Приключения Тома Сойера и его друзей

Билли делает шаг назад, намереваясь положить змея обратно. Питер, злорадно ухмыляясь, грудью накрывает бочонок.

Билли. Да, что же это такое, Том! Возвращаешь мне змея и тут же напускаешь на меня свою совесть!

Том. Что поделаешь, Билли! Моя совесть ожила и теперь от нее никому не уйти! Разве что, откупиться...

Бен. Ты же обещал успокоить ее бесплатно!

Том. А разве желтый билетик, за двести стихов из Евангелия, которые ты учил три года, имеет для тебя хоть какую-то ценность? Или ты собираешься учиться тридцать лет, чтобы тебе подарили Библию?

Бен. Да что ты, Том! За тридцать лет я разбогатею и куплю себе целую типографию!

Бен вручает Тому желтый билетик.

Том. Ну, кто еще мечтает жить в ладу с моей совестью?!

Дети толпой бросаются к Тому, вручают ему разноцветные билетики и разбирают свое имущество. Том отходит в сторонку и деловито пересчитывает бумажки.

Девять желтых, девять красных, десять синих. Как раз хватает! Полный оборот капитала за одни сутки! Надеюсь, это будет выгодным вложением: подарочная Библия и складной нож Барлоу!

Дети и учителя рассаживаются по местам. Позади всех на перевернутом бочонке устраивается Том Сойер. Питер усаживается у ног хозяина.

В сопровождении мистера Уолтерса появляются отец Джеффа — адвокат Тэчер, и его брат — окружной судья. За ними следуют супруга судьи миссис Тэчер и их дочь Бекки. Гости рассаживаются на стульях для почетных гостей, мистер Уолтерс становится за кафедру.

Мистер Уолтерс. Леди и джентльмены! Позвольте представить вам мистера Тэчера — нашего великого окружного судью, замечательнейшего человека и ...

Дети. Родного дядю нашего Джеффа!

Мистер Уолтерс. Позвольте также представить вам миссис Тэчер...

Дети. Родную тетю нашего Джеффа!

Мистер Уолтерс. И нашего известнейшего адвоката...

Адвокат Тэчер. Не стоит, мистер Уолтерс. Я представлюсь сам. Леди и джентльмены, я, всего лишь, недостойнейший папа вашего великого Джеффа!

Все смеются. Адвокат Тэчер обращается к Джеффу.

Кстати, о, величайший из родственников, будь любезен, представь собранию свою кузину, тем более, что теперь она будет учиться в вашей школе.

Джефф с готовностью вскакивает с места и важно подходит к гостям, провожаемый завистливыми взглядами и перешептыванием товарищей. Бекки встает. Проигнорировав кузину, Джефф подходит к окружному судье и запросто пожимает руку великому человеку, сверху вниз горделиво поглядывая на приятелей. Достаточно долго покрасовавшись рядом с добродушно улыбающимся дядей, Джефф подходит к Бекки.

Джефф. Леди и джентльмены! Позвольте представить вам мисс Бекки Тэчер, двоюродную сестру вашего великого Джеффа!

Звучит дружный смех. Джефф ретируется на место. Исполняется "Танец козыряний" под фонограмму.

Песенка к "Танцу козыряний":

1-я тема: девочки и девушки.

Нет, нет, не нам романы под подушкой

Навеивают сладостные сны.

Нет, нет, не мы, беседуя с подружкой,

О принцах рассуждаем до луны....

Нет, нет, не нам вдруг посреди урока

Пригрезятся кольчуга, меч и щит.

Нет, нет и... нет. У всех у нас до срока

И сердце дремлет, и душа молчит...

А этот срок подскажут нам родители,

Простите нас, поэты и воители...

Мы так воспитаны, мы так воспитаны,

В смирении и кротости испытаны!

2-я тема: мальчики и юноши.

Труду и послушанью до того

Научены мы школой и отцами,

Что пусть язык отсохнет у того,

Кто посягнет назвать нас сорванцами!

Не мы деремся в уличных боях,

Не мы в лесу в разбойников играем.

Нам не до книг о битвах и страстях:

Мы по ночам лишь Библию читаем.

Ученьем наши заняты умы.

Лентяи и прогульщики — не мы!

Мы так воспитаны, мы так воспитаны,

Экзаменами трудными испытаны!

3-я тема: учителя и учительницы.

Мы истины разумные и вечные

Вселяем лаской в головы детей,

И, в благодарность, наши подопечные

Боготворят своих учителей.

Не мы на них подчас ногами топаем,

Не мы угрозой прекращаем гам,

Вот, разве только, ласково похлопаем

Линейкой шалунишек по рукам.

Всем нашим детям дорого учение,

Еще дороже — наше попечение!

Они воспитаны, они воспитаны,

Начитаны, прилежны и упитаны!

Судья Тэчер. У вас замечательная воскресная школа, мистер Уолтерс! И необыкновенные дети. Кстати, я слышал, вы придумали интересную идею с подарочными Библиями. Вы поощряете лучших учеников за усердное изучение Евангелия.

Миссис Тэчер. Да, да! Желтые билетики, красные билетики. Как это мило!

Судья Тэчер. Может быть, именно сегодня вы решили кого-то поощрить? Я бы с удовольствием присоединился к вам и вручил счастливцу серебряный доллар!

Мистер Уолтерс. Увы, ваша честь, именно сегодня ни у одного из моих учеников не накопилось достаточного количества...

Том. Накопилось, господин директор. Достаточное количество.

Мистер Уолтерс. У кого?

Том. У меня.

Том подходит к гостям и вручает пачку билетиков окружному судье. Судья Тэчер с удовольствием пересчитывает билетики.

Судья Тэчер. Все точно, мистер Уолтерс, как раз хватает на Библию. Несите-ка ее сюда!

Мистер Уолтерс подходит к гостям. Судья принимает из рук директора воскресной школы Библию и передает ему пачку билетиков, которые мистер Уолтерс тут же начинает внимательно пересчитывать и изучать на свет.

Ну-с, так как вас зовут, мой юный друг?

Том. Томас Сойер, сэр.

Судья Тэчер. Ты молодец, Томас, просто молодчина! Выучить две тысячи стихов, это, что-нибудь, да значит! (Понизив голос, доверительно). Честно говоря, я бы спятил и от половины... (Спохватившись и смущенно прокашлявшись). Что ж, вот, честно заслуженная тобой, Библия. (Порывшись в жилетном кармане). А вот и обещанный мной серебряный доллар.

Миссис Тэчер. Я уверена, Томас, что лучше тебя знает Евангелие только сам мистер Уолтерс! Скажи нам, мой мальчик, кто был первым учеником Христа?

Мистер Уолтерс закрывает глаза ладонями. Дети и учителя напряженно привстают. Кот Питер, вытянув шею, опасно балансирует на бочонке.

Том. Генерал Джордж Вашингтон, мэм!

Повисшая над площадью тишина нарушается растерянным голосом судьи, не ожидавшим ничего подобного.

Судья Тэчер. Разрази меня гром!

Питер со страшным грохотом обрушивается с бочонка. Все поднимают глаза к безоблачному небу. Мистер Уолтерс испуганно крестится.

Занавес.

Картина третья

Перед свежеокрашенным забором на бочонке сидит кот Питер, держа в лапах банку с черной краской. Том Сойер, обмакнув в банку кисточку, освежает надпись "Том + Бекки", опускает кисточку в банку, отходит в сторону и разглядывает надпись, держа руки в карманах. Появляется Эмми Лоренс, незаметно подходит к приятелям и, оставаясь у них за спиной, слушает Тома, который рассеянно размышляет вслух.

Том. Как быстро все меняется, Питер. Утром ты беден, к вечеру богат; сегодня ты облапошил своих приятелей, завтра они... позволяют тебе облапошить себя еще раз; вчера боевая подруга Эмми помогала тебе в сражениях, сегодня... Что остается вечным для нас, заслуженных ветеранов? Шрамы и слава!..

Питер горько качает головой. Эмми из-за плеча Тома читает надпись. Кот, увидев ее, начинает быстро помешивать кисточкой в банке, индифферентно уставившись в небеса. Эмми говорит с обидой.

Эмми. А что вечно для нас, верных подруг, брошенных неверными друзьями?! Мы, ведь, о шрамах не мечтаем! А слава, если нам и нужна, так только ваша. Ради вашей славы и живем!

Том поворачивается на голос, импровизируя на ходу.

Том. Эмми! Как я рад, что ты здесь!

Эмми. Неужели?!

Том. Я тебя всюду искал!

Эмми. Всюду, это где? Под этим знаменитым забором, о котором весь город только и говорит?

Том. Ну, почему же, под забором...

Эмми. А, почему бы и нет? Я теперь в твоих глазах так низко пала, что мне там самое место!

Том. Неправда.

Эмми. Что — неправда?

Том. Не так низко.

Эмми. Вот, спасибо, Том! Вот, утешил! Но, так высоко, как дочке окружного судьи, мне уже не взлететь?

Том. При чем здесь окружной судья! Он, всего лишь, "дядя нашего Джеффа".

Эмми. Скажи мне, Том, когда ты был Черным Мстителем Испанских морей, разве я была плохой подругой пирата?

Том. Эмми, считай, что я разбил свой "Демон бури" на рифах. Разве я могу быть пиратом без корабля?

Эмми. Ладно, Том! А когда ты был вождем краснокожих, разве я была для тебя плохой скво?

Том. Скво много.... Вожди наперечет.

Появляется Альфред Темпль и движется в сторону Тома и Эмми.

Эмми. А теперь из-за этой голубоглазой куклы!..

Том. Не смей называть ее куклой!

Альфред. Не смей говорить даме "не смей"! И не заставляй ее дуться...

Альфред бросает взгляд на Питера. Кот тычет лапой в надпись на заборе.

Ясно. Том делает карьеру. Не огорчайся, Эмми, когда сюда пожалует губернатор с дочерью, эта надпись не продержится и пяти минут!

Том. Что ты сказал?

Альфред. То, что ты слышал.

Мальчики становятся плечом к плечу и лицом друг к другу. Глядя друг другу в глаза, делают полуоборот вокруг воображаемой оси.

Том. А ну, повтори!

Альфред. Я сказал: когда президент Соединенных Штатов и его дочь...

Том. Мистер Темпль!..

Альфред. Мистер Сойер?..

Эмми берет Альфреда Темпля под руку.

Эмми. Мистер?! Слишком много чести для аборигена! Я и не собиралась прозябать в вигваме краснокожего вождя. Пойдем, Альфред.

Альфред Темпль, пожав плечами, усмехается и уходит с Эмми.

Появляется Бекки Тэчер со свернутым веером на руке и, весело улыбаясь, идет вдоль забора. Заметив ее, Том бежит к забору и становится к нему спиной, загораживая надпись. Питер соскакивает с бочонка с банкой краски в руках и растерянно становится рядом с хозяином.

Бекки. Добрый вечер, мистер Сойер. Я решила осмотреть главные достопримечательности вашего города и все, в один голос, посоветовали мне начать именно с этого забора.

Том. Ваш отец, мисс Тэчер, наверное, очень разозлился на меня?

Бекки. Да, что вы! Папа сказал, что человек, который считает Джорджа Вашингтона учеником самого Иисуса Христа, обязательно станет президентом Соединенных Штатов. Если, конечно, его раньше не повесят.

Встав напротив Тома, Бекки пытается заглянуть ему за плечо.

У вас там что-то написано, мистер Сойер?

Том (выигрывая время). Пожалуйста, мисс Тэчер, зовите меня Том.

Бекки. Пожалуйста, Том, зовите меня Бекки!

Не сумев разглядеть надпись и из-за другого плеча, Бекки действует хитростью, медленно отходя от забора и увлекая Тома за собой.

А, когда Джефф рассказал про ваши хитроумные торговые операции, моя мама смеялась до слез и сказала, что всегда мечтала выдать меня замуж за миллионера!

Польщенный Том движется за Бекки. Рыжий Питер, расслабившись, чуть отодвигается от калитки, с самодовольным видом помешивая кисточкой в банке.

Том. Ну, миллионером я стану, разве что, к осени...

Бекки делает неожиданный маневр, ловко обойдя Тома и оказавшись перед надписью. Том, спохватившись, устремляется за ней, но, в итоге, оказывается у Бекки за спиной. Растерявшийся Питер пятится назад, падает и исчезает за забором. Бекки, прочтя написанное, поворачивается к Тому, бьет его свернутым веером по руке и говорит возмущенным голосом, но явно польщенная.

Бекки. Вы гадкий мальчишка, мистер Сойер! Немедленно закрасьте эту надпись!

Том. Бекки, но я не могу этого сделать!

Бекки. Почему? Все вас считают великим художником.

Том озирается по сторонам и, увидев, что Питер исчез, находит вескую причину.

Том. Краска кончилась!

Бекки, найдя аргумент достаточно серьезным для того, чтобы больше не настаивать на своем, усаживается на бочонок и, раскрыв веер, начинает им обмахиваться. Том стоит перед ней в ожидании решения своей судьбы.

Бекки. Вы поступили опрометчиво, мистер Сойер.

Том. Ради Бога, Бекки! Просто Том.

Бекки. Вы поступили опрометчиво..., Том. Вы приняли решение за нас обоих и сразу объявили о нем всему свету. А сами..., а сами....

Спрятав за веером смущенное лицо, Бекки говорит очень тихо.

Даже не потрудились объясниться мне... в любви.

Том, не поверив своим ушам, с готовностью бухается на колени и объясняется с Бекки очень пылко.

Том. Бекки, клянусь, я люблю вас с тех пор, как в первый раз увидел! Целые сутки...

Бекки. Целые сутки!!! И за целые сутки вы не нашли одной минуты, чтобы сказать мне об этом?! Целые сутки вы заставляли страдать мое бедное сердце?!

Том. Бекки, я просто не успел...

Бекки. Зато преуспели в коммерции. На это у вас хватило времени!

Том. Я деловой человек, Бекки... Ваше бедное сердце страдало? Бекки, прошу вас, скажите, почему!

Бекки порывисто встает и, быстро пройдя на середину сцены, останавливается, взволнованно обмахиваясь веером. Том следует за ней, останавливается у нее за спиной и через плечо пытается заглянуть ей в лицо.

Почему, Бекки?

Бекки (отворачиваясь). Нет, ни за что не скажу!

Том (заглядывая с другой стороны). Пожалуйста, Бекки!

Бекки (снова отворачиваясь). Вы посмеетесь надо мной.

Том (горячо). Да чтоб мне никогда не стать разбойником! Да чтоб мне никогда не сделаться клоуном в цирке! Да чтоб мне...

Бекки. Отвернитесь, Том.

Том. Зачем?

Бекки. Отвернитесь. Я что-то шепну вам на ухо.

Том отворачивается. Бекки поворачивается к нему, приподнимается на цыпочки и шепчет в самое ухо.

Я люблю вас, мистер Томас Сойер.

Том быстро поворачивается к Бекки, но та уже убегает. Том гонится за ней. Они дважды обегают вокруг бочонка, наконец, Бекки вскакивает на него. Том останавливается перед ней, взяв ее за руки, с обожанием смотрит на нее снизу вверх и говорит восторженно.

Том. Бекки, нам осталось только скрепить нашу помолвку поцелуем!

Бекки. И что тогда?

Том. Тогда мы станем женихом и невестой и уже никогда больше не расстанемся.

Бекки. Никогда никогда?

Том. Никогда в жизни! Ну, же, Бекки!

Бекки кладет руки на плечи Тому, он подхватывает ее и ставит на землю. Несколько секунд они смотрят друг на друга, затем Бекки смущенно отворачивает лицо. Том берет ее за подбородок, поворачивает к себе и чмокает в губы. Чуть отстранив Бекки, говорит тихим голосом.