Одна из тридцати пяти

Быть мне не Джиной эль-Берссо, если этот самоуверенный мужчина не Райт Берингер, первый советник и начальник тайной канцелярии при принце Эдмунде Первом. Я многое слышала о нем и, увы, только плохое. Посему сопротивляться было делом бессмысленным.

— Я пойду сама, — заявила я сквозь стиснутые зубы. — И отдайте мне кусок моей сорочки!

Мужчина медленно разжал пальцы и посмотрел на меня лукаво:

— Так значит, она ваша?

— А чья же еще? — проговорила, следуя за советником без должного энтузиазма. — Неужели будете судить меня за то, что я ворвалась ночью на кухню, умирая с голоду?

— Никто не собирается вас судить. Обойдемся без суда.

Вот и доигралась леди эль-Берссо. Баранья нога определенно этого не стоила.

Я думала об этом и после того, как меня заперли в камере. И через два часа после того, как лорд Берингер безмолвно меня покинул. Оставалось только одно — ждать, что будет дальше.

Темница была маленькой и сырой. Я старалась не обращать внимание на соседнюю камеру, где началось какое-то движение и послышалось кряхтение. Неожиданно к прутьям решетки прижалось лицо. Старое, морщинистое и грязное. Два блестящих темных глаза уткнулись в меня немигающим долгим и жутким взглядом.

— Воды, — проскрипело это создание.

Передав странной старухе миску, я спросила:

— Давно вы здесь?

— Здесь? Нет, — отозвалась она, — большую часть срока я провела в темнице в Деллор-хай.

— Большую часть срока? — медленно повторила я.

— Около пятнадцати лет.

Ого! Надеюсь, меня не ждет подобное будущее? Что нужно было сотворить женщине, чтобы ее упекли на такой длительный срок за решетку?

— Я знаю один секрет, — произнесла она, хватаясь за прутья, — страшный секрет королевского рода.

Меня окатило лавиной холодных мурашек.

— Это очень страшный секрет. Я никому не должна рассказывать его, — старуха окинула меня тревожным взглядом и юркнула в темноту.

Если меня оставят здесь на ночь, то Элина поднимет на уши весь дворец. Вряд ли это будет на пользу лорду-начальнику тайной канцелярии. Хотя, что с ним станется? Берингер обладал безграничной властью.

— Беги отсюда, беги, — донесся до меня тоненький голосочек ненормальной старухи. — Спасайся... — она умолкла, а в темнице раздались голоса и скрежет засовов.

Думаю, это по мою душу. Первым делом я увидела стражников, которые поставили напротив зарешеченной дверцы стул, и только затем человека, который опустился на этот стул и закинул ногу на ногу. Ему поднесли огниво, он закурил, затем снял перчатки и, тяжело вздохнув, оглядел меня.

Лорд-начальник во всей красе. Теперь в его взгляде появилось что-то еще: расслабленная уверенность в том, что я трепещу и полностью раздавлена.

— Ты уже познакомилась со своей сокамерницей, Джина?

Он перешел на 'ты' на удивление быстро.

— Да, познакомилась.

— Значит, понимаешь, что все, касающееся королевской семьи — очень серьезно.

До меня донесся запах табака, исходивший от его сигары. Он сжимал ее в пальцах, и она казалось невероятно маленькой, такой выглядела бы и моя шея, если бы лорду-начальнику вздумалось ее свернуть.

— Я и раньше это знала. Еще до знакомства с этой... госпожой.

— Очень похвально.

— Благодарю.

Ему показалось, что я ерничаю и недостаточно серьезно воспринимаю происходящее, потому он спросил:

— Ты понимаешь, что можешь остаться здесь на всю жизнь?

— Вы прекрасно это продемонстрировали.

Он что-то искал в моем взгляде... Может, панику и желание разрыдаться?

— И как ты смотришь на такую перспективу?

— А моллюсками здесь кормить не будут?

Рука с сигарой замерла у губ, и мужчина вскинул брови. Думаю, мой вопрос немного вывел его из равновесия.

— Здесь особенно не заморачиваются по поводу питания, — ответил мужчина, — и, честно говоря, баранину здесь тоже не подают.

Я залилась краской. Лорду-начальнику известно о бараньей ноге. Неужели Элина сдалась под натиском этого изверга?

— Так значит, вы все выяснили?

— Выяснил что?

— Что я не специально подслушала ваш разговор на кухне.

— Получается, случайно?

— Да.

— Случайно обошла двух стражников, влезла в окно? Случайно прокралась мимо охраны у молельни, спряталась внутри?

Чем больше он говорил, тем больше пугающего холода было в его низком рычащем голосе, и от этого сердце в моей груди билось втрое чаще.

— Охраны? Да не было там никакой охраны.

— Со зрением тоже беда, да?

— Это у ваших охранников со зрением беда.

— Вот значит как, — мужчина докурил, бросил окурок на пол, а сам победно сложил на груди руки, — значит, они попросту тебя не заметили. Так получается?

— Может быть и так. Мне откуда знать?

— Выходит, вы с компаньонкой вовсе не сговорились, придумав дурацкую историю с бараньей ногой?

— И почему это история дурацкая? Мы просто захотели есть.

— Нельзя было вызвать лакея?

— Лакея? Ну, знаете! Мы не каждый день попадаем во дворец и понятия не имели, как тут все устроено. В Хоупсе, чтобы поесть, не нужно вызывать лакея. Согласна, наше решение не очень... не очень разумное. Но за это не сажают в темницу. Честное слово, произошло недоразумение.

Лицо у этого человека стало таким, будто я призналась в королевской измене, — снисходительным и довольным.

— Послушай, Джина, — медленно произнес он, — все это выглядит очень забавно и глупо. Согласен, вы обе вполне могли додуматься до того, чтобы украсть еду с королевской кухни, но я, все-таки, ожидал большего от претендентки в королевы, пусть она и занимает тридцать второе место в списке. Так вот, с этого дня я не спущу с тебя глаз, и будет лучше, если ты избавишься от дурной привычки брать чужое. В противном случае, я превращу твою жизнь в ад и не думаю, что это очень расстроит принца.

Со мной никогда не говорили вот так: предельно откровенно и хладнокровно. И я оценила.

— Я поняла, милорд.

— Рад, что ты оказалась такой понятливой, — поднимаясь со стула, бросил мужчина. — Надеюсь, в этих стенах мы видимся последний раз.

Со своей стороны я надеялась, что не увижу его никогда. И к стенам это не имеет никакого отношения.

ГЛАВА 3

После истории с бараньей ногой, нелепых объяснений с Элиной и того злосчастного утра, когда я познакомилась с Райтом Берингером прошло всего два дня. И я поняла, что корону, руку и сердце принца никто не собирается отдавать без боя.

— Спину ровнее, дорогая, — легкий шлепок веера по лопаткам, — подбородок выше, взгляд долу.

Мы с остальными девушками двигались друг за другом, но внимание мадам Жизель было приковано к самой неумелой ученице — ко мне.

— На приеме во дворце будет много именитых гостей, леди, — прохаживаясь взад-вперед и сложив за поясницу руки, говорила наставница, — и вы должны знать, как следует себя вести. Держите осанку, леди!

Чтобы понять, кто такая мадам Жизель, достаточно пары черт: строгий пучок, запудренные морщинки в уголках глаз и властность во взгляде.

— Скромность и целомудрие, — чеканя слова, говорила она, — достоинство, изысканность и сдержанность. Та из вас, которая обладает этими качествами, имеет все шансы на корону.

И даже тридцать вторая в списке? Не смешите меня.

— А теперь вальс, — прикрыв ресницы, лукаво произнесла она, — вам, мои дорогие, нужно найти партнера. У вас пять минут.

Девушки с криками бросились с крытой и обросшей виноградными листьями, веранды. А я растерялась.

— Леди эль-Берссо, вам непонятен приказ? — обратилась ко мне наставница. — Приличных кавалеров сейчас расхватают. В полдень здесь с огнем никого не сыщешь.

Какое, черт побери, несчастье. Но усмирив гонор, я все-таки поплелась по парку, выискивая потенциальных жертв. Все-таки близится зима, а в Хоупсе морозы особо лютые, посему я должна здесь всем понравиться.

В королевском парке было безлюдно. Белоснежные мраморные лавочки, фонтаны, изумительные клумбы — было чем полюбоваться. Парк был огромен, как весь Хоупс, и ухожен, как сады Эдема. Я двигалась мимо скульптур, некоторые из которых были весьма фривольны и изображали обнаженных атлетов или юных дев с оголенной грудью, и все, о чем я могла думать — интересно, каково жить в такой роскоши?

Я прошла под аркой, украшенной живыми розами, и оказалась на широкой аллее с вычурными подстриженными клумбами. И только сейчас заметила процессию из слуг, во главе которой — кто бы мог подумать — шествовал лорд-начальник с каким-то светловолосым спутником. Все мое внимание сфокусировалось на Райте, выбросив из поля зрения излишнее. Этот мужчина, словно демон, был одет во все черное. И плевать ему на светский этикет, манеры и прочую чепуху. Напыщенный индюк!

— Советник, куда смотрят твои стражники? — донесся до меня голос светловолосого незнакомца, обряженного в темно-бордовый бархатный камзол.

Вся процессия остановилась.

— У этой дамы талант оказываться не в том месте, не в то время, — мрачно отозвался Райт, и от звука его голоса мое сердце пустилось вскачь.

— Так значит, Жизель опять испытывает претенденток? — молодой мужчина в красном внимательно меня рассматривал.

— За это вы ей неплохо платите, ваше высочество.

Высочество?!

Пока принц обменивался репликами с советником, а я ловила на себе взгляды откровенно недоумевающих слуг, краска стыда заливала лицо. Я всю жизнь безвылазно прожила в Хоупсе и видела монарших особ только на гравюрах — мне простительно!

Эдмунд был принцем в лучших традициях жанра — высокий, утонченный, молодой красавец с гривой светлых длинных волос. По сравнению с ним Райт — грубое хищное чудовище, вытесанное из камня.

— И что за испытание на этот раз? — коротко хохотнул принц, не спеша разглядывая рюши на лифе моего платья.

Я — слава Всевышнему — сообразила присесть в реверансе и смущенно выдавить:

— Найти партнера... по танцам.

Принц жестом повелел мне распрямиться, приказав назвать имя.

— Джина, ваше высочество.

— Джина, — повторил наследник, нахмурив изящные брови, — странное имя для аристократки.

— Когда я представляюсь, многие думают, что я просто хочу выпить, — пошутила я и рассмеялась, но увидев недоумение на лицах присутствующих, умолкла.

— Да, это интересно. Что ж, Джина, пойдемте, я с вами станцую.

Удивление отразилось не только на моем лице, но и на хмуром лице лорда Берингера. Однако никто из нас не проронил ни слова.

Когда Жизель и претендентки увидели моего спутника, разом стихли и окаменели. Стоит отдать девушкам должное — они действительно нашли партнеров для вальса, которых появление наследника тоже превратило в каменных истуканов.

— Ваше высочество, — нашлась наставница, и все вокруг опустились в грациозных реверансах и поклонах.

Взгляд принца — не лишенный избалованности и разнузданности — заскользил по девушкам, коих он увидел впервые.

— Райт, — поманил он рукой советника, который даже не шелохнулся, — выбери кого-нибудь для танца.

Вальс и лорд-начальник были не совместимы, как лед и пламя. И все же я надеялась, что он не посмеет нарушить приказ. Впрочем, надеялась до фразы: 'я не танцую', вынудившей Эдмунда обернуться.

— Тогда завтра отправишься на виселицу!

— В котором часу? У меня на завтра заседания совета, — невозмутимо проговорил Райт.

— Не испытывай мое терпение!

Райт — о, безумец, — облокотился на перила беседки, подавляя скучающий зевок. Взгляд принца сделался свирепым.

— Послушай, советник, я упеку тебя за решетку! Ты забыл, кому служишь?!

Я предвкушала, что сейчас лорд-начальник грохнется на колени с мольбой дать ему прощение.

— Я служу Хегею и призван защищать наследного принца, — лениво ответил он, — но я не обязан выполнять любую его прихоть.

И вот сейчас я рассчитывала, что советника схватит стража, а завтра я увижу его голову на одной из дворцовых пик. Но вместо этого, напряжение сломило Эдмунда, и он, нервно рассмеявшись, протянул мне руку. Разговор был окончен, но это ничуть не вернуло хладнокровия наследнику, который резко притянул меня, чтобы, наконец, исполнить обещанное — потанцевать.

Дыхание застряло в горле. Мне никогда не приходилось находиться так близко к человеку, в чьих жилах текла кровь королей. И я была бы полна романтических иллюзий, если бы не откровенный, изучающий, пристальный взгляд Райта.

— Старина, ты не танцуешь из-за ноги, верно? — ведя меня в танце, бросил принц своему мрачному советнику. — Стесняешься хромоты?

Если бы принц обратил на меня свой светлый лучезарный взор, я возможно бы поддалась чарам, но, увы, внимание наследника было всецело отдано Райту.

— Если это вас успокоит, то: да, — ответил тот равнодушно.

И его лицо было так цинично-спокойно, что я вымолвила тихо:

— Лорд-начальник просто не умеет танцевать.

Эдмунд остановился так резко, что я неожиданно вторглась в его личное пространство, вскинула голову.

— Лорд-начальник? — рассмеялся он, глядя на меня задорно, — Райт, ты слышал, как эта дама тебя назвала? Слышал?

— Все от первого до последнего слова.

— И что ты об этом думаешь?

— Что леди эль-Берссо, наверно, виднее.

— Готова дать за это четвертак, — аккуратно ввернула шутку.

Кое-кого моя шутка задела — Райт запустил руку в карман и перекинул мне монету.

— Считайте, что выиграли.

Эта победа не принесла мне ни капли удовольствия. Напротив, я почувствовала, что мне позволили взять над собой верх. На время.

— Вы всегда так легко сдаетесь, ваше сиятельство? — спросила, сжимая в кулаке монету.

Эдмунд скрыл улыбку, но кто-то из его свиты был не так сдержан, обронив смешок и заставив лорда-начальника нахмуриться. Однако принц разрядил ситуацию:

— Что ж дамы, вы разбавили мою скучную прогулку этим великолепным танцем. Благодарю. Леди Джина, вы очаровательны. Думаю, на завтрашнем полонезе вам достанется партнер, достойный вас, — и он весело глянул на Райта.

'Даже не думай, — гласил ответный взгляд советника'.

* * *

Подготовка к балу началась в четыре утра.

— Ваши манеры должны быть безупречны. Вас будут оценивать, разглядывать, испытывать. Вы должны быть несгибаемы, и не забываем улыбаться. Всегда улыбаться, что бы ни случилось.

Адель, двадцать восьмая в списке, легонько толкнула меня в бок, и я оторвала голову от стола.

— О, благодарю, — шепнула ей.

— Покажите, что вы умны и незаурядны, — декламировала наставница, — говорите лишь тогда, когда к вам обращаются. Скромность превыше всего.

Да, да, этого я еще дома наслушалась. Сейчас для меня сон превыше всего.

— Леди эль-Берссо, вы не выспались?

Взгляды девушек обратились ко мне, и я неопределенно пожала плечами. Конечно, я не спала. Более того, вообще не знаю, смогу ли спать, избегая встречаться в сновидениях с Райтом, и не просыпаться в холодном поту.

— Будьте внимательнее, — строго сказала наставница и склонилась ко мне: — учтите, ваша случайная встреча с принцем — еще ничего не значит.

Не сомневаюсь. Эдмунд был больше увлечен соревнованием в красноречии со своим советником, чем мной.