Ну да дуэли между учениками младших классов запрещены. Надо бы Гарри пояснить ситуацию, а то только глазами сидит хлопает. Когда Малфой отошел, Гарри и я переглянулись.

— Что это за дуэль? — поинтересовался Гарри. — И что это значит: ты будешь моим секундантом?

— Секунданты нужны для того, чтобы отнести тебя домой, если ты умрешь, — спокойно заметил я, и невозмутимо принялся за уже остывший пирог. Я спохватился, только когда посмотрел на Гарри и увидел выражение его лица. — Но ты не беспокойся, смертельные случаи бывают только на настоящих дуэлях, то есть если дерутся настоящие волшебники. А максимум, что вы с Малфоем сможете сделать, — это посылать друг в друга искры. Вы еще ничего не умеете, и потому вам не удастся нанести друг другу серьезный урон. Кстати я уверен, он рассчитывал, что ты откажешься.

— А если я взмахну палочкой и ничего не произойдет? — поинтересовался Гарри.

— Тогда убери палочку в сторону и дай ему кулаком в нос, — посоветовал я. — Я вот ему глаз подбил и нос сломал, когда тебя МакГонагалл увела.

Это конечно нарушение, но дуэль все равно будет не по правилам.

— Извините... — раздался за нашими спинами девичий голосок.

Мы обернулись — перед нами стояла Гермиона Грэйнджер.

— Можно здесь поесть спокойно? — многозначительно произнес я.

Гермиона пропустила мой вопрос мимо ушей, тем более что она смотрела не на меня, а на Гарри.

— Я случайно услышала, о чем вы тут говорили с Малфоем...

— Бьюсь об заклад, что не случайно, — вставил я.

— ...и хочу тебе сказать, что ты не имеешь права бродить ночью по школе. Если тебя поймают, Гриффиндор получит штрафные очки, а тебя обязательно поймают. И если хочешь знать, то, что ты собираешься сделать, наплевав на факультет, — это чистой воды эгоизм.

— Если хочешь знать, это вовсе не твое дело, — ответил Гарри.

— До свидания, — закончил разговор я.

Вот ведь настырная девчонка. Интересно все маглорожденные такие?

* * *

Я лежал с открытыми глазами и прислушиваясь к мерному дыханию Дина и Симуса (в спальне нас было пятеро, но Невилл все еще находился в больничном крыле). Я весь вечер давал Гарри очень ценные советы. "Если он попробует наслать на тебя проклятие, лучше увернись, потому что я не помню, как их отбивать" — и все в таком же духе. Я рассказал ему все что помнил о магических дуэлях стараясь подготовить получше.

— Полдвенадцатого, — наконец пробормотал я, взглянув на часы. — Если мы не хотим опоздать, нам пора.

Мы набросили на пижамы мантии, взяли волшебные палочки, на цыпочках вышли из спальни, спустились по лестнице и оказались в общей гостиной Гриффиндора. В камине все еще мерцало несколько углей. Их свет превращал стоявшие в комнате кресла в зловещие горбатые черные тени. Мы уже почти добрались до выхода, когда из ближайшего кресла до нас донесся голос:

— Не могу поверить, что ты все-таки собираешься это сделать, Гарри.

Вспыхнула лампа. В кресле сидела Гермиона Грэйнджер в розовом халате и хмуро смотрела на нас. Нет, ну она когда-нибудь перестанет лезть не в свое дело?

— Ты? — яростно прошептал я. — Иди спать!

— Я чуть не рассказала обо всем твоему брату Перси, — отрезала Гермиона. — Он староста, он бы положил этому конец. Но я все же промолчала.

Вот же приставала, хотя за то что она не рассказала Перси я ей благодарен. Он бы нам часовую лекцию о правилах прочитал бы.

— Пошли, — сказал Гарри мне. И, отодвинув портрет Толстой Леди, стал пробираться через дыру.

Однако Гермиона не собиралась так легко сдаваться. Мы уже стояли в коридоре, когда она вылезла из дыры вслед за нами и зашипела, как рассерженная гусыня.

— Вы не думаете о нашем факультете, ты думаешь только о себе, а я не хочу, чтобы Слизерин снова выиграл соревнования между факультетами. Из-за вас мы потеряем те призовые очки, которые я получила от профессора МакГонагалл, зато, что знала несколько заклинаний, которые необходимы для трансфигурации.

— Уходи, — дружно прошептали мы.

— Хорошо, но я вас предупредила. И когда завтра вы будете сидеть в поезде, везущем вас обратно в Лондон, вспомните о том, что я вам говорила, — что вы...

Мы так и не узнали, что должно было последовать за этим "что вы". Гермиона, не договорив, повернулась к портрету Толстой Леди, чтобы сказать ей пароль и вернуться обратно, но обнаружила, что картина пуста. Толстая Леди ушла к кому-то в гости, а значит, Гермиона не могла вернуться в башню Гриффиндора. Для того чтобы выйти из спальни, пароль был не нужен, для этого надо было просто отодвинуть портрет, но войти в башню без пароля и уж тем более без Толстой Леди, которой надо было сообщить этот пароль, было невозможно.

— И что же мне теперь делать? — спросила Гермиона пронзительным шепотом.

— Это твоя проблема, — заметил я. — Все, нам пора идти, вернемся поздно.

Но мы даже не успели дойти до конца коридора, когда Гермиона нагнала нас.

— Я иду с вами, — заявила она.

— Исключено, — в один голос заявили мы.

— Вы думаете, я буду тут стоять и ждать, пока меня не схватит Филч? А вот если он поймает нас троих, я скажу, что пыталась вас отговорить, а вы это подтвердите, и тогда мне ничего не сделают.

— Ну и наглая же ты! — громко возмутился я.

— Заткнитесь вы оба! — резко бросил Гарри.— Я что-то слышу.

До нас донеслось что-то вроде сопения.

— Это миссис Норрис, — выдохнул я, прищурившись, вглядываясь в темноту.

Но это была не миссис Норрис. Это был Невилл. Он крепко спал прямо на полу, свернувшись калачиком, но моментально проснулся и подскочил, как только мы подкрались поближе.

— Хвала небесам — вы меня нашли! — воскликнул он. — Я здесь уже несколько часов. Не мог вспомнить новый пароль.

— Потише, Невилл, — шепнул я. — Пароль -"поросячий пятачок", но тебе это уже не поможет. Толстая Леди куда-то ушла.

— Как твоя рука? — первым делом спросил Гарри.

— Отлично. — Невилл вытянул руку и помахал ею в воздухе. — Мадам Помфри за одну минуту сделала так, что кости срослись обратно. Только она меня в медкрыле продержала до вечера.

— Ну и хорошо, — радостно улыбнулся Гарри, но помрачнел, вспомнив о том, зачем мы здесь. — Э-э-э... Послушай, Невилл, нам надо кое-куда сходить, так что увидимся позже...

— Не оставляйте меня! — завопил Невилл. С характерной только для него неуклюжестью он попытался подняться на ноги, но чуть не упал. — Я здесь один не останусь: пока я тут лежал, мимо меня дважды проплыл Кровавый Барон.

Я посмотрел на часы, а потом яростно сверкнул глазами, обращенными к Гермионе и Невиллу.

— Если нас с Гарри поймают из-за вас двоих, я не успокоюсь, пока не выучу "проклятие призраков", о котором рассказывал Квиррелл, и не попробую его на вас.

Гермиона открыла рот — может быть, для того чтобы рассказать мне, как накладывать "проклятие призраков", но Гарри зашипел на нее. И, приложив палец к губам, поманил всех за собой.

Мы на цыпочках неслись по коридорам, расчерченным на квадраты полосками света, падающего из высоких окон. Пока нам везло. Мы сделали последний поворот, прыжками преодолели последнюю лестницу, оказались на третьем этаже и бесшумно прокрались в комнату, где хранились награды. Малфоя и Крэбба тут еще не было, так что мы пришли первыми.

Комнату заливал лунный свет. Хрустальные ящики сверкали в лучах лунного света. Кубки, щиты с гербами, таблички и статуэтки отливали в темноте серебром и золотом. Мы двинулись вдоль стены, не сводя глаз с дверей, находящихся в противоположных концах комнаты. Гарри достал палочку на тот случай, если Малфой выпрыгнет из темноты и сразу нападет на него. Но никто не появлялся. Казалось, кто-то замедлил ход времени — минуты ползли, как часы.

— Он опаздывает — может, струсил? — прошептал я.

Шум, донесшийся из соседней комнаты, заставил нас подпрыгнуть. Гарри не успел поднять палочку, как раздался хриплый мужской голос. Он принадлежал вовсе не Малфою.

— Принюхайся-ка хорошенько, моя милая. Они, должно быть, спрятались в углу.

Это был голос Филча, обращавшегося к миссис Норрис. Гарри махнул нам, показывая, чтобы мы следовали за ним и быстро пошел на цыпочках к двери, противоположной той, из-за которой вот-вот должны были появиться Филч и его кошка. Едва замыкавший цепочку Невилл успел выйти из комнаты, как мы услышали, что в нее вошел Филч.

— Они где-то здесь, — донеслось до нас его бормотание. — Наверное, прячутся.

Гарри посмотрел на нас, привлекая наше внимание.

— Сюда! — беззвучно произнес он, тщательно артикулируя, и мы начали красться по длинной галерее, уставленной рыцарскими доспехами. Позади отчетливо слышались шаги Филча. И тут Невилл внезапно испуганно пискнул и ринулся бежать.

Как и следовало ожидать, убежать далеко неуклюжему Невиллу не удалось. Он споткнулся, судорожно ухватился за меня бегущего перед ним. Мы упали, врезавшись в стоявшего на невысоком постаменте рыцаря в латах. Поднятого нами грохота и звона было вполне достаточно, чтобы разбудить весь замок.

— БЕЖИМ! — истошно завопил Гарри, и мы вчетвером, что есть сил рванули по галерее, не оглядываясь назад и не зная, преследует ли нас Филч.

Мы влетели в раскрытую дверь, чудом не задев дверной косяк, свернули направо, пробежали по коридору, а затем прыжками преодолели следующий коридор. Гарри, бежал самым первым, мы неслись за ним. Блин я даже не могу понять, где мы.

Мы проскочили сквозь гобелен и оказались в потайном проходе. Пробежали по нему до конца и остановились около кабинета, в котором проходили уроки по заклинаниям. Вдруг я понял, что каким-то образом нам удалось преодолеть прямо-таки огромное расстояние — комната, выбранная для дуэли, была далеко-далеко отсюда.

— Думаю, мы оторвались, — с трудом выговорил Гарри, переводя дыхание. Он прислонился разгоряченным телом к холодной стене и вытер рукавом халата вспотевший лоб. Стоявший рядом Невилл согнулся пополам, тяжело сопя и что-то бормоча себе под нос.

— Я... вам... говорила, — выдохнула Гермиона, держась обеими руками за грудь. — Я... вам... говорила.

— Нам надо вернуться в башню Гриффиндора, — произнес я. — И как можно быстрее.

— Малфой тебя обманул, — встряла в разговор Гермиона — она еще не успела отдышаться, но ее натура не позволяла ей молчать. — Надеюсь, ты это уже понял? Он и не собирался туда приходить. А Филч знал, что кто-то должен быть в этой комнате. Это Малфой дал ему понять, что в полночь там кто-то будет.

К сожалению она права, ну ничего он еще поплатиться за это. Рассказать о дуэли не получиться не подставившись, но подстеречь его где-нибудь и дать в рожу можно.

— Пошли, — махнул Гарри рукой вместо ответа.

Не успели мы сделать и десяти шагов, как услышали, что кто-то поворачивает дверную ручку, и из ближнего к нам кабинета выплыл Пивз. Он сразу заметил нас и даже взвизгнул от восторга.

— Потише, Пивз, пожалуйста. — Гарри приложил палец к губам. — Нас из-за тебя выгонят из школы.

Пивз радостно закудахтал.

— Шатаетесь по ночам, маленькие первокурснички? Так, так, так, нехорошо, малыши, очень нехорошо, вас ведь поймают.

— Если ты нас не выдашь, то не поймают. — Гарри умоляюще сложил руки на груди. — Ну, пожалуйста, Пивз.

— Наверное, я должен вызвать Филча. Я просто обязан. Этого требует мой долг. — Пивз говорил голосом праведника, но глаза его сверкали недобрым огнем. — И все это для вашего же блага.

— Убирайся с дороги, — не выдержал я и замахнулся на Пивза рукой. Я погорячился — и это была ошибка.

— УЧЕНИКИ БРОДЯТ ПО ШКОЛЕ! — оглушительно заорал Пивз. — УЧЕНИКИ БРОДЯТ ПО ШКОЛЕ, ОНИ СЕЙЧАС В КОРИДОРЕ ЗАКЛИНАНИЙ!

Мы все пригнулись, проскакивая под висевшим в воздухе Пивзом, и побежали так, словно от нашей скорости зависели наши жизни. Но, добежав до конца коридора, мы уткнулись в запертую дверь.

— Вот и все! — простонал я, тщетно ударяясь плечом в дверь. — С нами все кончено! Мы пропали!

Мы уже слышали шаги — это Филч бежал на крики Пивза.

— Ну-ка подвиньтесь, — резко скомандовала Гермиона. Она вырвала из рук Гарри волшебную палочку, постучала ею по запертому замку и прошептала: — алохомора!

Блин, она колдунья или кто? Ну кто ходит по волшебной школе без палочки. Да маги вообще свой инструмент стараются далеко от себя не убирать. В конце-концов мы не ведьмаки, чтобы в рукопашную драться. Слишком высокий расход энергии при колдовстве без палочки заставляет использовать концентраторы. Кто-то пользуется палочками и жезлами, кто-то перстнями, но их больше применяют как накопители, некоторые боевики посохами и зачарованными короткими клинками, как Билл. Я вот учился управлять шахматным набором без малочки лет с шести, как мне его тетка Мюриэль подарила.

Замок заскрежетал, дверь распахнулась, и мы быстро скользнули внутрь, закрыв за собой дверь и прижавшись к ней, чтобы слышать, что происходит в коридоре.

— Куда они побежали, Пивз? — донесся до нас голос Филча. — Давай быстрее, я жду.

— Скажи "пожалуйста".

— Не зли меня, Пивз! Итак, куда они побежали?

— Сначала скажи "пожалуйста", или я ничего не знаю, — упорствовал Пивз.

Его монотонный голос явно вывел Филча из себя.

— Ну ладно — пожалуйста!

— НЕ ЗНАЮ! Ничего не знаю! — радостно заорал Пивз. — Ха-ха-ха! Я тебя предупреждал: раньше надо было говорить "пожалуйста". Ха-ха! Ха-ха-ха!

Мы услышали, как со свистом унесся куда-то Пивз и как яростно ругается Филч.

— Он думает, что эта дверь заперта, — прошептал Гарри. — Надеюсь, мы выберемся, да отвяжись ты, Невилл!

Невилл вот уже минуту или две настойчиво дергал и меня Гарри за рукав.

— Ну что тебе? — недовольно произнес Гарри, поворачиваясь к нему.

Стоило нам повернуться, как мы сразу увидел это самое "что". В первую секунду я подумал, что мне это просто привиделось, — после всего пережитого сегодня это было бы просто чересчур. Однако то, что я увидел, было реальностью, причем кошмарной.

Я ошибся, когда предполагал, что эта дверь ведёт очередную комнату. Мы были не в комнате, а в запретном коридоре на третьем этаже. И теперь я понял, почему школьникам категорически запрещалось входить в этот коридор.

Нам в глаза смотрел гигантский пес, заполнивший собой весь коридор от пола до потолка. У него было три головы, три пары вращающихся безумных глаз, три носа, нервно дергающихся и принюхивающихся к незваным гостям, три открытых слюнявых рта с желтыми клыками, из которых веревками свисала слюна.

Пока пес сохранял относительное спокойствие и только принюхивался к нам, уставившись на нас всеми шестью глазами. Единственная причина, по которой мы пока еще живы, — это то, что наше внезапное появление застало пса врасплох. Но, кажется, до пса уже начало доходить, что произошло. Об этом свидетельствовало напоминающее отдаленные раскаты грома низкое рычание, вырывавшееся из трех пастей. Надо валить отсюда. Лучше Филч и отчисление чем смерть.

123

Предыдущая глава

↓ Содержание ↓