Божьим словом, стилетом и пистолетом

La Vicomtesse

Книга 3

Avec la parole de Dieu, un stylet et un pistolet

With God's word, a stiletto and a pistol

"О, что за паутину мы плетем, когда впервые учимся лукавить..." У. Скотт

У каждой женщины есть мужчина, который ее любит. Даже когда она его отвергла.

Если я не люблю убивать, это не означает, что я не умею это делать.

Июль — сентябрь 1640 года.

Париж — Монфланкен — Мадрид.

... Я уже неделю в пути на юг, направляясь в мой родной Монфланкен. Я поймала себя на мысли что маленький городок, в котором я прожила в сумме чуть более года, я считаю своим родным, в отличие от Амьена, в котором я прожила 16 лет, не говоря уже про Лондон, в котором я прожила больше чем в Монфланкене. Может потому, что это мой собственный город?

Теперь, когда я стала замужней дамой, и у меня появилась моя семья, пока еще очень маленькая, но я уверена в предстоящем прибавлении моего семейства, я задумалась о будущем. Весьма и весьма далеком будущем, как я надеюсь, но абсолютно неизбежном будущем. Увы. Все мы смертны. Я задумалась о том, как потом разделить мое наследство между моими будущими детьми.

А как с этим в семье моих родителей? Хммм... Тут все очень сложно. Мой Монфланкен я получила в наследство от моей прабабушки, упокой Господи ее мятежную душу и дай ей забвение. Так же, непосредственно от прабабушки получит свои феоды и лены моя младшая сестра, когда вырастет. Мы с ней от семьи де Ла Фер получили только титулы виконтесс. Мой брат, старший из них, Жан Франсуа уже получил титул барона де Бирон благодаря мне и земли благодаря щедрости Его Преосвященства. Брат Рауль стал виконтом де Бражелоном — это наследство кого-то из дальней родни отца. Следующим графом де Ла Фер станет мой младший брат, и он же получит все связанное с шато Ла Фер и мамино шато Брейль.

А если, нет, не если, а когда у меня самой будет пятеро детей, мне как поделить мой Монфланкен между ними? Поровну на всех? Тогда каждому из пяти достанется очень маленький кусочек, не так ли?... А моим внукам что достанется, если у каждого из моих детей тоже будет по пятеро их собственных? Почти совсем ничего, как нынче у Ла Бастида или даже еще меньше? И они будут грызть друг друга, как это происходит в разных семьях, будут делить вместо того чтобы преумножать? Я знаю, девочки в монастыре рассказывали как оно в их семьях... Нет, так не годится. Пожалуй, мне следует ввести у себя систему майората. Старший сын унаследует все — и титул, и земли. Если честно, то почти все. Все остальные братья и сестры получают некоторые суммы, накапливаемые из доходов моего баронства и выплачиваемые им при достижении совершеннолетия. Девочки — получают все эти деньги в приданное при выходе замуж, или, если они не выходят замуж, при достижении возраста двадцати одного года, и они вольны делать с этими деньгами все, что захотят. Надеюсь, они начнут свое дело? А мальчишки — тоже для начала их собственных дел, типа парфюмерного дела моего Франсуа? Или мальчишки обязаны пойти на службу? Хммм... Пожалуй именно и так и так — зачем складывать все яйца в одну корзину? И служба, и свое дело. Средний идет в армию или поступает в другую королевскую службу, младший — идет служить церкви. Светским аббатом, как кардинал-инфант Фердинанд или монахом — это уж как получится. Или на другую службу короне — в суд, губернатором в новые колонии, или еще куда. Но деньги для старта каждый из моих детей, внуков, правнуков, и так далее, получит обязательно, независимо от того какую стезю изберет. Ну а если, упаси Господь, сыновей у меня не будет? Тогда все тоже, только для дочерей. Старшая дочка становится баронессой — хозяйкой Монфланкена, младшие получают деньги в приданое. Хммм... Изъятие сразу больших сумм из оборота может нанести ущерб текущим делам, значит выплачиваться все полагающееся должно небольшими частями, года три? Или лучше пять лет... Да, так не спеша накапливать, без ущерба для текущих дел, и по частям выплачивать, дабы и юные шевалье и юные дамы смогли приучиться к финансовой дисциплине.

Ух, я говорю как молодой помощник интенданта финансов месье Кольбер, с которым я познакомилась недавно в Париже... Это очень дельный молодой человек совсем немного старше меня, и с которым есть смысл поддерживать дружеские отношения. Не удивлюсь, если в будущем он заменит Ришелье на посту первого министра. Уж очень сильно постарел Его Преосвященство за последний год....

Ну что ж, подготовлю проект сего документа, дома обсужу все с судьей, управляющим и кюре, и приму окончательное решение. Тут главное точно указать, что моя барония — неделимый майорат, и зафиксировать принципы и формулу расчета выплачиваемых детям сумм и сроки платежей.

Так, с этим разобралась. Есть еще одно дело, не менее важное.

Я помню о тех малышах сиротах, брате с сестрой, которых поймали на воровстве, они пока живут в семье капитана стражи. Бездомных сирот в моих владениях быть не должно! Я ведь Дама-Урсулинка! И мы знаем, что с этим делать! Я, почти сирота при живых родителях, прожила в монастыре урсулинок и монастырской школе шестнадцать лет, в школе, которую кто-то организовал для таких, как я. Вот теперь настала моя очередь организовать такую школу в моих владениях! Даже две школы! Школу для мальчиков тоже надо создать, обязательно. Предоставлю приличное финансирование для начала, но так же введу специальный налог для содержания школ. И деньги эти пойдут не в мою казну, а сразу в школы, и распоряжаться ими будет ректор этих школ. А если школа светская, можно ли сделать ее и для девочек и для мальчиков? Хмммм... пожалуй лучше две раздельных школы лучше, что бы не отвлекались... А почему школы только в Монфланкене? Надо бы в каждом селе, где много людей, завести школы. Или одну школу на несколько сел, скажем одну школу на каждую тысячу жителей? Всех детей следует учить грамоте, французской и латинской, письму и счету. Девочек — как вести домашнее хозяйство, а мальчишек учить разным ремеслам. И как владеть оружием — их всех. Хммм... Последнее пока могут и не понять, особенно для девочек. Хотя дворянки поддержат меня, в этом я уверена. Поговорю с аббатисой ближайшего монастыря, ох, она же не урсулинка, она кажется кармелитка. Так может новый монастырь урсулинок организовать? Или все же светскую школу, но под патронажем урсулинок? Жаль, эта мысль пришла мне в голову только в дороге, надо было бы еще в Париже с аббатисой Луизой поговорить, она многое могла бы мне подсказать. Напишу ей письмо об этом, попрошу совета.

Налог на содержание школ введу обязательно. А вот все остальные налоги, которые зависят от меня — за проезд по дорогам, мостам, за пользование мельницами, печами и прочую мелочь, которую и взымать то тяжко, отменю. Посмотрю лет пять, если это привлечет людей в мои земли, которые откроют какие-то свои новые мануфактуры или еще какие-то дела, то так и оставлю. А если нет, то буду смотреть по новым обстоятельствам и думать еще.

Что там у нас следующее и главное? Испания, конечно, Испания... Думать об Англии я пока не буду, хотя там все тоже закипает и со дня на день следует ждать взрыва. Ладно, Англия подождет! Я за нее потом возьмусь! Чарли обязан попасть на эшафот! И не просто попасть на эшафот — это и без нас сделают. Чарли обязан попасть на эшафот с толком — убытки, причиненные им нашей семье должны быть возмещены! Ладно, думать об Англии будем позже.

Все дела надо вершить постепенно...

Элиза сидит напротив меня в карете, положив рядом с собой свою пару пистолетов, улыбается каким-то свои мыслям, забыв начатую вышивку, и мечтательно смотрит в окно кареты на проплывающие мимо нас пейзажи летней Франции. Мдаа... июль... самая жара, в апреле путешествовать было приятнее. Элиза улыбнулась еще раз, увидев что-то в окне. Ей хорошо, она не знает всего. Ришелье коротко приказал ей сопровождать меня, помогать мне, охранять меня и отпустил ее попрощаться с мужем. Все остальное Его Преосвященство говорил только мне. В начале июня Каталония действительно взбунтовалась, ей вскоре потребуется наша помощь, без нее Мадрид каталонцев просто уничтожит. Для координации действий по оказанию этой помощи в Перпиньян отправился мой отец. А мне требуется приложить все мои таланты, дабы вмешательство Мадрида и его желание огнем и мечом покарать мятежную Каталонию было минимальным и как можно скорее сошло на нет. Как это сделать, я пока не представляю, но кое-какие соображения на сей счет, я высказала Ришелье и он их одобрил. Теперь надо обдумать детали. Это сложно, многого я не знаю, да и Ришелье тоже не знает все... Ладно, есть еще время подумать. Надо отвлечься от тяжких дум, вот как Элиза. Вот и спрошу ее:

— Элиза, вижу, ты улыбаешься, я уверена вы не потеряли зря ни секунды из тех дней, что вам милостиво подарил Его Преосвященство?

— О, да, Мари! Ты не даже представляешь себе как! Мы, мой Жорж, да что я вру, я сама решила, и Жорж меня поддержал, мы последовали твоему совету и поднялись на колокольню Нотр-Дам. Жорж сказал, что эта твоя идея не просто эксцентрична, но и настолько безумна, что достойна воплощения. Это было... это было восхитительно! Я как будто побывала на небесах, в раю! Как ангел небесный. Когда стоишь нагишом на краю, там, на самой верхотуре — это ни с чем несравнимо. И цена-то за открытия врат этого рая была пустяковой — всего-то один пистоль привратнику и он позволил нам подняться на колокольню. Он правда просил нас не звонить в колокола, дабы не пугать парижан... Но я не удержалась, и один раз звякнула, после всего, после того как я стала женщиной, побывавшей в раю..., не очень громко, потому как я была уже без сил... Побывав в раю, тяжело было спускаться с небес на грешную землю...

Элиза вновь мечтательно улыбнулась, закрыв глаза и отвернувшись от окна, облокотилась на подушки, повторив:

— Я хочу туда еще!!! И еще! И еще....

— Ты там еще побываешь! После того как мы вернемся из Испании! — я даже немного позавидовала подруге. Я и не думала, что они решатся воплотить мою шутку. Хотя, почему бы и нет, если это сделало ее счастливой, пусть даже и на краткий миг?

Итак, Испания, Испания...

Главная цель проста: следует прекратить войну, предотвратить расправу с мятежной Каталонией, избежать жертв.... Я поняла, как мне следует действовать для достижения моей цели. Действовать мне следует убеждением, мое оружие — проповедь и пропаганда. И действовать следует через церковь и через женщин, через сестер во Христе. Наши главные цели в этом вопросе полностью совпадают. Да, это не быстро и очень сложно, но должно быть надежно. И у меня есть на все про все не так уж много времени, не больше полугода, до Рождества, или чуть больше. И скачки верхом, в галоп, мне уже противопоказаны. Да и Элизе, я так думаю, тоже уже вредны. Ну что ж будем поспешать медленно, "Festina lente", как говорится, "Festina lente".

Ну что ж, решено, буду превращать испанскую церковь и испанок в союзников и союзниц Франции. Этот союз может быть выгоден не только католической церкви и нашим двум странам, но и всему христианскому миру...

Так, кто у нас, ой, не "у нас", а в Испании возглавляет церковь? Хммм...

Формальным главой церкви, примасом Испании и архиепископом Толедо является Кардинал-инфант Фердинанд Австрийский (Fernando de Austria). Фердинанд этот — родной брат короля Испании Филиппа IV. Примечательно, что Фердинанд получил этот высший духовный сан еще в детстве, кажется еще до моего рождения, в 1619 году... Но сейчас он находился далеко от Испании — Фердинанд управляет Испанскими Нидерландами и командует испанскими войсками в тех краях.

Поскольку Фердинанд получил этот церковный титул в десять лет и никогда не был рукоположен в священники, он только получает доход от церковных дел, реально епархией управляет Капитул Толедского собора и назначенные им викарии.

(Хорошо быть братом короля — ничего не делаешь, а доходы с чужих трудов получаешь... Мдаааа...)

А возглавляет этот Капитул сеньор Мельчор де Сориа-и-Вера (Melchor de Soria y Vera) — коадъютор, титулярный епископ Трои и многолетний генеральный викарий архиепископства Толедо. Именно он замещает отсутствующего примаса в официальных и административных делах на местах. Живет в Толедо, ему уже 80 лет. Хммм...

Еще есть знаменитая Испанская Инквизиция... Печально знаменитая... Ее возглавляет Великий инквизитор Испании, доминиканский монах и архиепископ, Антонио де Сотомайор (Antonio de Sotomayor). Он занимает эту должность с 1632 года, живет в Мадриде и он тоже весьма на молод — ему уже семьдесят, и как раз в январе сего года издал знаменитый обновленный "Индекс запрещенных книг" (Índice de Sotomayor), в котором много чего интересного. Этот "индекс" — это просто идеальное пособие для библиофила — перечень книг, достойных прочтения. Но книги меня сегодня не интересуют, а вот возможности Инквизиции — даже очень.

Вот эти два сеньора, сеньор Мельчор и сеньор Антонио мне и нужны, с них и начнем. Рекомендательных писем у меня к ним нет, но зато есть рекомендации сестер— урсулинок к другим сестрам во Христе. Кто-то из них точно сможет помочь встретиться с родственниками, они конечно же соблюдают обет безбрачия, но братья и сестры, кузены и кузины, племянники и племянницы у них есть, и значит есть среди них и урсулинки.

Я знаю, монастырей урсулинок в Испании пока нет, но надеюсь, сестры других орденов выслушают меня и помогут со встречей и с этими сеньорами? Даже если и не помогут, и только выслушают, то, что я им скажу, и задумаются — это уже хорошо. Париж не сразу строился...

Так, а кто из сестер во Христе в Испании самая главная? Пожалуй, что приоресса Королевского монастыря госпитальерок Святой Марии в Сихене (Real Monasterio de Santa María de Sigena) донья Исабель де Помар (Doña Isabel de Pomar). И подчиняется она непосредственно Риму и приору Ордена, а не испанским властям. Это очень хорошо. Особенно хорошо то, что она мальтийка, потому она обязана смотреть на мир и видеть мир шире, не ограничиваясь только Испанией. Как госпитальерка, она обязана понимать ситуацию во всем Средиземноморье! Что еще?... Донья Помар избрана приорессой в январе, с ее избранием был сопряжен конфликт — не все были согласны с ее избранием. Но это пустяк, главное, что этот монастырь расположен в Арагоне, почти на границе с мятежной Каталонией, и она как никто другой должна быть заинтересована в мире. Это точно моя главная союзница. Затем терциарки и все женские общины, "кооперативы" как местные дамы их называют. В Мадриде в первую голову.

Так же монахиня-францисканка Мария Агредская, говорят, она чуть ли не духовник короля.... Что я знаю об этой даме? Хммм... как интересно, она ровесница моей мамы, она из новых христиан, в двадцать пять лет стала аббатисой монастыря, который построили ее родители... Отличается фанатизмом, хммм... как все неофиты, которым надо доказывать всем, в первую очередь самим себе, свою верность новой религии. Вряд ли она станет союзницей, да и в Агредо ехать еще, но при возможности надо бы встретиться и поговорить. Стоп, специально ехать к ней зачем? Агредо это возле Сория, это мне по пути, вот с нее и начнем мои проповеди. Если удастся встретиться, конечно...

123 ... 141516