Голем духа

— Голем духаА плоть твоя — песок да камень.

Да глина — тело. Дух — живой,

От человека лишь...

Простой

Песок и камень управляем.

Ты рвёшься в бой...

И понимаешь:

Давно мертвец, хоть и герой,

Не телом, хрупкою душой,

Врагов удары принимаешь...

Тихо. Очень тихо вокруг. До невероятной невозможности тихо. Если бы пролетела муха — и ту бы услышал. Я с "братьями" в строю — ровная "сеть" двенадцать на двенадцать, квадрат из пятиметровых, человекообразных тел, расположенный на будущем поле боя. Мы — големы, последний рубеж, опора и защита, как говорят наши наставники— маги. Бой первый — впереди. До передовых частей Роханской империи ещё часа с два... А пока, пока есть время вспомнить...

...

-Арими, постой!

— Да, матушка. — Стою и улыбаюсь как дурак. На мне холщовые штаны, рубаха да лапти. Шапка и та дома осталась.

— Не ходи, сдалась тебе эта клятая война. Вон, к кузнецу Волыне сходи, он знает куда вдарить, чтобы в рекруты не забрили.

— Мама. — Подхожу и становлюсь на колени. Обнимаю, прижимаясь к родной душе. — Одна ты у меня. Но кто же, как не я? "Родину защищать" — пусть до царских пустобрёхов останется. Но ты, старик Репей, дядько Василь, душка Гали? Придут имперцы — что с вами будет? И землю отнимут, да в холопы и холопки погонят. Как потом я вам в глаза глядеть буду? Не защитил, не уберёг...

Ласковые руки гладят по голове... Осторожно перебирают непослушные волосы, прядь за прядью.

— Дурачок ты мой... Нежто кто из родни о тебе плохое удумает?

Молчим. Потом встаю, и виновато улыбаюсь.

— Пойду я. Наши уж, наверное, все собрались...

...Как ни уговаривал, как ни объяснял, но мама увязалась следом. Узелок со снедью был приторочен к посоху. Верёвка в три ряда обернута вокруг талии, так что чувствовал себя готовым если не тотчас идти в бой, то чуть погодя, подучившись — точно.

А у палатки "призыва" людно — собрались почти все "наши" парни, вот и друзья мои — Сатинь, да Валит с Горохом, почитай все собрались. Да и как не собраться, когда Роханская империя вот уже вторую неделю, говорят, спокойно марширует по нашей исконной земле — земле Сур, царству земледельцев и ремесленников.

— Рекрутам и добровольцам за красную черту. — Это из палатки вышел, одетый в зелёную армейскую форму сержант-наставник Яхер. Широкие плечи, узкая талия, взгляд тяжёлый и задумчивый одновременно. На такого и смотреть боязно, не то что ему возразить. Сзади, за плечами сержанта, капралы — Судей и Забин. Эта троица уже дня три в селе и, говорят, по утру, завтра, собирается выступить к лагерю. Потому и забирают новобранцев, всех, кого может дать деревня.

Оказавшись за красной чертой, удивляюсь. Стоило последнему из нас, парней, пересечь черту, как тут же она загорелась и в воздухе образовался барьер.

— Магия, — это сказал один из незнакомых парней, вроде Влеком, кличут.

Пытаюсь тронуть барьер — он "бьёт" по руке, отбрасывая её в сторону.

— Теперь не выпустят, — вздыхает кто-то. Тяжко и с надрывом.

До вечера ждём. Нас вызывают по одному, по-очереди, и ведут в палатку, где проводят "структаж", и минут через двадцать только что "структированный" появляется из другого выхода, одетый в форму новобранца, и словно "деревянный" проходит в другой "круг", что начерчен на земле чуть далее. Родня тут же перебегает туда, суетится и гомонит, но парни не отвечают. Здесь вон хоть поговорить можно, а в том круге — тишина...

Настал и мой черёд. Матушка глядит вслед, глаза печальные, с какой-то потаённой тоской, словно в последний путь собирает... Захожу в палатку, там, перед явно магическим шаром, стоит капрал и командует:

— Новобранец к шару. Руку на шар!

Кладу руку на шар и повторяю за капралом текст присяги. Стоило упасть последнему слову, как вдруг сознание заволокло дымкой, взгляд буквально "притянуло" шаром...

Очнулся вечером в "другом" круге. Одетый в форму, среди своих друзей и знакомых. Товарищи вели неспешный разговор. Вскоре узнал, что родня, постояв с час и убедившись что мы под "воздействием" и не отвечаем, разошлась. Сержант им, родне, сказал, чтоб завтра утром приходили. Провожать. А здесь, в круге, тепло, видно магия работает. Пайку, вон, выдали, яму отхожую откопали, но до утра приказали не спать. И честно скажу: "Чудо, что случилось в палатке, и не даст заснуть. В голове словно кто-то ворочается, грузный, тяжёлый". Хлопцы бают, что видно в головы нам "лежность" подсунули, да "знаниев", как оружие держать. Будто и без того не знаем как — "прямо".

...

Простояли до утра. Но и впрямь полегчало, а в головах у всех прояснилось. Теперь я точно знаю всё, что положено рядовому — от устава, до построений. И с оружием не обманули. Знаю как держать и использовать, но это лишь начало, также абсолютно понятно, что без тренировок мы — "мясо", хоть и со знаниями. Потому вскоре выдвигаемся к тренировочному лагерю, времени мало, враг больше пары-тройки месяцев не даст. Пограничные и регулярные части сейчас пытаются, насколько возможно, задержать части Роханской империи, постепенно отступая вглубь. Мы — суры, плоть от плоти земли нашей, костьми ляжем, но должны успеть и выбить врага, да так, чтобы неповадно было снова войной идти. Потому эти месяцы тренировок крайне важны. Потому и тратят на нас "особый магический запас", шар, что вчера присягу принимал, да знания вкладывал, стоит столько, что наших деревень с десяток надо целиком с жителями продать, чтобы хоть как-то компенсировать его использование. Да, видно тяжело нам. Царский совет в полном составе должен единогласно разрешить применение "шаров" призыва, значит дело дошло до последней "черты".

Мама пришла, улыбается грустно, видно всё поняла, дала в дорожку молочка с хлебушком.

— Ты, главное, вернись, Арими... — Боги, какие у неё сухие руки, только сейчас заметил...

— Я вернусь. Я вернусь, мам... — Иду в строю и сам не верю... Душа вдруг заболела, сжалась в тугой комок. Страшно...

— Что, носы повесили. Песню запевай! — Командует сержант.

...Мы бравые солдаты,

Сыны родной земли,

Опора и защита,

И родине верны.

Идём мы ровным шагом,

И каждый словно Бог,

И с радостью и честью,

Мы отдадим свой долг.

Опора и защита -

Мы Сур, родной земли,

Готовы грудью встать мы,

Врагов тьме, на пути.

Не плачьте мама с папой,

Вернёмся мы домой,

Лишь только завершится,

Последний, трудный бой!..

...

Лагерь сорок шесть встретил нас шумом и гамом, только что подтянулись новобранцы со всех соседних деревень. Почти полторы сотни молодых парней — шутка ли?

Встречать отряд из палатки вышел сам "комдар" — командир "дара" — подразделения из новобранцев, всего с полторы сотни человек.

— Новобранцы, стой, строиться.

Живо построились, наука об построении оказалась, в числе прочего, прочно вбита в наши головы.

— Я Сквар Горон, "комдар" этой банды из молодняка, моя задача подготовить вас к боевым условиям. И всего за три месяца, потом вместе в бой. Первое время, недели две, потратим на слаживание и отработку базовых приёмов и физическую подготовку. Толстых — выхудим, тощих — поправим, слабых — усилим, немощных — дадим и мощи, и выносливости. Царский совет не скупится на вас — империя сильна и ждать не будет, пока вы сами, своим "ходом", не достигнете нужной для бойца кондиции. Потому всем раздадут спецамулеты, подстёгивающие развитие ваших дурных тел к нужной форме. Здоровья добавят, да силушки. Потом прибудут маги поддержки, мага три-четыре, начнём работать над комплексным боем, будем оттачивать индивидуальные и групповые приёмы. Проведём несколько битв друг против друга и, дадут Боги, к истечению срока у меня на руках будет боеспособное соединение.

"Комдар" передал слово стоящему рядом старшему сержанту.

— Новобранцы, я старший сержант Горлей — ваша мать и отец, второй, после нашего "комдара". Меня слушать как родного. Сейчас рассчитаться на первый — четвёртый и по номерам строиться возле казарм ваших взводов. Сержанты проследят, чтобы вас устроили, выдали положенное солдату. Через два часа, после обеда, чтоб ни одна "муха" не вякнула мне, что есть какие — то проблемы. Рассчитайсь!

...Не думал, что военная наука уже столь вбита в наши деревенские головы. Но распределение прошло как по маслу, сам не заметил, как оказался в третьем взводе под командованием старого знакомого сержанта Яхера. Капралы заняли места командиров отделений. Командиром моего, второго, стал Забин — хитро глядящий на мир своими вечно прищуренными глазами мужичок, лет тридцати пяти.

— Робяты, — начал он, посадив вечером отделение в кружок возле стен казармы, — опыта у вас мало, хоть и знаете не меньше моего. Потому держитесь старого Забина, он побывал уже в нескольких сражениях с имперцами, был ранен, комиссован и призван снова как раз, чтобы наставлять таких как вы, молодых и зелёных.

— Можно? — Тянет руку Феор — крестьянин из Умиловки.

— Валяй! — Щедро разрешил капрал.

— Науку в головы нам вложили магически, это я понял. Но оружие? Где оно?

— Эх, робяты... — Капрал покачал головой. — Сами посудите. Вот выдадут вам пики, мечи и щиты, дротики и ножи на перевязи, полный комплект рядового сура. Построят и прикажут тренироваться. Вам. Которые без опыта, но уверенные в "собственных силах". К чему это приведёт? Вот, ты, Арими, ответь, что? — Палец командира уткнулся ко мне в грудь.

Набираю воздуха, чтобы ответить. Чуть медлю, капрал ждёт, с хитрой, чуть заметной усмешкой.

— По мне так поубиваем друг друга напрочь.

Капрал кивает, потом добавляет:

— Верно, но не только друг друга. Вы и сами себе, и будучи вне строя, что-нибудь оттяпаете. А почему?

Молчу, только развожу руками, а Забин, чуть усмехнувшись, продолжает:

— Вовсе не потому, что не умеете пользоваться. Вот, что наши маги делают в совершенстве, так обучают на совесть. Только... какая незадача. Все люди разные. И движения у каждого тоже разные. И возможности. Потому если взяться за оружие сразу, то это почти гарантированное самоубийство. И по этой причине, вскоре вам раздадут на руки муляжи настоящего оружия. И на них вы в ближайшие пару недель будете отрабатывать вбитые в ваши головы знания. И только тогда, когда мы с сержантами убедимся, что наука пошла впрок и вам можно дать в руки боевое оружие без риска, что мы останемся без подчинённых, только тогда вы получите боевое оружие в руки. Понятно?

Ещё бы не понятно. Разговор, тем временем пошёл дальше. И о чём только не поговорили. И о том, почему нас не гоняют готовить еду и прибирать. И о походной жизни. И о необходимости выполнения всех норм устава...

— А имперцы как они? Страшные? — Заданный вопрос заставил капрала нахмуриться.

— Не то слово. Вот почему они нас "давят"? Хоть и армия у нас хороша и подготовка на высоте. И маги — сильные. Да только чёрная магия у нас под запретом — некромантия и демонология. Наши Боги против. А имперцы в первую очередь пускают демонов, а в ходе боя используют живых мертвецов. Причем наших же. Представьте, идёт бой, а тут на вас нападают ваши же друзья и товарищи, только что умершие в бою...

— Но "свет", священники? Они же в строю?

Капрал вздохнул.

— В строю, и благословение только и спасает. Потому живые мертвецы и не имеют полной власти над нами. Если бы не наши святые отцы, мы бы давно проиграли. Но и их силы не безграничны. Потому и отступаем. Наши ряды тают. А вражеские растут... Бьёмся за каждый клок земли. Потому и ополчение спешно готовим. Или мы с вами остановим Империю, или земля Сур падёт. И уже навеки...

...

Дни шли, один за одним, с раннего утра до заката полные тренировок и учебных боёв. Сначала отрабатывали индивидуальные приёмы, потом групповые, Горлей, старший сержант, на исходе второй недели как-то сказал, с вдруг просветлевшим лицом:

— Похоже прорвёмся, кто сказал, что суры — слабаки. Вот им! — И показал хмурому небу, ото всей своей души, кукиш.

А на следующее утро прибыли маги.

...

Стою на посту возле домика, специально возведённого для господ магов. Маги недавно прибыли на повозке, из тех, что едут сами — редкостное зрелище, когда господская "телега" на рессорах сама по себе катится, знай возчик себе "палками" управляет. Знать, сильные маги, никак не иначе, о таких "телегах" раньше только слышал, а видеть не довелось, хоть и встречал раньше господ магов не единожды, когда те проезжали сквозь деревню. На конях, в каретах — это да, а вот повозок не было...

Сержант вышел из командирского домика, постоял немного рядом и кинул, как бы в пустоту, не глядя на меня:

— Шестеро прибыло, что-то многовато для нынешнего времени. Не к добру это, ой не к добру! — Покачал головой и спешно ретировался, оставив меня в раздумьях. И было от чего. По уставу нашему подразделению — "дару" положено четыре мага. Три боевых и один священник. По одному на взвод. И слышал, что магов в стране явная недостача — ополчения много, потому и положенного числа магов на "дар" не выделят — ну двух-трёх, максимум. А тут — шестеро. Да двое из них явно не из "рядовых". Уж больно вычурно одеты. Опять же — карета, их, странная, дорогущая. Как бы не аукнулось нам это повышенное внимание. Ну да ладно, покрепче лишь сжимаю пику — третий день, как выдали боевое оружие, и встаю чуть более прямо — до утра тут мой пост. Да, прошло две недели, а изменился я так, что сам бы себя не узнал. Раздался ещё в плечах, налился силой и быстротой. Стал точен и скуп в движениях, овладел оружием и обрёл невиданную ранее зоркость и внимательность. Чудо — не иначе...

...

А в домике, среди шестерки прибывших магов, сидел "комдар" и слушал речь прибывшего из столицы со спецпоручением "архилога" академии, Шагрода Каменная Кожа.

Голос у мага был скрипуч и неприятен, словно стекло по железу царапало.

— Мы проигрываем эту войну.

— Но ополчение Сур по численности и подготовке не уступит имперским войскам. Ещё недели четыре -пять... — Начал было Сквар Горон.

— По численности! — Фыркнул маг. — Да, по численности и по умению махать вашими железками — да. Но пробные бои показали, что при равных условиях имперцы давят нас как волкодав котят. А всё по причине более правильного баланса боевой магии и приданной живой силы. Вот как с вашей точки зрения должен идти основной бой, скажем для простоты, в чистом поле, при равном балансе и видимому качеству сил?

"Комдар" чуть помешкал, и не потому, что не знал ответа. Просто он нутром чуял подвох. Но вот в чём?

— Окопаться... — Наконец начал. — Магов на щиты, запас держать. После первой атаки выжечь землю на сто тел вперёд, чтоб не поднялись, знаю я имперскую тактику. Во время второй атаки, выдвинуть боевой клин с парой магов поддержки и ликвидировать противостоящий источник мощи. После этого в атаку. Шансы на успех четыре к одному.