Круги на воде

Круги на воде

Круги на воде бесконечны —

И были, и будут всегда.

Они разбегаются вечно,

Бегут и бегут в никуда.

Круги на воде безмолвны —

Гаснут, не дав ответ,

А вновь набежавшие волны

Смывают таинственный след...

(В. Голубев)

Земля благословенная

Закрыта от людей,

Ограждена от бренного

Кругами на воде.

Но раз случится странное:

Сквозь вереницу лет

Придёт искатель Знания,

Которого уж нет.

Собрата по оружию

Он заберёт с собой,

Чтобы забыть ненужное

И вновь вернуться в бой.

И круг Благословенного

Оставит чёткий след —

Эпоха Возвращения

Начнётся на земле.

I. Лес за деревьями

Я часто смотрю назад, в прошлое. Что сделано, что не сделано... и то, что могло бы быть сделано, если бы не... Одни называют это судьбой, другие — божьим промыслом, а я — эффектом маховика. Изредка — эффектом лавины. Стоит раскрутить маховик, и он будет вращаться ещё долго-долго. Попробуй-ка остановить! А когда незаметное на первый взгляд событие влечёт за собой другие, уже не столь незаметные, становится страшно сделать лишний шаг. Вдруг, раздавив паука, ты приблизишь конец света?

Вспомните, какие широкие круги расходятся по безмятежной до того водной глади, если бросить в неё крошечный камешек. Так получилось, что секундное невнимание двух-трёх разумных существ повлекло такие события... нет, дела, о которых мы и не подозревали раньше. Не значит ли это, что этнографическая экспедиция по югу Обитаемых Земель, величайшее путешествие через океан (всё же язык не поворачивается назвать это круизом) и падение завесы тайны над самой почитаемой эльфийской святыней... неужели всё это было вызвано чириканьем мелкой пташки?

Да что это я, на самом деле? Эффект лавины проявляется во всём, что касается этого мира. Взять хотя бы те пророчества, на которые здесь едва ли не молятся. С некоторыми из них я познакомилась при обстоятельствах, отличных от благоприятных. Если б не они, людям жилось бы куда проще. Но это лично моё мнение. Что за жизнь такая: и не чихнуть без того, чтобы кто-нибудь не принял это за знак свыше!

Может, некоторых злодеев потому и назвали злодеями, что их угораздило не вовремя чихнуть?

Мне долго вбивали в голову: возлюби ближнего своего и весь этот ср*ный мир, и тогда наступит рай. Только мне этот рай и вовсе без надобности, я и на этом свете ещё не соскучилась. А в последнее время... ну, делать больше нечего, кроме как возлюбить ближних. Клинком по горлу. Тех, кто остался в живых или притворяется таковым. А что бы вы думали? Только что мы с ребятами сражались с целой бандитской группировкой армейского размаха, почему бы в компанию нечистиков не затесаться парочке настоящих зомби? Их, правда, выловили в самом начале массовой сдачи врага в плен, связали и усадили на высоком холме — воинам на потеху. Рекомые зомби пинались, брыкались, желая освободиться любым способом. Ещё хотели притвориться живыми, но их выдавали то застрявшие в синюшной коже шейные позвонки, то неестественный запах изо рта, то... нет, не стоит, а вдруг дети маленькие прочтут? Короче, у одного из живчиков неожиданно для окружающих (да и для него тоже) отвалилась и упала на землю крайне важная конечность. Имеется в виду не голова.

Нет, я серьёзно! Просто стриптиз а-ля Робби Уильямс. Есть такой британский "певун", так вот, в одном его клипе мужик разоблачается — сначала снимает одежду, затем — кожу, после этого в зрителей летят куски мяса (на вид — трёхсотлетняя слонятина), а заканчивается всё это банальным скелетиком. Тут, слава Силам, до скелета не дошло, но всё равно очень противно, даром что упавшая конечность была не больше Лизиного указательного пальца, да и то если обстричь ей ногти.

Казалось бы — что ещё нужно для полного счастья? Выиграли страшную, кровопролитную войну (или не войну, а сражение?), выполнили, можно сказать, свою миссию. Живи да радуйся, разве что затесалось какое-нибудь шило в мягком месте. В том-то и дело, что шило как раз есть, и не одно, причём у них и имена есть. Керриэль из Деллари, служитель Тверди Земной, и Рувио Фейлиц Гилейре, настоятель Храма Истинного Света. Вроде бы и люди самые уважаемые... кем, интересно? Вот не встретились бы эти господа на моём пути!

Явились они — вместе, между прочим — через несколько минут после того, как самые страшные враги булькнули в речке или же были разделаны на собачьи консервы гномьими топорами. Ладно Гилейре, он же маг, белоручка, что ему какие-то Хранители? Новых наберет, если что. А вот Керриэль... сама ж видела, драться он любит и умеет. "Сколько зим, сколько лет — где тебя носило"... На аудиенции у короля Аратана, что ли? Главное, чтобы Ника не услышала, а то в последнее время этот деллариец у неё — прям ангел Божий. С крылышками... И хоть бы намекнула про день свадьбы! Спрашивать бесполезно и небезопасно: в конце концов, у человека всего лишь тридцать два зуба, и это в лучшем случае.

Короче, настроение у меня в тот момент было самое отвратное. Только что, казалось, совершили невозможное, и вот те на! Искать Алтарь Света! Что это, если не шантаж? Сделай то, сделай это... жуть. Как бы на самом деле не потребовали кольчугу из шкуры с задней части дракона. И т'олры эти неизвестные. Надеюсь, Клейтас сумеет с ними договориться, всё-таки он Перворожденный — и старше, и опытнее остальных в нашей гоп-компании. Не может такого быть, чтобы наш белоозёрский друг не смог подобрать ключик к зелёным остроухим островитянам.

И только я успела об этом подумать, во всей красе проявился упомянутый эффект лавины или те же круги на воде. Кто б мог подумать!

Значит, так. Официальные лица Ордена уже обговаривали детали предстоящего похода на остров Тор Дара, согласовывали сроки. Каждый занимался чем мог. Вояки подсчитывали потери и крепко материли Азгара. Ош Даруш медленно прохаживался по ристалищу и плевал в каждый муатийский труп, попавшийся на глаза. Честно говоря, я его понимала. Что же до моей скромной персоны, то я уже начала отходить от депрессии, встала и уже подумывала было искать Зейтта, чтобы выяснить, куда этот гаврик запропастился с моими вещами.

И вдруг, ни с того ни с сего — могильная тишина. Даже вороны и собаки замолчали. Что-то тут не так! Я понимаю — люди, но животные? Я прищурила покрасневшие от дыма и напряжения глаза и наконец заметила в глубине враз остолбеневшего войска какое-то движение.

-Что это? — спросила я, не обращаясь ни к кому конкретно.

Рядом со мной оказалась Астра, но и она не ответила. Просто вглядывалась туда, где эльфийские и гномьи воины расступались... перед кем? Вскоре можно было разглядеть, что эти "кто-то" — четверо эльфов, несущие пятого на импровизированных носилках из собственных плащей. Ничего не понимаю. Раненых вокруг не так мало, чтобы глазеть на беднягу, как на диво. Волосы эльфа цвета солнечного луча, в которых запуталось чёрное перо неизвестной птицы, почти касались земли, на лице — смертельная бледность, глаза закрыты. Но все и так знают, что они серебристого цвета...

Клейтас.

Из толпы воинов выбежала тонкая гибкая девушка. Чуть грубоватое лицо, потёртая одежда, прямые тёмные волосы... что-то знакомое. Кажется, это Айвэ, названная сестра Клейтаса. Айвэ родом из Алманира. Биография проста, как телеграфный столб — круглая сирота, подростком ушла в наёмники, попалась на превышении полномочий, сидела в тюрьме и уже примеривалась к пеньковой верёвке одного человеческого князька, но Клейтас появился как раз вовремя и вернул её к честному ремеслу наёмницы. Как ни странно, никакой романтики между ними так и не завязалось, и они считали себя кровными братом и сестрой. Я её часто видела в Перекрёстке ещё до тех пор, как началась война. Айвэ не было и сорока лет, что для эльфов — практически детский возраст; ну, а выглядела она едва ли не младше меня.

-Помоги ему, Aenatar! — она встала прямо перед Гилейре и опустила взгляд. — Помоги. Я не постою за ценой!

Голос Айвэ готов был сорваться на крик. А ведь я слышала его другим, звонким, сильным... Айвэ пела древние песни своего народа и вдохновляла белоозёрцев на битву. Её имя и означало — "птичка". Как же её звали по-настоящему? Надо вспомнить, если ни о чём хорошем не думается... потому что смотреть на Клейтаса превыше моих сил! Бывает же так! Его нам навязали против воли, и за тот короткий срок, пока мы сражались плечом к плечу, он как-то незаметно стал всем другом. И вот он истекает кровью у нас на глазах! Как такое могло случиться?! Битва-то уже закончилась, давно не стреляют, да и клинками не размахивают...

Гилейре посмотрел на Айвэ и жестом отстранил её с дороги. Не говоря ни слова, опустился на колени перед раненым и разорвал плащ на его груди. Я заставила себя посмотреть вниз.

И он ещё жив?!

Каким бы мизерным ни был мой боевой опыт, я всё же знаю: после таких ран не живут. Сквозная дыра с запёкшимися чёрными краями, сантиметров восемь-десять в поперечнике, и ещё ввинчивающаяся в живот чёрная воронка. Гилейре побледнел.

-Спаси его, Aenatar! — повторила Айвэ.

Настоятель опять ничего не ответил, но простёр руки над ранами Клейтаса. Ну, пусть у него получится! Что, жалко, что ли? Не зря ж его называют "святым отцом"... из ладоней Гилейре вырвался слепящий голубой свет. Я скрестила пальцы и зажмурилась, а когда вновь рискнула открыть глаза, узрела ещё один провод для пессимизма. Сквозная дыра никуда не делась, хотя уменьшилась вдвое и перестала быть собственно сквозной. Зато дыхание Клейтаса выровнялось и щёки уже не были такими синюшными.

Айвэ закричала. Клейтас дёрнулся и открыл глаза. Ош Даруш подошёл вплотную к нему и прошептал:

-Это оно. Я чувствую...

Клейтас слабо улыбнулся. Гилейре переменился в лице, пробормотал какие-то заклинания, и из ран эльфа потянулся чёрный дымок.

-Руэйл... — прошептал Фрекатта. — Тьма поглотит Свет...

Руэйл, руэйл... где же я могла слышать это слово? Точно! Дайнрил рассказывал, что восемьдесят лет назад Хранители пытались помешать ныне покойному Хиссе заиметь полный набор доспехов и оружия из так называемого "металла тьмы". Неудачно, кстати, пытались. Так вот, этот самый "металл тьмы" и называется руэйл. У-у-у! Как же не повезло нашему Клейтасу!

-Как это было? — спросил Керриэль.

Айвэ сверкнула глазами и выпихнула вперёд невысокого ушастенького эльфийского подростка. Что этот-то здесь делает?! Наверное, связной или что-нибудь в этом роде. Подросток долго мялся, краснел, переминался с ноги на ногу и наконец донёс до слушателей весьма поучительную историю.

Мораль сей басни такова: чтобы остаться в живых, лучше всего отрастить себе глаз на заднице и не расслабляться. А было всё так. Клейтас инспектировал своё войско и зашёл в глубокий тыл врага. Там его поджидал сюрприз. Из шатра выскочил огромного роста муатиец, вся рожа в шрамах, и (если верить пареньку) с диким хохотом ринулся на Клейтаса и его окружение. Айвэ в тот момент с ним не было, она, вот незадача, разыскивала Перворожденного по другую сторону Перекрёстка. В общем, драчка напоминала скверный фильм ужасов. Что может сделать пара кинжальчиков против длинного, в рост человека, чёрного клинка? Клейтас, не будь дурак, выбросил кинжалы и подобрал валявшуюся поблизости бесхозную реарду. Однако ни многовековой опыт, ни эльфийское мастерство не помогли ему победить. Клейтас получил лишние дырки в теле, а муатиец просто "растворился в клубах чёрного дыма", сиречь исчез. По этим признакам в косоглазом определили волшебника, да только раньше надо было думать! Белоозёрцы не смогли вылечить раненого с помощью своей магии, а уж отомстить за него — тем более. Поэтому невезучего эльфа погрузили на носилки и отнесли к сильнейшему светлому магу, которого смогли найти. Ещё хорошо, что Гилейре не сбежал, как можно было бы подумать, в Храм Света, и смог вплотную заняться Клейтасом. И всё бы ничего, если бы ещё Перворожденный был ранен не клинком из руэйла!

-Интересное кино, — пробормотала я. — Теперь у каждого муатийского маньяка есть меч из руэйла... почему же они тогда всех в капусту не порубали?

Айвэ посмотрела на меня, словно размышляя, к какой матери меня послать. Кстати, интересно, почему если привечают, то по-отечески, а если посылают, то по матери? Гм... в общем, она нахмурилась и повернулась к остальным белоозёрцам:

-Кто этот колдун?

Эльфы по очереди пожимали плечами, наверное, им тоже не доводилось раньше видеть этого гаврика. Откуда ж он явился, таинственный такой? Айвэ и думать забыла о предполагаемой обиде и только сильнее хмурилась. Правильно. Каждому — своё. Пусть Айвэ возмущает невнимательность собеседников, а я чихать на это хотела, лучше уж займусь чем-нибудь поинтереснее. Маникюр — медикам, педикюр — педикам. Извиняюсь за грубое выражение.

А Гилейре, уже в сопровождении Фрекатты, Кхарто и Астры, продолжал шаманить над Клейтасом. Похоже, среди нурекнийских магов вновь в моде резонанс. Если б это ещё и помогало, цены бы резонансу не было! Кошмарные воронки никак не желали затягиваться до конца. Правда, чёрная кровь уже стекла и впиталась в землю, и то легче...

-Рита! — закричал Кхарто. — Живо давай сюда стрелу из вьелшана!

Я послушно выполнила приказ. По крайней мере, хуже ему уже не будет. Куда уж хуже! Кхарто виднее. Может, и правда металл света поможет нейтрализовать металл тьмы? А у Гилейре от изумления глаза на лоб полезли, как только он стрелу увидел. Наверное, он, как все, решил, что стрелы Солле сгинули пятьсот лет назад вместе с ней самой. Однако сориентировался мужик быстро: оторвал наконечник, примотал его к груди Клейтаса какой-то жёлтой тряпицей и высочайше повелел всем окружающим убираться вон минуток на сорок. Мол, от чар, которые он собирается применить, можно и в рассудке помутиться. Хотя, кажется, моложавый дедок просто трясётся за профессиональные секреты или возжелал тишины и покоя. Как в нашем городе: никому не верь. Это и правильно, вопрос в другом. Что, например, лично мне делать все эти сорок минут?

Ну, сначала занятие нашлось. Нужно было оттащить от колдовского круга упирающуюся, как баран, Айвэ. Ей всё время казалось, что от лечения не будет толку и названный братец склеит ласты за время её отсутствия. С проблемой разобрался Зейтт: просто подошёл сзади и стукнул упрямую девчонку по шее ребром ладони. Айвэ рухнула мешком, а я всерьёз испугалась за сохранность её шейных позвонков. Ничего, обошлось... Прежде, чем дахрейец успел улизнуть с места преступления, мне удалось поймать его за плащ:

-Где моя сумка?

-У стены. Пусти! Дай пройти!

-Тролля с два.

-Чего тебе?

-Хочешь заработать золотой?

-Кто ж откажется? — он философски пожал плечами.

-Прелестненько. Тут, видишь ли, такое дело... я расстреляла почти все стрелы.

-Найди кузнеца.

-Тебя никто не просит их ковать. Вокруг же так много бесхозных...