Ведьминские чары

— И в чём подвох?

— Всё донельзя просто, — усмехнулся Ориган. — В один прекрасный день ведьму Хешта отказались пропускать к Хетубу. Знаешь, какая причина? "Ведьма Хетуба скончалась прошлой весной", — сказали стражи леса. Что примечательно, стражи эти относились к небезызвестному клану Харрад, чьи территории перекрывают доступ к Хетубу.

— Ковен должен был послать новую ведьму в Хетуб, — вмешался в рассказ Верас, чуть ли не сияя от предвкушения. — Но запрос об этом не поступал. Все заявки проверили, уже несколько лет прошло, а от Хетуба не поступили ни одной жалобы или прошения, хотя эти земли известны активностью волшебных народов.

— Всё-таки умудрились сделать напоследок гадость, — проворчал Владлен. — Я так понимаю, здесь что-то не чисто?

— Я расспрашивал отца, — взял слово Ориган. — Клан Харрад уже почти сто лет считается "свободным" и отказывается вступать в Объединённое Королевство. Это единственный настолько большой клан, который к тому же находится рядом с людскими землями. Их политика почти неизвестна, они очень скрытны. Пожалуй, самая большая опасность — это их нетерпимость к людям, а учитывая близость к границе...

— Так, это я понял. Что там с Хетубом?

— То-то и оно, что ничего! — перехватил Элиан. — Ковен пытался связаться с Хетубом, но тут нужно либо обращаться к людским политикам, либо напрямую к правителям Харрада. Объединённое Королевство не может вмешиваться без каких-либо конкретных требований, потому что опасается агрессии других "свободных" кланов.

— Значит, тупик? Э, нет. Говорите, что придумал Ковен? — потребовал Синтаре, уверенный, что так просто маги Ковена не отступят. А как же иначе, если речь идёт о возможной ведьме? За ними нужен глаз да глаз.

Вот и сейчас товарищи хитро улыбнулись, демонстративно отмалчиваясь.

— Элиан, Ориган, рассказывайте уже! Я всё равно ничего об этом случае не слышал.

— А, точно, ты же тут был в это время, — сокрушённо проговорил Верас.

— Нет, так не интересно, — поддержал друга Сентис. — В общем, посовещавшись, Ковен отправил нас поговорить с одной знающей ведьмой.

— Тогда что вы тут делаете? Сомневаюсь, что меня пришли навестить.

— Ведьма находится здесь. Она ещё не окончила Школу, — вставил Элиан, заскучавший без внимания.

— И как так получилось, что юная ведьма может знать о самом закрытом эльфийском клане, обучаясь в Школе, пределы которой не могут покинуть самостоятельно?

— Она выпускница, Влад, — взял слово Сентис. — А выпускницы последние годы обучения проводят фактически вне Школы, набираясь опыта на практике. Ты же сам преподаёшь здесь, как можешь не знать?

— Риг, я тут меньше месяца, так откуда мне знать такие подробности?

— Ну, я же узнал, — парировал Сентис, едва сдерживая улыбку. — Не кипятись. А к тебе мы обратились, потому что ты лучше нас разбираешься в... во всём этом. К тому же, от сведений, полученных от ведьмы, будет зависеть дальнейший план действий Ковена.

— Ладно, я уже понял. Как её зовут? — сдался под напором аргументов Синтаре.

— Криспина Сайкон, праправнучка чёрной ведьмы Сайкон, родственница некой Айвен.

— Сестра Лилианы Айвен? Занятно, — пробормотал про себя Синтаре, направившись вместе с друзьями на поиски последней представительницы чёрного рода, в своё время сумевшего подчинить своей воле даже эльфов и ведьмаков.

История вторая. Девушка с волосами цвета заката.

Издавна Школа принимала в свои радушные объятия ведьм всех мастей, и было не важно, из какой страны они прибыли, кто они по происхождению и что умеют. Цвет кожи, глаз и волос, воспитание и речь не имели значения — здесь всех ведьм учили тому, что они равны. Им с малых лет прививали чувства уважения и любви к сёстрам своим.

Благодаря этому все выпускницы были мудры и подготовлены: знания о семье, родных краях и легендах своего народа, которыми делилась каждая маленькая девочка, помогали юным ведьмам постигать мир, не покидая стен Школы. Так было раньше, так осталось и впредь.

Однако время шло, люди менялись, менялось и то, что создавалось живыми существами. Не менялись только традиции, среди которых обязательным считалось обучение юных ведьмочек.

Главными законами ведьм были:

1. Уважение ко всему, что тебя окружает, будь то природа или живое существо.

2. Не влезать в распри между теми, кто ведёт войну.

3. Проявлять терпение к новому и чуждому — ведь никто не знает, как всё обернётся.

4. И самое главное: никогда не пытаться овладевать энергетическими потоками живых существ.

Ведьмы — приверженки старого. Они чтут традиции и законы мироздания. Поэтому никогда не задавались вопросами о том, что случится, если вдруг нарушить хотя бы один из законов.

Однажды одна ведьма нарушила закон. Сначала один, а затем остальные.

Её звали Алаберта Сайкон. Это была несчастная девочка, над которой издевались дети из-за редкого цвета волос, напоминавшего закат солнца. Алаберта страдала из-за этого даже когда выросла.

В её жизни было всего два счастливых момента: когда она стала учиться тому, как быть ведьмой, и когда влюбилась. Среди взрослых ведьм Алаберта не чувствовала себя чужой. Другие ученицы не избегали её, и даже завидовали необычному цвету волос.

В те времена ведьмы не обучали молодняк в Изломе, а жили отдельно целой деревней, окружённой волшебными существами. Они были свободными от всего — от магов, представителей различных рас, и ведьмаков, которые обращались к ведьмам только за помощью и советами.

Алаберта была счастлива. Несколько раз в год она покидала деревню ведьм и возвращалась к своей семье. Там она показывала на практике то, чему научилась. Однако счастье было не долгим.

Взрослые ведьмы редко отпускали учениц до окончания обучения. А если и давали согласие на это, то брали с юных ведьмочек клятвы о том, что они не влюбятся. На это была веская причина. Когда девочка с подходящими качествами принимала решение стать ученицей ведьмы, она отказывалась от имени своей семьи — оставалось только то, что было дано от рождения. Это было первым Даром и знаком того, что юная ведьма готова к своей судьбе.

Когда начиналось обучение, наставница давала второе имя для своей ученицы — Дар покорности и смирения. После этого у девочек просыпались скрытые способности.

Завершив обучение, девушка проходила инициацию и получала третий Дар — имя, которое она выберет сама и Знак принадлежности к ведьмам, говорящий о том, что она из себя представляет. Оттуда у ведьм встречаются имена Прекрасная, Разделяющая, Сведущая, Танцующая, Говорящая и многие другие.

Главный смысл ритуала трёх Даров заключался в том, чтобы сердце ведьмы оставалось чистым и открытым для всех, а разум — готовый выслушать и увидеть. Если же юная ученица влюблялась, это затуманивало разум и мешало учиться.

Именно это и случилось с Алабертой, которая влюбилась за полгода до окончания своего обучения. Хуже всего оказалось то, что позже сердце девушки было разбито, как и мечты о будущем: не раздумывая о последствиях, она согласилась стать невестой возлюбленного. Из-за подготовки к свадьбе, Алаберта отказалась ехать обратно к ведьмам, только отправила послание.

Ведьмы предупредили девушку, что пока не поздно, она может вернуться и завершить обучение, а потом уже решить, когда сыграть свадьбу. Но любовь оказалась слепа.

Накануне свадьбы Алаберта стала свидетельницей разговора, из которого стало ясно, что возлюбленному нужна именно ведьма, а не сама девушка. Он догадывался, что, поспешив, лишил свою невесту возможности стать полноценной ведьмой. Более того, Алаберта узнала, что её жених изменял с той, что любил на самом деле.

Наполненное яростью, болью и осознанием обмана, девушка в сердцах прокляла соперницу. Жениха постигла участь страшнее: он стал живой куклой, которая подчинилась воле Алаберты.

В день, который должен был стать самым счастливым, Алаберта пожелала жениху умереть от любви. Парень пал замертво, едва начал уверять, как сильно любит невесту. В деревне начался переполох. В итоге Алаберту изгнали из дома из страха, что произойдёт нечто подобное.

Девушка решила вернуться к ведьмам и завершить обучение. Но и там её не ждали. Узнав о том, что произошло, ведьмы отказались от Алаберты. Ведь нет ничего хуже для ведьмы, чем сердце, наполненное болью и отказывающееся услышать других. Сила ведьм — в их чистом сердце и мудрости, полученной от наставниц. А разбитое сердце может принести живым только боль и страдания.

Алаберта осталась одна. Как выяснилось месяцы спустя, единственного раза, когда не хватило сил отказать, оказалось достаточно, чтобы забеременеть. Это повергло в отчаяние девушку: носить ребёнка от человека, который подлым образом обманул её и предал! Алаберта пребывала в смятении, не зная, как поступить и относиться к ещё не рождённому малышу. Но она нашла решение.

Из истории известно, что дочь Алаберты Сайкон была передана её родителям, которые воспитывали на тот момент свою вторую дочь. Позже ведьма Сайкон стала известна как Проклятая, или Чёрная. Одержимая местью и отчаяньем, она сумела обуздать энергию живых существ.

Она смогла подчинить своей воле людей, одного великана, нескольких троллей и сотни эльфов, на которых магия практически не действует. Именно эльфы приняли меры по устранению проблемы. Они заручились поддержкой ведьмаков и смогли уничтожить женщину. Её ребёнка было решено оставить в живых и обучить так, чтобы не повторилась подобная ситуация.

Эльфы, в союзе с другими расами, приняли меры. Именно тогда юных ведьмочек стали отправлять в Излом, чтобы ничто не могло помешать их обучению и нормальному взрослению. Это было около 400 лет назад. Тогда же был создан Ковен и Братская Обитель, где стали обучали ведьмаков.

А ведь когда-то в Изломе существовал только Вечный город. Ведьм, подобных Алаберте Сайкон, отправляли туда же, в Излом. Да, всё верно, Школа Ведьмовства и Колдовства — бывшая тюрьма для ведьм. А мы все — заключённые в ней. И так будет до тех пор, пока нас, учащихся, не признают не опасными для мира. Но никто из учениц не догадывается об этом, да и зачем? Вдруг захотят сбежать.

Только я не уверена, что мне позволят выйти из этой тюрьмы: слишком многое унаследовала от своей прабабки. Волосы цвета заката до сих пор повергают в ужас всех без исключения — слишком яркое воспоминание оставила после себя Алаберта. Однако пока никто не знает о том, что в семье Сайкон наследуется особый Дар. Пусть это пока останется в тайне. До тех пор, пока я не смогу получить новое имя.

История третья. Сердце артефактора

Кианар Тенар — ведьмак с редкой специализацией. Талантливый артефактор, едва ли не гений в своём деле, был одиночкой с малых лет. Его редкий дар стал одновременно призванием и наказанием.

В Братской Обители таких, как Киан, было меньше десятка — ведьмаки разного возраста, но с одним дарованием встречались действительно редко. Однако их польза не имела цены — где ещё можно найти таких сильных магов, которые могут настроить оружие так, чтобы в руках хозяина-ведьмака он никогда не затупился, не порезал случайно, и его не смогли бы украсть? Можно попросить наложить любого способного мага, но чары недолговечны, их придётся обновлять раз за разом. А вещи, которые создаются артефакторами, закрепляются заклинаниями изнутри. В процессе изготовления предмет получает постоянную подпитку энергией артефактора и может настраиваться только им. Таким образом, эти предметы не теряют силы очень долгое время, и способны заряжаться для усиления эффекта.

В целях защиты семей, личности всех артефакторов тщательно скрывают, чтобы их не могли заставить создавать запрещённые Ковеном предметы. По этой причине имена артефакторов известны узкому кругу магов. Даже в Братской Обители юные ведьмаки не знают секрета своих особо одарённых товарищей. Чтобы обеспечить дополнительную безопасность, каждому ведьмаку, который знаком с артефактором, делают татуировку — золотистого цвета точку. Чернила для неё изготавливаются из крови и порошков для татуировок, зачаровываются и наносят на кожу. Золотые точки практически не видны глазу — только при тщательнейшем рассмотрении. Это является своеобразной клятвой, которую нельзя нарушить намеренно: ни говорить, ни писать о них и тем более обсуждать с кем-либо то, что касается мастеров, — невозможно. В ином случае, обсуждения изделий артефакторов возможно только с тем, у кого имеется такая же татуировка или с самим мастером.

Артефакторов никогда не ставят в пару или команду, равно как и не посылают на задания. Однако Ковен создаёт иное впечатление, чтобы не привлекать излишнее внимание к столь интересной детали. В этот раз всё получилось по-другому: к боевой тройке приставили артефактора. Самой тройке не раскрыли личность Киана, толком не объяснив, для чего им понадобился одиночка, особенно, тот, с которым трудно найти общий язык.

Кианар же получил инструкцию: создать амулеты, способные вычислять среди юных ведьм тех, что могут управлять энергетическими потоками лучше других. Это должно стать перестраховкой для Ковена, который, с содроганием, следит за потомком небезызвестной Алаберты Сайкон. Заодно ведьмак должен проверить всю Школу на наличие посторонних потоков: Братская Обитель доложила о возмущениях магического фона, исходящих из Вечного города.

Древняя тюрьма-ловушка восхищала Киана, как и многих магов. Излом — поддерживаемый искусственно разрыв между мирами, в подпространстве которого расположен Вечный город. Вход в него был один — портал. Выход был тоже один — проломить защитный контур, не дающий преступникам выйти. Контур был создан магами, и, соответственно, поглощал огромное количество энергии, уходившей на его поддержание и гашение любой магии, направленной на уничтожение.

Древние постарались на славу: с внутренней стороны контур поглощал магию, перенаправляя её так, чтобы отражать любые атаки изнутри. Внешне же требовалась постоянная подпитка, чтобы внутренняя часть контура не имела бреши. Для этого необходимо постоянное присутствие мага, который бы жертвовал практически всю свою силу. Но какой маг мог добровольно отказаться от возможности колдовать? Добровольцев не было.

Выход нашёлся быстро: в Изломе, вне Вечного города, была создана ещё одна тюрьма. В неё помещали магов, которым для отвода глаз делали "предупреждение" — последний шанс исправиться, если преступники не хотят отправиться в Вечный город. Кроме магов, в эту тюрьму попадали и самые ушлые из ведьм. Магия и энергия, вытягиваемая из ведьм, питали контур, делая его непроницаемым.

После того, что сделала Алаберта Сайкон, последняя капля переполнила чашу терпения сильных мира сего. Всех ведьм стали отправлять в Школу под предлогом безопасного обучения. О том, что Школа является тюрьмой, скрыли от ведьм, сказав, что здание создано преступниками в качестве наказания.

Примерно в то же время в Изломе появилась Братская Обитель, в которой жили и обучались с малых лет все ведьмаки. Подвалы Обители служили новым местом заключения для преступников. Таковых было достаточно много, и они служили чем-то вроде практического пособия в обучении боевых троек: на тренировки выставлялись команды против одного-двух преступников. Для последних не было ограничений в бою — они имели право атаковать так, как им вздумается. Ведьмаки же отрабатывали изученные приёмы и проверяли слаженность в команде.