| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
— Настоящую любовь мало встретить, её нужно заслужить! — в тон ему закончил я и вздохнул. — Не волнуйся, отец. Я буду осторожен. Чести де Ла Феров ничего не грозит!
— Меня волнует не столько фамильная честь, сколько состояние твоего сердца. Влюблённые слепы. Дай Бог, чтобы твоё прозрение не было слишком болезненным! — отец покачал головой и негромко вздохнул.
Я ничего не ответил. После смерти мамы я стал для отца единственным значимым человеком. Весь наш маленький мир стал вращаться вокруг меня. Понятно, что отец совсем не в восторге от, пусть отдалённой и полупризрачной угрозы вторжения в наш мирок какой-то девицы, которая может забрать меня у него.
— Отец, я приглашу Анну и её брата к нам на обед, и ты сам убедишься, что она достойна стать моей женой! — я просительно заглянул отцу в глаза.
Да, приём не очень честный, зато срабатывает безотказно. Отец согласно, хотя и без особой радости, кивнул.
* * *
Пора любви. Прошло всего две недели со дня первой встречи Анны и Антуана, а уже все в землях графа знали, что девушка станет графиней. Официальной помолвки ещё не было, Антуан пока даже не говорил о своих чувствах и планах, но предчувствие свадьбы витало в воздухе. Анна и Антуан всюду появлялись вместе. Все уже знали, что если где-то мелькнуло светлое платье девушки, значит поблизости обязательно и граф. Если граф на охоте, значит и его возлюбленная с ним. Старый граф, в глубине души не одобряя этот союз, не вмешивался, а Анри хоть и вмешивался, да толку не было. Все его предостережения, внушаемые сестре, проникали в её уши, но так и не доходили до сердца. Девушка соглашалась, что нужно быть осторожнее, что нельзя верить первому встречному, тем более дворянину, выросшему на всём готовом и никогда и ни в чём не знающему отказа, послушно кивала головой и... убегала из дома на прогулку с Антуаном. Анри гневно сдвигал брови, а Анна рассказывала, какой удивительный цветок они нашли в парке. Анри напоминал ей о том негодяе, от которого они вынуждены были бежать, а Анна щебетала о том, как чудесно Антуан поёт. В конце концов, доведённый до полного отчаяния, Анри назначил Антуану встречу в церкви после службы. Молодой священник понимал, что с его стороны это неслыханная дерзость, что юный граф может просто рассмеяться в лицо забывшему своё место аббату, а то и выгнать его с земель, но страх за Анну был сильнее. Вопреки опасениям Анри, Антуан охотно согласился на встречу.
— Граф, — Анри величественно выпрямился, пытаясь побороть волнение, — Ваше имя стали слишком часто произносить с именем моей сестры. Не сочтите меня дерзким, граф, но я хотел бы узнать, каковы Ваши планы в отношении Анны. Полагаю, у меня есть основания задать Вам этот вопрос!
— Разумеется, есть! — Антуан приветливо улыбнулся. — Я женюсь на Вашей сестре.
— Вы просите у меня руки Анны? — ошеломлённо прошептал Анри.
— Да, как брата, — кивнул Антуан. — Как священника я прошу обвенчать нас с Анной, скажем..., завтра утром!
— Завтра утром! — воскликнул Анри, невольно всплеснув руками. — А разве Вы уже говорили о своих планах с отцом, разве он уже дал Вам своё согласие?! Анна-то хотя бы в курсе, что завтра выходит замуж?!
— Анна в курсе. — Антуан вспомнил, каким счастьем засияли глаза его любимой, и тепло улыбнулся. — А с отцом я поговорю сегодня.
— Но он может Вам отказать! Более того, он может Вам запретить! — священник уже почти не сомневался в том, что его посетитель безумен.
— Будьте готовы обвенчать нас с Анной завтра утром, — Антуан приветливо кивнул священнику и вышел.
"А ведь этот юноша сметёт всё и всех на пути к счастью, — подумал Анри, глядя вслед Антуану. — Господи, пошли этим двум неразумным счастья, и дай Анне побольше терпения!"
* * *
Антуан. Я шёл к отцу, настроенный на серьёзную беседу.
— Граф Антуан, как чудесно, что Вы решили навестить отца! — расплылся в улыбке Бернар, который сидел у отца и внимательно выслушивал его ностальгию по давно минувшим годам.
Я лично таких бесед не поддерживаю, после них у отца портится настроение и здоровье.
— Сынок, давно ты ко мне не заходил! — Отец довольно улыбнулся и кивнул на кресло. — Неужели цветущая любовь отпустила тебя к увядающей старости?
Ну вот, что и требовалось доказать.
— Да, как бы много друзей и родных нас не окружало, старость к каждому приходит в одиночестве, — отец печально вздохнул.
— Отец, нам нужно поговорить, — я мотнул головой в сторону Бернара (проклятая чёлка привычно залезла в глаза). — Наедине.
— Ты же знаешь, Бернар — член нашей семьи! — голос отца окреп.
Ну да, как же. Да я скорее своего коня родственником считать стану, чем этого крыса. В моём Радже благородства и честности гораздо больше.
— Ну что Вы, граф, — лицемерно смутился Бернар, — я не достоин этой чести. Если Ваш сын хочет поговорить с Вами наедине, я выйду.
Низко поклонившись, Бернар покинул комнату. В комнате повисла нехорошая тишина. Я смотрел, как медленно сдвигаются к переносице брови отца, и понимал, что сам накликал на себя эту бурю. Ну не могу я говорить об Анне в присутствии этого крыса! НЕ МОГУ!
— Антуан, ты несправедлив по отношению к Бернару! — сурово произнёс отец.
Начинается.
— Да будет тебе известно, я отметил Бернара в своём завещании вместе с тобой. Всё моё состояние будет поделено между вами поровну! — отец перевёл дыхание и закончил. — Графский титул перейдёт к тебе.
Что?! Час от часу не легче! Отец отметил крыса в своём завещании! Отец вообще задумался о завещании!!!
— Отец, — я честно пытался сдержаться, — подумай. Мы не знаем этого Бернара. То, что он был последним, кто видел маму живой, ничего не меняет. Он может быть негодяем!
— Мама никогда бы не поручила негодяю передать нам медальон! — сурово ответил отец.
Железный аргумент. Медальон можно снять и с трупа, так даже проще. А слезливую историю придумать и вовсе легко. Я в детстве нищим прикидывался, жалостливые истории на ходу сочинял, пока отец не узнал и не выпорол. Да ладно, чёрт с ним, с Бернаром! Не до него пока.
— Отец, завтра утром я женюсь на Анне! — выпалил я.
Бровь отца выразительно поползла вверх, явно не к добру.
— А почему не сегодня? — ядовито уточнил он, но вдруг побледнел. — Господи помилуй, Антуан! Ты ведь не... Она... она не... беременна?
Ого! И он ещё будет стариком прикидываться! Мне, например, такое даже в голову не пришло!
— Паааапа! — протянул я, сам не зная, чего в моём голосе больше: укоризны, восхищения или досады на неразумного себя.
Отец прижал руку к груди и облегчённо вздохнул.
— Так мы завтра венчаемся? — уточнил я, пользуясь благоприятным моментом.
— Она хотя бы не преступница? — уже сдаваясь, спросил отец.
Да уж точно не хуже этого крыса Бернара! Но вслух я, разумеется, этого не сказал. Только отрицательно покачал головой.
— Делай как знаешь! — махнул рукой отец. — Благословляю!
Я поцеловал отца в морщинистую щёку и пулей вылетел из комнаты. Завтра в это время я уже буду женатым человеком! УРА!
* * *
Две недели семейной жизни. Если бы Анне де Бейль в детстве кто-нибудь однажды сказал, что она станет женой молодого и красивого графа, вдобавок богатого и благородного, девушка бы только посмеялась. Но сейчас вся округа почтительно называла её: "Ваша светлость" и низко кланялась при встрече. Анну это всегда жутко смущало, тем более что к её мужу, Антуану де Ла Феру, отношение у жителей было более душевным и менее почтительным, да и старый граф, отец Антуана, не спешил принимать Анну в семью. Присматривался, держась ровно, но отчуждённо.
— Они тебя просто мало знают! — улыбался Антуан. — Знаешь, сложно благоговеть перед тем, с кем вместе ходил воровать яблоки в графский сад!
— Ты воровал яблоки в саду? — Анна широко распахнула синие глаза.
— Ну да, — Антуан пожал плечами. — У меня вообще было детство обычного мальчишки. Иногда. Когда отец был в отъезде. А ты что, ночью в чужой сад не ползала?
— Меня не брали! — досадливо шмыгнула носом Анна.
— Хочешь, сейчас сходим? А ещё лучше, побежали на речку купаться, там такая заводь чудесная есть! — не задумываясь, предложил Антуан.
Девушка посмотрела на своего мужа в полном восторге. Ни секунды не колеблясь, она кивнула. Антуан взял её за руку, и они вместе направились в сторону реки.
* * *
— Дети, — вздохнул старый граф, из окна замка глядя на своего сына и невестку. — Сущие дети. Что с ними будет, когда меня не станет?
— Молодая графиня полностью завладела Вашим сыном! — сочувственно поддакнул Бернар. — Она подчинила его себе душой и телом!
Откровенно говоря, подчинить Антуана полностью было невозможно. У молодого графа было своё мнение по каждому вопросу, но отец поверил словам друга.
— Ты прав, мой друг! Ты, как всегда, прав! — вздохнул старик.
— Это очень опытная и опасная мошенница! — продолжал Бернар. — Она несколько раз была замужем, и все её мужья погибали странной и страшной смертью! Она даже.... Нет, мне страшно это говорить!
— Что? Что?! — смертельно побледнел старый граф. — Говори, я приказываю!
— Она заклеймена! — выпалил Бернар и потупился.
Старый граф схватился за сердце. Минуту он хватал ртом воздух, не в силах произнести ни слова.
— Сына ко мне! Немедленно! — наконец прохрипел он.
Бернар поклонился и вышел. Прошло не менее часа, прежде чем Антуан появился на пороге отцовской комнаты. Влажные волосы были зачёсаны назад, открывая высокий упрямый лоб сына.
— Ты хотел меня видеть, отец? — спросил Антуан, небрежно усаживаясь на подлокотник отцовского кресла.
Старый граф некоторое время молчал, откровенно любуясь сыном. С каждым годом Антуан всё сильнее походил на свою покойную матушку.
— Пап? — вопросительно протянул Антуан, чувствуя, что пауза затягивается.
— Анна недостойна тебя, сынок, — выдохнул старый граф.
— И почему я не удивлён! — рассмеялся Антуан. — Пап, с твоей точки зрения, в мире вообще не существует достойной меня девушки!
— Анна тебя не достойна! — упрямо повторил отец.
— Я её люблю! — Антуан упрямо сжал губы.
— Даже если она распутница и клеймёная убийца?! — вскричал старый граф, в бешенстве приподнимаясь с кресла.
— Что?! — Антуан снова звонко рассмеялся. — Пап, то, что Анни не распутница, и у неё нет никакого клейма, я готов подтвердить даже на Страшном суде! Мне ли этого не знать!
Отец с немой мольбой посмотрел на сына. В этот момент дверь комнаты стремительно распахнулась. На пороге стоял бледный и взволнованный Бернар.
— Прошу прощения, — пролепетал он, — но у нашего славного арендатора, месье Жерома пожар. Страшный пожар!
— Я съезжу, отец! — Антуан ободряюще сжал плечо отца. — Передай Анне, что я скоро вернусь!
— Будь осторожен, сынок! — улыбнулся отец, прощально поднимая правую руку.
Антуан согласно кивнул и выбежал из комнаты.
— Благодарю Вас, Бернар, Вы появились как нельзя кстати! — улыбнулся другу старый граф. — А теперь, если Вас не затруднит, освободите наш дом от этой жуткой мошенницы. Клеймёной убийце не место в семье де Ла Феров!
— Как пожелаете, граф! — поклонился Бернар и протянул графу бокал с зеленоватой настойкой. — Пока я выпроваживаю девицу, выпейте этот отвар. Он придаст Вам сил!
Старый граф с благодарностью принял бокал из рук друга.
* * *
Анна. Две недели семейной жизни были для меня сущим раем. Мы с Антуаном были так счастливы, что Анри, окончательно успокоившийся и поверивший в мою безопасность и благополучие, отпросился на месяц в отпуск. Мне он сказал, что едет на могилу к маме, но Антуан, когда я сказала ему об этом, смешливо фыркнул:
— Что-то я не уверен, что та рыженькая милашка, с которой я его видел, мечтает посетить могилу вашей матушки!
Я возразила, что Анри священник и у него обет безбрачия, но, по-моему, Антуан мне не слишком поверил. Я неторопливо шла с речки, думая обо всём сразу и ни о чём конкретном, когда ко мне подошёл крепкого телосложения мужчина.
— Графиня, — низко поклонился он мне. — У меня для Вас срочное сообщение от Вашего супруга. Прошу Вас, пройдёмте на цветочную поляну.
— Антуан ждёт меня там? — я подняла глаза на мужчину.
Тот кивнул, стараясь не встречаться со мной взглядом.
Странный он какой-то. Неужели Антуан не нашёл никого более... открытого? Боже, я уже начинаю рассуждать как высокомерная богачка! Скорее всего, мужчина просто неуверенно чувствует себя рядом с молодой титулованной женщиной. Он робеет, только и всего. Мы быстро пришли на поляну, но там никого не оказалось.
— А где же Антуан? — спросила я, изо всех сил заглушая тревогу, родившуюся в моей душе.
Мужчина поднял голову, и я впервые увидела его глаза. Ой, мама! Лучше бы я их не видела. Холодные, циничные. Да ему человека убить проще, чем Антуану муху прихлопнуть!
— Что... — голос предательски дрогнул, но я сжала кулаки и произнесла довольно спокойно. — Что Вам от меня нужно, месье?! Граф Антуан не одобрит подобных глупых шуток!
Даже имя любимого внушило мне уверенность. В глубине души я чувствовала, что выберусь из этой переделки. Он меня не тронет, потому что я сильнее. МЫ с Антуаном сильнее.
— Ваш супруг, мадам, — развязно ухмыльнулся мужчина, — просил передать, что Вы ему надоели. Наивная провинциалка ни черта не понимающая в любовных утехах быстро приелась нашему графу!
— Вы лжец! — я презрительно посмотрела на мужчину. — Граф де Ла Фер никогда не унизится до оскорбления дамы! Вас плохо информировали, любезнейший!
Моя насмешка дорого мне обошлась. Мужчина замахнулся и сильно, с оттяжкой, ударил меня по лицу. Мир перекосило. Во рту появился привкус крови.
— Высокомерная сука! — прохрипел бандит, с силой стягивая мне руки за спиной. — Посмотрим, что ты запоёшь на это!
На это?! Боже милосердный, что ещё он придумал?! Но моё неведение длилось недолго. Бандит вынул переносную жаровню (в замке была такая, мы жарили мясо на прогулке в лесу) и на этой жаровне раскалил... клеймо в форме лилии! Увидев его, я пронзительно закричала и стала звать на помощь. Но Антуан не откликнулся, а у Господа, очевидно, нашлись дела поважнее. Испытывая истинное наслаждение, палач с силой впечатал клеймо мне в левое плечо. От невыносимой боли я взвыла, а потом сознание милосердно покинуло меня. Очнулась я от непередаваемых ощущений. Левое плечо горело огнём, руки, практически вывернутые в суставах, болели всё сильнее, а правый глаз заплыл.
— Очнулась, красавица? — ухмыльнулся палач, фамильярно беря меня за подбородок.
Я дёрнулась и снова получила удар по лицу. Прекрасно, теперь и левый глаз заплывёт.
— Твой муженёк щедро заплатил мне за то, что я с тобой сделал. Теперь, опозоренная и клеймёная, ты не посмеешь и носа показать в эти края! Если вообще, выживешь! — убийца со знанием дела посмотрел на то, что натворил и довольно кивнул.
Затем он резким движением разорвал на мне платье до самого подола.
— Прощальный штрих! — с ухмылкой пояснил он. — Может так на тебя и обзарится кто!
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
