Волчица поневоле

ОТДЕЛЬНО ХОЧУ ПОБЛАГОДАРИТЬ ЛИСОВСКУЮ ИРИНУ))

Волчица поневоле

Глава 1

Лия

Очередное утро началось с противного пиликанья будильника.

Кто придумал это адское изобретение? Хотя не важно, куда насущнее проблема подняться с нагретой постели, заставить себя принять душ, накраситься, одеться и пойти в универ... А все это, когда за окном завывает метель и трещит тридцатиградусный мороз...

Вот почему летние месяцы пролетают незаметно, а холода тянутся бесконечными монотонными днями? И у меня нет ответа на это вопрос...

Плотнее закутавшись в одеяло, выползла из своей комнаты, еле передвигая ноги. Все это я проделала, не раскрывая заспанных глаз, потому даже не удивилась, когда врезалась в кого-то. И этот кто-то, голосом старшего брата, громогласно пробасил:

— Доброе утро, соня! — И как он может по утрам быть таким счастливым-то?! Мне это при всем желании не удастся, хотя, собственно, и желание всегда отсутствовало.

— Кто сказал, что оно доброе... — Буркнула в ответ, и, толкнув его плечом, продолжила свое шествие в сторону ванной.

Позади раздался заливистый смех, а потом Глеб решил меня добить:

— Через двадцать минут должна быть готова, за мной ребята заедут, так и быть, довезем и тебя.

— Р-р-р — Это все, что смогла из себя выдавить. А как же понежиться под горячим душем? Привести себя в порядок, накраситься, выбрать что-нибудь красивое?

Кого я обманываю? Нет, понежиться под горячим душем — это про меня, а вот все остальное... Да мне хватает и пяти минут, чтобы подкрасить ресницы и натянуть на себя первые попавшиеся вещи, что выпадут из шкафа, когда я его открою. К слову сказать, выпадало оттуда каждый раз что-то новое, и в самом невероятном сочетании, потому, что наводить порядок в нем я не удосуживалась уже очень долго. Ну, люблю я эдакий творческий хаос и он испарялся лишь тогда, когда мама доходила до крайней точки кипения и перебирала все сама.

Скинув у порога ванной одеяло, с максимальной скоростью стянула полинявшую от времени пижаму и забралась под душ.

Горячие струи стекали по телу, пробуждая его к жизни своим теплом, и постепенно сон отпустил меня из своих цепких объятий. Но больше времени на это удовольствие мне просто не оставили, поэтому пришлось в темпе вымыть голову, покинув вожделенное тепло, и в срочном порядке сушить волосы феном. Благо они у меня были не сильно длинные, не отнимали много времени.

Подкрасив немного ресницы, обмоталась полотенцем и выскользнула в коридор. Одеяло, что валялось у порога, убирать не стала, просто сдвинула его ногой в сторону. Да, вот такая я, неряха...

Прежде чем пойти в комнату за одеждой, завернула на кухню, чтобы отобрать у ничего не подозревающего Глеба, кружку с ароматным кофе.

— Эй! — воскликнул он недовольный таким наглым поведением.

А я же, тихонько хихикнув, развернулась, и как ни в чем не бывало, пошлепала к себе в комнату. Естественно, меня догонять он не стал, ведь прекрасно знает, что без горячей кружки кофе меня лучше с собой в универ не брать. Тем более в компании его друзей, иначе покусаю всех, кто решит со мной заговорить.

Опять же, пить кофе пришлось на ходу. Натянув наспех выбранное нижнее белье, встала перед шкафом и вздохнув, открыла... На это раз вывалилось почти все его содержимое, на что мне осталось только матерится сквозь зубы, собирая эту кучу. Заодно выудила из нее джинсы и свитер с высоким горлом и длинной до середины бедра, приятного темно-синего цвета.

Одевшись, посмотрела в зеркало и нахмурилась. Вся одежда висела на мне, как на вешалке... Не сильно высокая, но худая, я часто завидовала девочкам, у которых было за что подержаться. Я всегда ощущала себя рядом с подругами 'доской', в то время как у них были идеальные формы. Размер груди едва-едва дотягивал до неполного второго и костлявая попа — это все чем могу похвастаться. На лицо дурнушкой не была, но и красавицей себя не считала. Правильные мягкие скулы, курносый нос, карие глаза в обрамлении пушистых ресниц, и мое достояние — шикарная каштановая шевелюра. Пожалуй, своими волосами я гордилась, даже не перекрашивала их ни разу за всю жизнь, хотя подруги и уговаривали.

От созерцания себя любимой, отвлек сердитый голос брата:

— Лия, ты готова? — Судя по всему, он уже стоял в прихожей.

Вздохнув и бросив на отражение в зеркале последний мимолетный взгляд, крикнула:

— Да.

Подхватив барахло, которое так и валялось кучей на полу, впихнула его обратно в шкаф, закрыв двери и выдохнув. Позже... с этим я обязательно разберусь позже!

Выйдя из комнаты, увидела Глеба в прихожей. Он подпирал стену и, скрестив руки на груди, бросал на меня убийственные взгляды. Ими он словно пытался сказать мне: 'Мы же опаздываем!'

Из нас двоих, похоже, вся красота достала ему. Высокий, мускулистый, с коротким ежиком таких же, как у меня, каштановых волос. Овал лица у нас был похож, да и глаза карие, вот только у него нос более строгой формы, высокий лоб и шикарные брови вразлет. Девчонки, естественно, были от него в восторге, да что там говорить, я бы и сама была в восторге, если бы он не был моим братом... Прогнав дурные мысли из головы, стала натягивать ботинки.

После обмотала шею шарфом и потянулась за курткой. Глеб подозрительно молчал все то время, пока я собиралась. И как только я уже оделась и готова была выходить, он иронично выгнул бровь, бросая вслед ехидные слова:

-А сумку?

Зашипела на него. Не оставалось ничего иного, как со вздохом вновь разуваться. Вот же... Хороший человек! Мне, конечно, хотелось сказать красноречивее, но я сдержала порыв.

Когда вернулась, сразу уточнила:

— Что-нибудь еще? — едко выпалила и вперила в него свой взгляд.

Да, моя память дырявая, что поделать, из-за чего братишка не упускает шанс надо мной поиздеваться.

— Телефон. — Глядя куда-то в потолок, ответил этот... этот... в общем, этот гад, но я видела нездоровый блеск в его глазах и улыбку, которую он пытался скрыть. Ведь мог крикнуть о нем, когда я пошла за сумкой...

Пришлось вновь топать в комнату, искать телефон в куче тетрадей на столе и идти назад.

Уже нагнувшись над ботинками, все же, решила еще раз уточнить:

— Все?

Глеб опустил взгляд от созерцания потолка и с серьезным видом кивнул, а сам еле сдерживается, чтобы не заржать.

Родители уже ушли на работу, потому мы последние покинули квартиру. И только тогда, когда дверь захлопнулась, братишка, сбегая по ступеням, крикнул:

— Ключи взяла? — рыча проклятия, мысленно посылала брата куда подальше.

— Глеб! Паразит такой, дай ключи, я вернусь за своими! — С этими словами побежала за ним, перепрыгивая сразу через несколько ступенек.

Ведь если нет своих ключей, придется ждать окончание пар брата, и вновь с его надоедливыми друзьями ехать домой. Свои-то ключи он мне не отдаст из вредности...

Нет, я не имею ничего против теплой машины, вместо толкучки в автобусе, но если бы меня так не напрягала прилагающаяся компания...

Догнать его смогла лишь, когда он выбежал из подъезда. Ухватившись за куртку, попыталась остановить, но куда мне хрупкой девушке до этого бугая? Он, вместе со мной в виде прицепа, упорно шел к машине своих дружков.

Ах, так, да?! Ну, держись!

Отцепив от него руку, схватила горсть снега и, прицелившись, зарядила ему прямо в голову. Не ожидавший такого коварства, Глеб не успел увернуться, и теперь ему за шиворот засыпалось ледяное чудо зимы. Взвыв раненым зверем, кинулся ко мне и схватил, чтобы повалить в сугроб.

И тут до меня дошло, что тепло, которое я хранила под курткой, сейчас вовсе пропадет:

-Глеб! — Заорала, что было сил, но поздно, меня уже уложили на снег и сверху еще им припорошили. — А-а-а-а! — Истошный визг слышали все жители близлежащих домов.

* * *

Ну что за человек? А? Ведь прекрасно знает, что не переношу холода совсем, я тепличное растение, как любит выражаться папа.

Вот засыпал и сбежал, а я, барахтаясь в сугробе человеческого роста, пытаюсь выбраться, да так, чтобы в ботинки снега еще больше не засыпалось.

Естественно, благодушное настроение от утреннего кофе испарилось, как будто его и не было. В итоге, к машине я шла злая, замерзшая, и готовая растерзать брата за его выходку. Он же сам виноват, ведь так? Про ключи он мне не напомнил? Он! И свои одолжить не захотел... Выходит, ему нужно было просто смириться с тем, что я швырнула в него снежок. Но нет же... В этом весь Глеб! Ему непременно нужно отомстить в ответ! Все, я обиделась!

Брат, с издевательским поклоном пригласил в машину, открыв передо мною дверцу. Проходя мимо него, прошипела:

— Отомщу! — Он недоверчиво хмыкнул, а я взяла себе на заметку придумать изощренную месть этому гаду.

От пребывания в машине, пусть и на переднем сидении, но в компании четверых парней, которые, кроме откровенной пошлости, больше, ни о чем говорить не умеют, настроение, ни на йоту не улучшилось. Наоборот, скатилось до критической отметки со знаком минус.

К слову сказать, друзья у него как на подбор: высокие, накаченные, красивые, и что удивительно все кареглазые.

Мечта любой девушки, особенно моих сокурсниц, прыгнуть хотя бы к одному из них в постель, используя меня в качестве проводника для знакомства... А вот мне было мало лишь красивой мордашки. Понимаю, что это несовременно и банально, но я искала в парнях что-то большее, нежели приятную внешность или накаченное тело. Мне хотелось, что бы у него было доброе сердце, раскрытая душа и отсутствие ветра в голове.

Эти же ребята относились к девушкам, как к половым тряпкам — вытерли ноги и перешагнули. Циничные бабники, способные думать только о себе.

Не знаю, что Глеб нашел в их компании, ведь таким он не был, по крайней мере, передо мной старался себя так не вести. А там кто его знает, может просто бережет психику младшей сестренки?

Как бы там ни было, но его друзей я терпеть не могу. С отвращением взирая на них, каждый раз, стоит им попасть в поле моего зрения. Ко мне подкатывать они не решались, возможно, из-за Глеба, а может просто опасаются меня. Я когда злая, такое могу устроить, что мало не покажется.

— Привет, Лия! — Басисто произнесли они в один голос, от чего я скривилась, точно зуб разболелся.

— Ага. — Ответила, даже не глядя на них, сама же отвернулась к окну, созерцая пролетающие мимо улицы, когда Влад тронулся с места.

Ребята болтали о чем-то, а я прятала руки в рукава, пытаясь согреть заледеневшие пальцы, но удавалось это с трудом. Даже работающая печка, не помогала.

Видимо мои старания заметил виновник всех бед. С заднего сидения протянул свои перчатки и, молча, отдал.

Надо же, добрый самарянин в нем проснулся!

Вместо благодарности грозно прошипела:

— Все равно отомщу! — Машину огласил дружный хохот. Жеребцы недоделанные, блин.

Глеб, Ромка и Андрей что-то активно обсуждали, сидя на заднем сидении, иногда и Влад вставлял пару слов, но в основном молчал. Я же с наслаждением укутала замерзшие руки в перчатки брата, моментально, отогреваясь.

Из всей этой компании, благосклонно я относилась, кроме брата конечно, еще и к Владу. Он был более уравновешен и серьезен, хотя порой тоже отпускал пошлые шутки, но из его уст они звучали, все же, не так грубо, как это намеренно делали Ромка с Андреем.

Эти двое были двоюродными братьями, внешностью сильно отличались друг от друга, но вот характером и манерой поведения... Копировали все один в один, да еще и упражнялись в остроумии, кто сильнее унизит девушку...

А девчонки все равно летят как мухи на г*но, ну или, если выразиться культурнее, как бабочки на свет. Этот самый свет обжигает им крылья, а они продолжаю лететь... лететь... Мазохизм чистой воды...

Без пробок до универа можно добраться минут за 20, но сегодня был явно не наш день, мы добирались все 40, хорошо еще, что у меня первая пара у лояльного Юрия Михайловича. Философ к нашим опозданиям относился по-философски, то есть ничего не говорил. А вот если бы первой была информатика у Машеньки, (как мы дружно с самого первого курса прозвали Марию Петровну за ее тоненький голосок) то все, прощай спокойствие, съест и не подавится, завалит на первом же зачете.

Я не отличалась в группе хорошими оценками. Как и все, знала предметы поверхностно. Учила непосредственно перед самым экзаменом, или же на нем. Припоминая такие моменты, тихонько хихикнула. Зачеты и вовсе проходили, словно в ток-шоу 'интуиция'. Благо они все были в виде тестов. Так я могла получить и оценку 'отлично'. В эти мгновения я вдруг ощущала себя просто божественно, вознося ту самую 'интуицию' к небесам. Но все же, нередко она давала пинок под зад и в лучшем случае я получала оценку 'удовлетворительно'. В худшем приходилось зубрить материал и долго гоняться по универу за преподом, пытаясь выловить его и сдать многострадальный предмет.

Все у меня никак у нормальных людей, и не красавица, и не умная, любое стремление в жизни отсутствует... Я даже учиться пошла на товароведа по совету родителей. Ведь у самой душа ни к чему не лежит... Такое ощущение, что я еще не вышла из подросткового возраста, до сих пор ищу себя...

Когда Влад припарковался, мы все дружненько стали выползать из машины. Глеб, уж не знаю, с какой радости, вылез самый первый и, открыв предо мною дверь, галантно подал руку. Я промолчала, бросая на него недовольный взгляд, мысленно произнося: 'Не надейся, все равно отомщу!'

У входа в универ не было ни души, это не удивительно, весь народ обычно подтягивался ко второй паре, во время первой же большая часть предпочитала отсыпаться под теплым одеялом. Я бы тоже поспала, если бы родители не заводили собственноручно будильник каждое утро перед выходом на работу. Да и Глеб не дал бы поспать, у него пятый курс, он вместе с компанией мажористых друзей старается ходить на все пары, как никак, диплом в этом году защищать, а меня таскает за компанию, чтоб тоже прилежнее училась.

— Перчатки вернешь? — Его вопрос застал меня врасплох, когда мы уже приблизились к зданию.

Вытаскивать на мороз нагретые руки ой как не хотелось, поэтому пошла на хитрость:

— В обмен на ключи! — И, уверенная, что на провокацию он не купится, пошла мимо него к ступеням.

Что и говорила, в след мне послышался только его довольный смех.

Дожидаться парней не стала и прошла мимо охранника, показав ему заранее приготовленный студенческий, направилась к раздевалке. Подойдя, с неохотой взялась за горло куртки, ища руками собачку замка. В универе пусть и было тепло, но для меня недостаточно.

Все люди как люди, лишь я вечный мерзляк! Вот и сейчас, казалось бы, ну что такого? Сними себе куртку и пережди чуток, что бы привыкнуть к температуре помещения... Но нет, для меня это было сродни пытке. Я медленно расстегивала молнию, а ощутив на себе недовольный взгляд, оглянулась и встретилась с возмущенным лицом гардеробщицы. Она кривила губы и выжидающе смотрела на меня.

Стянув верхнюю одежду, шарф, все же, решила оставить, поежилась, до чего же холодно! Тяжело вздохнула, и протянула куртку, в карманы которой сунула перчатки брата. Женщина с недовольством попыталась выхватить ее из моих цепких рук, но потерпела фиаско.