Loose Cannon. часть 2. Глава 41

Алистер спросил его: "Как ты чтишь своих трех отцов?" Гарри с трудом мог запомнить имена всех троих — Поттер-Люпин-Блэк определенно не подошли бы к его квиддичной мантии. И Тедди продолжил бы дело Ремуса лучше, чем мог.

Гарри редко видел своего крестника Тедди и понял, что не смог обеспечить преемственность между Ремусом и своим сыном. Конечно, с младенцами было скучно, но Тедди, благодаря своим способностям к метаморфированию, был интереснее многих. Гарри задавался вопросом, когда же он станет достаточно взрослым, чтобы научиться летать.

У него был еще час до того, как ему нужно было уходить, поэтому он начал читать письма, которые ему присылали люди. По мере того, как он вскрывал один за другим конверты, ему становилось все меньше и меньше стыдно за то, что еще один человек узнал, что с ним плохо обращались. В конце концов, это была не его вина. Он написал ответы на некоторые из них — отвечать на все заняло бы слишком много времени — и отправил их с Лисандером.

Когда пришло время отправляться в Гринготтс, он решил отправиться через Дырявый котел. Аппарировать в Косой переулок в полдень было рискованным предприятием на случай столкновений — он сделал это накануне, поддавшись панике, но по какой-то причине в то утро он не боялся, что его заметят.

Он вышел из камина в "Дырявом котле", и через несколько секунд все разговоры прекратились. Но вместо того, чтобы выбежать за дверь, он сказал:

— Не причиняйте им вреда. Это все, о чем я прошу. Я мог бы сам причинить им вред, если бы захотел, но я этого не сделал.

Воцарилось молчание, а затем седовласая ведьма сказала:

— Ты хороший парень, Гарри. — Некоторые из посетителей бара кивнули. — И не позволяй никому отговаривать тебя от ношения мантий, — добавила она.

— Да, — сказала другая ведьма. — Почему ты их сейчас не носишь?

Он улыбнулся и сказал:

— У меня свидание с магглой, — прежде чем выскользнуть через заднюю дверь.

До Гринготтса было всего несколько минут ходьбы, и его тут же поприветствовал гоблин.

— Чем я могу вам помочь, мистер Поттер?

— Я хотел бы снять немного маггловской валюты.

— Да, конечно, — сказал гоблин, подводя его к прилавку. — Вы довольны зачарованными украшениями, которые мы вам вчера предоставили?

— Да, спасибо. На самом деле, это наводит меня на мысль... нельзя ли добавить какой-нибудь брелок к фамильному кольцу, которое я вынужден носить? Он указал на невидимое кольцо на среднем пальце левой руки.

— Что это за заклинание? — спросил гоблин.

— Заклинание, скрывающее шрам на другой руке. Это сувенир от Долорес Амбридж, о котором я предпочел бы забыть.

Гоблин осмотрел шрам Гарри и сказал:

— Да, он очень слабый. Для сокрытия этого не потребуется сильная магия. Если вы снимете деньги со счета, я смогу найти кого-нибудь, кто зачарует ваше кольцо.

Гарри подошел к кассе и снял со счета самую большую сумму маггловской валюты, какая только могла ему понадобиться в тот день, плюс еще двадцать пять процентов для пущей убедительности. В его голове промелькнул образ тощего беспризорника, одетого в школьную форму Дадли, которая была ему слишком велика, и Гарри представил, как он был бы потрясен, увидев себя в будущем, с таким количеством денег в кошельке. Это меньше, чем я заработал в "Кэннонс" на прошлой неделе, недоверчиво подумал он. И разрази меня Мерлин, если я когда-нибудь перестану быть благодарным.

Другой гоблин встретил его у прилавка и отвел в небольшой кабинет, где Гарри показал кольцо.

— Невозможно сделать кольцо менее броским, не так ли? Для будущих поколений, знаете ли.

— Боюсь, что нет, мистер Поттер. Это очень старое кольцо, и изменение его формы, скорее всего, приведет к его разрушению.

— Заманчиво... — сказал Гарри, но тут же отбросил эту мысль. — Кстати, я не могу снять кольцо сам, но было высказано предположение, что гоблин мог бы сделать это за меня. Это так?

— Да, я могу снять его, если хотите. Но снятие его означало бы, что вы отказываетесь от своих притязаний как главы Дома Блэков, и вы почти наверняка не смогли бы надеть его обратно.

— О боже, я не могу этого сделать, — вздохнул он и добавил: — Похоже, я застрял с этим — слава богу, я могу это скрыть.

Гоблин поколдовал над кольцом, и Гарри был в восторге, увидев, как исчезает его шрам. Интересно, сработает ли это с другим моим шрамом, лениво подумал он, но он знал, что никогда не скроет шрам на лбу. Это стало его эмблемой, и со временем все меньше напоминало ему о Волдеморте и все больше о той жизни, которую он создал после войны.

Выйдя из Гринготтса, он остановился у газетного киоска напротив и купил обновленный путеводитель по местам появления призраков в Великобритании. Казалось, он больше путешествовал по маггловскому миру, и это помогло бы ему узнать, где он может безопасно появляться. Все в газетном киоске разинули рты, когда он вошел — они явно обсуждали статью Риты, — и, совершив покупку, Гарри повторил то, что сказал в "Дырявом котле".

— Почему бы не навредить им? — спросил угрюмого вида подросток-волшебник. — После всего, что они с тобой сделали?

— Потому что в моей жизни было достаточно насилия, — ответил Гарри. — Это не закончится, пока мы сами не покончим с этим.

— Но они всего лишь магглы, — сказал подросток, что заставило некоторых посетителей перешептываться.

— Родители моей матери были магглами. Я собираюсь пойти на свидание с магглой. Ради всего святого, мы все люди. Ты когда-нибудь встречал магглов?

— нет.

— Может, тебе стоит. Не все они хорошие — мои тетя и дядя, конечно, не такие, — но есть много замечательных магглов, как и волшебников.

— Не могли бы вы оставить автограф на моей газете? — спросила ведьма.

Гарри посмотрел на нее с недоверием.

— Вы действительно просите меня подписать статью о том, как надо мной издевались? Я тоже человек, знаете ли. — Ведьма покраснела, и он добавил: — Извините, мне нужно бежать. Если вам нужен автограф, вы можете отправить мне сову с просьбой позаботиться о пушках.

Она кивнула, на ее глазах выступили слезы, и он ушел. Ух, у меня все было хорошо, и тут такое случилось. Он подошел к своему любимому уголку возле Гринготтса и сверился с путеводителем, где находится ближайшая к "Клариджу" точка аппарации, и через несколько мгновений был там.

Он глубоко вдохнул загрязненный воздух и улыбнулся. Ах, этот запах маггловского Лондона. Приятная анонимность. Здесь он был просто еще одним девятнадцатилетним парнем, хотя и необычно хорошо одетым, который собирался заплатить наличными за номер в "Кларидже".

Когда Гарри вошел в отель, у него учащенно забилось сердце. Мерлин Милостивый, это прекрасно освещенная версия Малфой-Мэнора! Здесь были даже люстры, похожие на ту, которую сбил Добби, позволив им сбежать. Гарри пришлось с минуту глубоко дышать и погрузиться в осознанность, чтобы снова почувствовать себя комфортно.

С оплатой его номера проблем не возникло, он был готов через несколько часов. Клерк, казалось, не удивился, увидев, что кто-то в возрасте Гарри платит за номер наличными. Я полагаю, они привыкли к богатым бездельникам с сомнительной репутацией. Он, вероятно, думает, что я связан с русской мафией.

— Наш консьерж может что-нибудь организовать для вас, мистер Блэк? — спросил клерк. — Например, заказать столик в ресторане или билеты в театр?

— Э-э, было бы неплохо заказать столик в ресторане. Где-нибудь в романтическом месте.

Продавец взглянул на наряд Гарри.

— Вам понадобятся пиджак и галстук, сэр.

— Это можно организовать, — сказал Гарри. — Моя следующая остановка — "Харродс".

— Очень хорошо, сэр. Если вы предпочитаете что-нибудь более оригинальное, мы можем прогуляться пешком до Сэвил-роу.

Гарри приподнял бровь.

— Я смогу купить что-нибудь в магазине или это нужно будет сшить на заказ?

— Они могут продать тебе что-нибудь на сегодняшний вечер, и ты сможешь вернуть это для переделки.

После того, как продавец записал его предпочтения в ресторане, Гарри вышел и нырнул в ближайший переулок, откуда аппарировал в укромное местечко возле "Харродса". У него было несколько минут, чтобы осмотреться, прежде чем встретиться с Пенелопой, что было очень кстати, поскольку она, вероятно, рассмеялась бы, увидев его вытаращенные от удивления глаза.

Гарри взглянул на цены и убедился, что рассчитал бюджет правильно, поэтому поднялся на эскалаторе в знаменитые закусочные, о которых даже он слышал. Он нашел прилавок с шоколадными конфетами и встал так, чтобы его было видно с эскалатора.

Пенелопа появилась через несколько минут.

— Я не могу в это поверить, — воскликнула она. — Ты действительно пришел.

— Конечно, я пришел! Ты принимаешь меня за лгуна?

— Ну да. По крайней мере, в некотором смысле. И ты должен признать, что то, что ты сначала избаловал меня, а потом повел в Claridge's, было немного притянуто за уши. То, что ты не сообщил номер кредитной карты по телефону, было очень тревожным сигналом.

— Я полагаю, так оно и было. Но посмотри! — Он выудил из кармана квитанцию. — Я заплатил за номер и за все остальное!

Она прочитала ее.

— Гарри Блэк. Интересный... Я вижу, вы опустили название.

— Это немного сомнительно, — признался он. — Но таунхаус настоящий.

— Да, я думаю, нам нужны некоторые основные правила для нашего безумного приключения: больше никакой лжи.

— Меня это устраивает. Я терпеть не могу ложь.

Она начала смеяться.

— Ты серьезно? Скажи правду.

— Я действительно такая. Всю свою жизнь мне лгали самые разные люди, и я не стану лгать, если смогу этого избежать.

— Ты хочешь сказать, что не смог удержаться от лжи, чтобы затащить меня в постель прошлой ночью?

— Я не знаю... Возможно, сработал бы простой подход, но мы не можем знать наверняка. Однако я должен отметить, что это не я затащил тебя в постель.

— Да, ты это сделал.

— Ну и кто теперь лжет? Это был футон.

— Футон — это кровать.

— Нет, это не так, поверь мне. Я подтвердил, что сегодня вечером у нас будет нормальная кровать.

— Я уверена, что так и будет, — сказала она. — Claridge's не славится своими футонами.

"Нет, всего лишь их жутковатый малфоевский декор", — подумал он.

— Возвращаясь к вашим основным правилам, вы понимаете, что есть вещи, на которые я просто не могу ответить.

— Да, поняла. Если я задам вам вопрос, который потребует лжи, просто скажите "Нет".

— Это кажется справедливым, — сказал он. — И ты обещаешь не жаловаться, если мне придется слишком часто говорить "Пас"?

— В принципе, да, но я оставляю за собой право передумать.

Он кивнул.

— Это приемлемо. Есть ли у вас какие-нибудь вопросы, которые вы хотели бы задать прямо сейчас? Я хочу, чтобы вы чувствовали себя комфортно.

— да. На самом деле, довольно много. Во-первых, вы женаты?

— Женаты! Господи, нет, мне всего девятнадцать.

— Некоторые люди женятся в таком возрасте, — возразила она.

Проклятые волшебники так и делают, раздраженно подумал он.

— Ну, а я, конечно, нет. Следующий вопрос?

— У тебя есть девушка? Или парень, если уж на то пошло.

— Нет, ни то, ни другое.

— Гарри — это твое настоящее имя?

— да.

— Блэк — ваша настоящая фамилия?

— Один из них.

— Другого зовут Эванс?

— нет.

— Тогда в чем дело?

— Пас.

— почему? Узнаю ли я его?

— Скорее всего, нет. Но он хорошо известен в определенных кругах.

— В каких кругах? — она спросила.

— Пас.

Она глубоко вздохнула.

— Я вижу, что это будет неприятно.

Гарри поодбещал, что сегодняшний вечер не принесет ничего, кроме разочарования.

— Ты прав, — сказала она, улыбаясь. — И я забыла поцеловать тебя.

— Да, это была ужасная оплошность. Но я прощу тебя при одном условии.

Она наклонилась и поцеловала его.

— Это было условие?

— Так и было. У тебя есть еще вопрос?

— Как ты собираешься побаловать меня сегодня?

Он улыбнулся.

— Я договорился об ужине в каком-нибудь уютном месте, а это значит, что мы должны одеться соответствующим образом. Твой нынешний наряд прекрасен, но я был бы рад купить тебе другой, если хочешь, при условии, что у меня хватит денег.

— А как насчет обуви? — спросила она.

— Да, обувь тоже.

— Нижнее белье? Не знаю, подойдет ли то, что на мне, к новой одежде.

— Боже мой, да. Можно мы сначала сделаем это?

Она рассмеялась и сказала:

— Нет, пока мы не выберем наряд.

— Хорошо, — сказал Гарри, притворяясь обиженным. — А как насчет аксессуаров? Я готов купить тебе подходящую сумочку и небольшое украшение, соответствующее нашему возрасту.

— Значит, без диадемы?

— Боюсь, что нет. У меня есть такая, но она, вероятно, убьет тебя.

Она посмотрела на его наряд.

— Тебе не понадобятся пиджак и галстук? Или ты оставил свои в отеле?

— Нет, мне тоже нужно кое-что купить. Я рассчитываю на твой вкус, которым, как я уже говорил, восхищаюсь.

— Вы уверены, что вы не преступник?

— Я уже отвечал на этот вопрос. Я определенно не преступник. Как и мой крестный, я был полностью оправдан.

— Значит, раньше вас считали преступником?

— Да, боюсь, что так.

— Кем?

— Пропуск.

— И вы никогда не покидали пределы Британии?

— Верно.

— Интересно. Смогла бы я найти ответы на все вопросы, если бы знала вашу секретную фамилию?

— Скорее всего, нет.

Она улыбнулась и сказала:

— Вы понимаете, что сегодня вечером я задам вам миллион вопросов.

— Я с нетерпением жду этого.

Они долго бродили по магазину, и она рассмеялась, когда он признался, что никогда раньше там не был.

— Ты вырос в Суррее и никогда не был в "Харродсе"?

— Это правда.

— Как это вообще возможно?

Его лицо вытянулось, и она сказала:

— О, конечно. Мне так жаль. Сколько времени прошло с тех пор, как вы освободились от них?

— Два года.

— И с тех пор вы живете в Лондоне?

— нет.

— А где еще вы жили?

— Пропуск.

— Вы учитесь в университете?

— нет.

— Вы намерены это сделать?

— нет.

— почему нет?

— пас.

— Ты сдал экзамены на "Отлично"?

— нет.

— Ты закончил школу?

— нет.

— У тебя есть работа?

— да.

— Какого рода?

— Пропуск.

— Это что-то незаконное?

— Я не преступник! Нет, это законно.

— А я бы могла об этом слышать?

— нет.

— Вы спортсмен?

Его брови поползли вверх.

— да.

— Профессионал?

— да.

— Лакросс?

— нет.

— Вы когда-нибудь играли в лакросс?

— нет.

— Как вы познакомились с Филом?

— Пас.

— Он знает ваши секреты?

— да.

— Как давно вы его знаете?

— Восемь дней.

Она выглядела удивленной.

— И он знает ваши секреты?

— да.

— Но вы не можете мне сказать?

— Верно.

— И я не могу заслужить вашего доверия?

— Боюсь, что нет. Уверяю вас, в этом нет ничего личного.

— Каким видом спорта вы занимаетесь?