Катализатор

По случаю завернувших холодов, гололеда и конца рабочего дня, желающих воспользоваться общественным транспортом была целая толпа. Маршрутки на остановках даже не тормозили, ехали в левом ряду, забитые под завязку. Если же находились выходящие, за их места едва не дрались. Люди в очереди мерзли и раздраженно переругивались. Ника подумала, что маршрутку все равно не дождется, и затолкалась в автобус, переживая не за оттоптанные ноги, а за гитару в чехле — лучше бы, конечно не таскать ее по морозу, но куда деваться. А потом случился апофеоз неприятностей на сегодняшний день. Девушке оставалось ехать пять остановок, когда транспорт встал. Мимо автобуса по встречке проехала машина ДПС-ников, яростно сверкая мигалками, сигналя и завывая сиреной. Позади рос хвост из автомобилей.

Минут десять народ в автобусе ждал, потом особо спешащие и близко живущие попросили открыть двери, и салон разом опустел почти на половину. Ника села на освободившееся место, взглянула на часы — десять минут до начала. Вот зараза! Окна заиндевели. Сквозь прогретый кем-то "глазок" было видно заснеженные елки, глубокие сугробы вдоль дороги и красные стоп-сигналы машин. Ника вздохнула и достала телефон. Чернов взял трубку почти сразу:

— Привет, я подхожу уже...

— Тем, я опаздываю. — Расстроено сказала Ника. — Стою в жуткой пробке.

— Где?

— Не далеко от поворота на Мира.

— И что там? — Артем сердито пыхтел в трубку и говорил как-то невнятно, по-видимому, действительно шел пешком, замотавшись в шарф по самые глаза.

— А я откуда знаю? Авария, наверное...

— Надолго?

— Тем! — вот как ему ответить на сей гениальный вопрос?

— Да блин, дошла б пешком!

— Тем, ты издеваешься?

— Там идти-то...

— Ну да, конечно, совсем близко.— Рассердилась Ника. — Только по такому гололеду и в потьмах я доползу до Дворца пионеров как раз к полуночи!.. Если, конечно, меня раньше в лесочке никто не встретит и не...

— Не истерии!

— А ты не мели ерунды! Сам ночью по лесу таскайся. Нет, ну правда, Тем, я приеду как смогу. Надеюсь, что скоро. Послушайте его без меня. Потом скажете, как он вам.

— Ладно, — пробурчал Артем, — только давай быстрее, — и отключился.

Ника убрала телефон и поудобнее пристроила гитару. Играть она начала лет в двенадцать за компанию с подругой Настей. Настя была на год ее старше и заслуженно считалась уникальным ребенком с кучей талантов: отлично училась, ходила в бассейн, здорово рисовала, играла на фортепиано и гитаре, замечательно пела... Как она все успевала, Ника не понимала до сих пор, впрочем никогда подруге не завидовала, но старалась "не отставать" и как-то "соответствовать". С учебой у Ники проблем не было, а вот плавать так толком и не научилась, да и рисовала как курица лапой, зато у нее оказался музыкальный слух. Настя показала ей несколько аккордов, и уже через пару месяцев Ника бодро тренькала что-то незамысловатое. Дальше — больше, разучивались новые аккорды и композиции, рисовались табулатуры, рисунки боя... Вот только ноты так и остались для Ники китайской грамотой, а скрипичный ключ мало отличался от гаечного. А потом Настя уехала — поступила после девятого класса в художественное училище в Питере. Настины родители были в шоке — отправляли-то дочку отдохнуть к родственникам, а вышло вон что. Тетя Юля пила корвалол, дядя Витя грозился выпороть, оба родителя настаивали на продолжении учебы в школе и на универе в перспективе, но Настя уперлась рогом и сказала, что будет художником. Ника за нее была, конечно, рада — еще бы, поступила при заоблачном конкурсе и с первого раза! Вот только все равно было грустно — других подруг у Ники не было, так знакомые... С Настей они созванивались и переписывались, сначала часто, потом все реже и реже, в последние пару лет и вовсе ограничились поздравлениями по праздникам. Грустно, но так часто бывает.

После отъезда Насти, Ника налегла на учебу. Родители провели с ней воспитательную беседу, выяснили, что после девятого она уходить из школы не собирается, и посоветовали уже сейчас думать о дальнейшей специальности. Ника думала, учила уроки, готовилась к экзаменам и, конечно, играла на гитаре. Год прошел быстро, экзамены сдались легко, и летом родители отправили ее на море в лагерь санаторно-курортного типа. Там Нику "настигло большое и светлое чувство", проще говоря, она по уши влюбилась. Сейчас объект воздыхания вспоминался с легким недоумением (и как это ее угораздило), потому как был щупленьким белобрысеньким мальчиком на год младше, на пол головы ниже и, вдобавок, изъяснявшимся исключительно нецензурно. Но он замечательно играл на гитаре. С ним у Ники, естественно, ничего не вышло — подойти к нему не позволяла гордость и смущение, сам же объект инициативы не проявил, но Ника была до сих пор благодарна ему за другое: из-за этой дурацкой влюбленности она начала слушать рок. Бардовские песни были забыты. Ника подбирала совсем другие мелодии. Сначала ДДТ, Калинов мост, Кино и Чайф, потом Алису, Арию, Эпидемию, потом другие стили. Много и прекрасно.

Как-то по весне Ника шла из школы и увидела афишу одной из ее любимых групп. Они! Приезжают! В ее город! Это был восторг. Пыл охладили родители. Отпускать на концерт ее никто не собирался. В ход шли самые разные аргументы, начиная от "это далеко и поздно" и заканчивая "туда пойдут алкоголики и наркоманы". Ника упрашивала, объясняла, обижалась, но родители были непреклонны, хоть и удивлены таким напором. Никина мама даже пожаловалась на дочку своей подруге Галине: так, мол, и так, рвется на концерт, а как ее одну отпускать-то. А тетя Галя неожиданно сказала, что ее сын тоже хочет сходить, клянчит деньги, а она все думает — давать или не давать. И как-то так получилось, что Нике все же разрешили идти, правда при одном условии — она ни на шаг не отойдет от тетигалиного сына. Так она начала общаться с Артемом. Ника, конечно, знала его и раньше, но все их разговоры выглядели как "привет — пока". Перспективе совместного похода Тема не обрадовался, но честно зашел за девушкой, а потом проводил до дома. Собственно на обратном пути они и разговорились: обсудили концерт, личные музыкальные предпочтения и кучу других вещей, так что расстались вполне довольные друг другом. Может быть, на этом все бы и закончилось, но у тети Гали на Нику появились матримониальные виды (а что, девочка-то хорошая, умная, как раз для Артема, да и Тема ей просто обязан понравиться: голубоглазый блондин, не мальчик, а мечта — пусть встречаются, потом, лет через пять, поженятся...). Артем очень быстро смекнул, что поход на очередной сейшн намного охотнее спонсируют, если он берет с собой Веронику. Никаких романтических чувств ни с одной, ни с другой стороны, правда, не возникло, но они стали проводить вместе довольно много времени и, пожалуй, подружились.

В начале лета Ника, Артем и еще пара его приятелей пошли на Open Air местного разлива. Одни коллективы были ничего, другие так себе... Артем с приятелями дружно критиковали всех и вся на протяжении всего феста и по дороге домой. Особенно Тему не устраивал вокал. Нике под конец надоело, и она высказалась в духе "ребята, конечно, не фонтан, но вы и так не сможете". Артем жутко оскорбился и... спел. Да так, что у Ники челюсть отвисла. У парнишки оказался высокий, сильный голос и он не фальшивил. Немного придя в себя, Ника спросила, почему он не поет в какой-нибудь группе. Артем озадачился, потом посмотрел на нее безумными глазами и заорал: "Олич, ты гений!". Через три недели Артем Чернов собрал группу. В нее вошли барабанщик Слава Лисицын, соло-гитарист Антон Кривецков, ритм-гитарист Сашка Медведев, басист Данила Багров, которого тут же прозвали Братом, и собственно Тема как свободный вокалист. Ребята в основном были любителями, из них только Антон играл на вполне приличном уровне, но недостаток техники компенсировался желанием. Ника, как вдохновитель и критик, присутствовала на всех репетициях.

Какое-то время играли исключительно каверы, потом Антон начал ныть, что они должны писать песни сами и даже что-то накропал. Написанное не понравилось никому, о чем ему и сообщили, Антон психанул и на следующую репетицию не пришел. Темка тогда злился и орал, что если песня плохая, он никогда хвалить ее не будет, чья бы она ни была, а кто думает иначе, пусть катится на все четыре стороны. Ребята из группы соглашались, но осторожно замечали, что найти нового гитариста им будет не так-то просто. И тогда Ника сказала, что пока ищут замену, она может играть вместо Антона. На нее воззрились с недоверием, но согласились послушать. Сашка дал свою электрогитару — после акустики та казалась тяжеленной и с непривычно длинным грифом, хотя последнее наверняка было иллюзией из-за непривычной формы головы. Ника подумала и сыграла "Осколок льда" — одну из первых подобранных ею баллад. Петь, правда, не стала, искренне считая, что голоса у нее нет, а значит не стоит портить песню. Музыка стихла, ребята молчали. Ника стушевалась и спросила: "Плохо?". Темка посмотрел на нее исподлобья и тихо сказал: "Ты дура, а?", потом помолчал и добавил: "Ладно, пока играешь с нами!". На ближайший день рождения Ника попросила родителей подарить ей электрогитару. Вот эту самую, которая сейчас у нее на коленях... И Ника стала временным членом группы. Это "временно" длилось уже пятый год...

Девушка перехватила поудобнее инструмент, достала из кармана мобильный и посмотрела на часы — репетиция сорок минут как началась. В пробке они стоят уже почти час и продвинулись за это время метров на триста. Как же это все не вовремя, ведь сегодня у них не просто репетиция, у них пробы. Они почти три месяца играли без басиста — Брата в октябре забрали в армию. Он, помнится, тогда привел себе "замену" — младшего брата Серегу — Брата 2. Вот только он в группе не прижился: музыкальный слух вещь, конечно, тренируемая, но не с такого же начального уровня, да и ритм держать у парнишки получалось через раз. Славка долго объяснял ему про такты и длительности нот, заставлял играть под метроном, но ничего похожего на ритм-секцию у них так и не сложилось. В общем, после четырех репетиций "мимо струн" Тема, как лидер команды, отвел Братишку в коридорчик, довольно долго с ним толковал (что, прямо скажем, для Чернова не свойственно), а по возвращении объявил, что группа ищет басиста. Сначала прошлись по знакомым. Команда "Выход — ноль!" была достаточно известна в узких кругах, но желающих занять вакантное место, вопреки ожиданиям, не нашлось. Тогда закинули объявление на местный форум. Это принесло плоды, вернее двух кандидатов. Первый был откровенно слабым, примерно одного уровня с Братом 2, второй — с такими закидонами, что мама не горюй. Естественно, не взяли ни того, ни другого. Репетиции перешли в вялотекущую фазу. Новых песен не писали (да-да группа уже пару-тройку лет играла только свои композиции, и они были явно лучше кривецковского "шедевра"), энтузиазма не было. На одну из последних перед новым годом репетиций Тема пришел мрачнее тучи. Оказалось, весь январь будет проводиться отбор на "Яркий звук" — вполне солидный фест. А у них нет басиста! И песен новых нет! Ника с Артемом тогда в очередной раз серьезно поругалась. В общем, год для группы закончился так себе, зато новый начался с сюрприза: неожиданно нашелся басист. Его не советовали друзья, он не видел объявления и про существование группы "Выход — ноль!" даже не знал. Этого парня Сашке Медведеву порекомендовал сосед как спеца по ремонту компов. В процессе починки с Сашкиного компа была скопирована и прослушана кой-какая музыка, в том числе и несколько песен "Выхода". А при приеме-передаче отремонтированного системника, парнишка как-то между прочим поинтересовался, что это за группа. Саня, конечно, возгордился, но быстро сдулся, когда товарищ компьютерщик спросил про ближайшие концерты. Пришлось сказать, что в группе недокомплект состава и с расстройства пожаловаться на то, как трудно найти басиста. И тут случилось чудо! Товарищ компьютерщик сообщил, что года четыре играл в группе (на чем, как вы думаете?) на бас-гитаре и с удовольствием присоединился бы к коллективу. Саня дал ему телефон Чернова, и на сегодня был назначен общий сбор. А тут такая засада!

У Нике в руке заворочался мобильный, который она так и не убрала. Звонил Артем.

— Блин! Ну ты где? — сходу накинулся он на Нику, едва та сняла трубку.

— Мы только-только повернули на Мира и, кажется, поехали, — неуверенно ответила девушка, пытаясь разглядеть в окно дорожную обстановку.

— Что значит, кажется?

— То и значит, что если больше нигде не встанем, то через двадцать минут буду. Сейчас хоть едем более-менее быстро, а то до этого в час по чайной ложке. Хорошо, хоть ДПС-ники регулировщика поставили, а то так бы и стояли, наверное...

— Ага, и ночевала бы ты в автобусе!

— Попрошу без злой иронии, я, между прочим, не виновата, что тут на углу "поцеловались" три каких-то идиота... Тем?

— Чего?

— Ну как?

— Что как? — в голосе Артема Нике чудилась сдерживаемая улыбка.

— Все ты знаешь! Басиста слушали?

— Угу...

— Тем! Давай, рассказывай! Хватит издеваться, это мелочно!

— А надо было вовремя приезжать! — теперь Чернов уже открыто смеялся, и это было замечательно.

— Значит, он вам понравился?

— Ну... понравиться он может только тебе, мы такими извращениями не страдаем...

— Пошляк!

— Олька! Он реально крут!

— Здорово, я рада. Ладно, я подъезжаю, скоро буду. Увидимся.

Всю оставшуюся дорогу до Дворца пионеров, где проходили репетиции "Выхода", Ника улыбалась. Вот и случилось что-то хорошее за этот дурацкий длинный день. Если уж новый товарищ так впечатлил Чернова, значит он действительно чего-то стоит, а следовательно они смогут участвовать в фесте. Правда, чтобы отобраться, придется попотеть, но это не страшно. Это весело, захватывающе, здорово...

Сдавая одежду в гардероб, Ника еще раз взглянула на часы — сорок минут до конца репетиции. Да уж, опоздала единственный раз, зато капитально. Времени осталось как раз на знакомство. Ника бегом поднялась на третий этаж и остановилась в коридоре, увидев Артема. Он говорил по телефону, вернее уже заканчивал разговор и прощался. Ника подошла к нему.

— Явилась? — с напускным недовольством спросил Чернов, пряча улыбку и убирая мобильный.

— Угу, — поддерживая игру, покаянно кивнула головой Ника.

В следующий момент Артем уже смеялся и тряс девушку за плечи так, что она едва стояла на ногах.

— Олич! Нас записали на прослушивание на двадцать девятое января!

-А-а-а-от-пусти-и-и-и...

— Пошли знакомиться!

Артем развернул ее на сто восемьдесят градусов и отбуксировал в комнатушку, которая гордо именовалась "Репетиционный зал N 34".

— Внимание, явление героя! — жизнерадостно провозгласил он, закрывая за собой дверь. — Знакомимся. Это Макс — наш новый басист. А это — Хельга, то есть Олька, в смысле Верка...

Ника все издевательства над своим именем пропустила мимо ушей, но на сей раз не потому, что напоминать всем подряд приемлемое сокращение ей надоело еще в школе, а потому, что просто пропал дар речи. Ника не верила своим глазам. Что она там сегодня думала про апофеоз неприятностей? Пфе, это была так, разминка перед теперешним кошмаром! Может это бред? Обман зрения? Потому что этого не может быть! Новый басист не может быть... Павловым.