Все дороги ведут в Коноху

Все дороги ведут в Коноху.

Пролог.

Это был тихий летний вечер. Легкий ветер неторопливо раскачивал ветки деревьев с зелеными плодами. По улице небольшого городка неторопливо брел мужчина с необычной внешностью. Он шел уверенной и твердой, но при этом плавной и ровной походкой, выдающей в нем опытного и сильного бойца. Кожа его была столь бледна, что казалось, будто она светится под фонарями в летних сумерках. Длинные волосы темно-фиолетового цвета были схвачены в хвост, ниспадающий ему до середины спины. Глаза его были закрыты черной повязкой, а вниз от нее по скулам шло по три волнистые черные линии, две такие же выделялись на подбородке. Губы у него были черные, а на руках выделялись длинные и острые ногти того же цвета. Одежда так же могла смотреться необычно рядом с местными, только вот они все одевались кто во что горазд, так что его кожаная куртка с капюшоном и слегка мешковатые черные штаны с коричневыми ботинками смотрелись обыденно. Даже слишком обыденно, но это только если не присматриваться. Если взглянуть поближе, то на куртке можно разглядеть множество искусно переплетающихся узоров вышивки. Некоторые образуют изящные узоры, а некоторые сделаны нарочито грубо, но ни в коем случае не неряшливо. Также выделяются наплечники, сделанные из немного более светлой кожи — часть их немного спускалась на грудь и имела два разных символа. На левом — черное пятно в форме раскрытого глаза, а на правом — серебристый круг, разделенный на семь частей сходящимися в центре прямыми синими линиями. Символ статуса и символ Клана.

Но вот он поворачивает голову, а затем входит в здание, из окон которого льется свет, а из дверей раздаются звуки голосов. Одно из немногих двухэтажных зданий в округе — местная гостиница. Рядом со входом находится деревянная стойка, за которой сидит менеджер местного отеля — миловидная брюнетка с карими глазами и волосами, заправленными в небольшой торчащий пучок заколкой. Одета она в этот вечер в милое розовое кимоно с небольшими узорами. С ней общался высокий мужчина с растрепанными белыми волосами, сзади собранными в хвост, идущий чуть ниже спины. Одет он был в темно-синие водолазку и бриджи с бинтами понизу, зеленый жилет с множеством кармашков, синие сандалии и бандану с металлической пластиной, на которой четко виден символ — что-то похоже на спираль с уголком и черточкой. Он стоял спиной к входу, но, судя по его жестикуляции, доносившимся обрывкам фраз и смеющейся девушке в самом разгаре был процесс легкого флирта. Причем весьма успешный. Как только наш герой зашел внутрь, на звук шагов обратил внимание шиноби.

— О, Кайрас, уже закончил свои дела в городе? — Заговорив, шиноби повернулся к вошедшему. Теперь стало видно его лицо — с веселой улыбкой во все зубы, протектором деревни на лбу и красными черточками, идущими вниз от глаз.

— Да нет, Джирайя, осталось еще одно, самое тяжелое. — При начале фразы Кайрас слегка улыбался мужчине и немного разводил руки в стороны, но постепенно руки его опустились, а на лице отпечаталась грусть. — Мне надо попрощаться с ними. — Горестный вздох. — Зайди ко мне в номер через полчаса, я вас познакомлю.

— Хорошо, я приду. — При этих словах его взгляд и выражение лица стали серьезны. Хоть они и не были знакомы очень долго, но они успели хорошо подружиться. И Джирайя понимал, сколь тяжело его другу дается сегодняшний день. Но при этом знал, что если бы он мог поступить иначе, то он сделал бы так во чтобы то ни стало. Все-таки они действительно успели стать хорошими друзьями.

Но вот Кайрас поднимается по лестнице на второй этаж. По пути он принимает несколько более бравый вид, несмотря на бурю эмоций, бушующих в его душе. Ему не хотелось уходить. За несколько лет он привык к своей новой жизни и ее радостям, но так не могло больше продолжаться. Как бы ему хотелось плюнуть на все и провести ближайшие пару сотен лет в этом мире вместе со своими родными, но он не мог. Проклятое заклятие Пути Цели, наложенное им когда-то ни разу не давало ему остаться в одном месте дольше, чем на год, но здесь он провел почти семь лет и был уверен, что его поиск закончен. Он, наконец, нашел семью, которую искренне полюбил. Прекрасную, добрую и милую женщину, рядом с которой все невзгоды, обрушившиеся на его Клан, а также лично на его плечи кажутся далекими и незначительными. И не столь давно его счастье вознеслось до небес и стало выше заснеженных вершин. Он стал отцом. У него появился чудесный сын, внешне являющийся почти копией матери, но характером пошедший в отца. Умный, добрый и заботливый мальчик, при этом имеющий характер тверже, чем сталь. И это в его пять лет. Маленькая отцовская гордость и радость. Прокрутив эти приободрившие мужчину радостные мысли в голове еще раз, он все же открыл дверь, перед которой стоял уже почти минуту. Ведь время течет как вода сквозь пальцы и надо провести его с пользой. Рядом с ними.

Как только дверь открылась, мужчина увидел в номере на кровати столь дорогих его сердцу людей. Красивая женщина с золотистыми волосами, ярко-синими глазами и ласковой улыбкой читала книжку для маленького мальчика, внешне очень похожего на нее. Тот сидел на кровати и болтал ногами, внимательно слушая все, что рассказывает ему мать. Но как только Кайрас вошел в комнату, они остановились и взглянули на него. Женщина улыбнулась ему и посмотрела на него глазами, в которых читались выражения безграничной любви и нежности. Ну а лицо мальчика мгновенно озарилось счастьем и радостью.

— Папа! — Именно с таким криком и улыбкой до ушей малыш кинулся навстречу мужчине. Капюшон его белой кофты с зелеными вставками развевался за ним, пока мальчишка не оказался в объятиях улыбающегося отца. Как только он поднял пацана на руки, они вдвоем засмеялись.

— Ну что, здоровяк, ты ведь защищал маму, пока меня не было? — С улыбкой спросил Кайрас у своего сына. И посмотрел на свою любимую. Изящная фигурка, обтягиваемая зелеными штанами и свитером, плавные черты лица, подчеркиваемые мягкой улыбкой и светлые волосы до плеч. Того же яркого и солнечного цвета, что короткая растрепанная прическа мальчишки.

— Конечно, пап, мимо меня никто не пройдет. — В ответ на это пара рассмеялась. Они были счастливы. Но после этого мужчина поставил сына на пол и встал перед ним на колено, положив одну руку ему на плечо. Мальчик стал немного обеспокоенным. — Папа?

— Сынок, сегодня у меня появились некоторые неотложные дела. Я бы хотел дойти до Конохи вместе с вами, но я не могу. На этот раз я могу отсутствовать довольно долго, поэтому защита мамы отныне возлагается на тебя. Ты ведь не подведешь меня?

— Конечно, папа. — Мальчик стал не по возрасту серьезен, взгляд его глаз выражал решимость. Ведь отец уже почти два года как стал его тренировать, поэтому он сильный и сможет защитить маму от кого угодно.

— Я верю в тебя. Ведь ты мой сын. И ты вырастешь хорошим и сильным человеком, я в этом уверен. Только помни сынок, что такое дом. Ты ведь помнишь?

— Да. Дом — это лучшее место в мире, там, где живут те, кого ты любишь, там, где ты можешь быть спокоен за себя и свое будущее. Дом — это то место, которое ты всегда хочешь и можешь защищать. — Во время этой речи лицо мальчика стало очень сосредоточенным и серьезным. А лицо мужчины озарилось искренней улыбкой. Ведь он научил все-таки своего сына главной философии своего клана.

— Правильно, сын. У каждого хорошего человека должен быть свой дом. И я искренне надеюсь, что ты обретешь свой дом в Конохе. Там у меня есть хорошие друзья, с одним из них я тебя познакомлю. А теперь иди к себе, я пока поговорю немного с мамой, хорошо? — При этом мальчик кивнул и пошел в соседнюю комнату, а мужчина встал и подошел к женщине, которая встала к нему навстречу, а затем они крепко обнялись и нежно поцеловались. Они не хотели отрываться друг от друга, но им надо было поговорить, поэтому они все-таки отстали друг от друга и сели на кровать, держась за руки. Первой заговорила женщина.

— Ты ведь не вернешься? — Это звучало скорее как утверждение, чем как вопрос. Ее голос был пропитан грустью, а в глазах отражалось страдание. Кайрас все это чувствовал, от этого ему становилось только хуже. Ведь как бы ему ни хотелось остаться, но заклятие Пути тянет его дальше и к полуночи его здесь не будет. А если он не уйдет раньше, то открывшийся портал может повредить его близким. Взяв их с собой, он никак не сможет гарантировать их безопасность. Тогда ему будет лишь хуже.

— Я обязательно вернусь, Аяне-чан, моя дорогая Аяне-чан. Я клянусь в этом. — После этих слов Я нежно поцеловал мою любимую, ради которой я готов был свернуть горы. Надеюсь, что я вернусь не слишком поздно. Что такое для меня десять, сто, двести лет? Мелочь. Но с моей любимой и моим сыном может произойти что угодно за это время. Скорее всего, они состарятся и погибнут, но я, как мог, позаботился об этом — мой сын не должен будет стареть еще лет до трехсот, а жена наверно до двухсот. Надеюсь, что они смогут дожить до этих лет, а там я смогу им провести инициацию, ведь как оказалось и у жены есть метка, хоть я (Я!) не смог ее сразу обнаружить. Все-таки метки клана Куро трудно найти, а среди людей они редко инициируются из-за того, что метка этого клана очень долго развивается сама по себе. — Я вернусь, моя любовь, не будь я Кайрас Рейвес!

В ответ она улыбнулась, но в глазах у нее все же была грусть. Похоже, что небезызвестная женская интуиция все же существует, ведь я уверен в том, что вернусь, но нет никаких гарантий, что я вновь встречу столь дорогих мне людей. Мне остается лишь молиться, что я смогу вернуться пораньше. Мастерство Седьмого Пути у меня отточено еще недостаточно для того, чтобы просто так обрезать прохождение уже заложенного Пути. Если я постараюсь это сделать, это займет минимум лет двадцать. А потом еще искать дорогу назад. А если ничего не буду с этим делать, то могу закончить и за пару месяцев, а, может, и не закончу за пару тысячелетий. Все-таки буду обрывать.

Пока я взвешивал свое решение в глубине разума, краем сознания я следил за разговором с женой. Приятное времяпрепровождение, которое неизвестно когда смогу повторить. Ведь сколько бы я не терял близких, никак к этому не могу привыкнуть. Пока я предавался приятным мыслям и ничегонеделанию, в дверь номера постучали, а затем открыли. К нам пришел Джирайя.

— Йо, Кайрас! Я не помешал? — С широкой улыбкой зашедший мужчина помахал рукой. В ответ я лишь покачал головой.

— Аяне, дорогая, иди проверь как там наш мальчик, а я пока переговорю с Джирайей. — Не так давно я познакомил Джирайю со своей семьей, так что в представлении этот добродушный шиноби не нуждался. Как только дверь в соседнюю комнату закрылась, мы перестали улыбаться и приготовились к разговору.

— Кайрас, ты уверен в своем решении? Ты точно не можешь остаться с семьей? Мальчику трудно будет расти без отца. — Твердый тон и угрожающий взгляд говорили о крайней серьезности слов беловолосого ниндзя. Из тех, кто знает Джирайю, мало кто видел столь серьезным хоть когда-нибудь, ведь маска дурачка столь удобна. А со временем маска прирастает к лицу.

— Я знаю, Джирайя, поэтому и позвал тебя. Аяне джонин, потому она вполне способна дойти вместе с мальчиком до Конохи, не ввязываясь в неприятности. Так что прибиться к каравану, который ты сейчас сопровождаешь — это лишь красивая отмазка, чтобы они спокойнее смогли поселиться в Конохе. Я обеспечил их деньгами, заботой и защитой, теперь очередь за моими друзьями. Мы знакомы меньше года, но я хорошо разбираюсь в людях и уверен, что лучше тебя мне никого не найти.

— А не боишься, что твой сын вместе со мной начнет подглядывать за девушками? — Тут он скорчил крайне похотливую улыбку, немного покраснел и, судя по выражению лица, вспомнил что-то очень приятное. Наверно размера этак четвертого, если взглянуть на его слегка сжимающиеся пальцы. В ответ на это я расхохотался.

— Ничего, все мы в глубине души бабники, просто у кого-то это видно лучше, чем у других. — Все-таки отличный он человек, хоть и вуайерист редкостный. Пока он пребывал в своих сексуальных фантазиях, я достал из пространственного кармана в своей куртке свиток небольшого размера. Сделав серьезное лицо, я передал свиток Джирайе. — Друг, здесь я записал некоторые техники, которые могут быть весьма полезны тебе и моему сыну. Возьми его. И еще пообещай мне, что ты позаботишься о моем сыне вместо меня.

— Обязательно, Кайрас. Я не беру свои слова назад, и я выращу из твоего сына достойного шиноби Конохи.

— Спасибо, друг, это много для меня значит. — В голосе моем сквозило облегчение. Хоть я и был в нем уверен, но озвученное обещание дает куда как больше спокойствия.

После того как мы еще немного поболтали ни о чем, я прошел в следующую комнату, застав там милую сердцу картину — два моих любимейших человека спали на одной кровати, обнявшись. Под мирное посапывание любимой женщины и маленького сына я прошептал:

— Прощайте, Аяне, Минато...

Глава 1.

Спустя 25 лет, Деревня Скрытая В Листве.

Маленький мальчик бежал по улицам города. Хоть Коноху и называют деревней, но на самом деле это город весьма неплохих размеров. Сегодня он не хотел выходить на улицу, но из-за вчерашних шалостей с красками его классный руководитель из академии заставил прибираться и мыть стены нескольких домов. А он ведь всего-то хотел добавить немного ярких красок в этот скучный городок. Но нет, Ирука-сенсей решил именно сегодня приучить его к порядку, заставив избавиться от следов вчерашнего. Сегодня был очень неприятный день, день Памяти, в этот день по всей деревне народ грустил и напивался. А когда народ напивался, они стремились найти и побить мальчика. И хуже всего было в этот день — пьяных можно было встретить везде и в любое время суток, а также били они его, в эти моменты, особо остервенело. И все бы ничего, но так продолжалось из года в год, каждый год.

На каждый его день рожденья.

Последние года два в этот день он прятался дома — забаррикадировавшись, закупившись едой, под кроватью он выслушивал, как разъяренные жители пытаются пробиться к нему в дом или закидывают окна и стены камнями и бутылками. Это худший из дней его жизни. Сегодня он не задался с самого утра — сначала ор его учителя, потом целый день тяжелой работы по отмыванию стен городских зданий. А теперь он должен поздно вечером бежать домой, молясь лишь о том, чтобы ему по пути никто не попался. Но видимо небесной канцелярии в этот день было не до молитв мальчишки, которого ненавидит вся деревня. Просто так, почему-то им нравится спускать пар на маленьком мальчике.

А неприятности, которых мальчик хотел избежать приняли вид старого пьяницы с тростью. Пока мальчик оглядывался по сторонам, он не заметил, что в тени переулка брел один из "любимых" жителей деревни. И закономерно столкнулся с ним. А когда он упал, то посмотрел на него. Обычный растрепанный старик. Который, покачиваясь, пытался встать. Мальчишка почти оцепенел, но затем, храбрясь, закричал.

— Эй, старик, смотри куда идешь! — Мальчишке хотелось лишь сбить его с толку, чтобы можно было спокойно пройти. Ведь сзади на улице еще могут быть прохожие, так что назад пойти не получится. А путь вперед преграждает местный алкоголик. Осталось пробежать совсем чуть-чуть.