Небольшое поселение Лесоярска, именуемое в народе городом, мирно существовало в своих обыденных трудах и заботах. Жители собирали фрукты, охотились, рыбачили, вели бытовые разговоры. Но однажды на взмыленном скакуне появился иностранный посол. Иностранный, наверное, сказано через чур, но незнакомый представитель совершенно другого города. Скорее всего, из того, чьи воины нападали на Лесоярск пару десятков лет назад.

На базарной площади собрались все жители города. Посол сообщил следующее:

— Князь города Верхнегорска и великий полководец одноименной долины Фолами требует от жителей Лесоярска и князя Газини оброк в тысячу женщин и тысячу мужчин, которые станут невольницами и рабами великого князя. Солнцеподобный полководец Фолами дает вам одну ночь на сборы и завтра утром две тысячи рабов князя должны отправиться своим ходом вверх по реке до города Верхнегорска. Ежели неоспоримая воля великого князя не будет выполнена в срок, то его воины уничтожат всех жителей Лесоярска от мала до велика. Никто не останется жить, ослушавшись веления великого и всемогущего князя Фолами. Какой ответ даст князь Газини моему господину?

Газини сжал кулаки и был готов разорвать в клочья этого наглого посла. Но все понимали, что статус посла неприкосновенен и необходимо принимать решение. Мирный пятитысячный Лесоярск не мог противопоставить силу воинственному тридцатитысячному Верхнегорску. Князь Газини осматривал свой народ с высоты помоста, и уже видел мокрые глаза женщин и сжимающиеся в ярости кулаки мужчин. Его княжество могло выставить против захватчиков всего лишь десяток мечей. А у Фолами их было около пяти тысяч. Жители Лесоярска хорошо понимали, какое решение примет их князь, дабы не погубить всех. Другого выбора нет.

Каждый житель Лесоярска сейчас думал лишь о том, чтобы выбор пал не на него и мысленно проклинал посла Фолами и его князя. Что делать? Придется смириться с судьбой, другого выбора нет.

Но на помост внезапно вскочил Асита. Он в ярости закричал:

— Поганый посол Верхнегорска, собака гиены Фолами, передай своему ублюдку и хозяину, что гордый город Лесоярск никогда не примет никаких унизительных предложений. Я вызываю твоего индюка Фолами на смертный бой. На смертный бой, — в ярости повторил Асита, — победитель которого возглавит оба города и станет повелевать всем. Если собака Фолами откажется от достойного и честного поединка, то все станут считать его трусом, и он не сможет княжить даже в собственной доме. Передай подлецу Фолами, что я стану ждать его и биться у речного водопада, это как раз на середине расстояния между нашими городами. Свободу Лесоярску и смерть гиене Фолами, — крикнул призывно Асита.

Посол пришел в ярость от оскорблений собственного князя. Он никак не ожидал, что малочисленные мирные жители ответят небывалой храбростью и вызовут его повелителя на честный бой, от которого нельзя отказаться. По неписанным правилам князь мог сам не участвовать в поединке, а выставить своего лучшего воина. Если Фолами победит, то получит не две тысячи рабов, а всех жителей побежденной стороны на вечное пользование. Посол понимал ситуацию, но поделать уже ничего не мог, как и князь Газини. Он поставил коня на дыбы и ускакал в свой далекий город.

Народ Лесоярска, находясь в шоке, замер. Он одновременно гордился, восторгался и огорчался ответом Аситы. Его поставили на кон, не спросив никого. Многие радовались такому решению, а другие наоборот злились. Если Асита проиграет, то рабами станут все, а что он проиграет — не сомневался никто. Зачем он выскочил со своим предложением? Ушли бы две тысячи, и оставшиеся жители могли жить свободно и беспроблемно. А теперь придется гнуть спину всем мужчинам и стать невольницами всем женщинам и девушкам. Вечные унижения и побои, а в конечном итоге смерть. Смелая и гордая выходка Аситы кидала всех в пропасть. Никто, ни один житель Лесоярска не поддерживал выходку смелого парня.

Особенно злился князь Газини. Он понимал прекрасно, что его княжество кончилось и придется раболепствовать перед Фолами. Скорее всего, Фолами прикажет отрубить ему и всей семье головы, женщин отдаст для разврата солдатам. В призрачный процент победы Аситы он не верил, не верили в него и другие жители Лесоярска. Его не убивали и не калечили только потому, что кто-то действительно должен выступить против Фолами, что оттянуло бы рабство всего на несколько дней. Газини мог бы спокойно жить и править остатком населения города. А теперь... а теперь ничего. Только презрение и ненависть к выскочке из народа. Именно так в те времена относились к подобным героям и храбрецам.

Но подленький выход все же имелся. Так считал Газини. Если тайно отрубить голову этому псу Асите и преподнести её князю Фолами, то он сохранит жизнь княжеской семье. О народе Газини не думал, считая его участь решенной. Но подослать убийц не получалось — вечно кто-то крутился ночью около шалаша Аситы. Народ словно охранял его, потому как другой надежды никто не имел. Злился, проклинал и охранял...

Амади, мать Аситы, естественно, переживала больше всех. Она, как и многие другие, не понимала, как можно вызвать опытного противника на бой человеку, никогда не державшему в руках меча. Но сын сразу же предотвратил все ее попытки поговорить и спросить о чем-либо.

— Мама, — произнес он серьезно и проникновенно, — еще не настало время задавать вопросы и отвечать на них. Пока ты и другие лесоярцы не поймут ничего. Вернусь с победой — тогда и поговорим. А пока о предстоящем бое ни слова.

Асита собрал вместе всех жителей города, у которых имелся меч. Таких оказалось десяток. Он обратился к ним:

— Вы все слышали мой ответ гадюке-послу на базарной площади Лесоярска. Я помню, как двадцать лет назад воины Верхнегорска пришли и убили всех. А сегодня они обнаглели настолько, что даже идти не захотели и выставили условия — прийти самим в рабство. Наш князь не собирался и не собирается защитить жителей Лесоярска, так будем же мы мужчинами. У вас есть мечи, и вы прекрасно понимаете, что воины Верхнегорска никого из вас живыми не оставят. Но они просто так не убьют вас, они станут обучать на вас своих молодых воинов, то есть элементарно забьют до смерти. Ты, Зубери, самый сильный из всех, станешь командиром над десятком солдат и моим ординарцем в том числе. Нас мало, всего десять, но мы с гордостью выступим против проклятого Фолами и победим, я в этом уверен. Мне потребуются храбрые и преданные воины, вы ими станете и поможете мне управлять новой завоеванной великой империей. Большие дела ждут нас, бойцы, а пока станем тренироваться в искусстве боя на мечах.

Десяток мужчин Лесоярска ничего не понимали, но необъяснимо верили Асите. Верили и повиновались потому, что предпочитали умереть в бою, а не быть позорно забитыми на тренировках воинов Верхнегорска.

Две недели он тренировал своих бойцов, две недели обучал их искусству фехтования и разным приемам рукопашного боя. Сам он владел этим в совершенстве и не задавался вопросами — откуда. Его тоже не спрашивали — учителю или командиру не принято задавать лишних вопросов.

Через две недели Асита с бойцами выступил налегке. Оседланный конь, немного продуктов и никаких повозок. На двадцатый день Асита заметил армию Фолами. Князь, уверенный в своей победе, собрал всех своих воинов, чтобы они сравняли с землёй Лесоярск, и отомстили его жителям за обидные и злые слова Аситы. Он уже отдал команду своим воинам грабить, насиловать и убивать. Воины шли в мечтах о добытом богатстве и наслаждении с женщинами. Фолами разрешил насиловать даже маленьких девочек. Не все воины на это были способны, но часть об этом мечтала давно.

На рассвете к князю Фолами прибыл посол Аситы Зубери. Он прокричал князю и всем воинам послание своего командира.

— Согласно имеющейся договоренности о битве между великими воинами обеих сторон, сообщаю, что она состоится через час на этом поле. Воины проигравшего дадут клятву верности победившему господину. Верен ли своему слову князь Фолами?

— Верен, верен, — ответил рассмеявшийся князь, — только кто мне присягать станет? Горстка сопливых бойцов? Десять против пяти тысяч...

— Победивший возглавит всех, — прокричал Зубери и ускакал к своему стану.

Цивилизация на планете еще не достигла уровня развития коварной подлости и предательства установленных правил. Князь Фолами мог не принять предложения лесоярцев и напасть на город. Но тогда он бы потерял уважение своих бойцов, ибо его сочли бы трусом все. Асита намеренно поставил врага в положение, когда количество и умение воинов нивелируются. Всё решает схватка двух человек. И оба не сомневались в себе.

Асита достал из своего тюка полученную на крейсере одежду. Время пришло, и он одевал доселе неизвестную форму из незнакомой ткани. Черные, блестящие глянцем сапоги, зеленые брюки, белую рубашку и шитый золотом зеленый кафтан. На боку длинные ножны, украшенные бриллиантами, рукоятка меча с большим рубином на конце. Его верные воины не видели своего господина в такой одежде и сразу поняли, что он посланец небес. Именно в такой одежде спустился посланец с неба и сейчас сразится с князем Фолами. В победе уже не сомневался никто, одолевавший до селе страх сменился на радость, гордость и величие к своему господину.

Асита выехал на жеребце до точки соприкосновения. Туда же примчался на своем скакуне и Фолами. Бойцы осматривали друг друга. Асита глядел с ненавистью на крепкого и закаленного в боях врага, он все еще помнил, что благодаря этому князю многие жители Лесоярска остались без своих близких родственников и друзей в недалеком прошлом.

Фолами выглядел удивленным необычной одеждой противника. Он заметил более длинный меч, но нисколько не испугался таким преимуществом. Искусство боя и техника были на его стороне. Что мог противопоставить еще неокрепший мальчишка против опытнейшего бойца?

Они медленно сходились друг с другом. Фолами крутил мечом из стороны в сторону, не давая сосредоточить взгляд и уже успел нанести два удара, от которых Асита отпрыгнул легко. Снова излюбленный удар Фолами после отвлекающего взмаха щитом. Асита отскакивает в сторону и наносит ответный удар. От меча Фолами остается лишь рукоятка — отрубленное лезвие отлетело и воткнулось в траву. Высокомерие мгновенно слетело с лица князя под ошеломленный вскрик воинов, и он понял, что сражается с очень достойным противником. Но как выиграть бой без оружия? Страх, обыкновенный страх заползал и сковывал тело Фолами. Асита усмехнулся и произнес громко, чтобы слышали бойцы, стоявшие в стороне, как полагалось:

— Я разрешаю тебе, князь, взять в руки новый меч и сражаться достойно. Пусть его принесут. Мне не пристало рубить голову безоружной собаке.

Такое разрешалось правилами и одновременно унижало противника. Опыт боевых действий и искусство владения мечом имели огромное значение в схватке. Пусть не часто, но случай тоже имел место в бою. Поэтому мало кто из опытных бойцов разрешал другому воспользоваться новым мечом. Многие воины Фолами смотрели на него с презрением, как он принимает новый меч из рук своего ординарца. Презрение смоется временем, а жизнь останется — так сейчас рассуждал Фолами. Меч снова в его руках, и он может разить им.

Князь осторожно и медленно подходил к противнику, все же считая его неискушенным бойцом. Он специально открыл лицо для удара мечом, вынуждая Аситу действовать. Один из излюбленных приемов Фолами, когда противник наносит удар в голову, он отбивает его щитом и мечом свободно разит врага в шею, отрубая голову напрочь. Но меч Аситы взмывает вверх, снова перерубая клинок князя и обрушивается с силой наискось, разрубая туловище Фолами по диагонали. Вздох и вскрик изумления, бьющий фонтан крови из развалившихся половин тела. Всё затихает в наступившей тишине поля.

Асита поднял над собой сверкающий меч, с которого все еще капала кровь и крикнул в небольшой металлический рупор, заставляя содрогнуться воинов Фолами от невероятно громкого голоса:

— Признаете ли вы своего нового повелителя Аситу?

Ошеломленные увиденным, воины встали на одно колено и преклонили голову.

— Клянетесь ли вы служить мне верой и правдой?

— Клянемся, — ответили воины хором.

— Ступайте домой и готовьтесь к встрече своего нового короля Аситы. Я прибуду к вам через месяц. Идите, — приказал Асита.

Он, не торопясь, возвращался в свой родной Лесоярск. Пять его верных воинов скакали вперед и сообщали о великой победе. Глашатаи кричали с помоста:

— Властелин Лесоярска и Верхнегорска Асита, король новых земель приветствует жителей города. Больше уже никто не сможет напасть и причинить нам зло. Князя Газини, не способного защитить жителей города, приказываю казнить немедленно и публично, дабы толку от него не имеется никакого.

Воины скрутили князя и обезглавили незамедлительно. Ошарашенная толпа горожан грабила княжеские покои, выкатывая из подвала бочки с вином. Но прибывшие в город бойцы нового короля приказали вернуть всё имущество назад, ибо это добро принадлежит теперь другому владельцу. А несколько бочек вина разрешили выкатить на помост.

Горожане кричали здравицы королю Асите и пили вино, истинно радуясь, что не придется идти в неволю и рабство. Удивлялись, как простой горожанин смог победить опытного и могучего воина. Мать Аситы Амади тоже ликовала со всеми, еще не понимая, что она теперь королева.

Асита въехал в город на вороном скакуне в необычной одежде. Жители сразу же узнали в нем посланца небес и встречали своего повелителя на коленях, опустив голову. Ни у кого не возникали сомнения в победе, ибо посланца небес победить невозможно.

Он сразу же проехал к своему шалашу и обнял мать. Произнес с радостью на лице:

— Мама, ты теперь королева Лесоярска и Верхнегорска и должна вести себя соответственно. Мы идем сейчас в бывшие покои Газини, и ты должна переодеться в лучшие одежды. Теперь это будет наш дом по праву.

Празднование победы в Лесоярске завершилось. Народ принял титул короля Аситы безоговорочно не только потому, что он победил князя Фолами, разрубив его туловище пополам. В большей степени потому, что он спустился с небес. Статус посланца богов неоспорим, и все жители относились к новоявленному королю с глубоким уважением, почтением и признательностью.

Асита, сидя в кресле, размышлял над последними событиями. Дел предстояло настолько много, что голова шла кругом. Но всё сразу не сделаешь и необходимо решать задачи по мере возможностей. Он пригласил к себе верного воина Зубери.

— Зубери, я назначаю тебя начальником своей стражи и хранителем королевских покоев. Подбери сотню лучших воинов, обучи их приемам владения мечом и одень в одинаковые кафтаны. Каждый стражник должен быть вооружен секирой и коротким мечом, закажи оружие кузнецам, а пока пусть охраняют с тем, что есть. Никто не должен войти в мои покои без доклада. У королевы тоже охрану поставь и пригласи ко мне казначея.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

Зубери поклонился не низко, но достойно и вышел. Через некоторое время он доложил: