Триединство: Светоч Любви Часть 1

Посвящается свету мечты

и её вдохновляющим истокам

Предисловие

Что такое жизнь? Вопрос довольно простой, но вот ответов на него найдётся ровно столько, сколько бьётся под чистым небом сердец. И определяющим для каждого будет своя, особенная, истина. А сколько в нашем огромном мире осталось необъяснимого, недоступного нашему сознанию? Ровно столько, сколько у нас осталось веры. И остаётся только чувствовать Их, держа постоянно в сознании всем с детства знакомую фразу: "Сказка ложь, да в ней намёк...". К любой истории можно подобрать ключ, какой будет у этой — судить Вам, и пускай вам в этом помогут чувства, идущие из глубины души.

"Капля света упала на водную гладь, и по ней волнами во все стороны разошлись многоцветные и разнообразные миры. И были у этих миров свои хранители, которые лелеяли и дополняли их".

(поэтический трактат Верхних Миров)

"И свету радуемся мы, что с сердца глубины

идёт"

(записано со слов светодаров)

"Расправь свои крылья, лети!"

(шёпот мечты)

Часть 0

Смех и радостные объятия — Добро пожаловать!

:Ветвь корневая:

∞☼∞

— А знаешь, я её нашла, — сказала она, рассекая, украшенный звёздным сиянием воздух ночного города. Ветер радостно обнял её белые крылья и тихо прошептал ей на ухо: "Я знал". Город продолжал жить своей жизнью, а небо с интересом наблюдало за рождением новой судьбы, ростки которой, такие хрупкие и прозрачные, проросли ещё давным-давно, в далёких и уже позабытых историях запредельных территорий. "Добро твориться именно здесь и сейчас. И я не хочу это пропустить", — подумал кто-то, и зажёг на небе ещё одну яркую звезду...

Лёгкое дуновение ветра и воздух наполнился тонким ароматом роз. Где-то, вверху, облака с тихой радостью обменялись звонкой мелодией. Белые крылья взмахнули. Взмах, другой и вот уже впереди нежный тёплый свет. Влажные ватные облака оставлены позади, и внизу на всю ширь горизонта раскинулся лёгкий как небесная гладь и струящийся как воды океана на ярких лучах солнца, Град. Воздух словно дышал счастьем.

Прекрасная, как ангел, девушка, светящаяся в нежных лучах света, радостно закружила в воздухе. Она расправила свои белые крылья, наслаждаясь прикосновением ветра, её глаза довольно прищурились, играя лучами солнца в уголках. Затем она перевела свой взгляд в сторону воздушно-прозрачных, но всё же реальных куполов и башен города. Взмах, другой, и край её белоснежного, расшитого золотом платья, коснулся белой мраморной, мощёной дороги. Она сделала шаг, и воздух словно запел задорной мелодией, которая плавно переходила в нежное смирение. Девушка прошла ещё немного вперёд и улыбнулась.

— Я снова здесь, душа моя! — её улыбка сделалась шире, а глаза заблестели счастьем. Руки радостно потянулись навстречу, и девушка утонула в нежных объятиях Мильшальма.

— Прости, родная, мне пришлось тебя немного здесь подождать, — радостно улыбнулся Мильшальм, глядя в глаза Эрне.

— Ничего. Я тебе прощаю, — сказала она, и они звонко засмеялись.

— Ну, право! Где ты была? Я тебя везде обыскался. Подумал, если тебя уже и здесь не найду, то придётся мне обратиться за помощью. Тебя не только Эфир не смог найти, даже Ирби не удалось взять твой след. А ему это всегда было под силу.

Эрна задумчиво улыбнулась:

-Эм, знаешь, родной мой, ну, не совсем я терялась. Меня просто задержали в одном из миров этой Вселенной. Просто у меня не было никакой возможности вам об этом сообщить.

— И в каком из миров не было возможности с нами связаться? — нежно спросил Мильшальм, пытаясь поймать то и дело прячущийся взгляд Эрны.

Эрна на мгновение замерла, затем весело подняла голову и бодрым голосом произнесла:

— Ты всегда умеешь найти подходящий вопрос, чтобы вот так прямо и точно ударить в самую глубь сознания, Мильшальм.

— Не отклоняйся от вопроса, милая, — продолжил Мильшальм, и внезапно что-то заставило его обернуться. Лицо Эрны засеяло радостью, а в глазах пробежали тёплые лучистые огоньки.

-Му-р-р-р, послышалось где-то чуть в стороне от Мильшальма. Воздух сделался плотнее, волной чуть отошёл назад, вновь вернулся в прежнее состояние, выталкивая вперёд разноцветные светящиеся частицы.

...Сердце моё поёт, а душа сияет..., — в воздухе тихо послышался весёлый насвистывающий напев, который становился всё громче и громче.

— Окаэри, родная! И чего это тебе на месте не сидится, крылатая Эри?

Перед ними стоял белоснежный с черной пятнистой россыпью на шерсти Ирби, их старинный друг и брат по духу. Он радостно обнял их своим взглядом, который всегда оставался немного пристальным, будто бы он постоянно был на чеку. Однако всё же эта большая пятнистая кошка умело скрывала свою настороженность, никогда не выказывая свою потаённую сторону характера, и радовала своих друзей задорной весёлостью и умением в нужный момент поднять настроение любому чувствующему в мирах.

-И ты туда же, Ирби?! Ну не надо! — взмолилась Эрна, глядя в тёплые глаза ирбиса.

— Мильшальм, по-моему на нашей стороне теперь преимущество, не правда ли? — легко произнёс Ирби и подмигнул Мильшальму. Тот в свою очередь, прочитав мысли во взгляде своего друга, снисходительно улыбнулся.

— Ну, мы теперь-то дождёмся нашу настоящую, чистосердечную и бесстрашную Эрну? Мильшальм проникновенным нежным взглядом глянул на неё, но в его взгляде всё же проскользнула тщательно скрываемое беспокойство.

— Да, дорогая наша! Придется, — поддакнул, а вернее подрявкнул, Ирби и положил свою лапу Эрне на левое плечо.

Эрна озадачено посмотрела на ребят, которые искренне хотели понять, что же произошло. В её поле зрения случайно попало уходящее к горизонту солнце, которое накрыло Град тёплой оранжевой дымкой. Эрна прислушалась и почувствовала тревогу в душе самого родного человека для неё во всех мирах и всех рождениях. Она подняла глаза и просто глянула на Мильшальма.

"И почему мне всегда так просто говорить тебе даже самые сложные для меня вещи?", — мысленно произнесла Эрна, чувствуя, что вновь тает, прикоснувшись к его душе. Теперь она наконец-то свободно вздохнула, опять чувствуя естественность каждого своего движения.

— Дай мне свою руку, пожалуйста, — произнесла она, и её голос вдруг стал серьёзным, даже чуть усталым, а глаза стали немного грустными.

Мильшальм тут же взял её руку и спрятал между своими ладонями.

"Я всегда рядом, — произнёс его взгляд — Даже когда далеко. Я всегда тебя чувствую. Это может и невероятно, но я всегда чувствую твои эмоции, а через них и твои мысли, будь ты даже на Ариайе", — мысленно произнёс он, глядя в глаза Эрне.

Эрна ласково улыбнулась Мильшальму, чуть наклонив голову.

"Знаю, любимый. Я очень тебя люблю", — ответила она и тут же краем глаза весело посмотрела на Ирби.

— Я решила поискать одну монаду, или эльнрике. Вы знаете, что это просто разные названия в разных пространствах одного и того же явления.

— Ту самую монаду, которая ознаменована своим единством, вернее, если говорить точно, то ознаменована способностью сочетать гармонию в единстве? — удивлённо произнёс Мильшальм.

— Именно.

— Постойте! — поспешно встрял Ирби, обличив при этом свой настороженный взгляд: — Зачем вы говорите о нас самих, так, будто это некто другой. Это ведь безумие!

— Ирби, брат! Чего ты вспылил? — спокойно спросила Эрна.

— Я не зря добавила понятие "Эльнрике". Ведь Вселенных много, а наша семья одна, единственная, на неё никто не посягает,— закончила она, нежно улыбнувшись растерянному ирбису.

— К слову о семье, — будто вспомнив о чём-то, добавила она.

-Перед тем, как пересечь третий Переход, я услышала, что наш ясный Яоль задумал грандиозный проект по разбивке новых Садов.

Мильшальм и Ирби переглянулись.

-Удивительно! Как она быстро умеет менять тему разговора, — озадаченно констатировал Ирби.

-Мне что, уже и о ребятах вспомнить нельзя? — с непосредственным возмущением взглянула на них Эрна.

— Нет. Давай ты вначале о своём путешествии расскажешь, — неумолимо возразил ей Ирби, не давая при этом и слова сказать Мильшальму, который явно хотел вступиться за Эрну.

— Сразу видно, что ты слишком много в последнее время общалась с Эфиром, и стала, в конце концов, такой же ветреной, как и он, — с улыбкой проговорил Ирби, прохаживаясь взад и вперёд перед Мильшальмом и Эрной.

— Ладно-ладно. Только не вредничай, Ирби, — ответила ему Эрна и продолжила:

— Я искала монаду... Ирби! Не смотри на меня вот так! Ладно. Будь по-твоему: эльнрике.

— И?

— Что И? — попыталась найти пути отхода Эрна.

— Ну, и застряла немного в одной из щелей Перехода, которая очень некстати оказалась на моёй дороге, — закончила она и отвела глаза в сторону, спасаясь от накатившейся внезапно беспомощности.

Мгновение Ирби и Мильшальм стояли молча, пытаясь ужиться с новой информацией. Мильшальм всё же слегка улыбнулся и просто произнёс:

— Не переживай. Каждый из нас мог оказаться на твоём месте.

— Да-а, — задумчиво протянул Ирби. — Оказаться одному в мире теней — дельце не очень приятное. Особенно, когда есть вероятность, что тебя может занести куда-нибудь далеко в его просторы.

Ирби говорил, а глаза его расширялись, будто бы он сейчас был там лично.

— Говорит так, словно сам побывал в такой ситуации, — смущённо кивнула в его сторону Эрна.

— Причём не раз, — присоединился к её мысли Мильшальм.

— Ну-у, — заметив их взгляды, растеряно протянул Ирби: — С кем не бывает. И увидев, что реакция их не изменилась, хитро сузил глаза и вкрадчиво добавил:

— Ты же сам так сказал, брат, — произнёс он.

— Ладно. Не переворачивайте мир верх дном, чтобы только докопаться до глубин моей памяти, — он махнул лапой и мило улыбнулся.

— Не хотел просто я вам говорить тогда... — тихо добавил Ирби.

— Ага! Так вот значит как! — сказала Эрна.

— А мне, значит, нужно было всю душу наизнанку вывернуть. Мильшальм? — и она вопросительно взглянула на него, прося его о помощи.

— А это не я тебе душу выворачивал, — встрял ирбис: — Это Мильшальм. Он за тебя очень волновался, места просто себе не находил.

Эрна озадачено взглянула на Мильшальма, который вдруг показался ей измученным и уставшим, но это её видение быстро исчезло — он очень над этим постарался. На его лице вновь была лёгкая улыбка, а взгляд ласково говорил: "Не волнуйся -всё в порядке".

— Вот и поговорили, — ни с того ни с сего торжественно произнёс Ирби.

Он дёрнул хвостом, и, непосредственно насвистывая себе под нос какую-то песенку, обошёл по кругу (в направлении движения солнца) Мильшальма и Эрну, которые стояли друг напротив друга.

Закончив свой обход, он завернул в сторону и оказался между двумя влюблёнными. Ирби приподнялся и с серьёзным деловым видом раскинул свои передние лапы в стороны, касаясь, таким образом, сердец обоих. Затем он два раза повернул голову: один раз в сторону Мильшальма, другой раз в сторону Эрны — каждый раз при этом играя своим деловым выражением лица. После этого он быстро опустился на все четыре лапы и поспешно попытался дать задних, поскольку выражение лиц Эрны и Мильшальма говорили гораздо красноречивее тех мыслей, которые Ирби благополучно успел прочесть.

— Ну, Ирби! Ну, сорванец! — не имея сил сдержать себя, крикнул Мильшальм вслед улепётывающему ирбису и, повернув голову, встретился с беспомощным взглядом Эрны, лицо которой к этому времени успело чуть порозоветь.

— Я домой, — уже издали послышался задорный голос ирбиса. — Кому надо, тот знает, где меня найти.

— В библиотеке, — в один голос с досадой крикнули ему в след Мильшальм и Эрна, зная, что именно там он меньше всего желал бы оказаться.

Вверху, над их головами пролетели две птицы невиданной красоты: Жар — Птицы. Вернее их праобразы. Они были как и этот мир, его частью — дымчато-прозрачные, но не лишённые при этом красок. Когда на их оперенье попадали прямые солнечные лучи, они горели всеми цветами радуги, но преобладал в этой палитре в большей степени огненно-жёлтый цвет. Птицы склонили головы в знак приветствия Мильшальму и Эрне, а они в свою очередь ответили им своими сердцами. Внезапно Мильшальм посмотрел на Эрну и сказал:

— А знаешь, я ведь действительно очень испугался за тебя. Это правда, — произнёс Мильшальм глядя в глаза Эрне. — Это правда.

— Но с чего, милый мой? Ты же всегда можешь прийти мне на помощь, ведь мы крепко связаны друг с другом, духом и душою, — не понимая причины его страха, ответила Эрна. Она ласково улыбнулась и прижалась к нему, склонив голову на его груди.

— Я чувствую твой дух, тот самый, дух нашего дома Ариай. Ведь там мы встретили друг друга, помнишь? — и она приподняла голову, глядя ему в лицо, ловя каждую его черточку.

— Как мне такое забыть? Ещё бы! Передо мной стоит такое прекрасное напоминание, — улыбнулся ей в ответ Мильшальм.

— Прекрасное? — задорно переспросила она, пристально глядя ему в глаза, и в них промелькнули светлые огоньки.

— Прекрасное и самое-самое дорогое в моих жизнях. Я ни за что в жизни не хочу тебя потерять, — радостно сказал он, кружа её в своих объятиях.

— И не надо, — мягко ответила Эрна, а её глаза радостно смеялись. — Я, правда, в самом начале немного опасалась. Ну, это тогда, когда мы только готовились ступить на новый незнакомый нам путь, чтобы познакомиться с ребятами. Я говорю о нашем новом доме. Вот тогда я действительно боялась потерять тебя навсегда. Теперь нет.

— Я верю в твои слова, что ты всегда будешь рядом со мной, — Эрна оплела своими руками его шею, произнося эти слова, и нежно поцеловала его.

— Наверное, я слишком тебя балую, — ласково добавила она и её глаза блеснули игривыми огоньками.

— Не думаю, — чуть задумавшись, произнёс он и весело улыбнулся.

— Здравствуйте, гости дорогие! — послышался в стороне знакомый голос.

По большой мощенной, будто из белого мрамора, дороге вальяжной тихой поступью ступал высокий мужчина средних лет, одетый в королевское одеяние, расшитое богатыми золотыми узорами, которые струились будто живой ручей по белоснежной мантии и платью такого же цвета. На голове его была корона, украшенная драгоценными камнями, среди которых были и рубины. Всё сверкало и переливалось на солнечных лучах и казалось, будто человек был сделан из света. Но если присмотреться повнимательнее, все драгоценные камни были маленькими каплями света, а ткани его одежд были тоже вытканы из света, из его тонких нитей.

— Мильшальм! Эрна! — почтительно склоняя голову, произносил он их имена, давая понять, что он очень рад их появлению.

— Доброго времени суток, почтеннейший Страж Великого Белого Перехода, — радостно ответил на его приветствие Мильшальм. Эрна почтенно склонила голову в ответ.

— Доброй ль была дорога, или как обычно, — добродушно произнёс он, ласково глядя на гостей Небесного Златоглавого Чертога.

— Миленький ты наш, — уже непосредственно, радостно проговорила Эрна и с невообразимой лёгкостью подбежала к Стражу. Она сердечно обняла короля и тот, тая от тёплых чувств, превратился в большого белого льва с человеческими глазами.