Что-то зашипело — я нервно опустила взгляд на центр зала. Над углублением в центре поднимался дымок, а все углубление было заполнено зеленой жидкостью. В воздухе появились новые ароматы... Даже мой привычный к вони нос различил запахи, похожие на аромат горящего бензина, кошачьей мочи или чьей-то другой... и разъедающий запах, названия которому я не знала, и ничуть об этом не жалела! Пришлось сесть на пол, копчиком села прямо на камень и резко подскочила. Больно же! Звяк... Звяк-звяк... Шмяк! — это на пол рухнул конец цепи и поскользил в мою сторону... Дойдет до столба — умрут люди. Я не хочу! Не хочу! Чтобы больше умирали!!! Вцепилась цепь и вместе с ней заскользила по полу! Не получается! Нужно что-то более тяжелое! Алтарь — нет, не подниму, палка от топора — не то, киборг... Пойдет! Балка медленно начала опускаться... Быстрее, обмотать цепь вокруг доспеха и воткнуть в соединение звеньев палку — пригодилась! А теперь... Цепь резко дернуло и вырвало из моих рук — балка резко опустилась почти на всю высоту — до острия клинков от пола осталось меньше метра... до людей — меньше. Я выдохнула и опять затаила дыхание, услышав скрежет металла — цепь сминала доспех! Клинки начали рывками опускаться, еще десяток сантиметров и я останусь здесь одна, с удвоившимся количеством трупов! В груди закололо, и я выдохнула, с недоверием поглядывая на ближайшую жертву и покачивающееся в пяти сантиметрах от его лица черное с потеками ржавчины острие... Доспех заклинило! На стекающие по нему струйки зеленоватой жидкости и падающие рядом со мной капли я старалась не обращать внимания.

Подумать только! А когда смотрела кино, морщилась и всегда думала, что такого не бывает — чтобы в последний момент!

В поле зрения появился топор и упал боком на алтарь, отскочил и немного... совсем чуть-чуть... поцарапал рукав ближайшей жертвы. Мужик дважды везунчик. Вонь опять пробилась в сознание. Начал раздаваться кашель... Эх, топор в руки и вперед! Добивать! Цепи на руках и ногах! А что же еще?!

Я никогда не забуду взгляд моей первой жертвы — кроме надежды, обреченности и прочих предсмертных чувств, там еще было ошеломление, и страх — он увидел, как трясется тяжелый топор в моих руках... Наверное... Или я так плохо выгляжу... Действительно, я же сейчас больше чучело напоминаю!!! Кажется, он еще сильнее испугался... И-раз!

Хи. Промазала. Поживи еще. И-два! Попала! А как его теперь оттуда выковыривать?! У меня лезвие вообще на всю глубину ушло в пол! Да что здесь за материал для пола? Глина или пемза?

Дергаем. Еще раз. И еще. Как редиску с огорода — получилось, ура! Я опять сижу на полу, с поднятым топором над головой, мужик приподнял голову и диким взглядом пялится на меня. Ага, а я сейчас пойду тебе руки рубить, в смысле цепь... Поднялась, обошла его, пригнулась под балкой, заметила, что он закрыл глаза... Ничего, все обошлось... Я затем так наловчилась, что с одного удара кромсала, и неглубоко в камень входило лезвие... Плохо, что до каждого бежать метра четыре, с тяжелой железкой, а затем ею еще махать по два раза... Короче, к пятому у меня открылось второе дыхание, а после восьмого иззубренная железяка выпала у меня из онемевших рук... И чего я бегала? Можно было так не напряга...

Бабах! Ну, зато все успели выползти, я не зря носилась так, вот сейчас отдохну и пойду к ним — собрались на дальней от меня стороне, и от трона с трупом подальше, и от центра треугольника над которым стоял столб дыма?! Черный, жирный, с серыми прослойками... Первый порыв, заорать: "Пожар!" я подавила. Весь дым вырастал из того самого углубления, диаметром и глубиной с кастрюлю... Там что-то белое было налито, туда потом жидкость из скелетика натекла... и из здоровяка... А что тут... Это же тоже кровь! Я повернулась и уперлась взглядом в прикованный к алтарю труп. Можно сказать, что я не хотела, но, в общем, я споткнулась и упала на него. Хорошо хоть руками смогла опереться на алтарь, а не на мальчика...

У него было очень бледное и красивое лицо, с высоким лбом и короткой стрижкой. Одежда оставляла впечатление чего-то хайтекового, как в фантастике показывают... Руки были закреплены запястьями вверх — из перерезанных вен до сих пор сочилась почти прозрачная белая жидкость... Но умирал он от раны в груди... Если бы он уже умер, он бы не смотрел на меня своими жуткими белесыми глазами без зрачков! Мама. Это уже чересчур. С меня хватит... И все равно, я заставила себя подняться и... повернулась обратно. К умирающему. Молоденький, так глупо умирает — на алтаре, в чужом мире, прикованный... Я сидела на алтаре, смаргивала слезы. Попыталась вытереть глаза — чуть себя не зарезала. Теперь понятно, почему левая рука болит сильнее правой — оказывается, я нож к руке примотала... А если... Он же тогда топор перерубил. Осторожно поддела цепи на руках — она легко поддалась. Могла бы с топором героически не бегать.

Его трогать наверное нельзя, но не оставлять же на алтаре! Я легко подняла его и перенесла на пол, совсем мальчик... Положила его голову себе на колени, взяла за холодную ладошку... А он смотрел на меня, из последних сил выворачивая голову. Я наклонилась поближе к нему, а он... Он умер через несколько секунд, но ободряюще мне улыбнулся в конце... Я бы так не смогла, меня, похоже, тоже собирались приковать и кровь пустить... Закрыла глаза на секунду, а когда открыла — мальчика на руках уже не было... на моих руках таяло облачко серебристых искорок. И стало спокойно. Улетел. Испарился. Чему тут удивляться?! Я зажмурилась и изо всех сил пожелала ему удачи...

Пора отсюда выбираться, поднялась и замерла: дым стал плотным, собрался в центре зала и изогнулся... Он подозрительно вращался, сохраняя при этом форму червяка, скрещенного с якорем и медузой... Он все вытягивался и вытягивался в направлении от меня и вдруг уменьшился в объеме, так все на секунду замерло, а вот потом...

Взрыва я не услышала. Зато ощутила всем телом, которое унесло к стене... По стеночке я сползала, чувствуя, что глаза вылезают из орбит: в конце наклоненного вверх, расширяющегося туннеля, пробитого сквозь километр, не меньше, породы — там, на ярком ночном небе сияли звезды.

Аэ...

Надо же! В первый раз в жизни потеряла сознание. Жаль, что ничего не запомнила. Держась за стенку и осторожно разгибая спину я выпрямлялась. После взрыва интерьер зала изменился сильно: стало немного светлее — смог почти рассеялся, все конструкции перекосило под разными углами, ту балку, что на противоположной стороне — вывернуло и разорвало на две части. Дернула себя за волосы — еще живая. Руки двигаются, ноги ходят. Только ватное все. Прикольно. Такое ощущение, что сейчас уже вечер наступил... ну тут уже и ночь наступила, но я за дом говорю — а на самом деле, я бы сейчас как раз заканчивала хоронить второй или третий куст роз...

Ноги все-таки плоховато держат — сяду пока. Пора подводить итоги. Остальные еще не выкопались, кроме одного, который теперь бродил где-то и душераздирающе кашлял.

Добрый дедушка/бабушка/др. волшебник, знающий язык и познавший в вещем сне или в замшелой книге пророчеств истинную суть вещей не появится и не объяснит, что мне делать. Единственный, кто мог что-то объяснить — труп. Если я считаю, что это магический мир, то это как раз злой волшебник. Он должен был меня убить. Это первый вариант — как-то я сюда попала. Арбалеты, жертвоприношения, ритуальные рисунки — все к нему относится. Да и испарившийся мальчик белоглазый... Хотя, как раз мальчик, вернее его одежда, больше к другой теории подходят.

С другой стороны — это могут быть задворки какой-нибудь Великой Империи Всех Разумных Рас Вселенной, сокращенно ВИВРРВ. Ну где процветают загнивание, деградация, утрата знаний... и например воспользоваться порталом можно только с помощью танца с бубном вокруг — вроде как зажечь лампочку напрямую с помощью ядерного реактора... Тогда скелетики и здоровяки — это киборги, или РРВ, или мутанты... Тоже самое — это местное население магического мира.

Ничего не известно, но если верный третий вариант, которого я сейчас не знаю, или первые два — лучше перестраховаться. Буду в худшем случае выглядеть идиоткой, а в другом худшем случае — мертвой или рабыней... Ну не верится мне, что блондинка без знаний может выжить в лесу или в чужом мире, как в фэнтези! Кстати, я хотела покрасится в блондинку... Вовремя передумала, а то вообще штамп был бы... У меня-то тоже не все гладко — как я смогла выжить-то?

Хм, надо быстрее думать, кашляют уже на два голоса, интересно почему кашляют? Воздух вроде очистился.

В любом случае, лучше представиться мужчиной. Я не думаю, что кто-либо смог меня нормально рассмотреть... Даже дома, встреть я такое чучело, не смогла бы определить, какого оно пола... Посмотрев на себя, решила, что на своем месте я бы вообще на другую сторону улицы перешла и отвернулась! Мне удалось добить куртку, от которой мечтала избавится еще три года назад — она наконец-то разошлась по швам, ура. Кроссовки выжили — они только стали немаркого черного цвета — мини-резиновые сапоги и шнурки обуглились... Хорошо долбануло — я поежилась. Штаны... Вся грязь и пыль на них, еще несколько прорех — но в порядке.

Куртку выбросить, но тогда мою грудь не спрячешь... Без куртки в горах... Почему горы? Откуда я знаю, что совсем немного времени прошло? Я ведь...

Ах ты черт!.. Сначала у меня замерло сердце в груди, затем резко забилось и себя я обнаружила почти на трехметровой высоте на ближайшем покосившемся столбе, нежно и крепко его обнимающей — когда похрустывает и дрожит стена за тобой, а пол начинает заметно трескаться — да, я еще и так могу, оказывается... Над головой тысячи тонн породы... Адреналин чуть ли из ушей не полился!

Дрожать вроде перестало. Я смущенно кашлянула и сползла вниз. С сомнением посмотрела на довольно гладкий ржавый столб и отошла подальше.

Времени меньше, чем я думала, хха... Ааа! Опять! Возле стены заметила уже пять фигур... Думай! Думай! Доспехи! Они на меня большие! Не зеленокровых, а человека на троне!

Я подождала секунду — хм, не тошнит. Странно. Противно, но не тошнит. И вообще, меня пытались убить — я имею право на компенсацию!

Не оправдывайся дура, ты выжить должна! Кстати, я шатенка, хотя уже сомневаюсь — столько оправданий разводить... Вздрогнули стены, а над головой раздался хруст — сомкнулся тоннель к звездам, и я бегом, с вывернутой к потолку головой, рванула к трупу... А где он? Черт, да где же... Ага, вот он! Его в угол откинуло. Бегом подскочила к нему — пол подрагивал не переставая и нерешительно остановилась. Закрыла глаза и дернула за плащ. Я забыла, что он без головы... И запуталась в легко слетевшей ткани. Дурно мне стало опять. Я закусила нижнюю губу... и начала отплевываться — горькая грязь заскрипела на зубах. Потянула за панцирь — я запомнила правильно, доспех был. Он был скреплен с железными рукавами веревочками, а под ним была кольчуга... Быстрее, быстрее... Лихорадочно развязываю узлы и распутываю веревку, быстрее... Пол дрожит сильнее и сильнее... Краем уха сквозь легкий гул слышу удаляющиеся многоголосые крики — куда-то в другую сторону от меня... Потом! На скользящие в крови руки не обращаю внимания. Всхлипнув от напряжения, сдираю панцирь, блииин, веревочку одну порвала! Кольчуга без рукавов, снимается быстрее, только пояс не могла расстегнуть — пришлось опять ножом пользоваться! Рассадила руку, глянула на потолок и стала делать все в удвоенном темпе — свод пещеры, не закрытый редкими клочьями смога расплывался перед глазами, гул нарастал. Сняла!

Куртку — на пол. Кольчугу надеть... ай, волосы зацепились... дернула так, что на глаза слезы навернулись. Большая в плечах, на поясе болтается, плевать! Быстрее, теперь панцирь — второй рукав мешает, оборвать! Надевайся же!

Гудело все громче и с потолка начали сыпаться мелкие камешки... с легким шорохом и стуком. Заскрипели железные столбы, начали звякать цепи...

Рукава — в куртку, пояс с чем-то вроде маленького мешочка — туда же, ножик, ноги в руки и бегом!.. Косынку забыла! Секунду разрывалась между двумя желаниями — косынка победила. Вернулась, а затем на подгибающихся ногах и невольно пригибая голову побежала под дождем из камней, пол трясся все сильнее и трещины начали расходится... Последнюю пришлось перепрыгивать... Выход! Отверстие в глубине пещеры!

Успела! Ай! Следующие два метра я пролетела, и не выпуская свертка из рук, вскочила и ломанулась вперед по коридору, ровному и освещенному тем же светом — как от факела...

А за мной тихо гасли участки коридора... Но когда они начали гаснуть и впереди, я узнала, что могу бегать быстрее! На физкультуре бы так! Ой, коридор закончился-аааа! Повезло, что дальше была осыпь! Это был мой самый экстремальный спуск с горки — вместо санок использовала сверток, причем ехала на животе и каждый камешек отдавался в криво надетый панцирь... С ветерком доехала до низа осыпи, колени горели, дальше уже поковыляла — горы все тряслись... По каким-то нерукотворным уже коридорам — я это поняла по форме коридора — перекошенный по диагонали овал с неровным полом, пробуя дорогу перед собой вытащеным из куртки железным рукавом... Ноет рассаженая до крови челюсть, болит голова, по которой стукнул камень, содраные коленки и прокушенный язык. И изо все сил подавляю желание бежать сломя голову! Благодаря этому я не упала в пропасть, свернула налево вдоль нее, прошла до конца, потом еще раз налево, затем раз пять направо. Заблудилась окончательно, темно, страшно, скалы стали гудеть потише, но как-то утробно... Поворот — и внезапно вышла в день. Я стою на карнизе, на высокой горе, а передо мной, почти ослепшей от солнца — нереально красивый пейзаж: величественные горы с белыми шапками, чистый, пьянящий воздух... А подо мной — облака... Освещенные слегка оранжевым оттенком, будто начался закат, хотя солнце в зените... А еще небо бледно-голубое... Воздух... Я затаила дыхание, красота какая! Пытаюсь выдохнуть и не могу! Я задыхаюсь! Легкие разрываются, горло дерет и сейчас я... во второй... раз... в... жизни... как голова кружится... облака...

Нооочь короче дня, дееень убъет меня, мииир иллюзий в нем сгорааает...

Прошло около трех-пяти часов с тех пор, как я очнулась. На этот раз обморок был почти, как в книгах описывают — темнота, слабость. Но потом я заснула — опять бежала через бесконечные коридоры с мерцающим светом... Очнулась в темноте, с онемевшими конечностями и околевшей от холода спиной, головой в пещере, откуда тянуло таким отвратительным и таким родным отравленным воздухом... Я — городской житель, на море или у бабушки в деревне дня через два у меня начинался отходняк... Привыкала к новому воздуху. Мамина знакомая рассказывала, что ее в Святогорске откачивали — прямо на экскурсии ей стало плохо, симптомы — как у меня. Скорая приехала, врач спросил откуда она — ответила, что из Донбасса... Так ее головой под выхлопную трубу сунули — и через десять минут она оклемалась. Безо всяких лекарств. Она теперь боится ездить куда-нибудь без сопровождения...