|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Глава. 1
Недетский поцелуй и когти мутанта.
Это был петух. Это на самом деле был петух, если не обращать внимания на кошачьи лапы с изогнутыми синими когтями и острый перламутровый рог между выпученными глазёнками. Красный гребень воинственно топорщился на вскинутой к небу голове, когти бесшумно входили и выходили из мягких подушечек. Юля беспокойно поёрзала на куче сухой, жёсткой травы и прижала к животу сумочку, словно защищаясь от генно-модифицированной птицы. Петух склонил голову на бок, приоткрыл клюв, и девушка замерла в ожидании: издаст ли он громогласное "ку-ка-ре-ку"? Вопрос казался жизненно важным: "Если мутант скажет "мяу" или "гав", я обязательно сойду с ума".
Юлю можно было понять. Ещё несколько минут назад она вместе с закадычной подругой Светкой преспокойно сидела в прохладном зале московского кинотеатра и, потягивая кисло-сладкий слабоалкогольный коктейль, наслаждалась рельефным профилем крутого мачо, небрежно разбрасывающего врагов направо и налево. Он отвешивал тумаки и одновременно улыбался в камеру так ловко, что Юльке захотелось выяснить имя актёра. Желание само по себе было необычным, поскольку до сего дня накаченные громилы вызывали у неё, заядлого книгочея, лишь скептическую улыбку и мысли об отсутствии интеллекта. "Может, пришла пора забыть Андрея и влюбиться? Хоть в кого-то... " Девушка оторвала взгляд от широкоплечего красавца и склонилась к подруге:
— Правда, он лапа?
После неприятной и оскорбительной истории с Андреем, Юлька зареклась полагаться на собственное мнение в выборе кавалеров и в качестве ОТК выбрала подругу — для объективности и безопасности, так сказать. Светкин вердикт в вопросах профпригодности мужчин стал для неё истиной в последней инстанции. "Вдруг меня опять переклинило?"
Даже в темноте зала Юля увидела весёлые искорки в глазах подруги. "Точно переклинило", — с облегчением поняла она, но Светкиного ответа так и не услышала: в ушах прозвучал колокольный звон, кинозал растворился в ярком солнечном свете и появился петух-мутант. Он гордо восседал на покорёженном, щербатом заборе и орлиным взором осматривал окрестности. Искал с кем подраться, наверное.
"Наглая, вредная птица! — сердито подумала Юлька и вздрогнула: мутант вытянул голову вперёд, угрожающе выставив перламутровый рог, и начал открывать клюв. — Не хочу ку-ка-ре-ку! — Девушка умоляюще посмотрела на петушка. — Милый, красивый, добрый. Давай, помолчим, а?" Птах захлопнул клюв, втянул голову и прикрыл глаза, будто задумался, а Юля покосилась на странную деревянную хибару за забором и поёжилась. Тот ещё домик! Стены — из обструганных досок мрачного чёрного цвета, крыша — неряшливо сваленные друг на друга и перетянутые верёвками охапки сухой травы с длинными красными листьями на тонких жёлтых стеблях. Никогда прежде Юля не видела ничего подобного. Впрочем, в архитектуре она разбиралась плохо, а в растениеводстве и того хуже. Это Светка обожала поковыряться с цветочками...
Петух вскинул голову и прислушался. Юля последовала его примеру и почти сразу уловила шум, доносящийся из дома: то ли мебель там двигали, то ли ломали что-то. Потом шум смолк, но во двор так никто и не вышел. Вокруг по-прежнему было пусто и тихо. Ни злых собак, ни человека с ружьём. А если хозяева держали какую-то живность, кроме кошколапого петуха, то, скорее всего, она сейчас где-то на выгоне паслась, к Юлькиному великому счастью — глядя на петуха-мутанта, девушка представить боялась, какого вида здесь козы и коровы. Да и с обитателями мрачной, чёрно-жёлто-красной хибары встречаться не хотелось, уж больно походила она на притон сатанистов.
Юлька пугливо огляделась и вздохнула: пейзаж и близко не напоминал родную среднерусскую природу. "Я спокойна, спокойна, спокойна! В конце концов, в жизни и не такое бывает. Ну, перебрала немного, что из того? А потом кто-то добрый и весёлый запихнул меня в самолёт. Как в кино... Убью гада!" Юля судорожно закусила губу и начала вспоминать прошлый вечер.
Сначала она долго уговаривал Светку выйти из дома, а когда та, наконец, соизволила оторвать задницу от дивана, они отправились в центр, но далеко не ушли. Ленивая и теплолюбивая подруга затянула её в первое попавшееся на пути кафе, где они просидели часа два, попивая кофе и перемывая кости бывшему Юлькиному любовнику. А когда за окном стемнело и город расцвёл тысячами ярких огней, отправились в кино, в ближайший кинотеатр, на ближайший сеанс. И вот на середине фильма...
"Ой. Хватит об этом!" Девушка краем глаза взглянула на мутанта и, убедившись, что тот ведёт себя мирно, стянула куртку: солнце выбиралось из-за горизонта, и воздух понемногу накалялся. Вытерев пот со лба, Юля скинула и шерстяной кардиган, оставшись в игривой беленькой маечке с бретельками из мелких голубеньких сердечек и любимых джинсах-стрейч. На ногах, слава богу, красовались осенние полусапожки, с зимними тоже пришлось бы распрощаться — денёк обещал быть жарким. Девушка положила одежду на колени, придавила её сумкой и посмотрела на петуха: "Всё так же задумчив и тих. Отлично!" Она медленно повернулась. За спиной простирался луг с высокой красно-жёлтой травой, за ним — лес. Не лиственный, не хвойный — обычные тропические джунгли. "Мама дорогая! Это же змеи, тигры, ядовитые жабы и пигмеи с отравленными дротиками! — К горлу мгновенно подкатила тошнота. Привычное дело: когда Юля нервничала, её сначала подташнивало, а потом зверский аппетит просыпался. — Та-а-ак! Стоп! Хватит паниковать, Юлька! Конечно, хорошо бы найти шутника, который тебя из Москвы в Азию вывез, но будем надеяться, что его уже тигры съели, и ты предоставлена самой себе. Странно, правда, что тебя, такую красивую и эротичную, бросили на краю леса, а не отвезли в гарем какого-нибудь супербогатого султана, но, видно, у похитителя что-то не заладилось, и он тебя попросту бросил. Избавился, так сказать, от контрабандного товара. Всё, будем считать, что этот гад в желудке гигантского удава! Но мне-то что делать? Идти в джунгли — безумие, в домик к сатанистам — опять-таки не вариант. Нужно подумать в спокойной обстановке. И для этого, в первую очередь, убраться с открытого пространства". Юля встала на четвереньки, одной рукой прижала к груди куртку, кардиган и сумку, подняла голову и посмотрела в задумчивые глаза петушка. "Не кричи, пожалуйста, Петенька, Петруша, — мысленно взмолилась она и неуклюже поползла к спасительной густой траве. В сухой серо-жёлтой земле попадались мелкие, острые камешки. Они неприятно впивались в коленки, и Юля подумала о синяках и ссадинах. — А вдруг заражение?.. И джинсы жалко..."
Птица приподнялась, переступила на мягких кошачьих лапах, точно прикидывая, стоит ли с ней связываться или отпустить восвояси, а потом расправила крылья и спикировала на землю. Юля изо всех сил старалась не поддаваться панике: мутант в любую минуту мог разразиться кукареканьем или лаем, и тогда... Лучше об этом не думать!
Девушка ползла, пока высокая трава не сомкнулась вокруг неё, отгородив и от джунглей, и от приюта сатанистов. Переведя дыхание, она поднялась на ноги, пригнулась и, стараясь не высовывать голову, мелкими перебежками понеслась прочь. Хотелось бежать быстро и стремительно, но со страха она всё время что-то роняла: то куртку, то кардиган, то сумку. И всё же упрямо продвигалась вперёд и вперёд, пока не выбилась из сил. С опаской выпрямившись, Юля посмотрела на хижину — теперь та была метрах в трёхстах. "По крайней мере, врагам эти триста метров тоже пробежать надо", — с садистским удовлетворением подумала она, бросила куртку на землю и уселась сверху. Порывшись в сумочке, девушка достала пачку "Эссе". Конечно, дым могли увидеть из хижины, но, убедив себя, что сигарета не костёр и пламени до неба не будет, Юля решительно чиркнула зажигалкой. И только после того, как успокаивающий дым подобрался к лёгким, соизволила обратить внимание на мутанта.
— Может, домой пойдёшь?
Петух нахохлился, и девушке показалось, что взгляд его изменился: "Обиделся, что ли? Ох, некстати. Ещё разорётся. А сатанисты близко!"
— Ладно, сиди. Я, между прочим, ничего против тебя не имею. Ты мне даже нравишься. — Вспомнив, что в одном из кармашков сумочки давно пылиться пакетик с семечками, Юля извлекла его на свет и высыпала чёрные зёрнышки на траву. — Угощайся, дорогой.
Петух изогнул шею, с подозрением посмотрел на семечки, но клевать не стал. Девушка пожала плечами, глубоко затянулась и забыла выдохнуть: справа зашевелилась трава. К ней приближалось явно дикое и смертельно ядовитое животное. Дым рвал грудь, и Юля закашлялась, понимая, что это конец. Защититься было нечем, и от отчаянья она выставила перед собой руку с зажигалкой:
— Вот теперь можешь кричать, Петруша. Лучше сатанисты, чем львы. Хотя, если уж выбирать, я бы...
Закончить сумбурную фразу Юлька не успела: трава раздвинулась, и из неё вынырнула голова с рыжей копной волос и бледным лицом. Испуганные карие глаза, россыпь золотых веснушек на тонком носу и впалых щеках.
— Ведьма? — требовательно спросила голова, с подозрением зыркнула по сторонам, и из травы выбрался худощавый мальчишка лет пятнадцати в короткой льняной рубашке и грязно-белых бриджах. На ногах сандалии — деревянная подошва с верёвочками. На шее — тонкая металлическая цепочка с биркой. Облегчённо выдохнув, Юля сунула зажигалку в карман. Мальчишка казался безопасным, к тому же он явно трусил, хоть и старался скрыть это. Он уселся на корточки, взглянул на сигарету и поморщился, однако тут же исправился и выдавил добродушную улыбку. "Подлизывается, стервец. Что-то ему от меня нужно. — На "ведьму" Юля обиделась, но ругаться с невоспитанным подростком не стала. — Своих проблем куча, а с его гормонами родители пускай разбираются!"
Не дождавшись ответа, мальчишка нетерпеливо встряхнул головой, покосился на петуха-мутанта и снова уставился на девушку:
— Прошу, ответьте: Вы ведьма?
Голос его сорвался, лицо напряжённо вытянулось, заострилось, и только теперь Юля поняла, насколько сильно он чего-то боится. Подросток хмурился, лихорадочно кусал губы, а Юлька исподлобья смотрела на него и думала: "Интересно, он-то как в тропиках оказался? Родители в посольстве работают? Или от экскурсионной группы отбился? Бедняжка". И, позабыв об обиде, девушка открыла сумку и достала "Алёнку", справедливо полагая, что все дети любят сладкое. Паренёк исключением не оказался. Сначала, правда, он не понял, что ему дали, но, когда Юля разорвала обёртку и вложила плитку в грязную худую ладонь, с жадностью накинулся на шоколад. Девушка глазом не успела моргнуть, а от "Алёнки" не осталось ни крошки. Подросток вытер губы рукавом, и его лицо расцвело абсолютным счастьем и безграничной благодарностью. Юля невольно улыбнулась: несмотря на измождённый вид, мальчишка был удивительно красив, а улыбка делала его прямо-таки неотразимым. Однако вспомнив, где они находятся, сникла — тигров и удавов красотой не отпугнёшь.
Подкрепившись, паренёк осмелел. Придвинулся ближе, вытянул тощую шею так, что его лицо оказалось почти вплотную с Юлиным, и доверительно попросил:
— Сделайте мне тенхор.
— Тенхор?
Девушка отчаянно перебирала в уме известные ей слова. Тенхора среди них не нашлось. "Очень интересно. Надеюсь, он у меня не наркотики просит". Юля с подозрением взглянула в широко-распахнутые карие глаза, однако они были ясными, чистыми, и совсем не походили на глаза наркомана. И какими же прекрасными были эти глаза...
Приглушённо кашлянув, Юля немного отодвинулась и, напустив в голос недовольства, поинтересовалась:
— Зачем тебе тенхор?
— Издеваешься? — выпалил мальчишка и поджал губы, разглядывая девушку с недоверием и любопытством.
Юля ждала. Она надеялась, что сейчас подросток не выдержит и вывалит на неё всё, что накопилось в душе. Но ошиблась. Помолчав, мальчишка сел на землю, поджал ноги и расстроено произнёс:
— Я всё делаю не так. Прав был Тенар, когда говорил, что у меня с головой неладно. — Обречённо вздохнул, покосился на девушку, что-то прикидывая в уме, и рывком поднялся на колени. — Благородная госпожа!.. — решительно начал он и осёкся: Юля расхохоталась во всё горло.
Грязная и взлохмаченная, она чувствовала себя бомжихой, а уж никак не благородной госпожой. Услужливое воображение мгновенно развернуло перед ней живописную картину: синюшная потасканная оборванка в засаленной телогрейке восседает на золотом троне, прижимая к груди авоську с пустыми бутылками, а у её ног коленопреклонённый рыцарь в блистающих доспехах перебирает струны мандолины и поёт: "Поздней ночью в небе одна так соблазнительно светит луна..." Это выглядело столь забавно и нелепо, что Юлька хохотала и хохотала, не в силах остановиться.
Глаза мальчишки округлились, лицо стало пунцовым, с длинных, по-девичьи пушистых ресниц сорвались крупные прозрачные капли. Слезинки упали на траву, и паренёк зарыдал, горько и безнадежно, словно смех разрушил и сравнял с землёй его заветную мечту.
Плач отрезвил Юлю. Она замолчала, скривилась в болезненной гримасе и прикрыла глаза, чувствуя себя последней скотиной. Словно доверчивого щенка тяжёлым ботинком пнула. "Господи! И в кого я такой дурой уродилась?" — обругала она себя, придвинулась к мальчишке и бережно обняла за плечи. Подросток уткнулся ей в ключицу и обхватил руками талию. Юля гладила его по спине и ругала себя за чёрствость: перед ней был несчастный, брошенный ребёнок, а она, вместо того чтобы успокоить его, думала только о себе.
— Бедненький... — Юлька со слезами на глазах обняла мальчишку покрепче и поцеловала в макушку. — Я помогу тебе добраться домой.
— Только не домой, — взмолился подросток и задрожал.
— Хорошо-хорошо. Отведу, куда захочешь. Туда, где ты будешь в безопасности, — пообещала девушка и с облегчением ощутила, как мальчик расслабляется.
Прозвучало ещё несколько тихих всхлипов, и плач стих. Однако подросток не спешил выбираться из объятий, да и Юля не торопилась отпускать его, давая возможность окончательно успокоиться. Она обнимала мальчика, перебирала спутанные рыжие пряди и смотрела на петуха. Петруша, как окрестила его девушка, сидел на краю вытоптанной полянки, и тоже смотрел на неё круглыми цепкими глазами. Именно на неё. Откуда-то Юля знала, что мальчишка мутанта не интересует. "Мистика какая-то..." Додумать она не успела: мальчишка скользнул губами по её шее и впился в рот отнюдь не детским поцелуем.
"Вот те раз! Хотя... Не скажу, что мне противно... Но ведь потом не отвянет!"
Юля оттолкнула паренька, на всякий случай отползла подальше и сдвинула брови к переносице:
— Что ещё за выходки?
— Вы взяли меня под своё покровительство, госпожа ведьма, и я посчитал...
"Ага, вассал и по совместительству любовничек! Интересно, каких книжек он начитался — голова глупостями забита. Ладно, после разберёмся. А сейчас расставим приоритеты". Девушка устроилась поудобнее и, представляя себя учителем этики и психологии семейной жизни, начала:
— Во-первых, не смей называть меня ведьмой, я и обидеться могу. Во-вторых, я не собираюсь брать с тебя плату за помощь, поскольку не уверена справлюсь ли с поставленной задачей. В Азии я впервые и о местных обычаях знаю лишь по книгам. Ну и, частично, по фильмам.
|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
