Зависимость - 1

Freedom

Зависимость

Аннотация

Десять лет назад страшное заклинание связало мальчика и девочку с потусторонним миром и между собой. Теперь Элоди изо всех сил старается жить нормальной жизнью или хотя бы на день забыть, что в ее жилах течет кровь ангела, в то время как Сема только крошечный шаг отделяет от того, чтобы окончательно превратиться в демона. Единственное, через что парень не может пока переступить, так это через обиду, которую Элоди нанесла ему много лет назад, и любовь, которую он, как ему кажется, до сих пор испытывает к ней.

Спустя столько лет они снова должны стать плечо к плечу ради достижения общей цели...Хотя, быть может, только на первый взгляд кажется, что они преследует одну цель.

Пролог

Сказка о мальчике, девочке и найденном ими кладе

Позади послышался радостный смех Элоди, и Сем побежал быстрее. Его босые ступни утопали в холодном песке, ветер хлестал по лицу, бросая волосы в глаза, а в какой-то момент мальчик наступил на обломок ракушки и поранил ногу. Но все же не переставал бежать и даже не замедлился. Вот еще.

Их разделяло не более трех шагов, но Сем знал, что Элоди не сможет догнать его, пока он не поддастся. Да что с нее можно взять, она девчонка и к тому же ей семь, на два года меньше, чем ему.

Послышался сдавленный стон. Еще не успев обернуться, Сем знал, что она упала. Элоди сидела на камнях. Короткие светло-песочные шорты не скрывали тощих мальчишечьих окровавленных коленок. Сем подбежал к ней и подал руку, чтобы помочь подняться, но она только важно покачала головой и встала сама. Ветер растрепал ее тоненькие светлые косички, все лицо было поцарапано из-за того, что вчера они весь день играли в индейцев и пробирались сквозь заросли дикорастущей ежевики, чтобы спасти своих от гнусных ковбоев. Отряхнув коленки от песка, Элоди чуть поморщилась от боли, но уже в следующий миг сильно толкнула Сема в плечо, да так, что тот рухнул по колени в воду, и унеслась дальше по побережью.

Вылезая из воды, Сем чувствовал себя ужасным морским чудовищем, восставших из глубин, и жаждал отмщения. Он бежал прямо по цепочке ее маленьких следов, оставленных в тех местах, где камни покрывал песок. Затем еще чуть-чуть поднажал.

Они бежали на одном уровне. Разница была только в том, что Элоди запыхалась, а Сем совершенно не ощущал усталости. Протянув руку, он схватил ее за плечо и несильно дернул, заставив остановиться.

— Я выиграл!

Она обижено надула губки:

— Вот еще. Это я тебя искупала.

— Зато я впереди.

— Нет.

Он сделал шаг вперед, отпуская ее руку:

— Теперь да.

— Так нечестно.

— По правде говоря, мне и самому надоело постоянно выигрывать, но что возьмешь с малявки? — важно проговорил он, уперев руки в бока и глядя на нее сверху вниз.

— Том!

Какая-то женщина в длинном голубом платье кричала, подзывая к себе сына. Сем поднял голову вверх и посмотрел на клонившееся к закату солнце.

— Нам тоже надо идти, пока твоя мама не рассердилась, — сказал он Элоди.

Девочка невесело кивнула и опустила голову, глядя себе под ноги. Они подошли к камням, где оставили свою обувь.

Элоди первой вбежала по ступенькам и крикнула сверху:

— Не догонишь!

— Вот тебе достанется, когда догоню!

Она бежала по дорожке, ловко увертываясь от прохожих, идущих на пляж. Когда дорогу ей перегородил большой автобус, не желая ждать, она повернула вправо и побежала по дорожке, идущей параллельно побережью. Маленькая и вертлявая, как мартышка, здесь она была в своей стихии, и Сем никак не мог догнать ее. Каждый раз, стоило ему увеличить скорость, он налетал на кого-то из туристов, оставляя за собой след из отборной брани. В какой-то момент он испугался, потеряв Элоди в толпе, но уже через несколько секунд заметил впереди ее яркую зеленую футболку. Увлекшись игрой, она, похоже, совсем не следила за дорогой. Сем взмолился про себя, чтобы она ненароком не попала под машину или чтобы не случилось еще что-то в этом духе.

Элоди увлекала его все дальше и дальше от дороги, под тень деревьев. У Сема в боку закололо, дышать стало трудно, а порез на ноге болезненно пульсировал. И когда ему показалось, что стоит ему пробежать еще хоть несколько метров, он тут же упадет замертво, как Элоди внезапно остановилась, из-за чего он едва не налетел на нее. Ухватившись одной рукой за дерево, девчонка согнулась пополам, отчаянно хватая ртом воздух.

Одарив его покровительским взглядом, она улыбнулась:

— Ну и кто теперь выиграл?

— Ты. Довольна? А теперь скажи, куда ты нас завела?

Элоди увеличившимися от испуга глазами осмотрелась по сторонам. Они ушли далеко от дороги, гораздо дальше, чем им разрешалось заходить. Огромные деревья над головами негромко шелестели по-летнему яркими листьями. Слева оказался полузаросший кустами вход в пещеру. Увидев его, Элоди направилась именно туда.

— Куда ты? — спросил Сем, пытаясь подавить в голосе охвативший его испуг.

— Посмотреть, куда же еще? Вдруг там окажется что-то интересное?

— Нам нужно домой.

— Если хочешь, иди. Я и без тебя разузнаю, что там.

— Почему ты никогда меня не слушаешься?

— А почему я должна это делать?

— Потому что я старше и потому что я отвечаю за тебя.

— Я сама могу отвечать за себя, — заявила она, подходя к пещере.

Сему ужасно хотелось оставить ее и уйти, но что он скажет маме Элоди, если девчонка потеряется в подземельях?

— Помнишь, что Питер рассказывал о подземных пещерах? — донесся до него ее тоненький голосок. Как ни как Элоди так же была немного напугана. Это несколько успокоило Сема, и он пошел вперед.

— Только семилетние могут верить во всю эту чушь про монстров и магию, — заявил он как мог высокомерно. — Взрослые знают, что ничего такого в мире не существует.

— Да? Почему тогда у тебя коленки трясутся?

— Ничего подобного, — обиделся он. — Все ты выдумываешь.

Элоди пожалела, что у нее с собой не было фонарика, но с другой стороны в пещере было не так уж и темно. Интересно, могут ли здесь быть спрятаны сокровища? Обыскав небольшую пещерку, никаких сокровищ, к сожалению, она не нашла, зато обнаружила ржавую зеленую дверь.

— Что там? — Сем оказался у нее прямо за спиной, и девочка подскочила от неожиданности. Здесь, в полутемном помещении, где было влажно и сыро, а еще пахло прелыми листьями, дорога казалась почти недосягаемо далекой.

Помедлив мгновение, Элоди протянула руку, схватилась пальцами за железную петлю и потянула дверь на себя, ожидая, что та окажется закрытой. Какая-то часть ее хотела, чтобы оказалось именно так, и они смогли спокойно отправиться домой. Но другая, большая, отчаянно хотела узнать, что скрывается во мраке.

Дверь со скрипом отворилась.

— Ты не серьезно, правда? — спросил Сем. — Помнишь ту историю, где мальчик и девочка прошлой осенью зашли в подземелья и не вернулись?

Она только хмыкнула:

— Только маленькие глупые дети могут верить в такие истории. Взрослые специально придумывают их, чтобы мы и близко не подходили к туннелям. — Она хитро прищурилась. — Только не говори, что и ты поверил? — Он замешкался с ответом. — Трусишка, трусишка!

— Да хватит уже, — он отодвинул ее в сторону и первым вошел в открытую дверь. Сейчас у него тряслись уже не только коленки, а все тело тряслось, как гигантский холодец, но отступать было поздно.

— Да, ладно тебе, — послышался ее голос позади. — Я же с тобой, как обычно. Я никогда бы не ушла без тебя, ты же знаешь, и никогда не уйду.

Дверь вывела их в туннели, как он и боялся. В городе ходили ужасные слухи, будто бы этими тоннелями был испещрен весь город, и можно пройти под землей из одной части города в противоположную. Но для этого нужно было располагать точной картой, компасом, провизией и всякими разными полезными штуками, а так же чем-то, с помощью чего можно было отпугнуть призраков. Иначе можно заблудиться и остаться в подземельях навечно. Впрочем, здесь было не так уж темно, как он предполагал. Через крошечные бойницы под самим потолком внутрь проникал свет. Кое- где бойницы были разбиты, и оттуда высовывались ветки деревьев, растущих на поверхности. Тоннель постепенно уходил вниз, но все равно было достаточно светло, чтобы рассмотреть перед собой дорогу и не расквасить нос при внезапном падении.

— Совсем здесь и не страшно, — сказал Сем.

Он уже успел убедить себя в этом. Но здесь и правда абсолютно не было ничего страшного, разве что паутина на стенах и огромное количество пыли. Ни скелетов на полу, ни ужасных звуков, ни даже ветра. Сейчас ему было уже стыдно за то, что он боялся спускаться сюда. Элоди семь, а ведь даже она не струсила...

Единственное, чего он теперь опасался, так это что на пути им будет попадаться множество развилок, и они, конечно же, выберут не тот путь. Но дорога была только одна и никуда не сворачивала. Должно быть, на противоположной стороне их ждет точно такая же дверь, как та, через которую они вошли.

Но он ошибся. Двери не было. Чуть в стороне они обнаружили в стене небольшую дырку, через которую легко смогла бы протиснуться худенькая Элоди, да и Сем тоже смог бы, вот только боком.

Сем протиснулся первым, но все же слегка не рассчитал и застрял. В панике он начал стучать руками по стене, пытаясь ухватиться за что-то. Элоди изо всех сил подтолкнула его, и мальчик неуклюже выпал вперед, успев подставить руки. Падая, его тело подняло в воздух чертову уйму пыли. Элоди ловко выбралась следом.

Они оказались в каком-то склепе, прямо как в приключенческих фильмах. Переглянувшись, ребята поняли, что подумали об одном и тоже: о сокровищах. Здесь точно где-нибудь должны быть спрятаны сокровища.

В центре мраморного склепа лежал длинный прямоугольный камень с высеченной на нем надписью, а по бокам, на пыльных полках покоились идеально ровные ряды каких-то странных каменных вазочек. На полке, под каждой вазочкой, была прибита позолоченная табличка с именем и двумя датами.

— Их кремировали, — сказала Элоди, сморщившись. — Фу, какая гадость.

Судя по всему, здесь не было абсолютно ничего, кроме старых ваз с пеплом чьих-то родственников. Сем ощутил резкое разочарование. Они проделали такой путь и что же все зря?

Распахнув дверь, ведущую наружу, он одновременно понял три вещи: во-первых, дверь вела не на улицу, а в еще одно помещение, во-вторых, в это помещении кто-то был, и, в-третьих, этот кто-то услышал, что дверь открылась. Через длинный ряд полок Сему удалось разглядеть темную фигуру. На мгновение его сковал страх, но уже в следующую секунду он прошептал замершей позади Элоди:

— Я отвлеку его, а ты беги к двери, поняла?

И не дожидаясь ее ответа, Сем бросился вперед. Человек каким-то чудом оказался прямо перед ним. Высокий, одетый в длинный черный плащ, лицо его плотный капюшон. И что важнее всего, он загораживал спиной единственный выход отсюда. Взгляд Сема упал на пол. Там чем-то красным был начерчен идеально ровный круг, внутри которого лежала мертвая птица со сломанной шеей, две свечи, бутылка с какой-то жидкостью и целая охапка растений. Чем бы здесь ни занимался человек в черном, это явно было что-то нехорошее.

Внезапно он сбросил с головы капюшон, и Сем испуганно вскрикнул, глядя на лицо незнакомца.

А затем вскрикнула Элоди, когда черный схватил ее за локоть и дернул на себя.

— Кто вы такие и что делаете здесь? — спросило чудовище, глядя на них злыми красными глазами.

— Мы те, кто пришел за кладом, — неуверенно проговорил Сем первое, что пришло ему на ум.

— За кладом, значит? — усмехнулось чудовище. — Что ж. Вы можете забрать свой клад.

Другой костлявой холодной рукой он схватил Сема. Элоди принялась изо всех сил вырываться, но чудовище держало крепко.

— Раз вы все время проводите вместе, храбрые мальчик и девочка...Что ж. Путь тьма и свет свяжут вас навсегда. Путь они объединят вас с помощью терновника и розы, вина и крови, опиума и цветов вишни, — оно сжало их руки в своих, длинные, острые, как лезвия, когти впились в их кожу. Элоди вскрикнула от боли, глядя на выступившую кровь.

А затем его хватка разжалась, и дети остались в помещение одни. Круг на полу исчез как и все, что было в нем. На пыльных плитах виднелись только две пары следов. Элоди обхватила себя руками, стараясь унять дрожь. Сем протянул ладонь и коснулся ее руки. Девочка закричала и резко отпрянула от него, принявшись тереть место, куда он только что прикоснулся.

— Не подходи ко мне, — говоря это, она начала плакать. — Ты делаешь мне больно.

— Но я ведь ничего..., — начал было он, но тут она отняла ладонь. На ее предплечье остался красный воспаленный след от его руки.