Невеста на три дня

Я шумно сглотнула и приняла свиток. Прощальную речь директора я не слушала, а из кабинета выходила на негнущихся ногах. Не успела за мной захлопнуться дверь, как в неё торопливо вбежала Уна. У кабинета уже толпились позавтракавшие выпускницы и я, чтобы избежать расспросов, как можно быстрее вышла на лестницу. Сорок семь золотых монет высшей пробы!.. Наш родовой замок стоит, наверное, всего пятьдесят, а он является пристанищем почти для всей моей близкой родни. Получив документы, я окончательно убедилась в том, что увильнуть от распределения мне не удастся. Более того, я точно знала, что в "Аларе" буду браться за любую работу, которую только предложат, потому что каким образом можно будет заработать за год такую прорву денег — я представляла слабо, и у меня возникали сомнения, смогу ли я вообще заработать столько хоть когда-нибудь. Но я утешила себя тем, что раз нас направили туда, значит, это возможно. По крайней мере, перспектива отправки меня, а то и всей моей семьи на рудники за неуплату долгов совсем не прельщала. А у меня ещё есть и сестры, которые остались без приданого. Да за сорок семь соле можно было бы обеспечить приданым пятерых юных леди! От грустных раздумий меня отвлёк вопль старого кучера, который сообщал, что через полчаса всем выпускницам надлежит спуститься к каретам для отбытия в Саак, и я ускорила шаг, спеша вытащить свои немногочисленные пожитки во двор.

В последний раз обвела взглядом длинную комнату с двумя рядами постелей застеленных серыми покрывалами и, подхватив две сумки, вышла в коридор. Привычный запах сырости, царивший в пансионате, сменился свежестью, пахнувшей в лицо, как только я оказалась на лужайке перед пансионатом. Снег уже сошёл, и повсюду виднелась пожухлая серо-желтая трава. В гуще небольшого сквера одиноко застучал дятел, справедливо рассудив, что в такую погоду под толстой дубовой корой точно есть чем поживиться. Ещё неделя — и на деревьях завяжутся пухлые почки, а в Сааке наверняка уже сквозь них проклюнулась первая зелень, готовая вот-вот расцвести буйным цветом назло холодам. Столица располагается немного южнее, следовательно, и погода там должна быть приятнее. Я поёжилась под очередным порывом ветра, который подобно шпиону норовил забраться под пальто, и ещё раз вдохнула полной грудью.

— Чур, я поеду в первой карете, — совсем рядом со мной раздался голос Ди, — хочу раньше всех увидеть Саак! — девушка мечтательно закатила глаза.

— Тогда и мы в первой, — толкнула меня в бок Уна. — Да, Лея?

Я лишь рассеянно кивнула. Нас осталось девять, а значит, в каждой карете поместится по три девушки. Две кареты обошлись бы дешевле, но нам предстоял долгий путь. Значит, придётся как-то спать, а впятером это можно сделать разве что стоя, поэтому было решено не отказываться от третьей кареты. Сначала время в дороге тянулось медленно, каждая минута казалась мне часом, а Ди без перерыва болтала про столицу, моду и богатых кавалеров. Она была, пожалуй, единственной, кто настолько воодушевился нашим распределением.

— Я слышала, что все знатные мужчины столицы выбирают себе супруг в "Аларе", — не умолкала она.

— В доме увеселений? — возмущённо спросила я. — Не смеши меня! Таких жён выбирают разве что на ночь!

Ди возмутилась похлеще чопорной девственницы, которую случайно застукали на сеновале с кузнецом, и даже побагровела от злости.

— "Алар" — не дом увеселений! — воскликнула она. — Это приличное заведение!

Я только иронично пожала плечами, полностью уверенная в обратном.

— Может и так, но я слышала другое.

Следующие несколько часов мы с Ди старались даже не смотреть друг на друга, а Уна предательски дремала на моём плече. Я достала из сумки одну из книг, захваченных из библиотеки своего родового замка и пролистала потрёпанные страницы, открывая на закладках. В нашей библиотеке, разумеется, тайной, хранились тысячи книг о магии, драконах, единорогах, эльфах... Сейчас всё описываемое там казалось невероятным и нереальным, но читать было безумно интересно.

Дни тянулись хоть и медленно, но уже привычно. На ночлег мы останавливались на постоялых дворах в более крупных деревнях или даже городках. Там же и питались, закупая продукты на весь день пути. Днём было всего три остановки, как говорил кучер, чтобы все могли сходить в кустики и дать отдых лошадям, а ели мы прямо в каретах. По мере приближения к столице становилось ощутимо теплее, а привычные дубы, ели, берёзы и ясени постепенно сменялись диковинными можжевельниками, кустарниками и невысокими деревьями. Лесов становилось всё меньше. Последние сутки мы ехали по степи, которую лишь изредка прочерчивали полоски редкого леса.

На седьмой день пути наши кареты, наконец, достигли ворот Саака. Нам даже пришлось стоять в очереди, чтобы въехать в город. Оказалось, что здесь даже за въезд берут деньги! Пришлось заплатить по одной медной монетке с человека за право въехать в великие врата стольного города (так распинался перед нами местный страж). Особого восторга по поводу прибытия я не испытывала, но, как и все, исправно смотрела в окно. Я никогда раньше не видела такого города. Величественные постройки, каменные дома, местами даже состоящие из четырёх этажей, выложенная камнем мостовая, по которой сновали дамы в пышных разноцветных платьях, мужчины с идеальными осанками, шныряли карманные воришки, выглядывая, чей бы кошель спереть на этот раз. Я не заметила большого количества кошек, которые обитали в портовых городишках, где мне приходилось бывать, да и крысы не раздражали спешащих горожан своим присутствием. Почему-то подумалось, что на экскурсию по столице я всё же пойду вместе со всеми.

Вскоре кучер завернул в узкую улочку, и дома сменились деревянными, изредка обложенными красным кирпичом, и затормозил.

— Прибыли! — басовито крикнул старый кучер, управлявший нашей каретой. И мы тут же выбрались на улицу, спеша размять затёкшие конечности.

Остановились мы перед домом замкового типа, точнее перед высокими воротами, выполненными из железных прутьев с зазубринами на концах. От ворот (которые, впрочем, были закрыты), вдаль уходила дорожка из белого, жутко дорогого мрамора, и упиралась в высокие ступени дома. По обе стороны от дорожки росли невысокие кусты диких роз и кое-где виднелись низкие лавочки.

— Красота! — воскликнула Ди.

Спорить никто не стал, потому как наличие красоты не оспоришь. А по дорожке тем временем к нам быстро приближался мужчина в годах, чью густую шевелюру уже посеребрила седина, он отворил ворота. Мужчина оказался местным дворецким, он проводил нас вместе с багажом к дому. Мы с девушками вошли в довольно большой и просторный холл, больше похожий на зал для бальных танцев и стали в одну линию, не зная, что делать дальше. Дворецкий же оставил нас, сказав, что приведёт госпожу. О приближении госпожи мы узнали по крикам, коими она неведомо за что награждала бедного старика. Дама, судя по обрывкам криков, была очень недовольна тем, что мужчина не позвал её сразу, как увидел подъехавшие кареты. Готова поспорить, что сердце каждой из нас замерло в ожидании. Любопытство никто не отменял, и нам было невероятно интересно посмотреть на столь сварливую хозяйку знаменитого '"Алара".

ГЛАВА 2

— Добрый день! — наигранно бодро воскликнула та самая женщина, которая всего пару секунд назад нещадно костерила бедного дворецкого. Мы подобрались и уставились на неё. Женщина медленно прошлась перед нашим неровным строем и удовлетворённо кивнула.

— Добро пожаловать в "Алар", юные леди, — улыбнулась она.

Коленки как-то сразу трястись перестали, а в голову закралась предательская мысль, назойливо зудящая о том, что здесь может быть не так уж и плохо. Реверансы, которые мы разом изобразили, вышли невероятно слаженными и, как мне показалось, красивыми.

— Сработаемся, — с улыбкой протянула женщина. — Меня зовут донна Далия ар Брокс, и я руковожу этим заведением.

— Домом увеселений, — буркнула себе под нос Мариника, но поскольку этот тихий шёпот услышали мы все, то и для донны Далии он не остался в тайне.

Она подошла к Маринике и бесцеремонно ухватила длинными пальцами её подбородок, вынудив посмотреть прямо в глаза.

— Дом увеселений, милочка, — сквозь зубы процедила она, — располагается через два квартала отсюда, а здесь приличное заведение!

Даже для меня это стало открытием. Я слышала когда-то, ещё будучи ребёнком, об "Аларе". К маменьке приезжала кузина и слёзно жаловалась на то, что её муж Себастьян покинул её из-за вертихвостки из "Алара". Мол, эти женщины, которые работают там, настоящие вертихвостки и потаскухи. Их хлебом не корми, дай увести чужого супруга! В связи с этим мнение об этом "приличном", как уверяла донна Далия, заведении у меня сложилось вполне определённое. Это я рассказала всем девушкам о том, что нас продали именно в дом увеселений и сейчас, когда ко мне обратились взгляды почти всех подруг, чувствовала себя крайне неудобно.

— То есть нам не придётся, — несмело начала Ди стоящая справа от меня, — ублажать мужчин за деньги? — она стыдливо опустила взгляд, стараясь не смотреть на Далию, а её лицо приобрело насыщенный пунцовый оттенок.

— Кто придумал подобный бред? — возмутилась донна Далия, уже совсем забыв о Маринике и подойдя к нам. — Неужели в ваших краях ходят такие слухи об "Аларе"?

Было видно, что женщина удивлена, причём искренне. От этого мне стало ещё более стыдно, и я решилась сказать:

— Простите, должно быть, в этом есть моя вина... Это я пустила слух.

Более гневного и удивлённого взгляда, коим одарила меня женщина, я, пожалуй, ещё не видела. Во взгляде так же присутствовал вопрос. Вполне себе конкретный...

— В моей семье когда-то был разговор о вашем заведении, из которого я сделала вывод, что здесь не что иное, как дом увеселений, — выпалила я на одном дыхании. — Говорили, что здешние девушки уводят мужей из семей и вообще не отличаются благочестием.

Донна Далия ахнула и картинно схватилась за сердце. Дворецкий тут же оказался рядом и услужливо протянул ей невесть откуда взявшийся стакан воды. Далия осушила его большими глотками и, наконец, пришла в себя.

— Ну, знаете ли, — зло прошипела она. — Провинция! Одним словом, захолустье! — я так поняла, что она имеет в виду наши края.

Хотя я не стала бы называть земли илирма Трантгальдского, моего двоюродного дяди, таким уж захолустьем. Да, у нас там не столица, но всё довольно прилично! Земли достаточно обширные и илирм контролирует их в силу своих возможностей. Территория похожа на конус с пиком Ристалищ в середине. От пика по склонам спускаются густые хвойные леса, перемежающиеся полосами разнотравных лугов и пастбищ. У подножья в основном редколесье, а обрамляют пик долины и степи. У нас можно найти лучшую в Крамииле парную говядину, которую поставляют повсеместно, у нас же добывают серебро высших проб, а на самом пике, где огромное количество узких венок горных рек, отмывают золото, правда, не очень высокой пробы и не слишком-то много, но всё же! Из-за огромных площадей, совершенно несоответствующих численности населения, селения и усадьбы располагаются редко. К примеру, мой отчий дом, замок "Гнездовье перепела", находится почти у самой границы земель илирма, и расположен на побережье реки Илы, названной так из-за необычайно илистого дна, которая берёт в петлю все земли Трандгальского и по совместительству служит границей земель. И чтобы от нашего замка (хотя от замка там сейчас осталось только название) доехать до ближайшей деревни, нужно потратить как минимум семь часов, это при условии, что лошадь возьмёт бешеный галоп. Но это не самое большое расстояние. До пансионата, в который меня отдали в возрасте пятнадцати лет, ехать нужно примерно трое суток. Пусть крупных городов на землях илирма всего два, зато каких! Один — Ельск, расположен у самого подножья пика, особыми достопримечательностями не блещет, зато там можно закупить самое дешёвое в Крамииле серебро и золото, и не только в слитках и необработанном металле, но и в виде изысканных украшений, диадем, статуэток, столовых приборов. Второй город — Сомел, находится в сутках пути от нашего замка к северу, также у границы земель. Вот он может смело хвастаться руинами старых башен, развалинами целых трёх замков, которые были беспощадно разрушены во время войны, когда дед нашего нынешнего короля и захватил Крамиил.

— Откуда ты, дитя? — спросила донна Далия, а я так погрузилась в свои мысли, что вопрос ей пришлось повторить дважды.

Может, и со второго раза не услышала бы, но Уна сильно пнула меня локтём в левый бок.

— Из Трандгальских земель, — ответила, наконец, я.

— А-а-а, — протянула женщина. — Помню-помню. Лет девять назад одна из моих воспитанниц вышла замуж за тамошнего граста...

Я удивлённо посмотрела на женщину, которая выглядела лет на тридцать от силы. Неужели она с пелёнок тут руководит?

— Да-да, — продолжила она. — Но не помнится мне, чтобы Эмилия,— я поймала себя на мысли, что именно так звать теперешнюю жену того граста, — уводила его из семьи. Его жена предпочла ему конюха, насколько я помню и, более того, не могла родить наследника. Тогда граст и приехал в "Алар" в поисках новой отдушины.

Некоторые девушки слаженно охнули, я же предпочла промолчать, хотя и была удивлена. Ну да, они были в браке около десяти лет, на тот момент детей у них не было, однако пикантная подробность про конюха немного смутила.

— Так что же у вас за заведение? — любопытно спросила Ирэна, которая как раз таки больше всех рассказывала нам, как она мечтает будоражить сердца молодых мужчин, работая куртизанкой.

— О, — воскликнул почему-то дворецкий, — "Алар" — это воистину райское место.

Донна Далия посмотрела на него странно. Её взгляд словно предлагал пожилому мужчине подтереть слюни.

— Мы создаём пары, — воодушевлённо сообщила она. — Мы постоянно устраиваем приёмы, на которые съезжаются почти все молодые мужчины королевства в поисках второй половины.

— Значит, устраиваете смотрины? — угрюмо спросила Уна.

— Можно сказать и так, — качнула головой женщина.

— Но вам-то от этого какая выгода? — бесцеремонно вмешалась Мариника.

— Пожалуй, я не буду рассказывать вам, сколько платят мужчины, чтобы иметь возможность выбрать для себя супругу в "Аларе", — ответила донна Далия. — С сегодняшнего дня вы находитесь на моём попечительстве. Жить будете здесь, в этом доме, — она обвела руками пространство вокруг себя. — Мы проведём несколько занятий, на которых вы продемонстрируете всё, чему научились в пансионате. А после вас ждёт самый незабываемый год в вашей жизни, и я буду не донна Далия ар Гренбург, если за этот год каждая из вас не найдёт себе мужа, — женщина гордо вскинула подбородок и обратилась к дворецкому: — Артур, проводите девушек наверх и покажите им выделенные комнаты.

После указания женщина молча удалилась, а дворецкий милостиво кивнул.

— Прошу вас следовать за мной, — сказал он и направился в сторону широкой лестницы, которая, казалось, состояла из тысячи ступеней.