Арианна Росса и Царство Двух Миров

Я сидела в отдаленном уголке парка на лавочке около каменного фонтана. Увидела возлюбленного и сразу почувствовала неладное. Он хмурился и отводил взгляд. Молча сел рядом, прикрыв веки. Ни объятий, ни поцелуев.

— Рис, что случилось? — Я с тревогой посмотрела на любимого. — Ты такой мрачный.

— Случилось, Анна. — Он вздохнул, сжал пальцы в замок. — Обстоятельства изменились. Все изменилось. К сожалению, мы не сможем пожениться.

— Летом? — переспросила я, все еще не понимая, отчего он такой грустный.

— Нет, Анна, никогда не сможем. — Рис провел рукой по волосам, взъерошив их.

Потом встал со скамьи и подошел к фонтану, как бы разделяя нас расстоянием.

— Обстоятельства изменились, — повторил он. — Я вынужден жениться на другой.

Я не понимала, о чем говорил возлюбленный. Так бывает — слова произнесены, но смысл их тебе недоступен.

— Рис, что происходит? — прошептала я. — Твои родные до сих пор против нашего брака?

— Дело не в том, что они против нашего брака, — с горечью возразил он и усмехнулся лишь уголком губ. А я опять увидела такого знакомого и родного Риса. — Дело в том, что отец организовал клановый брак. Тебе ясно, Анна? Он все заранее спланировал! Я обязан жениться — это мой долг перед семьей и обществом. Ты не поймешь, пребывая в своем светлом маленьком мирке.

— Любимый, в чем ты меня обвиняешь? — Я растерялась от его нападок и с трудом выдавливала слова.

— Анна, — уже более твердо произнес Рис, глядя мне в глаза, — ты же знаешь, я из знатного аристократического рода. Ты даже не понимаешь, насколько знатного. И у нас приняты клановые браки по договоренности семей. Все эти годы я сопротивлялся как умел. Но когда в этот раз приехал к отцу, он уже все приготовил к свадьбе. Невесте сделали официальное предложение от моего имени, оплатили торжество, подписали документы.

— Как такое возможно? Не понимаю. — Я не могла осознать смысл этих слов.

— Что тебе не ясно?! — взорвался Рис, переходя на крик. — Свадьба через неделю, Анна! Я не могу ничего изменить. Ничего!

— Почему? — наивно спросила я. — Ты всегда можешь отказаться от ненавистного брака и переехать в Белое Царство. Мы поженимся, будем работать...

— Прекрати, Анна, — грубо прервал меня Рис. — Я буду опозорен, если откажусь. И как я буду здесь жить?! Отец лишит меня всего — наследства, титула. Да и семья матери не примет меня. Я останусь один, нищий, без семьи.

— Ты не будешь один, Рис, — пролепетала я. — Мы будем вместе. А как же любовь? Любовь важнее всего...

Я задыхалась от слез.

— Анна, есть вещи важнее любви, — жестко произнес Рис. — Я так и знал, что ты меня не поймешь.

Сжав кулаки и отвернувшись, он проговорил:

— Анна Роза, прости меня. Я не думал, что все так получится. Конечно, ты ни в чем не виновата. И я люблю тебя. Никогда в этом не сомневайся. Но иногда обстоятельства выше нас.

Рис стремительно подошел ко мне, взял в ладони мое лицо и прошептал:

— Лучше расстаться здесь и так. Я не вернусь в школу и в наш дом. Уезжаю сейчас. Так будет лучше, Анна.

Он поцеловал меня в губы и, резко отстранившись, торопливо ушел по каменной дорожке.

— Лучше для кого? — проговорила я в пустоту.

Я все еще не верила в происходящее. Слова возлюбленного пока не достигли моего разума, но сердце уже болело, как будто в него вонзили тысячу кинжалов. Я была не в состоянии дышать. Мне хотелось кричать от боли. И я не была готова принять наше расставание. Это же мой Рис, с которым мы планировали свадьбу и которому я отдала свою честь и любовь. Он не может так поступить со мной. Его вынудили и обманом заставили пойти на этот брак! Надо поговорить с ним и все ему объяснить. Он поймет, что есть другой выход. Можно начать новую жизнь и остаться со мной. Главное — это любовь!

Я не заметила, как стемнело. Я продолжала сидеть в парке на лавочке, шептала одними губами, как заклятие, что мой Рис не мог так поступить. Меня нашла мама по парному амулету, который я носила как подвеску в браслете. Она осторожно обняла меня и, целуя в висок, сказала, что Рис не тот мужчина, а это все пройдет. Я не помню, как пробежали следующие четыре дня. Я лежала в своей комнате в доме родителей и рыдала в подушку. В один из дней резко вскочила с кровати и засобиралась в столицу на поиски возлюбленного. Я должна его найти и поговорить с ним. Убеждала себя, что он вернется ко мне. Когда порыв прошел, я опять лежала в постели, свернувшись калачиком, и беззвучно плакала. Еще через какое-то время я стала его ненавидеть. Позже начала ненавидеть себя и считать, что я недостойна любви. А потом мне стало все равно. Осталась только боль. Я заметила, что за эти дни моя аура потемнела. К белому и желтому добавились фиолетовый, синий и зеленый цвета.

Словно во сне я прожила еще несколько месяцев. Не помню, как прошла весна. А с ней закончилось мое обучение в Высшей школе белой магии, и я с отличием сдала выпускные экзамены. Не заметила, как пробежало лето. Очнулась в начале осени, когда нужно было определиться с профессией: согласиться на должность преподавателя в школе белой магии или пойти работать знахарем в клинику к маме. Неожиданно для всех я выбрала третий путь — открыла частную практику артефактора и травника. Ни о славе, ни о доходах не помышляла. Только о том, чтобы было как можно больше работы. Старалась заглушить боль и не думать о Рисе. Не вспоминать о том, что несколько минут разговора разрушили мою жизнь...

Путешествуя в Академию темной магии в наемном экипаже, я размышляла о своей студенческой любви и предательстве Риса. На глаза невольно навернулись слезы. Чтобы отвлечься от неприятных мыслей, выглянула в окно повозки и заметила совсем другой ландшафт. Мы приближались к городу. Проезжая предместья Дэва, обратила внимание на преимущественно готический стиль в архитектуре. Еще столетие назад Темное Царство существовало как отдельное государство со своей историей, культурой, архитектурой. Я с интересом рассматривала жилища из серого и коричневого камня простой кладки. Большинство окон были украшены витражами. На крышах зданий по-хозяйски расположились потемневшие от времени горгульи и химеры. По преданию, страшилища должны отпугивать от домов злых духов. Судя по тому, что на улицах было безлюдно, каменные истуканы наводили страх только на самих жителей. Редко встречающиеся тусклые фонари и унылые стены строений придавали городским окраинам заброшенный вид.

Наш экипаж проехал очередной извилистый проулок и оказался на широкой площади с традиционным фонтаном. В этой части Дэва уже не было ощущения мрачного Средневековья — здесь царило оживление. Навстречу нам проезжали одноосные кабриолеты и пролетки. На первых этажах зданий виднелись многочисленные магазинчики и кофейни, вдоль которых гулял разномастный народ. Меня удивили новомодные световые гирлянды, растянутые от дома к дому. Сразу видно, что это богатая часть города. Да и жилища здесь облицованы кирпичом, уложенным в замысловатую кладку, а витражи представляли собой искусные картины из жизни рыцарей и мистических животных. В самом конце центральной улицы, отходившей лучом от главной площади, я заметила роскошный средневековый собор. И чем ближе мы подъезжали, тем сильнее становилось мое восхищение.

Огромные дымчатого цвета мраморные колонны поражали своими размерами. На фасаде собора возвышались гигантские статуи. Центральная фигура Инаны, богини Тьмы, была высечена из оникса и инкрустирована драгоценными камнями. Две боковые скульптуры олицетворяли сыновей богини-матери: дракона Дэва и змеевидного дракона Аргаша. Статуя бога Дэва была украшена синим лазуритом и серебром, а фигура бога Аргаша — черно-красной яшмой и золотом. Я читала, что в древние времена маги высекали свои заклинания на табличках из лазурита и яшмы, считая их камнями силы. Как артефактор я чувствовала магию в этих камнях. Обратила внимание, что на горельефе изображены мистические фигурки горгулий, химер и волколаков, а вход в собор выполнен в виде пасти дракона. Архитекторы Темного Царства поразили меня своей безумной фантазией.

В южном Райе все было светлее и понятнее. На центральной площади возвышался прямоугольной формы белоснежный храм Даны, богини Света. На верхних портиках святилища мерцали магические символы. По периметру здания вырастали, словно священные деревья, витые колонны, а внутри господствовала величественная пятнадцатифутовая скульптура богини в белых каменных одеждах. Окружали храм невысокие жилые постройки: простые формы, светлый камень, скромная ведическая символика, призванная защищать, а не поражать воображение. Страшно представить, как выглядели бы жилища, если бы наши мастера украсили простенькие домики с черепичными крышами мощными каменными фигурами домовых, священных сов или разной нежити. То, что в Дэве смотрелось пафосно, но уместно, в южной столице выглядело бы нелепо. Я улыбнулась возникшим образам. Трудно переключиться за один день на чужой угрюмый город, где в свои права уже вступила ночь с мрачным лиловым небом, вишневой луной и ярко-зелеными звездами. Однако следует признать, что ночной пейзаж северной столицы империи был хоть и пугающим, но мистически прекрасным.

Повозка проехала сквозь тесные улочки позади площади и выдвинулась за черту города. Мы приблизились к широкой, освещенной фонарями аллее с вековыми деревьями по краям. Дорога сделала изгиб, и когда экипаж слегка отклонился влево, я увидела вдали замок.

Засмотревшись, не заметила, как мы подъехали к его воротам. Возничий обернулся и крикнул:

— Приехали!

Я услышала чей-то скрипучий голос, кучер быстро ответил, и железные решетки с наконечниками в виде пик заскрипели.

Экипаж остановился под фонарем, открылась дверь, и непонятного пола сущность с лицом горгульи сиплым голосом проскрипела:

— Здрасьте. Госпожа Роза?

Я немного растерялась, решив, что она ошиблась. Да, это была она. Я почувствовала энергетику.

— Добрый вечер. Не Роза, а госпожа Арианна Росса, новый преподаватель.

Горгулья хрипло хихикнула, и выглядело это жутковато:

— Это вы сами разбирайтесь, где и чья роза. Мое дело вас досмотреть и врагов на территорию не пустить. Зовут меня комендант Тоут.

Женщина пыталась протолкнуть внутрь повозки свою мощную фигуру, одетую в объемную шкуру. Вероятно, госпожа Тоут искала врагов.

— Все в порядке, проезжайте, леди Роза. — Горгулья, убедившись, что в экипаже, кроме меня, никого нет, захлопнула дверь.

'Святые угодники, — вздохнула я, — и стоило мне менять имя?!' Переезжая в Темное Царство, я представлялась как Арианна Росса. В Райе же меня знали как целительницу и артефактора Анну Розу Рэй. Анна — сокращение от Арианны. А Роза прилипла еще в детстве, когда я коверкала фамилию Росса, доставшуюся от отца. Я настолько привыкла, что в семье ко мне обращались как к Анне Розе, что вскоре мои сокурсники в школе белой магии стали называть меня так же. Рэй — фамилия бабушки, потомственной целительницы, которая родилась в Междуречье на границе двух царств. В переводе с древнего языка 'рэй' означает 'луч света'. Став практикующим магом, я выбрала розу и луч света своими тотемами и изображала эти символы на авторских амулетах.

Съехав с центральной аллеи и повернув на боковую дорожку, повозка остановилась у четырехэтажного корпуса. Не успела я выйти из экипажа и подойти к темно-серому кирпичному строению со знакомыми химерами по периметру, как массивная деревянная дверь распахнулась. Мне навстречу торопливо вышел растрепанный и взволнованный господин Залевский. Он был одет в вязаный жакет, непонятного цвета рубашку и мешковатые брюки.

— Деточка моя, уже ночь, а тебя все нет и нет! — Профессор заключил меня в объятия, неуклюже поцеловал в макушку и слегка подтолкнул к двери.

— Я очень рада вас видеть, господин Ян. Вам незачем волноваться, мы же несколько раз ментально связывались, — пожурила я своего бывшего преподавателя.

Мы вошли в уютный холл с мягкими диванами и круглыми столиками. Стены были обиты серой тканью с серебристыми вензелями. Приглушенно горели светильники, создавая приятное желтое сияние. Пока я осматривала вестибюль корпуса, возничий принес мой багаж — кожаный чемодан и небольшой саквояж с личными вещами. Я поблагодарила извозчика, и мы распрощались.

Господин Ян по-отечески обнял меня за плечи:

— Как же мы с тобой давно не виделись! Наверное, года два? Точно-точно, я к вам с мамой летом приезжал повидаться. Ты еще больше похорошела. Слышал о заслугах — твои артефакты носит половина Белого Царства.

Профессор забрал чемодан, я подхватила саквояж, и мы вышли в коридор.

— Пойдем покажу тебе квартиру, — проговорил господин Ян. — Я живу на третьем этаже, а твои апартаменты — на четвертом. Я не стал беспокоить комендантов корпуса, семью Дьюринг. Провожу тебя сам. Легкий ужин госпожа Дьюринг оставила для тебя в гостиной.

Мы остановились перед входом в... шкаф.

— О, не удивляйся, — развеселился профессор, увидев мою реакцию. — Это новое чудо техники — летающий шкаф. Твои апартаменты на последнем этаже, и с багажом можно добраться только так.

— А портал? — поинтересовалась я, с сомнением поглядывая на подозрительный шкаф.

Учитель сразу же возразил:

— Зачем же зря тратить магические силы, когда есть такой механический феномен?

Он открыл дверцу и провел меня в небольшую комнатку, обшитую деревянными панелями. Пол был застелен мягким ковром. На стене висела картина с изображением замка. Господин Ян закрыл двери шкафа и нажал на рычажок с цифрой четыре. Механический феномен пошатнулся и... очень медленно, скрипя и трясясь, поехал вверх. Я тоже пошатнулась и ойкнула.

— Это с непривычки! Сбоку перила. Держись за них, Анна Роза.

Все-таки горгулья не ошиблась и мой бывший учитель называл меня, как в прежние времена. Нужно сказать ему, чтобы отвыкал.

Из летающего шкафа мы вышли в холл, освещенный электрическими фонарями. Как хорошо, что около ста лет назад два царства объединились в единую империю. Белые маги принесли древние знания о медицине, сельском хозяйстве, обработке камней и металлов. Темные маги развивали в империи военную науку, провели электричество и систему канализации, создали самоходные морские суда. И вот теперь летающий шкаф. А на очереди, как пишут газеты, механические повозки без лошадей и паровые рельсовые экипажи.

Я осмотрелась по сторонам. В вытянутом коридоре было несколько квартир. Мы повернули направо и подошли к двери с номером тринадцать.

'Если в Белом Царстве моим счастливым числом было двенадцать, то здесь — тринадцать', — подумала я.

— Добро пожаловать домой, — улыбнулся господин учитель, пропуская меня вперед.

Мои апартаменты состояли из двух помещений — большой гостиной-столовой и отдельной спальни. В гостиной у стены расположились два дивана, обитые шелковой материей мышиного цвета. На полу сиротливо лежал синий ковер. Окна прикрывали плотные синие с цветочным узором гардины. Умиление вызывал лишь резной пузатый буфет из массива дуба с ножками в виде когтистых лап. Круглый стол и стулья в столовой имели такие же ножки-лапы. Я вошла в соседнюю с гостиной комнату и обнаружила просторную спальню, декорированную синим жаккардом с золотым тиснением. По одной стене стояла большая кровать на чешуйчатых деревянных лапах, увенчанная пологом. Другую занимал массивный шкаф с резными дверцами.