Случай

* * *

Я сидела в пустой аудитории и перечитывала фамилии заново. Прибавление в списке моей группы мне не добавило радости. Хорошо хоть всего двое. Что ж, с сегодняшнего дня у меня на две проблемы больше. Ну и ладно, 32 не далеко от 30 балбесов. Любимов и Киров, два парня. Два человека, которых за уши надо таскать на лекции. Может мне повезет, и хоть они будут ходить? Ага, размечталась, ты, Лекс. И даже лунная призма всеми любимой Сейлормун не поможет мне. Ну, да, про что это я? Никто не ходит на пары, я староста и это моя карма.

— О, вот, сейчас спросим у этой милой девушки. — послышался мужской голос, приятный к слову. — Девушка, подскажите, где бы нам найти Алексию Градову?

— Тут. — обреченно ответила я и посмотрела на двух подошедших парней. Они были почти одного роста и чем-то похожи. Один был чуть выше с черными прямыми волосами и ярко зелеными глазами. Он мне легко улыбнулся, и на его щеках появились ямочки, а в глазах запрыгали искорки. Второй был с такими же черными волосами, но черными глазами. Его черты лица были чуть более надменными, чем у зеленоглазого парня. А глаза какие то слишком пронзительными.

— А так это ты. — констатировал зеленоглазый. Поразительная проницательность. Найди один из одного.

— Точно. Чем могу быть полезна? — вежливо, как только могла в 9 утра поинтересовалась я.

— О, ты можешь быть мне очень полезна. — подмигнул темноглазый и я закатила глаза. Такие подкаты на меня не действовали. Я выжидающе посмотрела на парней.

— Это Никита. — представил своего спутника(?) зеленоглазый. — А я Дима. И нам, вернее мне, очень нужна твоя помощь.

— Очень многим в этой аудитории вскоре понадобиться моя помощь. И почему я ее должна всем предоставлять? — хмыкнула я. А что? Мне за мою работу никто не платит. И за то, что нагоняй от декана я получаю, как по расписанию два раза в неделю. В начале и в конце. И за то, что на пропуски глаза закрываю. И за мой конспект в идеальном состоянии по всем предметам, мне никто не платит, когда я всей группе даю переписать лекции. Хорошо хоть, не сама переписываю им. Вот это была бы умора — Градова под копирку лекции пишет двенадцатой группе. Смешно до ужаса.

— Не должна, но я тебя очень прошу. — Дима пронзительно посмотрел в мои глаза. Ну, так пишут в романах.

— Ох, помните мою доброту. — нагло и величественно кивнула я. Может они хоть мне полезными будут? Ну, книги из библиотеки принесут домой? Хотя, какая библиотека, я там сто лет не была. Интернет великая вещь, скажу я вам.

— Понимаешь, Алексия. — таинственно заговорил Дима.

— Зови меня Лекс, а то и так страдаю от своего имени. Еще не хватало, чтобы меня им полным именовали. — фыркнула я. Ну, что поделать, не любила я свое громкое и звучное имя. Отец, пожив лет так пять в Америке, притащил имечко заграничное для своей новорожденной дочки. А мать тоже хороша, нет чтобы назвать меня какой-нибудь Машкой или Ирой, ну, на крайний случай Любой или бог с вами, Танькой. Ан нет, Алексией назвали, изверги. Теперь мучаюсь.

— Хорошо, Лекс. Ты ведь староста 12 группы? Вижу, что ты. — кивнул мне парень, да так серьезно он сказал все это, что я подумала : а не он ли меня наградил почетным званием старосты? Нет, не он, а декан наш вместе с ректором выбирал меня. И почему я? Собственно, такая честь мне была, потому что в моей группе собрались все сливки общества. Ну, знаете, создали группу для элиты, кинули туда меня и сказали, что так и было. А я расхлебывай все это. Вот повезло Крис из 11 группы, она там староста и все в ее группе отличники да ботаники. Бегать за ними не надо, перед экзаменом вылавливать не надо, и самой ходить на пары тоже не надо. Чем Крис и пользуется, хоть сама и не промах. Все учит и сдает.

— А у меня что, на лбу написано? — глупо спросила я. Ага, на лбу, дурочка, искал тебя — значит, знает кто ты.

— Нет, но журнал и мое чутье подсказали мне, что ты та самая нужная мне. — ответил брюнет, улыбаясь. Никита стоял, закатив глаза и напряженно сжав кулаки. Он , сразу видно, просто счастлив прибывать здесь. И я даже не удивлюсь, если это кто-то из моих новых подопечных.

— Да-да, нужная. Говори уж, что я опять должна сделать? — махнула рукой и села. Говори, так и быть, раб мой. Ну, так бы сказала Анька, но ее пока нет. Так что я вежливо позволила собой воспользоваться в целях экономии времени. Раньше я опиралась, убегала от посланников декана куда-нибудь поближе к профкому на 10м этаже, там— то меня прикрывали Аня и Тоха.

— Ник теперь учиться в твоей группе, Любимов его фамилия. И видишь ли, как его брат, я хочу чтобы он ходил на пары и учился. Иначе голову оторвут мне. Так что я хочу заручиться твоей поддержкой. И еще хочу, чтобы ты следила за ним. — спокойно произнес Дима. Ага, голову ему оторвут, как же, оторвешь ему. А мне не оторвут? Раз так 30 мне ее оторвут, а когда пришьют обратно, еще раз оторвут, чтобы закрепить результат так сказать.

— О, ты себе представить не можешь, как наши желания совпадают. Только помимо твоего братца, у меня еще 30 балбесов, которые не хотят ходить на пары. Так что можешь заручиться моей моральной поддержкой и моими пропусками в журнале, которые я обожаю ставить. — фыркнула я. Ну, да, невежливо, очень невежливо. Я вообще не в настроении сегодня. Сентябрь, универ, новые студенты — что может быть лучше?

— Да, тебе просто слабо. Слабо проследить за одним студентом. Боишься, что не справишься? До конца этого семестра он не должен пропустить больше 10 часов лекций и 4 часов семинаров. Справишься, проси все что хочешь. Нет, дай-ка подумать. Его отчислят из университета и тебя вслед за ним. — твердо произнес Дима и он больше не казался мне милым и дружелюбным. Теперь он был очень похож на своего молчаливого брата, который всем своим видом показывал свое отношение ко мне, к своему брату и этому университету.

— О, отлично. Мастер шантажа на лицо. Спасибо, милый, что предупредил, теперь пойду искать новое учебное заведение, а то это все равно мне порядком надоело. — наигранно весело проговорила я. Отлично, просто прекрасно, не было у меня глобальных проблем, так появились.

— Послушай, Лекс, тебе лучше согласиться. Это,— Дима указал на Ника пальцем и продолжил , — теперь наша общая большая проблема. Потому что про отчисление я не шутил. Только вот, ему помогут восстановиться, а тебе могут не пойти на встречу. И будет не важно, кто твои родители.

И почему это НАША проблема, судя по всему это МОЯ самая большая проблема.

— Прекрасно, и что я должна делать? — театрально взмахнула руками я. Только что мне сказали, что от этих двух зависит моя дальнейшая учеба здесь.

— Ты всего лишь должна находиться рядом с ним везде в универе. Все просто, там, где ты — там и он. Не упускай его из вида ни на минуту. Он будет послушным мальчиком, если ты не будешь давать ему спуска. Я помогу тебе, но я не могу находиться все время тут, чтобы он не улизнул с пары, а ты можешь. Он будет притворяться больным — не верь ему, он будет выпрыгивать из окон — прыгай за ним, но без тебя он из универа не выйдет. Ну, или без меня. Теперь мы счастливые родители, а это наш маленький сыночек. -совсем невесело усмехнулся парень . И мне как-то стало жалко его, кажется, этот Никита добавил проблем не только мне.

— Да уж, только у тебя больше нет детей, а у меня еще 30. — тяжело вздохнула я.

— Где нагуляла столько? Изменяешь? — наигранно укоризненно проговорил Дима. — Не беспокойся, я тебе и с другими детьми помогу.

Какой заботливый у меня муж объявился. Поможет он, ты бы себе помог, а лучше избавил нас обоих от этого дьяволенка.

— Ладно, справлюсь, мне не в первой. — ответила я и подвинулась на одно место. — Садись, Никита. Теперь ты сидишь тут рядом со мной. Поздравляю, тебе сильно не повезло.

— Ладно, Лекс, я зайду после второй пары и проведаю вас. Но ты мне свой номер дай. — сказал Дима и подмигнул. Пикапер, блин. — Это для дела. Поверь, пересекаться мы с тобой будет теперь очень часто.

Я продиктовала номер, а он мне дал свой и Никиты, потому что тот отказался говорить его. Прекрасное начало года. Вроде за 8 лет должна была привыкнуть, но этот год обещает быть просто венцом моего староставания? Ну, как сказать по-иному? В общем, старостой я была и в школе. Где учились подобные моим нынешним одногруппникам балбесы. Это моя судьба.

Только прекрасный прЫнц, вернее мой недомуженек, ну, Дима, в смысле, ушел. С места сорвался Ник, но я дернула его за рукава и усадила обратно.

— Даже не рыпайся, мне еще не настолько надоел этот университет, чтобы так быстро сдаваться. — произнесла я, читая новую книгу Марка Леви и мечтая, чтобы все это был сон. Или чья-то глупая шутка.

— Слушай, тебя никто не отчислит, а мне тут делать нечего. — заговорил парень. Я мельком взглянула на него. Парень как парень, немного наглый, безразличный, по всей видимости, к учебе, не красавчик, но и уродом назвать нельзя. Растрепанные черные волосы, как у брата. Черные глаза, прямой нос, тонкие губы и хорошо выраженные скулы. Одет тоже непримечательно. Темные джинсы, серая футболка и темно синяя толстовка.

— Я уже пообещала твоему брату, так что сиди, иначе прикую тебя наручниками к себе. — опять читая книгу и не смотря на парня, произнесла я. А наручники, кстати говоря, у меня были. Подарок от подруги. Кстати, вот и она. В аудиторию влетела моя ненормальная подруга Аня. Если до этого момента вы думали, что я больна. То вы ошиблись.

— Лекси, давно не виделись. — чуть ли не пропищала она. Аня была чуть выше меня, светловолосая и синеглазая девушка. Ее прямые от природы волосы едва доставали до лопаток. Мы были полными противоположностями. Я была брюнеткой со слегка вьющимися волосами, которые я неутомимо выравнивала каждый день, и темно-карими глазами. Она была веселой, я была язвительной. Наверно, мой статус старосты сделал свое дело, и радоваться жизни я просто не могла.

— Да, Ань, очень давно. Часов 13? — спросила я, пока это чудо подлетало ко мне.

— А я уже соскучилась. — прощебетала девушка и взглянула на хмуро сидящего со мной парня. — Ох, ты, а это что за дятел?

Я подавила смех, подруга не выбирала выражения. Никогда. Слышали? Никогда, так что с этого дня Никита был дятлом.

— Ань, тише, нам еще с ним учиться. Наш новый одногруппник, и по совместительству мое новое детище — Никита Любимов. Он теперь сидит с нами, и мы следим, чтобы он ни минуту от меня не отходил.

— А в туалет мы с ним тоже будем ходить? — загоревшиеся глаза девушки не предвещали ничего хорошего. Но я задумалась , и правда как я могу с ним быть везде?

— Нет, думаю, он не будет ходить в туалет. — пожала плечами я. Парень на меня с удивлением зыркнул, но ничего не сказал. Да, очень счастливый вид у него.

— Наверно, ему от этого не очень радостно. — нахмурилась подруга. Я посмотрела еще раз на подругу, потом перевела глаза на Никиту. Да, ему не позавидуешь, и кажется, Анечке это только на руку, потому что она воскликнула : — Тогда, я его развеселю.

— Не стоит, Ань. Он человек пока не привыкший. Если он сбежит от меня раньше, чем начнется эта пара. Это будет фиаско, и мне не поздоровиться. — постаралась объяснить я подруге. Но ей было на мои слова наплевать. Если уж Анна Синицина что-то решила, то ни я, ни дятел, то бишь Никита, и вообще никто другой ее не остановит.

Девушка села радом с Любимовым и потрепала его за волосы. Пристально посмотрела в глаза парню, помахала рукой перед его лицом, ткнула пальцем в плече. И не дождалась никакой реакции от Ника. Потом в дело пошла тяжелая артиллерия, и девушка придвинулась поближе к нему, закинула ножку на ножку, прикусила нижнюю губку. И ноль реакции. Парень едва взглянул на нее. Девушка призадумалась, а я решила, что это прекрасный повод почитать. Пока у меня есть полчаса свободного времени.

Я читала, а Аня не сдавалась. Ей надоело обольщать его, так что она с удовольствием для себя, и к великому отчаянью для него, решила заплетать из его отросших волос косички. Она уже заплела пол его головы, когда в аудиторию вошел преподаватель. Сороколит Андрей Иванович уже вел у нашего курса социологию в прошлом году. Сейчас он решил порадовать нас культурологией, которую я уже заочно ненавидела.

Андрей Иванович был веселым, но странным человеком. А как можно назвать преподавателя помешанном на морских свинках? Купить свинку за 2 000 долларов — пожалуйста. Сделать из дома настоящий зверинец — раз плюнуть. Выделить им комнату в его трехкомнатной квартире — нет проблем. Бежать за поездом, в котором свинка за пару тысяч — ничего сложного. Вернее, для самого Андрея Ивановича это его самая большая слабость и любовь. И даже его жена смирилась с этим.

— Да, в этом году ряды заметно поредели. — покачал головой Сороколит. — Градова, где твои подопечные?

Я завертела головой в поисках своей группы, но никого не обнаружила. Еще человек 20 с потока и я единственная староста тут.

— Ну, у меня есть Аня и вот новенький Любимов. А остальные, ну, вы же знаете, какие они сони. К четвертой паре подтянуться. Может быть. — последние слова я сказала тихо. Анька хихикнула.

— Новенький значит? Слышал, у тебя в группе их двое должно быть? Новенький твоих. — сказал мужчина.

— Ага, только второй видимо потерялся по дороге в университет. — пожала плечами я.

— Ох, Градова растеряешь ты своих подопечных. — покачал головой Сороколит.

— Ну, не будет же она их за уши таскать на пары. — вступилась за меня Анька.

— Вот тут ты, Синицина совершенно права. Да, и толку от большинства на парах? — не сумел не согласиться преподаватель.

Далее он хотел было начать лекцию, когда Анька, которая никогда не спешила учиться, заявила :

— Ой, Андрей Иванович, я тут племяннице собралась на день рождение морскую свинку покупать. Какую лучше, там же породы эти всякие есть.

Я посмотрела на Аню и усмехнулась, племянницы у нее отродясь не было. А Никита смотрела на девушку как на умалишенную. Конечно, он ведь не знал какое у Андрейки, как мы про себя называли преподавателя, отношение к морским свинкам. Но вскоре, слушая лекцию о пандах, риджбеках, скунни и других странных названиях ни в чем неповинных животных, понял что попал. В дурдом он попал, так и выразился.

— Куда я попал? В дурдом, видимо. — прошептал парень, ложа голову на парту. Но быстро получил по шее от меня.

— Ты что, сдурела? — прошипел он.

— Нет, но если ты положил свою голову на парту, лекция о свинках прекратиться, и начнется нудная лекция о культурологии. Никогда нельзя давать ему понять, что мы заговариваем ему зубы. Нам очень интересно слушать эту дребедень, так что сядь как положено и делай вид, что тут очень интересно. — прошипела я. Парень со вздохом облокотился на стул и натянул капюшон на глаза. Я тут же скинула его. — Не спать, я сказала.

Через полчаса усиленного кивания на все слова преподавателя, моя шея заныла. Я хотела выйти и немного размяться, но можно ли мне вообще ступать шаг без этого дятла? Я нервно покосилась на парня, он усиленно пытался не закрывать глаза, но они так и слипались у него.