Торопыга почесал лоб еще раз, и нахмурился: видно было как под мощным черепом, покрытым бурым мехом со скрипом и скрежетом гуляла невесть откуда взявшаяся мысль. Но судя по ступору, в который впал патрульный, выбираться на свободу из давно заржавевших мозгов она собиралась еще не скоро. Потому несчастный Корт, пытаясь ускорить события, еще раз встряхнул за шиворот задержанного и произнес гениальную фразу:
— Ну и вот!
— Что вот?
Наступила тишина, причиной которой явно стало перенапряжение в мыслительной деятельности патрульного. В попытке поймать ускользающий ответ медведь встряхнул принесенное тело ещё раз, как будто ответ находился где-то внутри и можно было вытрясти его на пол. Волку стало ясно, что осмысленного ответа придётся ждать вечно и, чтобы облегчить ожидание решил привести сильно помятого гепарда в чувство. Вылив стакан с дежурным холодным чаем (напиток назывался чай, за характерный светло-жёлтый оттенок и довольно отвратный вкус) тому в лицо, он потрепал его по щекам. Раздался странный звук, в котором малой Отье не без содрогания распознал приступ наступающего рвотного позыва.
— Убери его отсюда, быстро!— закричал Малохвост, он же всё здесь уделает...
Медведь потер лапой переносицу. Вообще-то малой Корт Торопыга не был ни мало не тугоумным, а был он всего лишь до предела рассудительным и последовательным в действиях. Вот и сейчас он превосходно понял своего напарника, только, согласно уставу, ну никак нельзя было убрать задержанного до регистрации. Это ведь, было никак не положено. Наверное, стоило довести до сведения Отье этот факт и указать на его ошибку и пояснить, что его разумное распоряжение может быть исполнено только по завершении регистрационной процедуры. И только патрульный распахнул было пасть, чтобы указать дежурному на порядок действий, которые совершенно необходимо выполнить до выполнения его приказа, как стало ясно, что события явно превосходят по скорости своего возникновения, утверждённый уставом порядок действий.
Гепард не выдержал, да и кто бы выдержал в его состоянии. Содержимое его желудка было в результате в многообразии представлено: на столе дежурного, на его коленях и униформе. Появившееся характерное амбре дополнило картину и дало той обрести законченный вид.
— Так вот,— в возникшей тишине возник чёткий голос медведя,— я ему и говорю, что отпущу, как только ты возместишь ущерб нанесённый представителю власти при исполнении.
Лапа патрульного показала на характерные пятна на форме. Пятна много говорили о прошедшем патрулировании — они всем своим видом утверждали, что владельца формы уже окатывали рвотными массами, причём не далее чем полчаса назад.
Морда волка расплылась в характерной ухмылке:
— Значит так, похоже ночлег он себе, всё-таки, нашёл.— Отье встал и подошёл к гепарду со спины. Ткнув его пальцем Малохвост заявил,— понял болезный? Пока не ототрёшь тут всё, да не отстираешь жить тебе здесь, в холодной.
Впрочем с тем же успехом он мог вещать и стенке. Гепард, похоже, был пьян до такой степени, что понять что — либо он был категорически неспособен.
— Слышал, что-ли? Отведи его в холодную, и не побеспокой старшого — он сегодня не в духе.
Медведь ушел, волоча за собой безвольное тело. А у дежурного явно прибавилось проблем. Необходимо было прибраться, а виновный был не в том состоянии, чтобы исправить содеянное. Ждать, когда тот проспится и сидеть при этом в "отходах жизнедеятельности", Отье был не согласен. Помявшись и пару раз помянув гепардью мать, побрел в кладовку за тряпкой и ведром, при этом не сказать, чтобы он очень спешил, была у него одна надежда всё же спихнуть эту работёнку на постороннего. Действительно, если день начался с появления гепарда — причём пьяного вдрызг, то почему бы, во имя великого кольца, не появится кому-то, кто возьмет на себя обременительный труд уборщика.
Волк подошел, со вздохом взял ведро, бросил туда тряпку и пошел к водяному кубу. Вернувшись, брезгливо и неохотно начал оттирать подсыхающие пятна, издающие кислый тошнотворный запах. Часть времени у куба он потратил оттирая пятна на одежде и удаляя их со шкуры. По этой самой причине он чувствовал себя мокрым и обозлённым неудачником.
Как ни старался дежурный работать помедленнее, но всё когда-либо да кончается, кончается и неприятная работа, еще раз вздохнув он бросил тряпку в ведро и уже совсем было собрался унести ведро в уборную. Но тут внезапно открывшаяся дверь поддала ему под мягкое место, Отье упал, ведро осталось стоять.
В дверях появился гибкий силуэт.
— Привет, робяты, а что это вы тута лежите,— вопросил голос, принадлежавший входящей в дверь молодой выдре.— Я это спросить хотела насчёт где тут у вас поселится можно. Ну да и деньгу посшибать было бы красиво.
Выдра в вязаной кофте с блестящим кольцом надетым на хвост прошла внутрь и небрежно облокотилась на стол.
— У вас здесь всегда так воняет?
Вопрос был поставлен, что называется по существу, более того, ответить на поставленный вопрос уважаемому малому Отье было нечего. Отье был в ступоре.
— Ну, так я получу ответ или мне пойти поискать кого-нибудь поразговорчивее, молчаливый ты мой,— заявила выдра.
Волк прокашлялся. И почему-то фальцетом заявил:
— Дежурный я...
— Ну а я, так хожу — грибы тут ищу, грибы тут есть?
Ступор продолжился, выдра прошлась по комнате, пихнула лапой ведро.
— Таки давай знакомится, Хво -я, Хво Серебис, в город поселяться пришла.— Выдра вдруг подскочила,— Подожди, я сейчас,— и выбежала наружу.
Малохвост немного помялся, сплюнул и пошел заканчивать уборку. Времени правда на спокойный и размеренный труд было ему предоставлено не так много, как бы хотелось. Стоило убрать ведро и опять пристроится на стуле за столом, как дверь опять распахнулась и внутрь с радостным криком ворвалась уже знакомая выдра. Выдра тащила за собой упирающегося лемура, выражение морды которого явно говорило о том, что много он бы отдал только чтобы быть подальше от данного места в этот момент.
Тут надо объявить, что этим лемуром и являлся ваш рассказчик. Заявление Хво о том, что для нёё: найти как дом, так и источник заработка — как рыбу сожрать, пришлось проверять на практике довольно оригинальным способом. Хво — девочка энергичная и, похоже всегда сначала делает и только потом решает, стоило ли это вообще делать. Во всяком случае, после нашего с ней знакомства, решено было для спокойствия дать ей возможность реализовывать собственные идеи. Что и снизило резко количество конфликтов, скажем, до "относительно приемлемого уровня".
Дополним наше описание ситуации тем, что на данный момент был на мне клетчатый жилет с карманами, да и штаны в цвет с жилетом, на спине болтался вещевой мешок, в руке, не занятой выдрой находился деревянный посох с незатейливой резьбой.
Вернёмся, однако, в дежурную комату надзора, Хво в это время заявила:
— Вот мы и пришли!
— Кто это мы,— спросил Отье. Ситуация успела ему порядочно надоесть и он решил послать незваных гостей куда подальше,— так, быстро собрались и вышли вон,— заявил он и указал лапой на дверь.
— Таки даже и не представившись? Я то Хво, Хво Серебис, а это мой друган, не смотри что он такой стеснительный, ежели его растормошить, то поёт так, что заслушаешься. Ну скажи что-нибудь,— выдра настойчиво потрясла лемурью руку.
Пришлось отвечать, услышав представление от своей подруги, немного потупился и спокойным тоном произнёс:
— Дабби я, Дабби Армит, лемур,— надеюсь было сказано настоящим лемуром — жентльменом (жентльмены, в отличие от джентльменов вообще то сочетающие (1) и имеют право на некоторые слабости, обусловленные строением организма).
— То, что ты лемур — я прекрасно вижу, что вы тут вдвоём забыли, тёмная преисподняя. Здесь не театр и даже не кабак, как думает твоя подруга. Здесь почтенное и уважаемое заведение,— Отье Малохвост поднял палец вверх. Из-за стенки раздался в это время звук, говоривший о том, что еще не всё содержимое желудка гепарда покинуло своё место обитания. Волк закрыл глаза.
— Короче, ноги в руки и наружу,— волк хлопнул лапой по столу.
Открылась внутренняя дверь, пропуская возвращающегося Торопыгу Корта, Корт был весь заблёван, Корт был в ярости. Корт молча прошёл по дежурке и вышел наружу, хлопнув дверью. Выдра ухмыльнулась:
-А у вас тута весело, ну так мы чего пришли, сами мы не городские, можно сказать даже совсем не городские, выдра похлопала напарника по руке.— Будем теперь городские.
Волк широко раскрыл глаза:
— Это всё прекрасно, но при чем тут служба надзора, что вам тут надо, великие темные?
— Так это жить нам где-то надо.
Волк прищурился:
— А я, наверное, должен вам комнату сдать, да еще бесплатно.
Выдра усердно кивала головой.
— Ммм, а что скажете насчёт домика двухэтажного, под жёлтой крышей с садиком, ну совершенно пустого и заброшенного, только вот какая неприятность,— голос обрел мягкость голоса хищника, собирающегося наброситься на жертву,— я там сейчас живу, какая жалость, но чего не сделаешь для новоприбывших граждан — вот выселюсь, а вам его и отдам,— Отье нехорошо прищурился, и вдруг рявкнул,— Вон! Нет тут бесплатного жилья для сброда и не будет!
Выдра изящно изогнулась, и кокетливо поморгала:
— Ну и незачем так орать, понятное дело, что ты не в курсе, всё же должны в этом городе быть где -то пустые дома,— Хво толкнула меня в бок так, что пришлось отойти на шаг — еле устоял,— столько домов в этом муравейнике и что все заняты? Нет, Дабби у этого рядового мы ничего не добьёмся, надо звать начальство. И решительно двинулась в сторону внутренней двери.
Волк вскочил, и попытался было преградить дорогу, встав поперёк прохода, на то у него были основания, старшой готовился к приёму в городской управе, а так как сегодня он должен был заменять капитана, то такой редкий шанс выслужиться тот не собирался упускать. Хво напирала, пытаясь проникнуть то слева, то справа. Сочетающий Отье пытался схватить и удержать её, но кто же способен удержать столь гибкое существо, покрытое скользкой шерстью, тем более абсолютно уверенное в своей правоте? Выдра проскользнула и проскочила через дверь, Отье рванул за ней. Через несколько мгновений раздался грохот падающих вещей, судя по звуку некоторые были несомненно стеклянные, раздалась ругань. Из дверей вышел покрытый пылью и мусором волк волоча выдру за хвост. Выдра упиралась и пыталась зацепиться за доски пола. При этом она непрерывно вопила:
— Врёшь, не возьмешь! Пусти я тебе говорю, пусти, а не то хуже будет! Добрые нреки, помогите, злые волки девственности лишают. Аааа!— Когти выдры с диким скрежетом прошлись по очередной доске, так что у всех окружающих свело челюсти. Я подошёл к Хво и произнёс:
— Пойдем подруга, нечего тут на полу разлёживаться, в конце-концов найдем мы дом и без помощи столь доблестных стражей порядка.
Но, перетягивание выдры на полу продолжалось с переменным успехом.
Ситуация была с моей точки зрения как раз на одну трубку (трубка у меня всегда с собой, и отнюдь не для курения, это мой главный инструмент). Выдра не сдавалась, цепляясь с самоотверженностью приговоренного, а волк был в той стадии гнева, когда разумных речей уже не воспринимаешь. Достав трубку из кармана жилета, встряхиваю и аккуратно беру губами за мундштук и, сосредоточившись и выпустив немного пузырчатого, переливающегося дыма, сосредоточиваюсь на ином плане восприятия со стороны изнанки событий. На изнанке, в зависимости от того какой предмет рассматриваешь, виден не он сам, а его реальные и возможные связи с событиями и иными объектами, как в прошлом, так и в будущем. В данном случае ситуация виделась как тугой узел толстых красных нитей, свёрнутых в компактный клубок, что говорило о высокой вероятности негативного решения конфликта, стараюсь исправить — нахожу пару зелёно-синих, почти невидимых и невозможных нитей и слегка распустив клубок событий вплетаю зелёную канву в красный клубок. Добавляю динамики энергичным посылом "Ёммм"(так он звучит, а на ментальном плане он соответствует энергетической волне) создавая волну внутри клуба событий, что должно была привести к разрешению ситуации в положительном русле. Красные нити дернулись и сплелись в один жгут, который перешел в желтую нить средней толщины, сплетенный с парой сине-зелёных нитей. Красиво, и вроде должно получиться забавно, но пора возвращаться в реальность, ибо всё это происходило во внешнем времени, по отношению к основному потоку.
Раскрылась внутренняя дверь и оттуда выступил в парадном кителе старшого надзора сам Ломоть Стро — полноватый волк, с шерстью интенсивного стального цвета с черной остью. Старшой собирался на официальный приём. Потому он решил не заморачиваться с происходящим, слышал он достаточно, чтобы попытаться по быстрому и решительно разобраться с ситуацией.
— Малой Малохвост, прекратить беспорядок, смирно, доложите о ситуации!
Отье отпустил выдру и вытянулся.
— Уважаемый старшой, вверенными мне силами успешно предотвращено вторжение хулиганствующих элементов. Данные элементы были взяты под стражу и в данный момент происходит процедура опознания и идеоидиотинфикации,— последнее слово звучало как-то неправильно, но за время службы дежурный успел усвоить одно, на вопросы начальства надо отвечать быстро, уверенно и бодро, как бы это малограмотно не звучало.
Старшой обратился:
— Представьте меня задержанным.
— Перед вами уважаемый старшой надзора основа Стро Ломоть. На его вопросы надлежит отвечать кратко и по существу.— Малохвост нагнулся и поднял выдру за загривок,— Понятно тебе?
— А то!— быстро нашлась Хво,— Это здоровья вам, уважаемый, мы тут случайно зашли но по делу...
Ломоть поморщился:
— Грожане (буква о постоянно вылетала у него в слове "горожане"), изложите кратко суть вашей просьбы надзору и пожалуй не надо излишне нас утомлять, если вы, конечно, не хотите провести ночь в не слишком "приличных условиях".
Тут я решил, что пора действовать самому, подошёл к подруге, обхватил ее за талию и положил подбородок на ее плечо:
— Глубоко уважаемый, старшой Стро, мы только сегодня попали в этот благословенный город и, полюбовавшись его красотами, нашли его столь привлекательным, что решили обосноваться здесь. И ради этого, чтобы в дальнейшем приносить городу максимально возможную помощь во благо всех граждан, мы решили обратиться за содействием к органам надзора.
Судя по выражению морды волка — старшого, я произвел началом своей речи достаточное впечатление, чтобы не быть с ходу выставленным за порог. И тут же решил закрепить эффект:
— Как вам известно, максимальную опасность для города представляет проблема бездомных, присущее им пренебрежение правилами, постоянное нарушение спокойствия и благочиния граждан города, вынуждает нас обратиться к вам.
— Чем же вам может помочь надзор?
— Мы были бы совершенно благодарны вам, если вы могли бы указать нам способ или иную возможность обрести за насколько возможно короткий срок сносное, скромное жильё. Обладание им несомненно принесет пользу городу в установлении в нем порядка и благополучия.— Произношу, умалчивая о необходимости поиска работы, как известно, нельзя перед сильными ставить сразу две раздражающих их проблемы, только поочередно, так, чтобы не задеть их внутреннюю гордость.
