|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
— Поттер, — начиналось письмо, и из-за ужасного тона Снейпа оно звучало еще хуже, чем, вероятно, было на самом деле. Однако, едва начав, мастер зелий прервал чтение текста. По крайней мере, вслух. К тому времени Гарри так пристально смотрел на него, что перед глазами у него все поплыло, но он был уверен... ну, почти уверен... что Снейп пробежал глазами оставшуюся часть письма, прежде чем сложить его (в подземелье раздался треск) и засунуть обратно испачканный конверт.
Затем взгляд Гарри сменился пристальным взглядом. Недоверчивый взгляд. Что, Снейп собирался упустить возможность унизить Гарри Поттера? Конечно, подумал Гарри, он не знал, о чем говорится в письме. Может быть, это было что-то такое, что Снейп не мог прочитать вслух на уроке, как бы сильно он не обидел Гарри этим. Может быть, это было от дяди Вернона и содержало какие-то нецензурные эпитеты, которые Гарри привык слышать за эти годы. Фразы вроде "ты, чертов маленький урод" были не совсем уместны, не так ли? Даже в подземельях.
Во всяком случае, Снейп, похоже, отказался от мысли зачитать письмо вслух.
— Продолжай свои тесты! — рявкнул он, усаживаясь за стойку с зельями и уставившись на них. После этого они не слышали ни звука, кроме скрипа перьев, пока в воздухе не раздалась еще одна отрывистая команда. — Сдайте свои бумаги!
Губы Гарри скривились, когда он подчинился. Конечно, его оценки по зельеварению почти всегда были ужасными, из-за того, что Снейп нависал над ним, как обезумевшая летучая мышь, насмехаясь над ним до тех пор, пока он с трудом не забывал, какой котел принадлежит ему. Но этот тест должен был установить новый рекорд. Сможешь ли ты получить оценку ниже нуля? Это не должно быть возможным, но если твои ответы будут достаточно глупыми, рассуждал Гарри, Снейп может снять достаточное количество баллов, чтобы справиться с этим.
Он начал складывать в стопку свои школьные задания, удивляясь, зачем он вообще продолжает изучать зельеварение. Ну и что с того, что его аттестат зрелости, оцененный беспристрастным оценщиком, был выдающимся? Для таких, как Снейп, это не имело никакого значения, и если Гарри думал, что прошлые годы были плохими, что ж, он просто не знал, каким подлым и ужасным может стать Снейп, не так ли? Теперь он знал. Снейп был полон решимости поквитаться с Гарри за тот инцидент с омутом памяти; для него даже не имело значения, что Гарри тогда извинился и имел в виду именно это, или что он никому ни словом не обмолвился о том, что видел... ну, за исключением Сириуса.
Пожалуй, единственная причина, по которой он все еще учился на зельеварении, заключалась в том, что это было необходимо для поступления на программу для авроров, и что бы Снейп ни хотел сделать с ним на уроке, он не мог испортить оценки Гарри по зельеварению. В отличие от школьных тестов, официальные экзамены по волшебству оценивал кто-то другой, а не крючконосые, с сальными волосами, просто злобные мастера зелий.
Он как раз поворачивался к двери, перекинув школьную сумку через плечо, когда его позвали.
— Оставайтесь здесь, мистер Поттер.
Гарри неохотно обернулся, поймав взгляды Рона и Гермионы. Он слегка покачал головой, когда они, казалось, решили задержаться, чтобы быть под рукой. Снейп был достаточно умен, чтобы справиться с этим трюком. Можно было просто встретиться с ним лицом к лицу и покончить со всем этим.
— Сэр?
Снейп поднял взгляд от экзаменационных работ, которые он складывал в стопку, черты его лица были непроницаемы, но взгляд темных глаз оставался напряженным. Однако, прежде чем заговорить, он наложил на двери заклинание тишины, описав палочкой дугу, которая охватила все щели вокруг тяжелых деревянных рам.
— Вы ничего не забыли, мистер Поттер?
Гарри готов был почесать в затылке, настолько он был сбит с толку. Потом до него дошло.
— О, вы имеете в виду письмо?
Взгляд Мастера зелий стал еще более пристальным, если такое вообще было возможно, но, как ни странно, его голос стал мягче, а не таким угрожающим, каким он иногда пользовался. Он звучал почти... сочувственно, хотя Гарри был уверен, что этого не могло быть.
— Да, я имею в виду письмо, ты, глупый ребенок. Почему ты не обратился по этому поводу к директору?
Гарри сглотнул, не зная, что ответить. Повидаться с директором? С какой стати он должен это делать? И вообще, что было написано в этом чертовом письме?
— Э-э... мне показалось, что в этом не было необходимости, сэр, — наконец произнес он, а затем внезапно отступил назад, когда Снейп встал и навис над ним.
— Что ты сказал?
— Я... э-э... ну, мне просто показалось, э-э...
— Прекрати свою болтовню, — внезапно приказал Снейп, глядя ему прямо в глаза. — В твоих словах меньше смысла, чем обычно, Поттер, и поверь мне, это говорит о многом.
Гарри просто уставился на него в ответ, решив не признаваться в том, что он даже не читал это дурацкое письмо.
Снейп страдальчески вздохнул, и только тогда Гарри вспомнил, каким искусным легилиментором был этот человек. Даже без палочки или произнесенного заклинания он уловил достаточно мыслей Гарри, чтобы сделать собственные выводы. К сожалению, все эти выводы были слишком точными.
— Какой же ты неблагодарный мальчишка, — заметил Снейп, и комментарий был сделан с четкостью, а не с едким сарказмом, который Гарри обычно слышал от него. Сейчас было не похоже, что Снейп пытался его разозлить, он просто констатировал факты. Удручающие факты. — Письмо от твоих родственников пришло во вторник, а сегодня пятница, и ты еще даже не прочитал его.
— Откуда вы знаете, когда я его получил? — Горячо спросил Гарри. — Насколько вам известно, это пришло сегодня в обед, и у меня не было времени.
— Поверьте мне на слово, мистер Поттер. Вы держали его в руке в тот день, когда сказали, что я "жалкое подобие учителя".
Гарри разинул рот, но затем пришел в себя настолько, что протянул руку. Ему хотелось, чтобы она не дрожала. Было нелепо, что он мог в одиночку победить Василиска, но при этом струсить перед этим человеком. С другой стороны, слова могли ранить глубже, чем клыки, особенно ядовитые слова Снейпа. Если и было что-то, что мастер зелий знал вдоль и поперек, так это искусство оскорблять.
— Могу я получить свое письмо обратно, сэр?
— Сначала нужно извиниться, — властно приказал Снейп, скрестив руки на груди. — За это замечание.
— О да, конечно, — пробормотал Гарри, его спина напряглась от негодования. Снейп постоянно оскорблял его. Когда это профессор когда-нибудь извинялся? Но если бы это вернуло ему его письмо, он мог бы это сделать. — Извините, сэр.
— Как и ваши зелья, едва сносно, — прокомментировал Снейп. — Еще десять баллов с Гриффиндора. Ладно, тогда о вашем письме, Поттер. Ты когда-нибудь планируешь это прочитать?
Гарри не понимал, какое Снейпу до этого дело, но он также не видел смысла в очередном споре или потере очков.
— Да, верно. Хорошо, да. Хорошо, как скажете.
— Я тебе не верю, — заявил Снейп, и его глаза, которые могли видеть мысли насквозь, пронзили его каким-то темным гневом, которого Гарри на самом деле не понимал. — Ты можешь получить это обратно при условии, что прочтешь сейчас, в моем присутствии.
Гарри сжал кулаки.
— Какое вам дело, сэр, читаю я свою почту или нет?
— Разочарован, что это не письма от поклонников, Поттер?
— Вот вам и вся наблюдательность, — парировал Гарри, — сэр. Если бы у вас были важные письма, вы бы заметили, что я ненавижу ту скучную чепуху, которую мне присылают.
— Давай внесем ясность, Поттер. Если ты не хочешь читать свой собственный пост, я прочту его тебе сам.
— О, просто отложите это, — вздохнул Гарри, чувствуя себя побежденным. Если он и хотел чего-то меньше, чем прочитать письмо Дурслей, так это выслушать саркастический комментарий Снейпа по этому поводу. — Хорошо, хорошо? Я прочту это.
Снейп протянул ему испачканный чернилами конверт, сел и внимательно наблюдал, как Гарри подошел к свободному столу и разобрался с письмом.
Его руки дрожали, когда он вынимал письмо и разглаживал его. Даже когда оно лежало перед ним и он вглядывался в слова, у него было чертовски много времени, чтобы начать читать. В глубине души он не хотел знать, что Дурсли приготовили для него, но теперь этого было не избежать.
Вздохнув и неохотно нахмурив брови, Гарри начал читать.
"Поттер, так начиналось письмо.
Петуния говорит, что не знает, где находится ваша школа для чудаков, иначе мы отправили бы это письмо обычным способом. Арабелла Фигг услышала, как мы говорили о том, что ей нужно связаться с тобой, и предложила нам сову. Мы и не подозревали, что она из таких. Держу пари, ты знал, но не сказал нам, не так ли, парень? Должен же быть закон.
Возвращайся в Суррей, Поттер. Твоей тете намного хуже. Сейчас она в больнице; врачи говорят, что состояние ее не очень хорошее. Мне все равно, приедешь ли ты на этом дурацком поезде, или тебе придется лететь на проклятой метле, или еще на чем-нибудь, ты вернешься сюда сам. Если ты знаешь, что для тебя лучше, ты сделаешь это быстро и не приведешь с собой ни одного из тех уродов, с которыми ты общаешься. Петунии не нужно видеть ничего подобного. Достаточно того, что ей приходится видеть тебя.
Вернон Дурсль"
Гарри поднял глаза, не зная, что чувствовать. Наверное, было неправильно радоваться тому, что тетя Петуния заболела. Да, это определенно было неправильно. По крайней мере, он должен был расстроиться. Но он не расстроился. Что ж, по крайней мере, он не пал так низко, чтобы радоваться этому. Ни капельки, сказал он себе, подавляя приступ чего-то ужасно постыдного.
Снейп резко втянул в себя воздух, затем, казалось, намеренно выровнял дыхание.
— Насколько серьезно больна ваша тетя, мистер Поттер?
— Не знаю, — признался Гарри, пожимая плечами. — Впервые слышу об этом.
Снейп начал говорить своим "я-не-могу-поверить-что-человек-может-быть-таким-тупым" голосом, медленно произнося каждое слово и выговаривая его с невыносимой четкостью.
— Чем она болела?
— Я же сказал тебе, я не знаю! — ответил Гарри немного нетерпеливо. — Послушайте, сэр, я опоздаю на Трансфигурацию, если вы меня сейчас же не отпустите. Могу я уйти?
Снейп выглядел совершенно ошеломленным, прежде чем его удивление сменилось жгучей яростью.
— Трансфигурация! Ты все еще не собираешься просить о встрече с директором, болтливый дурак? Ты не имеешь ни малейшего представления, что поставлено на карту, не так ли? Тебе следовало уехать еще во вторник; возможно, уже слишком поздно.
Где-то в середине всего этого Снейп схватил его за предплечье. Гарри попытался стряхнуть его, но Снейп только крепче сжал его. Устав от всего этого, Гарри наконец закричал:
— Какая тебе разница, пойду я к ней или нет? Это мое личное дело, если моей семье наплевать, буду я жить или умру, и я чувствую то же самое...
Снейп наклонился, чуть ли не плюясь от ярости. — Это ваше личное дело, не так ли? Если ваша тетя умрет, защитные чары, защищающие вас, спадут, Поттер! Мы хотели бы, по крайней мере, знать, что такое случилось, ты, эгоистичное отродье, чтобы мы могли принять другие меры для твоей безопасности и сохранения рассудка. Или ты действительно думаешь, что Невилл Лонгботтом избавит мир от Темного Лорда?"
Гарри почувствовал, что вот-вот упадет, но крепкая хватка Снейпа удержала его на ногах.
— Дамблдор рассказал тебе о защитах, о пророчестве? У нас с директором есть несколько секретов. Теперь, поскольку я не доверяю вам больше, чем могу, мистер Поттер, я полагаю, мы оба отправимся к директору, чтобы организовать ваш отъезд.
— Но если защита вот-вот рухнет, я, конечно, должен остаться здесь? — В отчаянии взмолился Гарри.
— Я действительно считаю, что ты самый избалованный, эгоцентричный, легкомысленный ребенок, которого я когда-либо имел несчастье знать, — ответил Снейп. — Ваша тетя умирает, мистер Поттер. Очевидно, для вас это ничего не значит, но ваша семья попросила вас навестить ее, и вы это сделаете, нравится вам это или нет.
— Не могу поверить, что тебя волнует, увижу ли я свою умирающую тетю!
— Совершенно верно, — подтвердил Снейп, наконец отпуская руку Гарри. — Я беспокоюсь о том, мистер Поттер, чтобы вы окончательно не оттолкнули то немногое, что осталось на этой земле от крови вашей матери.
— Вы имеете в виду моего кузена Дадли? — Гарри ахнул. — Но вы же знаете, каково это! Я имею в виду, вы же виделе, снова и снова, в прошлом году! Знаете, на уроках окклюменции...
— Не обращайте внимания на какие-либо инциденты прошлого года, Поттер, особенно на эти!
Гарри мысленно отступил назад, понимая, что это не такая уж хорошая идея — поднимать тему, которая могла бы напомнить Снейпу о том, как Гарри тайком заглянул в омут памяти.
— Ладно, извините, — пробормотал он, затем заговорил громче. — Но Дадли? Вы, должно быть, шутите. Он не собирается участвовать ни в какой защите, это я вам точно говорю. Он хотел бы видеть меня мертвым, и он, и мой дядя. Одному богу известно, почему моя тетя согласилась, она ненавидит меня не меньше...
— У тебя истерика, — объявил Снейп. — Довольно, Поттер. Мы идем к директору и покажем ему это письмо, это ясно? И ты собираешься поехать в Суррей и попросить прощения у своей семьи за все, что ты сделал, чтобы оскорбить их, это ясно? Мне все равно, даже если тебе придется умолять, стоя на коленях, Поттер, ты будешь защищен кровью своей матери, и если это означает примирение с твоим кузеном, то так тому и быть! А теперь, пошли!
— Да, сэр, — пробормотал Гарри, но с таким же успехом он мог бы и не беспокоиться. К тому времени двери подземелья распахнулись, заклинание Тишины зашипело, испаряясь, и Снейп потащил его по коридору к лестнице.
Драко Малфой ухмыльнулся из-за резной гранитной колонны.
|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
