — Ведь ты где-то рядом, не дальше километра, метров семьсот-восемьсот".
УФ диапазон ничего не показывал — наверно, накидка. А может, ИК? Нет, пусто, слишком тёплый климат — нет перепадов температуры, и, опять же, накидка. Только какое-то непонятное животное сидит за камнями. Кот видимо дикий. Рентген? После взрыва "подавителя" фон высок, может, и получится. Переключил перископ... вот он где! Да не он, а они — снайпер и корректировщик. Внимательно разглядев обоих, Роб от удивления впал в ступор. Пацан человек и девчонка батарианка?! И кот рядом видимо КАДИС. Позиция у них замечательная — даже из снайперки не достать. Просто не дадут прицелиться. Невозможно стрелять, когда тебе в лицо летят пули. Про штурмовки и дробовики даже говорить нечего — с их низкой прицельной дальностью. Нет, малявки — просто молодцы! Что же делать?
Роберт вспомнил наставления бабушки: "Помни, внук, в критической ситуации настройся на противника и в нужный момент воспользуйся его слабостью".
Он расслабился и попытался поймать эмоциональную волну тинов. Какими бы они ни были — это всего лишь подростки, и их можно вывести из равновесия, заставить ошибаться, напугать, чтобы убежали, и потом догнать. Нет, ну какие молодцы — устроили образцово-показательную засаду, и он, Роб, в неё влез по самую шею, так, что не вылезешь! Спокойно, вот они — батарианка видится, как кусочек холодного ветра, тихий, но видящий всё вокруг. А второй?.. Как кусок пустоты, как машина, как виртин на полигоне!
"Не понял?! Он что, киборг? Блять, дубина! Он просто закрылась... закрылся эмоционально! Он — как он! Он ЭМПАТ!"
Почему?! Ну почему Призрак не сказал сразу? Ведь в таком случае Роберт за этим пацаном побежал бы пешком! Он помнил напутствие бабушки: "На своём пути ты встретишь того, что может стать твоей судьбой. Он будет, как мы с тобой, только гораздо, гораздо сильнее, и если не оплошаешь — наш род будет вместе с ним править человечеством".
Роберта охватило неимоверное возбуждение: скорей, скорей на тот берег, там ОН! Тот, которого он искал так давно и уже отчаялся найти! Он не отдаст его Призраку, не-ет! Такими призами не делятся! Таким можно владеть только единолично! Роберт перевёл все резервы брони в кинетический щит: отключил связь, медблок и тактический компьютер. Через инструметрон вызвал Патрика.
— Патрик!
— Да, босс?
— Челнок вызвал?
— Да, стоит рядом.
— Отлично! Бери человек пять, а остальных — гони на штурм. Сам же дуй ко мне, к висячему мосту на реке! Понял, куда?
— Так точно, босс! Вы нашли его?
— Нашёл.
— Это точно он? И где наши парни?
— Это он, Патрик. А парней он положил, и сейчас добивает мою группу.
— Охренеть, босс! Сопливый пацаненок уложил полсотни народу?!
— Не всех, но очень многих. Ей кто-то помог, но сейчас он один только КАДИС рядом. И я иду его брать, надеюсь, получится. А ты гони сюда шаттл!
— Всё понял, сделаю.
— Клык, отбой.
Роб вскочил и бросился к мосту. По щиту застучали пули, вызывая рябь. Экран состояния показывал 95% заряда... уже 90%! Надо спешить, быстрее на тот берег — там можно укрыться в мёртвой для стрелка зоне, восстановить щит и захватить пацана. В ближнем бою против десантника в броне она не выстоит. Даже КАДИС не поможет. Вскрывать тяжелую броню они не умеют, да и застрелит он его. На пиратов надежды нет — они так напуганы, что из-за камней их можно достать только под страхом смерти. Да и хер на них! Мост скрипит и качается. Как же медленно он двигается — шажок за шажком... щит уже на 30%, а до берега ещё, как минимум, четыре метра... три, два с половиной, два... 15% щита! Полтора, метр, полметра, ещё шажок... щит 5%! В спину дохнуло смертью. Роберт застыл. Как вспышка, всплыло воспоминание — мягкое, улыбчивое лицо бабушки и её слова: "Но, не дай Бог, Робби, ты придёшь к нему, как враг — тогда твоя смерть станет неминуемой... ты понял меня?"
Бля! У него же, наверное, чёртов бикалиберный "Богомол Б"!..
Тяжелая, тридцатиграммовая пуля, на скорости 1500 м/с, ударила в район поясницы. Кинетический щит лишь на тысячную долю секунды задержал её, кончик пули смялся, став диаметром около 20 мм. Врезавшись в гибкую часть брони, пуля смялась ещё больше и, вырвав кусок металлокерамического сандвича диаметром уже почти 45 мм, ударила в поддоспешник. Многослойная полимерная ткань не была рассчитана на столкновение с объектами, летящими на скорости около 1200 м/с, и просто лопнула. Дальше ком металла, керамики и полимерной ткани диаметром уже примерно 60 мм, летящий на скорости около 1000 м/с, ударил в мышцы и кости позвоночника. Позвонки лопнули, превращаясь в мелкое крошево. От соприкосновения с кишечником, наполненным жидкостью в виде крови и пищи, во все стороны пошла волна гидравлического удара. Ком из кусков пули, куска брони и поддоспешника, лишь чуть-чуть замедлившись, ударил во фронтальную часть брони изнутри. Не рассчитанные на такое бронепластины лопнули по всей ширине и устремились наружу, вместе со всем прилетевшим. В брюшной части доспеха образовалась дыра уже около 40 см в диаметре, в которую вылетели куски костей и внутренностей Роберта. Ударная волна, разрывая внутренние органы и превращая кишечник в фарш, ударила в диафрагму, разорвав её, а также сердце и лёгкие. Верхняя часть туловища устремилась вверх, а нижняя — вниз, броня как бы раздулась и тут же сдулась обратно. Роберт не успел даже почувствовать боли — смерть его была мгновенной. Тело подбросило, и оно повисло на поручне моста, как сломанная посредине игрушка.
|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
