Глава 5. Ученье - свет

А в одно из воскресений октября к нам на чай заглянул сам Михаил Долохов. Как я уже упоминала, мы почти год как вели довольно оживлённую переписку, но в гости до сего момента я его не звала, и тому было много причин: во-первых, пока я была беспомощна перед магией, звать постороннего взрослого мага к себе в дом было мягко говоря опрометчиво, во-вторых, это мне, дитю двадцать первого века, было по большему счету параллельны древние заморочки местного этикета, но Михаил — сын этого времени, и мало ли как он мог воспринять приглашение в дом к незамужней девушке, наконец, я конечно уже успела рассказать ему в письмах о моих детях и сомневалась, что для парня будет верхом мечтаний возиться с сопливой малышнёй. Одним словом, меня полностью устраивала наша необременительная переписка и реальных встреч я не планировала, но в начале октября в своём еженедельном письме я вскользь похвасталась рецептом вкуснейшего мясного пирога, на что в тот же день получила записку, дескать бедного парня дома пирогами не балуют, а так хочется. Такой скорый и шутливый ответ был совсем не в духе Михаила, но меня несказанно позабавил, и я поспешила ответить, что в следующий раз обязательно отправлю ему кусочек. Долохов возразил, что сова — птица хищная, и мясной пирог просто недонесет, а потому ему не достанется ни крошки от без сомнения вкуснейшего на свете блюда. Меня уже захватил азарт переписки, и я быстро набросала приглашение на воскресное пиршество и лишь отправив письмо сообразила, что наделала. Сова уже улетела и вернуть слова назад не было никакой возможности, а потому получив согласие мне ничего не оставалось как предупредить детей, что на выходных у нас будут гости. Надеюсь, всё пройдет хорошо.

В субботу Гамаюн принесла вежливое письмо, где в уже привычно-вежливой манере Долохов извинялся за своё дурашливое настроение в среду и уточнял, действительно ли ещё моё приглашение, и что ему несомненно будет приятно пообщаться со мной и моими отпрысками вживую, но он всё понимает и не обидится, если я уже успела передумать. Отказаться от своих слов? Не дождется! И я, подтвердив, что мы ждем его в воскресенье на ланч, отправилась в магазин за продуктами.

* * *

Звонок в дверь раздался, когда часы в прихожей пробили полдень. Я была в детской: Даниил опять испачкал штаны, так что открывать побежала Лени, и через несколько секунд по всему дому разнёсся её звонкое "Здравствуйте, Михаил Алексеевич! Проходите, мисс Гонт с Даном сейчас спустятся". Девочка явно обрадовалась возможности продемонстрировать свои успехи в русском и теперь забыв о смущении тараторила обо всём на свете.

— Добрый день, Михаил Алексеевич, — я не спеша спустилась по лестнице в прихожую, — Рада Вас увидеть после стольких писем воочию. Пирог и лёгкий салат уже готовы, так что разувайтесь, мойте руки и прошу к столу. Лени проводи гостя в ванную.

Мы расселись в столовой, где каждого ждал большой кусок пирога, который я так любила в прошлом и чей рецепт недавно вытащила из своей памяти. Мои домочадцы его уже пробовали и яро наворачивали свои порции, гость от них не отставал, так что с едой расправились быстро. Дети утопали в детскую, и мы хоть не на долго могли обсудить что-то отличное от английской погоды и вкусовых качеств еды. Устроившись поудобнее с чашкой чая первым заговорил Долохов:

— Ещё раз спасибо за приглашение, пирог действительно оказался выше всяких похвал. Вы писали, что у Вас опять возникли проблемы с боевой магией, расскажете поподробнее?

Кивнув головой в подтверждение, я постаралась как можно понятнее сформулировать свои затруднения:

— Смотрите, у того же заклятья сотни ножей, что мы обсуждали недавно, четыре слога и крестообразное движение палочкой, а предназначенный для него щит тоже состоит из четырех слогов и из-за двойного ударения требует на полсекунды больше времени на произношение. А ведь ещё надо идентифицировать, что в тебя собираются запустить! В таком случае, как мне кажется, у защищающегося вообще почти нет шансов успеть отбить заклятье. В то же время существует универсальный сферический щит, который проще в использовании и по нумерологическим подсчетам должен выдерживать и режущее, и ещё семь-восемь видов аналогичных заклятий, но в учебнике он упоминается только вскользь как нечто почти бесполезное, почему?

— На самом деле всё просто. Тут всё зависит от твоих целей в бою: хочешь продержаться до прихода помощи — прикрой спину, колдуй себе универсальные щиты и всё будет прекрасно. Если же ты хочешь не только защититься от нападения, но ещё и победить врага, то сферический щит ухудшает видимость процентов на двадцать и, что более неприятное, искажает цвет лучей, что в серьезных боях может в конце концов стоить тебе жизни. Узкоспециализированные же щиты держаться всего пару секунд и мгновенно исчезают при столкновении со своими антагонистами, а потому в бою не будут мешать.

— А протего?

— Пф, если какой-то дурак полезет на Вас с экспелиамусом и тарантеглой, то естественно можно смело его применять, но вот даже секо он отразит уже с трудом. Надо просто думать, когда и что лучше применять, но это Вы и так уже должны были понять, — я кивнула, — Ещё какие-либо вопросы?

— Нет, спасибо, — я улыбнулась, — Чары высшего порядка мне уже мастер Олливандер объяснил, а с остальным я пока сама справляюсь.

— Простите, но я совершенно не понимаю, как можно учить боевую магию без практики.

— Почему без? У меня есть зачарованный подвал, там можно хоть взрыв устраивать, в доме даже стёкла не дрогнут.

— Нет, я про другое. Боевая магия — это в первую очередь сражения и дуэли с другим магом. Её по книжкам не выучишь.

— А что делать? Партнёра всё равно нет, зато я частично уже невербалку освоила: столько големов оживлять ежедневно-то! И они уже очень сообразительные, знаете, как метко краской стреляют?

Я действительно долгое время пыталась решить проблему отсутствия партнёра для дуэлей, и теперь искренне гордилась своими болванчиками. Как и палочками-маркерами. Джервейс даже предлагал отправить Верити несколько на продажу, но как по мне, такие безделицы никому не были нужны, а захламлять лавку старушки не хотелось. Хотя вслух я, конечно же, обещала подумать.

Моё хвастовство вызвало у Долохова улыбку:

— Нет, даже не догадываюсь, но с удовольствие посмотрю демонстрацию. После, если захотите, можем даже учебный бой провести.

— Смотрите, Вы сами вызвались, — я погрозила опешившему Михаилу пальцем, — Прошу в подвал!

Предупредив Лени, куда мы направляемся, мы спустились под землю. Было видно, что девочке очень хотелось пойти с нами, но Даньке в подвале делать было явно нечего, а одного его ещё не оставишь.

Внизу я сперва провела маленькую экскурсию по моей вотчине: продемонстрировала болванов, что в прошлой жизни были манекенами в одном разорившемся магазине; дала подержать маркеры и обратила внимание Долохова, где у меня тут аптечка с зельями. Конечно, до этого дня мне сложно было попасть под чужое проклятие, но техника безопасности превыше всего!

Осмотрев помещение, Михаил устроился в созданном кресле и предложил показать, что я уже умею. Немного волнуясь перед выступлением, я встала в центр комнаты и сделав пас оживила своих привычных противников. Дальнейшее было похоже на бой с тенью: два болвана стреляли зарядами краски, я же представляла, что в меня летит то или иное заклинание противника, и применяла соответствующую защиту. Высший щит сменялся простым протего, от кое-каких зарядов уклонялась, а несколько раз в меня таки достали, так что где-то через три минуты я таки усыпила обоих големов, сияя весёлой зелёно-фиолетовой расцветкой.

— Довольно неплохо, — Долохов поднялся из своего кресла и подошел ко мне, — Конечно реальным сражением это назвать сложно, но реакция хорошая и Вы выстраиваете интересные комбинации. Стоит поработать над кистью: делая столь резкие взмахи однажды Вы рискуете просто вывихнуть руку. И следите за ногами, ставя их крест на крест, очень легко запнуться, а соперник медлить не станет. А теперь предлагаю попробовать станцевать вдвоем.

— Станцевать? Я не умею.

— Да? Что ж, если Вы собираетесь в будущем вернуться в приличное общество, стоит научиться, но на самом деле я лишь имел в виду, что сейчас Вы попробуете продержаться, скажем, минуту в учебном бою с реальным противником. Обещаю для начала не применять ничего сложнее СОВ. Начали.

Естественно, меня обездвижили уже вторым заклинанием, потом я продержалась секунд десять, затем — пять... Мы пробовали вновь и вновь, Михаил не двигался с места, я скакала вокруг как заяц, но стабильно через три-пять заклятий оказывалась на полу.

Впрочем я с самого начала подозревала, что так и будет. Олливандер — ремесленник, а потому помочь мне в боевой магии не мог. В моих экзерсисах с големами отсутствовал эффект неожиданности. Долохов же был настоящим боевиком, и противопоставить ему мне было нечего.

Спустя где-то час, когда я успела получить пару синяков и заработать шишку прямо посредине лба, Михаил опустил палочку и предложил отдохнуть. Мне хотелось улечься прямо тут, но воспитание не позволяло, а потому проводив гостя обратно в гостиную, я побежала переодеться: моё платье было всё мятое, а кое-где даже в пыли. Странно, вроде бы только сутра убирала...

Дети, обрадовавшись нашему возвращению на свет божий, поскакали вниз демонстрировать "миз Дохву" своих питомцев. Надеюсь Долохов не боится змей... Я же спустилась к ним только спустя минут двадцать, успев переодеться и по-быстрому даже принять душ. Все трое нашлись на ковре в гостиной. Ленора вязала Михаилу уже третий бантик. Не представляю на чем они там держатся, видимо, девочка неосознанно помогала себе магией. Очень надеюсь, что мы потом сможем безболезненно всё это снять! Сам же жертва красоты вместе с Данькой воодушевленно строили крепость из кубиков, внутри которой свернулась Сасша, а из-под софы за ними внимательно наблюдал котёнок. Ульфрика же нигде не было видно, так что стоило повнимательнее смотреть под ноги.

— К вам можно?

— Садитесь. У нас тут строительные работы, — Долохов усмехнулся, — Меня убедили, что в этом доме сидеть на полу в гостиной не возбраняется, это действительно так?

— Естественно, — я уселась рядом, — Поэтому и разуваться надо: дети ползают по всему дому, да и я предпочитаю босиком ходить. А у вас в семье не так?

Мужчина отрицательно качнул головой, вызвав возмущение у Лени:

— Когда мы с братом были маленькие, нам разрешалось играть только в детской. За шум или разбросанные игрушки вполне можно было и по попе получить. Родители строго следили, чтоб Александр не позорил фамилию, ну и я заодно.

— Александр? Это Ваш брат? Вы писали в письмах только о своей сестре, — Михаил резко помрачнел.

— Александра уже нет с нами. Десять лет как нет.

— Война? — опять отрицательный жест:

— Революция.

Помолчали. Дети шебуршали сами по себе, не требуя нашего участия. Я задумалась о тех страшных годах, когда сын шёл на отца, а брат на брата, и о предстоящих несчастьях, когда Михаил неожиданно продолжил:

— Долоховы на протяжении трехсот лет берегли царскую семью. Мы — защитники, боевые маги, хранители престола. Каждый глава рода давал клятву верности императору, — было видно, что рассказывать ему больно. Он так и не смирился с теми событиями, что им довелось пережить, пусть и прошло уже столько лет, — Мой отец был вторым сыном, у них с братом были прекрасные отношения. Когда, в 1905-м, дядя попал под одно мерзкое проклятье и не мог иметь детей, Александра начали воспитывать как наследника рода. Я же был запасным вариантом, так... на всякий случай... Мама, вообще-то, очень хотела дочку, но, сперва на свет появился я. Когда начались волнения, дядя был с царем в ставке, отец воевал на фронте, а мы с мамой сидели в родовом поместье. Конечно, мы с братом тоже рвались на фронт, но Александра как наследника не пустили старшие, а мне было только тринадцать, и я ещё ничего толком и не умел. В Китеже, конечно, учили на совесть, но за три курса успели дать только основу, сама понимаешь.

Лени притихла у меня под боком, вглядываясь в лицо гостя, Даниел тоже внимательно слушал историю.

— Когда император отрекся и в Петрограде шумели волнения, среди магов произошел раскол: древние рода, верные магической присяге стояли за законных монархов, в то время как грязнокровки, отщепенцы и мелкая шушера поддержали бастующих. Это было сложное время. Мы закрыли поместье от всего мира. Связь держали через Ваньку, нашего дворецкого. Когда-то давно отец взял в дом в услужение мальчишку-сироту, когда заметил, как тот пытался магией залечить синяк товарищу. Так он и вырос у нас. Пригрели змею подколодную! — Долохов скривился как от боли, — Он был хранителем, если надо было кого провести в дом — просили Ивана. Когда начался весь этот кошмар, эта тварь привела к нам своих красных дружков. Отец был дома, его как раз отпустили в отпуск с семьей повидаться, но, всё равно, тридцать озверевших магов против вымотанного офицера, двух недорослей и женщины с маленьким ребенком — результат был очевиден. У нас был портал в Эдинбург, ещё до войны отец мотался по служебным делам в Британию, но ведь Долоховы не бегут с поля боя. Пока отец восстанавливал защиту поместья, мы с братом и мамой сдерживали нападение, — он повернулся ко мне, — Вы спрашивали, почему не стоит использовать сферический щит? В то время я знал из вышки только его: нам показали сразу по прибытию в школу, чтоб был хоть какой-то шанс уцелеть в случае опасности. Эти подонки тоже не были боевиками, но пару-тройку серьезных заклятий знали, а потому я без остановки колдовал щит: заклятье, три секунды на передышку, и опять взмах палочкой. Сфера не пропускает как магию, так и физические объекты, контратаковать же я ещё нормально не умел, Михаил на секунду запнулся, — Я не знаю, когда брата не стало. Просто в какой-то момент я перестал слышать его голос, потом был мамин крик, и с её стороны нападающие начали постепенно приближаться. Когда отец смог поднять кровные щиты и вытеснить посторонних с нашей земли, я уже еле стоял на ногах. В маму попало какое-то режущее, она не перенесла ночь, брата скорее всего достала авада. Поместье было закрыто, но делать нам тут было уже нечего, и похоронив родных мы переместились в Британию...

— А Ваш дядя?

— Был убит в том же году. Мы не знаем, как это произошло, но отцу перенеслось кольцо главы, а значит — старшего брата нет в живых.

— Сочувствую.

Долохов только кивнул и погладил прикорнувшего у него на руках Даньку.

— Плохой я рассказчик, вон слушателей усыпил. Давайте помогу отнести в кровать, хорошо?

— Спасибо.

Уложив ребенка, я отправила клюющую носом Лени чистить зубы и тоже ложиться. Уставшая девочка, пробормотав что-то вроде "Спокойнночи. Досвнданьедядьмиш", ушла наверх, а я пошла провожать гостя.

— Благодарю Вас за визит. Я была рада видеть Вас у себя.

— Если на то будет Ваше желание, я могу заглянуть через неделю — сможем ещё позаниматься. Я готов даже без пирога обойдусь, — он тепло улыбнулся, — Хотя угощение, конечно, было невероятно вкусным.