Любовь Венценосного.

Глава 1.

Город Троицк.

Настя уныло брела с работы домой. Вечерело, по серому хмурому небу летели клочья облаков. Пронизывающий ветер гнал по тротуару пыль, окурки и жёлтые листья. С голой берёзы на неё лениво каркнула ворона. Вот почему, интересно, вороны совершенно спокойно сидят на нижних ветках, когда рядом проходят женщины, и непременно перелетят повыше, когда к ним приближаются мужчины и мальчишки? Она задумалась. Наверно потому, что ни одной женщине не придёт в голову кинуть в птицу камнем. Выходит, у вороны есть какой-то интеллект? Ещё ей подумалось, что она, в своём стареньком коричневом плаще, беретике, связанном из распущенного дырявого свитера, в осенних, из кожзаменителя, закрытых туфлях на низком каблуке, выглядит так же, как эта ворона: серая, неприметная. Она вздохнула. С этим ничего не поделаешь. Да уж, красотой она не блещет. Бледная, с тусклыми, жидкими, цвета дорожной пыли волосами, которые она коротко стригла. Насте было 28 лет, и дорогу от вокзала до дома она могла бы пройти с закрытыми глазами. Её рабочее место — киоск на привокзальной площади, где круглосуточно торговали сигаретами и пивом. Конечно, она могла бы продолжать работать в библиотеке, куда её взяли сразу после окончания института, но зарплата была такова, что кроме как насмешкой над работающими там женщинами, её назвать было нельзя. Библиотека влачила жалкое существование. В результате Настя стала продавцом. В отличие от сменщицы, она не курила и не любила пиво, чем сразу очаровала хозяина киоска. Девушка подумала, что в её работе есть большой плюс. До неё не надо добираться на городском транспорте. Они с матерью жили недалеко от вокзала в двухкомнатной крошечной квартирке старой постройки, оставленной им Настиным отцом. Когда ей было четыре года, отец встретил женщину, гораздо более красивую, чем его жена и, что немаловажно, имеющую богатых родителей. Вот так и получилось, что муж и отец исчез из жизни двух женщин, большой и маленькой, даже алименты не платил, посчитав, что итак облагодетельствовал их, не претендуя на квартиру. Настиной маме было всего 46, но она даже не думала о новом замужестве, будучи тихой и скромной, — безответной, — как звала её когда-то, бабушка, когда была жива. Настя безответной не была и вполне обладала чувством собственного достоинства. Она не была глупой и знала, что замужество ей не грозит. Во-первых, годы. Во-вторых, отсутствие какой-либо материальной базы. И, в-третьих, где его взять, мужа-то? Порядочные, приличные мужчины на дороге не валяются, а те, которые валяются, таковыми не являются, уж точно.

За всю жизнь ей только раз предлагали выйти замуж. Это был её школьный товарищ, разбитной весёлый красавец, в которого когда-то были влюблены все старшеклассницы. Настя недоумевала, когда он нашёл её и по телефону назначил свидание. Они поговорили о том, о сём, посидели в кафе, а затем Артём предложил ей выйти за него замуж. Он купил ей цветы, ласково приобнимал за талию,

и Настя утратила бдительность. Ей хотелось верить, что у неё и вправду глаза цвета густой зелени, а улыбка освещает лицо, как фонарик.

В общем, вечером она оказалась у него в однокомнатной квартире, купленной ему родителями. Они выпили вина. Артём резал яблоко и клал Насте в рот маленькие кусочки. Ей казалось это забавным. Она близко видела его лицо, от него пахло дорогим одеколоном, и весь он был решительным, мужественным и красивым. Потом Артём поцеловал её, и она неумело ответила. Он засмеялся и стал её раздевать. Настя не особо сопротивлялась. В конце концов, он ведь сделал ей предложение, и они скоро поженятся.

Близость с мужчиной показалась ей неприятной. Она читала об этом в книжках, но на самом деле всё оказалось довольно противно. Боль, его потное, неприятно пахнущее тело, слюнявые губы и невнятное бормотание. Он оказался тяжёлым, когда навалился на неё, но Настя, стиснув зубы, решила терпеть. Наконец, всё закончилось, и Артём, скатившись с неё, повернулся спиной и тут же уснул.

Она не спала всю ночь и думала о том, что произошло. Нет, Настя не жалела о своём девичестве. Она и так была белой вороной среди своих немногочисленных подруг.

Под утро она задремала, но сразу же открыла глаза, когда услышала, как завозился Артём. Он повернулся к ней, и Настя увидела удивление в его широко распахнутых глазах. Но тут же понимание пришло к нему, он криво усмехнулся:

— а-а-а, это ты, я уж и забыл, что привёл тебя к себе.

Насте было неприятно, но оказалось, что всё впереди. Они быстро встали, умылись. Артём велел ей зажарить яичницу и вскипятить чай. Она безропотно всё исполнила, подумав, что просто счастье, что сегодня у неё выходной. Позавтракали молча. Потом Артём отодвинул тарелку и предложил поговорить. Настя чувствовала себя неловко и избегала смотреть ему в глаза. Он догадался, криво усмехнулся:

— ну да, я у тебя, оказывается, первый. Вот уж никак не ожидал, что ты до таких лет останешься девственницей. Или никто не позарился? Но в постели ты бревно — бревном, должен тебе сказать.

Ей было неприятно от его ухмылки и циничных слов. Она неопределённо пожала плечами. А он продолжал и чем дальше говорил, тем сильнее Настя презирала себя. Оказалось, Артёму предстояло ехать за границу, в Саудовскую Аравию. Фирма, где он работал, отправляла туда группу специалистов. Большая зарплата от фирмы, плюс зарплата у арабов, повышение на работе после возвращения. Масса приятных и замечательных условий и одна гадость: арабы были готовы принять у себя лишь женатых мужчин.

В связи с этим Артём решил, что Настя, как никто другой, подходит ему на роль жены. Равнодушным голосом он сообщил ей свои условия: к арабам она не поедет, так как никто не будет проверять, с женой он приехал, или нет. Главное, чтоб была по документам. После его возвращения они будут жить отдельно.

— Может, и заскочу когда, на ночку, жена всё-таки, — он захохотал. Настя молчала, — но на детей не надейся, мне это ни к чему. Не хватало ещё алименты от тебя схлопотать, — добавил он жёстко.

В дальнейшем, он планировал, у каждого из них будет своя жизнь. Жене он был намерен презентовать вот эту однокомнатную квартиру ну и деньжат подкидывать иногда. Настя с презрением к себе думала, что им с матерью везёт на мужчин, дарящих им квартиры. Артём, как ни в чём не бывало, предложил после завтрака пойти и подать заявление в ЗАГС, а регистрацию планировать, где-то, через неделю.

— Да, чуть не забыл, кольца же надо купить! Приду на работу окольцованный, пусть директор будет доволен!

Настя поморщилась. Спокойно встала со стула, пошла в прихожую, надела свой плащик и берет.

— Спасибо за предложение и завтрак, Артём. Я не выйду за тебя замуж. Ты мне не нужен. Прощай.

Она вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь и оставив хозяина стоять с остолбенелым видом.

На этом закончился её сексуальный опыт, а уж о замужестве она без отвращения даже думать не могла.

Фрикания, дворец Повелителя мархуров.

Кумбо низко наклонился над большим хрустальным шаром, пристально вглядываясь в него. Повелитель Джамайен заглядывал через плечо толстого колдуна:

— ну? Кумбо, что? Ты видишь её? Дай мне посмотреть!

Кумбо нехотя отстранился, сказал:

— вижу, но плохо. Она куда-то идёт и... э-э-э, Джамайен, она мало походит на нас... Может быть, если её подобающе одеть и... ну, не знаю, что ещё тут можно сделать...

Повелитель вгляделся в шар и воскликнул:

— не золоти мне рога, Кумбо! Она вообще на нас не похожа! Это же венценосная! Вот, смотри... — с этими словами он ткнул пальцем в маленькую фигурку девушки в хрустальном шаре. Шар вспыхнул алым светом, окутался розовым туманом. Колдун громко вскрикнул:

— Ищи Повелителя мархуров! — а затем: — что ты делаешь, глупец! — но было поздно. Туман рассеялся, свет погас, фигурка в шаре исчезла. Кумбо ухватил себя за рога и сокрушённо закачался. Повелитель смущённо опустил голову, поскрёб копытом несуществующую щербинку на мраморном полу.

— Да-а-а, нехорошо получилось. Куда она делась, как ты думаешь, Кумбо?

— Ты перенёс её во Фриканию, — он помолчал, — или в Йоханнес, — опять помолчал, — или вообще в Трансваль.

Глава 2.

Встреча с незнакомцем.

Настя стояла на узкой лесной тропинке. Вправо и влево от неё на несколько метров отступали какие-то кусты, цветущие яркими оранжевыми цветами, а за ними стеной поднимался могучий лес. Он стоял, казалось, непроходимой стеной, увитый, опять же, цветущими лианами, с густым подлеском в виде кустов и высоченной травы, жёсткой и грубой даже на вид. Макушки деревьев взметались ввысь, теряясь в оглушительной голубизне неба. В лесу стоял гвалт. Неизвестные Насте птицы орали пронзительно и громко. На ближайших деревьях качались ... обезьяны? Она потёрла глаза, вспоминая, как внезапно закружилась голова, потемнело вокруг, совсем близко мужской голос громко крикнул: "Ищи Повелителя мархуров!". Вдруг стало светло, прошло головокружение, а она стоит в тропическом лесу, не веря своим глазам. Было влажно и жарко, резкие, будоражащие запахи удушливой волной накрывали её. Разум отказывался верить в то, что видели глаза. Как? Почему она оказалась здесь?

Настя сняла плащ, стянула с головы берет. Пот лил градом. Это не похоже на сон. Может быть, инопланетяне, о которых иногда рассказывают по телевизору, забросили её в эти джунгли? Зачем? Какой-то эксперимент над людьми? Настя не решилась снять свитер и колготки, кто его знает, как дело повернётся, не хотелось бы растерять вещи, которых у неё и так немного. Решила, что пойдёт по тропинке вперёд. Может быть, она выведет к людям. Достала мобильник. Уровень сигнала был на нуле. Удивительно, что стоял яркий солнечный день, а ведь она возвращалась с работы вечером. Она медленно двинулась вперёд, настороженно оглядываясь по сторонам.

Уже час девушка шла по тропинке, отгоняя от себя мысли о том, что, возможно, это просто звериная тропа, ведущая к какой-нибудь речке или ручью. Да, неплохо бы попить, но никаких признаков воды не наблюдалось. С воплями и криками её сопровождали обезьяны, перепрыгивая с одного дерева на другое. Яркие большие птицы с длинными разноцветными хвостами клевали какие-то ягоды на ближайших кустах. Настя с изумлением узнала попугаев. Она устала. Обмахиваясь от туч зловредных насекомых сорванной веткой, девушка остановилась, подумав, что надо найти место, где можно спрятаться от палящего солнца и посидеть хотя бы чуть-чуть. Внезапно на неё упала тень. Она подняла глаза вверх и ужаснулась. Высоко в голубом небе над ней зависли две громадные птицы. Они были очень высоко и парили, едва шевеля крыльями. Никогда в жизни Настя не видела таких громадин. По спине пробежал холодок. Ей показалось, что птицы пристально рассматривают её. По крайней мере, они висели точно над её головой, хотя и на страшной высоте. Она поёжилась и подумала, что такие птички, должно быть, питаются слонами. Девушка оглянулась в поисках какой-нибудь палки, но ничего подходящего не было. Впрочем, она хорошо понимала, что от такого страшилища палкой не отбиться. Взмахнув крыльями, одна из птиц скрылась за деревьями. Другая продолжала лениво кружить высоко в небе. Внезапно Настя поняла, что наступила тишина. Абсолютная. Замолчали обезьяны, не орали на разные голоса птицы. Казалось, даже деревья замерли. Она нерешительно замедлила шаги, не зная, что предпринять. Может быть, сюда идёт тигр или ещё какой-нибудь хищник? Впереди треснула ветка, кусты закачались. У неё внутри всё сжалось, стало страшно. Если зверь, то какой? А если человек, то тоже страшно.

Раздвинув ветки, на тропинку вышел мужчина, не спеша двинулся ей навстречу. Настя остановилась, с тревогой глядя на него. Он подошёл, слегка, небрежно поклонился:

— приветствую тебя, миз. Позволь спросить, что ты делаешь на землях Йоханнеса?

У него был низкий, рокочущий голос. Настя с опаской посмотрела ему в лицо. Мужчина выглядел странно. Примерно её ровесник или чуть старше. Волосы цвета мокрого пепла, — как у неё, только темнее, — мелькнула мысль, — коротко острижены. Тёмные, почти сросшиеся на переносице брови, несколько крючковатый, с небольшой горбинкой нос, придающий лицу хищное выражение. Тонкие губы кривились в усмешке. Но глаза! Настя посмотрела ему в глаза и содрогнулась. Чёрные, с узким жёлтым ободком, они смотрели с беспощадностью свирепого хищника. И весь он поджарый, лёгкий, на голову выше её, гибкий и страшный. Одет он был в чёрные, в обтяжку, брюки из тонкой кожи, заправленные в мягкие невысокие сапоги. Серая, тонкая, в еле заметную белую крапинку рубашка из неизвестного материала. И всё. Никакого оружия. Настя подумала, что гулять по джунглям безоружному человеку очень опасно, но тут же вспомнила, что вот она, безоружная женщина в диком лесу, в неизвестном месте на Земле, да и на Земле ли?

Он продолжал, не мигая, смотреть на неё. Губы всё так же кривились в усмешке. Настя постаралась изобразить неуклюжий поклон, сбивчиво ответила, избегая смотреть ему в глаза:

— э-э-э, здравствуйте! Я не знаю, как я здесь оказалась. Не могли бы вы подсказать, как мне найти Повелителя... э-э-э..., мархуров?

Он удивлённо, быстро, как-то по-птичьи моргнул:

— миз, почему ты обращаешься ко мне, как будто я здесь не один? И зачем тебе нужен Джамайен?

На её недоумённый взгляд он сказал, что Повелителя винторогих, иначе — мархуров, зовут Джамайен.

Запинаясь и путаясь, Настя объяснила незнакомцу, что там, где она живёт, к незнакомым людям принято обращаться на "вы". Потом девушка вкратце рассказала, как шла вечером с работы, как у неё закружилась голова, она услышала голос, приказывающий ей искать Повелителя мархуров, а потом она очутилась здесь.

Мужчина слушал, не перебивая, лишь изредка удивлённо покачивая головой. Настя совершенно выдохлась. Хотелось пить, ноги подкашивались. Даже кусачие насекомые исчезли под палящими лучами раскалённого белого солнца.

Незнакомец, кажется, заметил её жалкое состояние. Свирепый взгляд жёлто-чёрных глаз смягчился. Он шагнул в кусты и скрылся за ними. Через минуту послышался его голос, он звал девушку. Махнув рукой на свой страх, она стала продираться сквозь заросли. За ними оказалась небольшая поляна, покрытая густой и довольно высокой травой. Мужчина жестом велел ей оставаться на месте, а сам скрылся в лесу. Настя осмотрелась. Сомкнувшиеся в вышине кроны исполинов, густо переплетённые лианами, создавали на поляне полумрак. Она устало опустилась на траву, но посидеть не удалось. Из-за деревьев вышел незнакомец, в руках он нёс несколько громадных пальмовых листьев и какой-то большой серый лохматый шар. Он протянул Насте листья:

— миз, я думаю, тебе надо пересесть на эти листья. Они отпугнут насекомых, живущих в траве.

Она резво вскочила на ноги, забыв про усталость. Незнакомец рассмеялся, ловко свернул один лист, заколол его длинным острым шипом, который держал в руках. Получилась конусообразная шляпа. Он протянул её девушке:

— надень это, иначе ты долго не продержишься. Наше солнце способно убивать. И, да, у нас всем говорят "ты".