Многоликий

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. НЕ-МЕРТВЫЙ.

ПРОЛОГ.

Сквозь прицел снайперской винтовки на стрелка смотрело чудо. Этакое чудо из далекого детства, когда Влад еще читал фантастику... потом прошли годы, и в невероятное он перестал верить. Правда, большей частью этому поспособствовала работа. Чужая и собственная, невероятно близкая, смерть быстро выбивают из головы дурь. Нет, мужчина не был киллером, как сейчас таких называют. Он убивал, вот только заказы ему оплачивали не толстенькие дяди на дорогих машинах, а родное государство.

Работа как работа. Кто-то же должен это делать? Так почему не он?

Фэнтези, повальное увлечение всей фантастико-читающей страны — "попаданцы", уводило от реальности, но на совершеннолетие парень получил подарок: вместо универа повестка, а неделей позже армия приняла его в свое лоно. Последующая война, после которой, тогда еще молодой человек, кристально чисто понял, что дома его ничто уже не ждет (а что Влад умеет, кроме как метко стрелять?), и подписавший контракт еще на два года, все это довольно быстро заставило позабыть юношеские увлечения и теперь каждый вечер в казарме вместо легкого чтива на ночь Владлена ждала зубрешка характеристик огнестрельного оружия.

Жизнь покатилась по накатанной ранее многими людьми колее. И так год за годом. Двадцать четыре оборота.

Влад протер слезившиеся глаза, приник к окуляру. Пред ним раскрылась сказка...

... Кровавя сказка.

В восьми сотнях метров от устроившего лежку снайпера проводили ритуал некромантии. Практически позабытое слово выскочило откуда-то из закоулков памяти.

Сморщенный старичок кривым ножом из какого-то камня самозабвенно кромсал живых людей, вспарывая им кишки. Жестко зафиксированные жертвы, было видно, дико орали, но не в силах были даже пошевелиться. Веточки, камешки, веревочки, все это засовывалось в разрезанный живот, поливалось какой-то дымящейся гадостью и секундой позже тело застывало неподвижно. Старичок "отвязывал" жертву затирая нанесенные вокруг трупа какие-то линии и труп вставал!!! Слегка покачиваясь он стоял, его внутренности волочились по песку, но он стоял!!!

Жестом указав "иди к стене", старичок-садист приступил к следующему "зафиксированному". Безумные глаза жертвы метнулись к ножу и рот открылся в беззвучном для Влада крике.

Теперь, после увиденного, стало понятно почему привлекли именно снайпера — с защитниками-трупами старик мог не опасаться прямых штурмов — подобную охрану не подкупишь.

Ладно! — Владлен подобрался. — Посмотрели на невероятное и хватит!

Стрелок слился с винтовкой, на секунду замер и на выдохе плавно нажал на спусковой крючок.

... Голова старичка (кем он бы там ни был — магом, некромантом или еще кем-либо!) разлетелась от выстрела, как и у любого другого человека отправленного до этого Владом на тот свет. Маг-магом, а помирает так же!

Секунда и...

... Мужчина сглотнул — маги умирают не так, как другие! От буквально обезглавленного тела старичка поднялась легкая дымка и, сконцентрировавшись в серое облако, резво-резво понеслась в сторону Влада. Рефлексы сработали сами собой — головой вперед стрелок бросился вперед, перекатом уходя от непонятной опасности. А то, что эта гадость опасна дико вопило подсознание — НУ НЕ МОЖЕТ НЕКРОМАНТ СОЗДАТЬ ЧТО-ТО ХОРОШЕЕ СВОЕМУ УБИЙЦЕ!

Буквально на полметра разминувшись с "гадостью" Влад помчался вперед. К дому. Иного выбора не было — повернуть назад, значит потерять мгновения и "муть" его настигнет. А это смерть. И смерть (наверняка!) нелегкая. Впереди тоже, возможно, его конец — убьют немертвые, но есть маленький, самый крошечный, шанс проскользнуть в дом и, пройдя насквозь, этот сарай, в который поперся его "клиент", выскочить в лес. Может "хрень" отстанет, может нежить не бросится за ним, может охрана не заметит, может...

Слишком много "может", но иного выбора нет.

Сгруппировавшись, Влад на ходу вынес хлипкую из фанеры дверь, немертвые по бокам проема даже не шелохнулись.

Ловить, ловить оскал Фортуны, пока он не превратился в презрительную усмешку!

Поворот, новый коридор, вновь выбить дверь, темнота, хоть глаз выколи.

Под ногами что-то с громким хрустом лопается, одновременно сбоку слышится шорох, и по всему телу Влада поднимается шерсть — он понимает, что это значит. Пока он носился зайцем по сараю, посмертная гадость мага просто и незатейливо просочилась сквозь стены и их разделяет буквально сантиметры...

... Удара, словно тараном, в спину не было. Позвоночник стрелка окутал холод, ноги мгновенно начали заплетаться, тело не слушаться. Сделав несколько последних шагов, Влад провалился вперед.

Тут и пришла БОЛЬ. Всепоглощающая, словно заживо сдирают кожу, одновременно на оголенное мясо бросая соль и едкие химикаты.

Но это не от посмертного заклинания. Оно наоборот успокаивало, давало прохладу и остужая боль. Влад во что-то влетел в темноте. Во что-то магическое и не менее смертоносное.

Два заклинания впились в тело мужчины, разрывая его на куски. Одно приносило боль, другое дарило вечное успокоение... но ни одно из двух не обещало жизни.

ГЛАВА ПЕРВАЯ.

Патрулирование Черной Пустоши — громадного куска выжженной земли, с оплавленными, жутко искорёженными деревьями, потрескавшейся землей, рядом с которой даже животные не рисковали селиться, не приносит радости. Но для Огненных Егерей — элитного отряда паладинов, это будничная, изнуряющая и... привычная работа. Работа, с которой они справляются лучше других — отлавливать магов, пытающихся проникнуть в Пустошь. Как правило, это некроманты и чернокнижники. Проклятые, отдавшие себя в руки темных сил. Проклятые, старающиеся убежать из Святого Града, последнего оплота порядка в этом умирающем мире. Ловить таких необходимо! Иначе, если подобная тварь все-таки сможет сбежать, выживет, пройдя три десятка километров Пустоши насквозь, и не убьет себя при разграблении какого-нибудь кургана или храма предыдущей Эпохи, то...

... подобные озлобленные существа, к тому моменту уже полностью овладевающие своей темной половиной и перестающие быть людьми, всегда возвращаются. Возвращаются, чтобы сеять смерть и разрушения. Именно поэтому, заметив вдалеке хриплые крики "птиц доблести" — воронов, отряд свернул с привычной дороги и направился вглубь Пустоши. Как правило, подобное означает, что над местом, где кружатся пернатые, лежит труп. Или тот, кого от этой черты отделяют считанные шаги. В любом из двух случаев проверить необходимо. Если беглец — связать и доставить в Храм, если труп — сжечь. Иначе темная сила выжженной земли может поднять мертвого, а нежить в окрестностях города не нужна.

Скрюченная фигура лежит в окружности земли, прокаленной до состояния камня. Воины спешились. Один концом рогатины осторожно перевернул тело. Вроде мертв. Вот только круга этой выплавленной земли двое суток назад тут не было! Значит, тут проводили какой-то ритуал и неизвестный жертва... или не справившийся с потоком силы маг-чернокнижник? Никаких больше следов вокруг нет. Странно. Ну не по воздуху же сюда тело перенесли!

Старший жрец "принюхался" к остаточным эманациям энергетики и его глаза неверяще распахнулись: Портал Соития! Кто-то принес жертву, взамен выкачав из Пустоши громадную толику силы!

— Грузим тело, срочно возвращаемся в Храм! — на удивленные взгляды подчиненных старший жрец пояснил, коротко, но очень емко: — У нас большие проблемы!

Массивный мужчина с телом более приемлемым воину, чем стражу Бога нервно ходил из угла в угол. Полы халата развивались от стремительного шага, открывая вид на плотные кожаные штаны и высокие ботинки, обитые металлом. Нет, мужчина явно был в прошлом воином. Хотя, почему именно "был"? Он и сейчас им остался. Просто снял с себя присягу государству и Боги приняли его слова о вечном служении.

— Точно Портал Соития?

Примчавшийся полчаса назад в Храм Егерь кивнул. Жрец выругался. Только проблем им не хватало — Портал наделял проведшего Ритуал громадной силой, следовательно в городе потенциальный темный маг с неуравновешенной психикой. Психикой, которая вскоре пойдет в разнос и он начнет всех вокруг убивать. Очень немногие после ритуала Соития могли сохранить свой разум цельным и жрец не верил, что им улыбнется удача. Хотя, мужчина мгновенно успокоился, — это даже и к лучшему. Маг-чернокнижник сойдет с ума, начнет убивать, тогда его и поймаем. Пусть план и не блещет оригинальностью, но другого сейчас нет.

— Тело осмотрели?

Собеседник кивнул.

— Да. Ничего примечательного. Вроде был воином, но по понятным причинам мы сейчас у него ничего не узнаем.

Жрец кивнул.

— Оно и понятно. Его даже некроманты не поднимут — ритуал выпил душу и разум несчастного до дна. Так что вы привезли полностью пустую оболочку.

Егерь кивнул — он знал об этой особенности ритуала.

— Хорошо. Тело передай в Ледник, пусть поставят Печать и отправят с новым отрядом на границу. Там постоянно нежити не хватает.

— Кому из Иерархов?

Жрец потер подбородок, через секунду ответил:

— На восток. В Нагрэд. Итан примет его к себе — у них сейчас самые ожесточенные бои.

Огненный Егерь кивнул. Его собеседник махнул рукой, показывая, что тот может быть свободным.

хХх

Каэх Иллар в армию поступил не по своей воле. Если быть точным — по воле отца. Да и куда еще пытаться влезть, если денег не было даже на самое простое обучение? На что он еще способен? А так — обут, одет, накормлен. Конечно, могут и убить... но с таким же шансом его могли зарезать в подворотне и в родном городе. Армия, как альтернатива, не столь уж и плоха.

Парень оглядел здание казармы, в груди шелохнулся... страх? Да, страх. Как его примут, не начнут ли издеваться? Все-таки сложением он не походил на легендарных воинов. Высокий, что есть, то есть. Мышцы в наличии, но развиты непропорционально, да и не так уж и сильно. Вообще, Каэх представлял собой довольно нескладного индивидуума. Не глупого, но и гением себя не считал — хватало на это мозгов. Середина всего. Самый обычный человек.

Собрав всю свою волю в кулак парень перешагнул порог казармы. Его встретила темнота и беготня вокруг, на новопоявившегося даже не обратили внимания, что даже к лучшему!

Проклятье! Наговорил!

Дорогу парню заступил высокий (даже выше его на полголовы, что невероятно — почти два метра!) воин, громогласным басом осведомившийся:

— Ты кто такой?

— Каэх Иллар, — просипел парень, слегка поднимая глаза вверх, чтобы смотреть в глаза собеседнику. — Новобранец. Прикреплён к одиннадцатому отряду.

Воин смерил его с головы до ног, отметил некоторую мешковатость одежды, болтающуюся на не особо откормленном теле новенького, оскалился.

— Свежее мясо! — Каэх сглотнул — вот и начались издевки, но вроде обошлось. По-крайней мере дальше этой фразы ничего не пошло. — Поднимайся наверх. Ваши апартаменты, — тут же уточнили: — апартаменты новичков, справа по коридору. Только не скончайся от ужаса — с вами соседствует "тухлятинка".

Парень сглотнул, фраза про "воняющих" ему не понравилась: так называли...

— Извиняюсь, с нами будут немертвые?

Воин еще шире осклабился:

— Умный, — улыбка пропала с лица. — Именно. Половина набора рекрутов нежить. Нежить уже заклеймённая Иерархами, поэтому не боись — не бросится тебя есть.

Вновь усмешка и добрейшим тоном:

— Приятых снов на новом месте.

В комнате кроме широкоплечего мужика у дальней стены никого. Скромно и неприметно так стоит. Даже не шелохнувшись на звук шагов. Стоит, как и должна стоять нежить. С нездоровым интересом Каэх обошел немертвого по неширокой дуге. Грубоватое лицо, широкие скулы, загрубевшая от загара кожа, серые глаза невидяще смотрят в одну точку. Массивный подбородок, тонкий нос, высокий лоб с короткими русыми волосами. Если не знаешь, что нежить — человек-человеком! На вид немертвому, когда он перешел в эту категорию, было под сорок. Не мало! Сразу видно, что когда-то был удачливым воином... или кем-то высокопоставленным! Лицо не изнуренное болезнями, ни следа оспы, вспыхивающей с беспорядочной периодичностью по всему герцогству. Мышцы развиты пропорционально, некоторое количество шрамов указывающих, что его штопал довольно умелый человек.

Каэх передернул плечами. Перед ним сейчас стоял призрак того, что может стать и с ним когда-то. Подписанная парнем бумага при вступлении в армию гласила, что тело, после его смерти, принадлежит герцогству, а значит, вполне возможно, когда-нибудь какой-нибудь новобранец будет также обходить и его труп. Поднятый.

По спине пробежал мороз, дико захотелось наружу, подальше от "своего будущего"!

На выходе из казармы его остановил тот же воин с неизменной усмешкой.

— Ну что, познакомился со своим сожителем по комнате?

Каэх, сглотнув, кивнул. Эта реакция позабавила собеседника. Тот засмеялся.

— Да не трясись ты так! — он понебрацки хлопнул по плечу новобранца. — Все когда-нибудь умрем! Кто-то раньше, кто-то позже. Солдаты, по долгу службы, раньше, зато те, кого мы защищаем, благодаря нам, позже. Запомни это!

Парень скривился — вот только напыщенных речей не надо. Тем более от страха смерти они все равно не освобождают.

— Не кисни! — вновь толчок и усмешка (видимо, Каэх воину чем-то все-таки приглянулся, если он его пытается привести в чувство). — Страх пройдет, после первой же стычки ты привыкнешь к ощущению смерти рядом. Так что — прорвемся!

Каэх вымученно улыбнулся, воин вновь оскалился.

— Вот и отлично. Кстати, меня Аргом кличут.

... Вот и новые знакомства! Ну, хорошо хоть, никто теперь, как Каэх надеялся, не будет пытаться его унизить или что-то заставить делать против воли — парень попал под негласную опеку старшего воина, так как он первым назвал себя.

— Каэх...

Парня перебили:

— Я помню, — вновь усмешка. — Давай вали к интенданту, получишь вещи, оружие и бегом обратно — скоро вернется командир вашего десятка и будет проверять вас, мясцо.

Каэх на "мясо" не обиделся, так как они такие и есть пока — ничего не умеющие новобранцы, которым еще предстоит и предстоит постигать науку убийства себеподобных.

Перед отбоем, уже ближе к вечеру, на плацу выстроились двенадцать новобранцев, перед которыми вышагивал высокий массивный мужчина. Их командир. Как обнадеживающе новенькие знали они были именно "десятком", следовательно, дополнительную пару к ним приставили для возможных потерь. Это очень окрыляло. Ничего не скажешь.

— Меня зовут Фелисс Самир и я ваш командир. У нас в запасе две недели, за которые я буду ваш подтягивать до уровня, достаточного хотя бы для того, что вы не сдохли по дороге к Пограничным Баронствам. Будете слушать меня беспрекословно — выживите. Нет, так немертвая часть нашего отряда пополнится новыми добровольцами. Вопросы?

Последнее слово сопровождал взгляд, прошедшийся по молодежи словно кнут. Тут хочешь-нехочешь, а любые слова в горе застрянут.

— Вот и отлично. Расползайтесь по казарме, а утром я вытащу с вашими неживыми напарниками на утреннюю разминку, — и добрый взгляд от которого застыла кровь во всем теле. — И посмотрим, из каких пар мы сделаем полноценно немертвые пары.