Департамент Правосудия

Пролог

Жизнь забавная штука — то она отсыпает тебе удачу в небольшом количестве, то бьет так, что отдышаться не можешь. Причем второе всегда чаще, и вот однажды наступает такой момент, когда что-то щёлкает, и ты начинаешь смотреть на все совсем другими глазами, когда твой привычный мир оказывается совсем не таким, каким ты представляла раньше.

Накрапывал мелкий, холодный, осенний дождик, зонтик свой я забыла у сестры, так что приходилось терпеть дождевые слёзы на своих глазах и мокрые волосы, которые липли к лицу и лезли в них, мешая видеть. Я фыркала и злилась, перепрыгивая через лужи, пытаясь добраться до моего подъезда и, наконец, попасть в свою квартиру.

— Да чтоб вам пусто было! — выругалась я, в очередной раз проваливаясь по щиколотку в холодную лужу, которую заботливо присыпало разноцветными листьями с ближайших тополей. Осень. Не люблю это сумрачное время года. Она появилась в городе внезапно, хотя по календарю самое время. Тяжело вздохнула и посмотрела на свои ботиночки на высоком каблуке, они безнадёжно промокли. Стало противно и холодно. Я раздраженно посмотрела на свинцовое и низко висящее небо над головой и, послав его куда подальше, потопала к дому. В ботиночках хлюпала вода. Я выдохнула. Наконец, добравшись до своего подъезда и, нырнув в тёплое чрево дома, спеша, поднялась на свой второй этаж и, проскочив в свою квартиру, с ненавистью скинула намокшую обувь и такое же промокшее пальто, прошла в комнату.

Настроение было плохое, очередное собеседование по устройству на работу я провалила, промокла, просто прекрасно!

Я с опаской открыла холодильник, за неимением работы денег не было, родители подкармливали меня, бедолагу, но холодильник всегда был пуст. Я вздохнула, глядя на осиротевшие полки, и достала одиноко притулившийся в уголке питьевой йогурт, и с опаской взглянула на срок давности. Нормально, пить можно.

Раздался телефонный звонок, от неожиданности я подавилась первым глотком клубничного, если верить этикетке, йогурта, но быстро сообразив, что телефон не опасен, отставила бутылочку и пошла к нему.

— Дарья Александровна Зайцева? — вопросила трубка.

— Да, это я, а кто звонит?

Минутная заминка, а потом мне ответили, четко по военному, проговаривая каждое слово:

— Вам звонят из Департамента Правосудия, у нас есть вакансия секретаря Судьи, ждём вас завтра в десять часов утра по адресу: Улица Теней дом 6 строение 12 корпус "Б", портфолио не нужно, главное не опаздывайте, Дарья Александровна, и трубку резко повесели. Я часто заморгала, но, опомнившись, отключила телефон и присела прямо на пол у журнального столика.

— Нет в нашем Мухосранске, так я часто называла наш небольшой городок, улице Теней и Департамента Правосудия тоже нет, его вообще нет, такого института власти вроде, что это за розыгрыш?

Но, не доверяя своей памяти, я все-таки достала карту города, обычную бумажную карту города, интернет и другие прелести с временной жизни мне с некоторых пор были недоступны, нет денег — нет интернета. Меня спасали книги, щедро отданные моими родителями при переезде в бабушкину квартиру, читать я любила именно поэтому отсутствие интернета не так напрягало меня, как могло бы. Я разложила карту нашего городка и внимательно ещё раз просмотрела её. Все улицы мне были знакомы с детства, и не было ни одного переулка и закутка, которого бы я не знала, но проверить все-таки стоило.

Нет, такой улице не существовало, это или розыгрыш, или перепутали телефон. Город не мой и звонили не мне. Допускаю, что где-то есть такая улица, хотя название весьма странное, могу предположить, что существует некий Департамент Правосудия, наверняка закрытая, какая-нибудь секретная государственная и всё такое, организация. Есть наверняка другая Дарья Александровна Зайцева и вполне вероятно, что она, как и я, секретарь-бухгалтер. Но ведь очевидно, что звонили не мне.

Я вздохнула. Так хотелось найти работу.

Вы скажете, можно же уехать в другой, более крупный город области или даже в столицу, но что-то держало меня тут, что именно, сама я не могла объяснить. Вздохнув, я свернула карту и положила её обратно между книг, затем допила йогурт и открыла недочитанную книгу, на этот раз это был всеми известный роман "Унесённые Ветром". Да, я сентиментальна и люблю любовные романы, но не те, что продают в мягких обложках на автобусных станциях, люблю те, которые читали мои родители.

За окном вскоре стало темнеть, глаза от чтения заболели, и я отложила книгу, потянулась и пошла в ванну, стоило пораньше лечь спать, завтра ещё два собеседование и, возможно, долгожданная работа...

Глава 1

За что я не люблю утро — так это за то, что оно всегда наступает, когда я еще сплю.

— Девушка, вы опоздаете, вам же вчера было сказано "без опозданий к десяти часам быть в Департаменте", — раздался спокойный женский голос.

— Что? — Я не открывала глаза, так как была уверена, что это сон, а как же иначе, если не сон, то что?

— Поднимайтесь, Дарья, — голос напоминал голос учительницы Анны Анатольевны, которая у нас вела географию, нет, ну, чего только не присниться к утру!

Я приоткрыла глаза и огляделась. Часы на прикроватной тумбочке показывали восемь утра, какой реалистичный сон, подумала я.

— Дарья, вставайте, — раздалось уже громче.

Я резко села на кровать, протирая глаза, какой странный сон.

Скосив взгляд туда, откуда шёл голос, я обмерла. На шкафу сидел ворон и внимательно смотрел на меня.

— Это ты сейчас меня будил? — спросила я птицу, поражаясь своей наивности.

— Я, — отозвался ворон уже не голосом моей учительницы, а каркающим, хриплым, грубым голосом соседа дяди Гриши.

— Ты кто? — умнее ничего спросить я не смогла.

— Вестник из Департамента Правосудия, прилетел напомнить о собеседование, которое было назначено вам, юная леди, сегодня в десять утра.

— Вы меня ни с кем не перепутали? — Всё ещё пытаясь понять, сплю я или нет, спросила я.

— Нет, — отчеканил ворон.

Пощипала себя за руку и, поняв, что не сплю, я опять посмотрела на птицу, восседавшую на моём шкафу.

— Но нет такой улицы,— взорвалась я, — нет такого учреждения, как Департамент Правосудия.

— Есть, — парировала птица.

— Где? Я вчера облазила всю карту города, нет и быть не может, я выросла тут, я знаю каждую улицу, каждое дерево!

— Правда? — мне показалась или птица насмехалась надо мной?

— Правда, — мне надоел этот розыгрыш, он явно затянулся.

Я вскочила с кровати и обошла всю квартиру, благо она не большая. Никого.

— Тут никого кроме меня и тебя, — лениво отозвалась птица уже другим голосом, мне не знакомым.

Затем птица слетела со шкафа и опустилась на пол.

— Даш, — устало начал ворон, — если чего-то нет на карте, это не значит, что этого не существует.

От такого фривольного обращения к себе я остановилась в бесплодных попытках найти шутника, подговорившего птицу, и снова внимательно посмотрела на гостя.

— Кто ты на самом деле?

— Корнелиус Корвин, — ответил мне ворон.

— Ты птица или...?

— Или, — кивнул ворон, — Дарья, вам лучше одеться и привести себя в порядок, а затем пройти со мной до Департамента, вы ищите работу, а Судье нужен секретарь, зарплата вам будет предложена высокая, возможность карьерного роста и прочее, уверен вы не пожалеете, приняв наше предложения.

Я сглотнула, ворон говорил совершенно человеческим голосом, без типичных вороньих интонаций.

Я поспешила в ванну, ещё не придя в себя, я автоматически приняла душ, оделась и вышла из ванной, затем осторожно заглянула в свою комнату. На убранной уже постели, сидел мужчина с резкими чертами лица, его длинные волосы были цвета вороньего крыла, такие же непроницаемо черные глаза. Он терпеливо ждал меня. На нём была одета кожаная куртка, такие носят байкеры, тёмно-синие джинсы и тяжёлые армейские ботинки. Сомнений не было, Корвин это он. Черт, я тут разгуливала почти голая перед мужчиной, позор то какой, пусть он был птицей, но это не отменяет того факта, что он мужчина. Я покраснела. Но, похоже, его это вообще не волновало, он поднялся и, одобрительно кивнув мне, сказал.

— Как я и говорил вам, если чего-то нет на карте, не значит, что этого не существует, подойдите ближе. Он встал посреди моей комнаты. Я подошла и неуверенно посмотрела на него. Мой небольшой рост заставил меня запрокинуть голову, чтобы внимательнее разглядеть ворона.

"Черт! Какой интересный сон!" -подумала я.

Корвин щелкнул пальцами, и я провалилась в темноту. Резко и неожиданно. Но закричать я не успела. Через минуту я открыла глаза. Яркий свет слепил меня. Я стояла на мощеной булыжником улице, а напротив меня возвышалось огромное здание — небоскрёб с острым шпилем-крышей.

— Департамент Правосудия занимает три квартала, — раздался голос Корвина где-то совсем рядом, — это большое здание, и новичкам сначала сложно, но потом ты привыкнешь, изучив его хитрый план.

— Нам туда, — мужчина направился к парадному входу в одну из центральных башен-небоскрёбов, их тут, как я потом поняла, четыре, но это потом, а пока я зашла в стеклянные двери башни вслед за вороном. Как и положено, нас встретил пост охраны на входе.

— Эта девушка пришла со мной, — спокойно сообщил он охране, двум шкафаобразным мужчинам, она новый секретарь Судьи. Те кивнули и пропустили нас.

Поднимались мы долго, кажется, на сотый этаж, в обычном офисном лифте. Когда, наконец, двери лифта распахнулись, пропуская нас в коридор, я с облегчением сглотнула, боязнью закрытых пространств я не страдала, но всё-таки было приятно выйти из лифта.

Мы прошли до самого конца длиннющего коридора, который был пуст, и завернули в тысячный кабинет с табличкой: "Приёмная. Департамент Правосудия. Верховный Судья".

"Интересно, а имя у него или у неё есть?" -подумала я. Мы прошли мимо пустующего стола секретаря, который, видимо, предназначался мне, прямо в кабинет выше обозначенного Судьи. Корвин без стука открыл дверь.

— Я привел её, сэр, — Корвин поклонился и отступил к дверям. Я огляделась. Обычный кабинет, в котором обитают руководители фирм, депутаты и им подобные. Большой стол, видимо, для совещаний из тёмного дерева заканчивался столом Судьи, заваленным бумагами, черный монитор компьютера едва виднелся за толстыми папками и аккуратными стопками разложенных бумаг. У больших окон, сейчас закрытых жалюзями стоял мужчина, небрежно облокотившийся о подоконник. У него были вьющиеся, опять же длинные, интересно, тут все мужчины с длинными волосами или нет? волосы, но не собранные в хвост, как у Корвина, распущенные, при этом они совершенно ему, казалось, не мешают. Одет он был, как и положено руководящему лицу, в классический костюм, галстук и белоснежную рубашку. Костюм скрадывал его телосложение, но я подозревала, что он далеко не хлипкий и изящный, но и на качка он не походил.

Мужчина прошёл до своего рабочего места и, по-королевски, сел за стол.

— Дарья Александровна, насколько мне известно, вы искали работу секретаря.

Я кивнула, всё ещё стояв дверном проёме. Мужчина слегка улыбнулся.

-Не стоит стоять в дверях, присаживайтесь. Корвин, ты свободен.

Ворон ещё раз поклонился.

— Да, милорд, — и скрылся за дверью.

Что-то я ничего не понимаю. Я все-таки прошла до стола и села на один из стульев.

— Так вот, — продолжил мужчина, — мне нужен секретарь, человек желательно со стороны, способный держать рот на замке и выполнять все поручения.

Это он про меня?

— Я решил, — как ни в чем ни бывало продолжил он, — что вы подходите на эту должность, зарплата будет составлять около ста тысяч плюс премии.

Я недоверчиво взглянула на него. Он шутит или? Или это реально какая-то секретная организация и платить мне будут за неразглашения государственных тайн?

— Вас устраивают мои условия? — спросил он. — Если да, я готов выслушать ваши.

Раз мне предстоит тут работать, надо хоть про организацию узнать что ли.

— А не могли бы вы мне объяснить конкретнее мои обязанности и, — я запнулась, но потом продолжила, — что вообще из себя представляет Департамент Правосудия?

Мужчина одобрительно кивнул.

— Конечно, я ожидал от вас этих вопросов. — Он поднялся и, подойдя ко мне, протянул папку. Я осторожно взяла, раскрыла её. Тем временем он вернулся на своё рабочее место и стал говорить.

— Департамент Правосудия создан давно, почти сразу, как были созданы миры, мы осуществляем контроль над ними, в нашем введенье около шести миров, созванных разными Демиургами в разное время. Ваш мир один из них, в Департаменте существуют четыре Института — Судебного надзора, где вы собственно и находитесь, Института надзора за Смертями, есть Институт, где регулируют численность людей и иных тварей, и последний — Дознание. Возглавляют каждый из отделов мои братья.

Я слушала и рассматривала эмблему Департамента — круг, поделенный на четыре части, в одном секторе был нарисован череп, в другом весы, в третьем меч и щит, в четвертом лук с наложенной на тетиву стрелой. До меня медленно начало доходить я ведь видела эту эмблему и раньше, но где? В голове сами собой всплыли слова:

"Их предназначение сеять святой хаос и разрушение в мире".

До меня почти дошло, но почему-то пришедшая в голову мысль настойчиво не хотела обретать какой-либо здравый смысл. Я пролистала папку, там были все бумаги касающиеся деятельности департамента и прочая канцелярия. Я закрыла её и, отодвинув, снова взглянула на него. Он внимательно смотрел на меня, кажется, он прекрасно знал, о чем я думаю, если мои догадки верны, то передо мной второй из четырёх Всадников — Война. Рыже-медные волосы, яркие, чуть мерцающие глаза. Я вздрогнула, стало страшно и захотелось проснуться. Ну, да, правильно, он имеет права судить, как от имени Бога, так и от имени Сатаны, так кажется. Я сглотнула застрявший в горле комок. Спросите меня, откуда такие познание в христианской мифологии, спасибо верующей бабушке, которая в детстве вместо сказок читала мне отрывки из Библии, хоть это было детское переложение, но кое-что я запомнила на всю жизнь. Хотя верующей я так и не стала, как и мои родители. Сцепила руки в замок, чтобы хоть как-то унять дрожь. По глубже вздохнула, решила вести себя достойно, не разводить панику и истерику, хотя мне было очень страшно. Почему я так легко узнала сидящего передо мной, я не знала. Просто была уверена, что я правильно опознала его.

Собрала в кучку ошалевшие мысли и, придав лицу невозмутимый вид, продолжила разговор:

— Так вы мне не рассказали про мои основные обязанности.

Я сложила руки на столе и, как примерная школьница, приготовилась слушать.

— Для начала хочу отметить сообразительность, да, твои умозаключения весьма правильны, я восхищаюсь твоей выдержкой, все-таки с выбором я не ошибся. Твоя работа не будет отличаться от обычной секретарской — ответы на звонки, ведение документации, подготовка документов, но есть некоторые детали, — он снова встал из-за стола и подошёл ко мне, присел на ближайший стул.