Лорд Дан

ЛОРД ДАН

Введение.

Данила Блинов, аникейщик

Эта бухгалтерия меня уже заколебала. Каждый день у них что-то происходит. Вот и сегодня. Старенькая, отработанная XP не желала запускаться. Синий экран смерти... И всё! Код ошибки ничего не говорил, накрыться могло всё что угодно. Скорее всего, глючит винт. Надо забирать комп, и тащить его к себе. Я посидел немного, посматривая на девчонок, затем опустился на четвереньки и пополз под стол. Добрался до системника, и стал разбираться в кабелях. Как бы не выключить Ленкин комп, её стол рядом и сидит она напротив Татьяны, тогда она меня загрызет. Было у меня однажды, случайно выключил её компьютер, а она полдня набирала какую-то таблицу. И, естественно, не сохранялась. Чуть ведь не убила!

Поднял голову и наткнулся взглядом на Ленкины ножки. Юбка короткая, а она колени раздвинула. Ведь специально, видит же что я под столом. Видимость отсюда отличная, со всеми подробностями. И как её понимать? Тонкий намек или простая издевка? Ведь Ленка замужем. Недавно её мужик за ней забегал, здоровый лось. Ну нет, пусть Ленкой Женька занимается, он её мужика не видел, поэтому бояться не будет.

Отстегнул все кабели, взглянул последний раз на Ленкины стринги, и выволок системник из под стола. Во всей нашей конторе все они стоят под столами. А куда их ещё ставить? Столы древние, маленькие. Ещё из какого-то социализма остались. Я слабо представляю, что такое социализм, но ведь могли для компов отдельный отсек сделать. Хотя всё равно бы пришлось залазить под стол. Мне джинсов хватает на пару месяцев, колени у них продираются в хлам.

— Комп я забираю... система накрылась. — я отряхнул колени.

— Сегодня отдашь? У меня работы... квартал же! — Татьяна умоляюще похлопала своими длинными ресницами. Самая молодая в бухгалтерии, и, по моему, самая симпатичная. Про ножки и попку я вообще молчу. Единственный недостаток — за ней наш директор ухаживает. И не только... судя по тому, как часто её вызывают к нему в кабинет. А она потом с мятой юбкой по конторе ходит. Хоть не гладила бы её совсем. А утром вся такая наглаженная, а после...

Поэтому даже Женька не рискует к ней подкатиться. А интересно, она замужем или нет?

— Только к утру... мне же всё переустанавливать. И ещё не знаю, может винт накрылся. Могу другой комп притащить, есть у меня резервный, с него через терминал в 1С можно работать.

— Мне только 1С и нужна.

Много ли человеку для счастья надо? Поставил ей комп... она и довольна. Я вздохнул, и попытался незаметно ускользнуть. Но не успел.

— Данила, у меня компьютер тормозит! Работать невозможно! — а это Алевтина Федоровна, бухгалтер. Тётенька в годах, ворчит как теща, вечно всем недовольна. Есть легкое подозрение на недотрах, судя по её взглядам. Уж слишком часто она на мои штаны посматривает. Да только у меня реакции на неё нет.

Пришлось подойти, сымитировать серьезную диагностику, я и так знал, что компьютер в порядке. Она стоит сзади, и как бы случайно грудью мне в спину упирается. А я делаю вид, что не замечаю.

В нашей конторе я все компьютеры знаю в лицо. Как людей... у них же даже характеры разные. И ведут себя иногда как люди.

Я снова вздохнул... что толку ей объяснять, что тормозит не комп, а сервер. И его давно уже надо в утиль! Да и половину компов туда же. Раньше на серваке одна бухгалтерия висела, а теперь все кому не лень. Некоторые сообразительные, у кого старые компы, наловчились работать через терминал не только в 1С, но и вордах... екселях... даже чертить и рисовать... и всё на серваке. Естественно, для них так быстрее. А серваком у нас заведует Женька... я к нему даже не подхожу. А Женьке всё по фигу, лишь бы не приставали, да зарплату вовремя платили. Я пытался шефу объяснить, да он и сам это знает. Только ссориться ни с кем не хочет... Ага... отключи от терминала какого-нибудь зама, сам и огребешь!

— Дан! — а это Вика, наша юная программистка. Хотя какая она юная? Старше меня на год, уже замужем, я даже её мужа немного знаю, парень вроде бы ничего, но детей у них ещё нет. Я к ней был слегка неравнодушен, да и не удивительно, симпатичная девчонка, и фигурка тоже ничего. Особенно мне грудь её нравилась, всё хотелось заглянуть в разрез кофточки. Она у неё в самый раз, не первый размер. Да пока не увидел её вчера на Женькином столе. И её голую грудь, которую гладили чужие руки, и голые ножки, и Женьку со спущенными штанами. Дверь то в нашу комнатку он замкнул, сообразил ведь, да ведь у меня и ключ есть. Я же не виноват, что шеф передумал, и не взял меня с собой.

Женька, увидев меня, даже не смутился, а скорчил такую звериную рожу, что я пулей выскочил из нашего кабинета. А то, что это была Вика, я даже не сомневаюсь. Меня она не увидела, стонала себе с закрытыми глазами, закинув ножки на плечи Женьки.

— Дан! — снова позвала меня Вика. Я понял, что сделать так, будто я её не услышал, уже не получиться. И что она вечно ко мне домогается? Есть же Женька... на крайний случай — шеф. Я даже улыбнулся, представив, что шеф носиться по конторе, ползает под столами... треплет нервы с неграмотными пользователями. Или вместо Женьки, на его столе... ту же самую Вику. И её ножки рядом с его лысой головой.

— Что у тебя случилось? — если честно, мне было неприятно с ней разговаривать. Неужели я ревную? Или Женьке завидую?

— Дан, ты не знаешь, где Женя? Или он просто трубку не берет?

— А его сегодня и не будет. Отпросился у шефа. — равнодушно ответил я, и собрался тащить комп к себе. Но Вика не отставала.

— А с ним ничего не случилось?

Тут меня слегка понесло. Всё же на обоих я был обижен.

— Наверно, в КВД поехал. — продолжил я, усмехаясь про себя.

— КВД? А что это?

— Кожно-венерологический диспансер. Женька там то ли триппер, то ли гонорею давно лечит.

— Триппер? — она побледнела.

— А что? Словил где-то, он вообще неразборчив. С разными шалавами спит. Да что с тобой? Ты то чего боишься? Она бытовым путем не передается. Только половым... Только я вот что думаю... у Женьки он, скорее всего, хронический. Может, и не излечим. Жалко парня! Так что он должен заниматься этим делом только с презервативом. Иначе опасно для жизни.

Судя по лицу Вики, вчера презерватива у Женьки не было. Я еле сдержал смех, и быстро смылся. Да и сама она стремительно бросилась к компьютеру. И я даже знаю слово, которое она забила в гугле. Пусть понервничает, ей полезно! Дает, кому попало!

Наш отдел — чисто мужской. Шеф, Женька и я. Хорошо, что Вика не в нашем отделе, она в штате бухгалтерии. Поэтому и сидит постоянно там. Занимается она только бухгалтерией, больше никуда не лезет, да и не соображает. Про железо — вообще молчу. Я представил, если бы Вику посадили в нашу комнатушку... .

Про шефа я молчу, чем он занимается — это сплошная загадка. Ну а Женька — сисадмин, он гораздо круче и опытнее меня. Там где я трачу часы, решая очередную проблему, Женька делает за несколько минут. И ещё... знает Линукс... для меня пока это что-то заоблачное. Я самый молодой, и по возрасту, и по опыту, поэтому и бегаю больше всех. И это при меньшей зарплате. Высшего образования у меня нет, всё что могу, это разобрался я сам. Нормальным сисадмином пока не потяну, но кое-что могу делать. А пока я аникейщик, кого вызывают, когда видят на экране: Press any key!

Я вернулся в нашу комнатку. Шеф уже вряд ли появиться... так что сегодня я один, да ещё и вечером задержаться придется, сам обещал к утру комп сделать. Попробуй не сделать! Завтра же шефу наябедничают.

Я уже всё заканчивал, последний тест винта (слава Богу, хоть он живой оказался), и можно будет отправляться домой. В конторе уже давно царила тишина, все разошлись по домам. У нас не принято работать после шести, только в самых неотложных случаях. Да и опасно, директор считает, что на работе задерживаются только бездельники, которые не выполняют работу в положенное время.

Я особо не торопился... дома меня никто не ждал, тетку я на выходных увез на дачу, где она живет больше, чем в городе, только вот в магазин надо заскочить, хлеба да молока взять.

Обычно дверь в нашу комнату мы никогда не закрываем. Так и воздух посвежее, и стучаться к нам не надо. И все видят — мы упорно трудимся, не отрываясь от экрана монитора. Особенно Женя, главный любитель "Косынки". И народу ясно, дверь закрыта — нас нет. Или водку пьем.

Неожиданно для меня в коридоре послышались шаги. И вроде женские. Уборщица давно уже ушла, и кто же это в такую позднюю пору?

К моему удивлению, в дверях моей комнаты нарисовалась Татьяна.

— Как мой компьютер? Ещё живой?

— Утром поставлю. А ты что так поздно? Ты же вроде ушла с работы.

— Да вот... шла мимо, твоё окно светиться, решила зайти, узнать.

Она зашла в комнату, осмотрелась и уселась на Женькин стол. Я слегка удивился. Рядом же стул стоит. Если мой стол был завален всяким железным барахлом, да ещё на нем стояли два монитора, то Женькин стол был всегда чист и пуст. Ж/к монитор и клавиатура прижаты к стенке, и совсем не мешают.

Татьяна погладила рукой по столу.

— Это и есть знаменитый Женькин сексодром?

— А что... знаком? — я удивился и ехидно усмехнулся.

— Да нет... кое-кто рассказывал. Мне даже самой интересно стало...

— Ну... тут ты сегодня пролетаешь. Женьки нет!

— А ты, что не сможешь его заменить?

Нечего себе шуточки Так открыто мне предлагают в первый раз. Я растерялся и ляпнул.

— Не получиться... у меня презерватива нет.

— Без проблем. — она расстегнула сумочку и достала упаковку. Импортных...

Мне всё казалось, что она шутит надо мной. И эта улыбка... и глаза какие-то странные, шальные. Но я решился и поднялся со стула. Подошел к ней, потрогал коленку.

— Двери замкни! — сообразила она. А я ведь даже и не подумал.

Неожиданно я успокоился. Я что, мальчик? Были у меня... и не одна. Даже на сеновале. Но там происходило как бы само собой. И почти всегда под градусом. Раздевались, ложились и тогда только начинали. Я хихикнул... в последний раз даже до этого не дошло. Я, как упал в кровать, так сразу и уснул. А проснулся утром один.

Я вернулся к Татьяне, и не удержался, всё же спросил.

— Тань... а ты замужем?

— Да ты не бойся, замужем я, замужем. — она засмеялась, раздвинула ноги, подтянув вверх короткую, но тесную юбку. Беленькие трусики меня сразу возбудили. И я не стал медлить. Но только я начал снимать с неё трусики, как зазвонил её сотовый телефон. Она вытащила его из сумки.

— Слушаю, Александр Васильевич! Да нет... я здесь, в конторе... уже собираюсь. Сейчас спущусь! Да... как и договаривались.

Она отодвинула меня, соскочила со стола, натянула трусики.

— Мне пролёт? — я криво усмехнулся. — Это твой... э... ухажер?

— Ну почему... — она игриво прищурилась. — Ты знаешь, где я живу?

— Да вроде недалеко... точнее не знаю.

— Два квартала! Через часик! — она выдала мне адрес, номер своего сотика и убежала вниз, постукивая каблучками.

Я честно выждал час, и отправился по выданному адресу. Позвонил по сотику... и тишина... Татьяна не брала трубку. Постоял у её дома... усмехнулся... мерс нашего директора ещё стоял у её подъезда.

Вспомнил Шарикова из "Собачьего сердца" — В очередь, сукины дети, в очередь! А может это и престижно? Трахать после директора... Плюнул, завел свою Тойоту, и отправился домой. Спать надо, а не по бл... шарахаться!

Утром, на работу, я приехал пораньше. Пока не появилась Татьяна. Что-то мне не хотелось видеть её. Я поставил ей компьютер, быстро всё проверил и смылся с бухгалтерии. Подальше от удивленных глаз зама главбуха. Она в первый раз увидела меня так рано на работе.

Чуть опоздав, появился Женька. И сразу умчался в бухгалтерию. Я хихикнул, от Вики он сейчас огребет. И точно... Женька появился растерянный и обиженный.

— Блин! А вчера здесь ничего не произошло? — я скривился, эту свою вторую кличку я просто ненавидел. Я же не виноват, что фамилия у меня Блинов. Но кличка преследовала меня с самого детства. Зря он это ляпнул, теперь мне уж точно его не жалко.

— Всё как обычно... только у Татьяны комп сдох. Система слетела. Но я уже все сделал.

— И что такое с Викой? — почесал голову Женька. — На меня, как зверь, набросилась...

— Этих баб не поймешь, сегодня она тебя любит, а завтра сковородкой! — я сочувственно покачал головой.

А через час у нас нарисовалась Татьяна. Я сразу изобразил сверхозабоченное лицо, и стремительно смылся, оставив их двоих. Даже двери за собой прикрыл.

Ещё через час я заглянул в бухгалтерию. Татьяны на месте не было. Странно, она что, меня там всё ещё караулит? Да вряд ли, и двинулся к себе. Ага, дверь закрыта, я немного толкнул её, на замке. Достал ключи, уже собрался открыть двери, как услышал странный звук... как стон. Прижав ухо к двери, прислушался. В комнате кто-то явно есть. Вроде как кто-то дышит. Легкий, сдавленный вскрик... равномерный скрип... это явно скрипит Женькин стол. Во как! Женька помирился с Викой?

И тут... неожиданно рядом со мной оказалась сама Вика. Откуда она взялась? Вот стерва... явно она подкралась на цыпочках...

— Пусти! — она даже слегка оттолкнула меня. И прильнула ухом к дверям.

— И кого он там... э... — прошептала она и замялась, стараясь подобрать приличное слово.

Я пожал плечами. Я и сам не знал.

— А мы и подождем! — прошептала она. — Надо и ей про гонорею сказать! Я что, одна страдать должна?

— Вика... извини, я пошутил, про триппер... — прошептал я, отодвигаясь на всякий случай.— нет у Женьки ничего.

— Да? — ехидно прошептала Вика — Ты пошутил? А откуда у меня такие выделения?

— Может это не триппер, может это другая гадость? Не помню названия...— ляпнул я, особо не разбираясь в венерических болезнях. У Вики распахнулись глаза.

— Тьфу на тебя! Не каркай! — она перестала шептать и заговорила в полный голос. В комнате стихло. Даже стол перестал скрипеть. И она, неожиданно громко, сказала.

— Здравствуйте, Александр Васильевич. Вы к айтишникам? Да здесь, здесь... я сама видела, только что зашли! Женя точно там! — и Вика постучала в дверь. — Женя! Тебя директор хочет!

На меня накатил приступ смеха, я еле сдержался. Вика продолжала барабанить в дверь.

Наконец дверь тихонько приоткрылась. Вика сразу засунула туда свой любопытный нос.

— Ой... да это же Танька!

Я оглянулся... мы с Викой были уже не одни. Любопытных было уже неприлично много. И самое скверное... к нам и правда приближался директор. Я сразу отодвинулся от двери, и смешался с небольшой толпой.

— Подруга! Поздравляю! Тебя наградили гонореей! — сходу выдала Вика. И осмотрела любопытных женщин. — Интересно... и кого этот козёл ещё заразил?

Я, конечно, сомневался, всё же Татьяна не дура, вроде Вики, и вряд ли бы дала Женьки без презика. Так что ей опасаться было нечего. Но кто про это сейчас подумал?

— И что здесь происходит? — голос у нашего директора истинно руководящий. Сразу захотелось броситься с докладом, да ещё и поклониться не забыть. Я едва переборол себя.