Станция "Сигма" — это здоровенный металлический гриб в пространстве Иерархии, висящий над серебристым шаром Ируне, родиной волусов. Огромный торговый павильон, созданный волусами для обеспечения собственной торговли. История говорит, что коротышки строили её на протяжении двухсот лет и потратили астрономическую сумму кредитов.

Третий месяц я в экипаже, и на дворе ноябрь 2366. С Бекенштейна мы ушли на следующий день после получения мной документов. Капитану и суперкарго подвернулся отличный фрахт в Иерархию — партия мороженного крабового мяса. Вывоз мяса камчатского краба, равно как и самого краба, из пространства Альянса, да что там, даже с Земли, был запрещён. Турианцы, распробовав однажды этот деликатес, жаждали ещё — но индейское жилище вам, дорогие! Хотите крабиков — вэлком в гости, и тут кушайте, сколько угодно, заодно посмотрите на достопримечательности, по музеям походите, принесёте денюжку, как туристы... Но когда запреты останавливали предприимчивых разумных? Вот так и повезли мы мясо в Иерархию, прямо на сам Палавен. Прилетели довольно быстро. На саму планету нас не пустили — разгрузились на орбитальном терминале. Здесь же взяли здоровенный груз продовольствия для военного флота, с доставкой в пространство волусов, отвезли на базу флота, там было ещё несколько мелких фрахтов — и, как итог, мы засели на "Сигме". Вот уже вторую неделю Малки ищет фрахт, но без толку. Макс ходит мрачный, хотя вся команда довольна — с теми деньгами, что наколотили за последнее время, мы на "Сигме" можем полгода сидеть и не переживать. Но это ведь не дело для настоящего торговца! Мы в тот день вернулись с Билли и Мате, хотя настоящее её имя: Мария Тереза Пилар Родригес Гонсалес де Ансусьон. Язык сломаешь выговаривать... вот и называем её Мате — по двум первым слогам её имён. Вернулись с прогулки по магазинам — деньги у меня есть, а у волусов на станции можно купить всё, вот просто всё... даже рабов, как говорят некоторые, только забирать придётся из Гегемонии, но купить можно и здесь. На мой вопрос, как на это смотрят власти Иерархии, получила ответ — косо смотрят, но, по условиям протектората, волусы в своем праве.

Купил себе костюм и гитару — играть хотелось иногда просто до невозможности. Мате, глядя на меня, купила себе отличную акустическую гитару — мы переглянулись и договорились вечерком зажечь. Вернувшись на борт, застали кэпа и Малки за думами мрачными.

— В чём дело, капитан? — поинтересовалась Мате.

— Ничего понять не могу. Почему этот Горга Восск даёт такую мизерную цену за фрахт? Никто ведь не повезёт.

— Сколько он хочет? — включается в разговор Билли.

— Триста тысяч, доставка на "Арктур".

— Да это просто несерьёзно — накладные больше, чем стоимость фрахта! Кто в здравом уме за это возьмётся?

— Вот и мы понять не можем...

— А давайте, я с вами завтра схожу и попробую его почувствовать?

— Это как? — все смотрят на меня.

— Ну, я же эмпат, так что могу почувствовать желания разумного... да и вообще, любого живого.

— Так ты нас читаешь всё время?!

— Вы что — книги, чтоб читать вас? Делать мне больше нечего! — То что я менталист решил не говорить, разумные на это очень нервно реагируют.

— О чём же я сейчас думаю? — проверяет капитан.

— Подожди, Игорь... Ты можешь чувствовать ложь? — спросил Малки.

— Легко и непринуждённо. Мне врать бесполезно, и вообще — при мне врать бесполезно. Я сразу чувствую.

— На каком расстоянии это работает? — снова спросил Малки.

— В пределах метров ста-стапятидесяти.

— То есть, например, в зале ресторана ты можешь легко читать всех?

— Ну да. Почти.

— Что значит "почти"?

— Азари умеют прятать часть эмоций и искажать их. Но ложь от них я всё равно почувствую.

— Да это же просто сказка какая-то! — воскликнул наш суперкарго.

— Объясни, Малколм, в чём фишка, — просит капитан.

— Макс! Мы берём его на переговоры, сажаем в уголке с мороженым — и он в гарнитуру сдаёт нам весь настрой заказчика: врёт-не врёт, насколько его ещё выжать можно... да это просто Wunder-Waffe!

Народ потрясённо молчит.

— Сам господь привёл нам тебя, Игорь. А ты ещё хотел нам деньги за маклера отдавать... Да если твоё умение нам хотя бы чуть-чуть поможет, это окупит вообще всё!

— Так что, капитан, идём завтра к волусу?

— Конечно, идём! — кричит Малки. — Я просто хочу понять — какого хрена ему надо?

Капитан только кивает в ответ.

Небольшой уютный офис во втором диске станции, в нём, за низким столиком, сидит коротышка в скафандре. Он спокойно посмотрел на нас троих. В чувствах прорезалась заинтересованность и некоторый скепсис с нотками ожидания.

— Приветствую вас, клан Земли. С чем пожаловали ко мне?

— Мы насчёт фрахта, уважаемый мастер Восск.

— Я уже говорил вам, что цена фрахта — триста тысяч, — произносит волус и с большим ожиданием смотрит на Малки. Чего он ждет? Такое ощущение, что ему от нас чего-то надо... В эмоциях волуса начинает сквозить разочарованием.

— Капитан, — шепчу я, — сколько стоит такой фрахт обычно?

— Тысяч шестьсот пятьдесят-семьсот... как договоришься. А что?

И тут я понимаю — волусу хочется поторговаться! Вот в лом ему отдавать фрахт просто так — видимо, время терпит, и он ждёт, что мы станем торговаться. Вот ведь жучила — эмоций ему, очевидно, не хватает!..

— Кэп, — снова шепчу я. — Он хочет поторговаться.

— Что?! Вот просто так поторговаться, как на базаре, что ли?

— Ага!

— Шайзе... я этого как-то не очень умею делать.

— Давайте, я, капитан?..

— Что "ты"?

— Поторгуюсь. Ведь мы в любом случае ничего не теряем.

— Ну давай, торгуйся, — капитан делает какой-то знак Малки.

Встаю и подхожу к столику волуса.

— Многоуважаемый мастер Горга Восск, названная вами сумма за фрахт просто смехотворна, и если мы подпишемся на него за такие деньги, нас ждёт разорение и смерть.

— В какую же сумму вы оцениваете свои услуги, клан Земли? — сипит волус вокодером, в его эмоциях заискрилось ожидание с нотками облегчения. Я сам завожусь — ну держись, коротышка!

— Восемьсот тысяч, не меньше.

— Это безумие! Да за такие деньги можно слетать туда и обратно! Четыреста тысяч, и это моё последнее слово. — В эмоциях волуса радость. Ну, понеслась душа по кочкам!

— Туда и обратно?! Да вы смеётесь... Грузовоз-рефрижератор! Семьсот восемьдесят — и то, только из уважения к вам!

В общем это веселье продолжалось полтора часа, и я пустила в ход всё своё красноречие, отточенное на уроках Светланы. Вспоминая всех святых и богов с духами, потрясая руками, переходя с базика на турианский, обещая кары небесные друг другу, мы в итоге сошлись на шестистах восьмидесяти тысячах. Под конец торга от волуса тянуло диким восторгом, а от капитана и суперкарго — удивлением с нотками недоумения, типа "во даёт мелкий". Когда торг закончился, и мы ударили по рукам, Горга куда-то слинял и появился через несколько минут, неся в манипуляторах скафа друзу невероятно красивых кристаллов, переливающихся всеми цветами радуги.

— Вот, это тебе, землянин с огненными волосами — за невероятное удовольствие от торга, — искренне сказал волус, протянув друзу мне.

— Премного благодарен, многоуважаемый Горга Восск из клана Вол, — отвечаю я с поклоном, забирая друзу.

— Давно мне не доставляли такого удовольствия... у тебя талант, землянин. Груз доставят ближе к вечеру.

— Уважаемый мастер Восск, а как проще определить, что торговец хочет поторговаться?

Он поманил меня рукой. Включил терминал на столе.

— Смотри, землянин — если в уголке объявления стоит вот такой знак... — Я вижу странную закорючку в виде перечёркнутой два раза диагональными линиями буквы "J". — То продавец желает поторговаться. Понятно? — сипит вокодером он.

— Да, мастер, большое спасибо за науку!

— Не за что, землянин!

Мы выходим из офиса, оглядываемся.

— Нд-а-а! Впечатляюще! — говорит Малки.

— Ну как, Скруджи, справишься? Сможешь так торговаться? — спрашивает кэп.

— А почему нет? Ведь самое главное — это побольше экспрессии. Ginger(Рыжик), какой там знак-то?

И Малки умотал торговаться, а мы с капитаном пошли на корабль. После торга с Горгой Восском меня одолела усталость и опустошение. А это утомительно, оказывается...

— Ты как, Игорь?

— А?! Что, капитан?

— Как ты себя чувствуешь?

— Устал, будто корабль разгрузил...

— Мороженное хочешь?

— Ага!

— Тогда пойдём в кафе — вон вход.

Пока ели мороженое и просто отдыхали в кафе, прибежал Малколм, предварительно связавшийся с капитаном — сияющий, как начищенная рында. Плюхнулся на стоящее рядом кресло, перевёл дух и сказал:

— Кэп, у нас ещё один фрахт на "Арктур". Это высокоточные станки для металлообработки. Там нам весь трюм забьют. Эх-х, как хорошо-то!

— Ну и как поторговался?

— Смотри! — Скрудж продемонстрировал нам кристалл на цепочке в красивой оправе. — Это просто кайф какой-то! Блин, знал бы раньше, что коротышки — такие любители торговаться...

— Радуйся! Теперь же знаешь.

Малколм сгребает меня в охапку и крепко целует в щёку.

— Ginger, ты моя муза! Проси, что хочешь!

— Прям-таки всё?!

— Ну... В пределах разумного, конечно, — смущенно уточняет Малки. Капитан только смеётся.

— Ладно, — говорит он через несколько минут, — пошли домой. Вечером прибудет груз, надо передохнуть перед погрузкой.

Выйдя из кафе, наблюдаем занимательную картину. Из помещения напротив вперевалочку выходит волус в скафе. Тащит за шкирку какого-то мужика — тот тряпкой волочится по полу, что-то скуля. После коротышка его метнул в проход, как мячик — и мужик, вопя, как сирена, улетел в коридор станции. Там шлёпнулся на пол и скользил по нему некоторое время, пока не упёрся в стену.

— Силён коротышка! — удивилась я.

— А ты чего думала, мелкий? Эти коротышки при 3,6 Же живут, и давление у них на поверхности от 2,7 до 3-х атмосфер. Вот и носят везде скафандры... но зато сильны, как тролли, — пояснил капитан.

Вспоминаю статьи из Массвики и здешнего голонета. Там разрабы такого наворотили, что просто смех и грех... а реальность оказалась куда прозаичнее и проще. Только психология помешала волусам занять абсолютно доминирующие позиции в галактике — жадноваты и трусоваты они, и не воинственны совершенно. Вот и притулились к турианцам при первой же возможности, спрятавшись за широкой спиной.

— Проклятое ворьё! — просипел волус, подняв руку и щёлкнув клешнёй, затем развернулся и утопал к себе.

В кают-компании нас встретила вся команда, с ожиданием смотрящая на Малки.

— Ну?! — начал Билли. — Как всё прошло?

Малколм подхватил меня, усадил на плечо и громко провозгласил:

— Приветствуйте, разумные, великого торговца Игоря! Благодаря его таланту мы заполучили два отличных фрахта на "Арктур" и кое-чему научились. Вива Игорь!!!

— Ура-а-а-а! — завопила вся команда.

Я просто купалась в искреннем обожании этих людей. После меня слегка потискали, разлохматили всю голову и зацеловали. Красный, как варёный рак, сбежал к себе в каюту, отговорившись желанием вздремнуть. Придя в каюту, на самом деле завалился спать и проспал часа три. Встал, сходил в душ, надела рабочий уник и отправился в кают-компанию. Народ сидел там (все, кроме Чарли), они пили кофе с сандвичами и что-то обсуждали.

— Хэй, разумные! Он выспался... — оповестил Билли, заметивший меня первым.

— Отдохнул? — поинтересовался капитан.

— Ага. Хорошо так выспался. А то торг меня здорово вымотал в эмоциональном плане. В первый раз так делал.

— А мне показалось, что у тебя богатый опыт в таких делах... — удивился Малки.

— Не-е-е, только уроки риторики в школе, да споры с братьями на разные темы.

— А так не скажешь... У тебя талант!

— Садись пить кофе, Игорь — сегодня он у Мате особенно хорош, — позвала Дэбби.

Села за стол, пододвинула к себе блюдо с сандвичами и, под действительно отличный кофе, принялась полдничать. Заморив червячка, спросила капитана:

— Когда придёт груз?

— Станки будут через двадцать минут, а груз процессоров и кристаллических пластин от Горги — только к 20:00. Его надо грузить в холодильники — там особый режим хранения. Малки уже всё настроил на 3-4 палубе, так что только погрузить осталось. Но это не твоя задача. Чарли ждёт тебя в реакторном — поможешь "деду". Понятно?

— Ай-Ай, сэр.

— Молодец. Всё, иди.

Пришлось идти переодеваться во флотский уник и брать перчатки. Спустившись в реакторный, увидела Чарли, ползающего вокруг масс-реактора с очень встревоженным видом.

— Le soleil(Солнышко), ты видишь фланец системы охлаждения?

— Ага.

— Можешь к нему подлезть?

Смотрю под станину реактора — там расстояние сантиметров тридцать-сорок.

— Не знаю, сейчас попробую.

Залезаю под реактор и медленно ползу к трубе охлаждения. Так, всё, я рядом.

— Чарли, я у фланца. Что дальше?

— Держи сканер, — говорит и протягивает металлическую палку с ручкой — ультразвуковой сканер.

Беру его и провожу вдоль фланца. На голограмме появляется труба, и на сгибе багровым огнём горит трещина. У меня пересыхает в горле и шевелятся волосы.

— Чарли! Тут трещина!

Дальше последовал дикий набор матюгов на французском... Просто удивительно — Чарли вообще очень интеллигентный человек, и мало ругается. За всё время, что я его знаю, самое бранное слово, которое я от него слышала — это мердэ. А тут....

— Проблема, Чарли?

— Как говорит иногда Влад, это пьисдьетц!

— Что, так сложно достать трубу?

— Труба есть на складе, а вот заменить её — это просто жопа... Надо собирать кран-балку в реакторном, подымать реактор, менять трубу и разбирать кран обратно. Это три дня копаться! А у нас фрахт! Это просто пьисдьетц!

— Чарли, сколько времени надо, чтобы поменять фланец?

— Минут десять... там ничего сложного. А что?

— Я могу поднять реактор телекинезом.

— Le lactaire! Он весит почти четыреста тонн!

— Ну, я попробую. Ведь, если получиться, мы кучу времени сэкономим и фрахт не потеряем, так?

— Так, всё так. Но смотри — аккуратнее... Я начинаю процедуру подготовки.

Чарли щёлкает голоклавиатурой пульта управления реактором. Я сижу на полу по-турецки и медитирую. Забегает Влад с куском трубы в руках.

— Ну?

— Будь готов, Влад, сейчас солью охладитель — и будем подымать. Только смотри, не копайся, а то Игорь тебе реактор на голову поставит. Понял?

— Всё понял.

— Так, охладитель слит, система промыта, реактор в холодном режиме. Берём ключи и вперёд. Le lactaire, готовься, как скажу — подымай, — командует Чарли.

Влад бегает вокруг реактора и откручивает электроворотом болты крепления реактора к фундаменту. Затем Чарли и Влад берут длиннющие трубчатые ключи и, сунув их куда-то под реактор, начинают крутить.

— Хомут на входной ослаблен, — докладывает Чарли.

— У меня на выходной тоже, — подтверждает Влад.

123

↓ Содержание ↓