Широ вышел в грубо сделанный лагерь, его взгляд пробежался по снующим вокруг рабочим. Его глаза остановились на человеке, ожидавшем рядом с палаткой. У него были ярко-золотые волосы и красные глаза, светившиеся жестокостью. Скука отразилась на его лице, и он с раздражением потеребил рукава его искусно сделанного плаща. Он смотрел, как Широ выходил через полог.

— Итак, кто это маленькое отродье?

Широ понадобилась секунда, чтобы понять, что вопрос не был задан не ему, а человеку за его спиной.

Он повернулся, чтобы увидеть, как ухмылка пересекла лицо Котомине.

— Он твой младший брат, Гильгамеш. Будь вежлив с ним.

— Что? — резко спросил Гильгамеш, смотря вниз, на мальчика. Он был таким маленьким и незначительным, что ему больно было смотреть на такого коротышку.

Широ уставился на него, встретив алый взгляд с той же непринужденность, с какой он встретил Котомине.

— Рад встретить Вас, брат.

Он поклонился, как его учили ... когда-то. Он не мог вспомнить, где он научился этому, но в такой момент это было неудивительно.

Гильгамеш покорно вздохнул в ответ на это представление, устало потирая лицо рукой.

— Подобрать этого мальчика — твоя очередная прихоть?

— Ты не должен обращаться к нему 'мальчик', Гильгамеш. Он твой младший брат, в конце концов.

Котомине упрекнул его с ещё большей ухмылкой.

— Правильный термин — младший братец. Или братик, если ты чувствуешь, что вы достаточно близки.

Золотоволосый мужчина зарычал, его раздражение было очевидным.

— Возможно, мне стоит вернуть тебя назад в руины. Это должно помочь избавить мои королевские уши от этой ерунды.

Они немного поспорили, и многие их реплики были на грани легкой угрозы. Широ смотрел на них с любопытством. По крайней мере, жизнь с ними, кажется, будет интересной.

2. Bedrock

Мальчик был интересным. От Котомине — человека, который почти все в жизни считал скучным, это было самым лучшим комплиментом, на который тот был способен.

Широ хорошо приспособился к новым обстоятельствам, принимая все в своей спокойной, тихой манере. Он спокойно ел, вежливо желал Котомине и Гильгамешу доброго утра и спокойной ночи и выполнял свою часть уборки.

Но самой интересной его чертой было любопытство. Для ребенка быть любопытным — нормально, но любопытство Широ отличалось от трепетных, возбужденных вопросов, как это было у других детей. Оно было больше... аналитическим. Он будет бить предметы, колоть их и проверять, как сильно они могут согнуться, прежде чем сломаются. Он выкопал цветы во дворе церкви и пересадил их в другое, более затененное место. А затем он составлял заметки о росте тех цветов, которые пересадил и которые оставил. Когда Котомине сообщил ему, что общеизвестно, что растения нуждаются в солнечном свете, он кивнул и сказал: 'Я знаю. Но я хотел бы увидеть это своими глазами'.

В любом случае, это было той чертой, которая определяла его характер: желание увидеть и почувствовать что-то новое. Он избегал вещи, которые могли нанести ему вред, но ему очень хотелось попробовать что-нибудь ещё и провести какой-нибудь эксперимент над окружающими. Для Котомине, человека, который провел большую часть жизни в поисках чего-то, что могло бы заполнить его душу, зрелище было невероятно знакомым. Для бесцельно существующего было нормально искать себе цель. Это был путь человечества.

Однако более важным, чем его причуды, было то, кем он являлся на самом деле. Он, казалось, совершенно не знал о фрагментах Грааля внутри себя, и даже о магии или Граале в целом. Котомине разрывался между желаниями просветить его и оставить в покое. С одной стороны, наблюдать за ростом Малого Грааля в естественной среде было бы довольно увлекательно. С другой стороны, без осознания существования магии, вполне возможно, что мальчик никогда не проснется. Что было бы весьма неудовлетворительно. В конце концов, он пришел к выводу.

— Ты знаешь, — начал Котомине, — что я маг?

Широ поднял на него взгляд со стола, который в тот момент чистил, а затем покачал головой. Мальчик положил тряпку. Он подозревал, что этот разговор был гораздо более важным, чем несколько крошек на столе. Котомине все ему рассказал. О существовании магов, Ассоциации Магии в Лондоне, Истинной Магии, войне за Святой Грааль и как она повлияла на Фуюки. Он объяснил, как в последнем бою маг решил отказаться от Грааля и разрушил его. Сырая, неоформленная сила вырвалась из него в Фуюки, обрушив на город огонь. Ну, почти все. Священник пропустил часть о том, как именно Широ удалось выжить. Некоторые вещи лучше оставить развиваться самостоятельно. Широ притих. Ни одно из откровений не было так удивительно, как он считал, должно было быть. У Котомине был мрачный, таинственный вид, так что идея о том, что он маг, казалась ему вполне подходящей. Хотя он не был уверен, что священники должны иметь магическую силу. На самом деле, он был совершенно уверен, что не должны были. Когда он признал, что его отец был магом, идея о существовании руководящего органа магов не была странной. Война за Святой Грааль, однако, выглядела более экзотической. Он никогда даже не думал о подобных вещах. Да и как бы он мог? Это было так далеко от здравого смысла и реальности. Он знал, что он должен презирать саму идею этой войны. Именно она унесла его прошлую жизнь и жизни многих других людей. Но это было так интересно. Война, которую вели с помощью героических душ, чемпионов из прошлой эпохи, против полдюжины других магов? Как это выглядит? Было ли уничтожение Фуюки в огне типичным результатом такого столкновения? Или это редкость даже для такой битвы?

В конце концов, после почти целой минуты размышлений Широ посмотрел на священника.

— Я хотел бы увидеть её. Всю войну, я имею в виду. Будет ли следующая?

Втайне Котомине чувствовал веселье. К чему приведет вступление в Войну за Святой Грааль независимого Сосуда? На этот хаос было бы приятно полюбоваться. И что будет, если Широ выиграет? Если осколки прошлого Грааля, как бы это ни было парадоксально, обратятся с желанием к новому? Это было бы интересное зрелище. Он спрятал улыбку с искусностью опытного притворщика.

— Хочешь вступить в битву? — спросил он, глядя на Широ.

— Знай, если ты на это решишься, то будешь вынужден поставить жизнь на кон. Более того, тебе, несомненно, придется убивать других, — небольшая улыбка скользнула по его губам.

— В конце концов, это же Война за Святой Грааль.

Широ обдумал это. Вступить в войну? Какое желание ему загадать, если он выиграет? Готов ли он убивать других ради этого? Это была еще одна чуждая ему мысль. Разумом он понимал, что убивать неправильно. Но он мог представить себя делающим это, если того потребуют обстоятельства. В конце концов, он снова кивнул.

— Тогда тебе нужно подготовиться.

Котомине развернулся на каблуках, собираясь уйти.

— С этого момента, я буду учить тебя магии, а также другим навыкам, которые дадут тебе шанс выжить.

Широ снова кивнул, волнение наполнило его, как никогда ранее... по крайней мере, сколько он себя помнил. Целый новый мир только что открылся перед ним, и мальчику было любопытно, что он может предложить.

Как выяснилось, в основном это были разочарования. Широ оказался, откровенно говоря, слаб в магических искусствах. Создаваемые им заклинания не работали, и он казался неспособным удерживать ОД достаточно долго, чтобы создать большинство видов заклинаний.

Котомине потер голову в глубоком разочаровании. С магическими цепями мальчика все было в порядке: они все были открыты и в прекрасной форме. Кроме того, Широ был достаточно сконцентрирован. Похоже, сами магические цепи мальчика не желали удерживать какие-либо заклинания.

В данный момент Широ пытался укрепить железный стержень и постоянно терпел неудачу. Гильгамеш наблюдал за этим, сидя на троне, который он вызвал, казалось бы, ниоткуда. В этот раз он смотрел с необычным интересом, отличавшимся от характерных для этого Слуги язвительных комментариев, которыми он одаривал Широ во время его практических занятий. Это заинтересованное молчание было нарушено, когда Широ очередной раз не удалось изменить что-либо в стержне.

— Ну, шавка, ты произвел на меня впечатление. Я не думаю, что видел что-то настолько же неудачное с тех пор, как... — Король Героев прервался, размышляя. — Когда-либо вообще. Поздравляю.

— Если ты умеешь лучше, почему бы тебе не помочь? — резко спросил Широ, глядя вверх на золотого короля. Котомине поднял бровь, увидев как фасад вежливости Широ упал. Это было необычное зрелище. Гильгамеш улыбнулся, обнажив зубы.

— Хм. Ну, чтобы показать тебе все великолепие королевской мудрости, я могу дать тебе небольшой совет.

Он щелкнул пальцами, и деревянная дубинка упала перед Широ, отскочив от пола и прокатившись, прежде чем остановиться у ног мальчика.

— Попробуй еще раз с этим, шавка, — приказал Гильгамеш, указывая на дубинку. Широ поднял её с любопытством, изучая. Это был простой кусок дерева, обтесанный в виде дубинки. Разумеется, не один из Небесных Фантазмов, о которых ему говорил приемный отец. Но он все же начал процесс анализа, как ему и приказали. Было досадно, что его "старший брат", золотоволосый ублюдок, был гораздо более знающим, чем он, особенно в такой тайной области.

"Начать анализ".

Деревянная дубинка ворвалась в его жизнь. Он почувствовал знание и понимание, которые вошли в его разум, словно нож. Было множество внутренних трещин, незаметных снаружи, нарушавших целостность оружия. Был ряд недостатков в волокнах древесины, как естественных, так и появившихся из-за деформации. Кроме того...

Он прервал анализ, восстанавливая дыхание, которое непроизвольно затаил, оказавшись под такой лавиной информации. Он вдохнул и посмотрел на деревяшку со смесью удивления и тревоги во взгляде. В этот короткий момент понимания он, казалось, узнал все об этой вещи.

— Как и ожидалось, — кивнул Гильгамеш, казалось бы, довольный результатом. — Суть дела была совершенно ясна для короля.

— Что это было? — спросил его Широ, переводя взгляд с Гильгамеша на дубинку и обратно.

— Это ты, малыш, наконец-то сделал первые шаги на своем пути мага, -голос Гильгамеша звучал самодовольно, и он продолжал говорить:

— Ты зря тратил свое время, пытаясь работать с такими вещами, как пять элементов или металлы. Выходит, что твой Исток не столь очевиден.

Обычное дело для шавок — приносить столько беспокойств.

— Ясно... — Котомине задумался. По правде говоря, он должен был понять это сам. Если Грааль открыл цепи Широ и исцелил его тело, то вполне возможно, что его Исток был деформирован при этом.

— В таком случае, тебе придется приспосабливаться к этому.

Широ проигнорировал их, его больше интересовал его вновь обретенный дар. Он посмотрел на свою руку с любопытством. Если он мог видеть насквозь дерево, то может быть ...

"Начать анализ".

Он чувствовал это. Кровь, текущую в его жилах, мышцы, которые сжимались и разжимались, сигналы, бегущие по его нервам и даже саму жизнь в своей плоти. Более того, он мог увидеть, где он может быть улучшен, где он может быть изменен, где он может быть переделан. Улыбка появилась на его губах. Он должен поблагодарить Гила за помощь. Но не слишком горячо. Поднятие самооценки было последним, что нужно его старшему брату.

После нескольких дополнительных экспериментов, его Исток получил название 'Плоть'. Оказалось, что он мог работать только с живой плотью, или чем-то, что когда-то было живым, но уже менее эффективно. По очевидным причинам, Котомине велел ему не пытаться экспериментировать на себе.

Таким образом, чтобы иметь постоянную практику и ставить эксперименты, ему пришлось освоить новое хобби. Садоводство.

Его магия оказалась чрезвычайно полезной для этого. Анализируя структуру растений, он мог узнавать их потребности или обнаруживать любые проблемы до того, как появятся внешние признаки. Он даже мог их немного изменить, увеличив устойчивость к болезням и вредителям. В результате, его растения были более высокими и росли куда быстрее обычного. В итоге, когда-то скромный церковный сад через три месяца больше стал напоминать джунгли.

Он напевал себе под нос, подрезая розы. Судя по тому, что они росли на добрый фут каждый день и имели шипы размером с маленькие кинжалы, они тоже были слегка измененными. Он не возражал, поскольку это держало местных кошек подальше от сада, а ведь из-за них Широ мог наступить на что-то неприятное. Или, не дай Бог, Гильгамеш мог наступить на это. В последний раз, когда такое случилось, количество кошек в округе заметно уменьшилось.

Сам король лежал в тени деревьев, достав гамак оттуда же, откуда он, казалось, получал все, чего желал. И хотя Героический Дух насмехался над 'женским' хобби Широ, он взял за привычку спать в саду, когда у него выдавалось свободное время. И снабдил мальчика множеством редких видов растений, хотя и со своеобычными язвительными комментариями.

Обрезав последнее растение, Широ остановился. Он посмотрел на используемые им ножницы и нахмурился. Металл уже зазубрился и поцарапался, а ведь он получил их всего несколько недель назад. Затем он посмотрел на розы, которые, казалось, смутились под его взглядом. Похоже, ему придется позаимствовать у отца несколько его Черных Ключей. Или, возможно, Гильгамеш припрятал где-то у себя особенно качественные ножницы. Это не удивило бы его.

— Широ.

Он повернулся на звук голоса отца.

— Пойдем со мной. Ты должен кое с кем познакомиться.

Сказав это, Котомине ушел, и Широ пришлось поспешно снять перчатки и догонять его.

Когда они спустились по лестнице в подвал, который использовался его отцом для магических экспериментов, то первым, что мальчик заметил, был беспорядок. Стены были усеяны подпалинами, а в некоторых местах, казалось, в них загоняли кувалды. Вторым была девочка.

Она была очень красивой, с длинными темными волосами, собранными в два хвоста, и глубокими аквамариновыми глазами. В данный момент она была сосредоточена на камне, который лежал на столе в трех футах от нее, мягко сияя. Третьим, что он заметил спустя три секунды, был взрыв камня.

— Ах! — вопль разочарования звучал очень громко в замкнутом пространстве. — Все же шло хорошо!

— Я уверен, что шло, — сказал Кирей спокойно. — Как жаль, что мы пропустили эту часть.

Девушка повернулась на каблуках, глядя на священника.

— Ох, помолчи! Я была близка! Я почт...

Она замолчала, заметив мальчика, наблюдавшего за её вспышкой гнева.

— Кто он?

— Это, — Котомине указал на Широ, — Широ, твой соученик и мой приемный сын.

Девочка моргнула.

— Когда ты успел усыновить ребенка?

— Почему бы тебе не спросить у него самого? — ответил Кирей, отступая в сторону. — Без сомнения, Широ надоело, что его игнорируют.