Слотеры: Плоть И Камень

Я был уникумом!

... вот только это никого не восхитило. Как раз напротив: Клан отвернулся от Ублюдка-Слотера. Правда, после Испытания на Крови и признания меня Кэром, формально мои права были восстановлены. Правда, к этому времени я сам не испытывал особого желания общаться с семьей. Обычные люди тоже не стали мне близки, поэтому я жил на грани. Ну, и понятно, вне Замка и его родовых сокровищ.

Надо было чем-то зарабатывать на жизнь, а Слотеры, несмотря на свои безграничные возможности, никогда не опускались до того, чтобы жить в долг или промышлять открытым грабежом. Я стал наемным охотником: подряжался уничтожать мертвяков, изгонять духов, снимать родовые проклятья, истреблять чудищ из Нереального и т.д. Инцесты в аристократических семьях, убийства с использованием магии, древние тайны и скелеты в шкафу — вот антураж моей так называемой профессии — профессии опасной, грязной и, зачастую, никому кроме Слотера, непосильной.

У всех из нас, как уже было сказано, свои Таланты. Мой — разгребать всевозможное дерьмо.

Учитывая мрачную известность нашего семейства, нетрудно предположить, что ко мне обращались лишь в самых опасных и экстренных случаях, когда все другие способы решить проблему уже не дали результатов. В городе не зря говорили: никто сам не идет просить помощи у Слотеров — всех толкают в спину мертвецы.

Интересно, кто должен толкать в спину, если помощи Слотера просят сами Слотеры!

* * *

Путь от Аракан-Тизис, где я снимал свои комнаты, до Кэр-Кадазанга был неблизкий. Надо было добираться несколько часов — почитай на другой конец города ехать. Мы проделали его в полном молчании в черной карете Морта. Конечно, на месте любого другого гражданина мы воспользовались бы для экономии времени услугами ДПП — Департамента Пассажирских Перебросок, чьи порталы опутывают сетью весь город. Но, увы, для носителей Древней Крови это была слишком дорогая роскошь: дело в том, что порталы слишком плохо реагируют на носителей Древней Крови и очень часто теряют стабильность. У телепортирующегося Слотера больше шансов прибыть в точку назначения в виде вывернутого наизнанку остова, нежели в первоначальном состоянии. И то, что Клан получит за тебя огромную страховку от Департамента, как-то не утешает...

Горожане Ура поспешно отбегали в сторону. Им хватало одного взгляда, чтобы узнать на карете герб Слотеров — шесть серебряных стрел, разложенных полукругом. Даже королевские гонцы и посыльные Магистрата — люди, которым по закону при исполнении служебного долга никто не может чинить препятствий на пути — уступали дорогу, жались к стенам. Дерзкие наемники из Геварии, частенько задиравшие простолюдинов, мастеровых и прочих прохожих, притихали и старались не смотреть лишний раз на карету, не желая нарваться на неприятности. Только бородатые гномы отходили с пути кареты важно и неторопливо. Напыщенные болваны! Впрочем, поговорку все знают: чтобы вложить гному ума, проделай в его голове трещину!

Кэр-Кадазанг возвышался над всей северной оконечностью города огромным черным утесом, над которым витали, то, появляясь, то, исчезая из виду, длинные вытянутые тени. Что это на самом деле — существа, вызванные Кэром для охраны своих территорий из соседних Планов, или только иллюзии, призванные страшить граждан Ура, никто толком не знал. Сколько я себя помню, они никогда не опускались на землю, а двигались так быстро и неуловимо для глаза, что рассмотреть что-либо не представлялось возможным.

Джад первым подошел к резным воротам и потребовал, чтобы они открылись. С голодным скрежетом ворота распахнули створки, хищно выставив зазубренные куски металла. Они походили на пасть чудовища и, сомкнувшись, могли перерубить пополам рыцаря в полных доспехах. Впрочем, у рыцарей хватало мозгов не соваться лишний раз к Слотерам. Во-первых: мы никогда не сражались честно, а во-вторых: всегда побеждали. С понятиями и принципами рыцарей это не как не гармонировало

Мы прошли во двор, и ворота-пасть, звонко клацнув бронзой, сомкнулись. Сада во дворе Замка не было. Точнее он был, но назвать его садом рискнул бы не каждый. У Слотеров тяга к мрачным пейзажам и готике, поэтому вместо него, сообразуясь с представлениями Клана, Кэр вырастил мертвые древесные остовы. Черные, корявые, изогнутые и скрюченные в вечной агонии, они казались проклятыми душами в преисподней. Их изломанные ветви-крючья тянулись к небу в немой мольбе, будто взывая его швырнуть спасительную молнию и избавить от страданий. На мой взгляд, это было слишком театрально и вычурно, однако Замок подавал себя так отчасти и для того, чтобы производить впечатление на людей Ура. Гнездо сумасшедших колдунов и мутантов должно выглядеть гнедом сумасшедших колдунов и мутантов, оно должно угрожать, пугать, вызывать мистический ужас.

В конце концов, нас только сотня против многотысячного города!

Едва мы вошли внутрь, раздались глухие удары: будто капер вбивает в землю сваи. Мы остановились, давая возможность Церберу — огромной химере-привратнику, вытесанной из цельного куска гранита — рассмотреть нас и убедиться, что пришли друзья. Бока Цербера были серыми и шероховатыми от времени и частых непогод. Чудовищная голова пучила глаза-кристаллы и скалила длинные клыки. Клыки, к слову сказать, были не более чем декорацией. Исполинская каменная туша никого не рвала на части, она просто размазывала чужаков по земле. В буквальном смысле этого слова.

— Хороший песик. — чуть повеселевшим голосом сказал Морт и погладил чудовище по завитушкам, имитирующим гриву.

Мальчишка все-таки!

Цербер отступил назад, чтобы никого не задеть, разворачиваясь, и умчался обратно в сад, оставляя в грунте огромные ямы.

— Слишком уж он медленный. — недовольно проворчал Джад. — Давно пора заменить его настоящими тварями.

— Старикан служит Кэру уже два века. — возразил Морт. — За это время ни один чужак даже не подошел к замку!

— Интересно, а пробовал ли кто-нибудь? — усмехнулся я, ставя точку в их споре.

Морт хотел было что-то ляпнуть, но, не придумав достойного ответа, промолчал.

Мы подошли к Замку. Нависающие над крыльцом гаргульи с интересом засновали по крыше, изгибая свои уродливые тела и свешивая морды, чтобы рассмотреть пришельцев... и спикировать на них в случае надобности. Весили они, конечно, меньше Цербера, но ведь тоже были каменными!

Дверь распахнулась, не дожидаясь, пока в нее кто-то стукнет. На пороге нас уже встречал дворецкий, служащий Слотерам последние полторы сотни лет.

— Добрые день, милорды. — проклекотал он.

Я приветственно кивнул, Джад небрежно бросил в него плащом, а Морт улыбнулся:

— Привет, Гриффи!

Янтарные глаза Грифона благодарно вспыхнули: старик любил уважение. Тряхнув львиной гривой, дворецкий принял наши с Мортом плащи и шляпы и почтительно протянул покрытую перьями руку с длинными острыми когтями на пальцах:

— Кэр ждет вас.

Птичий клюв искажал человеческую речь до неузнаваемого, но за сто пятьдесят лет можно привыкнуть и к такому.

* * *

— Кто еще в Замке, Грифон? — спросил я, проходя через холл.

С некоторыми членами Клана встречаться в Кэр-Кадазанге никак не хотелось.

— Я, например. — раздался высокий и приятный женский голос. — Давно не виделись, Ублюдок.

Анита, резкий контраст белого — снежная кожа, молочного цвета волосы, и черного — платье, перстни, ожерелье — появилась на лестнице сверху. В ее руке был бокал с вином. Анита приходилась Джаду сводной сестрой. Дочь Хелен и Эторна, мне она была тетушкой... должен сказать, не самый приятный персонаж в семейном театре Слотеров. Впрочем, мы редко с ней виделись, и причин для взаимных обид и неприязни вроде бы не было. Правда, полностью в этом нельзя было быть уверенным. В конечном итоге, кое в чем наши интересы все же пересекались: Анита поднимала из могилы мертвых, а я их туда возвращал по второму разу. Из-за этого вполне можно было обидеться, но мне пока от Аниты счетов не приходило. Но все одно не люблю некромантов, даже если они приходятся родней! Хотя с другой стороны — это же, по сути, мои работодатели.

— Привет, Анита. — сказал я. — Я тоже тебя люблю.

— Привет, сестра. — подал голос Джад.

Морт, как я уже говорил, принципиален. В частности, он никогда не здоровался с людьми, которые были ему неприятны. Вот и сейчас он отвернулся.

— Так кто еще в Кэр-Кадазанге?

Анита снова не дала Грифону ответить, а перебивать ее он не смел:

— Не хочешь лишний раз встречаться с Дэреком и Стайлом, Сет? Их здесь нет, тебе повезло.

— Уже хорошо. — проворчал я.

Дэрек и Стайл — близнецы, рожденные порознь, разными матерями, но в один день и час, давно точили на меня зуб. После того, как я не дал им спасти девицу-суккуба, вырвавшуюся на свободу и разорвавшую половину клиентов и девушек в борделе Мамы Ло, оба поклялись, что я сильно пожалею об этом. Лишнее столкновение с неразлучной парочкой могло обернуться кровью — запросто. И сомневаюсь, что ошалевших от потери братцев удержал бы даже запрет Патриарха проливать кровь в стенах родового Замка.

— Если здесь нет еще и Абель и Говарда, то я обрадуюсь совсем сильно.

Морт скривился. Он ничего не имел против Говарда, но Абель ненавидел всей душой. Оно и понятно: именно ее Морт считал причиной того, что мы расстались с Верой. К тому же от Абель у него был свободный брат, мой второй сын. Он, правда, рос не так быстро как Морт, но в свои 3 года мог разорвать любую из своих игрушек — криком, не прикасаясь к ней и пальцев. Сета-младшего Морт ненавидел еще больше. В шесть с половиной лет трудно понимать других. Гораздо легче их любить или ненавидеть, для этих эмоций напрягаться не стоит.

Снежно-черная Анита отпила из своего бокала и тряхнула роскошными волосами.

— Радуйся. — великодушно разрешила она. — Их тоже здесь нет. Замок почти пуст. Даже Эторн с Анной уехали по делам.

— Отлично. — пробормотал я.

Такое запустенье в Кэр-Кадазанге никого не удивляло. Все Слотеры слишком большие индивидуалисты для того, чтобы уживаться вместе. Кадазанг служил местом сбора на случай общей угрозы Клану. Периодически в него приезжал пожить, набраться сил, укрыться от опасности то один Слотер, то другой, но больше 10-15 человек одновременно обитали под одной крышей редко. Я, кстати, тоже мог бы жить в Замке, но, боюсь, никого бы это не обрадовало. И особенно — дедушку-Патриарха, который само мое существование воспринимал не иначе, как за личное оскорбление.

— Ничего отличного. — нахмурила светлые брови Анита. — Я хотела бы, чтоб отец оказался здесь. Надо что-то делать с Кэром! Представляешь, он стал самовольничать. Кажется, он забыл, что всего лишь тень бестелесная на службе Слотеров!

Морт и Джад понимающе переглянулись. У сына заметно дернулась щека. Н-да... ситуация принимает все более интригующий оборот. Мало того, что Кэр вдруг сообщил этим двоим, что может умереть, так он еще и чудить начал! Я машинально забарабанил пальцами по эфесу шпаги (вот откуда у Морта эта привычка!).

— Что это значит, Анита?

Прежде чем ответить, некромантка непринужденно допила вино и протянула бокал Грифону. Птицелев с почтением принял его и удалился, громкой цокая когтями по устланному циновками полу.

— Он блокировал мою лабораторию! — гневно выдохнула Анита. — Представляешь? МОЮ лабораторию! Я не могу теперь туда попасть! Кровь и демоны! Я как раз собиралась закончить работу над новым составом для мумифицирования тканей. Это прорыв! Если повезет, мои личи будут оставаться в отличной форме десятки, если не сотни лет, не разлагаясь в кисель и не превращаясь в груды пыли и дряхлого мусора. От злости я едва не спалила его любимые гобелены!...

Неожиданно она оборвала свою тираду и, посмотрев на меня так, словно я сказал что-то громкое и весомое, протянула.

— Хм... а ты здесь не для того, чтобы вправить ему мозги, Сет?

— Ты забыла сказать "Ублюдок". — едко вставил я, но Анита не услышала.

— Точно! Ты просто не можешь оказаться здесь случайно! С Кэр-Кадазангом происходит что-то неестественное... а ты ведь у нас большой спец по загадкам и таинственным гадостям.

Бледные губы Аниты выдали снисходительную улыбку.

— Вот уж никогда не думал, что доведется разгребать семейное дерьмо.

— Так! Вы трое — быстро выкладывайте мне, что здесь происходит! — командным голосом потребовала тетушка.

— Иди, проломи голову кому-нибудь и поразвлекайся, заставив его после смерти отплясывать для тебя что-нибудь веселое! — ядовитым голосом посоветовал Джад.

Рубиновые глаза Аниты вперли в него полыхающий взгляд, и Джад ответил ей не менее убийственным взором. Я б не удивился, если бы воздух между ними вдруг заискрился и начал сыпать молниями. Любви между этими двумя представителями Клана не было... то есть, ее теперь не было.

Инцесты в семье Слотеров — привычное дело. Ловеласу и сердцееду Джаду ничего не стоило соблазнить свою мрачную старшую сестру, проводящую больше времени с мертвецами, нежели с живыми людьми. Но вот поддерживать долго связи с женщинами он не умел. А Анита, в свою очередь, не умела прощать легкомысленность. Она убила и мертвой отправила на свидание к Джаду одну из его последних пассий — девушку высокородной дворянской семьи Ура. То, что девица — живой труп — Джад понял только в постели. Насколько его это шокировало не берусь даже судить...

С тех пор прошло достаточно много времени, но отношения между Анитой и моим братом по-прежнему теплотой не радовали.

Да, милые славные семейные делишки Слотеров!

— Заткнись, кобель! Здесь происходит что-то непонятное, и это что-то касается Кэра. Мне плевать, что вы там трое задумали, но если это сказывается на Замке, значит, это сказывается на всем Клане! И Клан будет об этом знать. Особенно Патриарх и Демон-Хранитель Слотеров.

— Вот только моего младшего братца здесь не хватает. — пробормотал я под нос, вспомнив о Джайраксе, самом страшном существе из всех известных.

— О, он долго не задержится, если узнает, что Кэр-Кадазангу угрожает опасность от лица тупоумных старших братьев и их отпрыска! У вас есть выбор, мужланы! Или вы рассказываете мне обо всем, что происходит, или меньше чем через час об этом будет знать весь Клан. И тогда, мнится мне, кому-то придется дорого заплатить за свои грешки. — пригрозила Анита.

— Хорошо! Идем! — я взял ее за руку — холодную, как кусок льда.

... Джад говорил, что, даже будучи с ней, он так и не смог понять, живая она, или сама давно стала ожившим трупом. Не удивительно. У меня тоже закрались на этот счет сомнения.

— Куда?

— К Кэру. Он персонифицировался и ждет нас у Камня-Сердца. Услышишь все непосредственно от него.

— Но, Сет... — начал было Морт.

— Хочешь, чтобы об этом узнала сладкая парочка: Эторн и Джайракс, сынок?

Морт не хотел. И потому захлопнул пасть. Даже не вскинулся, как обычно, на "сынка". Видать все до крайности серьезно.

— У меня даже воображения не хватает для того, чтобы представить, что эти двое могли натворить во вред Кэр-Кадазангу. — шипела Анита.