Реинкарнат

— Здравствуйте. Простите, голова что-то закружилась.

Марья Ивановна улыбнулась ещё добрее:

— Ты совсем ослаб, пока спал. Ты, наверное, кушать хочешь? Я сейчас скажу на кухне бульончику тебе налить из курочки. Как раз готовят куриный супчик ребятам на обед. Очень вкусный. Ага? — Она мило подмигнула.

Аркаша как-то устало улыбнулся и кивнул.

— Ну вот и ладненько. — Марья Ивановна ещё раз потеребила Аркашину шевелюру и поспешила на кухню.

Через полчаса она принесла ему бульон в чашке. Хотела, было, покормить его сама с ложечки, но Аркаша отказался. Чуть покачнул головой, и сам взял чашку. Чуть отпил. Закрыл глаза.

— Ну вот и ладненько. Ребятки, присмотрите за ним. Кликните, если что. Ага?

— Хорошо, Марья Ивановна, — заверил её Максим. — Идите, не тратьте время попусту.

Женщина улыбнулась, кивнула и вышла из палаты.

Мальчишки втроем наблюдали со своих коек, как Аркаша пьет бульон. Он пил медленно и молчал. Вообще, за всё это время не проронил ни слова.

Максим понимал его состояние. Неудивительно, ведь этот мальчик только что узнал, что чуть не умер и провел в коме без сознания три месяца!

Аркаша сделал ещё глоток, допивая бульон, и, неуклюже повернувшись, протянул руку к тумбочке.

— Давай, я отнесу. — Максим принял из его рук чашку, выскочил в из палаты и через полминуты уже вернулся.

Он присел на краешек койки к Аркаше. Мягко положил свою руку ему на плечо:

— Дружище, я тебя понимаю. Три месяца...

Аркаша медленно поднял на него глаза. Максим поймал себя на ощущении, что это совсем не детский взгляд.

— Дело не в этом... — спокойно сказал Аркаша.

— А в чем же?

Аркаша выдержал паузу, раздумывая, сказать или не надо. Вряд ли его поймут. Он улыбнулся. Улыбка вышла не детская.

— Значит, уже апрель? — спросил он Максима.

Тот улыбнулся в ответ:

— Да, весна в разгаре. Все деревья в цвету.

— Надо же. Я хочу посмотреть. — Аркаша приподнялся, свешивая ноги.

— А тебе можно?.. Может лучше полежать?

— Можно, — кивнул Аркаша.

Он встал на пол. Совсем ослаб от долгого лежания. Максим помог ему сделать пару шагов до окна, которое было рядом с койкой.

Отдернули шторы.

— Боже, какая красота! Кажется, я не видел этого целую вечность. — Аркаша засмотрелся на цветущий сад. Яркое солнце поливало всё вокруг, радуя глаз перламутровыми лучами, пробивающимися сквозь густые кроны деревьев.

— Говорят, здесь яблоки и сливы в конце лета поспевают, — заметил Максим.

Вдоволь насмотревшись, Аркаша чуть отпрянул от окна. Уже самостоятельно, без помощи Максима вернулся в койку.

Мальчишки увидели, что его улыбка стала какой-то странной.

— Знаете, ребята, я, конечно, могу вам всё рассказать. Но вы не поверите. — Аркаша посмотрел на них как-то загадочно. — Я сам до конца не верю.

Ребята переглянулись друг с другом.

— Ты о чём это? — озадаченно спросил Максим.

— Я вас понимаю, — промолвил Аркаша, задумчиво шевеля лишь губами. — Наверно, я покажусь вам сейчас буйно-помешанным, но я чувствую, что мне надо выговориться. Тогда мне станет легче.

Денис не сдержал улыбку:

— Вроде не кусаешься, по палате не бегаешь, без причины не смеешься. Какой же ты буйно-помешанный?

— Рассказывай! — весело брякнул Лёнька с койки в углу.

— Спасибо, ребятки. Ну, ладно. Дело в том, что этот страшный сон, который мне приснился, это вовсе не сон.

— Как это, сон — не сон? — удивился Максим.

— Этот сон, который мне приснился, снился мне уже когда-то раньше. В шесть лет мне приснилось всё то же самое. А ещё раньше, когда я был совсем маленьким, этот сон снился мне очень часто. Мне родители как-то ещё рассказывали. Странно, но я даже говорить ещё толком не умел.

— Слушай, я так и не понял, что тебе вообще приснилось? — бесцеремонно спросил Лёнька.

— Мне снилось, что я взрослый. Более того, не просто взрослый, а военный. Служу в спецназе.

— В спецназе?! — Глаза Максима загорелись живыми искорками. — Вот это сон! Наверное, получше компьютерной игры-стрелялки будет!

— Ты знаешь, всё настолько реально было. Только сейчас я понимаю, что это был не сон. Когда-то давно я читал о реинкарнации. Вы не слышали раньше такого слова?

— Я что-то слышал, но не помню точно, — сказал Денис.

— Реинкарнация — это переселение душ. Это значит, что душа человека после смерти не исчезает бесследно, а переселяется в другого человека.

— Ух ты! — Лёнька замигал глазами.

— Точно, припоминаю, что-то читал об этом, — задумчиво сказал Денис.

— Реинкарнация — это также, когда человек вспоминает жизни чужих людей, в тела которых вселялась его душа раньше. Какой-то американский профессор исследовал такие случаи. Был, например, забавный случай, когда мальчику из Шри-Ланки исполнилось два года, он сообщил матери, что его настоящий дом находится в восьми милях к югу, что зовут его Сэмми Фернандо, что он работал на железной дороге, потом стал алкоголиком и погиб, сбитый грузовиком. Профессор провел расследование и выяснил, что Сэмми действительно жил в тех краях и умер так, как описал мальчик. В целом собралось около шестидесяти соответствий между его рассказом и воспоминаниями родственников рабочего. Мальчик удивлял родителей все новыми подробностями из своей прошлой жизни до шести лет, когда все воспоминания исчезли напрочь.

— И что ты хочешь сказать? Что ты в прошлой жизни был спецназовцем? — спросил Максим, удивленно приподняв брови.

Аркаша улыбнулся:

— Ты Максим догадливый. Я не знаю, что со мной произошло, когда меня ударила эта шайба, и как я был в коме. Но теперь я понял, что этот сон — это частичка моей прошлой жизни. Более того, я вспомнил всю свою прошлую жизнь!

— Ничего себе! Расскажи!

Аркаша посмотрел на приятелей. Странно, но в их глазах не было ни тени недоверия. Воспринимают ли они это как сказку или серьезно? Похоже, что серьезно. Дети склонны верить всяким чудесам. И часто ведь они оказываются правы! Огромная планета Земля, населенная шестью миллиардами людей, словно маленькая частичка несется сквозь просторы бесконечной Вселенной так же как и миллиарды других планет в одной только нашей Галактике — разве это не чудо?!

Когда Аркаша вспомнил свою прошлую жизнь, у него появилось ощущение, словно неподъемный десятитонный груз опустился на его маленькие, еще неокрепшие плечи. Вместе с колоссальным опытом и знаниями взрослого спецназовца, которым он был раньше, пришло неожиданное осознание своей новой жизни.

Он улыбнулся — и это получилось у него неожиданно по-детски:

— Сергей. Так звали меня в прошлой жизни. Родился я в начале семидесятых в Советском Союзе. Была тогда такая страна. Ходил в садик. В три года сестра научила читать. Помню, читал детишкам в садике рассказы о Ленине. Чудное было время. Потом школа. Был октябренком. Потом пионерия. Комсомол. В школе участвовал в спортивных соревнованиях, побеждал, ходил в разные кружки, ДОСААФ, занимался радиолюбительством. После школы откатал годик на такси. Потом армия. Был сильным, спортивным парнем, поэтому попал в десантники. Там заметили мои данные, быстроту, реакцию, смекалку. Меня как-то отделили от других, заставили сдавать какие-то странные тесты. Потом мне сказали что к чему. На меня положило глаз ГРУ.

— Это типа самая крутая спецслужба? — усмехнулся Максим.

— Круче нету! — гордо заявил Аркаша. — Это сейчас все почти о ней знают и рассказывают. А тогда, в те годы никакого ГРУ вообще официально не существовало. КГБ было. Все знали о доблестных чекистах. А спроси любого, что такое ГРУ, никто бы не ответил. И я о таком не знал, пока меня туда не пригласили. Понравился им очень.

— А чем они занимаются?

— Военная разведка. Это глаза и уши генерального штаба по всему миру. Военным нужно иметь собственную разведку, чтобы знать состояние вооруженных сил в других странах, чтобы предугадывать возможную угрозу от недружественных государств. Есть много различных направлений военной разведки. Есть агентурная разведка, которая ведется с помощью агентов, через резидентуры в посольствах за рубежом и нелегальные резидентуры. Есть космическая разведка через спутники. Радиоэлектронная разведка. Есть у ГРУ и силы специального назначения — спецназ — также как и у других ведомств. Но из всех спецназов, спецназ ГРУ — круче всех! "Выше нас — только звёзды!"

— Хвалишься? — улыбнулся Максим.

— Не без этого. Короче, попал я в специальный учебный центр ГРУ в Рязанской области. Там тренировали, обучали нас по специальным методикам. Очень сильно нас натаскивали там. Иностранные языки даже учить приходилось, английский язык и другие, ведь могут забросить на задание в другую страну.

— Прикольно.

— Совпала моя учеба с развалом Союза. Пошла какая-то непонятная катавасия. Все стали отделяться. Повсюду стали возникать локальные конфликты. Дележ территорий. Пришлось тогда немного повоевать в Карабахе. Потом война в Чечне. Вот там и попали мы с отрядом в эту переделку. Там я и погиб... в прошлой жизни. — Аркаша, сидя в серьезной взрослой позе, выдержал задумчивую паузу. — Сдается мне, что наша гибель в Чечне неспроста получилась. Кто-то нас заложил в штабе.

Мальчишки молчали, перебрасываясь друг с другом горячими взглядами.

— Наверное, вы все-таки думаете, что я всё это придумал? — спросил Аркаша.

Те переглянулись. Максим посмотрел на него очень серьезно:

— Знаешь, я тебе верю.

— Я тоже, — сказал Денис.

Лёнька поморщился и почесал макушку головы:

— Не знаю... Ладно, не буду гадом. Не вижу причин тебе не верить. А вообще, мне все равно. Даже если ты всё это придумал, ты все равно классный парень!

Аркаша счастливо заулыбался:

— Спасибо, пацаны. Вы настоящие друзья.

Помолчали. Первым нарушил внимание Максим:

— Аркаш!

— Да?

— К тебе вчера мама приходила.

— Мама? — Аркаша почувствовал, как у него защемило внутри.

— Ну да. Она долго сидела рядом с тобой. Смотрела на тебя как ты лежишь. Я заметил у неё одну только слезинку. У тебя классная такая мама. Добрая.

Аркаша и сам прослезился от такой новости:

— Ой, Макс, спасибо. Скорей бы её повидать. Она у меня книжки для детей выпускает. В издательстве работает.

— Классно как!

Аркаша вздохнул и свесил ноги на пол:

— Встану-ка ещё погляжу в окошко.

Он долго стоял и молча смотрел на весенний сад за окном. Мальчишки не могли видеть его лицо в этот момент.

ГЛАВА 4. Потасовка и девочки

У детей новости распространяются быстрее, чем у взрослых, которые узнают обо всем лишь потом — из телевизора. Так происходило всегда. Так произошло и в этот раз.

Уже через день вся больница знала о том, что Аркаша — тот самый мальчик, который провел в реанимации без сознания целых три месяца — не только очнулся и чувствует себя хорошо, но и о волнующем душу, загадочном слове "реинкарнация".

Пока взрослые врачи и медсестры закрылись у себя в ординаторской, слушая увлеченный рассказ Марьи Ивановны о том, какой Аркаша чудный и прелестный мальчик, дети вовсю обсуждали и пересказывали услышанное ими от соседей из других палат. Шутка ли — мальчик утверждает, что у него была какая-то прошлая жизнь, и что в прошлой жизни он был каким-то крутым спецназовцем. А глупая Марья Ивановна, проучившаяся полжизни для того, чтобы стать детским врачом, ничего этого не знала и даже не подозревала. Стоило ли учиться?

История о двенадцатилетнем спецназовце быстро расходилась и обрастала новыми подробностями по принципу испорченного телефона. Дошло до того, что стали поговаривать, что Аркаша воевал в Чечне не в прошлой жизни, а в этой! Он в одиночку расстрелял из автомата целую толпу боевиков во главе с самым главным чеченцем, наши победили, но наш герой был ранен и попал в больницу. Да-да, прямо из Чечни его и привезли! Неплохая история, правда? Естественно, что кое-кто поставил её под сомнение.

Утром, на выходе из туалета в коридор его подстерегли двое незнакомых мальчишек из крайней двенадцатой палаты. До неё новость дошла последней в том самом искаженном виде.

Аркаша никогда не отличался лишней скромностью, ни в этой жизни, ни в прошлой, был по-детски общительным и по-взрослому коммуникабельным, а потому, сияя открытой улыбкой, сразу же протянул им свою руку:

— Привет, пацаны! Я Аркаша!

Один из двоих был выше его на целую голову. Он вызывающе поставил руки в боки, оскалил зубы и издевательски процедил:

— Аркаша из параши?! Отличное имя для спецназовца!

Его товарищ весело хихикнул.

Аркаше это жутко не понравилось. Он убрал улыбку:

— Ребята, вы чего?

Высокий пацан положил ему на плечо тяжелую ладонь:

— Говорят, ты в Чечне воевал. Типа крутой? Да?

Аркаша почувствовал, что не выдерживает. Горячая кровь вскипает в его жилах.

Из восьмой палаты вдруг вынырнули две девчонки. Аркаша ещё вчера их приметил. Они постоянно ходили парочкой, чаще других норовили заглянуть в палату мальчиков, где лежал Аркаша, и просто бессовестно за ним наблюдали, когда он выходил в коридор.

Та, что покрупнее, черноволосая, круглолицая девочка выразительно ахнула и топнула ногой:

— Ромка! Чего ты к нему пристал?! Делать нечего?!

Надо же, какая заступница! Аркаша дернул руками вверх к Ромкиной ладони на своем плече, схватил его за пальцы, одной рукой сжал мизинец и безымянный, другой — указательный и средний пальцы. Отступил назад, резко потянул руками вниз и под себя, загибая пальцы противника вверх.

Ромка заверещал от боли в пальцах и послушно лег на пол перед Аркашей. Он уложил его перед собой.

Девочка-заступница восторженно ахнула. Её подружка, скромная, молчаливая девчушка, в ярко-красном спортивном костюме с белой полосой по бокам, надрывно округлила глаза и поспешила закрыть обеими руками открытый рот, чтобы из него вдруг чего не вырвалось. Из нескольких палат тут же выскочили ребята и вылупились на стонущего Ромку, который вытянулся на полу перед легендарным Аркашкой. Тот действительно напоминал в этот момент взрослого спецназовца, держал противника спокойно и уверенно как на работе.

Через пару секунд из ординаторской выскочила дежурная красавица-медсестричка:

— Мальчики, вы что? Ну-ка отпусти его!

Аркаша моментально среагировал, отпустил руку и довольно улыбнулся медсестричке:

— Да вы не переживайте. Просто Рома попросил показать ему приемчик. Да, Рома? — Аркаша склонился над ним с милой улыбкой.

Ромка что-то промычал, поспешно поднимаясь с пола и кивая в подтверждение Аркашиных слов.

— А что, обязательно этим заниматься в больнице в травматологическом отделении? — спросила медсестричка, журя мальчишку. — Вот выпишитесь скоро, и будешь тогда показывать ему приемы где-нибудь в другом месте.

Аркаша процедил в ответ, откровенно давясь от смеха:

— Здесь лучше. Ближе нести. Тут же на месте и помощь окажут.

Опозоренный Ромка с товарищем под издевательский смех столпившихся мальчишек и девчонок поспешили скрыться в своей крайней двенадцатой палате.