Амальгама. Гл. 41-...
Оглавление
41. Поисковая операция
42. Экстренные меры
43. 'Меч Гидеона'
44. Расколотый горизонт
45. Тайны Ордена
46. Доступ разрешён
47. Проклятие
48. Проклятие сбывается
41. Поисковая операция
676-732 гг. н. э.
После поражения при Кизике и поспешного отступления от Константинополя арабы не отказались от завоеваний. Они продолжили наступление в Северной Африке, Средней Азии и на Кавказе.
— В Северной Африке захватчики продвигаются на запад. Наступление арабов ненадолго приостанавливалось из-за очередной гражданской войны в Аравии, но сейчас возобновилось, — доложила Фулгур. — Их сдерживали местные племена. Они называют себя "амазиг" или "амахаг". Римляне называли их "берберами", очередная вариация от слова "варвар".
— Что интересно, они исповедуют иудаизм, — Вере Фолиум добавил некоторые подробности. — Сопротивление местных племён в течение пяти лет возглавляла царица Дакия или Дахия — в отчётах "Приората" встречаются оба варианта написания. Она получила у арабов прозвище "аль-Кахина" — "Прорицательница". Она не знатного происхождения. Местные рассказывают, что её домогался предыдущий местный князёк. Она ему уступила по просьбам жителей своего селения, чтобы избавить их от его притеснений, но в первую же ночь зарезала своего мужа и заняла его место.
— Кхм... Незаурядная женщина, — констатировал Вентус.
— Есть такое, — согласился куратор проекта "Морф". — Ей удалось объединить девять разрозненных берберских княжеств. После смерти их верховного вождя все племена признали её главенство. За время своего правления Дакия аль-Кахина не просто объединила полукочевые племена, она создала структурированную организацию, с государственным аппаратом. Содействовала строительству городов, развитию ремёсел и торговли. Она несколько раз сумела разгромить арабов, в основном, ловила их армии в засаду.
— Само собой, наши наблюдатели через агентов "Приората" снабжали её информацией о передвижениях арабов, — вставила Фулгур. — Надо же было помочь ей поддерживать репутацию пророчицы.
— Арабский военачальник Хасан ибн-Нуман в конце концов начал опасаться связываться с местными племенами в открытом бою и решил действовать хитростью, — продолжил Вере Фолиум. — Хасан предложил им мир и совместное вторжение в Испанию, с последующим дележом захваченных земель, в обмен на пропуск арабской армии на запад через территорию племён. Но когда арабы вошли на их территорию, вскоре стало ясно, что это настоящее вторжение, а не проход армии по территории дружественного государства. Царица разорвала соглашение и повела свою армию против арабов.
Агенты "Приората" сообщали, что там была какая-то тёмная история с предательством, якобы некий пленный арабский аристократ втёрся в доверие царицы и передавал её планы арабам. Скорее всего, конечно, сопротивление племён так или иначе было бы подавлено, пусть и с бóльшими потерями. Всё же их экономические и демографические возможности несоизмеримы с возможностями всего арабского халифата. Дакия аль-Кахина погибла в сражении, с мечом в руках, во главе своих воинов. После смерти ей отрубили голову и отправили халифу Абд-аль-Малику. Возглавить сопротивление после гибели царицы Дакии оказалось некому. Часть племён приняли ислам, некоторые отказались и предпочли смерть. Через несколько лет арабы захватили Танжер и фактически стали хозяевами Северной Африки. Затем они вторглись на Иберийский полуостров, разгромили королевство вестготов в бывшей римской провинции Испания, организовали там свой халифат Аль-Андалус, перешли Пиренеи и начали вторжение в Аквитанию.
— Если они сумеют захватить Галлию, Европу в целом ждут проблемы, — Вентус был явно обеспокоен. — Что по другим направлениям?
— В Средней Азии арабы заняли Хорасан и Согдиану, захватили Бухару и Самарканд, перешли реку Джейхан (Амударья) и углубились в область, называемую Фергана, — доложила Фулгур. — Их продвижение остановилось из-за смерти очередного халифа, междоусобиц и вторжения тюркских племён, поддержанного населением Согдианы. Этот регион от нас далеко, Северо-Восточному технологическому центру их вторжение не угрожает. Намного большее беспокойство доставляет арабское вторжение в Кавказскую Албанию (совр. Дагестан) и в римскую провинцию Лазика, бывшее Колхидское царство. Там арабы взяли княжества Картли, Кахети и Эрети (восточная Грузия), заняли Эгриси (современная Западная Грузия и Абхазия) на восточном побережье Понта и подошли практически вплотную к нашему комплексу. Причём в Эгриси из-за тёплого климата завоевателям удалось закрепиться надолго.
Из-за этого осложнилась доставка в комплекс свежих овощей и фруктов, теперь фактически доставка любых грузов возможна только по воздуху и в ночное время. Из-за сложностей снабжения часть персонала комплекса переведена в Северо-восточный центр технологий. Наземные подходы к комплексу пришлось сделать непроходимыми для антро, Командование комплекса распорядилось сформировать направленными взрывами осыпи, по которым не может пройти конница, и очень сложно пройти даже пешим порядком без специального горного снаряжения. На подходах ко входу в комплекс уже были замечены разведчики арабов. Но главный шлюз снизу не виден, а небольшой обвал быстро отбил у арабов охоту подниматься по каменным осыпям. За осыпями, ближе ко входу в комплекс, установлены мины направленного действия и замаскированные Стражи.
— Стражи в этом мире не имеют гипнотического воздействия, — Вентус нахмурился. — Какой смысл тогда их устанавливать?
— Прямой, — ответила Фулгур. — Если захватчики смогут преодолеть осыпи и мины, Стражи перекроют проход своими каменными корпусами. Противопоставить Стражам в этом мире пока что нечего. Проход узкий, извилистый, метательные машины в нём применить не получится. В крайнем случае, Стражи могут перейти в активный режим. Но до этого, конечно, желательно не доводить.
— Согласен, — кивнул Вентус. — Чем меньше мы привлекаем внимание антро, тем проще и нам, и им. Сейчас нам надо сосредоточиться на контроле за передвижениями и действиями арабов на восточном берегу Понта и в Южной Галлии. Для нас это два наиболее угрожающих направления.
В Галлию был отправлен один из сомнаморфов, ранее приор Леванта, теперь захваченного арабами. Поддержку ему оказывала агентура "Приората" в Италии. Его задачей было сформировать агентурную сеть для наблюдения и противостояния арабскому вторжению, наладить контакт с местными правителями мелких галльских королевств и в перспективе выстроить единый фронт противостояния захватчикам.
Наблюдатели под командованием Фулгур организовали постоянную разведку с воздуха, по большей части — беспилотными аппаратами, передававшими в реальном времени информацию о передвижениях арабских войск.
Первая победа над арабами на европейском континенте была одержана в 718 году в долине Ковадонга, в испанской области Астурия.
— Знатный готский дворянин по имени Пелайо был избран королём Астурии, — доложила Фулгур. — Арабы узнали об этом и выслали карательный отряд. У Пелайо было совсем немного войск, они заняли удачную позицию на горе Аусева. Мы наблюдали с воздуха. Арабы под командованием некоего Алькама окружили гору и начали обстреливать её камнями из осадных орудий. Окружённые астурийцы сбрасывали на арабов камни и стволы деревьев. Арабские силы вошли в узкое ущелье, не зная особенностей местности. Ветер поменялся, и воздушный поток, разогнавшись в ущелье, как в аэродинамической трубе, обрушился на арабов. Те перепугались и бросились бежать. Астурийцы спустились с горы и преследовали бегущих. Командир арабов был убит, это ещё больше усилило панику.
Известие о разгроме отряда Алькама дошло до Усмана ибн-Наисса, губернатора арабских владений в Испании. Он собрал войска и встретился с астурийским войском у деревни Олальес. Здесь войско астурийцев под командованием Пелайо одержало ещё одну победу. Армия Усмана ибн-Наисса была разбита.
— После этого из Галисии и Бискайи в Астурию собралось множество христиан, воодушевлённых победой, — Вере Фолиум немного дополнил обзор Фулгур своими выводами. — Большого военного значения эта победа не имела, но её психологический эффект для мобилизации христиан на борьбу с арабами сложно переоценить. (Современные историки считают битву при Ковадонге началом Реконкисты — растянувшегося на столетия процесса изгнания арабов из Испании.)
— Не стоит переоценивать её значение, — предостерёг Вентус. — Победы в паре небольших стычек явно недостаточно, чтобы выгнать арабов из Испании.
Он оказался прав — уже на следующий год арабское войско вторглось в Септиманию — регион на средиземноморском побережье Галлии, примыкающий к Пиренеям (совр. франц. Лангедок-Руссильон). Своё название эта область получила от Седьмого легиона, отставные легионеры которого получали здесь земельные наделы ещё при Октавиане Августе. Арабы захватили и разграбили всю Септиманию, не сумев взять только хорошо укреплённые города Ним и Каркассон, и закрепились в столице региона — Нарбонне.
Здесь арабы смогли обосноваться надолго — порт Нарбонны был важной военно-морской базой для их снабжения, а климат был практически такой же как в Андалусии и близкий к климату Северной Африки.
Закрепившись в Нарбонне, арабы сняли осаду с Каркассона и начали развивать наступление в сторону Тулузы. Этот город тоже был хорошо укреплён, но герцог Эд Аквитанский отвёл свою армию, чтобы набрать пополнений. В его отсутствие арабы под командованием аль-Самх ибн Малика осадили Тулузу, обстреливая город из осадных машин. Наблюдатели контролировали ход осады с воздуха. К началу лета 721 года защитники города уже были почти готовы сдаться.
Сомнаморф, приор Галлии, отправил одного из своих агентов, из числа знатных дворян, к герцогу Эду, чтобы убедить его поторопиться. Эд Аквитанский прислушался к его советам и во главе свого войска выступил к Тулузе.
Появление аквитанского войска 9 июня 721 года оказалось для арабов неожиданным.
— Арабов застали врасплох, — Фулгур с удовольствием поведала о ходе сражения. — У них было мало конницы, намного меньше, чем обычно, и они, увлёкшись осадой, не могли быстро маневрировать. Аквитанская армия окружила их и прижала к стенам Тулузы. Аль-Самх ибн Малик повёл своих арабов на прорыв, но сам был убит. После этого у арабов началась паника. Результатом утраты боевого управления ожидаемо стал полный разгром и чудовищные потери. Аквитанцы потеряли всего полторы тысячи воинов, арабы — многократно больше.
— Сами арабы оценивают поражение под Тулузой как полную катастрофу и называют какие-то совершенно фантастические цифры потерь, — добавил Вере Фолиум. — Столько арабов во всем Аль-Андалусе не наберётся (погибших на "Balat al-Shuhada" — "Плато Мучеников" в арабском мире поминали в ходе специальной церемонии в последующие 450 лет).
Победа аквитанцев под Тулузой оказалась не единственной. После смерти аль-Самх ибн Малика новый губернатор Анбаса ибн Сохайм аль-Калби вновь попытался атаковать Аквитанию, с переменным успехом.
— Арабы всё-таки захватили Ним и Каркассон, — доложила Фулгур. — Герцог Эд сумел дважды их разгромить. Города он не отбил, но губернатор аль-Калби был убит. Его застрелил лучник во время переправы через Рону. К сожалению, арабы укрепились в Нарбонне и получают подкрепления и снабжение морем.
— Мы могли бы нанести ночной удар с воздуха по порту Нарбонны и уничтожить суда арабов прямо в гавани, — предложил Левис Алес.
— Нет, — ожидаемо отказал Вентус. — Мы не будем вмешиваться в распри антро. Кроме того, просто разбомбить корабли в гавани бесполезно. Это имеет смысл сделать в том случае, если арабы будут разбиты на суше, и все их надежды сосредоточатся на поставках морем. У нас нет такого оружия, которое могло бы разом снести всю Нарбонну или уничтожить всю арабскую армию. Поэтому пока наблюдаем и снабжаем франков и аквитанцев информацией.
В 731 году наступление арабов на Аквитанию возобновилось.
— Новый арабский правитель халифата Аль-Андалус Абд ар-Рахман прошёл Пиренеи через Ронсевальский перевал, застав врасплох баскских горцев и подавил их сопротивление, — доложила Фулгур. — Арабы начали наступление по старой римской дороге в направлении на Бордо. Они опустошили провинции Бигорр, Комменж и Лабур, разрушили города Олорон и Лескар, Ош, Дакс и Эр-сюр-Адур, захватили Байону, сожгли аббатства Сен-Север и Сен-Савен. Арабская армия дошла до Роны, захватив и разграбив Альбижуа, Руэрг, Жеводан и Веле. Арабы дошли до Отёна в Бургундии, — Фулгур показывала продвижение захватчиков на карте. — Арабская армия передвигается на лошадях с большой скоростью. В течение трёх месяцев они захватили и разграбили всю Аквитанию. Эд Аквитанский пытался им противостоять, но был разбит вблизи Бордо. Арабы разграбили город, захватив огромную добычу. Из-за большого перегруженного обоза их темп продвижения снизился, и герцогу Эду удалось оторваться от преследования. Но его армия полностью разгромлена, собрать новую армию в разумные сроки у него едва ли получится.
— Надо попробовать через агентов "Приората" втолковать Эду, что в этой ситуации ему поможет только союз с французским правителем Карлом Мартеллом, — Вентус посмотрел на куратора проекта "Морф". — Фолиум, передай сомнаморфу.
— Да Эд и сам это понимает, не дурак же он, — тряхнул гривой Вере Фолиум. — Они с Мартеллом сейчас в ссоре, после недавнего нападения франков на Аквитанию.
— Нашли время для междоусобиц, идиоты, — выругался Вентус. — Эду придётся переступить через его гордость, чтобы спасти Аквитанию.
— Ну, попробуй сам его уговорить, — фыркнул Вере Фолиум.
— Нет уж, — отказался Вентус. — У нас для этого есть "Приорат". Поставь задачу сомнаморфу.
Сомнаморф встретился с герцогом Аквитанским вскоре после его переправы через Луару. Эд сумел собрать остатки своего войска. Их было слишком мало, чтобы противостоять арабам, но достаточно, чтобы явиться к Карлу Мартеллу не в качестве нищего просителя.
О чём конкретно говорили Эд Аквитанский и приор Галлии, осталось неизвестным. Их разговор история не сохранила. Тем не менее герцог Эд вскоре прибыл в Париж, ко двору Карла Мартелла и принёс ему вассальную присягу.
Мартелл в это время вёл военные действия против германских племён на востоке Галлии. Известие о разгроме аквитанцев он воспринял всерьёз, осознавая угрозу. Заручившись поддержкой герцога Аквитании, Карл Мартелл собрал большое войско, к которому, кроме франков, присоединились и некоторые германские племена: алеманны, баварцы, саксы, фризы. С этой впечатляющей армией Мартелл двинулся наперерез наступающим арабам.
— Армия Абд-ар-Рахмана в это время находилась в окрестностях Тура, — докладывала затем Фулгур, выведя на экран проектора карту Галлии. — Узнав, что Мартелл приближается с большой армией, арабы начали отходить по направлению к Пуатье, но им мешал огромный обоз с награбленной добычей. Говорят, Абд-ар-Рахман хотел даже отдать приказ бросить награбленное и уходить налегке, но передумал, опасаясь, что войско взбунтуется. Он решил встретить Мартелла в полях между реками Клён и Вьенна.
